Глава 25

Максим

Ни хрена я не способен понять.

Точнее, не так.

Когда Аврора самолично отправила этого шкафа с полудебильными замашками домой, я действительно понял, что до свадьбы этой паре далеко, как до Китая раком. В мыслях блондинки так точно.

Но вот когда стоял рядом с их столиком, и, как дебил, слушал сопливое предложение, растерял весь здравый смысл, и в голове осталась только одна мысль:

«Ни за что».

Ни за что не позволить этой папиной дочке выскочить замуж за громилу — переростка. И плевать, что там одобрили ее родители! Я вообще начал сомневаться в благоразумии Влада Ветошкина, раз он так легко решил отдать свою дочь в руки этому… А кто он вообще такой?!

В общем, когда я с уверенным видом заявляю Ави, что спасал исключительно ее хорошенькую попку, то вру нещадно. И даже в каком-то смысле убеждаю сам себя, что вот это все — действительно мой план по высвобождению секретарши. Потому что на самом деле слегка паникую, и ни черта не понимаю, что это вообще было.

Почему мне так хотелось начистить передник этого, блять, Костика? И вообще посрать на его мышцы и отсутствие всяких мыслительных предохранителей? Я никогда не был идиотом, что лезет в заведомо проигранную драку лишь ради мордобоя и поруганной чести. Я, скорее, стратег, который будет оттягивать кулаки до последнего, и не из трусливости, а из простых логических соображений и здравого смысла.

Но в случае с блондинкой все тормоза горят, и рука чужого мужика на хрупком плече — моя личная красная тряпка, из-за которой я готов броситься на любого, плевав на все исходные данные.

Это будто… Мое и не трогай. Хотя ни хрена не мое, хоть я и знаю вкус и запах каждого изгиба этой девчонки.

Тьфу ты. Точно, хрень какая-то. Надо будет спросить, не ведьма ли мать Ави. У нее вроде и имя там вполне подходящее…

К тому моменту, как мы усаживаемся за стол, я вполне собран, и уже убедил себя в чем угодно, чтобы вновь почувствовать себя уверенно и комфортно. Ави же кипит рядом, явно разгоряченная моей последней фразой, и мне, честно сказать, чертовски это нравится.

И я даже настолько счастлив, что признаюсь себе, как скучал по этому.

— Итак, — Станиславский быстро берет дело в свои руки, — раз уж создание новой ячейки общества у нас откладывается, предлагаю перейти к делам насущным. Максим, что вы надумали по поводу нашего предложения?

Я включаюсь в диалог, на время запираясь от всего остального. Мне нужен этот контракт. И также необходимо понять, нет ли тут подставы. Потому что, хоть Андрей Станиславский вполне неплохой мужик, и вызывает у меня доверительные чувства, сидящая напротив Ксения сполна подливает бочки дегтя в сложившуюся ситуацию.

Бывшая постоянно хмурится и ерзает на месте, словно никак не может усесться удобно. Нервничает и волнуется, хотя я вообще не понимаю, отчего. Но это заставляет меня самого более внимательно вслушиваться в каждое слово, что не ускользает от внимания Станиславского.

— Максим, вовсе не обязательно сейчас принимать решения. У вас есть время подумать, мы совсем не настаиваем на немедленном подписании контракта.

— Да, но мы оба понимаем, что чем скорее ваша компания окажет поддержку нашей, то тем меньше убытков мы понесем, — отбиваю подачу, показывая, что не намерен говорить ужимками, а прямо обозначаю свой интерес.

— Я рад, что вы сами это понимаете. Просто хотел подчеркнуть, что вас никто не торопит, и у вас есть время все проверить. А что вы думаете, Аврора Владиславовна?

Он так резко обращается к успевшей заскучать Ави, что та невольно вздрагивает, и удивленно смотрит на нас. Я с неудовольствием замечаю в ее взгляде на Станиславского смущение, и легкий румянец на скулах.

— Я… я…

Не знаю, чем в тот момент были заняты мысли Ави, но уж явно не контрактом. И Ксения не преминула это подчеркнуть:

— К чему тебе ее мнение, Андрюш? Это всего лишь секретарша, и уж явно не ей решать…

— Помолчи, — спокойно перебивает Станиславский сестру, даже не взглянув в ее сторону.

Ксения обиженно поджимает губы, но послушно молчит, а Аврора, подбодренная поддержкой Андрея, выпрямляет плечи.

— Думаю, Максим Олегович в этом вопросе разбирается лучше меня, и мы всей фирмой всецело разделяем его мнение, — откашливается она, и я в этот момент позволяю себе просто любоваться ее чуть смущенным профилем, — а проводить тщательную проверку будущих партнеров — это едва ли не норма для любых контрактов.

Она мило улыбается, смягчая свои последние слова, а я не удерживаюсь, и поглаживаю ее руку под столом. Бог с ним, с нашим обещанием больше не стягивать друг с друга одежду, сейчас я тупо благодарен ей, и хочу хоть как-то выразить поддержку!

Щеки Авроры еще больше краснеют, и я не убираю руку, а оставляю ее на том же месте. Просто, блять, до хрена приятно чувствовать ее кожу в тандеме со своей. И плевать, что это тоже не «по-рабочему» — у нас с ней все через ж…

— Это, конечно, объективно правильно, — согласно кивает Станиславский, чуть наклоняясь к Авроре, — но все же… Что думаете лично вы?

Он намеренно подчеркивает, какой ответ его интересует, и как-то совсем уж двусмысленно дергает бровью. А вот это лишнее. Черта с два я позволю тебе докапываться до моей девочки… Тьфу ты, сотрудницы. Поэтому я быстро сжимаю руку Ави под столом, предостерегая ее от ответа, и вступаю в диалог сам.

— Аврора Владиславовна уже дала свой ответ, — тихо, но твердо осаживаю мужчину, — думаю, она выразила то, что хотела, не больше и не меньше. А вот у меня есть, чем дополнить столь правильные слова. На следующей неделе в нашей фирме будет первый корпоратив, по случаю полноценного запуска. На нем будут присутствовать все сотрудники, а также глава нашего основного здания в Москве — Влад Андреевич. И я приглашаю вас с Ксенией туда, для того, чтоб вы лично познакомились с ним, и тоже обсудили детали. Согласны?

Кажется, такое предложение — полная неожиданность для всех моих спутников. Андрей с Ксенией удивленно переглядываются, а Аврора сама впивается ноготками в мою ладонь.

И даже эта боль для меня дико приятна в ее исполнении.

— Все… Сотрудники? — чуть срывая голос, шепотом роняет блондинка.

— Да. Вам в понедельник придет письмо на корпоративную почту, лично каждому приглашение. Какие-то проблемы?

Она отрицательно качает головой, но я понимаю, что проблемы есть. Нужно будет обязательно спросить блондинку, что так ее беспокоит…

— Мы согласны, — улыбается мне Станиславский, протягивая руку, и мне приходится оторвать взгляд от сосредоточенной Авроры.

— Вот и отлично, — киваю, и на этом решаю завершить нашу встречу.