Глава 10

/Сисси/

Я шла на ватных ногах, едва дыша от нахлынувших чувств. Хотелось прибить Бастика, посмевшего у всех на глазах меня лапать и лезть своим языком мне в рот.

Наглец! Негодяй! Сволочь! И как вкусно от него пахнет…

Когда он притянул меня к себе и впился поцелуем, думала, оттолкну. А потом забыла, что собиралась сделать. Очарование спало, едва его рука сжалась на моем затылке, а губы, скользнув по щеке, зашептали на ухо о неких девочках, которым нужно закрывать глазки. Тогда-то ко мне вернулся воинственный нрав и понимание происходящего. Хотела даже поставить Бастика на место, залепив пощечину для разминки, но вспомнила о нашей миссии и мельком увидела подбородок Джаннет – он был почти на уровне ее шикарной груди. Челюсть вот-вот грозила отпасть окончательно, а ко мне вернулось прекрасное расположение духа. Прямо хоть еще одним поцелуем все закрепляй! Напоследок, так сказать! И Бастик закрепил…

В общем, условия сделки мы реализовывали с энтузиазмом, даже перевыполняли план, на мой взгляд, о чем я и сказала жениху, стоило нам пройти мимо всей гоп-компании у бассейна.

Бастик с довольной рожей сообщил народу, что мы идем смотреть предоставленные апартаменты, а я, прижимаясь к нему, томно шепнула:

– С тебя штука баксов, любимый. За язык и неожиданные повороты в сюжете.

Он немного сбился с шага и, погладив меня по спине, уточнил:

– Не слишком ли много за небольшую вольную импровизацию?

– Могло быть и больше, – заверила его я. – Но мне слишком понравилась реакция хозяйки дома, чтобы заламывать цены.

– Ты – сама щедрость и справедливость, – согласился жених, плавно спуская руку все ниже.

– Переигрываешь, – буркнула я, откидывая голову и задорно смеясь, словно услышала невероятно смешную шутку.

– Тебя не переиграю, дорогая, – Бастик тоже засмеялся. Впервые на моей памяти. Благо, он меня придерживал, ни то я бы непременно упала, засмотревшись на это седьмое чудо света.

Мы как раз вошли в дом, и он закрыл двери, когда я резко остановилась и, протянув руку вперед, коснулась уголка его губ большим пальцем. Потерла слегка, покачала головой и объяснила, сокрушаясь:

– Боюсь, так просто не убрать теперь. Придется ходить какое-то время с этим.

– Что там? – заломил бровь жених, меж тем, обхватывая мое запястье и удерживая руку у своих губ.

– Улыбка, – безрадостно сообщила я. – Она портит о тебе все впечатление. Кто-то может решить, что ты перестал быть крутым денди и размяк.

– Это уже слишком, – наигранно разозлился Бастик. – Наверняка, ты знаешь способ, как избавиться от подобной гадости.

– Конечно, я дам тебе свою визитку…

Не в силах сдержаться, улыбнулась и, освободив руку из его захвата, прошла чуть вперед, приговаривая:

– Ну, что же ты? Показывай нашу шикарную спальню. Надеюсь, хозяева не поскупились, я не могу спать на плохом матрасе.

Он догнал меня и молча повел наверх, думая о чем-то своем с абсолютно серьезной миной. Похоже, я слишком сильно терла – теперь уголки губ опустились даже ниже обычного. Гадая над тем, что сделала не так, не заметила, как добрались до спальни. Это была шикарная комната. С огромной кроватью.

– Охренеть, – сразу выразила свое восхищение я. – Я и не знала, что бывают такие размеры!

Бастик, стоявший в это время сбоку, повернулся ко мне и, снисходительно улыбаясь, заметил:

– И это он еще полотенцем прикрыт.

Я закатила глаза и, махнув на мачо рукой, пошла пробовать матрас на предмет удобства. Ожидания оправдались – было невероятно комфортно, как сидеть, так и лежать.

– Шик! – заметила я. – Хочу такой же.

– Примерно три поцелуя с языком, и купишь, – ответил жених, приближаясь к окну. – Сегодня вечером помогу тебе со второй третью суммы. Нужно обязательно закрепить эффект от бассейна.

– Еще сюрпризы будут? – решила уточнить сразу, вдруг почувствовав легкую неловкость. Конечно, у нас с Бастиком только деловые отношения, но эти поцелуи нарушали внутренний баланс и выводили хорошие, проверенные годами цинизма, мозги из строя.

– Обязательно, – кивнул жених. Постучав по стенке, он повернулся ко мне и поделился планами на ближайшее будущее:

– Сегодня будет секс с множественными оргазмами. С тремя точно.

Я открыла рот и забыла, как он закрывается.

– Думаю, пока этого будет достаточно, – верно истолковал мое выражение лица Бастик.

– Может тебе еще прилюдно отдаться? – едва придя в себя, вскинулась я.

– Прилюдно у нас не получится, – грустно заметил жених.

– Тройного оргазма не выйдет?

– Фиктивности не выйдет, – ухмыльнулся он. – А в комнате мы все изобразим в легкую. Только шторы закроем, и дверь на замок, чтоб не ворвался никто в самый пик нашей бурной имитации.

Я облегченно вздохнула, уловив главные два слова во всем монологе: фиктивность и имитация. Откинувшись на подушку, заложила руки за голову и согласилась:

– Хорошо! Фиктивные оргазмы – это по мне, особенно, если за них платят.

Следующий час мы просидели в номере, надеясь, что все решат, будто у нас тихий утренний секс. В это время жених рылся в своем планшете, проверяя личную почту, а я, переодевшись в свежее белье и черный комбинезон, мирно уснула, укутавшись в одеяло.

Кажется, только прикрыла глаза, как Бастик меня разбудил. Тронув за предплечье, он грозно сообщил:

– Если сейчас же не встанешь, вынесу тебя на руках без макияжа. И тогда тебе нечем будет раздражать Джаннет.

– Ничто так ее не раздражает, как мое присутствие рядом с тобой, – отозвалась я. – Макияж тут не при чем. И вообще, зачем так грубо будить девушку?

– Затем, что это – моя пятая попытка тебя поднять, – отозвался Бастик, стягивая с меня одеяло. – Подъем, ведьма, пора отрабатывать деньги.

– Фу, – потянувшись, я уселась, сонно моргая и глядя на жениха с искренней ненавистью. – Только настоящий гад может отнять одеяло у спящего. Инквизиция была гуманнее.

Пришлось вставать, уединяться и наводить красоту. Веки сразу потяжелели от количества краски, а кожа, успевшая чуть загореть на утреннем солнышке, снова превратилась в бледное нечто под слоем тональника.

Начесав волосы спереди, собрала их и заколола назад, визуально увеличив голову в размерах. В уши вставила серьги-гробики, а на губы нанесла бледно-коричневую помаду.

– Ну, как? – появляясь из ванной, спросила у Бастика, сидящего на кресле и нетерпеливо поглядывающего на часы.

– Влюбляюсь в тебя все сильнее с каждым часом, – ответил он, поднимаясь. – Особенно хороши серьги.

– У меня и кольцо есть в комплекте, – похвасталась я, – только оно дома осталось. Как и многое другое. Увы, не все влезает в один маленький чемодан.

К людям мы спускались под руку, тихо переговариваясь обо всем и ни о чем одновременно. А внизу нас уже ждали. Джаннет со своими верными болонками, восседала на длинном полукруглом диване, обсуждая фильм для вечернего показа.

– О, вы проснулись! – воскликнула она, поднимаясь, – а мы все гадали, может, стоит пойти и разбудить сладкую парочку? Самое веселье пропустите ведь.

– Я всегда сплю после хорошего секса, – заявила, поглаживая Бастика по плечу. – Хотя тех двадцать минут, что он мне оставил, было преступно мало. Зато смело можем сказать – ванная у вас крепкая!

Болонки дружно уставились на свою хозяйку, а та, словно не услышала меня, продолжила говорить:

– Джон и Мира тоже решили выспаться, правда, в отдельных комнатах. А мы выбирали фильм для просмотра, пока готовится обед. Есть предложения, Себастьян?

– У них здесь мини-кинотеатр, – пояснил мне жених, поправляя мой выбившийся из прически локон. – Было бы неплохо что-то посмотреть всем вместе. Чего бы тебе хотелось, зайка?

У меня дернулось веко. Ненавижу заек.

– А Дракула есть? – спросила максимально восторженно. – Я бы пересмотрела. Только именно ту экранизацию, что снял Френсис Форд Коппола, с Гэри Олдманом, Киану Ривзом и Вайноной Райдер. О! Обожаю их… Столько крови, мистики, надлома!

– А я обожаю тебя! – Бастик прижал меня к себе и чмокнул в висок, глядя на злющую бывшую. – Она у меня такая необыкновенная…

– Сама выглядит как ужас, и смотреть предпочитает их же, – с язвительной улыбкой выпалила Джаннет.

– Ты, похоже, перегрелась на солнце и забыла о манерах, – очень серьезным тоном проговорил мой жених – заступник. – Моя Сисси – у меня аж зубы свело от того, как четко он произнес нелюбимое имя – предпочитает смотреть классику, шедевры кинематографа от знаменитых мастеров своего дела. И, если вы против, мы прекрасно проведем время до обеда в спальне. Наедине. Продолжая изучать поверхности на прочность. Так ведь, кисуля?

Я подняла голову и, посмотрев на него чуть прищуренным взглядом, одарила шикарным оскалом, после чего, совершенно неожиданно для всех, похлопала его по щеке, приговаривая приторно-сладким голосом:

– Ты у меня просто зайка, мой Бастюша-бубуша!

Вот это мужик! Кремень! Ни единый мускул на лице не дернулся, только вена на шее запульсировала сильнее.

– Спасибо, прелесть моя, – ответил он, перехватывая мою руку и прикладывая к губам запястьем внутрь. Горячие мягкие губы Бастика коснулись основания ладони, а у меня по коже неорганизованной толпой побежали мурашки.

– Вы такие ми-и-илые, – пропела одна из девиц-болонок, прикладывая руки к груди третьего размера. – Аж ваще… Давайте посмотрим этого Дракола. Может, реально вещь?

Еще двое девиц поддержали подружку согласным щебетом, а Джаннет раздраженно сообщила:

– Не драколу, а Дракулу. Это кошмар!

– Это история дивной любви с трагической составляющей, – вмешалась я. – Уверяю, все будут в восторге!

Все были в ужасе.

Девицы пищали, пугались, вздрагивали и возмущались, как Киану Ривз посмел сниматься в подобном?! Джаннет же заметила, что прическа Дракулы напоминает ей мою, и я гордо приосанилась, поблагодарив ее за лучший комплимент. Она оскорбилась и досматривала фильм молча, иногда искоса наблюдая, как Бастик ласково перебирает пряди моих волос…

Обед прошел в обстановке веселья и умиротворения, все обсуждали фильм, костюмы героев и концовку истории. Джон и Миранда с удовольствием подключились, сожалея, что пропустили настолько взволновавший дам сеанс, а Джаннет молчала, поджимала губы. Она плохо ела, чем напоминала меня в ресторане совсем недавно – вот и поменялись мы с красоткой местами!

Правда, оказалось, я рано радовалась. Наглая сволочь сразу после обеда предложила мужчинам пожарить мясо на гриле. И девушкам рядом с ними, разумеется, делать было нечего. Пришлось остаться в доме и слушать, как болонки обсуждают своих последних кобелей в физиологических подробностях, медленно тая под моим горящим от ярости взглядом. Миранда при этом щебетала не меньше остальных, восторгаясь новым рестораном, неподалеку от центра и недавней поездкой в Нью-Йорк...

– А у тебя были мужчины до Себастьяна? – вдруг спросила Джаннет, бесцеремонно прерывая на полуслове свою же подружку. – Или он стал первым?

В комнате мгновенно повисла тишина, и все взгляды устремились на меня, поблескивая от любопытства.

– Ой, – отмахнулась я, скалясь в подобии улыбки, – для меня каждый раз, как первый! Но увы, запоминать все в деталях никогда не пробовала, вот как, скажем, Мариэт. Надо же помнить детально каждый член, и как он входил в ее рот. Это был весьма познавательный экскурс.

Миранда прыснула, а Джаннет решила не останавливаться на достигнутом и продолжать нагнетать обстановку:

– То есть, ты считаешь, что Мариэт – девица легкого поведения?

Я с интересом посмотрела на притихших болонок, особенно на ту, что являлась теперь предметом нашего разговора. Высокая, стройная, ярко-рыжая с огромными зелеными глазами. Жаль, только интеллект весь ушел в красивую высокую грудь. Соскользнул, так сказать...

– Я считаю, что Мариэт стоит поберечь себя в будущем, – ответила, пожимая плечами. – Потому что в ее жизни осталось не так много мужчин. В будущей жизни, имею в виду.

– Как это? – ужаснулась красотка.

– Очень просто. Ты почти исчерпала предоставленный на это тело лимит партнеров. Думаю, здесь не обошлось без вмешательства низших бесов, они толкают безупречно идеальных девушек в неразборчивые связи, питаясь их энергетикой. В итоге, к сорока тело будет изношено, а ауру укрепить станет почти невозможно.

– Что за бред?! – вспылила Джаннет.

– Что за бесы? – уточнила Мариэт, присаживаясь ближе и испуганно поглядывая на хозяйку дома. – Я, в общем-то, не слишком верю в подобное, но послушала бы с удовольствием.

– Ну, вообще-то я на отдыхе не работаю, но, в качестве исключения, могла бы раскинуть карты и посмотреть, насколько плохи дела, – смилостивилась я.

– Ой, и я бы посмотрела, – обрадовалась Миранда. – Можно?

– И мне можно? – одновременно подали голос оставшиеся болонки.

– Вы что, рехнулись? – вскочила Джаннет.

– Всем можно! – радушно улыбаясь, поднялась и поманила потенциальных клиенток за собой, в предоставленную нам с Бастиком спальню. – Только соблюдайте тишину и проникнетесь уважением к духам. Они не любят скептически настроенных личностей и могут вовсе проигнорировать мой зов.

– Шарлатанка! – поднявшись за нами, выдала Джаннет.

– Вот вас-то я и попрошу остаться, – с прискорбием сообщила я. – Вы мне баланс постоянно нарушаете. Отдохните пока, макияж поправьте… Вон, под правым глазом тушь потекла уже.

– Я не пользуюсь тушью! – почти заорала на меня девица.

– У нее нарощенные ресницы, – кивнула Мариэт.

– Тогда что это там такое безобразное? – я сделала вид, что присмотрелась. – Ох, это же родинка! Надо же, как неловко получилось. Ну, да ладно, суть не в том. Вам, Джаннет, с нами нельзя, найдите пока себе другое занятие.

Скользнув в предоставленную спальню, я придержала дверь, наблюдая, как входят Миранда и хозяйские болонки. Последние сильно нервничали, но природное любопытство победило инстинкт самосохранения. Так было и с библейской Евой, да-да…

Не могу передать, с каким удовольствием я закрыла дверь перед лицом Джаннет! От переполняющего счастья, даже погадала болонкам с большой скидкой. Они остались в восторге, а я при двухстах баксах. Миранда погадать ей не просила, но смотрела за процессом с удовольствием.

Так мы и провели все время, пока мужчины не позвали нас на барбекю. Оказалось, Джаннет приходила к ним, жаловалась на меня и, не сыскав сочувствующих, ушла загорать.

Оставшуюся часть дня я провела рядом с Бастиком, постоянно чувствуя на себе тяжелый взгляд одной серьезно обозлившейся особи женского пола. Бедняжка явно разрабатывала план жуткой мести, а я, тем временем, пила потрясающе вкусное вино и заработала еще тысячу баксов у всех на виду. Поцелуями, ага.

В общем, когда мы, наконец, отправились к себе, ужасно хотелось просто лечь и уснуть, но публика явно ждала большего: от Джаннет, промчавшейся в свою спальню, находящуюся буквально за нашей стеной, до болонок, решивших еще посидеть внизу, поговорить о том, о сем. Джон также не преминул пожелать нам продуктивной ночи, а Миранда просто поцеловала братца в щеку, шепнув ему что-то, вновь вызвавшее улыбку на его лице.

– Наконец-то! – ворвавшись в комнату и упав на кровать, выдала я. – Как они мне надоели. Все!

– По-моему, все прошло прекрасно, – пожал плечами Бастик, направляясь к ванной комнате и резко раскрывая дверь. Та стукнулась о стену так, что зачатки сна мигом слетели с моих закрывающихся от усталости глаз.

– Ты чего?

– Секс, – напомнил жених, кивая головой на выход. – Народ ждет от нас феерии чувств. Огня! А ты, как старушка в кровать и кверху лапами.

– И что, по-твоему, нужно крушить мебель? – я с интересом осмотрелась, остановив взгляд на красивой напольной вазе. Во мне медленно просыпался ненасытный вандал.

– Нет, Сисси, бить посуду мы не будем, ломать кровать тоже.

Я приуныла.

– Но, на подоконнике попрыгать можно. И нужно. Иди сюда. – Он протянул мне руку, уже направляясь к окну.

– А если кто-то будет смотреть с улицы? – нахмурилась я, приближаясь к жениху.

– Мы сделаем имитацию качественной. Никто не сможет подкопаться. – Меня подхватили сильные руки, удерживая за попку и заставляя прижаться, обняв ногами мужскую талию. – Занавески прочь! Мы тут вакханалии предаемся, а они тряпок навешали…

Подоконник оказался чуть прохладным, а руки Бастика, теперь блуждающие по моей спине, горячими. Он сделал вид, что целует меня, склонив голову чуть в сторону, но оставив расстояние в несколько миллиметров.

– Жадничаем? – чуть охрипшим, несомненно, от холода голосом спросила я.

– Пятьсот баксов – тоже деньги, – ответил мне в губы Бастик, нагло скалясь. – Не сиди бревном, милая. Помоги любимому человеку имитировать страсть.

Я опомнилась, подняла ватные руки и обвила его шею, чуть подавшись вперед, отчего наши губы и правда встретились.

На миг сердце замерло в предвкушении, но Бастик тут же отстранился, передислоцировав внимание на мое ушко.

– Прекрасно, Мо, не останавливайся, – шепнул он. – Держись крепче, мы переезжаем.

Меня снова подхватили за самое мягкое место и на этот раз перенесли к одной из стен, прижав с силой и едва не снеся к чертям картину.

– А-ах! – закричала я, цепляясь за широкие крепкие плечи и с ужасом косясь на предмет искусства, представляя, сколько он может стоить. – Бастик! Ба-а-астик!

Жених, раззадоренный моей игрой, тоже начал входить в кураж.

Раздался треск ткани, и мой черный комбинезон потерял товарный вид. Уставившись на вывалившуюся на свободу грудь в кружевном черном лифе, я слегка охренела и попыталась подтянуть порванные половинки ткани наверх и друг к другу, при этом продолжая работать, как истинный профи:

– Да-а! Сдери с меня их зубами! О, мой Темный Властелин!!!

Глаза Бастика удивленно расширились, руки чуть расслабились, и я едва не упала на пол, потеряв надежную поддержку с его стороны. Жених быстро опомнился и снова бахнул меня об стену, поймав на лету.

Картина все-таки упала, и с нее осуждающе косилась на нас некая леди из века эдак восемнадцатого.

– Сделай это! – завопила я, тыкая пальцем на кровать. – Сейчас же!

– Умоляй меня! – оскалился Бастик. – На колени, маленькая дрянь!

И снова треск ткани. Бастик дорвал комбинезон до самого низа. Теперь можно было и трусики рассмотреть. Благо все было подобрано к случаю из одного комплекта.

– Где твой хлыст? – барахтаясь в объятиях жениха, мотнула головой на кровать. – Заставь меня встать на колени, негодяй!

– А вот и он! – Бастик все-таки исполнил мою просьбу. Швырнув меня на матрас, рывком стянул с себя штаны, стащил футболку и, отбросив их в сторону, упал сверху, отчего кровать подозрительно жалобно скрипнула.

– Такой огромный! Пожалуйста, нет, я исполню все, что скажешь… – тут я немного осипла и едва не закашлялась под тяжестью этой навалившейся сверху громадины. Пару раз, ударив его по голым плечам, зашипела, тыча пальцем в наглую морду: – переигрываеш-шь, одежда причем?

– Перестраховка никогда не помешает, – отозвался Бастик, усаживаясь на меня сверху и начиная ритмично вжимать мои бедра в кровать, подпрыгивая без отрыва коленей и упираясь руками в матрас. Выглядело с моей позиции жутковато, зато кровать скрипела, и зрителям должно было понравиться. Так, пока я пыталась прикрыться остатками комбинезона, Бастик предавался детской забаве, с подозрением глядя на двери.

Вдруг, перекатившись с меня, он поменял нас местами и закричал:

– Да, Морга-а-ана-а-а…

Я аж сама офигела от того, как эпичненько это звучало. Даже на миг позабыла об игре, восторженно глядя на женишка. Только он не давал расслабиться. Взмахнув рукой, приоткрыл рот и изобразил, что кричит, потом ткнул мне пальцем в живот. До меня дошло и, откинув голову, я завопила, словно эхо Бастика:

– А-а-а… Еще… еще немного… Ты бог! Ты царь, ты власте-е-е-е-ели-и-ин…

Закончив, упала ему на грудь и, шумно сопя, уточнила:

– Не слишком?

– Отлично, как по мне. Но, я способен на большее.

– Зато я не способна, – буркнула, слезая с могучего тела и опадая рядом. Рукой, нащупав одеялко, натянула его до подбородка и добавила, буравя жениха злым взглядом: – Комбез, между прочим, мой любимый был.

– Купишь новый, – беззаботно отозвался сексуальный бог Бастик, укладываясь на бок и подперев голову рукой. – Ты сегодня на мне прилично заработала.

– За очень неприличные вещи, – радостно согласилась я. – Ладно, считай, оправдан, жгучий мачо. Завтра при всех посокрушаюсь, что ты во время страсти шмотки мне рвёшь. А сейчас я в душ и баиньки. Устала…

– Согласен, – только можешь пойти окно открыть? Без одеяла. И громко сообщить, как тебе душно.

– Ты серьезно думаешь, что кто-то смотрит? – вскинула брови я.

Он кивнул.

Подумав пару секунд, я поднялась и подошла к окну, распахнув его настежь. Подняв лицо к темному небу, помахала руками на грудь и сообщила томным голосом:

– Жарко, сил нет! Что ты со мной делаешь…

И тут сзади прижался Бастик, обхватив меня своими ручищами, он скользнул по груди и животу, устремившись вниз, но, хвала его чувству самосохранения, остановился, как только кончилась видимость за подоконником. Нежно поцеловав скулу, жених развернул меня в своих объятиях и вновь утащил из зоны видимости, прихватив по пути свой планшет. На этот раз в ванную комнату.

Закрыв двери, он поставил меня на ноги и постановил:

– Иди, мойся, я подглядывать не буду. Пока посижу, почту проверю и новости почитаю. Посмотрим завтра, как мы отработали.

Сил спорить или ругаться у меня не было, поэтому, зевнув, я влезла в душ, закрывшись от всего мира вообще и от жениха в частности, помылась и, наслаждаясь ощущением свежести, отправилась спать, предварительно попросив полотенце.

Бастик ко мне больше не приставал, интереса не проявлял и всецело погрузился в мир рутины и бизнеса. Однако, уже практически уснув, я почувствовала, как он подтянул выше сползшее с меня одеяло, и лег рядышком, предпочитая не укрываться.