Глава 5
Рядом со мной тут же усаживается Наташа, слегка надув губки. Но с этим разберемся позже.
- Трогай! – распоряжается лорд, постучав по крыше кареты, а потом обращает все свое внимание на нас. – Чудные погоды сейчас стоят, неправда ли?
- Мне нет дела до погоды, - сразу пресекаю любые попытки мужчины начать беседу ни о чем. – А вот до того, что вы нас заставили сесть в вашу карету – есть.
- Разве заставил? – нагло ухмыляется лорд. – Насколько я помню, вы сами согласились сесть. По собственной воле.
- Не надо мне лапшу вешать на уши, я сегодня уже ужинала, - отвечаю, не спуская глаз с этого скользкого типа. – Заставить можно по-разному, не всегда нужно для этого применять физическую силу.
Лордик какое-то время препарирует меня взглядом, а потом говорит:
- Может, снимите уже эти ужасные чепцы? Словно с одуванчиком разговариваю, а не с красивой девушкой.
- Нет, не сниму, - отрезаю. – И давайте ближе к делу. Зачем мы вам?
- Ладно… светская беседа не удалась, - притворно вздыхает самодовольный щеголь, снимая несуществующую пылинку с рукава своего камзола. – Перейдем к деловым переговорам. Хотя… сомневаюсь, что они вам понравятся.
- А вы заканчивайте думать вместо нас, - говорю ему. – Позвольте нам самим решать, что нравится, а что – нет.
- А ты заканчивай грубить, девочка, - резко меняет тон лорд. – Я ведь могу быть гораздо менее вежливым, чем сейчас. И ты быстро пожалеешь, что открывала свой милый ротик не по теме. Но вернемся к деловому, так сказать, разговору. Я прекрасно осведомлен, кто вы. И также знаю, что уже все дознаватели и стражи в этом захудалом городишке подняты на уши по вашей вине. Вам сейчас опасно ходить по улицам, по идее, вы должны это понимать. Но, как ни странно, именно там я вас и нашел. В самом опасном месте из всех возможных. В связи с этим у меня закралась мысль, что быть может, вы обе не настолько умны, как о вас говорят?
И смотрит на меня издевательски, хочется плюнуть ему в морду, но сдерживаюсь. Мило улыбаюсь и отвечаю:
- А вы верите всему, что говорят?
- Нет. Поэтому навел о вас справки. И что сказать? Я впечатлен. Список темных дел, в которых вас подозревают, очень обширен. И это только за последние два года, между прочим. Вас разыскивают по всему королевству. Но что самое интересное – строго запрещено малейшее насилие в вашу сторону. Воровки, шпионки, бандитки – и чтобы волосок с ваших голов не упал при поимке. Это что-то новенькое даже для тайной канцелярии, всегда славившейся странными приказами.
Я молчу и внимательно слушаю лордика. Вся информация, которую он так щедро на нас льет – нужная. Мы же не в курсе, куда и в кого попали. Понятно, что мы - криминальные личность, но хотелось бы подробностей. Хоть каких-то.
- Впрочем, мы опять отвлеклись от основной цели разговора. Я хочу сделать вам выгодное предложение.
- Какое? – спрашиваю, прекрасно понимая, что выгодным оно будет только для этого хлыща.
- Я увезу вас отсюда. Со мной вместе вы спокойно пересечете границы королевства и сможете уехать туда, где рука правосудия вас не коснется. В империи Грохан никому не будет до вас дела, вы сможете жить как захотите.
- Это очень щедрое предложение. Поэтому мне интересно – чего вы хотите взамен?
- Все-таки умны, - лорд кривит губы в ухмылке. – Конечно, я предлагаю услугу за услугу. Вы делаете кое-что для меня, а потом я – увожу вас из королевства.
- Какой вид услуги вас интересует?
- На приеме у одного очень влиятельного человека нужно будет пробраться в его кабинет и похитить одну… незначительную бумагу.
- Так уж и незначительную, - вопросительно приподнимаю бровь.
- Большего вам знать не надо, - отрезает лорд.
- Что будет, если нас поймают на месте преступления? – спрашиваю просто ради интереса.
- Сделайте так, чтобы не поймали, - уходит от ответа щеголь.
- И все же?
- Скорее всего, вас казнят, - нехотя, но отвечает лорд.
- Мило. А если мы сейчас откажемся от вашего щедрого предложения?
От моего вопроса, лицо лорда моментально теряет всю свою лощеную рафинированность и аристократическую утонченность: кожа наливается багрянцем, глаза вспыхивают красным огнем, а губы приоткрываются в каком-то мерзком оскале.
- Тогда я прямо сейчас отвезу вас стражам. Но сначала мы посетим один очень убогий, мерзкий притон и вы с сестрой пообщаетесь там с местными! А стражам я скажу, что нашел вас именно в таком виде! И кто мне что сделает?!
С каждой своей новой мерзкой фразой, лорд все больше распаляется, все громче кричит. В какой-то момент это становится невыносимым, и я, выставив руку вперед, кричу ему в ответ:
- Хватит! Прекрати! Затихни уже!
И внезапно наступает тишина. Мы с Наташей переглядываемся, а потом обе недоуменно смотрим на лорда. А тот, отклонившись на спинку сиденья, полулежит с закрытыми глазами.
- Что с ним случилось? – почему-то шепотом спрашивает сестра. – Ты убила его?!
Я испуганно дергаюсь.
- Ты что, совсем с ума сошла? Я к нему даже не дотрагивалась. Невозможно убить кого-то, даже не касаясь его!
Наташа все так же с ужасом смотрит то на меня, то на полулежащего лорда.
- Мы в другом мире, - говорит она. – Мало ли, что тут возможно.
И тут мы обе слышим, что карета остановилась.
- Все, к нам пришел писец! – очень оптимистично сообщает Наташа.
- Спокойствие, только спокойствие, - говорю скорее себе, чем внучке. – Мне нужно подумать. Секундочку.
Наш экипаж хоть и остановился, но дверцу открывать никто не спешит и вообще, никаких звуков извне не доносится. Уже неплохо. Я встаю со своего места и планирую рассмотреть поближе лежащего лорда, но Наташа хватает меня за руку.
- Ты что? Не вздумай! А вдруг он сейчас оживет и нападет на нас. Вдруг он стал зомби?
Поворачиваю голову в ее сторону и спрашиваю с сомнением:
- А ты точно специалистка по попаданкам? Много подобного было в тех книгах, что ты читала?
- Не было вообще, - говорит Наташа, - но это не значит, что не будет у нас. Принц ведь за нами так и не приехал! И вообще, мы не графини, не обедневшие дворянки. А воровки нищие, а значит – плохие воровки, раз себе на старость безбедную до сих пор не награбили!
- Так мы же недавно этим занимаемся, - встаю на нашу защиту. – Два года всего.
- С чего ты взяла? – удивленно спрашивает внучка.
- С того, что говорил этот хлыщ.
- Он такого не говорил, - Наташа по старой привычке начинает со мной спорить.
- Он сказал, что отчет о наших делах есть только за последние два года. Из этого я делаю вывод, что ранее мы занимались чем-то другим.
- Или просто не попадались! – вносит довольно интересную версию внучка.
- Вряд ли. Были младше, воровали и не попадались? А потом стали старше, опытнее и вдруг начали везде оставлять следы? Это нелогично.
- Жизнь не всегда логична – разве не твое выражение? – хмыкает внучка-вонючка, тыкая носом меня в мои же изречения.
- Мое. Но не всегда это означает, что логики нет совсем, - парирую. – А теперь помолчи, я таки хочу посмотреть, что с этим лордом.
- Ба… - Наташа снова пытается меня остановить.
- Отстань! – отмахиваюсь и сажусь на противоположное сидение, рядом с лордом-задохликом.
Выглядит он неважно – бледный и осунувшийся. Но… наклоняюсь ближе и улавливаю легкий звук дыхания. Чтобы не радоваться раньше времени, приставляю свои пальцы к мужскому рту и жду. Да!
- Да! Он дышит, - говорю громким шепотом.
- Не поняла… тогда что ты с ним сделала? Оглушила? Он без сознания? В коме? Что вообще с ним? – внучка выливает на меня десяток вопросов одновременно.
- Тихо! – шикаю на нее и снова прислушиваюсь, заодно и всматриваюсь в лицо щеголя. – Он… спит?
- Что? – Наташа присаживается возле меня.
- Говорю – спит он!
Даже сама себе не верю, потому еще раз всматриваюсь. Таки да! Спит! Глаза вон за веками бегают туда-сюда, сны смотрит.
- О-оба-алдеть! – Наташа усаживается на прежнее место, хлопает ресницами, глядя то на меня, то на лежащего в спячке не красавца. А потом заявляет. – Как-то несправедливо все в этом мире.
- Что не справедливо? – спрашиваю, ощупывая спящего на предмет карманов и интересного их содержимого.
- У тебя сильное, красивое тело. А теперь еще и магия! А у меня что? Тощая полудохлая шкурка и веснушки на носу? И все?
Я от удивления даже перестаю шастать по чужим карманам.
- Ты что, с ума сошла? – спрашиваю у внучки. – Всерьез меряешься шириной задницы и странными магическими завихами, которыми никто из нас не умеет управлять?
- Да, меряюсь, - отвечает.
- Значит, заканчивай с этим! Не хватало еще, чтобы мы ссорились из-за подобной ерунды в мире, где нас буквально каждый мечтает схватить и посадить надолго.
Отворачиваюсь от Наташи, заканчиваю с карманами снулого лорда, вытащив из них кошелек с приличным количеством монет разного номинала, часы и какую-то бумагу со схематическим описанием дома. Это, видимо, туда мы должны были забраться.
- Все, уходим! – говорю внучке, заметив, что лорд перестал шевелить глазами под закрытыми веками, а его дыхание стало более поверхностным. – Я понятия не имею, сколько длится эта абра-кадабра, и будет очень неудобно, если лордик проснется именно сейчас, когда мы пытаемся сбежать вместе с содержимым его карманов.
- Да, пора уходить, - кивает Наташа, к счастью, не начав спорить.
Я аккуратно открываю дверцу кареты и высовываю голову. Мы стоим. Медленно и плавно выхожу на тротуар, и уже оттуда поднимаю глаза на кучера. И, не сдержавшись, хихикаю.
- Ну что там? – доносится из кареты громкий Наташкин шепот.
- Вылезай, - отвечаю.
Внучка тоже выходит и становится рядом со мной.
- Писец! Ты их всех усыпила! – ахает.
Меня же разбирает смех. Потому что спит не только лорд в карете и кучер на козлах. А даже лошадь мирно похрапывает!
- Уходим! – поторапливаю Наташу, и мы, подобрав юбки, почти бежим в сторону ближайшего переулка. Надеюсь, переночевать нам удастся без приключений. Если, конечно, найдем, где примостить свои рыжие головы.
К сожалению, с ночевкой у нас не задалось, причем, как-то сразу. На нашем пути встречаются два постоялых двора, но в обоих оказывается не самая благопристойная публика.
В первом я еще на входе сталкиваюсь с пьяным мужиком, который тут же норовит схватить меня грубой лапищей за самое мягкое. За что тут же получает по помидоркам и под дружный гогот таких же любителей медовухи, как он, падает мордой в пол.
На второй постоялый двор мы даже не заходим, еще во дворе заметив уже знакомые нам черные одежды воинов.
- И что будем делать? Ночевать на лавке? – спрашивает совершенно обессиленная Наташа, лежа на деревянной скамье. – Холодно как-то… И есть хочется… Очень.
Мне хочется ответить, что я не знаю, что нам делать, но… у меня нет такого права, просто потому что я старше и опытнее. И потому что она моя внучка, а не я ее. А значит, ответственность на мне.
Аккуратно касаюсь холодного лба Наташи, все еще помня, как она недавно буквально замерзала у меня на руках.
- Нет, на лавке мы ночевать не будем, это небезопасно, - говорю, раздумывая, что делать. – А поесть можно селедку, потому что, по запаху слышу, она скоро испортится.
Вся ситуация ухудшается тем, что у нас нет совершенно никаких знаний о мире, куда мы попали. Может, стоило в какую-то библиотеку зайти? Почитать что-то…
- Наташ, а как обычно эти твои попаданки знают, что им нужно делать? – спрашиваю у внучки. – Как они понимают устройство мира, обращение к людям, вообще хоть что-то? Где информацию берут?
- Ну как где? – полусонно отвечает Наташа. – Они получают знания вместе с телом.
- Надо же, как удобно. Жаль, что мы с тобой – влипанки, а не попаданки. И нам в коробки с этими куклами инструкции по эксплуатации не положили.
- Это потому что сборщик был лентяй, - шутит Наташа, закрывая глаза.
- О, нет. Подъем! – Силой вынуждаю ее принять вертикальное положение. – Спать сейчас не время.
- А когда время? Я устала… день какой-то ненормальный. Все время куда-то бежим.
- Ну давай обойдемся без нытья, ага? Оно ситуацию не исправит, а нервы нам обеим попортит. Слышишь?
Я прислушиваюсь…
- Цокот копыт.
- Вот, блин. Что, опять куда-то бежать? – Наташа едва открывает глаза с воспаленными, красноватыми белками. – Я уже не могу.
- Спокойно. Сиди тут, я сейчас гляну, кто там едет. Не забывай, у нас теперь деньги есть, уверена, здесь, как и в других мирах, звон и блеск монеты помогает решить многие проблемы.
Я выхожу с аллейки, где мы с Наташей прятались, на главную дорогу и вижу медленно едущую крытую повозку. На козлах сидит семейная пара старше среднего возраста. Можно попробовать…
- Стойте!
Подбегаю к повозке, подняв руки.
- Стойте! Скажите, куда вы едите?
- Тпру-у-у!
Лошадь останавливается, а мужик мне отвечает:
- Куда ж ты прёшься прямо под животное-то? Чуть не раздавил, дуреху!
- Извините. Скажите, куда вы едите?
- В Режин едем. А тебе чего? – мужик все так же не любезен, а его жена все больше отмалчивается.
- Ой, как нам повезло. Возьмите и нас с сестрой в Режин, пожалуйста. У нас там отец помирает, письмо пришло. Мы спешим очень, до утра ждать экипаж не можем, боимся не застать любимого тятеньку живым, - для пущей убедительности скривившись, тру глаза. – Мы заплатим, сколько скажете, только помогите нам, дайте увидеть родного отца хоть в последний раз.
На меня прямо вдохновение напало, так легко и складно вранье идет. Рот открываю и из него просто льется. Интересно, означает ли это, что мне досталось тело барышни, любящей и умеющей приврать не хуже меня? Или ничего не означает?
Пара на козлах начинает шушукаться, а мотом мужик говорит:
- У нас тут нет матрасов и одеял. Полежать можно внутри, на сене, укрыться пледом. Если очень хотите есть, то сзади есть мешки с яблоками, грушами, сливами. Везем на ярмарку в Режин. Можете поесть. С вас три медные монеты. И деньги вперед!
- Хорошо. Спасибо вам большое. Подождите минутку, я сейчас сестру свою приведу и сразу же расплачусь с вами.
И не дожидаясь, пока мужик начнет ворчать, бегу за Наташей, бужу ее, уже успевшую уснуть. Не особо объясняю, что и как, просто запихиваю в повозку. А потом, уже расплатившись монетами, с облегчением лежу в мерно покачивающейся повозке.
- Наташ… а где сумка с хлебом и селедкой? – внезапно обращаю внимание, что у внучки в руках ничего нет.
- Так на лавке, наверное, осталась. Ты же меня распихала и потащила, я даже не успела ничего понять, - отвечает внучка, с наслаждением вонзая зубы в сочную мякоть груши.
Досадливо выругавшись, ложусь к Наташе поближе и тоже принимаюсь за поздний фруктовый ужин. Вкусно, но не очень сытно. Сейчас бы кусок мяса. Тяжело вздохнув, укрываю внучку пледом и наконец-то, засыпаю, по-моему, даже не успев дожевать сливу.