Annotation

❗2 части в одной книге!

Из подвала, где меня держали похитители, я угодила в тело прикованной цепями к постели девушки, откуда меня отправили прямиком в местную психушку. Решив, что все эти злоключения не что иное, как оригинальный подарок отца к моему двадцатипятилетию, я решила принять правила игры и получить удовольствие от этого необычного квеста.

Знала бы я, насколько сильно мое заблуждение!

Мне "посчастливилось" погостить в дурдоме, и даже поучаствовать в местных военных действиях, что было лишь началом моих злоключений!

Узнай я сразу, что оказалась в магическом мире, да еще и женой сурового герцога, поспешившего избавиться от неугодной молодой супруги, испугалась бы куда сильнее!

Но случилось так, как случилось. И теперь моя задача — не выдать себя в мужской магической академии и выжить в доме мужа, избавившись от нежеланного брака. Но так ли сильно я теперь этого хочу?

P.S. В этой истории ни один пальчик не пострадал!

⚠️ 2 части в одной книге!

🎥 Буктрейлер!

📖 В тексте есть:

✅ Обустройство и развитие попаданки в новом мире

✅ Магические гигантские полозы

✅ От ненависти до любви

✅ Смех сквозь слезы и просто много смеха

✅ Находчивая, но невезучая попаданка

✅ От ненависти до любви

✅ Острые эмоции и невероятные приключения

Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки

Глава 1. Из огня, да в полымя

Глава 2. Пункт назначения - психушка

Глава 3. Экстремальный "аттракцион"

Глава 4. Розыгрыш затянулся

Глава 5. Стадия "принятия"

Глава 6. Дерзкий побег

Глава 7. Ошибка старого герцога

Глава 8. Чудеса мимикрии

Глава 9. Неожиданные союзники

Глава 10. Дознание

Глава 11. Планы и сомнения

Глава 12. Новые откровения

Глава 13. Кто они?

Глава 14. За секунду "до"

Глава 15. "Курс молодого бойца"

Глава 16. Выволочка

Глава 17. Дорога в большой мир

Глава 18. Попались

Глава 19. В плену

Глава 20. Побег

Глава 21. Шуашшиши

Глава 22. Дезертир

Глава 23. Она?

Глава 24. Демиан Русток

Глава 25. Спасти врага

Глава 26. Ответственное задание

Глава 27. Банщик

Глава 28. Покерфейс

Глава 29. «Солдат спит — служба идёт»

Глава 30. Незваные гости

Глава 31. Нападение

Глава 32. Долгожданная помощь

Глава 33. Инициатива наказуема

Глава 34. Оставьте меня в покое!

Глава 35. Незваный гость хуже татарина

Глава 36. Минус одна тайна

Глава 37. Под защитой

Глава 38. Трудный выбор

Глава 39. Большой исход

Глава 40. Дембель

Глава 41. Черный конверт

Глава 42. Модельер поневоле

Глава 43. Академия

Глава 44. Интересы герцогства превыше всего

Глава 45. Незаменимые... бывают!

Глава 46. Смертельный прыжок

Глава 47. Радость и сомнение

Глава 48. Жуткий день

Глава 49. Вопрос на засыпку

Глава 50. Как быстро завоевать авторитет

Глава 51. Русалки

Глава 52. Покатушки

Глава 53. Новый друг

Глава 54. Академия

Глава 55. Помолвку отменить нельзя женить!

Глава 56. Увидеть, чтобы забыть

Глава 57. "На вору и шапка горит"

Глава 58. «Железная» мужская логика и ее последствия

Глава 59. Птичка в клетке

Глава 60. Между двух жен

Глава 61. Завтрак на одну персону

Глава 62. О мышах и змейках

Глава 63. Разговор по душам

Глава 64. Один - один

Глава 65. Это не то, о чем ты подумал...

Глава 66. Подстава

Глава 67. Страшная тайна

Глава 68. Элиас

Глава 69. Осколки

Глава 70. Он знает!

Глава 71. Мы те, кто мы есть

Глава 72. Хитросплетения генеалогии

Глава 73. Куда пойти, куда податься?

Глава 74. Путь в неизвестность

Глава 75. Узники концлагеря

Глава 76. Новости из "Дома призрения"

Глава 77. Мы обустраиваемся

Глава 78. Долгожданная встреча

Глава 79. Теремок

Глава 80. Неожиданный визит

Глава 81. Деловой разговор тет-а-тет

Глава 82. Тяжелый день

Глава 83. Весна

Глава 84. Перлит

Глава 85. К полозам

Глава 86. Смертельное ущелье

Глава 87. Шок

Глава 88. Сколько веревочке не виться...

Эпилог

Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки

Глава 1. Из огня, да в полымя

Мой отец знает, что я любительница острых ощущений, но такой подарок на мое двадцатипятилетие — это все же перебор!

***

- Ну так какой пальчик тебе жалко меньше всего? – огромный человек в черной маске медленно приближался ко мне, поигрывая огромным тесаком.

Как ни уговаривала я себя, что это лишь шутка, розыгрыш и жесткий пранк, но актер играл свою роль черезчур правдоподобно!

Страх нахлынул подобно цунами, сметая в миг все мое хваленое хладнокровие, и я заорала. На долю секунды я замолчала, оглушенная собственным криком, но тут человек в маске приблизился и наклонился ко мне, поблескивая темными глазами в прорезях вязанной шапки, натянутой на лицо.

- Итак! Раз, два три, лишний пальчик уходи! - произнес похититель вкрадчиво, и даже нежно, дыхнув на меня шпротным духом.

С нереальной силой мне захотелось оказаться как можно дальше отсюда! Я уже представляла, как все выскажу своему папашке, и громко хлопнув дверью, уйду, пусть потом побегает, поищет. А я еще подумаю, прощать его или нет. Но пофантазировать мне не дали.

Огромная мужская лапища потянулась к моей руке, и у меня в глазах потемнело от страха. Тошнота подкатила к горлу, и я интуитивно повернулась на бок, извергая из себя скудный тюремный завтрак.

Едва мне полегчало и я перевела дух, перед глазами замаячило что-то светлое. Сфокусировав зрение, я поняла, что лежу на белой, глянцево поблескивающей простыни, по всей видимости шелковой.

Вот только пятно моей рвоты портило эту шикарную белизну. Я попыталась отодвинуться от него, но не смогла этого сделать, так как мои руки и ноги оказались крепко зафиксированы.

В памяти мгновенно всплыло воспоминание о моей камере, в которой похитители держали меня несколько дней. Не говоря о белоснежном постельном белье, там и кровати-то не было. Маленькое сырое помещение из красного, начавшегося крошиться от времени кирпича, матрас на полу да ведро в углу, вот и вся обстановка.

Страх снова скрутил мои внутренности. Перед собой и над собой я видела лишь темно-бардовый матерчатый полог, отчего мое воображение принялось рисовать картины, одну страшнее другой.

Вспомнив, что мне собирались отрезать палец, я вздрогнула и слегка пошевелила затекшими кистями, а затем и пальцами. Вроде бы все они на месте, да и боли я не ощущала.

Всё же розыгрыш! Вот сейчас дверь откроется, и с криком: «Позд-ра-вля-ем!» — сюда ввалится ватага моих друзей по весёлым тусовкам.

А если это настоящее похищение? Иначе зачем меня приковывать к кровати?

Во рту мгновенно пересохло от этого ужасного предположения, и я немедленно завозилась, пытаясь освободить кисти от пут из тонких, но прочных цепей.

- Леди, лежите смирно, вы так можете себе навредить! – мужской, преисполненный важности голос, гулко разнесся, по всей видимости, по большому и пустому помещению.

Я испуганно замерла, так как до этого мне казалось, что я здесь одна. Медленно, стараясь не задеть пятно рвоты, я перевернулась на спину и повернула голову налево.

То, что я увидела, было совсем неожиданно. Помещение оказалось на самом деле большим, с высоким арочным потолком, украшенным мозаикой. Стены тоже были разукрашены, но только росписью батальных сцен. И вообще, оно больше походило на какой-то храм, а не на жилое помещение.

Волосы на моей голове буквально зашевелились, едва ее посетило очередное ужасное предположение, что меня готовят к какому-то ритуалу, а то и ритуальному убийству.

Я скосила глаза вниз, на свое тело. Моя обычная повседневная одежда, в которой меня и похитили, банально затащив в машину с затемненными стеклами, исчезла. Вместо синих джинсов и черного полувера, на мне была длинная белая ночнушка. Ну точно, на белом кровь будет лучше видно!

Ну нет, так просто я не сдамся! - Я с удвоенной силой принялась крутиться в своих путах, надеясь их ослабить.

- Леди! Еще раз повторяю, лежите смирно! – из-за моего изголовья шагнул мужчина, которого до этого мне не было видно. Я замерла, удивленно разглядывая его странное одеяние и чувствуя себя, словно в исторический фильм попала.

Ну точно, это какая-то постановка, в которой мне отведена главная роль! Они меня убьют изощренным способом, а потом видео отправят другим родителям, чтобы были посговорчивей! Жить захотелось еще сильней, так сильно, что аж в глазах потемнело, и в ушах послышались гулкие удары моего сердца.

- Отпустите меня! Мой отец обязательно заплатит вам выкуп! Дайте мне телефон! Дайте, я ему позвоню! – голос мой хрипел, а горло саднило, словно я долго кричала.

Но вместо ответа гулко хлопнули створки двери, и комната стала наполняться людьми. Это были одни мужчины в одежде, подобной той, что и у стоявшего у моего изголовья человека.

Я задергалась, ощутив резкую боль в натертых тонкой цепью конечностях.

- Видите? У нее уже и судороги начались! – снова подал голос мой надзиратель.

- Вижу, брат Гутлен, герцогу подсунули больную девицу! Думаю, у нее падучая! Смотрите, как ее трясет!

- Отпустите меня! Отпустите, не то вам же хуже будет! Мой отец найдет каждого из вас, и вы все будете сидеть! Все до единого! - меня прямо-таки трясло от ядерной смеси злости и страха. Сказывалось накопившееся за последние дни напряжение и страх неизвестности.

Два ближе всех стоявших ко мне мужчины, и одетые побогаче прочих, переглянулись, и один из них, самый старший, произнес, решая мою дальнейшую судьбу: - Отправить герцогиню в дом для умалишенных! Мне не нужны внуки от женщины, болеющей падучей!

А дальше эти двое отошли в сторону, а на их место пришли другие, одетые в старомодные одинаковые костюмы, напоминающие одежду пажей из сказок, в цветные лосины и пышные, словно китайские фонарики с разрезами по бокам, панталоны. Помню, что я снова кричала, похоже, даже матом, угрожая своим мучителям всеми карами, и еще авторитетом своего отца и его ужасной местью.

Но меня отвязали и, надев через голову белую рубаху с длинными рукавами, обвязали ими, затянув на спине в тугой узел. И тут я поверила, что меня на самом деле повезут в психушку, а это значит, что пока я буду жить! И это самое главное, а там я подумаю, как мне сбежать. Я сразу угомонилась, решив внимательно наблюдать, куда меня везут, и запоминать дорогу. Если, конечно, мне на голову не наденут темный мешок.

— Вот видите, мессир, определенно падучая! Стоит таких больных спеленать подобным способом, как они мгновенно успокаиваются! - подобострастно поклонился мужчина, стоявший рядом с важным господином, отказавшимся иметь от меня внуков.

Я зло зыркнула на него исподлобья, и он резко отшатнулся, осеняя себя чем-то вроде крестного знамения.

- Неужели на герцогиню так повлияла консуммация брака? – задумчиво пробормотал важный господин.

Я тут же навострила ушки, но меня уже резко поставили на ноги и, дернув за конец веревки, которой я была обмотана, как кокон паутиной, потащили на выход.

Глава 2. Пункт назначения - психушка

Я молча перебирала ногами, радуясь уже хотя бы тому, что мне не завязали глаза, а всего-навсего накинули на голову полупрозрачную черную кружевную накидку, что, как понимаю, должно было не дать увидеть, кого именно ведут, но позволяло мне самой видеть все вокруг. И вели меня явно на выход, на улицу!

За несколько дней сидения в подземелье, с его влажным и затхлым воздухом, без единого лучика света, я уже несколько раз успела попрощаться с жизнью. Единственное, о чем я тогда мечтала, чтобы меня убили быстро, желательно выстрелом в висок.

Поэтому сейчас все, что меня окружало, воспринималось особенно остро, краски казались ярче, а воздух чище. Меня быстро провели по шикарным коридорам какого-то музея, и при этом навстречу не попался ни один человек.

Двое из шестерых моих провожатых с усилием приоткрыли створки просто громадных деревянных дверей, словно сделанных под заказ для сказочного великана. Вернувшись на место, моя «свита» окружила меня плотным кольцом и вывела на улицу.

Солнечные лучи ослепили меня, и я чуть не упала, споткнувшись на широких каменных ступенях. Меня тут же подхватили под связанные рубашкой локотки и быстро снесли вниз, к подножию лестницы, где уже ждала самая настоящая карета! Только очень неприглядного вида, прямоугольная и черная, как сама ночь. Четверка таких же черных, как и экипаж, коней нетерпеливо перебирала тонкими ногами.

Да уж, мрачновато! Пожалуй, это была первая четко оформленная мысль с того времени, как меня куда-то повели. Возможно, во всем был виноват мужской склад ума, унаследованный мной от отца. Я практически никогда в критической ситуации не впадала в панику и не начинала сразу истерить.

Ну, может быть, максимум давала себе минуту на легкую растерянность, но и во время нее я сканировала окружающее меня пространство, а уже на второй минуте мой мозг, усиленно скрипя шестеренками, выдавал мне список возможных выходов из сложившейся ситуации.

Как всегда, говорил мой отец, что если один возможный выход — это смерть, то другой — это способ избежать первого.

Черные двери моего транспортного средства распахнулись передо мной, провожатые, также деликатно поддерживая под локотки, вознесли меня на высокую ступеньку, и мгновение спустя я оказалась внутри.

В следующее мгновение с моей головы сдернули тончайшую накидку, за что своим конвоирам я была очень благодарна! На улице стояла жара, а в этой накидке, да в закрытом пространстве кареты, мне бы попросту нечем было дышать.

Плюхнувшись на мягкое, но такое же черное сидение, я неловко завалилась на бок, не имея возможности опереться на примотанные к телу руки.

- Что-то герцогиня слишком тиха!

— Это, наверное, от шока!

Услышала я единственные от моих сопровождающих слова. Затем карета качнулась, послышалось протяжное: «Ннооо!», и траурный экипаж мягко тронулся с места.

Немного повозившись, мне все же удалось сесть на приятно пружинящий диванчик. Покрутив головой, я разглядела в левое окошко кареты поле с работающими на нем людьми, а в правое небольшой городок, его вид мне показался интересней.

Поелозив по пружинящему сидению, я придвинулась вплотную к правой дверце и припала лицом к оконцу.

Сразу за огромным не то дворцом, не то музеем, огороженным высокой каменной, сплошь в пятнах яркого зеленого мха, стеной, начиналось поселение с одноэтажными, но довольно добротными домишками.

Архитектура не отличалась разнообразием, но производила вполне приятное впечатление! Свежевыбеленные стены, большие окна и крыша, покрытая… Невероятно! Повозка чуть повернула вправо, словно огибая этот миленький городок, свет солнечных лучей изменил угол падения, и все крыши домов буквально взорвались сияющим буйством красок!

Я зажмурилась, но тут же снова поскорее открыла глаза. Крыши сияли уже не так ослепительно, но все же достаточно ярко и, главное, всеми цветами радуги! Я зачарованно уставилась на этакое чудо и только теперь заметила, что перед домишками, в своих небольших огородах да палисадниках, работали люди и совершенно не обращали внимания на такую красоту!

Карета подскочила на кочке, и меня снова швырнуло на сиденье. Пока я, барахтаясь, снова приняла вертикальное положение, городок остался позади, а вдоль дороги пошли небольшие голые холмы, за которыми больше ничего видно не было.

Я привалилась спиной к стенке кареты, размышляя, когда же, наконец, мы приедем в пункт назначения. Судя по расположению солнца в зените, сейчас примерно полдень. На открытом пространстве черная карета очень быстро нагрелась, да и я была словно в кокон укутана смирительной рубашкой, и это, еще не считая нескольких витков пеньковой веревки, которую с меня так и не сняли. Затянуто было не туго, но от нее было еще жарче.

По виску, раздражающе щекоча, проползла капля пота. Я тряхнула головой, и от этого движения взметнулись волосы, облепив мне лицо и даже глаза. Я зарычала от этого ужасно неприятного ощущения и вынужденно легла на сидение, пытаясь трением о его бархатную ткань смахнуть с лица прилипшие к нему длинные пряди волос.

И… замерла. Почему у меня длинные волосы? Я, как могла, скосила глаза на свое плечо, увидев, что каштановые волосы до него уж точно доходят, а по ощущениям, продолжаются и дальше.

Каштановые. Длинные. Сюрреализм какой-то! Хотя не больший, чем кровать под балдахином во дворце, да сияющие радугой крыши простых домишек. Уже в который раз сквозь список замеченных мною странностей пробивался закономерный вопрос: «Где я?» Но я также упорно и осознанно гнала его прочь. Если представить самое невероятное, то до истерики уже было рукой подать, а чем закончился мой первый подобный приступ, уже было известно. Меня признали сумасшедшей и отправили в местную психушку.

Хотя, возможно, я бы сумела сдержаться тогда, оказавшись непонятно, где, но занесенный над моим пальцем мгновение назад здоровенный тесак… мало способствует душевному спокойствию и выдержке.

А пока мне никто не угрожает, можно и передохнуть. Хотя так и помереть можно от жары и обезвоживания! И только я набрала в грудь воздуха, чтобы закричать и привлечь к себе внимание, как колеса загрохотали явно по мощенной камнями дороге, и меня безбожно затрясло.

Я с еще большим трудом приняла вертикальное положение, сохраняя его, упираясь ступнями в пол. Мимо окон замелькали каменные серые стены низких строений, гуляющие сами по себе куры, босоногие мальчишки, играющие в какую-то игру, а затем просто каменные высокие стены по обеим сторонам кареты. И мне показалось, что мы едем по узкому коридору, стены которого едва не касаются самой кареты. Клаустрофобией я не страдаю, но мне стало жутковато, так как эти стены напомнили мне мою недавнюю темницу и огромного мужика с тесаком…

Карета дернулась и остановилась. Я навострила уши, прислушиваясь. Вскоре послышались легкие шаги и шуршание, а вслед за этим дверь кареты распахнулась.

- Леди сама выйдет или вам помочь? – прозвучал настороженный женский голос. Солнце светило мне в глаза, и я не видела говорившую, лишь подол ее длинной юбки серо-болотного цвета.

- Сама, - буркнула я, медленно вставая и осторожно ставя ногу на ступеньку кареты. Спустя пару секунд я уже стояла на раскаленном полуденным солнцем плацу.

- Как леди вела себя в дороге? – вопрос был явно адресован не мне.

- Хорошо, смирно сидела, - басовито ответили за моей спиной. Но я даже оглядываться не стала. Куда больше меня интересовало, когда меня развяжут и дадут воды.

— Это хорошо! – удовлетворенно кивнула женщина, стоявшая в солнечных лучах. – Леди, следуйте за мной!

И я последовала за длинным шуршащим подолом явно многослойной юбки. И как они в стольких слоях одежды с ума не сходят в такую жару? Меньше, чем через минуту я получила ответ на свой вопрос.

Небольшой марш-бросок по каменным ступеням, напоминающим ступени того прекрасного дворца, потом деревянные, но самого обычного размера двери и… мертвенный холод каменного мешка. Я уже давно вспотела на жаре и в духоте экипажа, поэтому невольно вздрогнула, покрывшись мурашками и уже не зная, что же предпочтительней, жуткая жара или такой же холод?

- Следуйте за мной! – снова знакомый голос и блеск внимательных черных глаз приятной девушки в грубом мрачном платье и платке, плотно покрывающим ее голову и шею.

Я кивнула и молча пошла за ней, понимая, что она меня ведет к главному здесь, и задавать ей вопросы смысла нет, все равно не ответит.

Несколько поворотов по лабиринту похожих друг на друга коридоров, и вот она толкает с виду обычную, но более светлую дверь. Я вошла в небольшой пустой зал с единственным креслом посередине. Стало жутковато. Снова на память пришла кровать, к которой меня привязывали по рукам и ногам, снимая видео для моего отца.

- Садитесь! – интонация ровная, но тон не предусматривает неподчинения.

Я, внутренне дрожа, села на деревянное сидение, ощущая себя чуть ли не на электрическом стуле. Моя провожатая взяла за болтающиеся слева и справа от меня концы веревки и привязала меня ими к креслу, завязав узлы на его ручках.

Я с трудом проглотила ставшей вдруг вязкой слюну. Жутко хотелось пить, но в туалет вдруг захотелось еще сильнее. Странно, что всю влагу из меня не выпарило ужасной жарой еще в карете.

Сзади послышались тихие, но уверенные, полные ощущения превосходства шаги. Я внутренне напряглась, понимая, что прямо сейчас узнаю, что меня здесь ожидает. Мимо меня, обдав терпко-горьковатым запахом каких-то трав, прошла женщина в такой же одежде, как и у моей провожатой.

Встав напротив, она развернулась и уставилась на меня немигающим задумчивым взглядом. На вид лет пятидесяти, довольно стройная, с хорошей осанкой и горделиво приподнятым подбородком. Приятное лицо с правильными чертами, лишь только начавшее терять четкие очертания, свойственные молодому телу, и светло-голубые глаза. Вот и все, что можно было сказать о ее внешности, так как от пят и до головы она была укутана в бесформенную многослойную одежду.

- Приветствую вас, леди, в нашем приюте скорби и немощи!

Ничего себе, приветствие! Словно на тот свет приглашает. Но я промолчала, так как любой ответ прозвучал бы нелепо и явно неискренне. Не говорить же ей, что я рада поселиться здесь до конца дней своих!? Прежде всего, мне необходимо собрать информацию, и уж затем, я надеюсь, когда меня оставят в покое, придет время все проанализировать.

Женщина кивнула каким-то своим мыслям.

- У вас есть сейчас какое-то пожелание?

- Есть, - прокаркала я пересохшим от жары горлом. – Хочу, чтобы меня развязали, дали воды и сводили в туалет.

- Куда? – светлые брови над голубыми глазами удивленно взлетели.

Я поморщилась. Ну, на самом деле, средневековье какое-то! Простых слов не знают.

- Облегчиться мне надо! – каркнула я еще раз, мысленно поморщилась от этого устаревшего и неприятного выражения, а затем добавила, уверенно кивнув: - Очень надо!

- Придется потерпеть, - невозмутимо ответила незнакомка, которая, кстати, даже не подумала представиться. Хотя, если это на самом деле что-то вроде сумасшедшего дома, то психи вряд ли запомнили бы имя его начальницы.

- Что? – до меня запоздало дошел ее ответ, и я неожиданно для себя разозлилась. Это она что, считает, что зов природы должен ее тоже слушаться? Да уж, самомнения у этой дамочки просто завались! Ну что ж, посмотрим! Что с сумасшедшего возьмешь!?

Я глубоко вздохнула и растянула рот в идиотской улыбке.

- Зачем терпеть? Я и здесь это прекрасно сделаю! Очень удобное кресло!

Женщина выпучила на меня глаза и замахала руками, пытаясь что-то произнести сиплым голосом.

Глава 3. Экстремальный "аттракцион"

Один-ноль в мою пользу! Вот что значит правильный подход к людям. Потихоньку начинают пригождаться уроки моего папеньки, на которые я раньше лишь отмахивалась. С другой стороны, с этим тоже нужно мне быть осторожней. Отец поучал меня со своей позиции «хозяина жизни», я же сейчас нахожусь в совершенно противоположной. И то, как бы хуже себе не сделать, хотя куда уж хуже, оказаться связанной в дурдоме!

Оказывается, с выводами я поторопилась.

После моей угрозы сделать пи-пи прямо на стуле, меня быстро развязала черноглазая «конвойная» и, получив от грозной начальницы сказанные шепотом указания, снова повела меня по коридорам, правда, спустившись перед этим на этаж ниже.

Вот тут уже и вправду впору было сказать «ой!».

Во-первых, в коридорах цокольного этажа оказалось значительно холоднее, чем на первом. И вдоль коридора, по которому меня вели, располагались… клетки! Вернее, задняя и боковые стены маленьких комнатушек были каменными, а вот передняя стена – решетчатая!

Внутри этих клетушек было темно, так как окон в них не было. Черноту этих мрачных холодных помещений разгоняли лишь небольшие, ярко светящиеся предметы величиной с ладошку, которых в каждой клетке было по три-четыре штуки. Возле них, держа как можно ближе к свету открытые ладони, сидели люди. Вернее, я видела лишь их силуэты да напряженные, подсвеченные красным и желтым, изможденные лица.

Заглядевшись на этот ужас, я споткнулась, едва удержавшись на ногах. Моя проводница обернулась, смерив меня внимательным испытывающим взглядом. Но я лишь сильнее сомкнула губы и, отвернувшись от клеток, потопала дальше. Стук моих каблучков гулко разносился под каменными сводами, и от этого я чувствовала себя еще более неуютно.

Опустив голову на свою громкую обувь, только сейчас заметила, что коридор понизу, вдоль решеток, выложен разноцветными светящимися кусочками неизвестного камня, поэтому идти было довольно легко, так как дорога тускло, но подсвечивалась.

И тут мне стало еще страшнее, неужели меня ведут в точно такую же темную каморку? Мертвенный холод скрюченными пальцами пробежался вдоль позвоночника, но я промолчала, лишь сильнее обняв себя руками, и так уже прижатыми ко мне длинными рукавами смирительной рубашки. Чем заканчиваются мои вопли и угрозы связями папеньки, я уже недавно убедилась на собственном опыте. Поэтому сейчас предпочла молчать и… наблюдать.

К моему неслыханному счастью, вскоре в конце коридора забрезжило белое пятно дневного света, и через некоторое время я ощутила легкий сквознячок, а чуть позже и уже не легкий. Пятно света расширялось и, наконец, превратилось в дверной проем, створки дверей которого были распахнуты настежь.

Вслед за своей провожатой я шагнула за порог, удивленно хлопая глазами. Слева в стене зияло закрытое слегка мутноватым стеклом большое окно, выходившее, судя по всему, на хозяйственный внутренний двор. Там рылись в пыли куры, хрумкали сено кони и бегали по каким-то лишь им ведомым поручениям бедно одетые мужчины и женщины.

На все это я лишь мельком обратила внимание, внутренне радуясь, что меня не оставили в одной из темных клеток. И все же меня, как ни странно, больше заинтересовал другой вопрос. Каким образом мы, спустившись на один этаж под землю, вышли снова на первый?

- Коридор с лечебными помещениями расположен по кругу, огибая наш храм милосердия, и уклон пола постепенно повышается, снова выходя на поверхность, - видя мое озадаченное лицо, пояснила девушка.

Я же просто кивнула, представив то, о чем она мне только что поведала. И все же одно выражение вызвало сильное удивление, и я невольно задала вопрос вслух:

- Лечебными помещениями?

- Да, умалишенным полезно сидеть в темноте! «Это заставляет их заблудшие души искать свет и к нему стремиться!» — воодушевленно произнесла молодая женщина, и ее глаза фанатично заблестели.

Мы поднялись на второй этаж и снова пошли по коридору.

Ой-ой! Еще фанатиков мне не хватало! Я быстро опустила голову вниз, чтобы моя провожатая не успела увидеть на моем лице удивление и сомнение. Что-то мне подсказывало, что тогда отношение ко мне может кардинально поменяться. К счастью, ответа от меня не потребовалось, потому что мы, похоже, пришли.

— Вот ваше помещение, леди! – с этими словами женщина распахнула передо мной дверь с таким видом, будто меня заселяют в царские палаты, не меньше!

Я осторожно вошла внутрь и огляделась. Хотя, если сравнивать с тем каменным «мешком», где держали меня бандиты, и подземными темными камерами с решетками во всю стену, мне было чему радоваться! Судя по всему, меня специально провели именно той дорогой, чтобы сравнила, оценила и не рыпалась.

Ну что сказать, способ оказался действенным на все сто! А если вспомнить, что я и так не собиралась больше качать права и лишь наблюдая делать выводы, то материала у меня набралось достаточно.

Черноглазая провожатая подошла ближе и, изучающе-насмешливо глядя в лицо, принялась меня развязывать. По счастью, кроме сдавившей ребра веревки, с меня сняли и смирительную рубашку.

- Благодарю! – счастливо выдохнула я, растирая затекшие руки и плечи.

И увидела, как удивленно распахнулись глаза женщины.

- Странная вы, леди!

- С чего это? – сердце невольно кольнул страх, что, как я не старалась, все равно что-то не так сделала, что, возможно, не в хорошую сторону повлияет на отношение ко мне в этом странном месте.

- Не истерите, в обморок не падаете, нюхательных солей не требуете, не грозите карой небесной, да еще благодарите за простые вещи, - перечислила моя невольная тюремщица, а я аж вздрогнула, поняв, насколько, оказывается, нетипичным оказалось мое поведение.

Да уж, оказаться непонятно, где, да еще без элементарных вводных данных…

И тут меня осенило! Наверняка это мой папенька расстарался, приготовив к моему двадцатипятилетию такой экстравагантный подарок! Это вполне в его духе, выкинуть такое, что никому другому даже в голову не придет! И он, зная мою «любовь» к всяческого рода экстриму, наверняка заказал для меня квест в средневековье! С его деньгами это вовсе не проблема!

Ведь недаром он несколько дней «отказывался» платить за меня выкуп. Случись подобное на самом деле, он в первый же день сделал бы это, да еще и сверху добавил!

Ну ладно, почти поверила, теперь, когда все выяснилось, можно и поиграть. И, кстати, не посмотри я недавно фильм «Холоп», и вправду бы поверила, что в средневековье угодила!

В моих «хоромах» стало тихо. Я бросила взгляд на женщину и увидела в ее глазах испуг и удивление. И только потом поняла, что же ее так проняло. Я, оказывается, улыбалась во весь рот!

- Ну да, вот такая я. Не хочу вести себя как кисейная барышня, за то мой супруг меня сюда и спровадил! В качестве наказания, - буркнула я обиженно и вдруг вспомнила про свой переполненный мочевой пузырь. – Так, где у вас тут… нужник, клозет, уборная… или как вы называете эту комнату «задумчивости».

- Комнату? – вытаращилась черноглазка.

- Да. Покажи скорее!

- Так вон, за занавесью отхожее место, - указала она рукой на занавешенное плотной тканью, как мне сначала показалось, второе окно. Тогда как первое не имело никаких штор.

Я быстро скользнула в указанном направлении и, отдернув плотную ткань, замерла. Передо мной открылось узкое прямоугольное пространство, явно выходившее за пределы основной стены и карнизом нависающее над землей, что было отчетливо видно в круглую дыру в полу, местами испачканную нечистотами.

Я гулко сглотнула и отшатнулась.

- Да, у нас как в лучших богатых домах, гадить можно сразу на улицу! – горделиво вздернув подбородок, похвасталась женщина, не так истолковав мою реакцию.

- А как же запах плохой будет в комнаты проникать? – все еще не веря в то, что увидела, проблеяла я, на секунду представив, как пол подо мной проваливается и я лечу прямо в зловонную яму.

- Да что вы! – махнула рукой черноглазка, - у нас все по-новомодному! Канава вон от каждого отхожего места камнем выложена, да под откос идет! Утром слуги водой поливают да смывают все нечистоты в ближайшую речку Вонючку!

Вот что-то не сильно мне полегчало от этой новости, но на заметку я себе взяла, какой бы сильной жара не была, к реке с таким говорящим названием даже не приближаться! А еще представила себе красивый замок, от стен которого расходятся лучами зловонные канавки, над которыми вьются мухи.

- Ну, леди, вы тут обживайтесь, а я пойду еды вам принесу. – Хлопнула дверь, и в замке моей «комфортабельной» темницы тут же повернулся ключ.

Я со страхом обернулась к колыхавшейся от сквозняка из дыры в полу портьере. Но, подумав, что папа вряд ли желает своей единственной дочери смерти, поковыляла к экстремальному «аттракциону» затянувшегося квеста.

Глава 4. Розыгрыш затянулся

Что-то папочка уже заигрался! Игра игрой, а обед по расписанию. Вернее, его качество. А тут, похоже, меня решили голодом уморить.

Я сидела за низеньким шатким столом и размазывала по тарелке сероватую, непонятного вида кашу, сваренную на воде, да еще и без соли.

Чем же тогда кормят тех бедолаг в темных клетушках, если такой рацион в камере «люкс»?

Хотя, это же все не по-настоящему! Уверена, что актеры, изображавшие узников, уже давно сидят по домам да чаи гоняют. И все же есть хотелось просто безбожно!

Я тяжело поднялась со скрипучей кровати, застеленной лишь соломенным матрасом, и поковыляла к двери, чтобы хоть кого-то позвать. Но дверь оказалась заперта.

Что-то мне совсем перестает это нравиться! Затянулась игра, явно затянулась. Нужно срочно отсюда выбираться! Я уже более придирчиво оглядела свою каменную каморку два на два метра, с мебелью из грубой кровати, изъеденного насекомыми скрипучего стола да эксклюзивного «отхожего места». Да, здесь даже плохонького шкафа не было, или хотя бы гвоздя в стене. Хотя, если учесть, что из гардероба на мне лишь длинная белая ночная рубашка, то вроде и ни к чему мне шкаф.

Вдруг в коридоре послышались чьи-то шаги, как мне показалось, двух людей, которые замерли около моей двери. Я тут же сняла с себя туфельки, зажав их в руках, и прислонила ухо к двери, готовая чуть что метнуться в сторону.

- Так почему герцогиню поселили в гостевой комнате? – голос был мужским, и его интонации не оставляли сомнения в том, что именно он здесь главный.

- Ваша светлость! Вы же знаете, как переменчиво настроение аристократов! Если муж герцогини вскоре явится за ней и обнаружит в подземной келье, не мне вам напоминать, как потом нам придется с ним объясняться и извиняться за неуважение к его супруге, - по голосу я узнала ту самую строгую даму, что предлагала мне… Впрочем, не важно.

- Да, знаю, и все же не тяните с постригом. Да и келью ей пока подготовьте! – недовольно пробурчал в ответ мужской голос. – Будем надеяться, что супруг герцогини не посетит нас и уж тем более не заберет ее. Мой… клиент заверил меня, что проблем не будет. Очень надеюсь на это. Кругленькая сумма за содержание избалованной аристократки нам точно не повредит.

- Совершенно с вами согласна, ваша светлость! – подобострастно и, я бы даже сказала, что с придыханием, ответила женщина и добавила: - Зайду-ка я посмотрю, как себя чувствует наша новенькая.

Пожалуй, мое тело отреагировало быстрее, чем я осознала, что ко мне сейчас войдут. Я молнией метнулась к кровати и, забравшись на нее с ногами, поставила на пол туфельки, что до этого держала в руках.

В замке со скрежетом повернулся ключ, и в комнату вплыла недавняя строгая голубоглазая матрона. С подозрительным прищуром посмотрев на меня, она перевела взгляд на мою обувь и, как мне показалось, с облегчением выдохнула.

С минуту мы играли с ней в гляделки. Не знаю, чего она ожидала от меня, но я все же подсознательно надеялась, что женщина широко улыбнется и, показав мне в какой-либо угол моей каморки, скажет, чтобы я улыбнулась и помахала ручкой своему папеньке! И вообще, что я умница и вела себя очень смело!

Но женщина вместо этого произнесла: «Герцогиня, надеюсь, вы довольны своими апартаментами?»

Я чуть не подавилась, услышав подобное. Но сумела удержать на лице невозмутимое выражение и, растянув в улыбке губы, промурлыкала:

- Что вы, что вы! Все замечательно! Убранство покоев просто чудесное! Постель – словно пух! Питание – восхитительное, куда лучше, чем при дворе Его Величества! Благодарю за великолепные условия моего временного пребывания у вас в гостях!

Моей наградой за столь витиеватую издевательскую речь стало ошарашенное выражение лица еще недавно высокомерной женщины. Она несколько раз открыла и закрыла рот, но, видимо, так и не нашлась с ответом. Поэтому сухо уведомила меня, что скоро подадут ужин, поджала губы и вышла за дверь, не забыв пару раз провернуть в ней огромных размеров ключ.

А я улеглась на колючий матрас, из прорех которого торчали пучки соломы, и принялась ждать. Мероприятие явно затянулось и уже становилось скучным. Хотя задумка была интересной! Весь этот средневековый антураж, настоящий старинный замок, костюмы статистов... Вот честное слово, так и хотелось поверить, что все это по-настоящему. Но так ведь не бывает!

А между тем за окном стало темнеть, а я начала замерзать. Когда на улице еще светило жаркое солнце, было еще терпимо, но теперь… Я огляделась в поисках хотя бы такого же ветхого, как матрас, пледа, но увы. Чем темнее становилось в этом каменном мешке, тем мрачнее были мои мысли. А я развлекалась тем, что представляла, что предъявлю потом своему папаше и что потребую от него в качестве моральной компенсации за испытание моих нервов на прочность, а потом за смертельную скуку.

Не могу сказать, что я особо корыстна или у меня большой список «хотелок», просто так уж повелось с самого моего детства, что папаша постоянно откупается от меня подарками, компенсируя этим отсутствие времени на общение со своей единственной дочерью. Ну так он извиняется, каждый раз обещая, что в следующий раз он точно-преточно сможет… А я делала вид, что верю.

Но мне не нужны были его подарки и даже самые крутые брендовые наряды, так как они на мне смотрелись, как на корове парадное седло. Вот так пошутила надо мной судьба, что при богатом родителе мне досталась совсем непрезентабельная внешность.

Нет, я не родилась уродкой, ничего такого! Просто природа, видимо, встала в то утро не с той ноги или забыла надеть очки, так как девочке от рождения подарила мальчишеское тело!

У меня были широкие угловатые плечи, узкие бедра, маленькая попа и нулевой размер груди! Да, лифчик мне было на что надеть, только парень с грудью смотрелся даже уродливей, чем девушка без нее.

И несмотря на то, что после смерти моей мамы в родах у папы свет клином сошелся на единственной дочурке, он был готов мне подарить что угодно, но только не оплатить операции по увеличению всего того, чем мать-природа женщин за так одаривала, только лишь по праву рождения.

Правда, у меня сначала была идея накопить достаточно карманных денег и даже продать часть отцовских подарков и оплатить операции самостоятельно. Но, пройдя одно обследование, выяснилось, что у меня редкая форма непереносимости компонентов общего наркоза. Не поверив в подобную несправедливость, я повторно сдала анализы в нескольких рандомных клиниках, но результат был один и тот же.

После этого я какое-то время пыталась корректировать свою внешность. Аккуратно подкрашивалась и даже отпускала волосы, но это не добавило мне ни одного поклонника. Правда, явных насмешек, во всяком случае в лицо, не было тоже, но в этом, пожалуй, были «виноваты» мой богатый влиятельный папа и два шкафоподобных телохранителя, что невозмутимыми одинаковыми тенями в черных очках ходили за мной по пятам.

Но однажды они не уследили, и один подвыпивший мажор у барной стойки обозвал меня педиком! Ему показалось, что я к нему подкатываю с грязными намерениями! А я всего лишь просто села рядом.

От мордобоя того типчика спас только статус его родителя, но я после случившегося на целую неделю закрылась в своей комнате и почти не вставала с постели, лежа и переосмысливая свою жизнь.

Отец зря волновался, что я что-то с собой сделаю, не такой у меня характер, чтобы просто так сдаваться. Но когда я, наконец, прервала добровольное заключение, и отец, и прислуга ахнули, увидев меня с обрезанными волосами, без макияжа и в мешковатых штанах.

Я велела водителю отвезти меня в крутой барбершоп, где мне забацали самую модную мальчишечью стрижку с узором в виде дракона на выбритом затылке.

После чего я направила стопы в мужские бутики, где полностью поменяла свой гардероб. Ну а следом я также кардинально пересмотрела свои интересы, с девчачьих на почти чисто мужские.

Вместо караоке-баров, показов мод и салонов красоты я записалась в конный клуб, в «Картинг-клуб», самбо и на скалолазание.

Как часто говорил мой отец: «Если не можешь изменить обстоятельства, измени отношение к ним». И я изменила.

И, как ни странно, довольно быстро втянулась, начала чувствовать себя намного свободнее и увереннее.

Мне понравились экстремальные виды спорта, я полюбила лошадей и будоражащее ощущение опасности, когда маленькая рычащая машинка на крутом вираже становилась на два колеса, угрожая опрокинуться.

А чего только стоили поездки с группой по скалолазанию на природу, на «натуру», так сказать. Какое опьяняющее чувство свободы я ощущала, стоя на покорившейся мне вершине!

Громкий металлический лязг заставил меня вынырнуть из сладостных воспоминаний и удивленно захлопать глазами. Оказывается, уже наступила ночь! Или же сейчас еще был поздний вечер, но из-за отсутствия часов я совсем потерялась во времени.

Дверь тихонько открылась, и в мою каморку вошла моя недавняя провожатая. Она осторожно несла в руках поднос с моим слишком припозднившимся ужином и свечу. Хотя… Я села на кровати и потерла кулаками глаза. Картинка не изменилась. На подносе, ярко светясь белым светом, лежал странный предмет, похожий на плоский камень.

Деревянный поднос глухо стукнул о стол, и я вздрогнула.

— Вот, леди, извольте откушать, что бог послал, - вроде как с издевательской ноткой в голосе произнесла женщина. Но я не обратила на ее слова внимания, продолжая зачарованно глядеть на это светящееся нечто.

- Что это? – не выдержав, я все же ткнула в этот предмет пальцем, мимолетно ощутив исходившее от него тепло.

- Ваше сиятельство изволит шутить? – теперь в голосе женщины я услышала недовольство. – Конечно же, чешуйка радужного полоза! – возмущенно ответила она, как будто это могло мне о чем-то сказать. Но я не стала разочаровывать женщину, ведь больше всего я опасалась показать свою неосведомленность. Кто знает, чем мне это может обернуться. Все меньше и меньше приключившееся со мной напоминало розыгрыш. А теперь еще и эта странная штуковина, кстати, похожие я видела в темных камерах подземелья.

- Ааа, чешуйка радужного полоза! Ну, конечно же! А то я смотрю, вроде она, но маленькая какая-то. В доме моих родителей они были намного больше! – изобразила я узнавание, и, как ни странно, попала в точку. И даже больше.

- Ну конечно! Кто же отдаст в нашу богодельню чешую с тела полоза? Нам только достаются с самого кончика хвоста!

Я задумчиво уставилась на эту «маленькую» чешуйку размером с мою ладонь, представляя, какого размера должна быть чешуя с тела гигантского змея!

- Ну, ужинайте, леди! А я, пожалуй, пойду! – женщина тяжело поднялась с корточек.

- Как вас зовут? – неожиданно для себя спросила я, не сводя взгляда со светившегося ровным белым светом предмета. Почему-то очень хотелось до него дотронуться.

- Марта, - удивленно ответила женщина.

- Очень приятно, Марта! Спасибо за ужин!

- На доброе здоровье, леди! Доброй вам ночи!

- И тебе! Ой! Принеси мне, пожалуйста, одеяло, ну, или хоть что-то, чем можно было бы накрыться. А то очень холодно стало к ночи! – все же вспомнила я о том, что на данный момент меня волновало больше всего, так как сильно замерзла.

- Хорошо, я сейчас попробую что-нибудь найти, - голос женщины стал явно на градус теплее. Она толкнула дверь, и вскоре в ее замке снова загремел тяжелый ключ.

Я же, несмотря на неожиданно аппетитный аромат моего остывающего ужина, состоящего из тушеных овощей и куска хлеба, зачарованно не сводя взгляда со светящегося предмета, медленно протянула к нему руку.

Глава 5. Стадия "принятия"

Чешуйка радужного полоза оказалась неожиданно легкой, но толстой и словно слепленной из множества тончайших прозрачных пластиночек кварца. Но, что самое чудесное, она действительно оказалась теплой! И даже очень!

Я осторожно сжала ее пальцами и поднесла к лицу, мягкое живительное тепло согрело мне щеку, и я даже зажмурилась от удовольствия. Обхватив чешуйку обеими ладонями, сжала ее между ними. Странная светящаяся пластинка грела довольно сильно, но не обжигала.

Я бросила тоскливый взгляд на свой, уже явно остывший ужин, и вдруг подумала, а почему бы не попробовать? Положив чудесную чешуйку под миску с рагу, уже через несколько минут ела его теплым.

Еда оказалась вполне сносной. Насытившись, я вновь обратила все свое внимание на загадочную пластинку. Повертев ее и так и этак, ни отсека для батарейки, ни входа для зарядки я не обнаружила.

И тут меня впервые кольнуло беспокойное ощущение, что все то, что со мной происходит, вовсе не игра. Хотя, блютуз тоже никто не отменял. Просто платформа зарядного устройства в другом месте находится. Вот завтра проснусь, меня отвезут домой, и я все-все разузнаю об этом новом гаджете! Папа как всегда первым приобретает все технические новинки!

В замке заскрежетал ключ, это вернулась Марта с ветхим одеяльцем, сшитым из серых и темно-зеленых клочков ткани. Я поблагодарила ее и пожелала доброй ночи, на что она мне неопределенно хмыкнула и быстро вышла, заперев за собой дверь.

Сейчас я даже обрадовалась, что на мне надета длинная, почти до пят, ночная рубашка, а к тому же еще и с длинными рукавами. Выделенное мне одеяло оказалось довольно тонким, но у меня осталась и чудесная «грелка»! Надеюсь, за ночь у этого гаджета не сядет зарядка.

Поджав к животу ноги, я закутала их в подол ночнушки, накрылась одеялом, но под ним у меня в ладони был зажат светящийся и очень теплый предмет. Блаженно улыбаясь, под стрекот сверчков, доносившийся из окна и отверстия в «продвинутом» нужнике, я плавно уплыла в «царство Морфея». И уже засыпая, подумала, что, кажется, я поняла, что было настоящим подарком на мой двадцать пятый день рождения!

***

Мне показалось, что я проснулась в деревне. Изредка мы с папой навещали там бабушку Ирину, его маму. Она так и не согласилась переезжать из своего дома, где прожила всю жизнь, в город. Даже благоустроенный дом со всеми удобствами ее не прельстил. Но отец все же провел ей в деревенский домик газ и воду, и даже нанял рабочих, соорудивших пристройку с туалетом. Мы раза два за лето навещали ее и даже ночевали по одной ночи.

Так вот, я и проснулась под бодрое пение петуха и довольное квохтание курочек. Я сладко зевнула и открыла глаза.

Черт! Я же забыла, где я нахожусь! Хотя… Я пошарила рукой под одеялом. У меня же есть чудесный гаджет! Надеюсь, он не разрядился.

К счастью, чудо-пластинка все так же приятно грела и светила ровным белым светом. Дверь открылась, и вошла Марта.

- Доброго утра, леди! Как вам спалось? – Она поставила на столик поднос с яичницей и кружкой молока.

- Как ни странно, очень даже хорошо! – Потянулась я. – Знаешь, а зови меня тоже по имени, хорошо?

Я буквально кожей почувствовала, как служанка напряглась.

- Да что вы такое говорите, ваша светлость! – Голос ее дрогнул.

- Все равно я скоро стану одной из вас, - ответила я и искоса взглянула на задумавшуюся женщину. Но она лишь пожала плечами…

- Как пожелаете, леди Элея!

Значит, по сценарию это мое имя. А что, очень даже нежно звучит! Нежно и аристократично, не то, что мое, Александра! Как говорится, «как вы яхту назовете, так она и поплывет!». Видимо, моя судьба глуховата на оба уха, не расслышала последнюю букву в моем имени и сделала из девочки мальчика! Внешне, по крайней мере.

Задумавшись, я даже не заметила, как моя надзирательница и служанка в одном лице удалилась. Я осторожно сползла с царапающегося соломой через прорехи в ткани тюфяка, обула туфельки и направилась за известную занавеску.

Вернувшись, обнаружила рядом с дверью на низенькой скамейке темное деревянное корыто с водой. Что-то вечером я его не заметила. Понюхала воду, вроде чистая. Рядом же, на скамейке, обнаружилась и ветхая, но вроде бы тоже чистая тряпица, она же, по всей видимости, и мое полотенце.

Вода в корыте оказалась очень холодной, колодезной, прямо как у бабы Иры в деревне. От воспоминания сердце неприятно заныло, очень захотелось оказаться дома, в своей любимой комнате, сплошь завешанной плакатами известных байкеров и рокеров. Не потому, что они мне нравились, а потому, что это не нравилось отцу.

Я невольно прислушалась, но с улицы доносились только кудахтанье кур да мычание коровы. Туда же вплетались далекие крики ребятни и мужские голоса. Но долгожданного рычания едущего за мной автомобиля, а еще лучше – вертолета, слышно не было.

Еще раз потрогав воду и убедившись, что за минуту она теплее не стала, разжала ладошку, в которой продолжала держать «волшебный предмет».

А что, если… — секунда, и пластинка, медленно покачиваясь, как падающий с дерева лист клена, погрузилась в темную глубину. Вот заодно и проверю ее способности! Сгорит, папа мне новую купит. А не сгорит… — да нет, такого просто не может быть! — я тряхнула головой, отгоняя от себя мысли о возможном перемещении в другой мир. Да если даже такое в принципе возможно, то не с моим везением! Вот что-что, а везение ни за какие деньги не купишь, под этим утверждением я готова хоть сто раз подписаться!

Я, не отрывая взгляда, смотрела сквозь толщу воды на слабо светившуюся пластинку на дне корыта, но она даже ни разу не мигнула. Хотя я была уверена, что она сгорит практически сразу. Прошло несколько минут, но ничего не происходило.

Насмелившись, я осторожно дотронулась до стенки корыта. Дерево было теплым. — Да ну, ерунда! — Осторожно, опасаясь, что меня сейчас шарахнет током, быстро опустила палец… в очень теплую воду! — Не может быть!

Я быстрым движением достала ценный гаджет из воды и посмотрела на него с уже куда большим уважением! Отложив пластинку в сторону, наклонилась, чтобы умыться. В воду тут же скользнули концы длинных волос. Я умывалась и косилась на них.

Почему-то вчера все ощущалось как в тумане. Я еще тогда видела длинные пряди на моих плечах, но после застенок бандитов, непонятного замка и моей депортации в психушку древней постройки все казалось просто шуткой или дурным, но очень реалистичным сном. Но сейчас…

Я вытерлась стираной-перестиранной тряпочкой и подошла к окну, рассматривая не пойми, когда выросшие у меня длинные каштановые волосы. Хотя мои родные были невзрачного «мышиного» цвета, и я всегда осветляла длинную часть моей мальчишеской стрижки.

Из окна, не имеющего стекол, в лицо мне подул ветерок, который принес аромат полевых цветов и еще речной воды. Несмотря на предупреждение о реке «Вонючке», этот запах был вполне себе приятный. Я привстала на носочки, пытаясь хоть что-то разглядеть в неоправданно высоко размещенном окне, но кроме неба ничего не увидела.

Обернулась на столик, потом перевела взгляд на кажущуюся куда прочнее скамейку под корытом. Скамейка показалась мне более надежной. С трудом составив на пол корыто с водой, подтащила скамеечку к окну и поспешила на нее взгромоздиться.

Многого увидеть все равно не удалось, но вот ленту реки в отдалении я увидела вполне четко. Сначала мне показалось, что стоявшие на ее берегу мужчины дирижируют невидимому оркестру, но потом, приглядевшись, разглядела в их руках тонкие нити, образующие крупноячеистую сеть.

Пораскинув мозгами, я догадалась, что, видимо, эти люди или плетут рыбацкую сеть, или развешивают ее на просушку. В дверном замке снова загремел ключ, и я поспешно спрыгнула со скамейки. Вернуть ее на место я все равно бы не успела, поэтому просто сделала мордочку «кирпичиком».

К счастью, это была опять Марта, а не та высокомерная матрона. Что-то мне подсказывало, что ее-то появление как раз ничем хорошим мне не светит.

Женщина вошла и удивленно огляделась, сразу заметив на полу корыто, а вот скамейку у окна.

- Отсюда невозможно сбежать! – вроде бы как сочувствующе произнесла она.

- Сбежать? Мне просто скучно! Хотела просто в окно посмотреть, а оно высоко, не дотянуться, - «пожаловалась» я. – Дома-то у родителей у меня было много интересных занятий! Особенно мне нравилось вязать красивые теплые шали! А у вас, случайно, нет пряжи? – не знаю, что на меня нашло, но я буквально копчиком чувствовала, что движусь в правильном направлении.

- Пряжи? – задумалась Марта, - да нет, не думаю.

- Жаль, - я грустно плюхнулась на кровать, подсовывая под миску с остывшей яичницей свой незаменимый артефакт. – Ну, хотя бы крючок и какую веревку! Просто хоть чем руки занять. Хотя… - я радостно вскинула голову, словно меня только что озарило, - там, на берегу реки, я видела людей с сетями. Я могла бы плести сети! Вам польза, а мне хоть спасение от скуки! – удерживая сводящую мне скулы «радостную» улыбку, я с надеждой смотрела на задумавшуюся женщину.

- Я не могу ничего обещать, но обязательно спрошу у эйре Стафании! Вы завтракайте пока, я скоро вернусь за посудой. – С этими словами женщина слила из корыта воду в ведро и ушла, как всегда, не забыв меня запереть.

А я механически принялась за еду, с колотившимся от волнения сердцем придумывая в голове план побега. Похоже, я вошла в стадию «принятия», минуя стадии «гнева», «торга» и «депрессии». Две первые только с отцом прокатят, а на третью у меня просто нет времени!

Не знаю почему, но я вдруг довольно остро ощутила, что на меня, словно товарняк, надвигается что-то очень неприятное. И тут я вспомнила показавшийся мне непонятным поначалу разговор за дверью моей «камеры» люкс: «…не тяните с постригом. Да и келью ей пока подготовьте».

Вспомнив эту фразу дословно, я чуть не подавилась молоком. Точно, именно «кельями» Марта называла те ужасные темные клетки под землей! Значит, так или иначе, меня вскоре ждет такая же судьба, как и тех бедолаг! И что-то мне подсказывало, что далеко не все там сумасшедшие. Уверена, что таким способом от многих из них избавились их же родственники, посчитав лишними.

В любом случае, мне было необходимо бежать, и как можно скорее! Ведь даже если опомнится мой неведомый супруг – герцог и явится за мной, то «хрен редьки не слаще». Ведь, как я помню, то очнулась на кровати с привязанными к ней руками и ногами.

А исходя из разговора вроде как «моего» свекра, именно так проходила консумация, то есть, по сути, первая брачная ночь! Что же тогда ждать от остальных? Что за изверг мне достался в мужья? – и тут я вдруг замерла, остро и со всей ясностью осознавая, что все со мной случившееся вовсе не квест какой и не подарок отца!

Я медленно перевела взгляд на длинные пряди кажущихся рыжеватыми от падающих из окна лучей солнца волос. Не моих волос. Я также медленно подняла руки и с опаской провела пальцами по груди. И да, мне не показалось, она была довольно большой. Ну, по моим меркам. Размер второй так уж точно! Только я не сразу это заметила, так как ворот ночнушки обшит крупными рюшами, делающими верх тела объемней.

Поворот ключа в двери больно прошелся по моим, словно оголившимся нервам. Я вцепилась в край матраса, уже готовая к новым неприятностям.

Вошла Марта. В руках она держала большой моток веревки, два еще каких-то непонятных предмета и большие ножницы. Вроде бы ей удалось мне помочь, но лицо ее не светилось удовлетворением, напротив, губы женщины были поджаты, а в глазах плескалось беспокойство.

- Что? – только и смогла я выдавить из себя.

- Эйре Стафания разрешила вам занять себя плетением сетей, но…

- Что «но»? Не томи!

- Но это ненадолго! Если через три дня супруг не явится за вами, то вас переведут туда… - она скосила глаза вниз. – А уже сейчас эйре Стафания распорядилась отрезать вам… волосы, - добавила она совсем тихо.

- А как же, если муж за мной примчится, а я без… украшения каждой женщины?

- Директриса Стафания в своем праве, - потупившись, прошептала Марта.

- Ясно, значит, мне всего три дня осталось любоваться солнышком. Марта!

- Да! Что вам угодно? – было видно, что доброй женщине было меня жаль, и она готова хоть чем-то мне угодить.

- У меня к тебе две просьбы. Можешь принести зеркало? Я хоть напоследок посмотрю на свои волосы?

- Нет-нет, что вы! – замотала головой женщина, - у нас зеркала запрещены! Находящиеся здесь должны отрешиться от всего земного и лишь душой стремиться к свету!

- Ясно, - хмыкнула я. – Тогда вторая просьба, ты не могла бы мне найти другую одежду? Желательно со штанами? А то холодно будет под землей с голыми ногами. – Я молча смотрела на задумчивое лицо женщины, уже ожидая точно такой отповеди, что «не положено» женщине мужские штаны носить. Но, как ни странно, услышала совсем другое.

- Леди, я найду вам одежду! «Но можно тогда забрать себе это ваше воздушное из дорогого шелка ночное платье?» — с придыханием спросила Марта, с восторгом разглядывая порядком надоевшую мне и вечно путающуюся в ногах вещь.

- Конечно, забирай! – кивнула я, улыбаясь. Длинные волосы можно будет еще отрастить, если будет желание, да на свободе останусь. А вот сбежать в этом «балахоне» окажется очень проблематично!

Марта радостно хихикнула и широко улыбнулась. И мне показалось, что черноглазка куда моложе, чем кажется в этом мрачном одеянии. Она поставила посередине комнатки скамеечку и, указав на нее, с печальной улыбкой пощелкала ножницами.

Я села. И, пока с моих плеч печально стекали блестящие, словно шелковые пряди длинных волос, я неотрывно глядела на моток веревки, пытаясь прикинуть ее длину.

Глава 6. Дерзкий побег

Наконец я осталась одна. Марта ушла, прихватив с собой и мои состриженные волосы. Я задумчиво потрогала затылок, на ощупь оценивая размер нежданной катастрофы. Но, как говорится, не уродилась красивой, так и нечего привыкать! Хотя, судя по всему, мои нынешние волосы куда гуще тех, что были раньше. Ну хоть в чем-то повезло!

Я снова забралась на свою «спартанскую» перину и, размотав моток веревки, принялась наматывать ее на локоток, прикидывая, переводя доступную мне на данный момент меру длины в метры. Вскоре вернулась несколько располневшая Марта и, распахнув верхнюю часть своего мрачного одеяния, принялась разматывать накрученную на талию одежду.

Первой передо мной предстала красная рубашка с длинными рукавами и черной шнуровкой на груди, очень напоминающая цыганскую. А затем черные широкие штаны, по счастью, на поясе и у щиколоток имеющие тонкие тесемки. Так что пусть и велики, но хотя бы не свалятся. В целом неплохо, только обуви не доставало, но придется топать босиком, не обувать же под мужскую одежду туфельки на каблучке!

— Вот, достала, что смогла! – прошептала женщина, настороженно косясь на дверь.

— Спасибо тебе, Марта! – я порывисто ухватила ее за руку и от души пожала. – Сейчас я быстро переоденусь! Подожди. – Отвернувшись, я принялась поспешно стаскивать с себя ночное платье. Вскоре оно полетело на кровать, а я зависла, зачарованно глядя на свое приобретение. Теперь у меня была очень даже сексуальная, довольно большая и высокая грудь. С доступного мне ракурса я оглядела свои руки и стройные длинные ноги.

Судя по шелковистой гладкой коже, настоящая герцогиня была молода, но вот насколько, без зеркала было никак не понять. Но, так или иначе, мне досталось тело, вряд ли старше предыдущего, так что пока не так всё и плохо.

- Примерно три моих роста, - за моей спиной тихо произнесла Марта.

- Что? – я резко обернулась и успела заметить брошенный на моток веревки взгляд женщины.

- Говорю, что мы находимся на втором этаже, но потолки высокие, поэтому до земли примерно три моих роста. Вечером на окне нужно осторожно на звезды любоваться, а то падать будет больно, - произнесла она многозначительно и, подобрав с постели уже не мое ночное платье, принялась так же обматывать его вокруг своей талии.

Снова привычно проскрежетал в двери ключ, оставляя меня одну. Я, вздохнув, уселась на кровать, пытаясь прикинуть, хватит ли веревки для моей задумки. Сначала я решила связать длинную узкую сеть, а потом спуститься по ней, как по веревочной лестнице. Но вместо крючка для вязания Марта мне принесла две какие-то странные штуковины, явно предназначенные для плетения сети, только вот как ими пользоваться, я и понятия не имела!

Ну что ж, остается только навязать на веревке простые узлы, чтобы спускаться было удобней. Надеюсь, Марта меня не выдаст директрисе этого заведения.

Да и надо спешить, я это очень отчетливо чувствовала! Директриса решила подождать три дня до того момента, как отправит меня в подземелье, но если супруг герцогини Элеи, а теперь уже мой, решит вернуть свою женушку, то может появиться здесь в любой момент!

А это значит, если мне повезет, и он не явится до вечера, бежать отсюда я должна уже этой ночью! Закатав длинные рукава красной рубашки, я, закусив от усердия губу, принялась навязывать крупные узлы на веревке, примерно каждые полметра.

Занятие вроде нехитрое! Но уже в скором времени я чуть не до крови стерла нежную кожу рук герцогини. И вот тут я осознала, что спланировать подобный побег куда проще, чем его осуществить! А все дело в изнеженном и вовсе не тренированном теле аристократки.

Жара на улице вновь стояла нешуточная, и лишь толстые каменные стены этого мрачного строения спасали меня от зноя, но все равно было тяжело сидеть полностью одетой. Я сняла рубашку и некоторое время обмахивалась ею, с тоской вспоминая об оставшейся в прошлом моей огромной коллекции различных бикини. В которых у бассейна, да со стаканом сока со льдом куда легче было переносить любую жару.

Но тут я подумала, что моя новая аппетитная грудь теперь не поместится в верхнюю часть этих бикини, и это немного меня взбодрило.

Я несколько раз встряхнула натруженные кисти, морщась от ощущения жжения в натертых веревкой ладонях, и продолжила работу, с опаской косясь на явно собравшееся на покой дневное светило.

Едва небо окрасили розово-багряные мазки вечерней зорьки, пришла Марта и принесла мне ужин. Поставив поднос с пшенной кашей на стол, заперла изнутри дверь, чем меня очень удивила.

- Как бы кто случайно не заглянул сюда, - ответила она на мой удивленный взгляд. – С обеда эйре Стафания велела прислужницам отмыть все лестницы и коридоры нашей печальной обители, а также зал свиданий. Как я слышала, она всерьез опасается того, что явится ваш муж.

- Он что, так страшен? Отчего ваша директриса его так боится?

- Не только его, а всех родственников, сдавших сюда своих… Ой! – спохватилась женщина, закрыв ладонью рот и со страхом глядя на меня.

- Не бойся, не выдам! Считай, что я ничего не слышала! Правда, не переживай! Ведь ты мне помогаешь, а друзей я не предаю! – улыбнулась я Марте и осторожно погладила ее по плечу.

- Друзей? Я ваш друг? – в глазах у женщины стояли слезы, и я сама чуть не расчувствовалась.

Да уж, тяжело им здесь живется. Хотя моя новая жизнь тоже не сахар, да еще и не известно, что меня дальше ждет. Но, с другой стороны, никто же не обещал, что будет легко!? Я тряхнула головой, отгоняя от себя секундную слабость, и ободряюще улыбнулась женщине.

- Конечно, ты мой друг! Вот устроюсь на новом месте и обязательно заберу тебя отсюда! Пойдешь со мной?

- Пойду! – сквозь слезы робко улыбнулась мне Марта.

- Ну вот и договорились! А теперь давай, наверное, прощаться, - я бросила взгляд в окно, на стремительно темнеющее небо, - а то мне еще немного осталось узлов навязать. – Я скептически посмотрела на свои покрасневшие, почти стертые в кровь ладони и пальцы и пробормотала: - Мне бы руки чем обмотать, а то боюсь, не смогу на таких вниз спуститься.

- Обмотать? Сейчас! – Марта задрала подол своего мрачного одеяния и несколькими резкими движениями оторвала подол нижней юбки. – Вот, возьмите… Элея!

Мое сердце вновь сжалось от благодарности к этой женщине. И я для себя решила, если останусь жива и на свободе, то обязательно найду ее и заберу отсюда!

- Спасибо! – улыбнулась я ей, - тебе пора! Нельзя, чтобы заподозрили, что ты мне помогала!

- Леди Элея! Как только совсем стемнеет, бегите! За стенами обители в это время вы уже никого не встретите. А собак я придержу, выпущу ближе к полуночи. За это время вам нужно добежать до реки. Там, где вы видели рыбаков, на берегу плакучая ива стоит, а под ее ветвями рыбацкая лодка. Так вы ее возьмите! Потом спрячьтесь на том берегу до рассвета. А там, посветлу, ступайте все прямо и прямо, не сворачивая, и вскоре выйдете к деревне. Попробуйте спрятаться в хлеву или амбаре на весь день, только никому не показывайтесь! Скорее всего, за вами погоню отправят, а деревенских уж точно опрашивать будут о чужой девице! И лишь ночью опять осторожно выходите да идите куда глаза глядят. Дальше я вам не помощница, леди Элея! Не знаю я ничего дальше деревни той, - наконец, женщина замолчала, опечаленно потупившись и не понимая, насколько неоценимую услугу она мне оказала!

- Спасибо, Марта! Я все поняла, сделаю, как ты сказала, спрячусь в деревне. Только у меня тебе тоже будет совет! Как только эта ваша директриса начнет на тебя кричать, обвиняя, что это ты виновата в моем побеге, раз принесла мне веревку, ты ей ответь, что сделала это лишь по ее позволению, так как даже она не могла предположить, что изнеженная леди может решиться на такой дерзкий побег! Поняла?

- Да, леди Элея, я все поняла!

- Тебе лет-то хоть сколько?

- Лет? Двадцать пять зим вот минуло!

- Ух ты! Да мы с тобой ровест… ровни, выходит, по возрасту! Мне тоже! – улыбнулась я.

- Дааа? – удивленно распахнула Марта на меня свои глаза, похожие на две спелые маслины. – А мне айре Стефания говаривала, что вам только осьмнадцать зим минуло!

Я поморщилась. Вот незадача! Я же совсем о своем новом теле ничего не знаю!

- Вашей айре предоставили неверные сведения! Старше я, значительно старше! Ну все, уходи, спасибо тебе за все! Надеюсь, еще свидимся!

Марта кивнула и уже у двери тихо прошептала: «Легкого пути вам, леди Элея!»

Едва замок защелкнулся, я с новым рвением принялась затягивать узлы. Наконец, все было готово! Завязав морской узел на ножке деревянной тяжелой кровати, я обмотала ладони полосками ткани от нижней юбки Марты и подставила к окну шаткий стол, а к нему скамеечку. И только став на него, поняла, что самое сложное будет это вскарабкаться на высокий подоконник. Но если мотивация достаточная, нет ничего невозможного!

Пара акробатических трюков, и вот я уже, словно обезьянка, спускаюсь по узловатой веревке вниз, мысленно молясь, чтобы случайно ни на кого не наткнуться.

Видимо, со страху я оказалась на земле за рекордное время, довольно чувствительно приложившись подошвами о землю. Изящные туфельки на маленьком каблучке мне пришлось оставить, так как по их следам меня легко можно было бы выследить, да и идти, увязая каблуками в земле, тоже так себе удовольствие!

Оказавшись на земле, я воровато огляделась и, словно заяц, припустила бегом в сторону реки. Небо было чистое, и полный месяц хорошо освещал мне дорогу. Но также легко он мог и меня выдать случайному прохожему или преследователю. Поэтому я торопилась как можно быстрее добежать до реки.

Но вскоре нежные, не знавшие хождения босиком по земле и мелким камешкам стопы замедлили мой бег. Зашипев от боли, я села на землю, растирая их. И тут мой взгляд упал на лоскуты ткани, все так же намотанные на мои ладони. Я размотала их и обернула вокруг стоп. Обувка так себе, но так ткань хотя бы защитит мои ноги от случайных порезов, а то и заражение крови здесь можно легко получить.

Еще один марш-бросок по пересеченной местности, и вот я уже на берегу реки. Не привыкшие к таким нагрузкам легкие с хрипом гоняли воздух, не давая возможности прислушаться, не бегут ли уже по моему следу с лаем собаки.

Пришлось понадеяться на свое сомнительное везение и дать себе возможность отдышаться, а заодно переждать, пока перестанет колоть в боку. Имея в своей прошлой жизни пусть и сухощавое, но жилистое и довольно тренированное тело, в этом изнеженном я чувствовала себя довольно неуверенно.

Ведь теперь мне еще предстояло переплыть не такую уж узкую реку! А вот хватит ли мне на это сил, мне еще предстояло узнать.

Да, я нашла и указанную Мартой плакучую иву, и лодку под ее ветвями, но брать ее передумала. А то директриса легко догадается, кто именно мне помогал. Ведь иначе мне было бы не найти лодку самостоятельно, без подсказки, а я очень не хотела подставлять добрую девушку! И так, боюсь, эта эйре Стафания именно на ней сорвет свою злость.

Отдышавшись, я размотала полоски ткани на стопах и, скомкав их, засунула за пазуху красной рубашки, которую предварительно заправила в штаны. Не хотела я плыть, утяжеленная одеждой, но совсем раздеваться, не имея на себе даже нижнего белья, я не рискнула, ведь не известно, на кого могу наткнуться, выходя из воды на том берегу.

Прислушавшись и убедившись, что погони пока не слышно, я медленно вошла в воду, вздрогнув от ее прохлады. Видимо, рядом из-под земли бил холодный ключ. Я глубоко вздохнула, а на выдохе оттолкнулась ногами от дна и поплыла.

Глава 7. Ошибка старого герцога

Замок герцога Сантерийского

Дробный топот копыт ворвался в сонную тишину дремавшей в полуденный зной тенистой аллеи. Черный, как смоль, вороной конь, словно смерч, пронесся под густыми кронами лавровых деревьев, пугая суетливых белок.

Показавшиеся в конце аллеи ажурные кованные ворота пришли в движение, спеша освободить хозяину путь, но тот не стал ждать, а попросту перемахнул через них.

Пожилой привратник только головой покачал вслед своему хозяину да залихватски подкрутил седой ус, вспоминая себя в молодости, когда, будучи верным слугой и соратником батюшки молодого герцога, так же лихо скакал на коне, топча копытами на поле боя врагов родного герцогства.

Тем временем всадник резко осадил коня у ступеней родового замка и, окинув взглядом серебристую карету с гербом в виде тонконогой косули, нахмурил густые черные брови.

Соскочив с коня, герцог не глядя бросил повод в руки подскочившему конюху и направился навстречу спешившему к нему по мраморным ступеням обремененному не только лишними годами, но и весом мажордому. Черная бровь удивленно изогнулась, придав пронзительно синим глазам молодого мужчины ироничного блеска.

- Хуго! Я тоже рад тебя видеть! Но, полагаю, не новость о том, что мой «любезный» сосед снова явился в гости в мое отсутствие, сподвигла тебя с таким риском для жизни бежать мне навстречу по скользким ступеням? Что случилось? – Брови молодого мужчины сошлись над переносицей. Его глаза прищурились и впились в покрасневшее лицо тяжело дышавшего верного слуги.

- Ваша светлость! – Едва вымолвил пожилой мажордом, хрипло дыша и вытирая белым платком изрядно вспотевшее лицо и шею. – Ваша светлость!

- Да говори же, мой черный вестник! – Герцог нетерпеливо ударил хлыстом по сапогу и плотно сжал губы в ожидании дурной новости. Элиас по пальцам мог сосчитать те редкие случаи, когда его мажордом устраивал такой забег по ступеням, и все они были началом очередной черной полосы.

- Ваша юная супруга! Она… Её… - Румяное лицо мажордома враз посерело, а пухлые щечки печально повисли.

- Пойдем внутрь, там все и расскажешь!

- Нельзя внутрь! Ваша светлость! – от страха у слуги прорезался голос, и он, чуть ли не пританцовывая, торопливо выложил хозяину всю информацию: «Ваша светлость! В то утро, когда вы спешно отъехали к месту прорыва границы, у герцогини случился приступ падучей!»

- Чтоо? – герцог бросил на мажордома ошарашенный взгляд. – Как приступ падучей? Когда я уезжал, герцогиня сладко спала в своей постели!

- Не могу знать, ваша светлость! – пожилой слуга вздрогнул и попятился. – Подробности вам потом расскажет ваш батюшка.

- Мой отец тоже здесь? – мужчина бросил взгляд в сторону коновязи, понимая, что любимого скакуна его отца не могли оставить на жаре, а сразу же увели в прохладное стойло.

- Да, он здесь, и в данный момент принимает ваших гостей! – подобострастно поклонился слуга, внимательно следя за реакцией хозяина на свои слова. Хозяин промолчал, но его потемневший взгляд и гуляющие на скулах желваки красноречивей любых слов дали понять, что господин страшно зол.

- Хм. Это значит, мой дражайший родитель изволит принимать в моем доме моих же гостей? К тому же, незваных? Очень интересно! – герцог быстрым шагом взбегает по ступеням мраморной лестницы, сжимая кулаки и чувствуя, как по ним с треском зазмеились синие разряды невольно выпущенной магии.

Давать так явно волю эмоциям непозволительно для аристократа его ранга, а уж тем более владельца обширных земель, заселенных радужными полозами. Положение обязывает, будь оно неладно!

Герцог, также не сбавляя шага, на мгновение прикрыл глаза, а открыв их, перевел взгляд на семенившего рядом мажордома, все порывающегося ему еще что-то сказать.

Увидев, как разительно изменилось выражение лица хозяина, слуга вздрогнул и отстал, испуганно провожая того взглядом. Он не успел сказать самого главного и теперь боялся последствий своей нерешительности.

- Приветствую вас, господа, в моем доме! – низкий, с рычащими обертонами голос хозяина замка громоподобно прозвучал под высокими сводами гостевого зала, освещенного подвешенными под потолком большими белыми шарами, светившимися мягким белым светом.

Державшаяся за локоть представительного господина красивая блондинка едва заметно вздрогнула и уставилась на вошедшего удивленным и немного испуганным взглядом.

Элиас кивком поприветствовал родителя, обозначил легкий поклон представительному гостю и снова перевел взгляд на девушку. На второй взгляд незнакомка оказалась еще красивее, чем ему показалось в самом начале.

Высокая, стройная, с горделиво приподнятым подбородком и царственной осанкой, она выглядела достойной дочерью своего отца. Белокурые длинные локоны струились по ее покатым, слегка оголенным мраморным плечам. Классически правильные черты лица и голубые глаза, опушенные длинными ресницами, завершали образ будущей знойной красавицы.

- Граф Гилмар, приветствую вас! Надо полагать, это очаровательное создание и есть ваша дочь, о которой я столько наслышан? – герцог широко улыбнулся девушке, но глаза его оставались серьезными.

- Да, ваша светлость, это моя дочь Доротея! Только сегодня утром прибыла из пансионата благородных девиц и, как только услышала новость, что наш сосед женился, тут же захотела познакомиться с вашей дражайшей супругой! Ведь девушки практически ровесницы! Им будет о чем посекретничать.

При упоминании его жены, герцог нахмурился и бросил взгляд на отца.

- Я уже сообщил нашим гостям, что хозяйка замка сегодня плохо себя чувствует и не сможет выйти из опочивальни, - произнес пожилой господин, отвечая на невысказанный вопрос сына.

- Что с ней? Когда я уезжал, с герцогиней Элеей все было хорошо! – Элиас бросил на отца вопросительный взгляд, но в ответном ничего не прочел. Нужно было срочно избавляться от незваных гостей, но отец и дочь словно не понимали намеков, да и элементарное чувство такта им было не знакомо.

- Ваша светлость! У вас просто невероятный замок, с совершенно изумительным дизайном и убранством! А еще я слышала, что у вас поистине великолепный сад и пруд с золотыми рыбками! Я бы с большим удовольствием осмотрела их! - Вроде бы обычное выражение восхищения жилищем хозяина приема, но в данный момент оно прозвучало совершенно неуместно.

Герцог, явно витающий мыслями где-то далеко, удивленно моргнул и перевел ошарашенный взгляд на красавицу.

- Ваше сиятельство! Пожалуй, только ваша оторванность на долгие годы от жизни реальной извиняет ваше бестактное поведение! Вы считаете, что я, даже не проведав больную жену, стану проводить вам экскурсию по саду и вести светские беседы? – глаза хозяина замка потемнели и пристально смотрели на уже несколько раз сменившую цвет девушку.

- Ваша светлость! Это ни в какие рамки… - возмутился граф Гилмор, - моя дочь… Да я…

- Простите, что прерываю нашу содержательную беседу, дорогой сосед, но да, дочь ваша, и прежде чем вывести ее в свет, вы, как ее родитель, должны были научить ее некоторым правилам этикета. Но если в хваленом пансионе благородных девиц их не утруждали подобными знаниями, тогда я позволю преподать вам один бесплатный урок, Доротея! – мужчина резко повернулся к девушке и, чеканя слова, произнес: «Если хозяин или хозяйка сказались больными, то гостю надлежит тот час откланяться и отложить визит вежливости до лучших времен!» Изложение вольное, но суть одна.

Пока оскорбленная до глубины души подобной отповедью девушка хватала ртом воздух, ее побагровевший папаша ухватил ее под локоток и потащил прочь. Через несколько шагов граф обернулся и, пряча глаза, пробормотал: «Ваша правда, герцог! Моя дочь повела себя неучтиво! Я дома обязательно проведу с ней беседу на эту тему. Желаю скорейшего выздоровления вашей молодой супруге! Позвольте откланяться!»

Едва лакеи закрыли двери залы, молодой герцог тяжело опустился в покрытое затейливой резьбой кресло из мореного дуба.

- С каких это пор благородный граф стал столь мягок, что даже не стал защищать свою дочь от, можно сказать, прямого оскорбления? Что с ним стало? – Элиас поднял глаза на задумчиво облокотившегося на спинку кресла отца.

- С ним стала его дочь! А еще огромная территория твоего герцогства, единственная земля, где могут селиться радужные полозы! Соедини первое и второе, и получишь искомый результат! – пожал плечами седовласый граф и опустился в соседнее кресло.

- О чем ты, отец?

- Конечно же о вашем с Доротеей браке! Если объединить территории наших соседствующих земель…

- Довольно, отец! Ты же знаешь, почему я искал себе жену, даже среди незнатных девушек. Конечно же, среди черни, крайне редко встречаются такие вот самородки, но, как ты знаешь, обычно это бастарды знатных господ. Раньше наш род славился на весь континент как «говорящие с полозом», но теперь мы перестали их понимать! Я должен был возродить былую славу наших земель, и я сделаю это с Элеей! Она…

- Она больна, сын! Твоя жена больна падучей! Тому было много свидетелей!

- Ты что говоришь, отец? Моя жена здорова! Еще до свадьбы ее обследовал королевский лекарь! Да и чешуйка полоза в ее руке не потускнела! – молодой герцог, сжав кулаки, вскочил, напряженно глядя на отца, но в глубине души надеясь, что тот сейчас засмеется и признается в глупой шутке. Хотя… Тяжелый на подъем мажордом вряд ли бы помчался в такую жару по высокой лестнице ради злой шутки, он же не враг себе!

- Сядь, сын! Сядь!

Элиас тяжело опустился в кресло. В его голове просто не укладывалось, как такая молодая, красивая и полная сил девушка вдруг оказалась больной падучей! А как же их совместные дети? Они же могут унаследовать ее болезнь! Мужчина стиснул руками голову и застонал. Затем резко встал. - Где она? У себя в спальне? Я должен немедленно ее увидеть! Я привезу лучших врачей!

- Элиас, ты не понимаешь!

- Нет! Это ты, отец, не понимаешь! Хотя знаешь все не хуже меня, что мы несколько месяцев искали по всему королевству девушку с аналогичным моему даром! И пусть она из семьи пастуха, но наши совместные дети могут вернуть былое могущество рода Сантерийцев. Я пойду к ней!

- Твоей жены нет в замке! - Донеслось уже в спину мужчине.

Он медленно обернулся.

- Как это нет? Шутка затянулась, отец!

- У твоей жены начался ужасный приступ! Она извивалась и кричала. Я вынужден был распорядиться ее связать. Герцогиня кричала странные и страшные вещи! Элея требовала подать ей какой-то фон и хотела в него звонить! Она угрожала нас всех посадить, но я не уловил смысла угрозы! По ее больному мнению, сидеть почему-то хуже, чем стоять! А еще она грозила всем ее отцом – пастухом! Так что, сын, все признаки болезни налицо!

- Я понял! Где она? Я хочу сам убедиться в этом! Лицо мужчины потемнело, меж бровями залегла глубокая складка, а скулы, словно жернова, ходили туда-сюда. Не хочешь говорить, я сам ее найду!

- Герцогини нет в замке! - Громкий выкрик отца заставил сына замереть у дверей. Он медленно повернулся, гневно раздувая ноздри.

- Где она?

- Я был вынужден отправить ее в дом для умалишенных, прошелестел ответ.

Элиас молча уставился на отца, не веря в то, что услышал.

- Я был вынужден! – снова, как заклинание от гнева взбешенного сына, повторил старый герцог. – В доме в тот момент был брат Гутлен! Я должен был показать, как наша семья чтит чистоту крови нашего рода!

- А что преподобный делал в спальне моей жены? Даже если и предположить, что она больна, посторонним мужчинам запрещено заходить в мое отсутствие в мой дом! А уж тем более в спальню моей жены! Молодой герцог уже кричал, а из его сжатых в кулак пальцев во все стороны расходились радужные протуберанцы шипящих молний.

- Сын, ты успокойся! Мы сейчас же поедем и заберем Элею оттуда! - Старый герцог не на шутку испугался гнева своего сына. Он еще ни разу не видел его таким, хотя много раз слышал от тех, кто видел его сражающимся на поле боя. А в последнее время это случалось все чаще. Но он предполагал, что эти заявления сильно приукрашены, хотя, по-видимому, наоборот, преуменьшены, так как он видел, что сын изо всех сил старается сдерживать свою силу.

- Хорошо, мы сейчас же отправимся в этот дом призрения! Но потом… - Глаза сына сверкнули серебром, еще больше крика напугав отца, и он уже сильно пожалел о том, что сделал. Оставалось только молиться, чтобы сын этого не узнал!

Спешно спускаясь по сверкающим под полуденным солнцем ступеням вслед за сыном, старый герцог уже начал думать, как бы отменить предварительную договоренность с графом Гилмором.

- Поедем на конях, так быстрее! - Решил Элиас, быстрыми шагами направляясь в конюшню.

- Сын, мы во всем разберемся, не переживай! Ну не выдержала девушка консумацию брака, ну бывает! Она же темная, из деревни! Росла без родителей! Кто ж ей расскажет, что детей не аист в капусте находит!? - Нервно усмехнулся старый герцог, вдруг обнаружив, что говорит уже в грудь нависшей над ним мощной фигуры сына.

- Наш брак не был консумирован! Прорычало сверху. – А посему, я хочу знать настоящую причину якобы помешательства моей жены!

Старый герцог так и остался стоять у ворот конюшни, открывая и закрывая рот.

Глава 8. Чудеса мимикрии

Утро я встретила в теплом и довольно чистом хлеву. Солнце ярко светило в щели между досками стены рассохшегося от времени строения. Я же уютно устроилась в стожке сена, как в гнезде.

В углу натужно зажужжала большая муха, липкая паутина не давала ей выбраться из плена, но та не желала сдаваться и билась в смертельной ловушке из последних сил.

Я медленно подняла руку и вытащила страдалицу из паутины, оставив большого паука с озадаченным видом пялиться на прореху в его коварной сети.

- Ну, лети, мушка! Даю тебе второй шанс! Смотри, не проворонь и его! – сопроводила я недавнюю пленницу добрым напутствием, наблюдая за ее неуверенным полетом.

Вот так и меня недавно выпустили из плена. Я подумала про Марту, и на душе стало тревожно. Как она там? Не обвинили ли ее в моем побеге? И не начали ли уже искать меня?

Словно в ответ на мой вопрос, на дворе раздались возмущенные крики хозяйки дома, а следом уверенный командный бас. Как меня и предупреждала Марта, уже начали обыскивать село. Быстро они! Я надеялась, что хоть пара часов у меня есть, чтобы перепрятаться.

Несмотря на то, что мое убежище казалось мне надежным, я прекрасно понимала, что ищейки по-любому обыщут каждый укромный уголок, да каждый сеновал. А это значит, мне нужно срочно отсюда бежать и искать другое убежище! Осталось ответить себе на оставшиеся два вопроса: «Как?» и «Где?»

К визгливому крику хозяйки подворья добавился и возмущенный голос мужчины. Затем послышался звук ударов и женский визг. Похоже, началась драка! Я поняла, что сейчас как раз самый подходящий момент, чтобы поскорее убраться отсюда!

Я выбралась из стога, как смогла разровняла в нем дыру и ловко спустилась вниз. Прошмыгнула между двумя коровами, лениво жующими сено, и выглянула в дверь сарая.

Хозяин дома, угрюмо вытирающий разбитый нос, приглашающим жестом открыл дверь, впуская двух дюжих молодцев, и вошел сам. Но, к сожалению, один из сыскарей остался на улице, цепким взглядом окидывая окрестности.

Пока я, кусая губы, думала, как мне быть, мужик повернулся к дому и принялся поливать его стену, мочась на нее. Я, словно пружина, выскочила из хлева и, скользя по траве босыми ногами, заскочила за его угол.

Так, сейчас я оказалась вне зоны видимости сыщиков, но где гарантия, что это команда здесь одна? Вполне может быть, что их таких несколько бродят по селу. Но, так или иначе, отсюда нужно убираться как можно скорее! Сейчас они закончат обыск дома и придут к хлеву.

Мысленно попрощавшись со светлыми штанами, которым и от речной воды изрядно досталось, я на четвереньках поползла меж высокими стеблями полыни, которые плавно перешли в крапиву. Вот здесь я снова мысленно порадовалась длинным штанам и рукавам рубашки.

Но как я ни старалась, без крапивных ожогов не обошлось, особенно пострадало лицо и кисти. Наконец, крапивные заросли закончились, но начался забор из частокола тонких ветвей, в котором, к счастью, быстро нашлась подходящая дыра, чтобы в нее пролезть.

Соседский двор порадовал тишиной и отсутствием моих преследователей. Проскользнув по нему задами, я оказалась у калитки. Если я еще не сбилась с маршрута, мысленно проложенного мною по инструкции Марты, то по этой улице я должна пройти деревню насквозь и выйти к лесу. Ну, а там уже как повезет, куда дорога выведет.

Сердце билось в районе горла, во рту пересохло, а ноги отказывались сделать этот самый решающий шаг. Ведь там, на открытом пространстве деревенской улицы, мне уже негде будет спрятаться. Да еще и рубашка эта ярко-красная, что меня за версту видно. И, как нарочно, нигде не видно сушащегося на веревках белья. А то я, не глядя бы обменяла такую красоту на что-то менее приметное.

Позади меня хлопнула дверь, и вновь послышались причитания женщины, только что обысканного и, не удивлюсь, что и обворованного дома. Итак, мои преследователи уже вышли и сейчас наверняка направятся в хлев. То, что ищейки буквально наступают мне на пятки, придало мне ускорения, и я, выскочив через калитку, понеслась сломя голову по улице.

Несмотря на страх быть пойманной, я успевала удивляться, почему на улице не только людей, но даже и собак нет. Хотя последнее мне было как раз на руку.

Улица неожиданно закончилась, разделившись на два направления. Я остановилась, тяжело дыша и вертя головой. Ведь я понятия не имела, куда мне бежать дальше. До леса, куда я так стремилась, казалось, было рукой подать! Вековые сосны возвышались прямо за высоким каменным забором, перелезть через который без спецснаряжения я не смогла бы и в своем прошлом тренированном теле, а уж в этом изнеженном и подавно!

Позади себя я услышала стук калитки и мужские голоса. Паника подхлестнула мои соображательные возможности, и я, резво повернув направо, понеслась вдоль высоченного каменного и, по всей видимости, очень основательного забора. Навскидку его высота была примерно метра три, а то и больше.

Заглядевшись на эту монументальную преграду непонятного назначения, я чуть не налетела на спящего у основания забора мужчину. Вовремя затормозив, я настороженно к нему присмотрелась. С момента моего пребывания в этом мире это был первый человек, который не собирался меня связывать и прятать в подземную камеру. Ну, не считая доброй Марты.

Зачем-то присев рядом с мужчиной на корточки, я невольно принюхалась и усмехнулась. Миры разные, а проблема одна и та же! Мужчина был попросту пьян! От него сильно несло сивухой, да и в руке он держал кожаный бурдюк с этим «нектаром» всех выпивох.

Совсем близко послышались голоса, и я, вздрогнув, бросила взгляд влево, буквально похолодев от ужаса. Совсем рядом, на той самой развилке дорог, стояли трое мужчин и, крутя головами, решали, куда идти.

Я же буквально распласталась в пыли рядом с похрапывающим выпивохой, понимая, что убежать уже не успею. А если преследователи выберут именно это направление, то я здесь буду как на ладони!

Внезапно в голове всплыла мысль, что чтобы что-то спрятать, нужно положить вещь на самое видное место. Еще раз окинув мужчину цепким взглядом, я медленно прилегла рядом и перекатом по пыльной дороге прижалась к основанию забора, оказавшись скрытой за бесчувственным телом мужчины.

Протянув руку, я стащила с его головы сомнительной чистоты шапку и нахлобучила на себя. Так «фирменная» стрижка дома умалишенных оказалась прикрыта. Я уже в который раз порадовалась, что меня успели остричь. Останься я сейчас при своей шикарной шевелюре, и спалиться на том, что я девушка, было бы делом небольшого времени.

Почувствовав себя в шапке куда уютнее, решила сделать последний штрих и окропить себя, так сказать, «живой» водой. Осторожно вытащив из руки мужчины бурдюк с алкоголем, немного полила на ворот рубашки. Кожаный «сосуд» пришлось оставить при себе, прижав его к груди, словно самую большую драгоценность.

Увлеченная созданием определенного образа, я упустила из виду своих преследователей, которые, оказывается, уже были совсем близко. Я замерла, плотно сомкнув веки. А возле нас с моим «собутыльником» замерли шаги.

Один мужчина другому что-то тихо пробубнил, но что именно, я, к сожалению, не расслышала. Но зато вполне почувствовала, как с меня резко сорвали шапку.

Ну всё! «Факир был пьян, и фокус не удался!» - я внутренне напряглась, готовая зубами и ногтями бороться за свою свободу, когда услышала странное:

- По цвету стриженных волос похож. Вот только я не припомню, чтобы в описании внешности фигурировала отекшая шишковатая физиономия.

- Да мало ли! – хмыкнул второй голос. – Может, ее пчелы по дороге так искусали! Ты за грудь потрогай, коли есть, то точно девка!

Я от страха еще сильнее стиснула руки на своей груди, обнимая бурдюк с самогоном. И видимо, в этот же момент ко мне наклонился один из преследователей. Плохо заткнутая пробка из промасленного куска кожи вылетела под давлением, и на наклонившегося плеснуло ядреным пойлом.

Тот грязно выругался и со злости пнул меня в бок. Я, стиснув зубы, удержала стон, лишь скрипнув зубами.

- Оставь ты этих выпивох! Девку искать надо, идем!

Фраза второго преследователя и последовавшие за этим тихие шаги в сторону, откуда они и пришли, бальзамом легли на мою израненную душу. Дождавшись, когда станет тихо, я чуть пошевельнулась и выглянула из-за мужика. Свобода! Теперь можно идти дальше.

Я сунула в руки спящему его драгоценный сосуд, а вот шапку мне пришлось зажать. Помня фразу о волосах, я поняла, что без головного убора мне никак не обойтись. Во всяком случае, чтобы меня издалека не смогли узнать.

Встав с земли и пользуясь исходившим от меня запахом сивухи, шатаясь, поплелась дальше. Со стороны я себя не видела, но вполне представляла это печальное зрелище, что некто в бывших светлыми штанах с зелеными от травы коленями, красной рубахе, облепленной сеном, страшной шапке, да, судя по всему, опухшим от укусов крапивы лицом, бредет, шатаясь, по улице, сопровождаемый «шлейфом» низкосортного пойла!

И теперь, вовсе не собираясь прятаться, пьяной походкой двинулась к намеченной цели, а именно прочь из деревни. Минут через десять такой клоунады я заметила, что дорога плавно сворачивает от забора вправо, вновь уходя вглубь деревни. Я от досады скрипнула зубами, понимая, что брожу по этому селу, словно по лабиринту, но додумать мысль не успела, так как услышала впереди причитания старой женщины и глумливый мужской смех.

Меня всегда выводило из себя, когда обижали слабых. И сейчас реакция на творившийся беспредел оказалась молниеносной. Я быстро пробежала метров десять до следующего поворота и оказалась на небольшой площади, судя по всему, служившей местным рынком.

Стоявшие по кругу крепко сбитые деревянные столы были пусты, и лишь только кое-где лежали оставленные хозяевами пирамиды из овощей. Похоже, едва начавшийся с утра пораньше рынок спешно разогнали, а вот забрать свои товары времени не дали.

Из продавцов здесь осталась только лишь старушка – божий одуванчик. Или бабулька не поняла, что происходит, или просто не успела убраться подобру-поздорову. Вот до нее и докопались два молодчика наглой наружности.

Не успев проанализировать ситуацию до конца, мои ноги сами принесли меня к месту разыгравшегося конфликта. И, прежде чем вмешаться, я успела услышать их разговор.

- Соколики, да отпустите вы бабку старую! Нетути у меня денег-то! Едва успела прийти да зелень разложить, как суета началась, беготня! Так меня ж затолкли бы попросту в толчее энтой, вот я и припозднилась, не успела с рынка убраться! Ради Полоза Великого, отпустите!

- Не поверим, что без единой медяшки на рынок поперлась, старая! Отдавай, что есть, да убирайся, пока цела!

— Это каких это «добрых молодцев» сюда занесло, а? А смелые-то какие, с сухонькой старушкой справились, да всего лишь вдвоем! – я вышла вперед, встав руки в боки.

В крови клокотал адреналин, а в голове… В голове, судя по всему, свистел ветер в поисках последних мозгов! Только так можно было объяснить мой абсурдный поступок. Так изобретательно уходить от погони, прятаться, чтобы потом буквально сдаться на руки моим преследователям.

- Федул, я что-то не понял, это что за смертник тут что-то протявкал? – самый крупный из них также встал передо мною, руки в боки, чтобы покрасоваться широким разворотом плеч. Ну что, впечатлил. Хотя мне больше понравился его высокий рост.

- Старушку отпустите! Или вы сильны только со стариками и детьми силой меряться?

- Федул, я что-то опять не понял! Эта отрыжка пьяной собаки нам еще указывать будет?

Пресловутый Федул, ростом и комплекцией из категории «соплей перешибешь», благоразумно стоял поодаль и дерзить не спешил. В его глазах я увидела куда больше разума, чем у его гориллоподобного дружка.

Он, видимо, сразу смекнул, если у подобного дрища, как я, хватает наглости так переть на заведомо более сильного противника, то этому явно имеется веская причина.

Детина, устав взывать к своему, поболее богатому мозгами сотоварищу, хрустнул шеей, хлестко ударил кулаком в ладонь, вызвав небольшое землетрясение, и танком попер на меня.

Глава 9. Неожиданные союзники

Несмотря на серьезность момента, я даже толком не успела испугаться. Крупный соперник, не видя во мне опасности, как в слабом спарринг-партнере на ринге, просто не спеша шел на меня тараном. На мгновение я представила себя на ковре своего спортклуба. Сделала шаг навстречу высоченному детине, отработанным движением произвела захват и бросок через бедро.

Казалось, земля содрогнулась от звука его падения. Оглушенный и дезориентированный противник распластался в пыли, словно кит, выброшенный из воды, хватая ртом воздух и ошарашенно тараща глаза.

Не теряя времени, я навалилась ему на спину и произвела болевой прием локтевого сустава. Мужик тут же заорал, словно его режут, хотя я и надавила-то всего вполсилы. Справа послышался дробный топот ног убегающего мелкого противника. Это не очень хорошо, ведь он может позвать помощь! Я чуть ослабила хватку, чтобы поверженный противник стонал не так громко.

- Бабуля, уходите отсюда скорее, я его пока подержу!

Стоявшая, открыв рот, до этих слов старушка понятливо кивнула и засобиралась, быстро связав между собой противоположные концы серого платка, на котором была разложена уже немного повядшая зелень. Перекинув узелок через плечо, она, то и дело оборачиваясь, поспешила скрыться в ближайшем переулке.

Я отпустила руку поверженного противника, и шустро отпрыгнула в сторону, опасаясь реванша с его стороны. Но мужику явно было не до этого. Он тяжело поднялся с земли, охая и попеременно потирая, то больной локоть, то отшибленную о землю, поясницу.

Мне бы тут-же бежать сломя голову, но я какого-то ляда стояла, да еще и виновато посматривала на болезненно морщащегося верзилу. И при этом испытывала к нему сочувствие, по многочисленным тренировкам зная, насколько такое падение для неподготовленного человека может быть болезненно, уж не говоря про болевой на локтевом суставе.

- Я это тебе припомню! – неожиданно зло процедил побежденный. – Я твою смазливую физиономию хорошо запомнил!

Я аж рот открыла от удивления. Хотя чего еще я могла ожидать от униженного при его более мелком товарище громилы? Благодарности? Ну, это уж вряд ли. Говорить с ним, собственно, было не о чем, у каждого своя правда.

Я попятилась назад, оглядываясь и решая, в какую сторону бежать. Ведь в том, что скоро прибудет подмога, и сомневаться не приходилось. Первую мысль бежать в тот проулок, где скрылась бабулька, я тут же откинула! Ведь если я ее обгоню, то молодчики отыграются на ни в чем не повинном пожилом человеке!

Поэтому я шустрым зайцем шмыгнула в противоположном направлении, мысленно молясь, чтобы не налететь на своих же преследователей. Я несколько раз сменила направление, мимоходом заглядывая в чужие подворья в надежде обнаружить развешанное после стирки белье, а среди него мужскую, менее приметную, чем моя, одежду. Но увы! Возможности переодеться мне так и не представилось.

Я настолько запутала свои следы, что теперь уж точно не смогла бы определить, в какую сторону мне нужно идти. Если каменная стена идет только по одной стороне деревни, то сориентироваться еще будет можно, а вот если она огибает ее…

- Эй! – этот тихий оклик заставил мои короткие волосы встать дыбом. На долю секунды мне показалось, что меня нашли ищейки дома сумасшедших. Но быстрый взгляд в сторону кустов, откуда меня окликнули, и я успокоилась, с удивлением разглядывая рыжего, словно огонь, паренька с веселой россыпью ярких веснушек по всему лицу. – Иди за мной! – махнул он мне рукой и пропал.

Я огляделась по сторонам и, не обнаружив какой-либо опасности, осторожно шагнула в густые заросли неизвестного кустарника. Не успела и охнуть, как меня дернули за руку, увлекая вглубь зарослей с темно-зелеными мясистыми листьями.

- На, надень поверх своей рубахи! – снова материализовавшийся передо мной паренек совал мне в руку балахонистую вещь коричневого цвета.

- Зачем? И так жарко! – буркнула я, растерянно хлопая глазами.

- Твоя рубаха слишком приметная, издалека видать! Надень! Ну, или можешь переодеться прям сейчас, если хочешь! – хитро блестя глазами, прищурился мальчишка.

Я внимательно вгляделась в него.

- Так ты… знаешь.

- Что ты девушка? – улыбнулся он во весь рот.

- Ну да, - сглотнула я, пытаясь сообразить, в чем же я прокололась.

- Да это сначала бабушка мне сказала, а потом и я сам заметил! – признался он, все так же держа передо мной рубашку.

Решив, было попросить парнишку отвернуться, чтобы я могла переодеться, мгновенно передумала, почувствовав, как сверху застучали по листьям капли дождя. Быстро натянув предложенную вещь на красную рубашку, дернула того за рукав. Паренек оглядел меня с ног до головы и, одобрительно кивнув, махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Некоторое время мы бежали, петляя по чужим огородам. Причем мой юный проводник мгновенно находил лазейки в заборах и заборчиках, что я даже стала подозревать, что он лично их и проделал.

Несколько раз нас даже замечали местные жители, которые начали осторожно появляться из домов, занимаясь своими текущими делами. Но что интересно, никто из них не только не пытался позвать ищеек, но даже не пытался прогнать нарушителей границ их частных владений. Напротив, люди делали вид, что не видят нас, и сразу отворачивались.

Попетляв еще немного, парнишка нырнул в какой-то сарай, отодвинув одну из досок. Знакомый запах сена и коровьего навоза, и вот мы входим через небольшую дверь в… сказку!

Я чуть не споткнулась от неожиданности и замерла на месте, восторженно озираясь по сторонам. Когда глаза немного привыкли к темноте, я разглядела, что нахожусь всего лишь в небольшой бедной комнатушке. Простая деревянная мебель, состоящая из двух широких лавок, стола, четырех табуреток и большой печи.

Но всю эту простую обстановку окружало какое-то мистическое сияние! По стенам и даже на потолке ярко горели разноцветные огоньки. Где-то они были единичны, а где-то лежали разноцветными горками.

- Что это? – прошептала я, осторожно потянувшись рукой к яркому красному огоньку.

- Тихонько! Обожжешься! – взволнованно вскрикнул женский голос.

— Вот, ма, привел! – гордо доложил невидимый в темноте паренек.

- Вижу, вижу! – довольно ответила его мама.

Я же слышала диалог, но не могла оторваться от созерцания этой необыкновенной красоты! Я даже забыла о том, что ужасно продрогла под дождем, и совсем недавно дрожала, как осиновый лист.

Но вдруг до меня дошло, что сейчас на дворе стоит день, и странно, что в этом доме совсем темно, и зачем окна закрыты на ставни.

- Ну что встала, словно в первый раз видишь чешуйки полозов.

- Да нет, во второй! – ляпнула я и аж губу прикусила, поняв, что выдала себя с головой.

- Тогда все ясно, - спокойно ответила женщина, - пойдем в дом, тебе нужно обсохнуть, дитя мое!

- А разве мы не в доме?

- Нет, это своего рода… кладовая, - пояснила хозяйка дома, и передо мной открылся светлый прямоугольник, ведущий теперь уже в светлую, но также просто обставленную комнату.

За большим столом у самого окна сидела маленькая девчушка лет трех и пила молоко из большущей кружки. К ней присоединился мой проводник и спаситель. Только теперь я разглядела его примерный возраст, пареньку было лет двенадцать – четырнадцать.

- Ну, раз уж все здесь собрались, давайте знакомиться! – ко мне подошла хозяйка дома.

Я удивленно моргнула, уставившись на приятную внешне, пожилую, но вовсе не старую женщину.

- Меня зовут эйре Гертруда, - представилась она. – Это наша маленькая Селестия, - повернувшись к столу, указала на белокурую девчушку, ну, а с моей правой рукой, Рауном, ты уже познакомилась.

- Что? Так вы на самом деле догадались, что я не юноша?

- Конечно, дорогая! – засмеялась хозяйка дома. – Я тебе более скажу. Мы именно тебя встречали. Как на рассвете глашатай объявил о побеге из дома призрения, мы с Рауном тут же выдвинулись на твои поиски.

- Но как же там, на рынке? – у меня не было слов от удивления.

- Ну да, кое-что немного пошло не по плану, – смущенно хмыкнула женщина, споро накрывая на стол. - Тем более, когда ты бросила вызов этим головорезам, я даже засомневалась, что ты девушка, а не смелый бродяга. Но именно Раун убедил меня, что, несмотря на твои совершенно необыкновенные для девушки умения, ты именно та, кого мы ждем!

- Чудеса! – совсем растерялась я от удивления. Вот не думала, что до меня здесь есть кому-то какое дело. – А зачем вы меня ждали? Что вы вообще обо мне знаете?

- Как тебя зовут, дитя мое?

- Элея, - представилась я, упустив свой сомнительной актуальности титул, учитывая, что неведомый мне герцог сам от меня отказался.

- Элея, давай ты сейчас примешь ванну, согреешься, переоденешься, а потом мы за обедом и поговорим обо всем!

- Ванну? - похоже, из всего сказанного я уловила лишь одно это волшебно прозвучавшее для меня слово. Вот только как это возможно в отсутствии благ цивилизации, я не могла представить.

- Пойдем со мной! - махнула мне женщина, и мы вышли на улицу. Судя по тому, как она спокойно шла, не озираясь, я поняла, что угроза миновала, и можно хоть ненадолго расслабиться.

Пройдя залитый солнцем двор, исходивший паром от недавно прошедшего дождя, я все равно чувствовала себя очень неуютно. Хотелось скрыться с глаз, а еще лучше поскорее покинуть эту деревню. Ведь пока я остаюсь здесь, надо мной будет постоянно висеть угроза быть пойманной людьми директрисы дома призрения Стафании.

Эйре Гертруда довела меня до низкого строения, почти сплошь опутанного густыми зарослями дикого винограда, и, толкнув низенькую дверцу, пригласила войти внутрь.

Честно, я испугалась. Мне на мгновение показалось, что это какая-то хитрая ловушка. Что вот сейчас захлопнется дверь этой большой мышеловки, и меня снова свяжут для того, чтобы в черной карете вернуть в застенки дома призрения.

Женщина, видимо, почувствовала мои сомнения, поэтому улыбнулась и, наклонившись, вошла первая. Глубоко вдохнув, словно перед прыжком в воду, я вошла следом и застыла, еще более пораженная, чем еще совсем недавно.

Посреди тесной комнатки стояла огромная кадушка, наполовину наполненная водой. Над ней, подвешенные на кожаных шнурках, с потолка свисали… четыре знакомых мне предмета, которые девушка Марта называла чешуйками полоза. Вот только эти чешуйки были хоть и мельче, но имели яркие цвета. Три из них были голубыми, а одна, висевшая меж ними, - красного цвета.

Но что было самое удивительное, снизу голубых чешуек появлялись большие капли воды и, немного повисев, со звонким «плюх» падали в бочку.

Я заворожено подошла ближе и протянула руку к этим каплям.

- Можно? - спросила я, опомнившись и оглядываясь на женщину.

- Конечно, дитя мое! Прежде чем отправиться дальше, ты должна все изучить, чтобы суметь выжить.

Глава 10. Дознание

Элиас молча бросил взгляд на печальную горку длинных каштановых волос.

- Не поспешили ли вы остричь мою жену, уважаемая эйре Стафания? – синие глаза опасно прищурились, впившись в пожилую важную матрону, которая потерянно стояла посреди залы, но все еще пыталась храбриться.

- Ваша светлость! Так мне передали, что это была ваша воля, отправить сюда супругу! Да и три дня уже прошло. Я думала, что вы уже не передумаете, - светло-голубые, обычно исходящие холодом и властью глаза, беспокойно забегали. Лицо побледнело, так же, как и губы, которые женщина от волнения покусывала. Она страшилась следующего вопроса, который должен быть вот-вот прозвучать. И дождалась.

- Я хочу увидеть свою жену! Проводите меня к ней!

Ответом ему был тихий шорох свалившегося на пол бесчувственного тела.

- Полоз знает, что такое здесь происходит! – рыкнул герцог. – Эй! Есть здесь кто с более крепкими нервами?

***

Теперь перед ним стояла молодая черноглазая женщина, практически полностью закутанная в мрачные одежды, больше напоминающие саван. Судя по всему, это была простая прислужница, но, даже если ей и было страшно, она стояла, расправив плечи и упрямо вздернув подбородок.

- Да, это я прислуживала герцогине! И это у меня она попросила пряжу для вязания. Сказала, что ей скучно сидеть взаперти. Когда же я ответила, что у нас пряжи нет, попросила веревку, чтобы плести сети в помощь рыбакам.

- Что!? Черные брови мужчины стремительно взлетели вверх, выражая крайнюю степень изумления. – Ты считаешь, что герцогини только и делают на досуге, как плетут рыбацкие сети? Ты в своем уме?

Но девица даже не смутилась, лишь еще выше вздернула подбородок, поджала губы, а затем процедила сквозь зубы: «Герцогиней ни разу не была, так что мне не ведомо, чем именно они занимаются в свободное время!»

- В свободное время? Ты сказала, в свободное время? – герцог запрокинул голову и громко захохотал.

В углу, сжавшись, и практически слившись с серой каменной стеной, еле стояла эйре Стафания, которой помог подняться с пола, и теперь поддерживал, пожилой мужчина в длинной рясе.

- У аристократок, моя дорогая, все время свободное! Вот только им никогда и в голову не придет плести сети из грубой веревки.

- Пусть простит господин неотесанность простой служанки, но я даже подумать не могла, что герцогине может прийти в голову навязать на веревку узлов и спуститься по ней с такой верхотуры! Уверена, вы тоже не могли предположить в своей жене подобной прыти!

От стены вновь послышался звук падения тела. Герцог усмехнулся и покачал головой.

- В этом печальном месте все с ног на голову! Здесь даже простая служанка смелее, чем директриса, а герцогини у вас сбегают через окно. Эйре Стафания! Эй, кто-нибудь, соскребите ее с пола! – Мужчина поморщился и вновь перевел взгляд на служанку.

- Как тебя зовут?

- Марта.

- Скажи-ка мне, Марта, каким еще образом можно перебраться на тот берег, если не брать рыбацкую лодку?

- Не брать? – Девушка широко распахнула глаза и приоткрыла рот, на мгновение замерев. Затем она несколько раз моргнула и подняла удивленный взгляд на пугающего ее мужчину. – Река очень широкая. Вплавь и не каждый мужчина решится отправиться на тот берег! А герцогиня – женщина, да в длинном ночном платье она не смогла бы плыть, сразу бы потонула!

- Даа, - протянул мужчина задумчиво и медленно прошелся, заложив руки за спину, а эхо послушно разнесло звук его шагов под холодными каменными сводами.

- Попечитель Актан! – герцог повернулся к стоявшему рядом с бессознательным телом директрисы пожилому мужчине. - Скажите мне, где велись поиски моей жены?

- Так, в деревне «Пограничная», как раз на том берегу реки, - шевельнувшись, ожила почти скрытая в тени фигура пожилого мужчины.

- А что здесь? Вокруг дома призрения, на этой стороне, не искали? – в голосе герцога слышалось уже плохо скрываемое раздражение.

- Искали на небольшом расстоянии. Но вокруг одни голые холмы да поля. Лесов, способных дать тень или пропитание, нет. Точно так же, как нет и открытых водных источников. Этот замок для содержания умалишенных не зря строился в такой глухомани и в отдалении от жилья. Случаи побега крайне редки, но все же случаются, - голос попечителя дрогнул, и в нем послышалось смущение. – Если поднадзорные пытаются бежать, то стараются перебраться через реку, зная, что вода собьет со следа собак.

- Ясно. Выходит, ваши подопечные не так уж и безумны, раз способны на подобные логичные выводы? И много ли из сбежавших вам удалось поймать?

В воздухе повисла гнетущая тишина. Герцог удивленно посмотрел на вновь замершего, словно статуя, мужчину.

- Попечитель. Я жду ответ.

- Ни одного, - тихо прохрипел тот и поспешно добавил: - Мы полагаем, что они все утонули.

- Вы на самом деле считаете, что единственный способ побега только через реку? – в голосе герцога слышались иронические нотки. Словно он не столько задавал вопрос, сколько проверял на сообразительность.

- Ну, думаю, еще можно было просто идти вдоль реки по мелководью, в ту или другую сторону, - голос попечителя окреп, и он словно бы гордился своими умозаключениями.

- Ваша светлость, позвольте сказать? – звонкий голосок разорвал напряженную тишину зала.

Герцог удивленно повернулся к служанке.

- Говори.

- По мелководью идти практически невозможно! Весь берег порос густыми камышами и осокой, там не пройти! – девушка снова упрямо вздернула подбородок, ее ноздри широко раздувались, выдавая сильное волнение, но голос звучал громко и твердо.

Герцог наклонил голову и внимательно посмотрел на служанку.

- Пожалуй, я заберу тебя с собой!

Девушка вздрогнула, как от удара, но сжала губы, промолчав.

- Люблю смелых.

Глава 11. Планы и сомнения

Владения графа Альмода Гилмора

Шарик нежнейшего сливочного мороженого медленно скользил по горке своих собратьев, провожаемый жадным взглядом девушки в строгом коричневом чепце и такого же цвета простом платье. Белоснежный маленький фартучек, лишь немного разбавляющий мрачного вида форму служанки, был немного испачкан вареньем.

- Тильда! Ну что, на кухне еще нашлось вкусненького? Давай, добавляй! – капризный голос с визгливыми интонациями заставил служанку вжать голову в плечи и поморщиться.

- Да, леди Доротея! – голос девушки дрожал, так же, как и ее руки, когда она посыпала мороженое миндальными орешками и цукатами.

Хотя в большой креманке уже и самого мороженого было практически не видно под толстым слоем нескольких видов варенья, ликеров и тертого шоколада.

- Все готово, леди Доротея!

- Что это? Фи! Выглядит как… как… Фи! Выбрось все это немедленно! – белокурая красивая блондинка капризно сморщила очаровательный носик и отвернулась от десерта, прикрывая лицо ладошками. – Грог! Грог, ко мне! – на зов хозяйки, стуча когтями по полу, примчался огромный мохнатый пес и, вывалив красный язык, уселся напротив хозяйки, ожидая очередного лакомства.

- Тильда, принеси миску Грога и поставь сюда! – изящный пальчик с розовым аккуратным ноготочком указал на ковер рядом с чайным столиком.

— Вот, леди Доротея! – поклонившись, служанка поставила позолоченную миску, инкрустированную самоцветами, прямо на белоснежный ворс неимоверно дорогого ковра.

- Отдай это сладкое безобразие псу!

- Мороженое? – невольно вырвалось у девушки, и она тут же испуганно потупилась, чувствуя на себе испепеляющий взгляд хозяйки. – Да, конечно, леди Доротея!

Выкладывая всю эту невозможную вкусноту в миску собаки, девушка поспешно проглотила слюну, старательно задерживая дыхание и изо всех сил пытаясь не думать о недоступном ей десерте.

Пес нехотя поднялся, подошел к миске, обнюхал угощение и громко чихнул. Служанка вздрогнула и поспешила отвернуться. Пес лениво лизнул мороженое и медленно направился вглубь спальни хозяйки, к своему любимому месту у камина.

- Ну вот, видишь, какую ты гадость сделала! Ее даже собака есть не стала! – недовольно фыркнула красавица, глядя в зеркальце и поправляя рукой тугие локоны. – Давай, неси платье, пора одеваться на прогулку. Сегодня возвращается герцог Сантерийский, и мне нужно непременно гулять у границы наших владений!

***

Герцогство Элиаса Сантерийского

- Хуго, принеси-ка нам с графом молодого розового вина да разных закусок! И пусть нам никто не мешает! – старый граф небрежным движением руки отослал мажордома и вновь повернулся к собеседнику.

Оба соседа сидели в тенистой беседке на берегу озера. Место для приватного разговора было выбрано не случайно. Это был небольшой пятачок суши, клином вдававшийся в озеро, а уже на нем стояла круглая беседка, по периметру которой в больших кадках росла красиво цветущая вьющаяся лоза, плотно закрывающая беседку от палящих лучей полуденного солнца. Кроме того, находящихся в самой беседке с берега также было не видно, тогда как из беседки берег был виден как на ладони.

- Итак, дорогой граф, на чем мы остановились? – бывший хозяин герцогства цепким взглядом впился в лицо собеседника.

- На том, дорогой герцог, что мне якобы будет необходимо отъехать по делам на неделю, и я попрошу вашего сына приютить на это время мою девочку. Ну а дальше, мой друг, все в руках малышки Доротеи, - седовласый граф сделал рукой в воздухе неопределённый жест и с выражением сомнения на лице цокнул языком. – Но не рановато ли мы с вами строим планы? Вдруг ваш сын вернется со своей женой?

Его собеседник, сидящий лицом к берегу, сделал знак рукой, призывающий к молчанию. В беседку вошли два лакея. Один быстро составил с подноса разнообразные закуски, а второй запотевшую бутылку вина и два изящных бокала в виде змеи, стоящей на собственном хвосте. Лакей разлил вино по бокалам и, откланявшись, покинул беседку.

- Ну, дорогой друг, а в ближайшем будущем, надеюсь, и мой родственник, давайте поднимем эти бокалы за успех нашего крайне важного для наших семей мероприятия!

- Да, за успех предприятия! – граф поднял свой бокал и с нежным звоном соприкоснулся с бокалом герцога.

Некоторое время за столом стояла тишина, изредка нарушаемая легким звоном приборов да нежным щебетом птиц.

- Дорогой граф! Прошу простить меня за излишнее любопытство, но я прямо-таки изнываю от неизвестности. Поведайте, каким же образом вам удалось упечь… Кхм, - граф покраснел и натужно откашлялся в кулак. – Прошу прощения! Каким образом… - опять сбился он, не сумев подыскать правильные слова к такому деликатному вопросу.

- Не мучайте себя, граф! Я расскажу вам, каким образом избавился от этой низкородной. Не думаю, что вы меня выдадите сыну, ведь это в ваших интересах, чтобы наши семьи наконец породнились. – Герцог еще раз наполнил бокалы вином, но не торопился сказать тост. Его лицо стало задумчиво, а меж бровей пролегла глубокая складка.

- Что с вами, герцог?

- Все хорошо. Просто. Я надеюсь, даже если, когда сын узнает о моем поступке, то сможет понять мои благие мотивы. Его избранница, эта дочь пастуха – Элея, красивая девушка. Но, прожив до свадьбы месяц в нашем замке, она никоим образом не проявила в себе ни толики магии! Ее даже не слушались самые простейшие бытовые артефакты!

- Что вы говорите!? – густые с проседью брови графа взлетели вверх. – Моя Доротея чудесно с ними справляется!

- Ну да, согласен с вами, граф! Любой аристократ обладает хотя бы зачатками магии, чего нельзя сказать о простолюдинах. Но я готов был терпеть блажь моего сына, если бы его брак с этой… с этой деревенщиной хотя бы сулил рождение просто одаренных наследников! Я уж не говорю об обещанных оракулом «говорящих с полозом»! – герцог сокрушенно покачал головой и залпом выпил свое вино.

- Я перед их первой брачной ночью подсыпал снотворное в бокал Элеи. А наутро моего сына срочно вызвали, будто на прорыв границы.

- Но, видимо, это было не так?

- Да, не так. Я приказал своему верному человеку приковать герцогиню к кровати. Проснувшись и обнаружив себя прикованной, она ожидаемо устроила истерику, которую я удачно списал на проявление падучей. Это заболевание часто дает о себе знать именно после первой близости, являющейся очень ярким событием для женщины. Сбежавшейся на зов всполошившейся горничной прислуге и очень удачно оказавшемуся в замке духовнику я сказал, что связали женщину только после того, как у нее началась истерика и очень странная брань. В общем, все оказалось куда проще, чем я себе представлял!

Дорогой герцог, а вы не думали, что будет, если вдруг окажется, что ваша невестка забеременела после первой ночи с мужем?

- Хм. Если бы подобное случилось, то все бы зависело от ребенка, который у нее родился впоследствии. Если бы он оказался наделенным магическими способностями, то мы его забрали бы, само собой!

- Вы, дорогой герцог, хотите сказать, что моей дочери придется воспитывать пасынка? Хотя… Почему вы говорите в сослагательном наклонении? Вы что, не допускаете возможность беременности после первого соития?

- Для этого существуют няньки и гувернеры, дорогой граф! В любом случае, ваша цель — сделать свою дочь герцогиней, а моя — объединить наши земли. Цель же моего сына о наследниках «говорящих с полозом», боюсь, уже неосуществима. Ведь, если верить словам моего сына, в ту ночь брак так и не был консумирован.

- О! Ну это же все меняет, милейший герцог! В этом случае получить развод с простолюдинкой будет куда проще! — щеки графа порозовели, а сам он значительно повеселел от последней новости.

Старый герцог поднял вверх палец и весь обратился вслух.

- А вот кстати и он скачет, слышите? Будем надеяться, что Элиас не привез герцогиню обратно.

Глава 12. Новые откровения

Я погрузилась в большую деревянную кадушку, заполненную приятно горячей водой, и… словно выпала на время из реальности. Положив затылок на край бочки, я завороженно наблюдала за покачиванием надо мной разноцветных чешуек полоза.

Интересно, какой он? Судя по размеру этих чешуек и тому, что существуют еще значительно крупней, я с трудом могла себе представить такого огромного змея, запросто разгуливающего по окрестностям! Да существуй такой в действительности, мне кажется, люди жили бы в глубоких пещерах, которые запирали на огромные каменные валуны!

Мне на щеку упала теплая капля, и я моргнула, приходя в себя. Протянув руку, взяла с полочки, приделанной к краю бочки, мочалку, сплетенную из каких-то растительных волокон, и кусочек мыльного корня. Непривычно было мыться без геля для душа и шампуня, да еще поливая себя из бадейки, но совсем недавно мне и это было недоступно! А что ждало бы меня в сумасшедшем доме дальше, и представить себе не могу!

Отложив мыльный корень, я, задержав дыхание, нырнула, стараясь как можно лучше прополоскать волосы. Несмотря на то, что мне их остригли, все равно осталась довольно густая копна, за которой тоже требовался уход.

Искупавшись, я осторожно вылезла из бочки и на цыпочках посеменила к приготовленному мне на крючке большому полотенцу. И только я протянула к нему руку, как мне почудилось слева какое-то движение. Я взвизгнула и прикрыла руками стратегически важные места.

Чуть левее меня стояла обнаженная девушка и так же, как и я, прикрывшись руками, испуганно смотрела на меня большими, раскосыми, как у лани, глазами. Они у нее были карие, напоминающие мерцающий янтарь, глаза! Светло-русые влажные локоны красиво обрамляли аристократичное овальное личико с высокими скулами.

- Ты кто? – мой тихий дрожащий голос сиротливо прозвучал в пустом помещении, в котором, кроме меня, больше никого не было! Так как красавица в это же мгновение тоже беззвучно повторила мой вопрос.

Мое сердце забилось, как сумасшедшее, едва я поняла, что вижу в зеркале именно себя нынешнюю! Схватив с крючка полотенце, я поспешно обернулась им и шагнула к зеркальной дверце от старого шкафа, просто прислоненной к стене, жадно разглядывая свой новый облик.

При близком рассмотрении я обратила внимание и на красивую форму пухлых губ, которые выглядели так, словно их только что накрасили розоватым блеском. Я потерла губы рукой, но ничего не поменялось. Чудеса!

Глаза тоже казались подведенными коричневыми тенями в направлении висков, что вместе с длинными черными ресницами делало их еще выразительней. Украдкой оглядевшись и убедившись, что никто за мной не подсматривает, распахнула полотенце и ахнула, окинув взглядом буквально совершенную фигурку с тонкой талией, крутыми бедрами и упругими округлостями там, где надо.

Я снова завернулась в полотенце и замерла, пытаясь осознать, что эта невероятная красавица в зеркале — точно я. Ведь будучи в прошлой жизни, по сути, ходячей вешалкой, я уже смирилась, что так и придется доживать мне свой век никому не нужной пацанкой.

Дверь домика тихо скрипнула.

- Элея! – я узнала голос женщины. – Ты уже помылась? Я тебе вещи принесла.

- Да, эйре Гертруда, помылась.

Дверь хлопнула, и вошла моя спасительница.

- Что у тебя глазки такие испуганные? – протянула она мне стопку вещей.

- Да так, волосы жалко! – быстро нашлась я, беря у Гертруды вещи и ныряя за занавеску в уголке помещения.

Мне снова достались мужские вещи: широкие штаны и мешковатая рубашка. Вздохнув, я надела их, попутно соображая, что нужно попросить у женщины какой поясок, чтобы подвязать свой новый прикид.

- Готова?

- Готова! – поддерживая штаны, я вышла вся такая красивая и широко улыбнулась, отзеркаливая ее добрую и лукавую улыбку.

Гертруда покачала головой и протянула мне небольшой кулон из невзрачного камешка на обыкновенной пеньковой веревке. Я, конечно, удивилась, ведь с такой одеждой вовсе не до украшений, но не стала обижать добрую женщину, взяла подарок и надела на шею. Едва я это сделала, как одежда на мне съежилась, подобралась и села точно по фигуре.

Я аж рот открыла от удивления, глядя на себя в зеркало. Просто чудеса! Я-то думала, что больше, чем чудесные чешуйки, меня больше ничего удивить не может! Но, бросив взгляд на женщину, моя радость немного померкла. Вид у нее был задумчивый и не очень довольный.

- Что-то не так?

- Все не так! – пробурчала она, качая головой. – Слишком ты яркая, заметная! А это в твоем положении очень опасно. Ладно, идем обедать. Позже решим, что с этим делать, идем!

В знакомой мне комнате за большим накрытым столом у окна уже сидели остальные члены этой странной семьи. На обед был ароматный овощной суп с кусочком сливочного масла, печеная картошка, зелень с огорода, вареные яйца и кувшин молока. А на десерт на большом блюде высилась горка румяных булочек.

- Ну, угощайся, Элея! После обеда поговорим, а обсудить нам нужно многое! – хозяйка дома многозначительно на меня посмотрела, улыбнувшись краешками губ и наливая мне суп в глиняную миску.

Во время обеда Гертруда с детьми о чем-то тихо переговаривалась. Кажется, разговор шел об урожае, грибах и мелких хозяйственных делах. Я же просто медленно ела, наслаждаясь простой, но такой необыкновенно вкусной едой! А еще поймала себя на мысли, что особенно мне приятна обстановка за столом. До того она была спокойная и доброжелательная, что казалось, будто меня окутывает что-то мягкое и нежное. Давно я не припомню, чтобы на моей душе царило такое умиротворение.

Но вот и этот необычный сеанс релакса наконец подошел к концу. Я очнулась от состояния нирваны, когда хозяйка принялась собирать посуду со стола. Для меня было привычным делом, что за столом обязательно кто-то прислуживает, но сейчас я понимала, что все несколько по-другому, и предложила Гертруде свою помощь, хотя я и представления не имела, как мыть посуду без водопровода.

- Спасибо! Но сегодня ты наша гостья! Потом поможешь, - улыбнулась женщина, складывая миски и кружки в глубокий таз. Затем Раун залил ее горячей водой из ведра, стоявшего у входной двери.

Я озадаченно нахмурилась, пытаясь понять, каким образом там оказалась горячая вода. Видимо, увидав мой мыслительный процесс, паренек усмехнулся и достал из ведра красную чешуйку размером с ладошку годовалого ребенка. А достав, быстро бросил ее на стол и подул на свои пальцы.

- Горячо! – улыбнулся он во весь рот.

Я покосилась на исходившую паром чешуйку на обеденном столе и с опаской поинтересовалась: «А это не опасно? Стол не загорится?»

Сидевшая молча до этого момента у окна Селестия громко и звонко засмеялась.

- Что ты! Она горячая, но огонь зажечь не может! Ты что, глупая?

Я почувствовала, как мои щеки заливает румянец. Очень неловко получилось. И правда выходит, что я не знаю элементарных вещей, которые знает даже малый ребенок. Этак я легко себя выдам.

- Селестия! Как тебе не стыдно? Леди Элея, видимо, издалека к нам приехала и не слышала о чешуе полозов.

- Ага! Только если с небесного светила прилетела! Да все в нашем мире знают про эти чешуйки, оттого и пытаются захватить наше герцогство, чтобы себе забрать земли, где обитают радужные полозы! – фыркнул Раун, хватая опустевшее ведро и собираясь выйти на улицу за водой.

- А что, разве нельзя взять несколько маленьких этих… полозов и отвезти в свои земли, а потом ухаживать, растить их и позже дождаться потомства? – пролепетала я, уже в процессе, по широко открывшимся глазам Селестии и Рауна, да по тому, как прятала улыбку Гертруда, поняв, что ляпнула большую глупость.

Дети фыркнули и переглянулись.

- Так, раз уже все пообедали, давайте пройдем в нашу особую кладовочку, - с какой-то особой интонацией произнесла женщина.

И мы пошли. Оказавшись снова в темной каморке, освещенной лишь многочисленными скоплениями разноцветных чешуек полоза, я смогла осмотреться. Оказывается, они не висели в воздухе, а лежали аккуратными горками на полках, которых в темноте видно не было.

- Присаживайся, Элея!

Я обернулась и увидела у одной стены довольно уютный мягкий диван без спинки.

Гертруда уже присела на него, ей на колени тут же взгромоздилась Селестия. Малышка строго и внимательно смотрела на меня, но молчала. Необычное поведение для маленькой девочки. Я притулилась на другой край дивана, а Раун ловко запрыгнул в самую середину, заинтересованно крутя своей вихрастой рыжей головой и переводя хитрый взгляд с меня на свою бабушку.

Гертруда посмотрела на меня добрым взглядом.

- Элея, понимаю, что у тебя сейчас много вопросов, поэтому спрашивай, но потом ответь и на мои.

- Хорошо, - кивнула я и задумалась. Спросить хотелось о многом, но я задала ей один и самый главный вопрос. - Кто вы и почему мне помогаете?

Женщина усмехнулась и лукаво посмотрела на меня.

- Мы – сумасшедшие! Все трое.

Глава 13. Кто они?

- Что? – пискнула я, со страхом вглядываясь в лица детей и вроде бы вполне вменяемой и приятной женщины.

Справа от меня кто-то хрюкнул. Я с подозрением посмотрела на надувшего щеки Рауна, когда слева от меня громко и тоненько засмеялась малышка. Я перевела с нее взгляд на улыбающееся лицо женщины, и у меня от души отлегло.

- Фу! Ну вы меня и напугали, эйре Гертруда! Я в последнее время такого насмотрелась, что и в такое вполне могла поверить! И все же, кто вы?

- Мы – сумасшедшие! – все так же улыбаясь, повторила женщина.

- Не, ну хватит! Шутка затянулась. И, кстати, откуда Селестия знает это слово?

- Кто такой «кстати», я не знаю, но Селестия это слово слышит чуть ли не с пеленок! И да, сумасшедшие мы по официальной версии хранящихся в доме умалишенных документов. Такими нас признали наши семьи и… просто выкинули из своей жизни, отправив в это ужасное место.

- Как это? Не понимаю, - замотала я головой, - «признали семьи»? Значит, вы не из одной семьи?

- Конечно не из одной! – Гертруда ссадила малышку со своих колен и, улыбаясь, что-то ей шепнула в ушко. Малышка хитро на меня взглянула и, громко топая ножками, убежала куда-то в темноту.

- Так как же вы здесь оказались все вместе? Да еще каким образом это связано с сумасшедшим домом?

- Все просто и одновременно сложно, - всегда улыбчивое лицо женщины помрачнело, уголки губ опустились, и она сразу стала выглядеть старше, как человек, проживший жизнь, полную лишений. – Я не простолюдинка. Я – маркиза! После смерти мужа от меня самой отказались мои собственные дети, дочь и сын. Они признали меня сумасшедшей и отправили в этот дом для того, чтобы беспрепятственно, не выделяя мне вдовью долю, поделить наследство.

Я ахнула, прижав руки к губам. Я даже представить себе не могла, как можно отказаться от собственной матери.

- Да, девочка, вот так бывает, - грустно кивнула она и улыбнулась уголками губ, когда глаза ее оставались грустными. – Но я не ропщу! Я сама виновата в том, что мои дети выросли настолько черствыми. Я слишком много в свое время занималась балами и нарядами и совсем не занималась детьми. Не дарила им свою любовь и заботу. Так что все справедливо, «что посеешь, то пожнешь».

- И у нас так говорят, - кивнула я и тут же внутренне сжалась. Сколько уже раз я неосторожно оброненными фразами давала понять, что я очень издалека, и не сосчитать. Но Гертруда лишь слегка приподняла бровь, явно отметив про себя то, что я сказала, но пока вопросов задавать не стала.

- Так вот, когда я оказалась в том мрачном замке, то в этот же день бежала. Видимо, мои конвойные не ожидали от меня, пожилой женщины, такой прыти, вот мне это и удалось!

- Но вы же совсем не пожилая! – не удержалась я от восклицания.

- Об этом чуть позже, дитя мое, - лукаво улыбнулась моя загадочная собеседница.

- Хорошо. Но как вы переплыли широкую реку? Вы же, наверное, не знали про спрятанную под плакучей ивой лодку?

- Сначала не знала. Но обо всем по порядку! Я знала, что меня сразу бросятся искать, и, возможно, с собаками. В какой стороне река, я знала, поэтому, как только сбежала, спряталась в маленькой каморке у черного хода, там, где держат уборочный инвентарь, но дверь на улицу раскрыла настежь, чтобы думали, что меня нет в замке. Уже был поздний вечер, и, видимо, мои преследователи подумали, что бабка никуда не денется, далеко не убежит, решили идти с утра меня искать.

- Мама Гертруда, давайте я вам чаю принесу? – осторожно тронув женщину за рукав, спросил мальчишка, тихонечко сидевший рядом. А я первый раз услышала, как он к ней обращается.

- О, а и правда, принеси! А то ливень какой идет, сразу в дом влагой потянуло, зябко стало, - Гертруда ласково погладила пацаненка по вихрастой рыжей голове.

Мальчишка сполз с дивана и ушел в темноту.

- Хорошо льет! – довольно произнесла женщина, - а это значит, дорогая, все твои следы смоет к утру! А значит, не сунутся теперь сюда ищейки несколько дней, пока дороги не просохнут.

- Ну так вот, рассказываю дальше! Ночью, как только все стихло, я тихонечко вылезла из чулана, сбегала на кухню, наелась вдоволь, да и с собой прихватила пирожков и воды. Старалась брать всего по чуть, чтобы наутро пропажи не заметили. Спрятала запас в коморке, а потом осторожно открыла щеколду, да побежала в сторону реки! Бежать приходилось извилисто, выбирая заметные вешки в виде тонкого деревца или камня приметного. Добежав до реки, я зашла в воду, оставляя в глине глубокие следы. А затем осторожно по ним назад вышла, да побежала назад по своим же следам! Хорошо, что ночь была лунная, все видно было, но я боялась, что могут и меня увидеть из замка, но удача в тот раз была на моей стороне. Я вернулась тем же путем и спряталась в кладовке.

- Потом был очень трудный день! Я и носа не смела высунуть оттуда, да и просто пошевелиться. Тело затекло и болело, просто страсть! Но делать было нечего, вытерпела. Судя по разговору за дверью чулана, меня весь день искали. Немного вокруг замка, но больше за рекой. Из этих же разговоров я и узнала об этой деревеньке да о лодке, которую, по их словам, никто не трогал. Затем, следующей ночью, я осторожно вылезла из своего убежища и тем же путем вернулась на реку. Нашла лодку, захваченным с кухни ножом перерезала веревку и переплыла на этот берег.

Переночевала в деревне, в чьем-то сарае на подворье с дальнего края деревни. Ну а наутро позаимствовала корзинку да весь день по полю на окраине деревни и проходила. Ну, будто бы собирала травы да ягоды.

- А как же вас не схватили, эйре Гертруда? Раз вы все время на виду были? – не выдержала я, перебив женщину.

- Мама Гертруда, вот ваш чай! – вернулся Раун с небольшим деревянным подносом, на котором стояли две большие кружки с ароматным травяным настоем да деревянная же крынка с медом.

Я взяла свою кружку, поблагодарила мальчишку и, прикрыв глаза, с упоением вдохнула необыкновенно вкусный запах луговых трав и цветов. А тем временем Раун принес и два пестрых лоскутных пледа, один заботливо накинул на плечи женщине, а второй мне. И так приятно стало от такого простого знака внимания, что аж глаза защипало от набежавших невольных слез. При всех немалых деньгах моего отца, в моей семье и десятой доли той заботы никогда не было. Я отхлебнула горячего травяного чая и подняла глаза на задумавшуюся о чем-то женщину.

- Гертруда, а так как же вас не схватили тогда на поле?

- Да потому, что ягоды и травы собирала женщина средних лет, а они искали старушку! – лукаво улыбнулась моя таинственная собеседница. А я и зависла.

- Да, я тоже помню, что на рынке видела старушку, тогда как так получилось? Вы очень даже еще молодая женщина!

- Да какая же я молодая!? – засмеялась Гертруда, махнув на меня рукой. – Мне скоро сорок семь лет исполнится!

- Конечно молодая! У нас в вашем возрасте даже рожают еще! – успокоила я женщину, а сама чуть не подавилась чаем, сообразив, что опять выдала это загадочное «а у нас»!

На что женщина лишь снова улыбнулась, ничего не спросив.

Уткнувшись лицом в чашку, я маленькими глотками пила чай, усиленно изображая, что не могу оторваться от такой вкуснятины. Ощутив, что больше мои щеки не полыхают, словно костер, вопросительно посмотрела на Гертруду, ожидая продолжения невероятного рассказа.

- Ну, теперь мы дошли до главного, Элея! В тот замок, именуемый сумасшедшим домом, привозят совершенно нормальных людей. Вернее тех, у кого с головою все в порядке, но зато кому-то из родственников они очень мешают добраться до наследства. И все те люди, что томятся в мрачных застенках, это аристократы с магическими способностями.

- Что? Магическими? – я сидела, открывая и закрывая рот, понимая, что все эти разноцветные чешуйки полоза с необыкновенными свойствами лишь цветочки по сравнению с тем, что я теперь узнаю.

- Да, дорогая! Каждый аристократ несет в себе хоть какое-то магическое умение. Я, например, могу наводить морок на себя, могу казаться старше или моложе. Когда меня посадили в карету, что отвезла меня в тот мрачный замок, в карету я садилась в черном плаще с капюшоном, закрывавшим лицо. Поэтому сопровождающие не знали, как я выгляжу. Выходила же я по прибытию уже в виде старушки, вот и не ждали от меня мои надсмотрщики такой прыти! – засмеялась Гертруда, ставя на поднос опустевшую чашку. Я же лишь восхищенно покачала головой, слушая этот фантастический рассказ.

- Ну, а на поляне я уже выглядела так, как сейчас. А потом, когда ищейки убрались подобру-поздорову, познакомилась с местными жителями, придумала себе легенду, ну а они посоветовали мне занять дом одной из недавно умерших старушек. Так я здесь и поселилась, идти-то мне больше некуда. – На лицо женщины опять набежала тень, и уголки ее губ опустились.

- Сколько вы уже здесь живете? – перебила я ее грустные мысли своим вопросом.

- Да вот уже пять лет, наверное.

- А дети?

- Раун уже год у меня живет. Его вообще бы могли не трогать. Он всего лишь бастард одного графа. Да вот не повезло пареньку уродиться со способностями куда больше, чем у родного сына. А тот на десять лет старше Рауна. Как папенька-то помер, наследник и поспешил неугодного братца спровадить в это ужасное место! А он не будь глуп, да и сбежал сразу по прибытию, пока его не засунули в подвалы темные.

- Да я вообще бы не дал бы себя увезти, - послышался из темноты хрипловатый голос. Мальчик, оказывается, все это время сидел с нами, да уши грел. – Но брат мне сказал, что оплатил мою учебу в магической академии, на боевом факультете! А это всегда была моя мечта, - понурился он и шмыгнул носом. – Вот и попался я, как… как… эх! – махнул он рукой и ушел.

- Так вот, привезли его сюда, да на подъезде один из охранников обмолвился, куда именно он попал, так Раун, не будь дурак, тут же отвел сопровождающим глаза, да убежал!

- Как это, отвел? – захлопала я глазами.

- Да так! Что смотрят прямо на него, а не видят. Словно нет никого, вот как! Вы, когда бежали через огороды и дворы, местных жителей видели?

- Да.

- А они вас?

Я так и осталась сидеть с открытым ртом, вспоминая, как еще удивлялась, что люди нас словно не замечают и не прогоняют.

— Вот это да! – протянула я, допивая последний глоток давно остывшего чая.

- Да и это еще не все. Раун умеет очень хорошо собирать различные связки чешуек, придавая им разные… как бы это сказать…?

- Свойства?

- Ну, наверное, - неуверенно посмотрела на меня женщина. – Люди приносят ему чешуйки полоза, что собирают по окрестностям, и просят собрать то обогрев для воды, то сушилку для башмаков, а то еще что. Он делает, а люди благодарят, кто чем может. Тем и живем!

- Просто чудеса! – покачала я головой, будучи в полном раздрае с тем, о чем узнала, и предыдущим опытом своей жизни, в которой не было ничего волшебного. – А как же Селестия с вами оказалась?

- А с этой малышкой все совсем чудно получилось, - задумалась женщина, вспоминая. – Она просто-напросто прямо передо мной появилась, когда я в огороде копалась. Хлопок, и вот она уже сидит на земле и радостно пузыри пускает. Этому уж года два уже будет! Совсем крошка была.

— Это как это, хлопок и…? Как? Ой! И куда она ушла? Вдруг куда влезет, что-то давно ее не слышно, - забеспокоилась я.

- Она очень любит рисовать, - успокоила меня женщина. – Рисует угольком на печной заслонке, а потом тряпочкой стирает.

- А она не обожжется?

- Да нет, у нее есть своя собственная заслонка, Раун откуда-то притащил. Да вот, давай попробуем! Селестия, дочка, быстрей ко мне!

Не успела женщина договорить, как и в самом деле послышался хлопок, как будто банка с соленьями взорвалась, и белокурая малышка появилась на коленях у своей приемной мамы, вся перемазанная углем.

- Ну что я говорила! – засмеялась женщина, показавшись мне еще моложе.

- А она точно не из местных?

Гертруда снова смерила меня удивленным взглядом, но ответила на мой вопрос.

- Как я уже говорила, магические способности есть только среди знати, поэтому…

- Я поняла, поняла, - досадливо поморщилась я, снова осознавая свою оплошность.

- К тому же, на следующий день в деревне появились ищейки, которые искали маленькую девочку. Вот тут мне было очень трудно ее скрывать. Позже, когда они ушли ни с чем, я рассказала местным про нее, показала. Ведь малышка, не умея пользоваться своим даром, могла оказаться на участке или в доме любого из них. Собственно, так по началу и было несколько раз, и ее приносили ко мне. Вообще, здесь хорошие люди живут, добрые. Некоторых беглецов сами ко мне приводили.

- А что, были еще? – я аж подскочила от удивления.

- Были. Конечно были! В замок привозили ведь людей с магическими способностями, пока надсмотрщики разберутся, что да как, а те и деру давали!

- А где они все?

- Так, переждали здесь, пока шли их поиски, да подались дальше, свое счастье искать. Может, кто и сгинул, - грустно вздохнула женщина. - Это простолюдинам было бы проще приспособиться, а это были люди, не привычные спину гнуть, работая. Ну, я их обучила, как смогла, а там уж… Надеюсь, хоть кто-то из них смог приспособиться!

- А здесь им нельзя было остаться?

- Конечно нет. Здесь частенько рыщут ищейки из замка, рано или поздно поймают! Всю жизнь же не будешь по подвалам прятаться!?

- А как же дети?

- А дети за моих, если что, сойдут! С Рауном еще проще, глаза отводит, на него и не обращают внимания. Он мне помогает сбежавших в дом приводить. А что касается Селестии, так она подрастет, и ее уж и никто не узнает. А так, дочь моя, да и всё тут! Просто дар свой будет таить от посторонних, хотя поймать ее еще та будет задачка! - засмеялась женщина мягким приятным смехом.

- А я? А мне тоже нельзя остаться? - задала я, наконец, самый важный вопрос.

- Увы, дочка. Ты слишком заметная, тебя не спрячешь. Но ты не волнуйся, мы тебя не гоним. Научим тебя всем премудростям, да тогда и в дорогу снарядим. Вот завтра и начнем. А сейчас пойдем-ка ужин готовить.

Глава 14. За секунду "до"

Незаметно пролетела неделя. В тот же первый день мне пришлось рассказать доброй женщине о том, кто я. Зная, как она помогает людям, попавшим в беду, да и двух детишек, считай, усыновила, вряд ли она захотела бы мне навредить. Да и вообще, думаю, мне очень повезло, что я встретила именно ее, а так пропала бы я в этом мире, точно пропала.

Узнав, что я из другого мира и об этом совсем ничего не знаю, Гертруда устроила мне краткий ликбез. Слово «планета» ей было неизвестно, и женщина меня не поняла, поэтому я просто оставила эту тему. Но она мне рассказала про то, что эта страна называется Стеллиум. И поделена она на большие земельные наделы: княжества, герцогства и так далее.

Это совершенно автономные феодальные государства, которые имеют свой особенный источник доходов. В одном — это свежая, соленая и сушеная рыба, в другом — кованные изделия, в третьем — кожевенные, в четвертом — сельское хозяйство и так далее.

Эта деревня и замок, именуемый «домом призрения», находятся на землях самого богатого из них — герцогства Сантерийского, которое принадлежит моему, уже надо полагать, бывшему мужу. А источником дохода этого герцогства являются чешуйки радужных полозов.

Оказывается, огромные змеи на самом деле существуют! И, судя по рассказам очевидцев, самые большие бывают в толщину, как телега, груженная высоким стогом сена! Я тихо присвистнула, попытавшись представить их длину!

- А где же они обитают? Чем питаются? И не нападают ли на людей? – сидя на том же уютном диване, забросала я женщину вопросами.

- Обитают полозы в основном в горах, проделывая в них ходы и редко показываясь людям. Но более молодых и мелких из них можно нередко встретить на поверхности. Полозы не линяют, как обычные змеи, они лишь время от времени, по мере роста, меняют свои чешуйки, сбрасывая старые, а на их месте вырастают более крупные.

Так вот, за этими чешуйками охотятся местные мужчины, обменивая на них товары в других уделах. Но в пещеры, где обитают крупные полозы, решаются отправиться лишь самые отважные!

- Что, полозы могут их съесть? – я охнула и замерла, перестав качать на руках Селестию. Девочка быстро освоила свободные ручки и теперь частенько просила меня ее покачать перед сном.

- Нет. Скорее задавить! Они ползают очень быстро, но не огибают попадающиеся им по пути препятствия, а прут напролом!

Ну прям как танки, - подумала я, с интересом слушая практически сказочную лекцию о новом для меня мире.

- Но людей полозы не едят! Они даже мясом не питаются. А вот что именно им по вкусу, точно никто не знает! – Гертруда дернула за нитку клубок пряжи из козьей шерсти. Она по вечерам вязала девочке к зиме кофточку и попутно просвещала меня. – Говорят, что полозы питаются какими-то камнями, что находятся в горной породе.

- А еще, помню, ты спрашивала, почему маленьких полозов попросту не забирают с собой и не выращивают в другом месте. Пытались раньше, но они больше нигде не приживаются и быстро погибают. А чешуйки погибших полозов тут же чернеют и уже не имеют той волшебной силы. Как ты уже поняла, эти чешуйки нам очень облегчают жизнь, давая свет, согревая в холода и нагревая воду. Плохо одно, что они не вечны. Волшебной силы одной чешуйки хватает примерно на месяц, а потом это становится лишь бесполезный полупрозрачный кусок… чего-то там.

- Мама Гертруда, это не совсем так! – до этого склонившийся над верстаком и что-то там мастеривший Раун повернул к нам свою любопытную мордашку.

- Опять подслушиваешь? – незлобиво спросила женщина.

- Я не подслушиваю, я учусь! – ответил парнишка и широко улыбнулся. – Можно я скажу?

- Да говори, чего уж там! Про чешуйки полозов ты все равно знаешь куда больше меня! А я пойду уложу малышку в ее кроватку! – Гертруда осторожно взяла у меня с рук маленького белокурого ангела и ушла в основной дом.

- Отработанные чешуйки тоже на много чего сгодятся! Они крепки и упруги. Из них можно делать совки, лопаты, мостить ими дорогу… Да много что! Есть еще один вид полоза, он называется жемчужным. У него чешуйки белые, но будто покрытые перламутром, и когда на них попадают лучи солнца, они начинают сверкать, как будто радуга после дождя. Вот они, можно сказать, вечны, было бы лишь солнце, - важно, со знанием дела, заговорил Раун.

Мальчик рассказывал, а я вспоминала, что видела из окна черной кареты, когда меня везли в сумасшедший дом. Я видела дома, покрытые мерцающими разноцветными всполохами черепицей. Так значит, это были именно чешуйки жемчужного дракона!

- Так вот, эти чешуйки впитывают солнечный свет своей внешней стороной, а с противоположной его отдают, согревая наши дома.

- А у вас тоже есть такая крыша? – тут же поинтересовалась я, - кажется, не видела ничего такого.

- Нет, у нас пока нет такой крыши, я еще не набрал достаточно этих чешуек. Но обязательно будет! – уверенно кивнул мальчишка и вернулся к своей работе.

Я хотела что-то спросить, но так и замерла с открытым ртом, так как на границе света и тьмы появилась взволнованная хозяйка дома.

- К нам незваные гости пожаловали! Кажись, сам хозяин этих земель! Нельзя такие разговоры говорить на ночь глядя, вон, беду накликали! – женщина испуганно покосилась себе за спину и бросила мальчику:

- Раун, скорее прикрой Элею и мастерскую! Я к Селестии пошла, ну и этих встречу! – дверь тихо хлопнула за ее спиной, а на меня словно столбняк напал! Страшно, аж жуть! Я отползла в угол дивана и натянула на плечи лоскутный плед, словно он мог меня спасти.

- Быстро иди ко мне! – скомандовал мальчик, но в его голосе слышался испуг, что тоже не добавляло мне оптимизма.

Мне по его реакции показалось, что подобный визитер у них впервые, и мальчик сам страшно напуган. А если так, сможет ли он отвести глаза аристократу, хозяину этих мест, который и сам наверняка обладает каким-либо магическим умением!?

Дрожа, как осиновый лист, я сползла с дивана. Мальчишка тут же задвинул меня себе за спину и пошел к двери. Но мы не успели. Когда до нее оставалось шагов пять-шесть, дверь с грохотом распахнулась, и я увидела перед собой громадного мужчину, закрывающего собой дверной проем, да еще стоявшего пригнувшись.

Я от страха вцепилась парнишке в плечи, с ужасом наблюдая, как этот медведеподобный пришелец в кожаных доспехах медленно делает шаг вперед, расправляет плечи и, поднимая голову, оглядывает темную каморку прищуренным цепким взглядом.

Я уже была близка к обмороку! А ведь только почувствовала себя в относительной безопасности, как сам собой явился мой воплощенный кошмар, который насилует своих жен, предварительно заковав их в цепи, а потом распоряжается сдавать их, как отработанный материал, в темные застенки психушки!

Пожалуй, именно сильный страх не дал мне наделать глупостей, так как я замерла, словно каменное изваяние под взглядом Василиска. Потому что у вошедшего он был именно такой: пронзительный и одновременно тяжелый.

Великан медленно осмотрел помещение. Причем мне показалось, что он детально разглядывает обстановку каморки, но ни на мгновение не задерживает взгляд на нас с мальчиком, словно нас здесь и нет.

Мне на руку, лежащую на плече мальчика, что-то капнуло. Я опустила взгляд и увидела, как по виску паренька стекает капля пота. Меня бросило в жар, едва я поняла, какое напряжение он наверняка сейчас испытывает и что будет, если Раун не выдержит! Но тут я и впрямь почувствовала, как мелко задрожали плечи мальчика, и в этот момент похожий на викинга из древних легенд мужчина повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза.

Глава 15. "Курс молодого бойца"

- Леди Элея, ну кто так ходит? Только аристократки какие. Хм. Извините! – и без того розоватое из-за веснушек лицо мальчишки еще больше покраснело от смущения. - Смотрите, показываю еще раз!

Я в изнеможении уселась прямо на нагретую солнцем землю и, сорвав травинку, провела ею под носом, жмурясь от удовольствия, ощущая ее свежий травяной аромат. Но в то же время я не спускала глаз со своего юного учителя, который муштровал меня уже второй день, показывая, как ходят мужчины, а я, как могла, повторяла за ним.

Я ужасно устала, мне все надоело, а временами так вообще хотелось выть от бессилия. Мне ужасно хотелось домой, в свой мир, в свой дом, в свою уютную комнату! Даже в свое нескладное тело была бы не против вернуться. Но что-то мне подсказывало, что это уже невозможно.

- Леди Элея, ну что же вы не смотрите? Давайте, еще раз пройдите! Да раскачивайтесь при ходьбе сильнее, и ноги пошире расставляйте!

Я тяжело вздохнула, с трудом поднялась с земли с видом мученика и… пошла. Раун громко засмеялся.

- Ну что опять? – я уже была готова расплакаться.

- Леди Элея, вы идете, как в штаны… Ой! – пацаненок испуганно выпучил глаза и зажал себе рот ладонями.

Сзади послышался тихий смех Гертруды. Женщина стояла у яблони и вытирала руки фартуком.

- Идите обедать! И, кажется, я знаю, как быстрее научить Элею мужской походке.

- Нет, я больше не могу! Лучше сразу меня убейте! – простонала я.

- Герцог, - тихо прошептала женщина, и я аж подпрыгнула.

- Где? – шарахнулась я к ней, затравленно оглядываясь по сторонам.

- Извини! Нет здесь никого! Хотелось тебя взбодрить, напомнить, для чего ты это делаешь, - уже без смеха ответила Гертруда, глядя на меня серьезным, грустным взглядом. - Идемте обедать! Ты, Элея, как раз отдохнешь, а потом вы пойдете в мастерскую. Тебе нужно запомнить хотя бы простейшие сочетания чешуек, уверена, это тебе точно пригодится!

Я кивнула и направилась к умывальнику. Помыв руки и умывшись, чтобы охладиться, провела влажными пальцами по своим коротким волосам и посмотрелась в маленькое тусклое зеркальце, привязанное к стволу яблони. Вчера Гертруда меня подстригла. Под мальчика. Правда, под очень смазливого мальчика. Надеюсь, у них здесь нет предубеждения против слишком яркой внешности у мужчин. А иначе, боюсь, что у меня будут проблемы.

Вздохнув, я пошла в дом. Но, не дойдя несколько шагов, остановилась, зажмурившись и словно всем телом впитывая в себя свежий легкий ветерок, шелест листьев деревьев, аромат цветов и щебет мелких пичуг в ветвях яблоневого сада. Всего того, чего я в своей прошлой жизни попросту не замечала.

- Эй! Красавица! Ты откуда взялась? К бабке Гертруде в гости приехала?

Я вздрогнула, чуть не подпрыгнув от неожиданности.

- Подари мне свидание, а я тебе бусы подарю, будешь краше всех наших девок! - Распахнув глаза, я повернулась на голос неизвестного.

Облокотившись о ограду участка Гертруды, стояли два парня лет двадцати и с интересом меня разглядывали.

- Ну что молчишь? Или я не по нраву тебе? Зовут-то тебя как? – Светловолосый юноша вызывающе поднял подбородок, гипнотизируя меня взглядом.

Я вздрогнула и отступила на шаг, лихорадочно думая, как себя вести и что делать.

- Похоже, Айзек, наша красавица немая, - ухмыльнулся темноволосый. – Или дара речи лишилась от твоей красоты!

- Второе более вероятно, - ухмыльнулся блондин и, перекинув через штакетник ногу, шагнул на участок Гертруды.

Мне стало очень страшно, ведь я не знала, что ждать от этих нахальных парней, и заступиться за меня некому, не ждать же помощи от женщины и детей!

- Элея, ты… - Дверь дома открылась, и на пороге показался Раун. Взглянув на мое испуганное лицо, он бросил взгляд на нарушителей границ территории. Его брови нахмурились, и парнишка тут же сделал шаг вперед, заслоняя меня собой.

Перелезший уже через забор блондин растерянно огляделся по сторонам, что-то пробормотал себе под нос и, даже не глядя в мою сторону, полез обратно.

Его товарищ удивленно поглядел на своего друга, с силой потер лицо, потряс головой и пошел прочь. За ним поспешил его блондинистый товарищ.

***

Обхватив ладонями кружку горячего чая, я, уставившись в одну точку, пыталась успокоиться. Гертруда, Раун и даже маленькая Селестия тоже, как могли, пытались меня успокоить. Девочка, сидя на коленях у приемной матери, гладила меня по плечу и сочувствующе заглядывала в глаза.

- Элея, ну что ты, в самом деле! Просто два соседских паренька захотели познакомиться. Они тебе ничего бы не сделали! – не выдержав, возмутилась Гертруда. – Как же ты собираешься дальше одна идти, если шарахаешься от каждого встречного?

- А откуда я знаю, что от этого встречного мне ждать? – наконец я отмерла, и из меня полились все мои страхи, словно из рога изобилия. – Ведь если я правильно поняла, в вашем мире правда на стороне сильного!

- А в вашем разве не так? – наклонив голову, женщина посмотрела на меня так, словно пытаясь уличить во лжи.

- Да так, - вынуждена была признаться я, - но у нас есть законы и… как бы сказать, чтобы вам стало понятно, ну, стражи порядка, которые следят, чтобы эти законы выполнялись, а нарушителей у нас ждет наказание!

- У нас также, - пожал плечами Раун, - и стражники есть, и остроги! У нас тоже преступников наказывают!

- А если бы эти двое мне что-то сделали? Кто бы им помешал? Что-то не видно рядом ваших стражников! – не выдержав, съязвила я.

- А ваши стражники всегда оказываются рядом, если они нужны? – и снова строгий, внимательный и всезнающий взгляд женщины.

- Да нет, конечно, не всегда, - поежилась я, ставя на стол почти полную кружку остывшего чая. – Просто я не знаю ваших правил, и мне страшно, - призналась я.

— Вот для этого мы тебя и обучаем! Вся сила в знаниях! - голосом строгой учительницы отчитала меня Гертруда.

- Да-да, я знаю! «Кто предупрежден, тот вооружен», - закивала я.

- Но запомни самое главное правило, девочка! Пока ты не обретешь защитника, не выйдешь замуж, тебе лучше скрывать то, что ты женщина. Для твоей же безопасности.

Я выпучила на женщину глаза и разразилась гомерическим хохотом. Меня из присутствующих никто не поддержал, но я попросту не могла остановиться, выплескивая весь свой страх, скопившийся за дни пребывания в этом, так, на первый взгляд, похожем на наш, мире. Но в основном выплескивая тот страх, что поселился в моей душе в тот вечер, когда на меня в упор смотрели те пронзительно синие глаза, что казалось, они мне заглядывают прямо в душу.

Не знаю, что бы произошло мгновением позже, но, на мое счастье, этого огромного мужчину, напоминающего своей мощью, одеждой и прической скандинавского воина, не окликнул другой мужчина.

Этот второй был похож на медведя. Уже довольно пожилой, но еще очень крепкий, среднего роста, но широкий в плечах. Седые волосы убраны в хвост, виски выбриты, как и у его светловолосого начальника. А его длинные белые усы, напомнившие мне усы Тараса Бульбы, свисали до подбородка.

- Господин, нам пора! Скоро стемнеет, - бросил он коротко и равнодушно окинул взглядом нашу каморку.

- Да, иду, - ответил огромный воин, продолжая также буравить меня взглядом. Я хотела спрятаться за спину парнишки, но меня словно парализовало, и я не могла даже пошевелиться. – Иду, мы на сюда еще вернемся. Не пойму, что, но в этом месте меня что-то настораживает. – «Скандинав» сдвинул к переносице густые пшеничного цвета брови и, резко развернувшись, направился на выход.

Когда весь дом перестал сотрясаться под его шагами, мои колени подогнулись, и я просто села на пол.

— Это он? – хмуро спросил мальчишка.

- Кто он? – я все еще пребывала в некой прострации.

- Ты что, своего мужа не узнаешь?

— Это что, герцог Сантерийский? – похоже, у меня даже глаз задергался от этой новости. Представила, как он, также молча и пронзительно на меня смотря, привязывает меня к кровати цепями и…

- Элея! Ну что, ты наконец успокоилась? – я растерянно захлопала ресницами, приходя в себя.

- Ну, вроде бы да. Я вот что думаю, что если бы Раун не отвел тогда глаза герцогу, да сегодня тем парням, то уж и не знаю, чтобы со мной стало! Гертруда, а мне точно нельзя с вами остаться?

- Девочка моя, я вот что думаю по этому поводу. То, что ты каким-то чудесным образом переместилась в тело супруги герцога, что сбежала из того мрачного дома, и что встретила нас, в этом есть какая-то цель, твое предназначение! А мы на твоем пути лишь малая вешка, необходимая для того, чтобы помочь тебе в начале этого пути.

- Герцог сказал тогда, что вернется сюда через три дня. Но у меня предчувствие, что тебе нужно уходить уже сегодня. - Женщина вздохнула и посмотрела на меня долгим взглядом.

Я ахнула.

- Как это сегодня? Прям в ночь?

- С тобой пойдет Раун. Я ему подскажу, как тебя еще поучить мужской походке, как раз по этому пути будет удобно это сделать.

Я пожала плечами, не вполне понимая, что она имеет в виду.

- Потом вы заночуете в холмах, а утром ты дальше отправишься уже одна.

Я кивнула, а что мне еще оставалось?

А потом, пока Гертруда собирала мне в узелок еды в дорогу, Раун ускоренным курсом показал мне еще несколько комбинаций разноцветных чешуек для удовлетворения бытовых нужд. А еще выделил мне из них «начальный капитал», успокоив тем, что там, где я буду проходить, как раз и обитают полозы, и я смогу себе найти еще их чешуйки, да затем продать на ярмарке.

Да, со слов парнишки все выходило довольно просто, но… Ладно, я решила не накручивать себя раньше времени, а действовать так, как предпочитала и раньше, еще в своем мире и своем теле, - «решать проблемы по мере их поступления».

После последних инструкций моего малолетнего учителя я помогла ему закопать в огороде все хранившиеся в темном помещении чешуйки, ведь он до утра будет со мной, и отвести глаза от накопленных им сокровищ будет некому, когда явится хозяин этих мест.

Заровняв землю и присыпав ее листьями, мы с парнишкой помыли руки и вернулись в дом. Солнце уже озарило яркими красками горизонт и вскоре должно было опуститься за ближайший холм. Единственное, чему я радовалась, так это хорошей погоде. Заночевать под открытым небом под дождем удовольствие было бы так себе, не очень.

Мы наскоро перекусили, я с благодарностью взяла собранную мне в дорогу котомку и порывисто обняла приютившую меня добрую женщину.

- Гертруда, а если я жена герцога и тоже аристократка, то у меня же тоже должно быть какое-то магическое умение? Как мне его узнать? Хозяйка тела наверняка о нем знала.

- Узнаешь! Обязательно узнаешь! Если что, тело само подскажет. Вот Селестия же смогла прыгнуть, когда испугалась чего-то. Не хочу тебя зря обнадеживать, но трудности на твоем пути обязательно будут, поэтому испуг тебе поможет как можно скорее узнать о своем магическом даре! И вот еще что! - Гертруда протянула руки и сняла с моей шеи веревочку с чудесным камешком, подгоняющим одежду по фигуре. — Это тебе не нужно, твоя одежда должна быть мешковатой, чтобы твои девичьи формы не увидели те, кто может тебе навредить.

- А как же мой будущий муж? Ты же говорила, что я должна найти себе защитника – мужа! А как я его найду, если буду всем казаться пареньком? – попыталась шутить я.

- Все случится так, как должно, - туманно ответила женщина и крепко обняла меня.

Я в ответ лишь кивнула, так как от подступивших слез горло стиснул спазм. Погладив Селестию по светловолосой кудрявой головке и чмокнув ее в пухлую щечку, я еще раз обняла добрую женщину и быстрым шагом, не оглядываясь, пошла прочь за своим временным проводником.

Уважаемые читатели!

⚠️ 30 апреля книга будет завершена, а 1 мая ее цена станет значительно выше той, что указана в данный момент. Объем книги вышел достаточно большим, поэтому было принято решение объединить две части истории в одной! Спешите приобрести книгу по самой минимальной стоимости до 1 мая!

Глава 16. Выволочка

Герцог Элиас Сантерийский

Полог походного шатра трепал сильный ветер, выстужая мое единственное относительно уютное место отдыха. Едва мы с моим бывшим привратником вернулись из этой проклятой деревни, погода резко испортилась, также как и мое настроение.

Своей жены в деревне я так и не обнаружил, впрочем, как и ее следов. Лишь в одном доме мне показался странным повышенный магический фон в хозяйственной пристройке одного из домов, но ничего подозрительного я не увидел. От тщательной проверки меня отвлек прибывший за мной Бьерн, который сообщил о новом прорыве неприятеля. Пришлось снова возвращаться в расположение моего войска. К счастью, к моему возвращению проникновение врага на территорию герцогства было предотвращено.

- Ваша светлость! – полог качнулся, впуская моего верного привратника. Одежда этого старого, но все еще мощного, словно медведь, вояки вымокла до нитки, но он словно не замечал этого неудобства. Да, старая гвардия моего отца все еще была крепка, и я мог на нее положиться.

- Да, Бьерн, говори! – я с трудом стянул с себя мокрый сапог и поморщился, вспоминая недобрым словом этого глупого упрямого мальчишку, да будь гладок путь его души к чертогам Великого Полоза!

- Ваша светлость! Прибыло подкрепление с южной части ваших земель! Где прикажете разместить?

Я уже хотел было отправить Бьерна к моему другу и правой руке, виконту Орму Грейстоку, но все же решил не передоверять это, на первый взгляд, рядовое дело. Южане имели довольно горячий темперамент, что было просто неоценимым качеством в бою, но во время отдыха они любили выпускать пар на всех, кто подвернется неудачно им под руку. И вот только драки между своими мне еще не хватало! То-то противник порадуется.

Придя в еще более плохое настроение от необходимости вновь идти под дождь, я снова натянул на ногу мокрый сапог.

- Да, кстати, Бьерн, есть среди южан юнцы?

- Кхм, - крякнул привратник и что-то залепетал.

Я, накидывая на плечи плащ, удивленно оглянулся.

- Неужели это такой сложный вопрос?

- Да. То есть нет, господин! Девушек среди прибывших нет! У них строгая дисциплина, и… Подобного рода девиц они не берут с собой в поход, - усы старого вояки грустно поникли, а сам он неодобрительно на меня покосился.

- Что? Девиц? Ты что, Бьерн, на ухо туговат стал? Я тебя про кого спросил? Про юнцов! Так есть такие?

- Ваша светлость! Да ваша матушка в гробу перевернется! – запричитал в голос мой верный слуга, - да что вы такое удумали? Да сыщем мы вашу супругу! Ну, или другую какую девицу себе найдете! Вы же вон какой видный господин! Другого такого на всех территориях больше нет! Ну, случилась падучая у вашей жены после консуммации брака! Так может, это в ней какая болезнь сидела!

- Молчать! – рявкнул я, чувствуя, как мое плохое настроение мгновенно перешло в бешенство. Я скрипнул зубами и с силой сжал кулаки, оглядывая свое временное жилище с целью хоть что-то сломать, но скудная походная обстановка не дала мне выместить на ней зло. – С чего ты взял, что после якобы неудачной консуммации брака я стал интересоваться мальчиками?

- Так, ваша светлость, вы сами только что сказали…

- Что я сказал? – прорычал я, оглядывая кряжистую фигуру старого вояки. Пожалуй, я и его самого мог ударить, выпуская пар. И он, наверное, даже и не покачнулся бы. Вот только покачнулось бы доверие. А это единственное, чем я дорожил больше всего остального, и не стал бы рисковать этим. Подумав так, я почувствовал, как злость покидает меня, как пар из закипевшей в котле воды. – Так что я сказал? – повторил свой вопрос уже значительно тише.

- Вы спросили про юношей! – оглядываясь на полог шатра, прошептал Бьерн.

- Великий Полоз! – прорычал я, - я хотел подобрать себе нового слугу взамен того балбеса Фридерика, который возомнил себя великим воином и потащился на передовую! Где и погиб бесславно. Ясно!?

- Ясно, ваша светлость! – стыдливо потупился Бьерн.

- И это будет мое тебе поручение! Найди мне мальчишку без желания погеройствовать!

- Будет сделано, ваша светлость! – низко поклонился бывший привратник и покраснел, отчего его поникшие белые усы еще ярче выделились на лице цвета бурака. – Прошу прощения за неверные выводы!

- Ты вообще не должен делать никаких выводов! Или хотя бы уточняй, правильно ли ты понял! Ясно? – не дожидаясь ответа, я накинул на голову капюшон черного плаща и быстрым шагом покинул шатер, направляясь в сторону реющего штандарта Южан, ярко-красного полотнища с изображением золотого солнца.

Окинув взглядом стройные ряды бывалых воинов, я порадовался опытному пополнению, но понял, что бытовые вопросы придется пока самому решать. Я бы мог приказать чистить мне сапоги, стирать постель да сушить одежду любому из солдат, но для взрослого мужчины это было бы сильнейшим унижением и потерей в дальнейшем уважения среди сослуживцев. Я сам воин и потому не мог так поступить.

Возможно, благодаря тому, что я был на взводе, и мои глаза метали гром и молнии, я смог быстро поладить со своенравными южанами, отправив их ставить шатры на первую линию, а позади них, с помощью двух магов Земли, скрытно вырыть укрытия для воинов.

Отдав распоряжения, я направился к своему шатру. Уже смеркалось, и я знал, трусливое войско моих соседей, братьев баронов Густава и Тимиана Крамеров, ни за что не станет нападать в такую погоду, да еще ночью, так как они верили, что полозы выползают из пещер именно по ночам и патрулируют границы моего герцогства.

Уже не раз братья посягали на мою землю, в надежде заполучить самое богатое герцогство на нашем материке, заселенное гигантскими полозами, покрытыми магическими чешуйками.

Именно эти чешуйки являлись поистине сильнейшим источником магической энергии, но, к счастью, источником не вечным, так как благодаря тому, что их энергии хватало примерно на один месяц, соседние территории вынуждены были все время покупать у меня новые чудесные разноцветные пластины, обладающие различными чудодейственными свойствами, взамен разрядившимся.

К слову, о пластинах! Я вернулся в свой шатер и снова окинул его взглядом. Не показалось. Он был темен, как глотка Великого Полоза. Ни одна чешуйка не освещала его и не грела. Я знал только одного человека, который мог бы безнаказанно заграбастать из шатра хозяина этих земель все, что ему захотелось.

Поморщившись от хлюпнувшей в левом сапоге воды, я рыкнул и, развернувшись на пятках, направился в сторону расшитого разноцветной тесьмой шатра моего названного брата, виконта Орм Грейстока.

Он был младшим сыном уже почившего виконта Тилбота Грейстока, главы обедневшего рода. Орму не досталось наследства, все отошло старшим братьям, но, имея небольшой магический потенциал, он еще мог сделать свою жизнь достойной. И поэтому был отдан в обучение в магическую академию, где подружился со мной. Собственно, он оказал мне услугу, взяв на себя вину за одну из наших общих проказ и избавив меня от нудной выволочки моего родителя.

С тех пор мы с Ормом сдружились, хотя временами мне хотелось его по-дружески придушить. В детстве живя очень скромно, а в юности в академии и того скромнее, он имел поистине барские привычки. Не имея великих материальных возможностей, он умудрялся жить на широкую ногу и заманивать этим фальшивым блеском всех более-менее свободных от предрассудков благочестия девиц.

Уже подходя к шатру, я удостоверился, что и сейчас он явно не занят планированием завтрашних маневров, хотя, уезжая в деревню, я его оставлял за старшего. И уж явно не для того, чтобы он резвился с девицами, к тому же непонятно откуда взявшимися.

Кликнув по пути нескольких сидевших у костра солдат и велев им следовать за собой, я без предупреждения вошел в шатер виконта, сделав знак воякам ждать меня у входа.

Едва я вошел внутрь, на меня дыхнуло жарко натопленной парильней. Да оно и не удивительно! По периметру шатра, на расстоянии полушага, были разложены красные чешуйки, более чем достаточно согревающие его изнутри. А посреди шатра возвышалась купальня, в которой запросто помещалось пять человек. Из них лишь один мог по праву считаться виконтом Грейстоком.

- Орм! – я рявкнул, наверное, слишком сильно, отчего чуть не оглох на одно ухо, будучи оглушенным громким визгом четырех девиц нескромного поведения.

- О-о-о! Друг мой! Ты вернулся! Залезай к нам! Этих чудных нимф нам как раз хватит на двоих! – судя по голосу, Орм был довольно пьян, что было категорически запрещено воинским уставом. А он напился, да еще притащил сюда непотребных девок! И все это накануне сражения!

- Орм! А ну быстро вылезай! Немедленно! Или завтра на передовой будешь воевать! – Я сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в мои ладони, а щеки немеют, покрываясь чешуей. Я не успел взять себя в руки, допустив частичную трансформацию.

Девицы, до этой секунды пьяно хихикающие, бесстыдно выставив из воды свои полные груди, призывно облизывающие губы и бросавшие на меня томные взгляды, снова завизжали и, как пробки из игристого вина, повыскакивали из купальни, тряся своими откормленными телесами.

Я брезгливо поморщился. Никогда не понимал любви друга к этим рыхлым откормленным девицам с ведерными грудями и еще большим задом. И что он в них только находит?

- Кто такие? – не обращая внимания на их наготу, обратился с вопросом к сбившимся в кучу подружкам виконта.

Девушки только испуганно таращили испуганные пьяные глаза и не отвечали.

- Быстро одевайтесь и на выход! Завтра с вами поговорим, - постарался я добавить уже тише, понимая, что иначе девицы от страха и не шевельнутся. Но те так и продолжали бестолково топтаться на одном месте, прикрывшись разбросанными ими же вещами.

Я устало вздохнул, морщась от ощущения замерзших в мокрых сапогах ног. Очень хотелось тоже принять горячую ванну и даже без ужина рухнуть в постель. Но для начала мне было необходимо отвоевать у зарвавшегося приятеля мои же чешуйки воды и обогрева шатра. Да и разрешения на то, чтобы взять из обоза мою купальню, я не помню, чтобы ему давал.

- Эй! Элиас! Какая муха тебя укусила? Зачем ты выгнал моих прелестниц?

Поморщившись от противного пьяного бормотания уже явно засыпающего в теплой воде виконта, я снова повернулся к девицам.

- Быстро оделись и на выход! Считаю по пяти! Кто не успеет, пойдет под дождь в чем мать родила! – Мне снова пришлось повысить голос. Но теперь девицы услышали угрозу выйти обнаженными к изголодавшимся по женскому телу воинам и явно впечатлились. Они, словно солдаты во время утренней побудки, принялись спешно натягивать на влажные тела кружевные панталоны, прыгая на одной ноге, отчего их тяжелые груди запрыгали, словно мячики.

Виконт очнулся от полусонного оцепенения и, широко раскрыв глаза, уставился на это действо.

- Орм! Немедленно вылезай сам, или я позову солдат! Представляешь, какие завтра будут байки ходить про голого виконта?

Проняло. Приятель, придерживаясь рукой за бортик купальни, встал из воды, облепленный черными длинными волосами, которые он, по моде соседнего княжества, не выбривал на висках и не убирал в низкий хвост, а носил распущенными по плечам, словно незамужняя девица.

Сверкнув бледными ягодицами и довольно внушительными причиндалами, виконт перевалился через бортик купальни.

- Одевайся! – Похоже, мое хваленое долготерпение дало трещину.

Обернулся и обнаружил, что дамочки тоже замерли, уставившись на солидное достоинство приятеля.

- Думаю, пора звать солдат, - простимулировал я жриц любви к более активному надеванию того, что они с куда большим удовольствием обычно снимают.

Пока Орм пытался найти правильную для левой ноги дырку в подштанниках, девицы полностью оделись и уставились на меня испуганным взглядом. Я позвал ожидавших меня снаружи воинов и приказал отвезти девушек в шатер для военнопленных, который пока еще пустовал. И также попросил позвать сюда Бьерна.

Когда солдаты увели девиц, я снова обернулся к виконту, все еще путающемуся в своих вещах.

- Почему ты не готовишься к сражению, это один вопрос, который мы с тобой обсудим завтра. А вот зачем ты забрал из моего шатра все чешуйки обогрева, а также водные, ты мне сейчас ответь!

- Элиот! Друг! Ты же мне друг?

- Я жду!

- Ну скажи, зачем понапрасну тратить их энергию, обогревая пустой шатер? А? Ну скажи мне! Тебя же не было! Зачем?

- Ну, наверное, затем, чтобы я мог согреться, когда вернусь, а еще обсушить свою одежду да отогреться в горячей воде? А? Как ты думаешь, дорогой мой заботливый друг, наверное, за этим? – мой вкрадчивый тихий голос все больше напоминал шипение змеи, и я снова почувствовал, что мои щеки немеют, покрываясь чешуей.

Два раза подряд за полчаса заставить меня принять частичную трансформацию, это нужно еще постараться! Похоже, мой названный братец слишком удобно сел мне на шею. А я, думаю, уже с лихвой расплатился за ту юношескую услугу. Лучше бы я признался тогда в своем проступке да выслушал нравоучения отца, промучившись всего один день, а не последние десять лет, сколько я терплю выходки наглого виконта.

- Ну что, оделся?

Орм пьяно кивнул.

- А теперь вот тебе три красные чешуйки, чтобы совсем не замерзнуть к утру, и марш в мой холодный шатер! Думаю, это будет вполне справедливо! Я устал с дороги и вместо того, чтобы уже давно спать в теплой постели, должен стоять тут в мокрых сапогах и мокрой одежде, а потом возвращаться в промерзший насквозь шатер? Нет уж, увольте!

Орм еще раз икнул и со страхом уставился на три красные чешуйки, которые я сунул ему в руки. Его взгляд стал более осмысленным, он уже понял, что слишком зарвался, поэтому спорить не осмелился.

В этот момент явился Бьерн. Переведя понимающий взгляд с виконта на меня, замер в ожидании поручения.

- Бьерн, отведи виконта в мой шатер, да приставь охрану, чтобы он не вздумал отправиться к кострам воинов и не позорил свой род неподобающим видом!

Слуга кивнул и, умудряясь смотреть на более высокого, хотя и худощавого Орма сверху вниз, кивком поторопил его на выход.

Оставшись один, я брезгливо посмотрел на не вполне чистую воду, но ждать, пока ее сольют и наберется новая, сил у меня уже не было. Бросив в купальню еще несколько красных чешуек, я начал поспешно раздеваться.

Глава 17. Дорога в большой мир

Поначалу все шло совсем не плохо. По пологим холмам идти было легко. А там, где склон был более крутым, Раун заставлял меня подниматься немного странным шагом, сильно раскачиваясь из стороны в сторону. Так и правда было карабкаться наверх легче. И, со слов парнишки, мне нужно было запомнить эту манеру ходьбы и стараться так идти и по ровной земле.

Так мы с ним и шли почти до самой темноты, то поднимаясь, то спускаясь с холмов, и, понимая, что вскоре мне в одиночку предстоит путешествовать по чужому для меня миру с непонятными правилами и неведомыми опасностями, становилось страшно.

Ведь выходит, что во всем этом мире нет ни одного человека, к которому я могла бы обратиться за помощью. И только теперь я в полной мере осознала, насколько в тепличных условиях жила в своей прошлой жизни с богатым отцом, с его многочисленными связями.

Когда уже совсем стемнело, мы расположились на ночлег на самой верхушке высокого холма. Это Раун сказал, что так мы издалека первые увидим, если в нашу сторону будет кто приближаться. Но, чтобы в свою очередь не увидели нас, костер мы разжигать не стали. Скромно поужинали тем, что собрала в дорогу Гертруда, и легли спать прямо на землю.

Ночь была теплой, теплой оказалась и земля после жаркого дня. Раун с хитрой улыбкой вытащил из своего заплечного мешка то самое лоскутное одеяльце, которым я укрывалась в доме Гертруды, и, протянув его мне, сказал, что это прощальный подарок от их семьи.

Я с благодарностью приняла его и прижала к груди, как бы ища у него защиты. Затем завернулась в него и легла на низкорослую, пожухлую на жарком солнце траву. Я некоторое время лежала без сна, глядя в темное, усеянное мириадами звезд небо, и пыталась отыскать знакомые созвездия. Но, увы, не нашла ни одного.

Я размышляла о том, где же я на самом деле оказалась? Язык, на котором мы говорили, казался мне родным, хотя Гертруда мне сказала, что такое понятие, как «русский», она не знает, что само по себе уже было странно. Она же этот язык назвала «всеобщим».

Я могла бы предположить, что оказалась в прошлом, но мне из истории не известно про полозов с чудесными чешуйками и про то, что вообще когда-то существовала магия, ну, не считая сказок. Могла бы предположить, что оказалась в параллельной вселенной, но… Хотя, скорее всего, так и есть. Все основное у нас совпадает, кроме того, что мой прошлый мир пошел по техногенному пути, а этот — по магическому.

Проснулась я на заре оттого, что замёрзла. Земля уже остыла, а на траве появилась роса. Было свежо, а изо рта у меня шёл пар. Особо не рассидишься, поэтому мы с парнишкой решили идти дальше, пока трава не подсохнет, а мы не согреемся, тогда уж и присядем, чтобы передохнуть и перекусить.

Уже запоздало я вспомнила, что у меня в котомке лежат несколько красных чешуек, которые дают тепло, да две голубых — водяных. Остановившись, я вытащила их. Красные я хотела поделить с парнишкой, но он мне отказался, сказав, что уже не видит смысла, так как во время ходьбы мы и так согреемся, а скоро и солнце начнёт припекать.

Тогда я подняла одну голубую чешуйку над откупоренным горлышком фляги из сушёной тыквы и восхищённо наблюдала, как чешуйка начала конденсировать из воздуха воду, которая большими каплями заполняла почти опустевшую ёмкость.

В отличие от красных чешуек, которые давали постоянное ровное тепло, голубые начинали добывать из воздуха воду, только если она присутствовала неподалёку, даже в небольшом количестве. Например, Раун сказал, что для этих целей подойдёт и утренняя роса.

Запихнув красные чешуйки назад в котомку, мы отправились дальше. Этот день мало отличался от предыдущего вечера. Мы также шли по холмам, я училась мужской походке, а ещё мужскому голосу. У меня не очень хорошо получалось, и Раун надо мной смеялся, пока сам не охрип.

А ещё парнишка показывал мне, как ориентироваться по солнцу, а вчера вечером — по большой звезде. Когда мы расстанемся, мне надлежит идти в ту сторону, откуда встаёт солнце, а ночью — в сторону звезды. Тогда, со слов мальчика, я должна попасть в большой город со странным названием Заартаан.

Он также находился на землях Сантерийского герцогства и являлся своего рода его столицей.

Судя по описанию паренька, дома в городке максимум двухэтажные, и он, скорее всего, похож на областной центр в моей прошлой жизни.

Больше Раун мне ничем не мог помочь, так как и сам толком не знал, что находится дальше Заартаана. Единственное, о чём он меня предупредил, что в той стороне, где заходит солнце, находится граница Сантерийского княжества с баронством братьев Крамер.

И что это самые беспокойные соседи нашего княжества, которые периодически пытаются захватить эти земли из-за обитающих здесь полозов с драгоценными чешуйками. Так вот, в данное время с этими соседями снова велась война, поэтому, если я не хочу оказаться на поле боя между двух враждующих сторон, то должна очень осмотрительно выбирать направление!

Вода в бутыли из высушенной тыквы к полудню была на исходе, что беспокоило меня сильнее всего, так что, пока она не закончилась, мы остановились, чтобы пополнить ее запасы. Я все больше проникалась восхищением к этим необычным артефактам! Учитывая простоту их использования, они в быту были просто незаменимы!

Во второй половине дня я почувствовала, что идти мне стало куда труднее. Ноги словно налились свинцом, а моя почти пустая котомка стала казаться неподъемной. Единственный плюс заключался в том, что походка «вразвалочку» стала получаться у меня куда лучше и естественней. Да и голос стал более хриплым, так как мы шли по жаре, а воду сильно экономили. На жаре чешуйка «работала» куда медленней, добывая влагу из пересушенного солнцем воздуха, а сидеть просто так на солнцепеке было очень мучительно.

Я была рада, что послушалась Гертруду и захватила с собой ту ужасную шапку, снятую со спящего у стены пьяницы. Она хоть как-то да прикрывала мою макушку от палящих лучей. Я уже с трудом переставляла ноги, до боли в глазах высматривая вдалеке обещанную парнишкой полоску леса, где можно было бы отдохнуть и спрятаться от жары.

К счастью, все плохое тоже когда-нибудь да заканчивается. Солнце, наконец, коснулось далекого горизонта, и я уже опасливо посматривала на мальчика, каждую минуту ожидая, что он попрощается со мной, и я останусь совсем одна! Не выдержав ожидания, я сама спросила его, когда он меня покинет.

Но Раун нахмурился и ответил, что надвигается дождь, даже, судя по всему, сильный ливень, и он не может оставить меня одну в такую погоду на открытом месте.

Я лишь удивленно пожала плечами, искренне не понимая, о каком ливне он говорит. Но что пацаненок не шутит, убедили меня его сведенные к переносице брови и сжатые в упрямую линию губы. Шаг парнишки стал шире, а сам он все чаще поглядывал на небо.

Его беспокойство передалось и мне. Особенно после того, как я тоже почувствовала, что воздух стал куда свежее и потянуло водой. Проказливый ветерок взметнул мои короткие волосы, торчащие из-под шапки, и я ощутила, что и сам ветер стал прохладней. Стало очень неуютно. Особенно от осознания, что на всем видимом пространстве нет даже одного деревца, не то, что укрытия.

- Смотри! – наконец услышала я радостный возглас мальчика и посмотрела в сторону, куда он указывал.

Большая крытая кибитка, запряженная четверкой коней, медленно ехала нам навстречу, приближаясь к подножию холма, с которого мы, наоборот, спускались.

Людей с такого расстояния пока видно не было, но я надеялась, что это путешествует большая семья, которая выделит нам с моим провожатым скромный уголок в своем жилище на колесах, чтобы переждать дождь. И решила отдать им в качестве платы одну из чешуек, подаренных мне Гертрудой.

- Раун, а ничего, что они едут нам навстречу, а не в противоположном направлении?

- Эти люди тоже знают о дожде, поэтому они наверняка скоро остановятся на ночлег, вот мы с ними и переночуем, - судя по голосу, Раун уже тоже устал, хотя передо мной старался бодриться.

Мы ускорили шаг, подгоняемые все усиливающимся ветром. Теперь уже и я прекрасно видела ставшее свинцовым небо и надвигающиеся сизо-черные тучи. Вдалеке загрохотал гром, сверкнула молния. Я резко ускорила шаг, собираясь уже перейти на бег, когда Раун окликнул меня, приказав не отходить от него далее, чем на пару шагов. Я удивилась, но, взглянув на его сосредоточенное лицо, поняла, что он опять прикрывает нас, отводя глаза возможным наблюдателям.

То, что его предосторожность оказалась не лишней, я поняла, едва мы приблизились к кибитке на довольно близкое расстояние. Путешественники уже остановились на ночевку, и из-под тента один за другим начали выскакивать мужчины довольно бандитской наружности. Я насчитала их семь человек, и ни одной женщины и ребенка!

Я невольно замедлилась, ноги стали ватными, мне совсем не хотелось приближаться к этим подозрительным личностям. Но Раун, схватив меня за руку, наоборот, ускорил шаг, буквально потащив меня за собой.

Мне стало очень страшно! И сейчас я, пожалуй, больше боялась этих бородатых, одетых в несвежую и местами рваную солдатскую форму мужчин, чем догоняющего нас грозового фронта.

Словно обидевшись на мое пренебрежительное отношение, позади меня раздался оглушающий треск, словно разорвавшегося пополам неба, что я невольно присела.

- Элея, поторопись! Нам нужно до них добраться до начала ливня, пока они распрягают коней! Под дождем отвод глаз плохо работает, тем более мне нужно прикрывать двоих.

Упс! Оказывается, не все так гладко с этими магическими способностями. Есть у них и слабые места.

Опасение, что нас в любой момент могут увидеть, придало мне сил, и я чуть ли не быстрее парнишки рванула вперед.

Когда уже до кибитки оставалось метров пятнадцать, один из бородачей, стреноживающих коней, вдруг поднял голову и, глядя прямо на меня, медленно выпрямился.

- О! А это еще что такое?

Глава 18. Попались

Я резко остановилась, поняв, что мы раскрыты и бежать уже нет смысла. Но Раун, сильнее сомкнувший пальцы на моем запястье, дернул меня в сторону и вперед, отчего я вновь ускорилась.

Уже пробегая мимо того бородатого мужика, я со страхом обернулась, ожидая, что меня вот-вот схватят за вторую руку. Но мужчина с ужасом смотрел на что-то позади нас и вдруг попятился, что-то закричав.

Мой проводник резко дернул меня вниз.

- Быстро ныряй под кибитку! «Быстро!» — прокричал он мне прямо в ухо.

И только теперь я поняла, что происходит что-то очень страшное! Машинально следуя за мальчишкой, я юркой ящеркой бросилась на землю и спряталась за колесо, улеглась на живот и выглянула наружу.

Зря говорят, что «знание – свет!», я же увидела тьму, густую, постепенно рассеивающуюся по краям несущегося прямо в нашу сторону торнадо!

Да, то, что я часто видела лишь по телевизору, предстало передо мной во всей своей первобытной разрушительной мощи! Огромная пыльная воронка уходила в самое небо, перемешивая там сизо-черные облака, как повар черничный кисель поварешкой.

Кроме завывания ветра, раскатов грома и беспомощных, испуганно ржавших коней, послышались крики мужчин, только сейчас осознавших надвигающуюся на них опасность. Сверху раздался топот, и кибитка закачалась.

- Прячутся под навесом! Только плохая это идея! – перекрикивая шум, прокричал мне в ухо Раун.

Я даже не стала спрашивать, почему. И так ясно, что такой силы ветер, если и не унесет саму кибитку, то тент по-любому сорвет. Уцепившись руками за одно колесо, я, прикрыв глаза от летящего в лицо песка, бросила взгляд на бедных лошадей, которые, будучи стреноженными, не имели возможности даже попытаться спастись. Они вставали на дыбы, громко ржали и пробовали бежать неловкими скачками.

- Держись крепче! – сквозь творившийся вокруг ад послышался голос Рауна.

Я бросила взгляд вперед и от страха чуть не разжала руки в попытке отпрянуть от надвигающейся прямо на меня стены дождя во главе с огромной воронкой, напоминающей грозного полководца впереди смертоносного войска.

Почерневшее небо снова прорезала ветвистая молния, а вслед за огненным росчерком пришел и громовой раскат, буквально оглушивший нас. Кибитка несколько раз дернулась, и тут…

- О! А это еще кто здесь!? – я вздрогнула, стиснула зубы и испуганно уставилась на материализовавшегося слева от меня мужчину.

- Вы еще кто такие? А ну, пацаньё, кыш отсюда! – громче рявкнул другой голос и грубо толкнул парнишку на меня.

- Оставь их, Сэм! Потом разберемся! Самим живыми бы остаться! – это уже, похоже, был третий.

Я же мысленно взмолилась, чтобы и всем прочим не пришла в голову идея спрятаться под кибиткой, так как свободного места под ней уже не оставалось. Я, просунув руки сквозь колесо, сцепила пальцы в замок вокруг одной его спицы. И тут рвануло с такой силой, что мне показалось, что у меня руки вырвало из плеч. Голова закружилась, а виски словно сдавило. Кибитку развернуло и затрясло. Сверху послышались крики ужаса, а затем грохот от обрушившегося на нас ливня. Словно какой-то гигант вдруг в один момент включил душ.

Я чуть ли не захлебнулась от ударивших мне прямо в лицо тугих водяных струй, отвернулась и изо всех сил зажмурилась, стараясь абстрагироваться от неприятного ощущения намокающей на моем теле одежды и думать только о своих слабых, не тренированных руках, прося их продержаться еще немного, а пальцы не разжаться.

Все звуки вдруг в момент исчезли, а время странно растянулось. Мне одновременно казалось, что оно тянется медленно, словно резина, и в то же время оно будто бы замерло, законсервировав меня в себе, как комара в окаменевшей смоле.

И вдруг все мгновенно вернулось и смешалось в жуткую какофонию: завывание ветра, громкие удары хлестких струй дождя по земле и кибитке, ржание коней и крики людей. Слева от меня, прямо мне в ухо, орал огромный детина. В его глазах плескался первобытный ужас, и мне вдруг стало страшно от того, что в панике, бездумно, он мог схватиться за меня, как утопающий за соломинку, и тогда нас точно унесет, ведь мои и без того ослабевшие руки не удержат двоих.

Послышался натужный скрип, и я с ужасом увидела, как колеса задней части кибитки приподнялись над землей. Я невольно задержала дыхание, глядя на них, гипнотизируя взглядом, словно стараясь удержать на месте. На миг дышать стало трудно, но почти сразу воздух, щедро сдобренный пылью, ворвался в мои легкие, а тайфун, резко сбавив обороты, растаял, словно дымка, оставив после себя разбросанный по округе мусор.

Ливень тоже мгновенно закончился, и от этой наступившей резко тишины на миг стало дурно, а в ушах раздался мерзкий тоненький писк. Мужчины осторожно полезли из-под кибитки, переглянувшись, за ними следом полезли и мы с Рауном. Прятаться смысла не было, так как нас уже видели.

Встав на ноги, мы огляделись. В грязи, оставленной ливнем, валялись куски разломанных деревянных ящиков, ветви издалека принесенных деревьев, а разодранный в куски тент вяло повис на погнутых полукруглых дугах кибитки. Неподалеку лежали два коня, один из них — без признаков жизни, второй пытался подняться на дрожащие ноги и тихонько ржал, других двух видно не было.

Из семи бородатых дезертиров осталось только трое. И как раз те, что догадались спрятаться под кибиткой. Они потерянно бродили посреди разбитого и частично унесенного ветром добра и горестно стонали, кого-то или чего-то ругая вполголоса.

Мы с Рауном украдкой переглянулись, уже было собираясь потихонечку дать деру, пока на нас никто не обращал внимания, но тут мне на плечи легли тяжелые ладони, чуть ли не припечатав меня к земле.

- Стоять! Кто такие? Что делали под нашей кибиткой? – голос грубый и похож на того мужика, что орал мне над ухом.

- Простите, дяденька! – непривычным голосом заканючил Раун, - мы с братом до города идем, хотим в подмастерья кому наняться! А тут это! – шмыгнул он носом, - мы испугались очень, а тут увидели вашу кибитку, вот и залезли под нее от непогоды укрыться! Отпустите нас, дяденька! – и жалостливый такой взгляд, кот из «Шрека» отдыхает!

- Отпустим, отпустим! – ухмыльнулся здоровяк, весело переглянувшись с другими мужчинами. – Только ведь за спасение плата полагается! Четверых наших товарищей унесло ветром, а залезь они под кибитку, глядишь, и живы бы остались!

- Вот-вот, - тоненько проскрипел самый мелкий из них, - выходит, вы их место заняли!

- Так они сами виноваты, что не полезли под низ! – возмутился Раун.

- Ну-ну! Ты тут еще поспорь со мной! – гаркнул мне в ухо здоровяк и еще сильнее надавил мне на плечи.

Я понимала, что Раун сейчас мог бы запросто отвести глаза этим дезертирам и убежать, но он не мог меня оставить в беде. В душе я была благодарна мальчику, но также понимала, что мы упустили благоприятный для побега момент, пока мужчины приходили в себя.

- А ну, малец, выворачивай карманы да показывай, что у тебя в котомке! – усмехнулся третий долговязый, подойдя к мальчишке и остановившись напротив него, руки в боки.

Раун, кинув на меня виноватый взгляд, снял с плеча котомку и развязал ее. Вскоре в глубоких карманах мародера исчезли две красные чешуйки, одна голубая, а на разоренную телегу полетело испачканное в грязи мое лоскутное одеяльце, которое мальчик вызвался понести. Раздавленный под телегой сосуд из тыквы был выброшен в грязь. Вскоре пришел и мой черед.

Опасаясь обыска, я добровольно поспешила вывернуть карманы и отдать свою котомку. Но верзила, прищурившись, подозрительно оглядел с ног до головы Рауна, затем меня и процедил:

- Что-то ты куда крупнее своего... братишки! Может, что-то на себе решил спрятать? А ну-ка, Стен, обыщи его!

Раун бросился мне на выручку, но был тут же схвачен долговязым. А тот самый здоровяк, что держал меня за плечи, поднял одну лапищу и принялся шарить по моему телу.

Глава 19. В плену

Бородатый здоровяк, что держал меня за плечи, поднял одну лапищу и принялся шарить по моему телу.

От неожиданности я на несколько мгновений впала в ступор, но мысленно чуть ли не проклинала свое новое тело, от которого пока не было никакой пользы, ведь моя уверенная «двоечка» удобно легла в загребущую лапищу дезертира Стена.

Мне стоило только бросить взгляд на его лицо, чтобы увидеть, как глаза мужчины буквально лезут на лоб.

- Девка? – пораженно выдохнул он и резко убрал руку с моей груди.

- Какая еще девка? Тебе песком мозги припорошило? – рявкнул долговязый, зло сплевывая на землю и отталкивая от себя ограбленного парнишку.

- Так, обыкновенная, - пожал плечами бородач, - с этими, как их, с титьками! – показал он на себе что-то размером с хорошие арбузы.

- Чего? – злые маленькие глазки на худосочном, словно лезвие топора, лице подозрительно сощурились, впившись в меня холодным сканирующим взглядом, который прошелся по мне и остановился на лице. – Да, похоже на то. Слишком смазлива для парня. И еще, ты говоришь, ее есть за что подержать? – мужчина глумливо усмехнулся и двинулся ко мне расхлябанной походкой.

- Только трогать ее не вздумай! – совершенно неожиданно за меня вступился здоровяк, задвинув себе за спину.

Долговязый аж поперхнулся слюной. Прокашлявшись, он вылупил на Стена налившиеся кровью глаза и заорал, брызгая слюной. Я, тусовавшаяся больше среди парней, чем среди девчат, в эти пару минут узнала много новых матерных и просто ругательных слов. Наконец, тощий злющий тип выдохся и был готов к конструктивному диалогу. Хотя, это больше походило на хитрый стратегический ход.

- Слышь, Стен! Ты что же, эту милашку собираешься единолично пользовать? А как же друзья? Ради смазливой мордашки ты уже готов и дружбу нашу предать? – голос долговязого стал неожиданно мягок, словно в бочку с плескавшимся на ее дне дегтем опрокинули ведро меда. До того он был до противности слащавым и фальшивым.

Боковым зрением я почувствовала какое-то движение и, вздрогнув, невольно прижалась к боку, на данный момент, самого безопасного из бандитов. Взгляд уловил движение, и я заметила самого мелкого из этой троицы. Коротышка медленно, словно крадучись, спускался с подводы, сжимая в кулаке большущий нож! Я вздрогнула и тихо шепнула: «Сзади!»

Здоровяк явно меня услышал, так как легонько сжал мое предплечье и отпустил. И, не оборачиваясь на приближающегося сзади противника, спокойно ответил долговязому:

- Сэм, не торопись с выводами! Ты видел, что от ящиков осталось? Мало что. Поэтому нам почти нечего будет продавать! А эту малышку мы можем как раз продать за очень хорошие деньги!

Я охнула, мои колени подогнулись, и я чуть не села на землю. Надо же, как мне «повезло», попалась бандитам, которые собираются продать меня в рабство! Надо думать, в сексуальное.

Бородач снова ловко подхватил меня, не дав упасть, и тихо прорычал мне: «Не бойся!»

Легко сказать, чем сделать. Но я попыталась это сделать, вся, превратившись в слух.

- Продать? Надо думать, в бордель? – тощий хмыкнул, - а что, идея не плоха! Только ведь нужно сначала проверить, насколько наша малышка искусна в любовных утехах!

- Не советую! – тихо и спокойно ответил Стен, а я аж забыла, как дышать, с волнением ожидая, чем он мотивирует свой отказ. По всему было ясно, что верзила здесь за главного, поэтому ему нельзя запретить, здесь нужно действовать куда тоньше. И тут бородач обратился ко мне, слегка тряхнув. – Малышка, сколько тебе лет?

Шестеренки в моей голове заработали с перевыполнением плана, вмиг догадавшись, какой ответ нужен именно сейчас.

- Четырнадцать, - пискнула я, сжавшись и мысленно молясь, чтобы угадать с ответом, и стрельнула взглядом в сторону сидевшего на земле нахохлившегося парнишки, напряженно следившего за словесной пикировкой бандитов.

Я тоже следила за перепалкой и в то же время боковым зрением продолжала наблюдать за третьим, мелким членом этой бандитской группировки. Он пока замер на месте, дожидаясь результата переговоров, а может быть и сигнала этого Сэма.

- Ну, рожать уже можно! – хмыкнул верзила, - и мужчин пора учиться удовлетворять.

- А если у девчушки еще совсем нет этого опыта? – тихо и уже как-то вкрадчиво спросил Стен.

- Так научим! – мерзко хохотнул главарь. – Нас трое опытных самцов, неужели не справимся? – И тут уже и сзади послышался глумливый смех.

Я чувствовала, что меня реально уже трясет от всех этих переживаний, и даже зубы начали, словно кастаньеты, отстукивать чечетку. Я никак не могла понять, к чему ведет разговор этот огромный бородач, не сделал бы он мне хуже.

- Ну да, изувечить девчонку троим мужикам дело нехитрое, - между тем продолжал Стен, - и за сколько ты такую продашь в бордель? За сильно попорченный и неопытный товар тебе много не заплатят! А точнее, сущие гроши!

- Ну и что ты тогда предлагаешь? – недовольно поморщился верзила, с сожалением окинув меня взглядом и явно чувствуя, что веселье отменяется.

- В городе большой спрос на молоденьких красивых девственниц! А эта малышка просто куколка! Мы ее отведем в баню, платье купим, и красотка получится! Да мы ее за большущие деньги продадим любому толстосуму! – голос бородача так и сочился восторгом, и я совсем скисла, понимая, что на чудо надеялась совсем напрасно.

- Ну, допустим, убедил, - хмыкнул тощий и перевел взгляд на Рауна, - а с этим что делать будем? Думаю, на рыжего спрос невелик будет.

- Что, верно, то верно! Рыжие лишь неудачу приносят. Малышке-то этой принес в нашем лице! – согласился с ним Стен, - да пусть идет на все четыре стороны!

Длинный и коротышка глумливо заржали, оценив шутку.

- Я без сестры никуда не уйду! – запальчиво крикнул мальчик, а в моей душе разлилось благодарное тепло. Оказывается, в этом чертовом чужом мире хоть кому-то есть до меня дело.

- Раун, не выдумывай! – я опасливо покосилась на моих «хозяев», но они не запретили мне говорить, и я поспешила отговорить парнишку от заведомо провального дела. И меня не спасет, и сам пропадет! – Раун, послушай меня внимательно! – Я старалась говорить спокойным монотонным голосом, как говорил психолог на сеансе аутотренинга, пытавшийся мне внушить, что я красива и страсть как мила! Глупость, конечно. В зеркале я видела все ту же нескладушку, но вот спокойствие и уверенность в себе определенно обрела.

Парнишка поднял на меня взгляд, в котором смешались гнев на моих похитителей и растерянность от осознания, что не может мне помочь.

- Раун, ты иди, пожалуйста, домой! И не спорь! Ты должен меня слушаться, как старшую сестру! Тебя дома ждет мама и младшая сестренка! Ты меня слышишь? Они без тебя не выживут, ты сам это знаешь! Ты в доме единственный кормилец, ты нужен им! За меня не беспокойся, если Великий Полоз посчитает нужным, он защитит меня! Раун!

Мальчик поднял на меня заплаканное чумазое лицо, и у меня просто сердце сжалось! Даже страх перед моей дальнейшей судьбой отступил, настолько мне было его жалко. То, что он нормально доберется до своих, я была уверена, но не хотела, чтобы он себя винил в том, что со мной произошло, и что он не смог мне помочь.

- Раун, ты меня услышал?

Он кивнул, мотнув рыжей вихрастой головой.

- Так, все поговорили, и довольно! – не выдержав, рявкнул верзила.

- Раун, уходи! - крикнула я, боясь, что главарь передумает.

Парнишка поднял на меня взгляд, полный тоски, и вдруг, вскочив на ноги, бросился бежать.

Я же с облегчением вздохнула, ведь заупрямься он, и мне бы не помог, и сам в плен угодил! А мне тогда, кроме себя, пришлось бы еще переживать не только за него, но и за оставшихся без помощи Гертруду и Селестию.

Проводив взглядом улепетывающего со всех ног мальчишку, мужчины принялись готовиться к ночлегу, что-то перебирая в кибитке, разводя костер, да занимаясь оставшимися лошадьми. Одна из них оказалась мертва. Сэм отрезал от ее ляжки большущий кусок мяса, а самый мелкий из них принялся его жарить прямо на угольях.

Пока суть да дело, уже почти стемнело. От сырой после дождя земли потянуло холодом, и я почувствовала, что начала замерзать. Ко мне, сидевшей со связанными руками у колеса кибитки, и к нему же привязанной, подошел Стэн и протянул одуряюще пахнущий кусок жаренного мяса.

Вспомнив, от кого его отрезали, к горлу подкатила тошнота, но голодный желудок все же не согласился с моими доводами, а сжался в болезненном спазме.

Взяв покрытый хлопьями пепла ужин, я еще раз осторожно его понюхала. Мясо как мясо! Жалко лошадку! Но я утешила себя тем, что она умерла быстро, и что специально на ужин ее никто не забивал. К тому же я не знала, когда еще раз мне придется нормально поесть, а силы мне нужны.

Хоть как-то очистив мясо от пепла, я осторожно откусила маленький кусочек. И тут рядом с собой услышала пыхтение. Подавив улыбку, я разломила кусок пополам и один из ломтей протянула вправо, в пустоту. Его буквально вырвали из моих пальцев, и пустота громко зачавкала.

- Потише! – зашептала я. – Если тебя не видно, то это не значит, что и не слышно.

Стало тихо. Я улыбнулась и принялась за еду. Мясо оказалось очень вкусным, но моя порция неожиданно быстро закончилась, и я, обнаглев, обратилась к сидевшим у потрескивавшего костра мужчинам:

- А можно еще кусочек?

- Ого! А малышка молотит будь здоров! – хохотнул пришедший после еды в благодушное настроение верзила.

- Давай дадим! Если завтра пропавших коней не найдем, девчонке придется ножками до города топать, а это путь не близкий! Мы же не хотим, чтобы товар измученным к концу пути оказался? – логичные доводы бородача вполне удовлетворили Сэма, и он кивнул, соглашаясь.

- Да пусть ест, пока есть, - хохотнул он, довольный своим каламбуром. – Тем более, кормежка девчонки скоро будет заботой ее хозяина.

Стен отрезал от большого куска еще одну порцию и принес мне. Поблагодарив его и дождавшись, когда он займет свое место у костра, я очистила как смогла и этот кусок, а затем также поделилась им с невидимым парнишкой.

Наевшись, я подтянула колени к груди и обняла себя за плечи, пытаясь согреться. Я за этот день сильно устала и перенервничала, поэтому меня ужасно тянуло в сон, и вскоре я почувствовала, как мои глаза слипаются. Сидеть на крышке от разбитого ящика было неудобно, но еще более неудобно было бы лечь на непросохшую после ливня землю. Привалившись спиной к колесу, я попыталась вздремнуть.

- Эй! Поднимись! – меня кто-то слегка толкнул по ноге. Я приоткрыла сонные глаза, с трудом фокусируя взгляд на бородаче.

— Вот, возьми, накройся! – бросил он мне мое же лоскутное одеяльце. Оно было местами влажным, но все равно, закутавшись в него, мне стало куда уютней.

Если я правильно поняла по тихому сопению, Раун прикорнул под кибиткой. В самой кибитке улеглись два рослых мужчины, а у костра остался сторожить самый мелкий из них.

Еще некоторое время я смотрела на яркие языки пламени, затем мои глаза закрылись, и… практически сразу я почувствовала, как меня кто-то трясет. А затем мой рот накрывает большая шершавая ладонь.

***

Дорогие мои читатели!

Временно перехожу на ЕЖЕДНЕВНУЮ выкладку новых глав!

Очень надеюсь, что получится выдержать такой график до окончания книги!

Если, увы, это не удастся, о возвращении предыдущего графика «через день» сообщу дополнительно.

Следующая глава выйдет в воскресенье!

Глава 20. Побег

Очень страшно просыпаться вот так, когда тебе кто-то закрывает рот, и ты не знаешь, чего ожидать в следующее мгновение. Но не успела я испугаться еще сильнее, как хриплый мужской голос зашептал мне в ухо:

- Девчуля, не шуми, а то ребят моих разбудишь! Я собираюсь тебя развязать, так что не вздумай кричать, а то тогда тебе все же придется посетить шумный рынок великого Заартаана в качестве живого товара. Ты меня поняла? Тишина!

Я с готовностью закивала, все еще не вполне веря своему счастью. В темноте на меня испытывающе и серьезно смотрел бородатый мужчина. Видимо уверившись, что я не наделаю глупостей, он медленно убрал руку от моего рта и принялся быстро развязывать узел веревки.

- А как же вы? – неожиданно для себя прошептала я. Вроде бы до этого человека мне не должно быть никакого дела, но он по-доброму отнесся ко мне, не дал в обиду, и теперь помогает сбежать. Мне не хотелось, чтобы ему потом досталось от его дружков.

Бородач удивленно вскинул на меня взгляд и криво улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов. Вода у них здесь что ли такая хорошая?

- Я потом перетру веревку об обод колеса, подумают, что ты сама это сделала, - прошептал он в ответ, тихо поднимаясь и подавая мне руку.

Мои ноги и пятая точка отекли от долгого сидения, и я, морщась, с трудом разогнулась. Пошарив у себя в кармане, Стен что-то достал и сунул мне в руку.

— Вот, возьми хотя бы это, больше не могу ничего дать, а то ребят разбужу.

Я машинально взяла предмет, по форме напоминающий чешуйку, и сунула в глубокий карман своих мешковатых штанов.

- Ну и одеяло будет у тебя. А теперь слушай сюда! – мужчина приблизил свое лицо к моему уху и, поглядывая искоса на костер, рядом с которым дремал на посту коротышка, быстро проинструктировал меня: - Осторожно обогни кибитку и уходи в ту сторону! Сэм крепко спит, а вот коротышка Рауль, наоборот. Так что беги в ту сторону, девочка, и как можно больше постарайся пробежать за ночь! А поутру тогда сориентируешься, куда дальше идти.

Я кивнула и, придерживаясь за кибитку, сделала шаг и резко остановилась. С моего языка чуть не сорвался вопрос по поводу парнишки, но побоялась, что Стен поймет, что Раун может быть невидим, когда захочет. А тогда неизвестно, хватит ли доброты мужчины и на мальчика, ведь тогда он станет лакомой добычей! Лучше пусть парнишка утром сам услышит от спорящих бандитов, что я сбежала, и тогда он сможет с чистой совестью вернуться к себе домой.

Но все же один вопрос я не могла не задать здоровяку Стэну, обернулась и тихо спросила: «Почему?»

- У меня дома осталась дочка твоего возраста, - просто ответил он и по-доброму мне подмигнул. – Удачи, девочка!

Я на цыпочках обогнула телегу, сделала прочь несколько шагов и, сорвавшись с места, припустила вперед, словно за мной гонятся. Хотя и предполагала, что даже если бандиты и проснутся, то вряд ли начнут меня искать в темноте. В данном случае она для меня была другом, так как я помню, как далеко видно в безоблачную погоду лунной ночью.

Хотя при быстром передвижении по целине, да еще и в темноте, я тоже испытывала определенные неудобства и в любой момент могла получить травму. Я бежала, все время ожидая, что вот-вот моя нога провалится в кротовую нору или просто подвернется.

Решив больше не испытывать судьбу, я, задыхаясь, остановилась и еще некоторое время спокойно шла, выравнивая дыхание. Очень хотелось пить, но напиться, увы, было негде.

Вспомнив о прощальном подарке бородача, я достала из кармана чешуйку. Размером она была с половину моей ладони. Но вот ее цвет в темноте я, конечно, не могла разглядеть. Явно не белая — та бы светилась, и не красная — от той бы шло тепло. Я очень надеялась, что она голубая! Но это станет известно только утром, когда станет светло, да на траве появится роса.

Так я размышляла и шла вперед, решив, что лучше не рисковать, ведь, как говорится, тише едешь — дольше будешь жить! Жить, в смысле. Шею себе не свернешь, в моем случае. Да, я решила идти всю ночь. Бежать я бы все равно не смогла долго, быстро бы устала, а то и правда ногу бы повредила. А так, медленно, но, верно, я отдалялась от стоянки бандитов!

И я на самом деле шла всю ночь, страх меня подстегивал. Но вот я увидела, что небо сереет, мои ноги стали мокрыми от росы, а значит, настал момент истины! Оглянувшись, я убедилась, что погони нет, и нетерпеливо достала чешуйку из кармана.

Голубая! Ура! Я присела на корточки и провела ею по мокрой траве. После этого подняла ее над горстью левой руки и нетерпеливо наблюдала, как с ее зауженного конца срываются частые крупные капли. Я выпила воду из горсти и еще несколько раз повторила это действие. Нужно было напиться впрок, так как, к сожалению, мою фляжку из высушенной тыквы у меня отобрали.

Немного посидев на корточках, я почувствовала, как от усталости дрожат мои ноги. Все же идти несколько часов подряд — это вовсе не ерунда. Так и хотелось прилечь в траву и уснуть! Но, во-первых, трава была мокрая, во-вторых, как солнце поднимется к зениту, на открытом пространстве я просто изжарюсь. Ну, а что там, в-третьих, я и забыла, настолько чувствовала себя выжатой, словно лимон.

Умывшись росой и чуть взбодрившись, я с усилием поднялась и двинулась дальше. Теперь я шла куда медленней, хотя и было уже светло, но «светло» — понятие относительное. Да, уже наступил день, но небо по-прежнему было затянуто серыми тучами, что делало затруднительным ориентирование на местности. Редкие лучи солнца, словно дразнясь, периодически выскакивали из-за туч то здесь, то там, слепя мне глаза, но не давая сориентироваться по сторонам света, снова исчезали.

Я понимала, что если я сбилась с верного направления, то за ночь ушла уже очень далеко, и теперь, когда небо очистится, мне придется сделать огромный крюк, чтобы вернуться.

Через некоторое время я почувствовала, как начинает припекать солнце. А это значит, пора искать себе укрытие, в котором можно было бы поспать и переждать жару. Вот только где в этой степи его можно найти?

Я шла, пошатываясь и сонными глазами обшаривала траву вокруг себя, надеясь найти хоть какую канаву или небольшое углубление в земле. Как вдруг поняла, что мне мешает что-то темное, мельтешит перед глазами вдалеке. Я подняла голову и замерла. Счастливая улыбка тронула мои потрескавшиеся от жары губы. Уже совсем недалеко виднелся лес! Та самая, вожделенная тень!

Прибавив шагу, я даже нашла сил немного пробежаться, но надолго меня не хватило, и я снова перешла на шаг. Примерно через час я входила под прохладную сень самого настоящего леса! Запах влажной земли, прелых листьев и грибов! Пение лесных птиц и шелест листьев в высоких кронах деревьев! Красота!

Пройдя немного вглубь леса, я даже поёжилась от прохлады. Деревья стояли плотно, поэтому под их кронами было очень влажно. Да, на землю здесь не ляжешь, простуды мне ещё не хватало в мире без лекарств!

На стволе одного дерева я увидела древесный гриб в форме воронки. С надеждой заглянув внутрь его, чуть не взвизгнула от радости. На самом донышке поблескивала вожделенная влага! Обмокнув в неё чешуйку, я снова терпеливо набрала несколько горстей воды и напилась. И с уже большим энтузиазмом принялась искать место для отдыха.

Пройдя ещё немного, я вышла на небольшую полянку. Совсем крошечную, но достаточную, чтобы лучи солнца, уже уверенно пробивавшие редевшие тучи, подсушили землю примерно на пятачке полтора на два с половиной метра.

Потоптавшись на нём и прикинув, где больше тени, я, наломав веток, устелила ими землю, сверху бросила своё одеяльце и со стоном бесконечно уставшего человека наконец смогла лечь.

Проснулась я от неприятного чувства, будто мне в глаза светят фонариком. Причём даже не одним, а несколькими, да к тому же ещё и разноцветными. Прикрыв лицо рукой, я сквозь слегка разведённые пальцы посмотрела на эту странную иллюминацию. Посмотрела и чуть не заорала.

На моей груди, уютно устроившись, спала маленькая змейка. Не сказать, что я вообще боюсь змей. Не ядовитых даже и люблю! Они красивые, и вовсе даже не холодные и не склизкие! Вполне себе сухие и даже тёплые. Но эта… Эта была очень тёплая! Казалось, что у меня на груди лежит маленькая грелка. И эта «грелка» была просто фантастически красива!

Я завороженно уставилась на ее светившуюся разноцветными огоньками шкурку, позабыв, что хозяйка всей этой красоты вполне может оказаться ядовита! И ее остренькая яркая мордочка находится от моего лица всего на расстоянии одного броска.

Я замерла, стараясь не дышать, и продолжала восхищенно разглядывать великолепный рисунок из разноцветных, размером с мой ноготь, чешуек на ее теле. Там были красные, зеленые, синие, голубые, белые и даже золотые чешуйки! Казалось, что это маленькие драгоценные камешки сияют под лучами солнца.

- Ну что, насмотрелась? – в мои мысли ворвался тоненький ехидный голосок.

Я задержала дыхание и нервно сглотнула. Скорее всего, я перегрелась на солнце, и теперь у меня начались не только зрительные, но и слуховые галлюцинации.

- Ты еще долго будешь на меня таращиться или, наконец, познакомимся? – снова пропищало у меня в голове, и, словно для того, чтобы я больше не сомневалась в источнике звука, маленькая яркая головка поднялась, повернулась в мою сторону, и изо рта змейки высунулся тоненький раздвоенный язычок.

И вот теперь я заорала!

Глава 21. Шуашшиши

Да, довольно жуткое чувство, когда ты начинаешь слышать голоса в своей голове! Жуткое и странное. Закричав, я тут же испугалась, что эта же перепуганная змейка бросится на меня и укусит. В щеку, нос или… неважно куда, главное, что моя смерть будет хоть и быстрая, но мучительная.

Как правило, из двух зол мы стараемся выбрать меньшее, для меня меньшим злом были голоса в голове. Я замолчала и испытывающе посмотрела на эту красочную, словно новогодняя гирлянда, рептилию.

- Ну что, успокоилась?

Ну вот, опять!

Я вздрогнула и в тайной надежде стрельнула глазами по сторонам.

- Тогда давай знакомиться! – не унимался тоненький голосок в голове. – Меня зовут Шуашшиши! А тебя?

- Меня? – пискнула я, сама испугавшись этого цыплячьего голоска. – Элея.

- Можешь не говорить ротовым отверстием, - пропищала говорящая «гирлянда», когда захочешь что-то мне сообщить, просто подумай, и я тебя услышу!

Как ни дико было всё, что сейчас происходило, но, если уж на то пошло, не более дико, чем телепортирующаяся маленькая девочка или невидимый мальчик.

- Кушать хочется! – вновь влез в мои мысли тоненький голосок.

- Мне тоже, - подумала я, и желудок тут же отозвался сердитым урчанием.

- Да уж слышу! – усмехнулась змейка, - ты рыбку любишь?

При мыслях о еде все странности и необычности остались временно в стороне. Я пошевелилась и медленно начала приподниматься с земли. Пестрая змейка плавно стекла с моей груди на траву.

- Очень люблю! - вновь вслух ответила я, но потом поправилась и подумала, оглядываясь: — вот только есть ли в этом лесу водоем?

- Есть, есть! Ползем, покажу! – тоненькой пестрой лентой змейка заскользила в траве, а я, подхватив с земли свое лоскутное одеяло, поспешила за ней.

Моя проводница разноцветными искорками мелькала в невысокой траве, и я только сейчас заметила, что в лесу стало значительно светлее, а сквозь плотную крону настойчиво пробиваются солнечные лучи. Они временами попадали на шкурку змейки, и та взрывалась россыпью радужных искр.

Вскоре я почувствовала запах воды. Еще минута бега между кустами и деревьями, и я вышла на берег небольшого лесного озера. В совершенно прозрачной воде, словно в аквариуме на рынке, лениво плавали рыбки, рыбы и даже рыбищи!

У меня аж глаза разбежались от такого разнообразия! Но, как говорится: «Видит око, да зуб неймёт». Ловить-то ее как? Ни снастей, ни умения… Взгрустнулось.

- Эй! Как там тебя? Заползай в воду! – я снова вздрогнула. Все же непривычно слышать чужие голоса, минуя уши. Огляделась по сторонам, и тут мое внимание привлек тихий всплеск. Повернув на него голову, увидела, что эта юркая красотка уже отплывает от берега.

Ну да ладно, в воду так в воду. Разве что я лучше по старинке зайду в нее. Ползают пусть другие. Кстати, все равно уже давно тело зудит, искупаться совсем бы не помешало. Я быстро избавилась от одежды и, настороженно оглядываясь по сторонам, вошла в воду.

Вода оказалась неожиданно теплая, а песок на дне светлый и мелкий, поэтому было очень приятно зарываться в него пальцами стоп. Стараясь не испугать возможную добычу, я медленно пошла вслед за змейкой. Я пока не поняла, что именно она задумала, но и идея с купанием мне уже была по душе!

Озеро оказалось неглубоким, а дно пологим, поэтому я прошла довольно далеко, прежде чем вода достала мне до подмышек.

- Теперь стой! – скомандовал уже ставший почти привычным голосок в голове. – Стой и жди, когда поймаю рыбу. Тогда хватай меня за хвост и тяни к себе!

Услышать-то я услышала, вот только не совсем поняла смысла этой странной процедуры. Если змейка поймает рыбку, то почему сама с ней не выплывет на берег? Ну да ладно, решила посмотреть, что будет.

Но случилось странное. Поначалу хорошо заметная в воде разноцветная змейка вдруг заморгала, словно лампочка, собравшаяся перегореть, и вдруг… исчезла! Я аж глаза протерла. И все же не совсем она исчезла. Вот только стала белой и почти потерялась на фоне светлого песка на дне.

Зависнув в толще воды, белая тонкая ленточка еле заметно извивалась, чего-то выжидая. Замерла и я, с интересом наблюдая за тем, что будет дальше.

А тем временем потенциальная добыча, потерявшая из виду опасную хищницу, снова занялась поиском еды, шныряя туда-сюда и все ближе подплывая к змейке. А та вдруг резко рванулась вперед и вцепилась зубами в бок огромной рыбине! Ну как огромной, примерно сорок сантиметров в длину. Пожалуй, даже слишком огромной по сравнению с самой охотницей.

- Ну что стоишь? Скорее хватай меня за хвост, да тащи! А то она меня сейчас утащит в глубину!

- К-куда тащить?

- К берегу, конечно!

Я мысленно встряхнулась и, глубоко вдохнув, задержала дыхание и присела, погружаясь в воду с головой, так как иначе я бы не дотянулась до змейки. С первого раза у меня не получилось ухватить ее за хвост. Большая рыба билась за право не стать сегодня чьим-то ужином, и маленькую охотницу мотало из стороны в сторону, как большого червяка на крючке. Не с первой попытки, но мне наконец удалось ухватиться за тонкий скользкий хвост змейки.

Аккуратно повторила захват и второй рукой, стараясь сильно не сжимать пальцы, и медленно побрела к берегу, чувствуя, как сильно бьется рыба на импровизированном крючке.

Уже у самого берега я ловко перехватила руками пойманную рыбину, и только после этого змейка разжала челюсти. Я, довольная крупной добычей, вылезла на берег, бросила рыбу в траву и поспешила одеться. Затем снова вернулась к своему будущему ужину и призадумалась.

Ведь что получается? Огня-то у меня нет! Только водяная чешуйка. А это значит, запечь рыбку не получится. Я вздохнула, принимая тот факт, что придется мне есть ее сырой, что совсем не радовало.

Кстати, а куда делась змейка? В душе мгновенно вспыхнул страх за нее. А вдруг эта огромная рыбища что-то повредила змейке, трепыхаясь. И теперь она… Я в ужасе бросилась к реке, лихорадочно, со страхом выглядывая у берега безжизненную тушку моей кормилицы.

- Мне приятно, что ты за меня волнуешься! Я в тебе не ошиблась! – тоненький задорный голосок в моей голове прозвенел чудесной музыкой! Я с облегчением вздохнула, улыбаясь, и с усиленным вниманием начала искать змейку в реке. Возможно бы и не нашла, если бы не всплеск в стороне.

Там, в таком же неприметном виде, змейка носилась за мелкими рыбешками, скорее, мальками. Понаблюдав немного за ней, я снова вернулась к своей добыче, думая, с какого конца подступиться к ней, ведь у меня не было даже ножа, чтобы ее разделать.

- Что грустишь? Почему не ешь? – я вздрогнула и повернула голову в сторону яркого пятна. Покинув воду, змейка снова окрасилась всеми цветами радуги.

- Люди не едят мясо сырым. Мы его жарим на огне. А у меня его нет.

- На огне? Есть у меня такое! Вот, значит, зачем он нужен!

- У тебя есть огонь? – я недоверчиво посмотрела на змейку, предположив, что она не совсем меня поняла, так как ей-то он как раз вовсе не нужен.

- Ну сейчас. Сейчас-сейчас, - она хаотично заползала по берегу, тычась носом в ветки да полусгнившую кору деревьев. Наконец малявка удовлетворенно хмыкнула, остановившись у довольно внушительного куска поваленного дерева, обвилась вокруг него и замерла.

Вспомнив, что терпение зачастую вознаграждается сторицей, я села на землю и приготовилась ждать непонятно чего. Как вдруг древесина под змейкой вспыхнула. Вверх поднялся дымок, и осторожные языки пламени принялись с аппетитом пожирать свою высушенную на солнце добычу.

Я вскочила, готовая бежать и спасать свою необычную подружку из огня. Но она сама спокойненько сползла со ствола на траву.

- Огонь есть! Можешь жарить рыбу!

- Да, вижу! Спасибо тебе большое! Ты просто невероятная! – чувствуя, как мою грудь аж распирает от благодарности к этой невероятной рептилии, я присела на корточки и взяла ее в руки. Теплая какая! Я аккуратно погладила пальцем по ее словно хрустальной головке.

- Приятно! – промурчал голос в моей голове.

- Напомни, как тебя зовут? Как-то Шуашш… Напомни, пожалуйста!

- Шуашшиши меня зовут, - кокетливо прозвучало в моей голове.

- Еще раз приятно познакомиться! Но длинно очень! Ты не против, если я буду тебя называть… Ну, например… Шуша!?

- Шуша? Шуша. Шуууушшшааа! А что, очень даже мило. Мне нравится! А свое имя напомни.

- Элея, - настороженно ответила я, пытаясь представить, как она переиначит на свой лад мое имя.

Но мне повезло, змейка мягко и протяжно прошептала мое имя, никак его не исковеркав.

- Мне тоже приятно с тобой познакомиться, Элея! Ну, давай, готовь свою добычу, а я сползаю попрощаюсь со своими лесными друзьями.

- Попрощаешься? – удивилась я, опуская змейку на землю и направляясь к горящему дереву.

- Конечно! Ты же здесь не останешься жить?

- Нет, конечно! Вот переночую и дальше пойду!

- Ну вот, а я с тобой! Теперь куда ты, туда и я! Я ведь тебя здесь ждала!

- Меня? – в этот момент подтаскивала горящий кусок ствола на песчаный пляж, чтобы, не дай бог, пожар в лесу не устроить, да так и села на попу, услышав заявление змейки.

- Ну, не совсем тебя, - вроде как засмущалась Шуша, а человека, который сможет меня услышать. Я ждала своего проводника.

- Проводника? Это как это?

- Не знаю. Пока не знаю. Но когда меня, только вылупившуюся из яйца, сюда принес большой красный полоз, он сказал мне так: «Живи здесь, пока не встретишь своего Проводника! А как встретишь, следуй с ним повсюду…» И он, кажется, что-то еще сказал, вот только я тогда была совсем маленькая, мне очень хотелось кушать, и я погналась за большим жуком. Поэтому, что он сказал дальше, я не помню.

- Жаль, что не помнишь. Думаю, это важно! Ведь зачем-то тебе нужно было дождаться этого Проводника и следовать за ним повсюду?

- Да уж, но теперь ничего не поделать! - послышался печальный вздох у меня в голове. - И нужно было этому жуку мне на глаза тогда попасться!? К тому же, он оказался не вкусный!

Я хихикнула, очень уж смешно это прозвучало.

- Ладно, иди, то есть, ползи прощайся со своими друзьями! Вместе так вместе, я не против. Так куда веселей!

Змейка, поблескивая чешуйками, ушуршала в кусты, а я занялась готовкой. Накопала у берега глины, облепила ею рыбу и положила в огонь.

Час спустя я, наевшись до отвала, лениво покусывала травинку, лежа на расстеленном на траве одеяле. Закрыв глаза, я вдыхала такие знакомые запахи речной воды, травы и костра, и мне не верилось, что я нахожусь в совершенно чужом мире, где, пусть не на каждом шагу, но встречается магия. Или это просто сверхспособности у ребятишек Гертруды?

А что тогда со мной? Даже если предположить, что общение с помощью телепатии тоже одна из сверхспособностей человеческого мозга, то что тогда сказать о говорящей змее? Хотя нет, не так, о змее, которая умеет думать и рассуждать не хуже человека! Это ли не еще одна из ветвей эволюции!? Жаль, что Шуша почти ничего не знает о своем племени. И интересно, зачем ее оставили здесь одну?

В разноголосый птичий хор вклинился посторонний звук, и я сначала не сразу сообразила, что для меня он означает опасность! Насторожившись, я привстала, желая, чтобы этот звук повторился. Мне было необходимо понять, не померещился ли он мне? А если нет, то определить, в какой стороне опасность?

Сонную тишину леса разорвало ржание лошади. По моей коже словно морозный ветер пронесся. Я покрылась мурашками от страха и, скомкав одеяло, заползла с ним в кусты. Дыхание с хрипом вырывалось из моей груди, а мысли разбегались, как тараканы при виде тапка.

Выходит, они меня все же нашли! Кто-то один прискакал на последней лошади, или нашли остальных двух, потерявшихся во время тайфуна. И тогда сейчас неподалеку все три бандита! Но хоть бы Раун был не с ними! Хоть бы он уже был дома со своей семьей! Если с мальчиком что-то случится, я же себе этого не прощу!

Лошадиное ржание послышалось уже совсем близко, и мой взгляд в панике метнулся к почти погасшему, но все еще дымящемуся костру. Увидев его, мужчины сразу догадаются, что он совсем недавно горел и что я где-то рядом.

Пятясь и стараясь не шуршать, я ползком начала пятиться в глубину густых зарослей, когда ржание раздалось совсем близко, буквально на том месте, где я только что лежала. Но прежде, чем паника совсем захлестнула меня, в моем сознании мелькнула очень даже трезвая мысль.

Я все это время слышу голос лишь одной лошади! И при этом ничего похожего на голоса людей. Конечно, вполне возможно, что человек приехал сюда один. Как бы то ни было, прежде чем бежать сломя голову, нужно разведать, кто это? Вдруг это не кто-то из известной мне троицы!? А для этого мне необходимо незаметно подкрасться ближе.

Взгляд упал на пестрое лоскутное одеяльце в моей руке, и губы сами собой растянулись в улыбке. Оно было сшито из коричневого и разного оттенка зеленых лоскутков. Как раз самое то, чтобы спрятаться среди листвы! Накинув на себя маскировочное одеяльце, я медленно, очень медленно поползла на разведку.

Глава 22. Дезертир

Накрывшись с головой лоскутным одеялом, я осторожно выглянула из кустов и уставилась на очень даже красивого гнедого коня, жадно пьющего из озера. Конь был оседлан, а позади седла, по бокам коня, были приторочены две седельные сумки. Вот только хозяина коня видно что-то не было.

Я снова перевела взгляд на благородное животное. Конь, напившись, поднял голову, чутко прядая ушами, фыркнул и, медленно развернувшись, сделал несколько шагов к траве. Шумно вдохнув, захрумкал ею.

Все это, конечно же, очень мило, вот только где хозяин коня? Отпустил пастись, не расседлав, а сам где-то прикорнул? Не очень правдоподобно. Так или иначе, я не знала, что делать. Но зато одно я знала точно, этот конь не вез кибитку бандитов, как минимум, масть была не та. Значит, это не по мою душу, уже легче! Но где же его хозяин?

Позади меня послышался тихий шорох, и из-под моей руки вынырнула Шуша.

- На что смотрим?

- На коня.

- Что такое конь? Оооо! Какой огромный зверь!

- Ты что, лошадь ни разу не видела?

- Ни того ни другого. А кто они?

- Лошадь и конь, это одно и то же.

- Не понимаю.

- Ммм, - я покопалась у себя в памяти, но что-то не нашла ни одного достойного примера, да и не до того сейчас было. - Ну, давай так, лошадь – это самочка, а конь – самец. А вообще, это такое верховое животное, на котором люди ездят.

- А зачем?

- Чтобы быстрее оказаться в нужном месте. Кони очень быстро бегают.

- А лошади?

- И лошади тоже, - у меня все больше складывалось впечатление, что я разговариваю с маленьким, но очень любознательным ребенком.

- Тогда что ты здесь делаешь? Поехали!

Я усмехнулась.

- Был бы он ничейный, мы бы взяли его себе! А так, у него, скорее всего, есть хозяин.

- А где он?

— Это я бы тоже хотела знать, - протянула я задумчиво, наблюдая, как конь, поедая редкую у кромки песчаного пляжа траву, медленно движется вглубь леса, а за ним волочится повод. Порванный повод! – Шуша!

- А?

- Можно тебя попросить сползать на разведку?

- А эта разведка в нашем лесу находится?

Я горестно выдохнула, страдальчески закатив глаза, и, старательно подбирая слова, принялась ей объяснять.

Пять минут спустя змейка ушуршала по моему спецзаданию, а я беспокойно наблюдала за углубляющимся в лес конём. Если он здесь один, то мне очень не хотелось бы его потерять. Вот он уже скрылся из виду, но я всё же время от времени слышала, как тот тихо всхрапывает и ломает тоненькие веточки, продираясь через густые ветви.

- Я не нашла никого на тебя похожего! – ворвавшись в мои вяло текущие мысли, доложила пестрая разведчица.

- Ты уверена? Может, человек спит лежит под кустом, как я, когда ты меня нашла?

- Нет, я хорошо искала! Здесь нет таких, как ты! Поехали!

- Подожди! Стой! – змейка развернулась ко мне, внимательно глядя на меня своими немного выпуклыми радужными глазами с вертикальным зрачком. – Шуша, знаешь, тебе лучше не показываться коню, пока я его не поймаю. А то, увидев тебя, он может испугаться и убежать.

- По-че-му?

- Дело в том, что лошади боятся змей!

- Я не змей, я – полоз!

— Это то же самое! – вздохнула я, в ожидании новой серии этих «почему?». Но, к счастью, Шуша не стала приставать с новыми вопросами.

- И что делать? Я не поеду на «конь»?

- Правильно говорить «на коне»! Поедешь, конечно! Ты маленькая, посажу тебя в карман или сумку, наш коник тебя и не увидит! Позже мы его обязательно научим тебя не бояться.

- Конь большой, я маленькая! Почему конь боится меня? – я горестно вздохнула, чувствуя себя мамой обезьянкой из мультика, где у нее на попечении было пятеро малышей. У меня же от одной малявки голова уже начинала идти кругом.

- Так, держись пока позади меня, я пошла наш транспорт отлавливать, - к счастью, уточнения по еще одному не знакомому слову не последовало, и я, встав на ноги, свернула свое многофункциональное одеяльце, подхватила его под мышку и пошла в сторону пасущегося в лесу коня.

На мое счастье, гнедой оказался очень даже доброжелательным и легко, я бы даже сказала, с удовольствием пошел со мной на контакт. Он шумно меня обнюхивал, фыркал и щекотал своими большими мягкими губами мою ладонь, в которую настойчиво тыкался, видимо, в поисках лакомства.

В первую очередь я расседлала его, хмурясь от четко проступивших полос от подпруги на его коже да от сильно вспотевшей спины. Было видно, что конь не менее двух дней ходил под седлом.

Уздечку я пока снимать не стала, ласково разговаривая, завела коника в озеро и осторожно почистила пучками травы. Затем отпустила его пастись, а сама немного поплавала. Очень не хватало мне здесь мыла. Дома я была известная чистюля, даже спиртовые салфетки в рюкзачке носила, а здесь только вода. Вспомнила, что где-то читала, что волосы можно мыть золой, но нужно сделать зольный настой. Но у меня нет ни посуды, ни кипятка. Так что решила попробовать древесным углем помыть голову.

Провозилась долго. Было неудобно и муторно. Это не то, что капнуть на руку душистого шампуня и… Эх, обо всем этом придется забыть! Хорошо, что хоть волосы у меня сейчас короткие! А вот что делают длинноволосые красотки со своими шевелюрами?

- Эй! Элея, мы ужинать будем? – я вздрогнула, опомнившись, что все еще сижу в воде и вымываю из волос застрявшие кусочки древесного угля. Ну прям как Маугли стану скоро! Совсем одичала! Еще и грязные потные вещи надевать придется! Хотя…

Я с шумом выскочила из озера, вздрогнув от прохладного воздуха. В лесу стремительно темнело, и я заметалась, выискивая седельные сумки, снятые с коня. Как я вообще могла забыть о них!? Для меня, кроме мешковатой одежды, что была на мне, это же целое состояние, и даже не важно, что в них. Если что ненужное, позже продам или обменяю.

- Так мы есть-то будем? – передо мной материализовалась озадаченная мордашка Шуши. Ее разноцветные чешуйки мягко светились в наступивших сумерках.

- Ого! Какая ты красивая! – искренне восхитилась я, любуясь этой необыкновенной змейкой.

Шуша тут же полыхнула ярким алым светом.

- Мне очень приятно! – промурлыкало в моей голове, и я предположила, что красная окраска чешуек подразумевает зарумянившиеся от смущения щечки.

И тут мне пришла идея!

- Шуша, а ты светиться можешь?

Вместо ответа свернувшаяся в спираль змейка вспыхнула ярким белым светом. И оказалось, что она сидит как раз на сваленных в кучу седельных сумках.

— Можно тебя на шею повесить?

— Это как?

— Вот так, - продемонстрировала я змейке, аккуратно беря ее и вешая себе на шею.

- Интересненько! А зачем?

- Я хочу проверить, что в этих сумках! Может, что-то полезное найдется!? А ты мне сверху посветишь.

- Давай посмотрим!

Шуша свесила с моего плеча свою любопытную головку, освещая ею внутренность сумки.

Итак, в первой нашлись как раз те сокровища, о которых я только недавно мечтала! В ней лежала алюминиевая солдатская кружка, миска и ложка, фляжка из высушенной узкой тыковки, кремень и кресало, отрез мягкой светлой ткани, вполне подходящий для роли полотенца, и, о счастье, целых три куска серого и не очень ароматного мыла! Но всё же. А еще здесь же я нашла настоящую еду! В чистую тряпицу был завернут подсохший внушительный кусок хлеба, три печеные картофелины, правда, уже пропавшие, их пришлось с сожалением выбросить, и несколько тонких полосок вяленого мяса. Мой рот сразу же наполнился слюной. Я тут же запихнула в рот одну полосочку и торопливо открыла вторую сумку.

От вида содержимого этой сумки я открыла рот, и у меня чуть мяско изо рта не выпало! Дрожащими от благоговения руками я достала коричневого цвета явно солдатский костюм, отделанный светлыми полосками тесьмы и какими-то погончиками. После мимолетной радости пришла брезгливость, едва я представила, что буду надевать чьи-то ношенные, пропахшие потом вещи.

Наклонившись, я осторожно понюхала их. Никакого особенного запаха не почувствовала. Или они хорошо выстираны, или вообще новые! Но это я смогу узнать только утром. А пока я сладко зевнула, вспоминая, где я оставила свое одеяльце. Костер разжигать я не собиралась. За ним ведь нужно присматривать, а мне хотелось хорошенько выспаться и набраться сил перед долгой дорогой.

Пройдясь со змейкой туда-сюда, нашла свою пропажу и осторожно сняла Шушу со своей шеи.

- Извини, ужинать я не буду, очень спать хочется! Ты уж пойди, полови себе рыбки! А потом приползай ко мне, надеюсь, ты не только светить, но и греть умеешь, - я ссадила змейку на землю, наблюдая, как она разноцветной сияющей гирляндой заползла в реку, и тут же ее свет поменялся на белый. Я понятливо кивнула, помня, что яркий свет сейчас привлечет к ней много рыбы. Надеюсь, хищная рыба здесь не водится!?

Расстелив одеяло рядом с седельными сумками, закуталась в него, положив под голову ту, что была с вещами, и закрыла глаза, прислушалась. На озере устроили репетицию будущего концерта лягушки, иногда был слышен тихий всплеск играющей рыбы, где-то в лесу заухал филин. А совсем рядом тихо пофыркивал мой собственный конь. Нужно будет дать ему имя! Интересно, а где его хозяин? Может, они потерялись во время тайфуна? А может, он погиб.

Я отогнала от себя тревожные мысли. Что бы ни случилось с хозяином коня, я уже ничего не смогу изменить. Интересно, а волки здесь водятся? Как говорится: «Умная, мысля приходит опосля!» Ну что мне стоило у Шуши об этом раньше спросить!?

Надеюсь, прям сейчас меня не съедят. А вот вернется она с рыбалки, спрошу! – похоже, это была моя последняя мысль, прежде чем мне провалиться в крепкий сон без сновидений.

Проснулась я от двоякого ощущения. Мои ноги, торчавшие из-под одеяла, замерзли, когда телу было даже немного жарко. Я приоткрыла глаза. Светло. Судя по каплям росы на травинках, сейчас раннее утро. Сразу захотелось пить и в туалет.

Я завозилась, потягиваясь, и распахнула одеяло, увидев, что за «горчичник» меня грел всю ночь!

- Доброе утро! – улыбнулась я змейке.

— Это как? – сонно мурлыкнуло у меня в голове.

— Это я тебе желаю, чтобы твое утро было добрым!

- А день? А вечер? А ночь? – зачастила моя «почемучка». И я мысленно застонала. – Все доброе! Все, подъем! Умываемся, завтракаем, и вперед!

- Тебе рыбу ловить? – поинтересовалась змейка, направляясь в сторону озера.

- Нет, себе поймай! Я перекушу тем, что в сумке нашла. Сейчас нет времени костер разжигать. Хочу выехать до жары, а вот в жару найти местечко тенистое для отдыха.

Шуша снова булькнула в воду. А я, подумав, посетила ближайшие кустики, проверила коня, с аппетитом уничтожающего ближайшую полянку с сочной травой, и, прихватив кусок мыла и «полотенце», тоже направилась к озеру.

Купалась я поодаль от Шуши, чтобы не помешать ее рыбалке. С удовольствием помыла волосы с мылом и искупалась насколько это было возможно. На берегу тщательно вытерлась, обернула влажное полотенце вокруг себя и с волнением снова открыла сумку с вещами.

Господи! Да я о таком счастье даже и не мечтала! В сумке, кроме вчерашнего костюма с эполетами, лампасами и прочей мишурой, украшающей военные мундиры, я также нашла хлопчатое белье, правда, только низ, и кожаные сапоги с плотной, но мягкой подошвой.

Прикинув на глаз, поняла, что костюмчик мне будет слишком велик. Ну, примерно, размера на три. А впрочем, что я ожидала от мужского костюма? Ну, зато хоть новый, а не чьи-то обноски.

Скинув полотенце, надела привычные белые трусы с вдетой в пояс бечевкой. Завязала ее на бантик и осмотрела себя. А что, вполне себе нормально сели! Да и то, если учитывать, что у мужчин пятая точка куда меньше женской, так что в самый раз!

Ободренная первой примеркой, я поспешила надеть зауженные брюки с лампасами и китель. Зеркала у меня не было, но, судя по знакомому мне из фильмов крою, мундир очень походил на гусарский.

Ну да, в плечах великоват, на груди еле сходится, на талии болтается, а штаны сели «гармошкой». Впрочем, всё как ожидалось. И вдруг я почувствовала что-то странное. Под одеждой словно пронёсся свежий ветерок, и форма стала меняться прямо на мне! Плечи сузились, в груди чуть раздалось, а в талии сузилось. Но в целом, я бы сказала, что силуэт получился чисто мужской! Словно невидимый портной подогнал одежду под меня таким образом, чтобы и дыхание не стеснять, и грудь не выделялась.

Сама же ткань, на удивление, была хоть и плотной, но приятной на ощупь, и мне в этом мундире совершенно не было жарко! Чудеса! Наклонившись, я обнаружила, что брюки тоже сели на мне как надо. Уже предвкушая очередное чудо, я обула сапоги и замерла в ожидании метаморфозы, которая не заставила себя ждать. Голенища ботфорт плотно охватили мои ноги, а размер стал моим родным, тридцать восьмым!

Вернулась сытая и довольная Шуша. Я поспешила похвастаться ей своей обновкой, но змейка меня не поняла, сказав, что ее шкурка тоже плотно облегает ее тело! Ну что с дикарки взять!?

Достав сухой хлеб и вяленое мясо, я наскоро позавтракала, ругая себя, что заранее не приготовила воды, достала голубую чешуйку и с помощью росы приготовила себе питьевой воды.

Затем пристроила чешуйку на развилке двух тонких веточек, под ней поставила фляжку из высушенной тыквы и, пока вода набиралась, пошла седлать коня.

Приторочила позади седла обе сумки, положила в одну из них запас воды и подозвала змейку. Конь ее не видел, но что-то чувствовал. Он бил передним копытом землю и, недовольно всхрапывая, прядал ушами.

- Тихо, мой хороший, тихо, Орлик! Ой! А вот оно, имя само придумалось! – обрадовалась я. Угостила коня оставшимся и слишком сухим для моих зубов хлебом и, пока он довольно жевал, посадила в одну из сумок Шушу. А что, это идея! Всё время давать коню вкусняшку, когда он видит или даже чувствует мою змейку. Таким образом закрепить условный положительный рефлекс на ее появление! Эврика!

Довольная собой, я вскочила в седло и, осторожно проезжая между деревьев, направила коня из леса. На открытом месте я сначала зажмурилась, привыкая к яркому солнцу, а затем, сориентировавшись по нему, пустила Орлика рысью в сторону города Заартаана.

Мы проехали совсем ничего, наверное, не более часа, как позади послышался топот копыт, и не успела я оглянуться, как оказалась окруженной десятью всадниками.

- Кто такой? «Почему не в своем отряде?» — грозно спросил один из мужчин. Судя по более богатому мундиру темно-синего цвета, командир тех, кто меня окружил.

У остальных мужчин мундир был копией моего. А посему у меня для меня было две новости. Хорошая заключалась в том, что, судя по такой же одежде, меня окружили «свои», плохая же новость была в том, что дезертиров не любят как в том, так и в этом мире! А так как я ехала в противоположном от расположения войск направлении, то вывод напрашивался сам собой! Судя по их хмурым лицам, солдаты сейчас думали о том же.

- Так кто же ты такой? – продолжал допытываться командир в синем мундире.

- Эээ, ммм, эээммм, яяя… — вот, собственно, и всё, что мне удалось из себя выжать.

- Юродивый, что ли? – хмыкнул один из них.

А я разозлилась. Второй раз за недолгое пребывание в этом мире меня записывают в психи.

Но, кроме возмущенного мычания, мне снова не удалось из себя ничего выдавить, похожего на вразумительный ответ. Да, собственно, что я могла им сказать? Ну уж явно не правду.

- Обыскать его! – резко скомандовал главный, а меня чуть удар не хватил от ужаса! Опять!

Ко мне подскакал один из солдат и, заставив спешиться, быстро, со знанием дела, похлопал по моим карманам. И тут, как по волшебству, у него в руке оказался белый квадратик некоего письма, который тут же перекочевал в руку командиру.

Я уже еле стояла на ногах от ужаса. Ведь я не знала, что в этом письме, возможно, это мой приговор!

- Ааа, Демиан Русток, приписанный… - а дальнейшее командир читал про себя. Я же с жадностью ухватилась за услышанное имя, которое, видимо, принадлежало хозяину этого мундира и коня.

Прочитав письмо, мужчина поднял на меня пытливый взгляд.

- Так куда ты ехал?

Я снова замычала, с чего-то принявшись размахивать руками.

- Ты немой, что ли?

Я с готовностью закивала, радуясь тому, что не придется отвечать на неудобные вопросы.

- Ладно, Русток, едешь с нами! Его светлость решит, что с тобой делать.

Еле управляя вмиг ставшими словно деревянными конечностями, я села на коня и в окружении отнюдь не почетного эскорта поскакала в неизвестность.

Глава 23. Она?

Герцог Сантерийский

- Ваша светлость! – вкрадчивый голос привратника вклинился в мой чуткий сон, и я, не открывая глаз, нащупал у кровати сапог и запустил его, ориентируясь на голос.

- Ой! Ваша светлость! Я бы не решился прерывать ваш сон, если бы не чрезвычайное происшествие!

- Что? У повара каша подгорела? – недовольно пробурчал я. Судя по царившей в лагере тишине, сиеста была в самом разгаре. В жару никому не хотелось воевать, и нашему противнику тоже.

Глаза открыть все же пришлось. Зная Бьёрна как облупленного, я мог бы уверен, что во время моего отдыха без веской причины он бы и муху в шатер не пропустил без специальной официальной бумаги с несколькими печатями.

С трудом открыв словно запорошенные песком глаза, с хрустом потянулся и сел на кровати.

- Сапог!

Полог шатра тут же зашевелился, впуская внутрь кряжистую фигуру бывшего привратника.

- Ваша светлость! – словно бы смущенно подергал он себя за длинный белый ус. - Там прискакал отряд дозорных, докладывают, что поймали дезертира!

- Что? – я мгновенно проснулся, обувая сапог и протягивая руку за вторым, который Бьёрн продолжал держать в руках.

Мысль о наличии дезертира сама по себе была абсурдной! Все мои воины сплошь были добровольцами. Конечно, каждый из них преследовал свою собственную цель на поле боя. Кто-то надеялся убить противника, обладающего большей магической силой, и забрать ее себе. А кто-то просто желал отметиться передо мной и попасть в круг доверенных лиц или хотя бы просто приближенных. Поэтому совершенно не было повода сбегать тайком.

Обувшись, я надел китель поверх белой рубашки и пригладил волосы.

- Веди! – бросил привратнику, выходя из шатра.

После полумрака яркий свет резанул по глазам. Я на миг зажмурился, прикрывая глаза рукой.

- Ваша светлость! Вот этот бегунок! – рявкнуло рядом. Открыв глаза, я встретился взглядом со… своей собственной женой! Ее карие, раскосые глаза смотрели на меня испуганно и насторожено, но даже искры узнавания я в них не увидел.

Странно! Я медленно окинул ее взглядом. Хрупкая фигурка юноши в солдатском мундире и сапогах, а бывшая когда-то шикарной грива русых волос превратилась в короткую мужскую стрижку простолюдина. Возможно, мне это показалось, но сейчас волосы были светлее, почти соломенного цвета, а кожа, наоборот, приобрела ровный цвет легкого загара, как у человека, довольно много времени, проводящего под солнцем.

Насколько мне известно, в доме призрения пациенток никогда не стригли так коротко! Волосы им срезали максимум до плеч.

И никакая женщина добровольно не пойдет на то, чтобы на ее голове оставили лишь короткий ежик волос. Но даже если предположить, что это Элея, то откуда она взяла мундир и такого коня? Насколько мне известно, она сбежала в одном ночном платье, и если даже ей каким-то образом удалось переплыть реку, то в бедном поселении она вряд ли нашла бы что-то подобное. Ведь «парнишка» держал в руке за повод оседланного породистого коня. Дорогое седло на скакуне и две кожаные седельные сумки говорили о хорошем достатке. Все это было очень странно!

- Ваша светлость! – я перевел взгляд на вытянувшегося во фрунт командира отряда дозорных. – При нем было обнаружено вот это письмо! – Вояка щелкнул каблуками и протянул мне белоснежный квадрат письма. Становится еще интересней!

Бросил взгляд на лицо «парнишки». Только растерянность. Страха уже нет, но и узнавания по-прежнему тоже. Мы с женой, конечно же, были знакомы до свадьбы совсем ничего, да и после свадьбы и суток не прошло, как мне пришлось срочно отбыть в расположение своего войска, но это не значит, что она бы не смогла меня узнать.

Тогда братья Крамер, видимо, решили преподнести мне такой вот своеобразный «свадебный подарок», напав на дозорных во время нашей с Элеей первой брачной ночи!

Взяв письмо, поспешно развернул его и пробежался глазами по трем коротким строкам, в которых сообщалось, что молодой барон из обнищавшего древнего рода хочет на поле брани вновь поднять престиж своей семьи и заработать денег на восстановление замка рода Русток.

- Демиан? – назвав имя, я пристально посмотрел в глаза парнишке.

Тот коротко кивнул и вытянулся во фрунт.

- Вольно, - бросил я, продолжая разглядывать загадочного молодца. Очень хотелось назвать жену по имени и посмотреть на ее реакцию, но рядом стояли солдаты в ожидании моих распоряжений, а слухи, которые любят обрастать невероятными подробностями, мне сейчас совершенно не нужны!

- Ну и каким образом ты оказался по пути из расположения моего войска? – я с нетерпением ждал ответа на свой вопрос, желая услышать голос молодого барона. Уж голос жены я точно узнаю, хоть и слышал его не так часто.

Девица воспитывалась в горном поселении в простой семье и выросла скромной и боязливой, что, живя в моем замке две недели перед бракосочетанием, предпочитала возиться в саду с цветами да пореже показываться на глаза.

- Ваша светлость, - в голосе командира отряда проскользнуло смущение, что уже меня удивило, так как о его невозмутимости и строгости с подчиненными ходили легенды. – Парнишка, того, нем!

- Что? – мне показалось, что я ослышался.

- Он не может говорить, - повторил подчиненный.

Я бросил взгляд на якобы парнишку. Тот нахмурил брови и кивнул. Это усложняло дело.

Мой взгляд снова залип на раскосых карих глазах под небрежной челкой. Создавалось впечатление, что молодого барона не слишком заботит его внешний вид. Во всяком случае, это касалось гордости всех аристократов – волос. Хорошо было видно, что волосы этого загадочного юноши недавно стригли, хотя большинство простолюдинов старается отпускать волосы хотя бы до максимально разрешенной им длины. Уж не говоря про аристократов! Но ведь он же барон, хоть и обнищавший! Я уже ничего не понимал!

И да, если природа и впрямь сотворила мужчину с таким совершенным лицом, то она где-то очень сильно промахнулась. Но в это мне не верилось. Я уже почти был уверен, что это моя жена, оставалось найти доказательства. Но не приказывать же ему, то есть ей, раздеться!? Это будет страшный позор! После какого, даже если я и окажусь прав, женщине придется уйти в монастырь до конца своих дней. Так я останусь без жены!

Ладно, это становится даже интересно! Вот только придумать, куда его или ее… пристроить. Великий Полоз знает, что такое! Как «это» называть? Ну, пусть будет парнишкой, пока я не докажу обратное.

Едва я открыл рот, как неподалеку от нас знатно грохнуло! Сторона противника явно обозначила намерение продолжить военные действия, сиеста закончилась. Вокруг забегали командиры, выстраивая солдат в стройные шеренги, где первыми стояли маги, отводящие взгляд, а за ними маги, запускающие огненные пульсары. И лишь позади всех редкие маги, умеющие отводить в сторону летящий снаряд.

Едва я хотел распорядиться, чтобы парнишку отвели в шатер для военнопленных, чтобы потом закончить разговор, как неподалеку от нас снова взорвался пульсар, разбрасывая вокруг крупные комья земли.

Послышался вскрик, и парнишка с завидной ловкостью отпрыгнул в сторону, спрятавшись мне за спину. Стало действительно смешно! И этот вояка хочет участвовать в сражении? Вот только, если выясню, что это действительно юноша, тут же отправлю его назад, откуда приехал. Таким трусам не место на войне. Хотя…

Я широко улыбнулся, вызвав удивленные взгляды подчиненных.

- Эй, Бьёрн! Проводи-ка парнишку ко мне в шатер! Мне кажется, для него найдется дело.

Глава 24. Демиан Русток

Элея

Путь до военного лагеря оказался дольше, чем я предполагала, далеко же заехали эти вояки. Короче, не повезло мне! Возможно, еще бы чуть-чуть, и я с ними разминулась. А теперь уж как есть, и из этой ситуации нужно срочно искать выход.

То, что при мне оказалось рекомендательное письмо, или это предписание явиться на место дислокации войска, это уже хорошо. Но то, что меня поймали, как бы удирающим с места сражения, это уже большой прокол. А как поступали с дезертирами во все времена, мне очень хорошо известно из исторической и учебной литературы.

Хотя одна дельная мысль по этому поводу у меня появилась! Плохо то, что раз я как бы не могу говорить, то как я смогу объяснить то, что хочу? М-да, ситуация! Плохо, что моя змейка в этом мне тоже не помощник, ведь она в этом мире сама как маленький ребенок, элементарные вещи приходится объяснять. Кроме своего леса, ничего не знает.

По моим прикидкам, скакали мы уже более получаса. На небе ни облачка, лишь солнце, удобно расположившись в самом зените, нещадно жгло мою макушку и слепило глаза.

Но что странно, в плотном мундире совершенно не было жарко! Наверное, его материал обработан какой-то магией. Жаль, головной убор у них не предусмотрен, а то совсем было бы хорошо.

Кони монотонно отбивали копытами привычный ритм, нагоняя сонливость. Не знаю, что это за такая война, что кругом совершенно тихо, ни криков атакующих, ни взрывов, даже странно.

Но вот в отдалении показалось нечто, напоминающее место дислокации. Подъехав ближе, уже хорошо был виден палаточный лагерь. Из каждой палатки торчало по несколько пар ног в таких же сапогах, как у меня, и кое-где слышался богатырский храп.

Представив, что мне придется спать в такой тесноте бок о бок с потными солдатами, да окруженной храпом, мне стало совсем не по себе. И это, не говоря уже о боевых действиях, в которых я ничего не понимала. Единственное, что я умела хорошо, так это скакать на коне, и то благодаря моему увлечению конным спортом в прошлой жизни.

- Пррр! – самый главный в отряде резко осадил своего коня и спешился, его примеру последовали солдаты, ну и я, конечно.

Взяв коня под уздцы, мысленно обратилась к змейке.

- Шуша, ты как там?

- Теперь, когда мы стоим, намного лучше. Как тебе нравится ехать на этом «конь»? Это же все потроха вытрясти можно! Лучше медленно ползти, чем так быстро ехать!

- Ага! И изжариться по дороге на этом солнцепеке! – успела ответить я, впившись взглядом в выходившего из большого шатра высокого широкоплечего блондина. Он прикрыл рукой лицо от солнца, но я все же успела его узнать.

Мои ладони немедленно вспотели, а сердце, казалось, сейчас пробьет плотную ткань мундира. Я закрыла на миг глаза и постаралась выровнять дыхание.

- Ваша светлость! Вот этот бегунок! – выдал меня с потрохами бравый командир, а я подняла взгляд на удивленные синие глаза, в которых явно мелькнуло узнавание. Вот только он ничего не сказал, наверное, все же сомневаясь.

Пронзительный взгляд сканирующим лучом прошелся по моему лицу, волосам и фигуре. Я же с огромным трудом заставила себя стоять смирно, а не сорваться с места и не пытаться совершить бесполезную попытку побега. От предыдущей бы хоть как-то отмазаться.

- Ваша светлость! При нем было обнаружено вот это письмо! – Командир щелкнул каблуками и протянул герцогу белоснежный квадрат письма, которое, если мне сильно повезет, станет моим спасением.

Взяв протянутое ему письмо, мой бывший «муж» не принялся его тут же читать, а еще раз бросил на меня испытывающий тяжелый взгляд, словно что-то решая про себя. Но затем, через невозможно долгое мгновение, все же выпустил меня из плена своего всезнающего взгляда и перевел его на текст письма. Я же почувствовала, будто с моих плеч сняли тяжелую кирпичную стену.

- Демиан? – назвав мое новое имя, пристально посмотрел мне в глаза.

Я коротко кивнула и вытянулась во фрунт, изо всех сил и своих скромных знаний изображая готовность служить.

- Вольно, - бросил мужчина, продолжая меня разглядывать.

- Ну и каким образом ты оказался по пути из расположения моего войска? – задал он мне вопрос, и я от страха, позабыв, что вроде как не умею говорить, уже хотела открыть рот, чтобы хоть что-то промямлить в свое оправдание, и вообще свалить все на тайфун, но снова вмешался командир отряда, или все же провидение.

- Ваша светлость, - в голосе синемундирного почему-то проскользнуло смущение. – Парнишка, того, нем!

- Что? – удивленно переспросил герцог.

- Он не может говорить, - повторил подчиненный.

Бывший муж Элеи бросил на меня недоверчивый взгляд.

Я же нахмурил брови и кивнул. А этот блондинистый снова впился в меня подозрительным взглядом, продолжая пристально сканировать. Я сильнее стиснула повод, уже чуть ли не вися на нем от слабости в коленях, до того мне было страшно от этого сканирующего всезнающего взгляда и затянувшегося молчания.

А затем вдруг пришло полное спокойствие. Ведь если он сразу не признал меня, то без веских доказательств вряд ли сможет это сделать. А самое веское доказательство в данном случае — это мой голос! Вот только не забыть бы держать язык за зубами! Я мысленно обратилась к Шуше, попросив ее говорить мне «молчи» всякий раз, когда ко мне кто-то обратится.

Вдруг безмятежную тишину летнего дня буквально взорвало! Неподалеку от нас в землю врезался огненный шар, разбрызгивая вокруг себя капли жидкого огня! Я вздрогнула, с ужасом уставившись на физическое доказательство реально ведущихся боевых действий. Вот только что я забыла на этой войне и каким образом буду воевать, даже не представляю!

Пока я, не веря своим глазам, залипала взглядом на образовавшейся от взрыва воронке, вокруг уже бегали, отдавая приказы, командиры в синих мундирах и выстраивались в шахматном порядке в три шеренги солдаты.

Сначала я ощутила, как мои волосы качнуло горячим ветром, а вслед за этим раздался новый оглушающий взрыв. Не помня себя от ужаса, я метнулась в сторону, ища спасения, и нашла его как раз за широкой спиной грозного герцога. И тут услышала:

- Эй, Бьёрн! Проводи-ка парнишку ко мне в шатёр! Мне кажется, для него найдется дело.

Я почувствовала, как кровь прилила к моему лицу. Не знаю, что там за дело придумал для меня этот мерзавец, но не на ту напал! Я шагнула вперед, собираясь все высказать этому надутому индюку прямо в его породистое лицо, но того уже и след простыл. Лишь вдалеке мелькнула его спина, затянутая в бордового цвета мундир.

- Следуйте за мной, Демиан Русток! – я же в первую секунду не поняла, что этот мощный, напоминающий добродушного моржа дядька, обращается ко мне. – Не бойтесь! Наш герцог хоть и строг, но справедлив! А уж если приглашает кого в свой шатёр, явно не будет строго наказывать, - широко улыбнулся он и приятельски подмигнул.

Возможно, он пытался меня так успокоить, но вышло все с точностью до наоборот. После его слов я уже не сомневалась, что мне хотят предложить «вакансию» мальчика для постельных утех, и решила лучше умереть, чем позволить себя раздеть. Ведь тогда, убедившись, что я не парень, а вообще его жена, герцог тем более не выпустит меня из своих рук, продолжая издеваться, как делал это с ней уже в первую брачную ночь, приковав к постели цепями.

Выхватив из-за пояса Бьерна странную палку, которую я сначала приняла за шпагу, отскочила в сторону и, направив ее на слугу с белыми висящими усами, прошипела: «Не подходите! Даже не думайте приблизиться ко мне! Я не позволю ко мне прикоснуться вашему хозяину! Пусть он даже меня озолотит!

Тот, кого герцог назвал Бьерн, аж присел от удивления и, выпучив на меня глаза, хлопнул себя ладонями по коленям.

- Да неужто девица!?

Я же только сейчас с ужасом осознала, что нарушила свое главное табу — заговорила! Быстро кинув по сторонам взгляд, убедилась, что сейчас всем не до меня, и постаралась исправить ситуацию, хотя надежды на это было мало.

— Не девица я! — буркнула раздраженно, стараясь говорить пониже. — Пойдемте в шатер. Раз такое дело, расскажу вам всё как на духу!

— Ну, пойдем! — с подозрением покосился на меня дядька, осторожно забирая из моих рук оружие.

***

— Ну вот такой я уродился! Яркий внешностью, как девчонка, и с таким писклявым голосом, как у нее же! — вздохнув, жаловалась я этому Бьерну, что сидел напротив меня и сокрушенно качал головой. — Вот отец и отослал меня на войну, чтобы, с его слов, на мужика стал хоть чуть похож.

— А волосы он тебе из-за этого же так коротко велел отрезать?

— Это я сам, — буркнула я, берясь за ложку.

Добрый дядька первым делом дал мне воды, а потом принес каши из походной кухни. Каша была знакомая, пшенная, с большим куском растекающегося желтыми ручейками сливочного масла. Я перемешала его и попробовала.

- Мммм, какая вкуснота! - Я аж глаза закатила от блаженства.

- Ну как есть девка! – покачал головой Бьерн.

А я лишь насупилась и поскорее заработала ложкой, вспомнив, что если сейчас явится Его светлость, то мне кусок в горло не полезет. Да и не принято, наверное, есть в присутствии высокопоставленных особ.

Покончив с едой и запив ее травяным отваром, подняла взгляд на слугу герцога.

- Как к вам можно обращаться? – Насытившись, я почувствовала себя куда лучше и даже смелее.

- Бьёрн! Так меня и называй, - мужчина поднялся и взялся собирать грязную посуду, а мне стало неудобно, что за мной убирает пусть еще не пожилой, но человек куда старше меня.

- Давайте я сам уберу! – Вскочила я и снова села под многозначительным взглядом дядьки.

- Хочешь еще больше походить на девку, бери и неси! Еще можешь помыть.

Я резко убрала руки за спину, позволив мужчине самому собрать посуду.

- Дядя Бьёрн!

- Просто Бьёрн!

- Хорошо, Бьёрн, скажите, а куда дели моего коня?

- Не переживай! За скотиной у нас хорошо ухаживают, и вещи твои никуда не денутся, - решив, что я беспокоюсь о их сохранности, добавил он. – И странный ты! На «вы» у нас только к господам обращаются.

А я очень переживала о змейке! Представила, что она уже полдня сидит в душной сумке, без еды и без воды, и, во что бы то ни стало, захотела ее проведать, усиленно думая, чем я ее могла бы накормить.

- Бьёрн, а можно с тобой? – на ходу «переобулась» я. - Покажи мне, где кони стоят, я быстро своего Орлика проведаю, и сразу назад! И сумки седельные тоже там? Хочу забрать несколько необходимых вещей.

- Ну что ж с тобой сделаешь, пойдем! Только уж не мешкай, ты все же на войне, и здесь всякое может случиться!

Кивнув, я выглянула из шатра и перебежками направилась за дядькой. Над полем боя стоял громкий гул переговаривающихся воинов, что стояли так же, как и прежде, ровными рядами в шахматном порядке, да водили в воздухе руками.

Странная это была битва! Разрывов снарядов, или что там у них вместо этого, больше не было. Вместо этого в воздухе лопались, словно попавшие под обстрел ведра с краской, огненные шары, но их брызги, похожие на расправленный металл, гасли еще в воздухе, не причиняя стоявшим под ними людям никакого вреда.

- Вон там коновязь, - показал мне Бьерн направление. – Дорогу назад найдешь?

Я нетерпеливо кивнула, уже мыслями мчась к бедной Шушеньке, когда мне в голову пришла еще одна важная мысль, и меня аж в жар бросило, едва я представила, что могло случиться, забудь я об этом!

- Бьерн, подожди! – бросилась я вслед за уходящим мужчиной, тот удивленно обернулся.

- Бьерн! Могу я тебя попросить, чтобы ты пока никому не рассказывал о том…

- Что говорить можешь? – вскинул он густые брови. Затем усмехнулся: — Это не мой секрет. Тем более, он не причинит вреда герцогу. Ты же сможешь слышать и выполнять его распоряжения?

- Да, смогу! – закивала я с готовностью, радуясь, что, кажется, пронесло.

- Ну, беги тогда, егоза, - опять подмигнул мне дядька и отправился на кухню.

Я же припустила к коновязи, и лишь тогда до меня дошло, как назвал меня слуга герцога. Моя тайна уже не была тайной, и мне лишь оставалось надеяться на порядочность и честное слово мужчины.

Быстро проведав Орлика и убедившись, что у него достаточно корма и воды, направилась к столбам, вкопанным в землю, на которых висели седельные сумки хозяев коней. Свои я узнала сразу и, мысленно позвав змейку, открыла ту, в которой она сидела. Но не обнаружила ее там и чуть было не запаниковала, когда мне пришел ее ответ сонным голосом.

- Ну, что шумишшь? Что шумишшь? Я наелась мышшей, и так сладко спала!

- Где ты?

- Неподалеку. Не волнуйся, я не пропаду! Еды кругом много, воду тоже раздобуду! Ты пока осваивайся. Если что, всегда можешь меня позвать, я услышу.

- Ну хорошо, отдыхай. Я рада, что с тобой всё хорошо! Всё, я побежала, а то меня могут хватиться!

Вбежав в шатёр, я чуть носом не уткнулась в широкую спину герцога. Тот медленно обернулся и сверкнул синими глазами.

- Ну что, теперь поговорим?

Глава 25. Спасти врага

Я оказалась не готова к скорой встрече с герцогом. В небе еще грохотали непонятные алые взрывы, и я думала, что он останется со своими солдатами до конца сражения. Поэтому на его вопрос: «Ну что, теперь поговорим?», автоматически открыла рот, уже собираясь пискнуть в ответ: «Да», как в голове у меня громко прозвучало: «МОЛЧИ!»

Я захлопнула рот и кивнула, угукнув, не имея сил отвести взгляд от стоявшего в опасной близости от меня мужчины. Не знаю, возможно, мне это только показалось со страха, но каким-то боковым зрением я видела, что вокруг его тела словно закручиваются спиралями вихри горячего воздуха, какой обычно поднимается над раскаленным асфальтом в жаркую погоду.

Заметив мой взгляд, герцог нахмурился.

- Что, тебе не нравится мой мундир?

Я затрясла головой, продолжая завороженно смотреть на диковинные вензеля, какие выписывал вокруг тела мужчины полупрозрачный туман.

- Почему ты на меня так смотришь?

Я снова открыла было рот и резко выдохнула, злясь от бессилия. Как это ужасно — не иметь возможности быстро передать словами свои мысли. Подумав, я подняла руки и начала выписывать ими «кружева», примерно повторяя движение загадочного тумана.

Герцог удивленно уставился на меня и молча следил за моими действиями. Затем я остановилась и, показав двумя пальцами на свои глаза, потом ими же ткнула в герцога. В моем мире этот жест бы означал: «Я за тобой слежу», но мужчина правильно истолковал мою пантомиму.

- Ты хочешь сказать… что видишь, что вокруг меня вьется нечто… почти невидимое? – глаза герцога опасно сверкнули, и я отшатнулась, мысленно ругая себя, что опять, видимо, влезла не в свое дело. Вот кто меня тянул за язык? Видимо, я увидела то, что не должна была видеть.

И все же, с трудом сглотнув и вовремя прикусив язычок, чтобы не сказать, чего вслух, просто кивнула.

Еще один испытывающий взгляд и резкое: «Жди!» После чего герцог быстро вышел из шатра.

По непонятной мне причине неприятный разговор снова откладывался. А я всегда терпеть не могла неопределенность. По мне, пусть и зло, но известное.

Несколько минут я стояла, уставившись на вход в шатёр, ожидая, что его хозяин вот-вот вернется, но он все не приходил. Заскучав, я принялась осматриваться. Скромновато и пустовато. Даже не скажешь, что это хоть временное, но все же жилище самого-пресамого главного человека в этом герцогстве.

Невысокая жесткая кушетка, накрытая темным покрывалом, складной стол, на котором была расстелена карта герцогства с обозначенной красным цветом границей с баронством Крамер, и какие-то непонятные мне значки. Завершали аскетичную обстановку два складных деревянных стула и небольшой сундук, видимо, заменяющий в походе гардеробную.

Я тяжело вздохнула, с вожделением покосившись на ближайший стул, так как уже еле держалась на ногах от усталости. Сначала скачка туда-обратно, а теперь вот эта неопределенность. Уж хоть бы сказали, что всё, расстрел, тогда и волноваться уже было бы не о чем. Конец, он и всем волнениям конец.

Вздохнув, я отвернулась от соблазна и мысленно позвала свою змейку. Шуша сразу отозвалась, и голос ее был вполне бодр и весел. Отчитавшись, что снова налопалась мышек, она спросила меня, чем я занимаюсь и как устроилась.

Я коротко рассказала ей, как обстоят мои дела, и что герцог куда-то срочно ушел, лишь услышав, что вокруг него летает нечто непонятное. На что змейка тут же меня удивила, предложив проследить за герцогом и разузнать, что его так взволновало.

Я возразила, мотивировав это тем, что она не знает, как выглядит интересующий меня мужчина, да и опасно, ее ведь могут увидеть.

- Меня не увидят! Я хорошо умею прятаться! – поспешила заверить меня неугомонная рептилия. – А главного самца легко найти. Вокруг него всегда вьются особи послабей. - А что, логика железная, с такой и не поспоришь!

Дав добро на очень осторожную слежку, я все же присела на краешек стула, напряженно следя за всеми движениями у входа в шатер, готовая немедленно вскочить со стула, как только вернется его хозяин.

Расслабиться, конечно же, не получилось в таких условиях, я сидела как на иголках, только ногам стало чуть лучше.

- Элея! Ты меня слышишь? – шепотом великой конспираторши позвала меня Шуша, словно нас могли услышать.

- Да, слышу, конечно! Что там, ты нашла герцога? – сон с меня словно ветром сдуло.

- Нашла. Он сейчас находится в пещере белого цвета, говорит с человеком. Старым человеком. Не могу разобрать, что они говорят. Но старый человек размахивает около герцога верхними лапами.

- Руками, - поправила я машинально.

- Теперь извивается.

- Кто извивается? – я удивленно распахнула глаза и аж привстала со стула.

- Так этот, старый человек!

- Почему ты вообще решила, что он старый? Впрочем, не важно. Что там дальше?

- От него старостью пахнет.

- От кого? От герцога?

- Нет, от старого человека.

Я аж зарычала и затрясла головой.

- Что с тобой, Демиан? Тебе плохо? – полог шатра откинулся, и вошел мой бывший «муж».

- Он вернулся к тебе! Видишь?

Растерявшись от внезапного появления герцога, я машинально кивнула.

- Что у тебя болит? – неожиданно, но в голосе мужчины я услышала участливые нотки.

Мне ничего не оставалось, как показать на голову.

- Так, может, решим проблему кардинально? Фюить ее, и больше болеть не будет! – неожиданно пошутил герцог и широко улыбнулся, а я, как идиотка, опять кивнула.

Он улыбался, а я буквально зависла, понимая, что только именно сейчас почему-то по-настоящему разглядела его.

Все же этот мужчина являлся настоящим образчиком мужской красоты: широкие плечи, торс, бугрящийся рельефными мышцами, которые не скрывала даже плотная ткань мундира, и красивое лицо с четко очерченными скулами и высоким открытым лбом. Его длинные, волнистые пшеничного цвета волосы были красиво расыпаны по плечам. Как я могла раньше его не разглядеть? Видимо, все дело в том, что я все время залипала на его красивых синих глазах, которые почти всегда метали так пугавшие меня молнии гнева. Но сейчас он улыбался, молча наблюдая за моей реакцией.

Герцог Элиас Сантерийский

И тут я резко вспомнила, в каком виде очнулась в этом мире, и по какой причине меня, а вернее, его жену, отправили в психушку, и все очарование мужчины слетело с меня.

- Чувство юмора есть, значит, жить будешь! А теперь к делу! Присаживайся!

Я, не глядя куда сажусь, буквально рухнула на стул, не сводя с герцога настороженного взгляда.

Мужчина же, наконец, отвернулся от меня, прервав зрительный контакт, а я почувствовала себя, словно потеряла опору. Странное ощущение.

Герцог, заложив руки за спину, медленно прохаживался взад – вперед, а я ждала, когда же он, наконец, начнет говорить. Неопределенность очень сильно начинала напрягать.

- Итак, вопрос о том, как ты заблудился, не доехав до лагеря, пожалуй, оставим, раз ты не сможешь мне этого объяснить. Но приступим к обсуждению твоих обязанностей по месту службы, - хрипловатый низкий голос мужчины отдавался странной вибрацией в моем теле, словно резонировал. Это было очень странно и почему-то приятно.

Герцог снова повернулся ко мне, и очарование рассеялось, я опять почувствовала себя бабочкой, пришпиленной к демонстрационной доске.

- Кстати, как ты обнаружил наведенное на меня проклятие?

Я отмерла, удивленно приподняв брови. Видимо, мой вид говорил сам за себя, и тут уже удивился герцог.

- Ты не знаешь, что именно ты видел?

Я отрицательно покачала головой.

- Хм, ну, допустим. Скажи, ты видел нечто почти прозрачное, что вилось вокруг моего тела, словно в поисках… двери?

Я удивленно уставилась на мужчину, но не видя его. Словно киноленту с обратной перемоткой просматривая то, чему совсем недавно стала свидетелем. Да, теперь я понимаю, что странного было в поведении этой почти невидимой субстанции. Мне показалось, что тот туманный вихрь словно имел головной конец, который метался в поисках некоего входа, двери, но не находил его.

Моргнув, я задумчиво посмотрела в глаза герцога и кивнула.

Он нахмурился и задумался, покусывая нижнюю губу, а я поспешила отвернуться. Моя реакция на мужчину, так ужасно обращавшегося со своей молодой женой, была ненормальна. Не для этого я прошла такой квест, чтобы снова оказаться прикованной цепями к кровати.

- Демиан, - тихий голос развеял мои панические мысли, и я вынуждена была вновь вскинуть взгляд на говорившего. – Я тебе обязан…, жизнью, поэтому ты имеешь право знать!

Вот это заход, я аж рот открыла от удивления, а герцог тем временем продолжал:

- Ты увидел проклятье. Его навели именно на меня. Думаю, все нападение в этот раз было просто постановкой. Неприятели хотели добиться того, чтобы я оказался как можно ближе к границе и в пылу боя не заметил ментального покушения. Мой штатный лекарь успел вовремя развеять проклятие, но если бы ты его не заметил, то к утру было бы поздно. Ты спас мне жизнь, Демиан.

Я лишь пораженно хлопала глазами, понимая, что, не ведая того, только что спасла своего врага!

Глава 26. Ответственное задание

Элея

Мое состояние прострации развеял голос герцога.

- Демиан, я в долгу перед тобой, ты спас мне жизнь! Поэтому, чем я могу тебя отблагодарить? Чего ты хочешь? Денег? Более высокий титул? – синие глаза внимательно смотрели на меня в ожидании ответа, я же совершенно растерялась. И уже хотела было сказать, что мне ничего не нужно, как в моей голове прозвучало спасительное: «Молчи!»

Меня аж в жар бросило от ощущения близкой катастрофы! Чуть опять не проговорилась! Что бы я делала без своей змейки? Уже давно бы выдала себя с головой!

- Ну так чего бы ты хотел? – в голосе герцога послышались нетерпеливые нотки. – Не хочу тебя торопить, но у меня много дел, а времени мало. Подумай до завтра, а утром мне скажешь, хорошо?

И тут у меня в памяти всплыло, как я ехала через этот военный лагерь и наблюдала спавших вповалку в тесных палатках солдат. Мгновенно представила себе потные, вонючие тела рядом с собой и раскатистый храп у себя над ухом… Нет, только не ночь в такой компании!

Я замотала головой и подняла руку, как на уроке, обращая на себя внимание.

- Уже решил, чего хочешь? – мужчина приподнял бровь, а в его глазах мне почудилась насмешка.

Я кивнула, прикусив нижнюю губу и думая, как бы сказать о своем желании без слов?

Взгляд мужчины метнулся к моим губам и потемнел, словно грозовое небо, а брови нахмурились.

Черт! Все же он не совсем верит, что я парень. И, похоже, что-то чувствует. Вот же не к месту это новое смазливое личико! То ли дело моя прошлая внешность! Эх!

Снова подняв руку, я привлекла внимание герцога и, подойдя к выходу из шатра, взялась за ткань одной рукой и показала на нее пальцем другой. А затем сложила ладошки, как бы легла на них щекой и закрыла глаза.

Открыв их, увидела ошарашенный взгляд герцога.

- Демиан, я правильно тебя понял, что ты хочешь спать здесь? Со мной?

Я отчаянно закрутила головой, чувствуя, что краснею. Еще бы, страшно представить, что подумал обо мне герцог! Тем более, что вид у меня, как у гламурных пареньков из шоу-бизнеса моего прошлого мира.

Я задумалась, снова прикусив нижнюю губу, и снова взгляд герцога скользнул на мой рот. Я быстро исправилась и поспешила отвлечь мужчину новой пантомимой, вновь повторив предыдущую, но добавив жест, обозначающий цифру один.

- Я правильно сейчас тебя понял, что ты хочешь спать в этом шатре один? – на мужчину больно было смотреть. Из-за моих неоднозначных действий, местами походивших на неприличные предложения, он имел совершенно растерянный вид.

Я горестно вздохнула, изобразив виноватую мордашку, и покачала головой.

- Демиан! А ты мог бы мне написать? Ты грамоте обучен? – расправил плечи герцог, взирая на меня с надеждой и опасением.

Я кивнула, удивляясь, как такое простое решение мне самой не пришло в голову!? И общаться можно более-менее нормально, и себя голосом не выдать.

- Иди сюда! Садись! – мужчина подошел к столу, свернул карту и, взяв из стопки на углу стола чистый лист, положил передо мной, а затем и гусиное перо. Вот только чернильницы нигде видно не было.

Ну ладно, попробую, - мелькнула мысль. – Надеюсь, раз я понимаю, что мне говорят, с письменной речью у меня также проблем не возникнет.

Вздохнув, я начала писать первое слово на привычном мне русском языке привычными мне прописными буквами. Написав, вскинула взгляд на нависшего надо мной мужчину. Его взгляд был сосредоточен, но удивления от первых слов «Ваша светлость…» не было. Мысленно выдохнув, я принялась писать дальше:

«…Прошу Вас выделить мне для проживания отдельную палатку. – Светлая прядь волос графа дотронулась до моей щеки и провела по ней огненную дорожку, а появившийся из ниоткуда табун мурашек тут же затопал туда, куда не положено. Я рвано вздохнула и осторожно сдвинулась в сторону, пытаясь абстрагироваться от близкого присутствия этого мужчины, и продолжила писать. - …У меня очень чуткий сон, и, слыша храп своих соседей, я практически вообще не буду спать, а значит, не смогу выполнять свои обязанности в полную силу».

- Ну пройдоха! – хохотнул герцог. – Хотя, честно говоря, я думал ты попросишь денег и увольнение со службы. Не обижайся, но… воинская служба не для тебя.

А я мысленно хлопнула себя по лбу, ругая последними словами! Ведь на самом деле я могла бы и денег получить, и уйти с навязанной мне воинской службы, отправившись в Заартаан! А уж в городе, да с деньгами, вполне неплохо смогла бы устроиться! Но дело сделано, теперь уж назад пятками нельзя.

- Хорошо! Будет тебе отдельная палатка! – снова ворвался в мои мысли голос герцога. – А теперь я расскажу тебе, какую хочу предложить тебе службу.

Вот тут я чуть ли не стойку сделала, приготовившись ему внимать, и, на всякий случай, скрестила пальцы. Ребячество, но так почувствовала себя чуть уверенней.

Мужчина сел напротив меня и, уперев локти в колени, задумчиво на меня посмотрел.

- Вообще-то я просил найти на эту службу простолюдина, но предлагаю ее тебе.

Полагаю, в этом месте от меня ожидалась какая-то реакция, например, громкие возмущения, что меня, аристократа, сравнили с простолюдином. Но где я и где громкие возмущения. Поэтому я лишь вздохнула и кивнула, дав понять, что внимательно его слушаю.

- Итак, мне нужен помощник. – Герцог замялся, по всей видимости, подбирая правильное выражение. – Помощник по хозяйству!

- МОЛЧИ! – взвизгнуло у меня в голове, что я вздрогнула от неожиданности. И ведь права моя Шушечка, я снова чуть ли не воскликнула: «Чтооо?» Очень неожиданное дело решил мне поручить герцог. Уж не проверяет ли он меня таким образом? Соглашусь, значит девушка!

Я с подозрением посмотрела на хозяина шатра. Похоже, он понял мои опасения и позвал парламентера.

- Бьёрн!

Практически сразу, будто подслушивал, в шатер шагнул знакомый мне дядька со смешно висящими белыми усами. Бросив на меня лукавый взгляд, повернулся к герцогу и вытянулся во фрунт, в ожидании поручений.

- Бьёрн, расскажи нашему юному другу, кто такой «помощник по хозяйству» и каковы его обязанности.

Похожий на медведя дядька, раскачиваясь, повернулся ко мне и заговорил.

- Герцогу требуется помощник по хозяйственной части и не только. Он должен следить за одеждой его светлости, обувью, готовить ванну, ну и выполнять разные мелкие поручения. У его светлости уже было в услужении два пацаненка, но, - мужчина вопросительно покосился на хозяина, словно спрашивая позволения продолжать. Увидев, как тот кивнул, снова повернулся ко мне. – Глупые они были и самонадеянные, что и стоило им жизни! Полезли в самую гущу сражения, не имея ни магии, ни навыков рукопашного боя, так и погибли ни за что. – Усы мужчины еще больше поникли, и он даже, кажется, всхлипнул.

- Спасибо, Бьёрн, можешь быть свободен! Хотя стой! Поставь малый шатер около моего, да снеси в него вещи Демиана.

- Будет исполнено! - прислужник бросил на меня восхищенный взгляд и быстро удалился.

- Ну, что скажешь? – это уже вопрос ко мне. – Ох, да что ты будешь делать! Всё время забываю! Ладно. Ты согласен?

- Я кивнула, - а что мне еще оставалось? Главное, чтобы мне отдельную палатку выделили.

- Хорошо, - буркнул герцог, не глядя на меня, - а сейчас иди, скоро Бьёрн тебя позовет в твое жилище. Ты устраивайся, можешь немного отдохнуть, а затем я тебя позову. Будешь мне каждый вечер ванну готовить, да спину тереть. Надеюсь, с этим ты без труда справишься? – и снова этот хитрый блеск в глазах. Всё же определенно, он меня подозревает и будет проверять. Ну и ладно, что я, голых мужиков не видела? Прорвемся!

Глава 27. Банщик

Герцог Сантерийский

День подходил к концу. К счастью, военный совет продлился недолго, и на нем в основном обсуждалось последнее нападение. И практически все пришли к выводу, что очень странное оно было, как будто внимание пытались от чего-то отвлечь. Я не стал рассказывать о наведении проклятья на себя, но определенные выводы сделал.

Едва вышел последний командир отряда, я позвал Бьерна, но старый слуга не отзывался. Дожидаясь его, я блаженно растянулся на кровати поверх покрывала и закрыл глаза.

Доносившиеся из полевой кухни аппетитные запахи рагу с мясом напомнили, что я толком и не ел сегодня. Много времени потратил на возню с этим немым мальчишкой. Хотя последнее утверждение я все же считал спорным. Губы невольно растянулись в предвкушающей улыбке, ведь уже сегодня вечером я разоблачу свою женушку! Не знаю, зачем ей нужен весь этот маскарад, но она мне обязательно расскажет!

Хотя сомнения на этот счет тоже были, и немалые. Как бы то ни было, но в селе за рекой ее не видели. Я специально ездил туда еще раз, буквально каждый дом обнюхал, был и в том, что вызвал мои подозрения, но увы. Признаться, я уже почти убедил себя, что девушка утонула, не добравшись до этого берега, да и немудрено, слишком широка эта река даже для мужчины.

Особой скорби я не чувствовал, да, было жалко бедняжку, но больше всего ее редкого дара, который уже не достанется нашим детям, а это значит, что они не вернут себе дар предков, говорить с Великими полозами. А ведь раньше хозяева этой земли умели мысленно общаться с хозяевами гор, были с ними практически одним целым, и никто из соседей даже помыслить не смел, чтобы покуситься на эти земли!

И вот теперь, когда я уже мысленно похоронил свою молодую жену, появляется этот парнишка, у которого ее глаза! Да, ближайшие дни обещают быть нескучными, а особенно, мне кажется, сегодняшний вечер.

- Ваша светлость! Мне передали, что вы меня звали. Что угодно вашей светлости? – Бьёрн снова ввалился ко мне, как медведь.

Я с неохотой поднялся и тряхнул головой. Устал, поспать бы.

- Ужин угодно моей светлости. Как там наш новобранец? Осваивается?

- Да, все хорошо, осваивается!

- Сейчас спит, наверное? Подай мне свежую рубашку!

- Так ведь нет больше, ваша светлость, закончились!

Пришлось, скрипнув зубами, остаться в несвежей. Несмотря на то, что ткань военных мундиров была зачарована от повреждения и грязи, пот она вполне себе впитывала.

- Накрой стол на двоих, да поди разбуди Демиана, пригласи от моего имени отужинать.

- Так, ваша светлость! Он уже того-этого ужинает! С солдатами, - добавил Бьерн тише, отводя глаза, а во мне вдруг всколыхнулась жуткая ревность, и я почувствовал, что начинаю частично трансформироваться. Но этого не должен заметить слуга, еще сделает неправильные выводы, а слухи имеют свойство распространяться со скоростью лесного пожара.

Я нагнулся, сделав вид, что поправляю сапог.

- Я передумал ужинать! Распорядись, чтобы принесли ванну и нагрели воду. Пора моему молодому помощнику приступать к своим обязанностям!

Бьерн быстро ретировался. Но и я не смог больше находиться в шатре, зная, что она там, с мужчинами… Или все же он?

Значительно посвежевший к вечеру воздух немного охладил мой пыл. Еще не совсем стемнело, и было хорошо видно, как у ближайшего костра, вместе с отрядом доставивших загадочного парнишку дозорных, сидел и он. Как ни странно, казалось, что пугливый новобранец чувствует себя вполне свободно, так как, слушая грубые солдатские анекдоты, заливисто смеялся.

В руках молоденький псевдосолдат держал грубую солдатскую миску и с аппетитом ужинал. Его о чем-то спрашивали, и он, поставив посудину на землю, жестами отвечал, отчего солдаты басовито смеялись в ответ. Но вот Бьёрн подошел к этой группе весельчаков, и я поспешно вернулся в шатер, не хватало еще, чтобы меня застали за подглядыванием.

Почти сразу солдаты внесли в шатер латунную ванну, а следом и несколько ведер с горячей водой. Наполнив ванну и поставив небольшую скамейку со всем необходимым для купания, солдаты поспешно удалились.

Снаружи послышались странные хлопки. Я прислушался. Хлопки повторились. Было похоже, что кто-то у входа в мой шатер хлопает в ладоши. И что это еще такое!? Я резко распахнул полог и обнаружил Демиана.

- Что ты хлопаешь? Достаточно… эм, да, забыл, проходи! – как-то все время вылетает из головы, что парнишка нем. Хотя, возможно, это не так. Вот скоро и узнаем! Не думаю, что воспитанная девица сможет спокойно реагировать на то, что вскоре увидит.

Мой новый помощник встал у стола и уставился на меня вопрошающим взглядом.

Я же, не спеша зашнуровал полог и также медленно подошел к исходившей паром от горячей воды ванне.

- В твои обязанности, Демиан, также входит и помощь с купанием. Будешь мне нагревать воду и спину тереть. Сегодня ограничимся только спиной. – И с этими словами стал медленно раздеваться, вскользь наблюдая за реакцией странного паренька и ожидая вскрика, или того, что охнет и отвернется, или ярко алых щек… Но с каждой снятой деталью одежды теряться начинал я, тем более понимая, как может выглядеть со стороны это мое неспешное разоблачение.

Раздевшись до подштанников, я не выдержал и отвернулся, снимая их. За спиной было тихо, ни охов, ни вздохов, ни причитаний. Чуть не запутавшись в собственных штанах, поспешно откинул их в сторону и шагнул в приятно горячую ванну.

Более-менее уверенно почувствовал себя, когда целиком опустился в воду и расслабленно откинулся на бортик. Взгляд невольно скользнул вниз, под воду, и я не сдержал ехидной усмешки.

- Демиан, что стоишь? Ждешь особого приглашения? Бери вон на скамейке мочалку, мыло и приступай!

Послышались тихие шаги, недолгое шуршание, и рядом со мной в воду опустилась мочалка. Затем слишком маленькие для парня руки намылили ее и положили мочалку мне на плечо, начиная с него растирать мне верхнюю часть спины.

Я закрыл глаза в предвкушении, что сейчас эти изящные руки начнут нежно водить мочалкой по плечам, шее и спине. Но вместо этого почувствовал требовательное похлопывание по плечу. Удивленно обернувшись, увидел, что парень с совершенно невозмутимым выражением лица делает мне какие-то знаки руками.

- Не понял! Что ты от меня хочешь?

Красивое лицо моего помощника недовольно скривилось. А затем, положив на скамейку мочалку, он стал на пол на четвереньки, бросив на меня вопросительный взгляд.

В такой позе, пожалуй, мне еще никто не предлагал спинку потереть. А что, так даже интересней. Я осторожно привстал, чтобы не расплескать воду, и встал в ванной на четвереньки. Парнишка схватил со скамьи мочалку и с усердием принялся мне тереть спину, словно столяр рубанком по бревну прохаживаться.

Я оторопел. Мало того, что никакой реакции на мою наготу, так еще и спину трет с неожиданной для такой комплекции силой! Я совсем растерялся. Значит, все же показалось, и это не моя жена. Но до чего они похожи! Если бы не это письмо, найденное при парнишке, что он никто иной, а Демиан Русток, сын обнищавшего барона, я бы решил, что он родной брат Элеи.

Задумавшись, я не сразу заметил, что что-то не так. А когда понял, то аж похолодел несмотря на то, что находился в горячей воде. Мой «грозный воин» был в полной боевой готовности!

- Хватит! – рявкнул я резче, чем необходимо, но я сам был не свой от ужаса. – Демиан, достаточно! – повторил уже спокойнее. – Ты хорошо трешь спину, но сейчас я хочу еще немного посидеть в воде, расслабиться. Что?

Парнишка показывал знаками, что нужно будет вынести ведрами воду.

- Иди, отдыхай! В другой раз. Попрошу солдат это сделать, - я уже нормально сел в ванной и, словно ненароком, прикрыл руками причинное место.

Демиан коротко кивнул и с непроницаемым выражением лица направился на выход. Расшнуровав вход на половину, поднырнул и вышел из шатра.

Я же обессиленно погрузился в воду с головой, пытаясь привезти мысли и взбунтовавшийся организм в чувство.

- Бьёрн!

В расшнурованный на половину вход просунулась удивленная голова бывшего привратника.

- Иди сюда! – Когда мужчина, с трудом протиснув свое мощное тело, оказался в шатре, я замялся, не зная, как подойти к столь деликатной теме. Никогда ранее я не обращался к нему с подобным поручением. – Бьёрн. Есть ли в нашем гарнизоне… ммм, на все готовые девушки? Нет, не так. Что они есть, я знаю. Но сейчас, в данный момент, свободные есть?

Старый солдат удивленно на меня вытаращился и даже не сразу смог ответить. Не знаю, что он подумал, но лишь бы держал свои мысли при себе, мне и так сейчас было несладко.

- Девицы подобные имеются, ваша светлость, но вот есть ли сейчас свободные… нужно разузнать.

- Разузнай, Бьёрн, разузнай, - кивнул я, вылезая из ванной. – Пришли мне пару солдат воду вынести, а потом приведи любую девицу!

- Любую, ваша светлость?

- Нет, лучше покрасивее! Да, расшнуруй до конца вход в шатер.

- Будет исполнено! – суетливо поклонился слуга и, торопясь, принялся развязывать шнуровку.

А я, морщась, покосился на несвежую одежду и решил остаться так, как есть, лишь обернувшись простыней. Ведь все равно вскоре придется раздеваться.

Глава 28. Покерфейс

Элея

Едва герцог отослал меня прочь, я застыла неподалеку от его шатра, глядя вслед куда-то спешащему Бьерну. Когда он скрылся в крытой повозке, я огляделась.

Вечерело, солнце уже коснулось края горизонта, красиво раскрасив его в причудливую смесь бордово-оранжево-розовых оттенков. И деловито суетившиеся вокруг своих палаток солдаты священнодействовали, готовясь к отдыху.

Повеяло ароматом перловки с мясом, я сглотнула, почувствовав, что сильно голодна. Солдаты откуда-то приходили, держа в руках миски с ужином, и рассаживались в тесный кружок вокруг своего костра. Если бы не дневное сражение, свидетелем которому я стала днем, трудно было поверить, что здесь вообще воюют.

- Демиан! – тихий оклик заставил меня вздрогнуть. Я обернулась. На меня, лукаво улыбаясь, смотрел Бьерн. Он махнул мне рукой, подзывая.

Справа от шатра герцога, буквально в метре, двое солдат устанавливали мою персональную палатку!

- Иди сюда! – махнул мне старый воин. – Смотри, вот тебе подстилка для сна, а вот одеяло, ну, и сейчас посуду тебе раздобудем.

- Спасибо, Бьерн, посуда у меня есть.

- Ну, молодец, запасливый, - дружески хлопнул он меня по плечу, и тут же, с промелькнувшим в глазах испугом, отдернул руку. – Прости, девчуля, я тебе, наверное, больно сделал? – прошептал он, слегка ко мне наклонившись.

- Все в порядке, Бьерн! Если вы будете ко мне не как ко всем относиться, то это скоро заметят! Уж не выдавайте меня! – ответила я ему также шепотом.

- Постараюсь, но это трудно, - усмехнулся усатый вояка, теребя длинный ус. – О! Вот и твое жилище готово!

Солдаты, доложив старшему о выполнении поручения, ушли по своим делам, а Бьерн сделал приглашающий жест в сторону моей палатки. Я поспешно нырнула туда. А что, очень даже уютненько! А если учесть, что я буду здесь спать одна, то прямо-таки царские хоромы!

- Девч… Демиан, можно заглянуть?

А вот и первый гость пожаловал, подумала я в шутку.

- Можно!

Показалась голова Бьерна. Мужчина настороженно оглянулся назад, встал на колени у входа, и закинул в палатку мои седельные сумки.

- О, мои вещи! Большое спасибо, Бьерн!

- И вот это еще тебе! – заговорщицки мне подмигивая, прошептал солдат, просовывая в палатку большой, перевязанный бечевкой, сверток. – Дерни за веревочку! – улыбнулся он.

В палатке было довольно темно, и я не поняла, что мужчина мне принес, но, заинтригованная, поспешила последовать его совету.

Бечевка соскользнула, а сверток упруго развернулся, превратившись в самый настоящий, довольно толстый матрас! У меня вырвался вздох восхищения. Давно я спала на мягком. Последний раз это было на кровати в замке герцога, в день моего фееричного перемещения в прикованное к кровати тело девушки.

— Вот, девчуля, пользуйся! Негоже барышне на холодной земле спать. Тебе же еще деток рожать!

- Спасибо тебе, Бьерн! Это просто царский подарок! – я просто до слез была растрогана таким отношением ко мне этого пожилого вояки. Так, пожалуй, ко мне относился мой родной отец, но я, увы, этого тогда не ценила.

Мужчина ушел, а я осталась разбирать вещи. Хотя и разбирать-то было особенно нечего! Просто я еще раз проверила свои богатства и выложила лишь посуду, а сами сумки положила к дальней стенке, от входа точно не видно их видно.

Затем я со вздохом бесконечно уставшего человека вытянулась на матрасе, предварительно застелив его подстилкой для сна. В качестве подушки я решила приспособить свернутое одеяло, что принес мне мой тайный помощник, а укрываться стану своим, лоскутным! Ну что ж, уютный уголок готов! И вправду, что ли поспать немного?

Но для начала мне было нужно как можно скорее связаться с моей змейкой. Признаться, я уже начала беспокоиться, не поймал ли кто ее. Шуша откликнулась сразу, сообщив, что отдыхает в уютной норке недалеко от лагеря, и пообещав приползти ко мне, как только лагерь заснет, она уверила, что легко сама меня найдет! Ну, одной проблемой меньше, теперь можно попробовать и отдохнуть!

Я закрыла глаза, но невольно прислушивалась к различным доносившимся снаружи звукам, отчего у меня не получалось расслабиться. Проворочавшись минут пять, я поняла, что не усну. Тем более что сну не способствовал пустой желудок. Поднявшись с матраса, я прихватила с собой миску с ложкой и вылезла наружу.

Выпрямившись, растерянно огляделась, пытаясь понять, откуда солдаты несут миски с ужином.

- Эй! Новичок! – я поняла, что зовут меня, но не сразу увидела солдатика, усиленно машущего мне рукой. Махнула в ответ и поспешила на его зов, напоминая себе, что разговаривать мне нельзя!

Это оказался один из тех солдат, что конвоировали меня к герцогу. Впихнув меня в очередь впереди себя, рявкнул недовольным, что занимал для брата, на том недовольный ропот утих.

Каши мне положили огромную порцию, да и мяса в ней было достаточно, видно, что солдат не держат на голодном пайке. Затем назвавшийся Троем паренек пригласил меня к костру, где уже собрались все его товарищи, которые являлись группой разведчиков.

Меня приняли вполне гостеприимно, предложив даже глоток местного легкого вина, что было у каждого из них во фляжке. Я сначала отказалась, но каша, хоть и оказалась вкусной, без какой-либо запивки плохо шла, так что вскоре я начала икать.

Солдаты беззлобно засмеялись и предложили мне все же выпить немного вина, но обязательно маленькими глотками, чтобы икота прошла. Делать было нечего, пришлось принять предложение, ведь я вроде бы разговаривать не умею, поэтому не могла даже спросить, где воды взять. Утром обязательно обо всем Бьерна расспрошу!

Выпив вина, я довольно быстро захмелела, но при этом изо всех сил старалась держать контроль над своим языком. И все же, не вполне себе доверяя, мысленно позвала Шушу, попросив ее приглядывать за мной и одергивать, едва я соберусь заговорить.

Хорошо, что я это сделала! Змейка не раз это сделала за тот час, что я провела в уютном солдатском кругу. Мужчины травили солдатские анекдоты, а я громко смеялась. Почти все их байки были «с перчинкой», но я привыкла за последние несколько лет вращаться среди ребят с их специфическим жаргоном и крепким словцом, и поэтому чувствовала себя в этой компании очень даже свободно. А может быть, частично этому способствовало местное вино?

Но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Пришел конец и моим приятным посиделкам! Бьерн позвал меня приступить к моим непосредственным обязанностям. Дружески кивнув своим новым друзьям, я направилась к большому шатру. Старый воин на входе забрал у меня посуду и удалился. А я растерянно замерла на пороге, не зная, каким образом без голоса дать понять, что я уже здесь. И ведь это не дом, в дверь не постучишь! Тогда я похлопала в ладоши, давая понять, что я пришла.

- Что ты хлопаешь? Достаточно… эм, да, забыл, проходи! – встретил меня герцог, и в его голосе вдруг мне послышалось смущение.

Я вошла в его жилище, временно превращенное в ванную комнату, и остановилась около стола.

Посередине шатра стояла причудливо изогнутая ванна ярко-желтого, почти золотистого цвета, и в ней уже парила горячая вода. Я аж вздрогнула, так мне захотелось погрузиться в нее и, закрыв глаза, расслабиться…

Но это не для меня! Я перевела взгляд на хозяина шатра, который, словно паук, поймавший в свою сеть неосторожную муху, зашнуровал вход в шатер, и только тогда посмотрел на меня и направился к ванной.

- В твои обязанности, Демиан, также входит и помощь с купанием. Будешь мне нагревать воду и спину тереть. Сегодня ограничимся только спиной. – И с этими словами он стал медленно раздеваться, время от времени бросая на меня испытывающие взгляды.

Да, я знала, что мне предстоит тереть герцогу спину, но я как-то думала, что приду, когда он уже будет сидеть в ванной по самый подбородок в пене! А тут такое!

Я мысленно поблагодарила своего отца из прошлой жизни за то, что, готовя себе смену, он учил меня, как нужно держать покерфейс. Как раз на игре в покер и учил. И именно благодаря этому, буквально въевшемуся в мою натуру умению, я не охнула сейчас, не закрыла лицо руками и не убежала.

Голых мужчин мне приходилось видеть, но не так, чтобы эдакий брутальный красавчик медленно, чуть ли не под музыку, раздевался при мне! Какие бы сейчас внутри меня не бушевали эмоции, внешне я оставалась совершенно спокойна.

Вплоть до того момента, когда начала замечать, что недавняя уверенность отчего-то покинула лицо герцога, и в его глазах уже мелькают смущение и растерянность. А когда он, не выдержав моего равнодушного взгляда, отвернулся и, чуть ли не путаясь в подштанниках, поспешно снял их, закинув куда подальше, едва не фыркнула от смеха, сдержавшись в последнюю секунду. Затем, сверкнув светлым поджарым задом, герцог поспешно забрался в ванну, откинулся на ее бортик и чему-то улыбнулся.

- Демиан, что стоишь? Ждешь особого приглашения? Бери вон на скамейке мочалку, мыло и приступай! – я вздрогнула от этой, довольно резко сказанной команды, и поспешила «к станку».

Взяв с небольшой квадратной скамеечки мочалку и кусок душистого мыла, опустила мочалку в ванну, а затем хорошенько ее намылила и, положив на плечо мужчины, принрялась медленно водить ею по его коже, стараясь не дотронуться рукой. А сама думала, что настоящий парень сейчас бы с силой растер господину спину, тогда как у меня этой силы кот наплакал! Но я знаю, как это сделать с помощью веса своего тела.

Зажмурившись, я набралась смелости и похлопала герцога по плечу, так как голосом окликнуть, увы, не могла! Мужчина удивленно на меня посмотрел, а я показала ему знаками, что нужно сделать. Вот только непонятливый какой-то мужик пошел!

- Не понял! Что ты от меня хочешь? – в голосе слышалось недовольство, но я должна была сделать то, что должна!

Опустившись на пол, я встала на четвереньки и обернулась на мужчину, показала, что ему нужно сделать. Как это ни странно, но герцог, криво усмехнувшись, выполнил мою просьбу. Может, он извращенец какой? Отбросив от себя эти мысли, схватила вновь мочалку и принялась с остервенением тереть мужчине спину.

- Хватит! – рявкнул он неожиданно. – Демиан, достаточно! – добавил уже спокойнее. – Ты хорошо трешь спину, но сейчас я хочу еще немного посидеть в воде, расслабиться. Что?

Я знаками показала ему, что вернусь вынести воду из ванной.

- Иди, отдыхай! В другой раз. Попрошу солдат это сделать, - отпустил он меня и снова сел в ванну, откинувшись на ее бортик.

Вернув мочалку на скамейку, я коротко поклонилась и, слегка снизу расшнуровав вход, поднырнула в образовавшееся отверстие и вылезла наружу.

На улице уже совсем было темно, тускло догорали костры, и разговоров почти не было слышно, лагерь засыпал. Я нырнула в свою палатку и чуть не споткнулась в темноте об оставленное кем-то у самого порога пустое ведро. На мгновение задумавшись о природе этого подарка, вдруг догадалась. И ведь на самом деле, кругом мужчины, куда бы мне здесь ходить в туалет? Я с благодарностью подумала об одном усатом добродушном солдате.

Сделав в ведро перед сном свои делишки, я украдкой выглянула наружу, выглядывая местечко, куда можно было бы эти делишки выливать, когда никто не видит. И вдруг из темноты вышли два человека. Они тихо переговаривались и шли прямо к шатру герцога.

В первом человеке я узнала Бьерна, а вот второй… Второй оказалась миловидная брюнетка, одетая отнюдь не по-походному. На ней было длинное платье с высокими разрезами до бедра, в которых мелькали стройные ножки, а в глубоком вырезе платья, как две дыньки на витрине магазина, подрагивала при каждом шаге даже слишком аппетитная грудь.

«Профессия» чаровницы угадывалась в каждом ее движении. Выходит, герцог намывался перед приходом любовницы? Или это гарнизонная жрица любви? Как бы то ни было, сердце сжалось и болезненно заныло. Только от жены избавился, и тут же с легкостью ее заменил!

Я со злостью плеснула содержимое ведра в сторону шатра и вернулась в палатку. Глупое сердце никак не хотело успокаиваться, буквально разрываясь на части от непонятной тоски.

- Шуша, Шуша! Ты где? Я жду тебя!

- Ползу! – тут же ответила моя змейка, и я улыбнулась. Забравшись под свое лоскутное одеяльце, еще раз мысленно поблагодарила заботливого мужчину за такой чудесный матрас, на котором я чувствовала сейчас себя как на облаке!

Закрыв глаза и уже уплывая в царство Морфея, ощутила, как ко мне под одеяло скользнула моя маленькая грелочка.

Глава 29. «Солдат спит — служба идёт»

Элея

Сладкий сон был прерван Бьерном, который пришел меня будить.

- Да, встаю! – прокаркала я хриплым со сна голосом.

Я неохотно сбросила с себя одеяло, сразу покрывшись мурашками от утренней прохлады. Шуша скользнула в сторону, спрятавшись за матрасом. Я же быстро оделась и расшнуровала вход в палатку.

- Доброе утро, соня! Как спалось? – мужчина широко улыбнулся.

- Чудесно спала! И еще бы спала, если бы кое-кто меня не разбудил! – проворчала я в шутку. – Есть хочется! Завтрак скоро будет?

- Уже раздают. Поспеши! А то скоро Его светлость проснется, у него особо не расслабишься, живо работой загрузит.

Когда мужчина ушел, я собрала немного утренней росы с верха палатки, обмакнула в нее голубую чешуйку и подвесила над кружкой из своего походного набора.

- Кушать хочется! – пожаловалась мне Шуша, гипнотизируя потихоньку прибывающую на дне кружки лужицу. Посчитав, что уже набралось достаточно, она принялась быстро лакать воду. Напившись, поинтересовалась: «А когда мы снова поедем на «конь»?

- Не на «конь», а на «коне»! - машинально поправила я, гремя посудой. – Пока мы здесь останемся. Но я надеюсь, что ненадолго.

- Поняла! Тогда я поползла на охоту! Встретимся также вечером!

- Подожди! Шуша, я боюсь тебя одну отпускать! Вдруг тебя кто из солдат увидит? Ты такая красивая, тебя сразу захотят поймать!

- Меня? Поймать? – хмыкнула, переливаясь разноцветными огоньками, попавшая под солнечный луч змейка. Я бросила взгляд на ее мордашку, но по ней, увы, эмоций не прочитать. А вот в голосе… В ее голосе было что-то такое, дающее понять, что я свою новую подружку еще совсем не знаю, и что меня, похоже, ожидает много сюрпризов.

- Ну ладно, надеюсь, ты знаешь, что делать, чтобы не попасться. Но давай все же, приползай лучше ко мне, как позавтракаешь! У меня работы сегодня много будет, но зато с тобой веселее!

- Хорошо, приползу днем! – пообещала мне Шуша и уже изумрудной змейкой выскользнула за порог, совершенно слившись с еще не до конца вытоптанными островками травы.

Удивленно покачав головой, я подхватила миску с ложкой и помчалась в уже знакомом направлении, к ближайшей полевой кухне. Народ еще только начал собираться на завтрак, и я практически не стояла в очереди.

Получив свою порцию пшенной каши с кусочком сливочного масла, уже собиралась отойти.

- Эй, парень, а чай?

Я обернулась и уже открыла было рот, чтобы ответить, как вовремя вспомнила о том, что как бы нема. Показала жестом, что нет кружки, но мне тут же в руку сунули ее, наполненную ароматным травяным чаем.

В этот раз к известной мне компании я не присоединилась, лишь издалека помахала им рукой, времени рассиживаться совсем не было. Поэтому я замышилась в свою персональную норку и с удовольствием наелась вкусной каши, запивая ее горячим травяным отваром. Солдатскую кружку я решила пока оставить себе, а свою держать для воды. Помыв с помощью накапавшей с голубой чешуйки водой свою миску, я отправилась нести службу.

У входа в шатер снова похлопала в ладоши, и практически сразу мне навстречу вышел герцог. Окинув меня целиком взглядом, он задержал его на моем лице, почему-то долго и задумчиво его разглядывая.

Чувствуя себя очень неловко, я снова включила режим «покерфеса», ожидая, когда Его светлости надоест меня разглядывать и он наконец «осчастливит» меня первым заданием.

Не ко времени вспомнился ненароком подсмотренный мною вчера эпизод с приведенной Бьерном для своего герцога девицей. Но почему-то мужчина, несмотря на романтический вечер, а то и ночь, не выглядел довольным. Наоборот, он был хмур, и ходившие желваки выдавали его напряжение и сильное раздражение. Мне оставалось лишь надеяться, что причиной этому была не я.

- Можешь сесть! – наконец заговорил герцог.

Я присела на ближайший стул, причем взгляд мужчины впился в меня, а затем по его лицу пробежала многозначительная ухмылка, словно он меня на чем-то подловил. Я опустила взгляд вниз и похолодела! Я сидела, словно примерная девочка, плотно сжав колени, да еще спрятав между ними ладони! Вот это попадос! Нужно было срочно что-то придумать! И тут… эврика!

Я усиленно заелозила на месте, а еще начала покачиваться вперед-назад, скорчив несчастное лицо. У герцога от удивления расширились глаза.

- Демиан, с тобой все в порядке? Ты, часом, не заболел?

Я отрицательно покачала головой, еще сильнее сжав колени, и подняла на мужчину лицо, полное муки.

- Демиан, ты хочешь… ненадолго выйти? – максимально деликатно озвучил предполагаемую проблему аристократ.

Я часто закивала, словно китайский болванчик, впившись в красивое лицо герцога просящим взглядом.

- Тогда выйди. Можно было это сделать и до того, как ко мне собрался идти, - в его голосе чувствовалось недовольство, но злости не было точно, а это значит, что плохое настроение у мужчины не из-за меня. Неужели вчерашняя красавица отказала?

Я, словно за мной гнались, выскочила из шатра, и только заскочив в свою палатку, смогла с облегчением выдохнуть. Плюхнувшись на свой матрас, вспомнила лицо герцога во время моего перфоманса и вдруг засмеялась. Да уж, глупее ситуации не придумать! И что герцог теперь обо мне подумает? А, собственно, что он может подумать о каком-то там мальчишке? И, кстати, чем натуральнее для парня я буду себя вести, тем лучше, тем меньше подозрений буду вызывать, несмотря на мою смазливую мордашку.

Воспользовавшись советом герцога, проведала свое туалетное ведерко и, с чувством выполненного долга, отправилась назад, нельзя было заставлять герцога себя ждать. Остановившись перед входом, я огляделась по сторонам, совсем другими глазами посмотрев на снующих туда-сюда солдат. На то, как они ходят, сидят, сплевывают сквозь зубы, громко смеются…

И с досадой отметила, что совсем забыла уроки рыжего парнишки, когда он учил меня ходить, как мужчина. А совершенно напрасно. Теперь я решила лучше присматриваться к поведению солдат. И ходить пусть не вразвалочку, но хотя бы этакой расхлябанной, расслабленной походкой, слегка раскачиваясь из стороны в сторону.

Снова несколько хлопков у входа в шатер начальства, вот уже меня снова встречает герцог.

- Долго ты! Так, мне сейчас некогда! Давай пока дам тебе одно задание, потом скажу, что еще делать! Иди сюда.

Я прошла за ним к той части шатра, куда вчера улетели подштанники герцога. И увидела возвышающуюся там кучу сваленной абы как одежды. Неужели это то, о чем я думаю?

- Демиан! Эти вещи нужно сегодня постирать! Развешивать для просушки будешь позади шатра, там Бьерн уже натянул веревку.

Я чуть снова не проговорилась, и лишь в последний момент закрыла себе рот рукой. А точнее, подобрала почти упавшую челюсть. И стоило мне переноситься в другой мир, в тело герцогини, потом рядиться в пацана, чтобы мне опять под нос сунули стирку, да еще и руками!

Я отчаянно замотала головой, выражая свое несогласие.

- Что такое? Неужели дома, в своем баронстве, тебя этому не учили? – широко улыбнулся герцог, но в его голосе прозвучали издевательские нотки.

Вот знать бы мне, какие обязанности я реально должна исполнять, как помощник герцога. А то, может, он будет специально таким образом проверять меня на вшивость, а я и попадусь, как дурочка! Нет, нужно срочно, при первой же возможности расспросить об этом Бьерна, да поподробнее.

- Ну, ты понял меня, постираешь вещи, - нахмурив брови, не допускающим возражения голосом повторил мужчина.

На улице послышался взрыв. Похоже, опять начинается. Видимо, в моих глазах он увидел страх, и поспешил меня успокоить.

- Этот шатер зачарован, в него зайти не сможет кто-то чужой без моего позволения, ни фаеры неприятеля попасть не смогут. Так что, работай спокойно и не отвлекайся! Бьерн выдаст тебе все необходимое для работы, - с этими словами герцог поспешно вышел наружу.

А я чуть не запрыгала от радости, что сейчас все узнаю у доброго дядьки. Но не вышло. Бьерн, с несвойственной для него прытью, вбежал в шатер, командуя несколькими солдатами, втащившими внутрь большую деревянную лоханку, внешне напоминающую детскую ванночку, несколько ведер воды и большой кусок хозяйственного мыла.

Те все быстро поставили и чуть ли не бегом покинули шатер, спеша на помощь своим. Бьерн тоже хотел за ними последовать, но я его окликнула.

- Да, Демиан, чего тебе? Извини, не могу задержаться, я должен быть рядом с Его светлостью, чтобы больше не повторилось то, ну, ты помнишь, - мужчина заговорщицки подмигнул мне, и я только сейчас увидела крупные капли пота на его лбу и взъерошенные усы, его гордость. Видимо, герцог его вырвал из самого сражения!

- Бьерн! Скажи, у Его светлости есть змеиные чешуйки?

- Чешуйки, спрашиваешь? – почесал он в затылке. - А какие нужны, водяные? – и сам себе ответил: - Да, ты прав, вещей много, но, пока сражение сегодня не стихнет, я ребят не смогу выдернуть с поля боя, чтобы воды тебе еще принести. Сейчас посмотрю! – с этими словами он быстро подошел к окованному красноватыми металлическими пластинами сундуку и, открыв его, принялся копошиться в нем, что-то бормоча себе под нос.

- Бьерн! А сейчас наши побеждают?

Мужчина на секунду вынырнул из недр сундука, бросил на меня рассеянный взгляд и вытер потный лоб рукавом камзола. - Побеждают, конечно, побеждают! – и снова нырнул в сундук. Не прошло и минуты, как он, покряхтывая, поднялся с колен, победно держа в руках прямоугольный деревянный ларец.

Поставив на стол, старый воин осторожно открыл его. Изнутри этот ларец для хранения был обит красным бархатом и поделен деревянными перегородками на несколько квадратных ячеек, в которых хранились разные по цвету и функции чешуйки.

Там были белые, дающие свет, голубые – воду, красные – тепло. Были и те, которые использовались реже, и все только потому, что они не несли какой-то специфической функции, а лишь усиливали находившиеся в непосредственной близости с ними. А точнее, в непосредственном контакте.

Например, черные – просто все усиливали. Тогда, когда Гертруда повела меня в импровизированную баню, над кадушкой я увидела несколько черных чешуек и красную. А на самом деле, там висели «бутерброды» из голубых и сзади к ним привязанных черных. Также черная была привязана к красной, усиливая степень нагревания воды.

А еще в этом ларце я увидела особо редкие чешуйки – зеленые! Их было всего две. У них была способность зацикливать показанный им процесс. Еще там были серебристые, синие и золотистые, но они мне пока были не нужны.

- Просто чудесно! – воскликнула я, окидывая все это восхищенным взглядом. – Бьерн, можно мне взять несколько? Для дела!

- Для дела? – мужчина бросил на меня лукавый взгляд и усмехнулся. - Ну, ежели для дела, то тогда ладно! Бери, но потом верни на место! – и свел над переносицей кустистые брови для усиления эффекта назидания.

Я засмеялась.

- Спасибо тебе, Бьерн! – с чувством произнесла я, опуская взгляд, чтобы мужчина не увидел набежавшие мне на глаза слезы. Не вовремя я расчувствовалась.

- За что спасибо? – искренне удивился он.

- За всё! – не поднимая головы, тихо ответила и принялась набирать в руку нужные мне чешуйки.

Неожиданно моих волос коснулась большая мозолистая ладонь и тихонько погладила меня по голове. Я невольно замерла, впитывая, как драгоценный подарок, эту невольную отеческую ласку.

Мужчина тяжело вздохнул и молча вышел из шатра. Я вытерла все же пролившиеся слезы и принялась за работу.

Первым делом я обмакнула в воду голубые чешуйки, а затем соединила их с черными и красными. После этого положила их на дно каждого пустого ведра, наблюдая, как довольно быстро те стали наполняться водой.

После этого я приступила к самому главному. Поделила вещи на две кучи: светлую и темную. Первыми погрузила в лохань светлые вещи, потом, хорошенько их смочив, натерла каждую мылом. И теперь наступил момент истины! Теперь я узнаю, насколько хорошо я слушала своего рыжеволосого учителя по бытовым приборам из чешуек полозов.

Я взяла две черные и две зеленые чешуйки, соединив их попарно, а затем разместила на дне бадьи на некотором расстоянии друг от друга. Взволнованно выдохнув, приступила к запуску цикла стирки. Опустив обе руки в воду, начала перемешивать ими воду в разном направлении, таким образом создавая два разнонаправленных водоворота.

Через полминуты я медленно достала руки из лохани и напряженно всмотрелась в воду. Два водоворота не затихли, наоборот, они еще больше набрали скорость, перемешивая в бадье вещи, словно в барабане стиральной машинки.

Наконец я смогла расслабиться. Получилось! Ура! Все же знания — это великая сила! С довольным видом я уселась на стул, попытавшись повторить расслабленную позу герцога, и… начала «работать»! Как там говорится? «Солдат спит — служба идет», ну, в моем случае сидит, что тоже неплохо.

Глава 30. Незваные гости

Герцог Сантерийский

Что в головах у этих братьев Крамер, и на что они вообще надеются, я не знаю. Тот мощный залп, который они час назад выпустили в нашу сторону, был единственный.

Солдаты, приготовившиеся после него к массированной атаке, удивленно переговаривались на своих позициях и косились в мою сторону, но я пока не спешил давать отбой. Вполне возможно, противная сторона только этого и ждет.

Вскоре вернулся Бьерн и, словно верный телохранитель, стал передо мной, заслоняя своей широкой спиной и зорко посматривая в сторону границы противника.

- Как там Демиан? Не побоялся замочить свои изнеженные аристократические ручки? Стирает?

- И да, и нет, - загадочно ответил старый вояка, смущенно отводя глаза.

- Только не говори, что сам за него стирал! – недавнее спокойствие неожиданно сменилось сильнейшим раздражением и даже злобой, а сердце сжалось в болезненном спазме. – Говори, чем этот сопляк тебя соблазнил? Не замечал я, Бьерн, чтобы ты охоч был до мальчиков.

У старого вояки аж рот открылся от удивления, а затем его лицо покраснело.

- Что? Ваша светлость, неужто мне не почудилось, и вы только что меня обвинили в мужеложестве? И хотя я не голубых кровей, но подобного голословного обвинения не потерплю! Неужели вы меня так плохо узнали за столько лет, что можете обвинять в подобном непотребстве?

Мой верный Бьерн был прав от первого и до последнего слова, вот только что означают его слова: «И да, и нет»? Хотя я ведь даже его не дослушал. И что со мной происходит? Отчего я сам на себя стал не похож? Странные мысли, раздражение…

- Прости, Бьерн! Был не прав, - слова сами собой вылетели изо рта. — Вот теперь еще и это! Извиняясь перед слугой!

Старый вояка удивленно приподнял густые брови.

- Конечно, Ваша светлость! Не стоит извинений!

- И все же, что означает твой ответ? – но тот не успел мне ответить.

- Оооо! Наконец-то я тебя нашел! - прозвучал лирический баритон, который ни с каким другим невозможно было спутать. Мой друг Орм Грейсток нашел меня и здесь!

Я повернулся на голос, удивленно приподнимая бровь. Мало того, что этот балагур и весельчак, разряженный в белоснежные кружева, заявился с дружеским визитом на поле боя, так он еще и новую даму сердца притащил с собой!

- Виконт, вот даже так сходу и не скажу, я больше рад тебя видеть или удивлен этому визиту! Какими судьбами?

Орм подошел ближе, обдав меня густым тяжелым ароматом модного ныне парфюма. Отвернувшись в сторону, я закашлял.

- Ты что, вылил на себя целую парфюмерную лавку?

- И я тоже рад тебя видеть, мой друг! – в приветственном жесте виконт положил мне на плечо почти невесомую, затянутую в белую перчатку кисть. Я также ответил дружеским похлопыванием.

- Ты, как всегда, груб, - он сморщился, поведя плечом. – Дорогая! Позволь представить тебе моего друга по магической академии, герцога Элиаса Сантерийского!

Рафинированная блондинка подала мне для поцелуя руку в кружевной белой перчатке, манерно оттопырив мизинец. Соблюдая приличия, я наклонился над ней, но еле заставил себя дотронуться до нее кончиком носа, изображая вежливый поцелуй. От этой перчатки несло подобными же приторными духами.

- А это моя невеста, маркиза Адель Тейлор! Так что можешь начинать завидовать! – усмехнулся друг, но тут же его лицо стало серьезным, и он тихо добавил: - Прости, друг! Я забылся. Мне уже известно, что твоя жена оказалась больной, и ее отправили в дом призрения. Ты уже был там, проведал ее? – глаза виконта сверкнули любопытством, и я с силой сжал зубы.

- Что-то мне подсказывает, что ты сюда явился не для того, чтобы познакомить меня со своей невестой, а чтобы узнать последнюю сплетню, так сказать, из первых уст. – Я недобро ухмыльнулся: - Ты уж прости, друг, но пока у меня нет ни малейшего желания обсуждать с кем бы то ни было мою личную жизнь!

- Даже со мной? – в голосе виконта прозвучали обиженные нотки, но мне было все равно.

- С тобой особенно! – увы, но мой друг по академии еще в те времена слыл первым сплетником, и годы его не изменили. Если хочешь, чтобы о чем-то знали все, то стоило только ему одному доверить эту «тайну».

По лицу маркиза скользнула тень недовольства, но затем его снова осветила широкая улыбка неисправимого весельчака и балагура.

- Элиас! Ты долго намерен держать нас на солнцепеке? Я боюсь, что моя дама получит солнечный удар!

Я невольно повернул голову в сторону давно меня гипнотизирующей взглядом из-под белесых ресниц девушки. Она на самом деле была слишком светлокожа для длительного нахождения под палящими лучами солнца, – белоснежными у нее были не только волосы, но и кожа, а также брови и ресницы. Эдакая снежная дева. И даже наряд у нее был под стать ее внешности, словно его целью было не украсить, а сделать из девушки невидимку.

Мне такой тип женщин никогда не нравился, словно из нее не только все краски выжали, но и эмоции. Взгляд этой девушки мне чем-то напомнил взгляд змеи, готовящейся атаковать и пока прицеливающейся.

Заметив, что я на нее смотрю, девица чуть улыбнулась мне уголками губ, но ее взгляд оставался таким же холодным и оценивающим. Я аж вздрогнул, до того мне ярко почудилось ощущение прикосновения чего-то склизкого и холодного. Взяв себя в руки, я натянул на лицо дежурное выражение приветливого хозяина.

- Ну что ж, пока на поле боя затишье, пройдемте в мой шатер! Хотя, повторюсь, время для визита вы выбрали более чем неподходящее.

- Брайн, идем со мной! Сходи на кухню и принеси моим гостям еды, да попить что-нибудь.

- Ваша светлость, но у нас нет ничего подходящего для… ваших друзей! «Да вы сами знаете!» — прошептал старый воин, наклонившись к моему уху.

- Ну и чудесно! В другой раз не приедут. А то решили, что война — это развлечение! Да миски бери самые мятые! – усмехнулся я, представив, с каким удивлением и Орм, и его невеста будут взирать на солдатскую посуду и похлебку.

- Будет исполнено, ваша светлость! – козырнул Бьерн, широко улыбаясь, и умчался выполнять поручение.

Уже подходя к шатру, я вспомнил загадочные слова старого слуги о том, что на мой вопрос, стирает ли Демиан, он ответил: «И да, и нет». Что бы это значило? Вот только ответить на это он мне не успел.

Уже не зная, чего и ожидать, я с неясным волнением вошел внутрь. Тишина. На полу стоял лохань с водой, а Демиана и след простыл. Я сжал кулаки, уже решая, какому наказанию подвергну строптивого мальчишку, как вдруг девица виконта громко охнула.

- А осторожнее можно? Кто это посмел меня толкать?

Осторожно ввинтившись между стоявшими позади меня незваными гостями, мой новый слуга предстал передо мной, сдувая прилипшую ко лбу челку. Рукава его мундира были не по уставу подвернуты почти до локтей.

- Ты где был?

Раскосые карие глаза удивленно моргнули, а его брови сошлись над переносицей, выдавая бурный мыслительный процесс. Интересно, и что он сейчас сочинит? Ммм, да что бы ни сочинил, сказать же все равно не сможет! Зря я мечтал о неболтливом помощнике. Желания имеют свойство сбываться. В этот раз мое желание сбылось слишком буквально.

И все же парнишка сумел найти возможность объясниться. С помощью пантомимы. Изобразив жестами натянутую веревку и как он развешивает на ней белье.

- И кто это такой наглый, что толкает аристократов и не считает нужным ответить на заданный вопрос господина? – конечно же, виконту нельзя было не вмешаться.

- Вы проходите, присаживайтесь! Как раз у меня есть два стула! – гостеприимно указал я на них своим гостям. – Это мой новый слуга. Временный. Это сын барона Герберта Русток. Парнишка слишком юн и неопытен, чтобы сражаться наравне с моими солдатами, поэтому я взял его своим помощником по хозяйству. – Я ответил на заданный вопрос, но почему-то у меня сложилось ощущение, что я оправдываюсь.

- Сын барона? Но разве это дает ему право не отвечать на твой вопрос? – Орм театральным жестом откинул на спину свои длинные черные волосы. Прическу он носил на заграничный манер, не выбривая висков и не завязывая волосы на затылке в хвост.

- Парень нем, - хмуро процедил я. Мне уже начинал надоедать этот допрос, и я мысленно торопил Бьерна с обедом. Надеюсь, после него у гостей не возникнет желания остаться на ужин!

Едва я об этом подумал, как слуга вошел, неся медный, видавший виды поднос. Если я не ошибаюсь, солдаты отрабатывали на нем метание фаерболов с последующим их отбиванием. Глубокие миски с дымящейся в них горячей наваристой похлебкой сразу заставили вспомнить, что я толком сегодня и не позавтракал.

Прикрыв недовольно сморщившийся нос белым кружевным платком, невеста друга отшатнулась от поставленной перед ней миски. Орм вел себя сдержанней, хотя и по нему было видно, что угощение тоже пришлось не по душе. Последними на стол слуга выложил нарезанный толстыми ломтями хлеб да поставил кружки с травяным отваром.

- Бьерн! Что-то я тоже проголодался. Принеси-ка и нам с Демианом обед!

Когда тот, поклонившись, вышел, я, наконец, смог уделить время и парнишке. Мне было все же интересно, чем он тут занимался, пока меня не было. Неужели стирал? Я подошел к лохани и заглянул в нее.

Пожалуй, я давно не ощущал на себе того, что называется: «Волосы зашевелились на голове». Вода в лохани бурлила сама! Вернее, она закручивалась в две диаметрально противоположных воронки. И белье, вращаясь, терлось друг о друга и стирало само себя!

- Как? Как ты это сделал? Ты — маг воды? – мой голос сел, и я едва прохрипел этот вопрос, во все глаза глядя на этого необычного парнишку.

Тот покачал головой из стороны в сторону. А затем опустил руку в лохань и вытащил несколько разноцветных, связанных между собой чешуек. Один из водоворотов сразу пропал.

- Ты сам это сделал? – похоже, вопрос прозвучал чрезвычайно глупо. Кроме парнишки, здесь никого не было, а Бьерн, я точно знаю, не имеет подобных навыков.

Я обратил внимание, что белых вещей в шатре не было, а в лохани крутились темные.

- Ты белые уже развесил?

Парнишка закивал головой, вытирая вспотевший лоб.

Я обратил внимание, что на дне одного ведра были остатки грязной воды, которую наверняка выносил парнишка, меняя ее в лохани. Одно оставалось пустым, а еще два ведра были полны горячей воды, что было заметно над поднимающимся над ними паром. И на дне этих ведер тоже лежали связанные чешуйки, как я разглядел, это были: голубая, черная и красная.

- Кто тебя этому научил? – я недоверчиво смотрел на этого слишком красивого парня, который обладал знаниями, которые преподавали только в Академии, да и то на специальном факультете. – Ты в Академии не учился?

Ожидаемо, парнишка снова замотал головой, вернувшись к прерванному занятию. В данный момент он принялся доставать из лохани вещи и выжимать их, складывая в пустое ведро.

Вернулся Бьерн с нашим обедом и принялся сервировать стол.

- Демиан, бросай работу, тебе нужно поесть! Тем более, уже время обеда.

Парнишка без кривляний и лишней скромности ополоснул руки в чистой воде и подошел к столу. Свободных стульев больше не было, но он просто стал рядом и принялся, ни на кого не обращая внимания, с аппетитом есть.

Я невольно улыбнулся. Его спокойная непосредственность выдавала в нем человека, уверенного в себе и самодостаточного, хотя в момент знакомства он мне таким не показался.

Орм с невестой, с брезгливым выражением на лицах ковыряющиеся в своих тарелках, удивленно посмотрели на юношу и перевели на меня возмущенные взгляды.

- На войне все равны, - ответил я на невысказанный вопрос и, взяв в руку миску, сел на кровать и принялся за еду, в душе удивляясь, как такая наваристая, на мясе, да с мясом похлебка может не нравиться!?

Пока мы ели, а кто-то делал вид, что ест, с улицы послышался шум, а затем мы услышали шорох по крыше. Демиан бросил на меня испуганный взгляд, который я сразу понял.

- Беги, найди Бьерна, пусть пока здесь веревку натянет!

Парень кивнул и, оставив недоеденный обед, выскочил на улицу.

— Вот еще дождя не хватало ко всем несчастьям! – недовольно проворчал Орм. – Мы ведь в открытой коляске приехали к тебе! На небе и облачка не было! Откуда дождь взялся?

Я пожал плечами, продолжая есть.

- И как мы теперь отсюда уедем? – заговорила страдальческим голосом маркиза.

- Дождь закончится, и поедете!

- А если нет? - в голосе девушки уже слышалась настоящая паника. Видимо, что она очень быстро нагостилась на негостеприимной войне и уже сама мечтала отсюда убраться как можно скорее. Дождь, выходит, сломал и мои планы.

Вернулись Бьерн с парнишкой, у которого в руках была охапка недавно постиранного белья. Бьерн натянул веревку в стороне от постели и помог Демиану развесить влажные вещи. Дождь между тем усилился. И я уже серьезно задумался, где мне разместить на ночлег своих не привыкших к походной жизни гостей. Ну, то, что шатер придется отдать во временное пользование этой белобрысой маркизе, было и так ясно.

Подозвав Бьерна, я распорядился, чтобы, как только утихнет дождь, он поставил рядом еще одну палатку для нас с виконтом.

Пока Демиан достирывал вещи, выливая ведра с грязной водой, делая лишь пару шагов за порог, я беседовал с другом, а его невеста присела на мою кровать и под тихий шум дождя клевала носом.

Через некоторое время вернулся промокший Бьерн и доложил, что палатка установлена. На кровати завозилась маркиза, жалуясь, что очень замерзла. Она была права, недавняя жара сменилась промозглой сыростью, и прохладно стало не только ей.

Демиан подошел к Бьерну и что-то показал ему знаками. Тот кивнул и обратился ко мне.

- Ваша светлость! Прошу прощения, но я сегодня для работы выдал парнишке чешуйки полозов, кои, как вы заметили, он очень толково использует. Так вот, он предлагает сделать на время промозглой погоды для господ согревающие артефакты! Вы же позволите?

- Конечно позволю! Пусть делает на всех нас. Только что, ты его понимаешь?

- Понимаю смысл его жестов и облекаю их в более понятную форму.

- Конечно пусть сделает! – подтверждаю я, кивая, и пересаживаясь ближе, наблюдаю за ловкими движениями рук паренька.

Наконец, было сделано пять артефактов, состоящих всего из двух чешуек, красной и черной.

Я взял свой и через минуту почувствовал, как он быстро нагревается до довольно горячего состояния! Бросив удивленный взгляд на Демиана, увидел, как тот заворачивает один из артефактов в край одеяла на моей кровати, показывая, как им согреваться, не обжигаясь.

Вскоре, разобрав свои обогреватели, мы разошлись по спальным местам. Еще было не поздно, но из-за непогоды делать было нечего и клонило в сон.

Оставив маркизу в моем шатре, мы с виконтом кое-как расположились в довольно тесной палатке. И только благодаря согревающим артефактам Демиана под тонким солдатским одеялом было довольно уютно.

Проснулся я в полной темноте от громкого храпа. Мой друг весьма неаристократично храпел мне прямо в ухо, и никакие мои тычки в бок не заставили его замолчать хоть ненадолго. Вздохнув, я смотал свое одеяло в комок, быстро выбежал из шалаша и, пару мгновений спустя, нырнул в уютную темноту шалаша Демиана. Нащупав его в темноте, прижался к его спине, накрывшись своим одеялом.

Парнишка, похоже, проснулся, так как дернулся и тихо ахнул.

- Спи-спи! «Вдвоем теплее!» — прошептал я, прижимаясь сильнее к его неожиданно горячей спине.

Глава 31. Нападение

Элея

Я уснула мгновенно, едва моя голова коснулась подушки, но резко проснулась от ощущения, что ко мне кто-то прижимается сзади. Во рту мгновенно пересохло, так как первой моей мыслью было то, что ко мне залез кто-то из солдат.

Я вздрогнула и непроизвольно ахнула, сжав кулаки и собираясь отчаянно бороться, если этот кто-то начнет распускать свои грабли.

- Спи-спи! «Вдвоем теплее»! – прошептал над моим ухом знакомый голос.

Герцог! Что он делает в моей палатке? Неужели в гарнизоне не нашлось еще одной лишней?

Но мой безмолвный вопрос так и остался без ответа. Я некоторое время пролежала, словно мраморная статуя, не столько холодная, сколько неподвижная. Герцог, плотно прижавшись ко мне спиной, вскоре уснул, о чем я догадалась по его спокойному размеренному дыханию, зато мне было не до сна.

Спереди меня грела Шуша. Когда я вернулась в палатку, она уже ждала меня в постели, согревая ее. Поэтому под одеяло я нырнула с чувством невероятного блаженства! Все было хорошо, вплоть до момента, когда ко мне в палатку проник чужак.

По сути, я сейчас лежала в одной постели с красивым мерзавцем, практикующим со своей молодой женой жесткий секс. Возможно, цепи — это был не единственный атрибут его любовных игр. Но, как бы то ни было, мое тело помимо моей воли начинало на него реагировать. Поняв, что так вряд ли усну, я очень медленно отодвинулась от герцога, мгновенно ощутив, как спине стало холодно.

Отодвинувшись от такого привлекательного во всех смыслах источника тепла, я свернулась калачиком и постаралась уснуть, и уже сквозь сон почувствовала, как он снова придвинулся ко мне, разжигая теплом своего тела совсем другой огонь.

Промучившись так некоторое время, я, наконец, заснула. День выдался богатым на события, поэтому уставшему телу было плевать на мои душевные терзания.

Но если я думала, что, проспавши ночь спиной к спине с мужчиной, буду из-за этого неловко себя чувствовать, то я сильно ошибалась, так как утро выдалось куда более богатым на сюрпризы!

Открыв глаза, я встретилась с задумчивым взглядом синих глаз. Я несколько раз моргнула, сбрасывая с себя остатки сна и идентифицируя себя в пространстве. Наконец до меня дошло.

Я лежала лицом к мужчине, закинув на его бедро ногу! При этом обнимала его одной рукой. Но даже это было не самое ужасное! Мне в живот довольно жестко упиралось…, и я даже не хочу развивать эту мысль! Похоже, этот образчик мужской красоты никто иной, как гей! И, видимо, жена ему была нужна только для прикрытия!

Не знаю, что отразилось у меня на лице, но, видимо, ничего приятного для герцога, так как его такие притягательные губы сжались в тонкую линию, а брови сошлись над переносицей.

- Виконт громко храпел у меня над ухом, - хриплым со сна голосом произнес он. Видимо, это должно было служить своего рода извинением за внезапное вторжение в мое личное пространство.

А я… Я ничего не сказала, лишь болезненно прикусила себе кончик языка, напоминая себе, что мне нельзя говорить.

В полной тишине, все также продолжая буравить друг друга взглядом, мы с герцогом расплели наши тела. Мужчина, кривовато усмехнувшись, бочком выбрался из палатки, бросив мне, чтобы я шел завтракать.

Солнце уже светило вовсю, быстро подсушивая образовавшуюся от ночного дождя грязь. Я, подхватив свою посуду, отправилась на раздачу. Сегодня на завтрак была перловая каша, хорошо, что с маслом, и напиток, чем-то напоминающий какао. Взяв свою порцию, я пошла назад, сидеть со знакомыми солдатами на мокром бревне вовсе не хотелось.

Мысленно связавшись с Шушей, узнала, что она уже, оказывается, позавтракала и ждала меня в палатке, чему я была ужасно рада! За последние два дня мы с ней виделись только во сне, можно сказать. Усевшись на свой матрас, я с удовольствием принялась за еду, попросив змейку пока снабдить меня свежей порцией местных событий и сплетен.

Возможно, я это сделала совершенно напрасно. После рассказа моей маленькой шпионки, на душе стало как-то совсем муторно.

Я только сегодня убедилась, что мужчины еще большие сплетники! Хотя, теоретически я об этом давно знала. Оказывается, по лагерю уже прошел слух, что герцог не состоятелен как мужчина. И мне почему-то кажется, что я знаю его источник. Но и это еще не все! Эти ужасные сплетники говорили о том, что для удовлетворения мужского желания из замка герцогу привезли постоянную любовницу, так как ее видели рано утром выходящей из шатра Его светлости.

Уж что-что, а эту сплетню я могла бы с легкостью опровергнуть! Если бы не два «но»! Если бы могла заговорить, но тогда, сказав, что герцог спал в палатке со мной, то есть с парнем, я могла запросто навсегда погубить репутацию Его светлости. Хотя, что я знаю о местных нравах? Будучи постоянно в бегах, мне толком почти ничего не удалось узнать о них.

- Элея, ты себе нашла самца? – наивно, как ребенок, спросила Шуша, а я чуть не подавилась местным аналогом какао!

- С чего ты взяла?

- Ты сегодня ночью спала с ним, опутав своими лапами!

- Руками, - машинально поправила я ее, вспоминая, в какой позе проснулась сегодня, и почувствовав, как загорелись мои щеки. – Тебе показалось, просто мы замерзли и грелись.

- А я разве плохо тебя грею? – в голосе змейки мне послышалась обида.

- Очень даже хорошо! – поспешила я ее успокоить, — вот только спина мерзнет. Ты же не можешь одновременно греть меня и спереди, и сзади?

- Пока не могу, - согласилась Шуша, но вот когда вырасту… тогда смогу! А пока пусть приходит этот белый, греет тебя, - щедро согласилась эта мелкая рептилия, вызвав у меня улыбку.

Позавтракав, я отправилась на службу, оставив змейку отдыхать на моем матрасе. Несмотря на яркое солнце, земля медленно просыхала, и Шуша не хотела испачкаться в грязи.

Похлопав у шатра в ладоши, ответа так и не услышала. Осторожно просунув внутрь голову, убедилась, что там никого нет. Но, собственно, и не особо-то и нужно! Вчерашние гости мне категорически не понравились! Герцогу же мне еще долго будет стыдно в глаза смотреть, но зато я прекрасно знаю, чем мне заняться. Поэтому, не став зря терять время, сняла с веревки в шатре влажные вещи и понесла их снова вывешивать на прежнее место, на солнце.

Едва я вернулась, заглянул Бьерн, сообщив, что я могу пока отдыхать, так как герцог ненадолго отъехал, чтобы проводить своего друга с невестой.

- А что, без почетного эскорта они никак бы сами не уехали? – не удержала я сарказм при себе.

Тот посмотрел на меня внимательным взглядом и вздохнул.

- Не люблю я лезть в чужие дела, дочка, но, может, признаешься Его светлости, что ты девица? Ведь еще незнамо чего он может тебе поручить, а вдруг ты не справишься или испугаешься чего? Все равно же рано или поздно он прознает. Мне страшно подумать, каков тогда будет его гнев!

- Нет, Бьерн, нельзя! Ты меня прости, но причину сказать я пока не могу. Не обижайся! – мужчина тяжело опустился на стул, понурив голову. – На душе мне как-то неспокойно, не вышло бы чего, - устало потер он лицо.

- Ты о чем? – его волнение передалось и мне.

Все никак из головы не выходит подселенная сущность к герцогу. Хорошо, что ты смогла углядеть, а то страшно подумать, что могло бы быть! А еще наши соседи нападают уж больно редко и вяло. Раньше вон, бывало, продыху нам не давали! Что-то здесь нечисто!

Снаружи послышались взволнованные крики. Переглянувшись, мы с Бьерном выскочили из шатра, оглядываясь в поисках источника звука. Наше внимание привлек солдат, который сильно хромал, направляясь в нашу сторону.

Раненый буквально свалился у ног Бьерна, а мне чуть дурно не стало. Вся правая сторона его лица была обожжена.

- Бьерн! На герцога и его гостей напали! У них охраны человек пятнадцать, если еще кто жив из них. Когда мне удалось сбежать, они еще держали кольцо обороны.

- Неужели братья Крамер так обнаглели, что уже их воины по нашей земле ходят, как у себя дома!? – прорычал старый вояка, и принялся умело раздавать приказы, отправляя раненного в лазарет, выставляя заградительные посты и набирая добровольцев на подмогу герцогу. Тех нашлось слишком много, поэтому он выбирал лучших.

Я же подумала, почему это старый слуга раздает приказы даже командирам отрядов? Аристократам! А они безропотно подчиняются, странно это. Но сейчас разбираться было некогда. Я помчалась к коновязи и, рискуя попасть под копыта другим коням, нервно реагирующим на суету людей, как могла быстро оседлала своего Орлика.

Отряд уже готов был выступить, когда я на всех порах подлетела к нему.

- А ты куда собрала… собрался? – чуть не проговорился старый воин, смущенно дергая себя за белый длинный ус.

- Если я личный слуга Его светлости, то должен быть около него!

- Останься!

- Ни за что!

Бьерн смерил меня задумчивым взглядом, что-то пробормотал себе под нос и, гикнув, резко послал коня вперед.

Глава 32. Долгожданная помощь

Герцог Сантерийский

Ранний завтрак с моими незваными гостями прошел в обстановке совершенного недовольства с их стороны и полного душевного раздрая с моей. Признаться, больше всего мне сейчас хотелось побыть одному, чтобы спокойно разобраться в себе и в том, что я чувствую к этому красивому пареньку, с появлением которого я уже и сам не знал, чего от себя ожидать.

- Элиас! Ты о чем задумался, что совершенно не обращаешь внимания на своих гостей! Мы ведь можем и обидеться! Правда, дорогая? – вкрадчивый голос друга заставил меня вздрогнуть.

Я поднял взгляд и увидел, что маркиза, изогнув свою белую, в цвет кожи бровь, многозначительно смотрит на мою руку, которой я помешивал горячий напиток.

- Скоро дыра получится в кружке, - фыркнул Орм, - да что с тобой, друг? На приемах, да у себя в замке ты совсем другой!

- Ты верно заметил, что в мирной жизни я другой, - фыркнул я и тремя большими глотками осушил кружку. Аппетита совсем не было, поэтому есть я не стал. – Сейчас мы находимся у границы моих владений, которую неприятель пытается раз за разом пройти, и мне нужно думать о том, как не допустить этого. Так что, как видишь, дорогой друг, владеть землей — это не привилегия, а скорее большой труд и ответственность перед всеми, кто на ней проживает.

- Но разве не чернь должна заботиться о благоденствии своего господина? – вполне искренне удивился Орм, и я ему посочувствовал, ведь с таким подходом к управлению своими владениями вскоре можно остаться совсем без ничего.

Еще вчера вечером он обмолвился, что с этой малышкой маркизой ему просто повезло! В чем я с Грейстоком был совершенно согласен. У него и титул был скромнее, чем у нее, ну а вместо своей земли он мог похвастаться лишь большим самомнением да завышенными запросами, тогда как семье маркизы Тейлор принадлежит довольно приличные угодья с полями и лесами.

Но ее отец, который совсем недавно скончался, оставил свою жену и единственную дочь самостоятельно справляться с жизненными трудностями, к чему обе женщины оказались совершенно не готовы. Вот маменька и подсуетилась поскорее найти мужа для своей дочери, чтобы переложить на его плечи бразды правления активами этого семейства.

- Вовсе нет, - поспешно ответил я, увидев, что друг все еще ждет от меня ответа. – Если захочешь, приезжай в мой замок, когда я вернусь, расскажу тебе все, что знаю сам. И, пожалуй, смогу порекомендовать тебе хорошего управляющего. Но имей в виду, что даже самый хороший до половины прибыли может успешно отправлять в свой карман, ежели над ним самим не будет должного контроля.

Орм недовольно поморщился. Он, еще обучаясь в Академии, мечтал о вольготной жизни состоятельного землевладельца, и с годами, видимо, к нему так и не пришло осознание, что это большой труд. Что ж, ему же хуже.

Я встал из-за стола, и мои гости тут же поспешно отодвинули от себя тарелки, в которых все это время ковырялись ложками, изображая, что едят. У маркизы тоненько забурчало в животе, и она густо покраснела. Да уж, даже сильный голод не заставил ее и моего друга довольствоваться простой солдатской пищей.

Они оба торопились поскорее покинуть негостеприимное место, да и я был бы рад наконец заняться делами насущными, а потом все же вернуться к вопросу о том, что происходит со мной, когда рядом этот смазливый юнец с глазами моей пропавшей жены.

Да, я ее не любил. В нашей среде крайне редко заключаются браки по любви. И вообще, у меня под боком имелся подходящий вариант для женитьбы. Это та самая Доротея, дочь графа Альмода Гилмора, моего соседа и крупного землевладельца. Как я уже успел убедиться, девица очень яркая и знающая себе цену. Но я не хотел добавлять себе хлопот за счет увеличения земельных угодий, напротив, моей целью было сохранение и укрепление имеющихся.

Но самое главное, я хотел вернуть наследие своих предков, увы, сильно ослабленное многими поколениями. Именно поэтому я искал девушку с подобными моим способностями. Я, например, в момент опасности могу покрываться чешуей, но, увы, не могу говорить с полозами и управлять ими.

Слуга, сопровождающий моих гостей, принес из экипажа вещи маркизы, и мы оставили ее, чтобы она могла переодеться в свежее, а сами направились к экипажу проверить слова слуги о том, что колеса глубоко ушли в промокшую после дождя почву, и пара коней не в состоянии вытянуть ее из грязи.

- Ваша светлость! – конюх, осмотрев тонкие обода колес, увязших в земле, видимо, нашел какое-то решение.

- Говори!

- Можно запрячь еще четырех коней в помощь этим, - мужик скептически осмотрел тонконогих рысаков, нервно гарцующих на месте в попытке хотя бы чуть сдвинуть с места ставший вдруг неподъемным, ранее легкий экипаж. – Я так понимаю, карету нужно вытащить из грязи и вывезти на траву, где колеса уже не будут проваливаться. Но это при условии, если господа будут ехать не останавливаясь, до своих владений, - басовито пояснил конюх.

Он рассуждал правильно, вот только маркиза усмотрела в его словах намек на «скатертью дорожка», отчего высоко задрала нос и, задрав юбки, полезла в экипаж, где и устроилась с каменным выражением лица и такой же решимостью больше не ступать ногой на негостеприимную землю.

- Ваша светлость! Ну так что будем делать? – конюх с кучером в ожидании распоряжений смотрели на меня, буквально заглядывая в рот. И вот что тут поделаешь? Без особого распоряжения с точными указаниями и делать ничего не будут! Ей-богу, как дети малые! На что рассчитывает Орм, надеясь на жизнь праздную, я не знаю.

- Если считаете, что четырех коней будет достаточно, запрягайте! – с трудом скрыв раздражение, бросил я и, словно что-то почувствовав, повернул голову вправо. Из шатра вышел Демиан, неся в руках охапку моих вещей, чтобы вернуть их на веревку и досушить на солнце. Не заметив меня, он завернул за угол.

Неожиданно подумалось, что теперь мои вещи будут пахнуть… Я тряхнул головой, мысленно отвешивая себе пощечины. Совсем с ума сошел! Похоже, личный помощник из парня хороший выйдет, но… не для меня. Боюсь, мне придется с ним расстаться. Нужно подумать, куда бы его пристроить, чтобы не обидели.

— Вот смотрю я на тебя, Элиас, и не узнаю, - бархатный баритон моего друга прошелся, по-моему, и без того нерадостному настроению, как ржавый гвоздь по золотым доспехам.

- И что же тебе не нравится? – нехотя процедил я, отходя в сторону и пропуская четырех тяжеловозов, которых под уздцы привели солдаты. Этих коней мы использовали для перемещения нашей полевой кухни и продуктовых припасов.

- Мрачный стал, неразговорчивый, да и на своего молодого помощника взгляды странные бросаешь!

- И чем это они странные?

- Ну, как бы тебе сказать, чтобы ты мне лицо не разбил?

- Никак. Занимайся своими делами, а в мою жизнь не лезь! – я следил, как конюх с кучером запрягали тяжеловозов, и мысленно их торопил, мечтая как можно скорее подобру-поздорову спровадить своих гостей.

- Коняшек я верну в твою конюшню, - Орм благоразумно оставил в покое скользкую тему, заговорив на нейтральную. Хотя… да, кони. Они же нам самим скоро понадобятся, их нужно обязательно вернуть.

- Нет, эти кони нам нужны. Я провожу тебя с небольшим эскортом до того места, где мои ребята еще не успели вытоптать траву. А оттуда и твои лошадки неплохо экипаж потянут.

- Сам проводишь? – густые черные брови друга удивленно взлетели вверх. – Почту за честь! – изобразил он учтивый поклон.

- Ваша светлость! Лошади в упряжке! – доложил конюх, указывая на запряженных цугом тяжеловозов.

***

После прошедшего ночью дождя было приятно проехаться верхом, свежий ветерок приятно холодил лицо и тело. Мой конь довольно пофыркивал, радуясь долгожданной прогулке.

Рядом ехал Орм, многозначительно на меня посматривая и демонстративно вздыхая.

- Ну что маешься? Спрашивай.

- Элиас, так все же, что произошло с твоей женой? Ты пойми, разговоры все равно пошли, так хотелось бы знать, что из этого правда, а что злые языки придумали.

- А что придумали-то?

- Ну, - приятель неожиданно замялся, что было ему совсем не свойственно. – Говорят, что не по сердцу ты пришелся гордой красавице, и она предпочла прикинуться больной, даже зная, куда ее за это сошлют. А потом, проведав, что ты собираешься забрать ее из дома призрения, сбежала и предпочла утопиться в реке, но не возвращаться к нелюбимому мужу. Так что на самом деле произошло? - Орм замолчал, искоса бросив на меня взгляд и ожидая ответа.

- Не знаю.

— Это как так? – виконт осадил коня, разворачивая его мне навстречу, и тут же белея лицом, сравнявшись цветом кожи со своей невестой.

Я мгновенно оглянулся. Степь, казавшаяся совсем недавно безлюдной, дыбилась поднимающимися из земли пучками травы, из-под которых показывались вражеские воины.

Великий полоз! Братья Крамер нашли новую лазейку, воспользовавшись дождем. Их водяная магия раньше была сильна лишь вблизи водных источников, но сейчас одетые во все черное маги воды не спеша окружали нашу небольшую процессию. В их руках извивались тугие водяные хлысты, не оставляя ни малейшего шанса прорваться сквозь это оцепление шестерке лошадей, запряженных в открытый экипаж.

Позади тоненько заскулила маркиза, и вслед за ней испуганно заржали кони. Один взгляд назад, и я понял, что мы окружены. Кони прядали ушами, старясь встать на дыбы, и косились на извивающиеся перед ними тугие струи воды. Те вгрызались и без того раскисшую почву, которая разлеталась в разные стороны, забрызгивая грязью нашу растерявшуюся процессию.

- Окружить повозку! Приготовить фаеры! – начал командовать я, уже не будучи так уверен в нашей победе. Кругом была вода, а это значит, и преимущество было у неприятеля. Нам нужно было только выиграть время, да дождаться подмоги. Выдернув из круга двух воинов, приказал им прорваться сквозь оцепление и позвать помощь.

Несколько мгновений тишину нарушали лишь хлесткие удары тугих струй воды о землю, но никто не решался напасть первым. Был бы я один, без балласта в виде своих гостей, прорвался бы без труда. Но теперь уж как есть.

Теперь и не понять, кто не выдержал первым, но вдруг пространство вокруг нас взорвалось ледяными и огненными брызгами. Мои солдаты окружили экипаж вместе с лошадьми, которых еле сдерживал, буквально повисший на головах двух передних коней, кучер. Но ему одному не справиться, кони могут в любой момент вырваться из оцепления и понести.

Я бросил взгляд на забившуюся в угол экипажа маркизу. Совершенно не ко времени, но я зло усмехнулся. Останемся целы, и маркиза, и мой друг больше никогда не почтут меня своим присутствием на поле боя.

- Орм! – несмотря на громкое шипение воды, встречавшей на своем пути огненные шары, виконт услышал меня и бросил взгляд, полный ужаса. – Если не хочешь остаться без невесты, быстро хватай ее и сажай на своего коня!

Друг продолжал смотреть на меня безумными глазами, а в его расширившихся зрачках отражались разлетающиеся алыми брызгами после столкновения с водой фаеры.

- Если не хочешь остаться без маркизата, спасай маркизу! – такая постановка вопроса быстрее дошла до его объятого страхом сознания, приведя друга в чувство. Виконт резко нагнулся в седле и, схватив за руки визжащую девушку, усадил ее на холку своего коня.

Тем временем мои руки жили своей жизнью, посылая огненные сгустки навстречу водяным хлыстам и испаряя их на лету. Отчего вокруг нас повис густой туман, создающий трудности для прицеливания.

Все реже поднимались водяные хлысты, и реже навстречу им летели фаеры. Ситуация была патовая, наши силы были примерно равны, но на стороне противника была пропитанная влагой почва, а это значит, что он сможет взять нас измором.

Вдруг мне послышался гул со стороны нашего лагеря, и лицо тут же осветилось победной улыбкой! Значит, хотя бы одному из вестников удалось добраться живым. То тут, то там слышались радостные возгласы моих верных воинов. Приободрился и Орм. Вытянув шею, он высматривал в садившемся клочьями тумане спешившую к нам подмогу.

Конский топот услышали не только мы. Солдаты противника, оглядываясь, принялись пятиться, отступая в сторону границы с баронством Крамер.

Оставшийся туман рассеялся, явив скачущих во весь опор воинов. Самым первым мчался Демиан. Я с трудом сглотнул, ощущая, как сердце пропустило один удар, и тихо выругался. Больше так не может продолжаться, отправлю с другом распоряжение своему мажордому, чтобы нашел мне нового личного помощника.

Прискакавшие на помощь всадники бросились в погоню за разбегающимся поверженным противником, к моему величайшему изумлению, тоже сделал и Демиан. Он нагнал одного из недавних нападающих и направил на него своего коня. Один миг, и неприятель кубарем полетел в грязь, но, не удержавшись в седле, вслед за ним последовал и Демиан.

Глава 33. Инициатива наказуема

Элея

Отец всегда меня ругал за импульсивные поступки, когда я, не зная, смогу ли справиться самостоятельно с проблемой, и не думая о последствиях, сломя голову неслась на выручку кому-нибудь из нашей безбашенной компашки.

Так и сейчас, действуя на одних инстинктах, я оседлала Орлика, и вот уже неслась во главе кавалькады. Как говорится, «вижу цель — не вижу препятствий».

За время недолгой, но бешеной скачки, свежий ветер освежил не только мое горящее от волнения лицо, но и мозги, которые запоздало напомнили мне, что я не только не владею какой-либо магией и не имею при себе хоть какого-никакого оружия, но даже не обладаю силой парня-подростка своего возраста.

Но, как опять же говорил мой папенька: «Если уж начал делать глупость, продолжай, но с уверенным выражением лица. В конце концов, дуракам везёт». Мне же ничего не оставалось, как нестись сломя голову, подстегиваемой воинственным гиканьем братьев по оружию.

Вскоре мы увидели клубы белого тумана, сквозь которые просматривались стоявшие в круг, лицом к противнику, солдаты в коричневой форме. А напротив них растерянно озирались мужчины в непонятного цвета мокрой и испачканной грязью одежде. Едва они нас увидели, как брызнули врассыпную, напоминая тараканов, увидавших хозяйский тапок.

Скакавшие позади меня солдаты повторили их маневр, погнавшись за убегающим противником. Ну, и я, конечно же, в первых рядах. Невысокий кряжистый мужчина буквально вырос у меня на пути. Не желая его сбить, я чуть дернула повод в сторону, но все же задела конём по касательной. Вражеский солдат кубарем покатился под ноги Орлику, который резко остановился, отправляя в полёт и меня.

Правильно падать тоже надо уметь. Моё же умение оттачивалось не только на тренировках по самбо, но также и в конном спорте. Но сегодня я, пожалуй, превзошла сама себя. Вылетев из седла, я сделала сальто и, приземлившись точно на ноги, по грязи подъехала прямо к герцогу. Вокруг мгновенно наступила тишина.

От неловкости момента я, скорее всего, и ляпнула бы что-то, выдав себя с головой, но небеса и в этот раз были на моей стороне. Восседавшая на шее у коня виконта его невеста пронзительно заверещала, перетянув всё внимание на нее, что дало мне пару секунд прийти в себя и вовремя захлопнуть рот.

Оказывается, капля практически погашенного водой фаербола упала на воздушные многослойные светлые юбки девушки, и тончайшая, словно органза, ткань стала таять буквально на глазах, образовывая на платье большую дыру.

Платье быстро потушили, а испуганную девушку вернули в экипаж, который, к счастью, не пострадал. Лошади в упряжке, хоть и были изрядно напуганы, тоже были в порядке. Отправив получивших ожоги солдат назад в лагерь, герцог поручил им конвоирование пленённых солдат.

И лишь тогда он соизволил обратить на меня внимание, хотя один из трёх «языков» был взят именно мной! Мазнув по мне хмурым взглядом, мужчина поджал губы и процедил:

- Поедешь со мной. Не знаю, о чем ты думал, когда поскакал нас выручать, но зато я знаю, чем ты думал. Чем угодно, но не головой! Я уже потерял двух юных помощников из-за их ничем не оправданной смелости, и не хочу потерять еще тебя! Особенно тебя, - добавил он тихо, но я его услышала и от удивления вытаращила глаза, не веря услышанному.

Увидев мое ошарашенное выражение лица, и, догадавшись, что я услышала последнюю фразу, герцог вспыхнул и, пришпорив коня, унесся в самое начало процессии, отдавая распоряжения увеличившемуся эскорту его гостей. И вскоре мы, наконец, тронулись, продолжая их сопровождение.

Мы ехали примерно пару часов, но глинистая почва никак не хотела отпускать из своих цепких объятий колеса экипажа, но и лошадям тоже было трудно идти по скользящей, налипающей на копыта почве. Наконец, показался родовой замок герцога Элиоса Сантерийского.

- Вау! – тихо прошептала я и сжалась, опасаясь, что меня могут услышать. Но люди слишком радовались близкому отдыху, так что мне повезло.

Замок издалека был очень красив! И, что самое интересное, вовсе не казался мрачным. Его каменные стены имели интересный оттенок, нечто между светло-коричневым и зеленым. Высокие стрельчатые окна оказались еще и довольно широкими, а значит, внутри замка наверняка светло. Но самым невероятным, мне показалась крыша замка! Она была сплошь покрыта искрящимися серебром чешуйками полоза. Учитывая размеры крыши, мне даже трудно было представить, какой величины были покрывающие ее чешуйки.

Мы проехали ажурные ворота и теперь двигались по тенистой аллее. Приятно пахло мокрой землей и свежей зеленью, а в кронах деревьев премиленько пели невидимые птички. Я вздохнула полной грудью, мечтательно прикрыв глаза. Вот бы жить в таком замке, носить красивые платья, прически…

- Тпрру! – резкий голос кучера заставил меня вынырнуть из сладких мечтаний.

Похоже, мы прибыли. Солнце светило прямо в глаза, не давая разглядеть замок вблизи. Я приставила ладошку к глазам, закрывая их от слепящих лучей, и вздрогнула.

В памяти всплыли недавние, совсем не радужные воспоминания, когда, объявив умалишенной и спеленав смирительной рубашкой, меня вывели через огромные деревянные двери. Я помнила и эти широкие каменные ступени, что вели меня к траурно-черной карете. Я вздрогнула, прогоняя от себя неприятные воспоминания, но очарование момента было упущено.

Приподняв изрядно поврежденные огнем юбки запыленного платья, белобрысая маркиза, почти повиснув на руке виконта, поднималась по этим ступеням, спеша привести себя в порядок и отдохнуть.

Я же, оглянувшись на направившихся в сторону конюшни солдат, повернула Орлика туда же.

- Демиан! – я остановила коня, оборачиваясь. У основания лестницы стоял герцог и хмуро смотрел на меня.

Ну что опять я не так сделала?! – так и хотелось мне воскликнуть. Я очень устала и мечтала забиться куда-нибудь в сено да поспать немного. А самое главное, чтобы меня никто не трогал хотя бы один час. Но не с моей удачей, так сказать.

- Пойдем со мной! Отдохнешь в замке.

Я замерла, открывая и закрывая от удивления рот. По сути, я обыкновенный солдат, хоть и на побегушках, а меня в замок приглашают! Чудеса. Вдруг подумалось о горячей ванне с душистой пеной, но такое вряд ли положено простому солдату.

Радостно кивнув, я указала герцогу на Орлика, а потом на конюшню, давая понять, что сначала мне нужно моего коня поставить на отдых.

- Оставь его здесь. Я сейчас распоряжусь, чтобы твоего коня забрали, почистили и накормили, - несмотря на привычно сведенные брови, в голосе мужчины слышалось удовлетворение. Думаю, это вызвано поимкой трех «языков».

Я соскочила с лошади и, потрепав верного друга за холку, прошептала ему в ухо, что скоро его покормят.

- Ты что сейчас сделал? – напряженный голос герцога говорил о том, что он видел, как я разговаривала с конём.

Меня бросило в жар. Один удар сердца, и вот уже покерфейс привычно прячет мысли и чувства за невозмутимым выражением моего лица. Я поворачиваюсь к герцогу и медленным плавным движением шлю ему воздушный поцелуй. Глаза герцога удивленно расширяются, а вслед за этим я слышу вежливое покашливание.

- Друзья мои! Я все прекрасно понимаю, но зачем это делать здесь, на людях? – я подняла голову. На верхней площадке лестницы стоял и довольно улыбался во весь рот виконт Грейсток, самый первый сплетник в округе.

Герцог сжал челюсти и, чуть не испепелив меня взглядом, махнул рукой в сторону огромной входной двери.

Чмокнув Орлика в морду, я запрыгала по ступеням, не желая вызвать еще больший гнев своего командира.

- Попроси любого слугу отвести тебя в свободную комнату прислуги! Скажешь, что герцог распорядился! – рассеянно донеслось мне вслед. Я хмыкнула. Герцог, похоже, забыл, что я не смогу самостоятельно обратиться к кому бы то ни было.

Высоченную двустворчатую дверь мне, к счастью, самой не пришлось открывать. Два крепких молодца распахнули ее передо мною с такими покерфейсами на лицах, папочка бы обзавидовался!

Войдя в прохладный вестибюль, или как это называется во дворцах и замках, вопреки ожиданию, никого вроде камердинера не увидела. Логично предположив, что слуг в этом замке предостаточно, решила идти вперед, пока хоть кого-то не встречу.

Широкий, как автострада, коридор впечатлил меня неимоверно! Тогда, когда меня вели связанной к черному экипажу, я почти ничего не замечала, не до того было. Но сейчас меня просто поражали своей красотой и канделябры на высоких подставках у стен, и расписные своды потолков, и высокие напольные вазоны тонкой работы, мерцающие перламутром. Да уж, как говорится: «Красиво жить не запретишь!»

Замок словно вымер. Я уже почти дошла до конца длиннющего коридора, минуя множество его ответвлений, как наконец услышала за одной из дверей голоса. Кажется, два принадлежали мужчинам, и один женщине. Я как раз проходила мимо, когда дверь неожиданно распахнулась, и из нее вышла высокая красивая блондинка.

Я аж мысленно ахнула от восторга, разглядывая это необыкновенное чудо. Девушка была в пышном, похожем на облако, голубом платье, щедро украшенном жемчужинами. Ее мраморной белизны плечи были оголены, и по ним струились белокурые локоны до талии. Лицо красавицы казалось слишком правильным, слишком идеальным, что на миг мне даже померещилось, что это манекен, если бы не нарушившие вдруг симметрию ее идеального лица нахмуренные брови и гневно сверкнувшие голубые глаза.

Заметив мой взгляд, красавица горделиво вздернула свой точеный носик и процедила:

- Что вылупился, болван? Тебе кто разрешал на меня смотреть? Почему вообще герцог позволяет своим слугам шататься без дела? – не дождавшись от меня ответа, девушка окинула меня презрительным взглядом и брезгливо сморщила аккуратный носик. – Думаешь, имея смазливую мордашку, ты будешь в этом доме на особом положении? Гадость какая! Как только я стану хозяйкой в этом доме, ты каждый день будешь порот на конюшне.

Слушая эту красивую змею в человеческом обличье, я все больше поражалась, сколько же во внешне красивом человеке может быть внутренней гнили!

Ведь я ей совершенно ничего плохого не сделала! Наоборот, просто полюбовалась, как совершенным произведением матушки-природы. А она в ответ вылила на меня столько помоев.

- Пошёл вон отсюда, грязь под моими ногами! – девица качнула юбками и, задрав нос, важно двинулась дальше.

Не знаю, как это произошло. Возможно, будь у меня возможность ответить ей словами, этого бы не случилось. Но слишком много за последние дни было не высказано мной. А в не выговорившейся вовремя женщине в какой-то момент скачкообразно подлетает давление, и тогда спасайся кто может.

Крышечку моего «котла» сорвало именно в этот момент. Потому следующее, что я помню, это неимоверно громкий, усиленный большой площадью коридора визг и кружевные панталоны на одетых в белые чулки тонких ногах заносчивой злючки, а ее голубая пышная юбка грустной кучкой лежала на полу.

И вот чудеса, то никого не было в коридорах, а то сразу все набежали! И что тут началось! Перешёптывание, охи, и даже тихий смех. Из залы выбежали два мужчины в возрасте, один из которых оказался моим недосвекром, это он не хотел внуков от больной невестки. А второй мужчина, судя по всему, был отец этой красивой змеюки. От его карающего кулака меня спас герцог, буквально задвинув себе за спину.

- Граф Гилмор, Доротея, приношу искренние извинения за своего слугу! Парнишка сегодня впервые увидел смерть в бою, видимо, это так на него подействовало. Но он обязательно понесет наказание за содеянное! Его сейчас же выпорют на конюшне.

Блондинистая змеюка перестала показательно стонать, придерживая руками спешно поднятые с пола юбки, и ее прелестное личико исказила злобная усмешка.

Я почувствовала, как меня дернули за руку.

- Идем!

Когда меня вели по коридору, я еще не вполне пришла в себя. Мне не верилось, что это происходит со мной! Что вместо долгожданного отдыха я получу плетей на конюшне. А если меня перед этим разденут!? Я аж задохнулась от ужаса.

В нос ударил запах конского пота и сена. В стойлах мирно всхрапывали довольные и сытые кони. Даже их почистили и покормили, а вот мне сейчас достанется что-то совсем другое! И что меня дернуло скакать на помощь герцогу? Сидела бы сейчас спокойно со своей змейкой в палатке.

- Стой! – я растерянно заморгала, снова выныривая из своих мыслей и оглядываясь.

Я, герцог и еще один мужчина, по-видимому, конюх, стояли у пустого стойла, последний, в руке держал кнут. Я сжалась от ужаса и стиснула зубы. Если меня не станут раздевать перед поркой, то нужно как угодно удержаться, но не попросить пощады, не заговорить, иначе все напрасно!

- Демиан!

Я моргнула, переведя блуждающий взгляд на герцога.

- Демиан, ты меня слышишь?

Я кивнула.

- Пойми, я не могу ссориться с соседом, сейчас и так у герцогства врагов хватает. Поэтому ты уж постарайся подыграть нам с Томом, кричи погромче, понял?

Я удивленно моргнула, еще ничего не понимая, переведя взгляд на добродушное лицо худощавого высокого мужчины. Тот подмигнул мне, размахнулся, и плетка со свистом рассекла воздух, обвиваясь вокруг столба.

- Кричи, Демиан, кричи громче!

Глава 34. Оставьте меня в покое!

Элея

Герцог, сжав челюсти, бросил на меня нечитаемый взгляд и быстро вышел из конюшни. Я же настороженно посмотрела на конюха, не зная, что ожидать от этого мужчины. Надеюсь, он правильно понял распоряжение своего хозяина бить не меня, а деревянный столб.

- Ну давай, кричи, как Его светлость велел! – Голос у мужчины был неожиданно высоким, во всяком случае далеким от баса. Конюх снова размахнулся хлыстом, и моей щеки коснулся холодный ветерок от рассекающей воздух плети.

Я сдавленно пискнула, изобразив нечто похожее на кукареканье придушенного петуха, отчего мужчина поморщился.

- А громче можешь?

Я повторила «на бис» хрипловато-сипловатый писк, мало напоминающий крик, и сокрушенно покачала головой.

Из-за приоткрытой створки ворот послышался хруст гравия под чьими-то ногами, взгляд невольно скользнул в ту сторону, а глаза расширились.

Прямиком к конюшне, приподняв юбки нового, лазурного цвета платья, спешила та самая токсичная блондинка.

Мы с конюхом взволнованно переглянулись.

- Извини, малец, - бросил он и замахнулся.

Спину, а особенно оголенную часть шеи обожгло, словно огнем, а затем след от удара кнутом запульсировал болью. Я порывисто вздохнула, смаргивая мгновенно выступившие слезы и успевая еще пару раз прерывисто вздохнуть, прежде чем услышала знакомый свист кнута и мою спину с шеей снова обожгло ужасной болью.

Возможно, позже бы я и закричала, но пока крик словно застрял у меня в горле, и лишь судорожный вдох да дрожь моего тела выдавали ту степень боли, что я сейчас ощущала.

- Прекратите! Прекратите немедленно! – Заносчивая блондинка буквально ворвалась на конюшню, размахивая свободной рукой, второй же придерживая свою юбку, отчего из-под нее пикантно выглянули оборки дамских штанишек.

Конюх замер с занесенной над головой плетью, с жадностью уставившись на бесплатный стриптиз высокородной девицы.

- Прекратите! Я прощаю этого юношу! – Напыщенно произнесла эта «кукла Барби» и бросила на меня взгляд, который как бы спрашивал: «Вот видишь, какая я милосердная»?

Некоторое время мы с заносчивой красавицей молча шли рядом, направляясь в сторону замка. Мне не терпелось поскорее получить свою порцию отдыха, перед этим искупавшись. Ведь я уже несколько дней даже не раздевалась, боясь, что мою очень даже женственную фигуру кто-то увидит. Я даже спала в мундире, лишь расстегнув две верхние пуговицы. Правда эта часть плана, несколько померкла, от жгучей боли в спине, из-за двух ударов плетью.

- Я тебя сейчас помиловала, но ты не спеши радоваться, - буквально прошипела красавица. – Держись подальше от герцога, или, когда я стану его женой, тебе не поздоровится!

Я бросила на нее удивленный взгляд и ускорила шаг, уже начав сомневаться в адекватности юной особы. Похоже, она реально ревнует меня к герцогу! Неужели он и правда любитель красивых мальчиков? Хотя, не считая странных взглядов, что я частенько на себе ловила, больше его не в чем было упрекнуть, он даже не пытался ко мне приставать.

- Хотя… - Я снова вернулась в «здесь и сейчас», удивленно взглянув на пытавшуюся идти со мной вровень блондинку. – Она прошлась по мне сканирующим взглядом, задержав его на моем лице. – Лучше держись от герцога подальше, а ко мне поближе. Надеюсь, мы с тобой подружимся, да? – Промурлыкала девушка многозначительно и, приподняв край юбки, вступила на первую ступень парадной лестницы.

Лишь когда неадекватная девица скрылась за массивными дверями, я сдвинулась с места и неспеша поднялась следом.

Просторный холл по-прежнему был безлюден. Но не прошла я и пяти метров, как из бокового коридора появился невысокий полный мужчина с румяными щеками и грустным взглядом. Заметив меня, он одернул полу бордовой ливреи и направился в мою сторону.

- Юноша, видимо Его светлость вас имел в виду, распорядившись проводить… Элея!? Простите, Ваша светлость! – Поспешил опустить мужчина голову, кланяясь мне.

Я же отшатнулась, лихорадочно думая, как мне выпутаться из этой ситуации. По всему видно, что слуга знал настоящую хозяйку теперь моего уже тела.

Я активно замотала головой, всем своим видом показывая, как я удивлена подобным обращением и что мужчина ошибся, приняв меня за другого человека.

- Нет? Это не вы? То есть не она? - Пухлые щеки мажордома печально повисли. - Тогда прошу меня простить покорнейше! Просто вы невероятно... - Но тут мужчина понял, что, по-видимому, сболтнул лишнего, и быстро прикрыл рот рукой. - Следуйте за мной, юноша. - Он снова бросил на меня удивленный взгляд и повел в боковое крыло, указывая дорогу.

Мне выделили скромную, но вполне себе уютную комнату, что уже являлось показателем того, что к слугам здесь относятся хорошо, обеспечивая им вполне комфортные условия для проживания.

В узкой прямоугольной комнате с одним окном стояла кровать, застеленная свежей постелью, грубой работы комод, стул у небольшого столика, да кувшин с водой на полке. Рядом, на крючке, меня ждало видавшее виды, но чистое полотенце, а в углу пустое ведро.

Я же невольно усмехнулась, подумав, как же наивны были мои мечты о пенной ванной. Заперев дверь на задвижку, я поспешно разделась и с удовольствием, до красноты, растерла себя влажным полотенцем. Полотенце я периодически споласкивала и выжимала над ведром - вот и все купание! Вот только мне приходилось действовать осторожно, стараясь не задеть свежие следы от хлыста. Особенно болели и пульсировали следы на шее, которая была почти незащищена, и все же я нечаянно их задевала, изредка шипя от боли.

Едва скромные гигиенические процедуры были окончены, и я поспешила одеться, как в дверь постучали. Бросив грустный взгляд на застеленную кровать, открыла щеколду.

- Ваша милость, Его светлость герцог Элиас Сантерийский ожидает вас у парадного!

Я кивнула и вышла из комнаты. - Надо же, как обратился, видимо, успел узнать о моем якобы титуле.

Я быстро прошла тем же маршрутом назад, вскользь бросая взгляд на колонны, позолоту и массивные предметы декора. Все же я не хотела бы жить в таком месте постоянно. Слишком давяще и неуютно. Если это не храм, то музей, но никак не уютное жилище. Хотя, мне здесь и не жить, так что нечего об этом и думать.

Массивные двери открылись, выпуская меня на залитую солнцем лестницу. Внизу уже ожидали верхом на конях солдаты герцога и четыре тяжеловоза, там же стоял мой Орлик.

Легко сбежав по ступеням, я вскочила в седло. Под ложечкой неприятно засосало, напомнив, что поесть мне так и не удалось. Глупо было думать, что во время военных действий герцог позволит солдатам долго прохлаждаться на незапланированном отдыхе, но на то, что покормят, я все же рассчитывала.

Сверху послышались голоса. Из дверей замка вышли герцог и его друг. Последний вдруг прямо посмотрел на меня и подмигнул. У меня глаза полезли на лоб от этого действия аристократа, и уж тем более от мужчины. Я равнодушно отвернулась, делая вид, что наблюдаю, как привязывают тяжеловоза к задней луке седла одного из солдат.

Герцог спустился по лестнице и вскочил в седло. Махнув рукой все еще стоявшему наверху виконту, дал шпоры коню и поскакал в сторону подъездной аллеи. За ним поскакали и мы, и, пока не скрылись между деревьями, я чувствовала на своей спине чужой взгляд.

Мы миновали ажурные ворота, но вместо того, чтобы направиться по той дороге, откуда и приехали, повернули в противоположную сторону. Солдаты начали недоуменно переглядываться, и тут герцог резко осадил коня и развернулся к нам.

- Предполагаю, что на обратной дороге нас может ждать засада, поэтому выберем более длинный путь, но безопасный, в горах нет воды.

Взгляды солдат выдавали их волнение, которое передалось и мне. Почему-то создавалось впечатление, что мы из двух зол выбираем большее. Но начальству видней, и не мне, и не в моем положении его оспаривать.

Через час быстрой скачки ровная и все еще местами влажная земля стала более каменистой, а прямо по курсу я разглядела что-то похожее на холмы, вершины которых терялись в белой дымке. Подумав, что, несмотря на крюк, который мы дали, сейчас в любом случае находимся ближе к лагерю, я попыталась связаться с Шушей, но, увы, снова не вышло, и я уже начала беспокоиться о ней. Ведь вдруг в мое отсутствие в палатку чужой заглянет и увидит ее на моем матрасе? Оставалось надеяться на хваленую маскировку змейки, ведь как-то она выживала в лесу до нашей с ней встречи?

Лошадям было опасно идти по неровной, каменистой поверхности, был риск подвернуть ногу, а то и порвать сухожилия, поэтому сначала рысь мы сменили на шаг, а затем и вообще спешились.

Вскоре герцог объявил привал и, расставив посты в наивысших, удобных для наблюдения точках, солдаты отпустили коней пастись на скудной низкорослой траве и занялись своими делами. Кто-то сразу лег подремать, а кто-то уселся перекусить скромными припасами. Я же отвернулась, невольно сглотнув от голода.

Герцог расположился на плоском камне, куда сел, откинувшись на уходившую высоко вверх, скалу. Я последовала его примеру, невольно залюбовавшись статью и красивым профилем бывшего мужа герцогини. То, что он вдруг повернется и посмотрит мне прямо в глаза, я не ожидала, поэтому, наверное, покраснела, так как явно ощутила, как загорелись мои щеки.

Но вдруг его лицо напряглось, а глаза хищно прищурились.

Махнув рукой, он подозвал меня. Я подошла, ожидая, что мужчина мне скажет.

- Демиан, что у тебя на шее? – прорычал он.

Я подумала и повернулась к нему пострадавшей стороной. После чего отчетливо услышала зубовный скрежет.

- Эти рубцы только на шее? – я буквально физически ощущала, как в мужчине клокочет ярость.

Я отрицательно покрутила головой и показала на спину.

- Вернусь, убью! – прорычал он, и я аж вздрогнула от ужаса, поняв, кого именно он имеет в виду. Бедному конюху ни за что достанется!

Я отрицательно замотала головой и руками, а потом изобразила жестами изящную походку блондинки, ее пышную юбку и длинные волосы, чтобы стало предельно ясно, кто виновник происшедшего.

— Это сделала Доротея Гилмор? – герцог аж встал с места от удивления. А я утвердительно закивала головой, мысленно мстительно потирая ручки. Теперь посмотрим, как этой змеюке удастся окрутить герцога! Как говорится: «Да не доставайся ты никому!»

- Ладно, вернусь домой, разберусь с чересчур активной гостьей! – пробормотал он, и потом снова ко мне: «Ты освежиться и поесть успел?»

Я открыла рот, зависнув и не зная, как ответить на этот вопрос.

Видимо, герцог понял мои затруднения.

- Освежился с дороги?

Я кивнула.

- Поел?

Я замерла, не зная, как ответить. А вдруг из-за меня кого-то накажут? Хотя и наказывать вроде некого, я попросту не успела бы поесть, даже если бы и дали мне еду. А все эта блондинистая злыдня! Еще никто здесь, а ведет себя, словно хозяйка в этом доме. Спешит освободившееся место занять.

- Демиан!

Я вздрогнула, рассеянно глядя в эти невозможно красивые синие глаза, и облизнула губы. Взгляд мужчины метнулся к ним и словно прилип.

Я отрицательно покачала головой, честно отвечая на заданный вопрос.

Герцог растерянно моргнул, отводя взгляд от моих губ.

- Не понял! Тебя что, не покормили?

Я испугалась, что кому-то все же может прилететь по недоразумению, и исполнила пантомиму, как я полотенцем вытираюсь, потом одеваюсь, а потом в мою дверь стучат.

Завершив эти «танцы с бубнами», я выдохнула и подняла взгляд на герцога. По его широко открытым глазам мало что можно было понять.

- Больше так не делай, - прошептал он хрипло.

Мне только и оставалось, что удивленно хлопать глазами. Герцог поднялся, подошел к своему коню и, покопавшись в седельной сумке, достал небольшой сверток, протянув его мне со словами: «На, поешь».

Отказываться было глупо, поэтому я поблагодарила мужчину кивком и вернулась на свое место, поспешно разворачивая угощение. Мой рот тут же наполнился слюной, едва я уловила аромат копченой грудинки и свежего хлеба. Сделав поспешно два бутерброда, встав, один протянула герцогу.

- Спасибо! – он ухмыльнулся, но принял его, глядя мне прямо в глаза.

Я кивнула и, вернувшись на свое место, начала есть, но аппетит неожиданно пропал, так как я по-прежнему чувствовала на своем лице взгляд герцога. Я никак не могла понять причину его особого внимания: он все же подозревает во мне свою жену или ему нравятся смазливые мальчики? Ни тот, ни другой вариант мне не нравился.

- Ваша светлость! – приглушенный и явно испуганный голос солдата заставил отвлечься от еды. Неужели люди братьев Крамер и здесь нас нашли? – Там огромная нора гигантского полоза! И чешуйку у входа нашли, черную!

Я тут же вспомнила, что это редкий цвет чешуек, которые служат для усиления любой другой магии при создании артефактов.

Солдат замер напротив герцога, взволнованно и с надеждой ожидая ответа на невысказанный вопрос.

- Ладно. Но только не заходите далеко, и при малейшем сотрясении почвы бегом назад!

- Благодарю, Ваша светлость! – широко улыбнулся солдат и убежал обратно.

Я заинтересованно поднялась, собираясь пойти просто посмотреть. Про рискованный сбор чешуек гигантских полозов в горах я слышала от Гертруды и Рауна. Но грозный окрик герцога заставил меня в бессильном раздражении сжать кулаки. Мне уже начинала надоедать эта непонятная гиперопека! Насколько я поняла, должно быть все наоборот. Меня для этого брали в услужение.

- Сиди здесь, Демиан! – опять наверняка попадешь в какую историю, а нам уже давно пора вернуться.

Злющая, я снова уселась на облюбованный камень и принялась с остервенением жевать бутерброд, даже не обращая внимания на взгляды герцога.

Снова вспомнив про Шушу, опять попыталась ее дозваться. Но вместо Шушиного тонкого голоска в голове я вдруг услышала заполнивший все закоулки моего мозга зевок, и земля подо мной, содрогнувшись, пошла трещинами.

Глава 35. Незваный гость хуже татарина

Герцог Сантерийский

Мне до сих пор не верилось, что мы смогли отразить нападение из засады. У братьев Гилмор тоже на службе имелись боевые маги Огня, но исконная магия их земли — именно водяная. Многочисленные реки, озёра и источники, их питающие, питали и магию, благодаря которой их урожай никогда не знал засухи, а водоёмы были полны рыбы. Живи да радуйся!

Но проблема заключалась в том, что Густав и Тимиан — близнецы. До сих пор неизвестно, кто из них родился на минуту раньше, поэтому они сначала вели борьбу между собой, кому считаться наследником рода Крамер, но, оказавшись на грани разорения, братья помирились и решили удвоить свои владения за счёт одного из соседей. И выбрали для завоевания именно моё герцогство, посчитав сбор и торговлю магическими чешуйками полозов наиболее прибыльным способом заработка. Пожалуй, в этом я с ними был согласен, но вот отдавать своё наследство вовсе не собирался.

Итак, очередная их вылазка окончилась неудачей. Но мне стоило насторожиться, так как, если бы ни одному из моих гонцов не удалось добраться до лагеря, неизвестно, чем бы всё закончилось.

Наше медленное продвижение по вязкой глинистой почве чрезвычайно раздражало. Если бы не экипаж, мы уже давно были бы на месте. И чем только думал Орм, решив приехать на место боевых действий, да ещё притащить с собой девицу? Не думаю, что он мечтал познакомить меня с ней. Признаюсь, по мне, в ней было лишь одно достоинство — это её молодость. Истинной же причиной визита виконта было его чрезмерное, поистине патологическое любопытство! Видимо, сильно его зацепила эта история с моей женой.

Я нахмурился. Оставленные в поселении на границе с рекой люди так и не смогли найти следов девушки. И я всё чаще подумывал о том, что она, скорее всего, утонула, пытаясь переплыть реку.

Копыта коней застучали по мощеной камнем подъездной аллее, и мои мысли переключились на более важную в данный момент тему. Сейчас быстро освежусь, перекушу и назад! Противник вполне может воспользоваться моим отсутствием и напасть снова, хотя я совершенно уверен в способностях Бьерна и полностью ему доверяю. Он, как и его отец, не раз доказывали делом свои знания ведения боя и верность нашей семье.

Вот я и дома. Спрыгнув с коня, отправил солдат с одним из слуг отвести коней на отдых, да самим отдохнуть, а затем последовал в замок. Нужно распорядиться, чтобы Хуго выделил покои господам, и за сим посчитаю свои обязанности гостеприимного хозяина выполненными.

Орм манерно подал руку своей невесте, помогая ей выбраться из экипажа. Огромная, с чёрными краями дыра на платье девушки напомнила мне о том ужасном происшествии, просто чудо, что маркиза не пострадала!

Поднявшись на несколько ступеней, я вспомнил о своем неугомонном личном помощнике. Демиан уже направлялся в сторону конюшни, когда я его окликнул. Перед моими глазами вдруг неожиданно всплыл момент, когда сбивший неприятеля конь резко остановился, а вылетевший из седла юноша не только не покалечился, но и умудрился, сделав кувырок через голову, приземлиться на ноги и проехать на них. И при этом посмотрел на меня так, словно ничего особенного не произошло!

Этот странный паренек вызывал во мне все больше вопросов. При том, что он казался слабым и ни к чему не приспособленным, у него неожиданно проявлялись удивительные способности! Вот, к примеру, взять то, как ловко он изготавливает полезные в быту артефакты. А теперь еще эта его невероятная ловкость!

Я тряхнул головой. Раскосые карие глаза внимательно и серьезно смотрели на меня, ожидая распоряжений.

- Пойдем со мной! Отдохнешь в замке, - лицо паренька удивленно вытянулось, а затем он начал что-то объяснять, размахиваясь руками и указывая на коня. Как я понял, он хотел отвести его на конюшню.

- Оставь его здесь. Я сейчас распоряжусь, чтобы его забрали, почистили и накормили, - и тут я стал свидетелем, как Демиан соскочил с коня, потрепал его по холке и… что-то сказал! Я стиснул челюсть. Не люблю, когда меня пытаются водить за нос. Неужели, Демиан может говорить?

- Ты что сейчас сделал? – мой напряженный голос явно выдал негодование.

И тут парнишка поворачивается ко мне и медленным плавным движением шлет мне… воздушный поцелуй! Мои глаза удивленно распахнулись, а лицо опалило жаром от смеси непонятных мне чувств, главным из которых было раздражение. Что этот мальчишка себе позволяет!? Но и этого мне было мало! Вслед за странным поведением помощника я слышу вежливое покашливание.

- Друзья мои! Я всё прекрасно понимаю, но зачем это делать здесь, на людях? – Я поднял голову. На верхней площадке лестницы стоял и довольно улыбался во весь рот виконт Грейсток, самый первый сплетник в округе. Как всегда, он в гуще событий!

Я сжал челюсти, чуть не испепелив взглядом зарвавшегося мальчишку, и махнул рукой в сторону входной двери.

Чмокнув коня в морду, тот, словно ничего не произошло, побежал по ступеням. Хотя, возможно, так и есть! Он не говорил с конём, а лишь поцеловал его, что мне и продемонстрировал.

- Попроси любого слугу отвести тебя в свободную комнату прислуги! Скажешь, что герцог распорядился! – бросил я мальчишке и, стараясь игнорировать насмешливый взгляд маркиза, направился в свои апартаменты.

Отдых мой оказался недолог. Собственно, отдохнуть я и не успел, так как с первого этажа донесся истошный женский визг! Неужели что-то опять приключилось с маркизой Адель Тейлор? Я выбежал из апартаментов, чтобы уже вскоре стать свидетелем невероятного происшествия!

Посреди коридора, напротив малой гостиной, придерживая руками оторванную напрочь юбку, стояла дочь соседа, графа Альмода Гилмора! Здесь же стоял и мой отец, а рядом с ним и отец Доротеи. Я еле успел заслонить собой Демиана.

- Граф Гилмор, Доротея, приношу искренние извинения за своего слугу! Парнишка сегодня впервые увидел смерть в бою, видимо, это так на него подействовало. Но он обязательно понесет наказание за содеянное! Его сейчас же выпорют на конюшне, - словно со стороны услышал я свой голос и скрипнул зубами. Дёрнув помощника за руку, велел следовать за собой.

Само собой, пороть я его не собирался. Что бы там ни произошло между ним и дочерью графа, уверен, злого умысла в его поступке не было. К сожалению, сам он рассказать не сможет, а девушка и соврёт, недорого возьмёт. Я видел, каким торжеством сверкнули её глаза, когда я сказал, что Демиана высекут.

Быстро объяснив конюху, что от него требуется, посоветовал мальчишке погромче кричать, а сам поспешил назад. На отдых оставалось совсем мало времени, беспокойство гнало меня назад, к оставленному гарнизону, но перед тем, как уехать, я хотел успеть встретиться с отцом. Мне всё больше и больше не нравилось то, что происходило в замке в моё отсутствие. Я ещё не успел разобраться, по какой причине совершенно спокойная и скромная девушка, молодая герцогиня, повела себя, словно помешанная, угрожая всем различными карами и своим отцом! Дочь бедного пастуха грозилась, что он со всеми расправится? Небылица какая-то!

И более того, каким образом её в одночасье спровадили, отправив в дом призрения, как буйнопомешанную? И это без моего на это дозволения! Пояснения отца мне не показались убедительными, оставалось ещё много вопросов. Но всё это придётся оставить до окончания военных действий с соседями.

А вот сейчас мне хотелось бы решить с отцом самый насущный вопрос: «Какого Великого полоза здесь делают отец и дочь Гилмор?!»

Этот вопрос я и задал, когда вызвал его в свой кабинет для конфиденциального разговора. Но он изначально пошёл не по плану, ведь я даже и слова не успел сказать, как отец сам накинулся на меня с обвинениями!

- Элиас! Ты заставляешь меня за тебя краснеть! Ты был недостаточно вежлив с графом и недостаточно внимателен к его дочери! Как хозяин замка и герцогства, ты мог бы проявить к ним больше внимания! – пока отец говорил, я успел выпустить пар и, когда он замолчал, задал только один вопрос:

- Зачем?

- Что зачем? – отец явно удивился, не услышав оправданий, а лишь этот короткий вопрос.

- Зачем ты привечаешь это семейство?

- Как это зачем? – лицо отца аж покраснело от возмущения. – Они наши ближайшие соседи!

- И?

- Что это значит? – снова вспыхнул отец. По мере того, как он все больше злился, я, наоборот, успокаивался, а в какой-то момент мне вся эта ситуация показалась даже комичной.

- У нас еще с трех сторон есть соседи. Но это же не значит, что мы должны их всех поселить у нас в замке? А с другой стороны, чего мелочиться? Может, я совершенно напрасно отстаиваю наши земли? Давай просто подарим их братьям Крамер? – я вопросительно поднял бровь, наблюдая за мыслительным процессом, отразившемся на лице родителя. И, пока он опять не начал что-то говорить, добавил: «Отец, будь добр, сделай так, чтобы к моему возвращению их не было в моем замке!»

- Но как же так, сын? Ведь тебе же нужно жениться!

- Моя жена не найдена мертвой, а значит, я еще женат! – развернувшись, я хлопнул дверью, считая разговор оконченным.

Попрощавшись с виконтом, кликнул солдат и послал лакея за Демианом. Вскоре мы уже мчались назад. Солнце светило ярче, и земля успела подсохнуть заметнее, но под верхней коркой еще оставалось достаточно влаги, чтобы маги воды могли использовать ее для нападения, ведь нас вполне могла ожидать засада.

Исходя из этого, я решил поехать другой дорогой, обогнув замок с другой стороны, и пройти по кромке горной цепи, где было сухо даже после сильнейших ливней.

Через некоторое время я объявил привал. Только теперь у меня появилось немного времени, чтобы поговорить с Демианом. К сожалению, о происшествии в коридоре замка расспросить пока не смогу. Только когда вернемся, попрошу его написать подробнее.

Но, по совести, меня во всей этой истории больше интересовала именно Доротея. Если мою жену не найдут, то она будет первой претенденткой на ее место. И думаю, что единственная.

Если окажется, что мне не судьба возродить былое величие своего рода благодаря возрождению утраченных моими предками способностей договариваться с Великими полозами, придется жениться на дочери графа Гилмора для увеличения территории.

Доротея — красавица, спору нет, но все же что-то меня в ней настораживает. Вот только что? Думаю, лишь Демиан сможет помочь мне в этом разобраться.

Глава 36. Минус одна тайна

Элея

Я мрачно смотрела на стелющуюся под копытами коня землю. Пятая точка уже была изрядно натерта за этот день и ощущалась как один большой синяк.

Я, конечно же, любила долгие конные прогулки по лесу. Но тогда, в моей прошлой жизни, это было для удовольствия, не спеша, и чаще всего шагом. Но сегодня, в первый раз, я была в седле почти весь день с очень маленьким отдыхом, который и отдыхом-то трудно было назвать. И ехали мы в основном галопом, лишь изредка переходя на шаг.

В голове у меня царил полный сумбур, спину жгло от задумчивого взгляда герцога, а попу от седла. Единственное, что меня немного бодрило и поднимало настроение, так это то, что уже скоро совсем я увижу свою Шушечку и смогу, наконец, поговорить с единственным человеком, кому могу более-менее доверять. Мне было что рассказать Бьерну, и я надеялась, что он сможет прояснить мне некоторые моменты.

Жаль только, что я не могу поведать ему о том, что я могу мысленно говорить с полозами. Да, теперь это можно сказать во множественном числе. До сих пор меня бросает в дрожь, как вспоминаю в своей голове ощущение чужого присутствия.

И это не был тоненький приятный голосок, как у моей Шуши. Это было ощущение распирания. Словно кто-то большой целиком занял мою голову и принялся ворочаться в ней, устраиваясь удобней, вытесняя меня саму на краешек собственного сознания.

Орлик оступился, и я сильнее вцепилась в повод, стискивая коленями его бока. Похоже, переход в горах закончился, и герцог, опередив нашу небольшую кавалькаду, повел нас вниз, в долину.

Я невольно засмотрелась на его ровную осанку и широкие плечи, мужчина держался в седле так уверенно, словно родился в нем. Растерянно моргнув, я отвела взгляд и успела заметить многозначительное переглядывание двух солдат. Стало противно, я смерила их хмурым тяжелым взглядом, которому меня также учил отец, и они смущенно потупились. Ну что ж, папуля был бы мной доволен!

Хотя… что-то такое уже мелькало на задворках моего сознания, никак не желая оформиться в более-менее ясную мысль, но сейчас получилось. Почему, несмотря на то, что похитители записали видео с моим участием еще в первый день моего пребывания в плену, отец так и не передал им за меня денег? И только через три дня бандиты решили простимулировать его решение, отправив один из моих пальцев. И ведь не окажись я здесь, неизвестно, что бы со мной стало!

Меня аж передернуло от ужаса, едва до меня дошло, что все же стало с моим телом. Если моя душа здесь, значит, тело мертво! И причиной смерти наверняка указали разрыв сердца от страха. А если в моем теле оказалась душа Элеи? Очень надеюсь, что нет. Бедная девушка! Муж в первую брачную ночь ее цепями к постели приковал, а потом еще и…

Я вздрогнула, отмахнувшись от этих мыслей. Правду я все равно уже не узнаю, так что себя предположениями изводить? Мне и так проблем хватает!

Орлик снова оступился. Дорога была усыпана мелкими камешками, но умный конь осторожно ставил ноги, так что мне оставалось довериться ему и лишь смотреть по сторонам, чем я и занялась.

Сердце встрепенулось, едва я разглядела впереди светлые полотнища палаток нашего лагеря. Радостно загомонили солдаты и заржали кони, заранее предвкушая долгожданный отдых. Герцог пришпорил коня, и мы последовали его примеру, ощутив прилив сил перед последним броском.

Оставив Орлика на попечение конюха, поспешила к своей палатке. Нырнув в ее уютный полумрак, я почувствовала себя почти дома. Практически без сил упала я на мягкий матрас и тут же в ужасе подпрыгнула, шаря по постели руками.

- Шуша! Шушенька, ты где?

- Охочусь я! – послышался немедленный отклик в моей голове, и я, облегченно вздохнув, снова рухнула на постель.

- Когда вернешься? Я соскучилась!

- Скоро! Еще съем пару мышей и приползу!

Я вздрогнула всем телом, представив себе подобный перекус, но в то же время почувствовала, что и сама проголодалась. Высунув нос из палатки, втянула воздух, но, к сожалению, запаха еды не ощутила. Или ветер дует в другую сторону, или обед мы пропустили.

Сообщив змейке, что тоже отойду поесть, подхватила свою посуду и поспешила к полевой кухне. В лагере, на первый взгляд, все было спокойно, да и на второй тоже. Похоже, пока нас не было, неприятель никак себя не проявлял. Вполне возможно, все внимание было сосредоточено именно на нашей делегации во главе с самим герцогом. Наверное, он оказался прав, и нас подстерегала засада на обратном пути. Вот только как это проверить?

Оказывается, из всех опоздавших на обед я оказалась самой не голодной, так как пришла на раздачу последней. Разумеется, герцога здесь не было, за его обедом пришел Бьерн. Я поневоле расплылась в счастливой улыбке, увидев его, и еле сдержалась, чтобы тут же не подбежать к нему. Мужчина тоже меня заметил и лишь подмигнул лукаво.

На обед был рассольник и кусок черного хлеба с толстым ломтем соленого сала. Вкуснотища! Получив свою порцию, я уселась тут же, рядом со всеми теми, с кем сегодня проделала этот в принципе не нужный и опасный путь. Я ела и грела ушки, прислушиваясь к разговорам.

Оказывается, солдаты уже успели нахвататься последних новостей, и из их разговоров я узнала, что угадала со своим предположением. На обратном пути нас поджидала засада! И герцог не зря так доверял Бьерну, ведь тот смог предусмотреть подобное развитие событий и устроил засаду на засаду.

В стороне от гарнизона был дан бой. К счастью, наши снова одержали победу и взяли в плен еще пять вражеских солдат. Теперь все ожидали большего по времени затишья, так как неприятелю придется менять тактику боя, а то и вообще отступить. Так думали многие, но они же и считали, что это победа не окончательная, пока братья Крамер не придумают что-то еще.

Заканчивая обед, я все посматривала на шатер герцога, ожидая, что после обеда он снова пошлет за мной. Но этого так и не случилось. Вернувшись к себе, я обнаружила на матрасе Шушечку! Моя красотка слилась по цвету с моей постелью, и лишь ее любопытные поблескивающие в полутьме глазки выдавали ее местонахождение.

Увидев меня, она загорелась своей обычной яркой расцветкой. Я осторожно подхватила ее на руки и прижала к себе, как самое родное в этом мире существо. Хотя, собственно, так оно и было!

Потом змейка мне поведала, что в мое отсутствие сюда дважды наведывались чужаки и копались в моих вещах. Шуша очень злилась, но боялась выдать себя и потому спряталась, за что я ее похвалила, сказав, что она мне будет куда полезнее в качестве разведчика.

Еще она сказала, что у меня ничего не украли и, вроде бы, ничего не подложили. Видимо, просто интересовались мной как помощником самого герцога. А может, говоря словами моего прошлого мира, искали компромат.

Проверив свои вещи, я убедилась, что все они на месте, а нового ничего не появилось. К тому же, не удостоверившись обычной проверкой, я маниакально проверила сам матрас, а также верх палатки на всякого рода «жучки» и подклады. Ничего не обнаружив, рассказала Шуше о встрече с ее старшей родственницей.

Рассказала, как, попытавшись связаться с ней, получила ответ от кого-то другого, и, по ощущениям, очень крупного кого-то. Что увидела, как земля подо мной идет трещинами, и почувствовала, как буквально взлетаю в небо, а земля комьями летит вниз, обнажая толстое, словно столетнее дерево, тело полоза.

Змей был антрацитово-черного цвета. Крупные, больше моей ладони, чешуйки лаково поблескивали на его теле, отливая темно-серым оттенком. Гигантский полоз медленно выползал из-под земли, складывая свое тело причудливыми кольцами, которые сверху выглядели, словно выскочившая пружина из какого-то механизма.

Страха как такового я не почувствовала, ведь ощущала контакт с черным полозом так, как со своей маленькой змейкой, с той лишь разницей, что сейчас я чувствовала благоговейное восхищение.

Полоз удивился, что человек его слышит, а я ответила, что являюсь проводником для Шуашшиши. Змей ответил, что рад этому и сообщит своим, что долгожданное событие наконец свершилось! Он попросил беречь малышку Шушу, а я ответила, что изо всех сил буду это делать, так как полюбила ее всем сердцем. А потом, потом я немного обнаглела и попросила полоза позволить моим спутникам пособирать выпавшие на землю его чешуйки. На что он мне ответил согласием.

После этого молчаливого диалога, который со стороны выглядел, будто я просто посидела, покачиваясь, верхом на полозе, он меня осторожно опустил на землю, а потом просто медленно уполз, аккуратно огибая испуганно замерших людей.

Проводив взглядом полоза, солдаты скрестили взгляды на мне. А я, будучи как бы немой, показала им своими действиями, что именно они могут делать. Присев на корточки, я подняла одну за другой три черные чешуйки. После чего солдаты с азартом последовали моему примеру.

Потратив некоторое время на поиск сбежавших лошадей, мы выдвинулись в путь. Солдаты возбужденно переговаривались, обсуждая, за сколько на ярмарке можно продать такое богатство и что потом купить на эти деньги.

Герцог же, ничего не сказав, просто смерил меня задумчивым взглядом и потом всю дорогу так на меня и посматривал. Мне показалось, что он решал, что теперь со мной делать, и я боялась, что после открывшейся этой моей тайны он просто так не отпустит меня на все четыре стороны.

Пообщавшись с Шушей, я решила посмотреть, что же происходит снаружи. А там уже постепенно темнело, и слышался аромат каши, готовящейся на ужин. А к шатру герцога шли солдаты с ведрами воды и деревянной лоханью. Увидев такую роскошь, мое тело тут же ужасно зачесалось, требуя не влажного обтирания, а нормального купания, да желательно с предварительным отмоканием.

Прождав около часа и не дождавшись, когда меня позовут, увидела только вышедшего из шатра Бьерна, подзывающего солдат. Через некоторое время они вынесли ведра с водой и лохань.

Я удивилась. Что такого произошло, что меня, даже не предупредив, попросту сместили с занимаемой должности? Неужели герцогу не понравилось, как я ему спинку терла в прошлый раз? Вернувшись в палатку, я все же дождалась Бьерна, заглянувшего ко мне на минуточку. Но все, что он мне смог сообщить, это то, что его светлость крайне задумчив стал после возвращения из сегодняшней поездки и про меня спросил только один раз.

Вечер прошёл скучно. Я поужинала в одиночестве, но к отдыхавшим, поющим и рассказывающим смешные истории солдатам не пошла, так как попросту боялась случайно выдать себя. Пододвинув матрас к выходу из палатки, завернувшись в одеяло и обняв свою любимую Шушечку, смотрела на костры, рассыпающие в темноте огненные искры, похожие на маленькие звездочки, и слушала грустные мелодичные песни.

Вдруг мое внимание привлекло движение в районе шатра. Тут же насторожившись, я приподнялась на локте, всматриваясь в темноту. Многого я не увидела, но фигура в длинном развевающемся платье, скользнувшая в шатер, сказала мне достаточно.

Глава 37. Под защитой

Элея

Ночь прошла спокойно, и следующий день тоже. Он был тихим, скучным и очень длинным. Я и в прошлой жизни не привыкла сидеть без дела, всегда находясь в гуще событий, а уж попав сюда, так и тем более, ежедневный стресс – наше всё!

Я весь следующий день ела, спала да болтала с Шушей. Бедная змейка очень много узнала о людях за этот день. Поначалу она слушала меня с любопытством, переспрашивая непонятные моменты и уточняя значение неизвестных ей слов. Но к вечеру она стала рассеянной и вскоре запросилась погулять да мышек половить на ужин.

Когда Шуша ушуршала по своим змейкиным делам, я совсем приуныла. Что-то совсем мое и без того шаткое положение ухудшилось. Несмотря на то, что меня не обижали и не загружали работой, я чувствовала, что что-то грядет. И вряд ли это будет что-то хорошее.

Общаться с солдатами свободно я не могу, чтобы не выдать, что я женщина. Как и не могу с ними купаться в реке. А из-за слишком пристального внимания герцога да странных взглядов, что он на меня бросает, уже и нехорошие слухи поползли, что мои услуги ему больше ночью нужны, чем днем. Но отчего так, если по ночам к нему «ночные бабочки залетают на огонек» и вроде бы нет повода для сплетен, я не знаю.

Когда я привычно забрала на раздаче свой ужин, один из солдат толкнул меня локтем в бок и, усмехнувшись, спросил: «Демиан, как оно, ну, это, с герцогом? Тебе отдельную палатку за это дали? Это он к тебе ходит или ты к нему?» - и издевательски засмеялся.

Я раньше не замечала за собой особой вспыльчивости, но в этот раз ярость буквально выплеснулась из меня в виде каши, вытекающей из-под надетой на голову шутника миски. Тот сначала опешил, но секунду спустя, взревев, набросился на меня. Мгновение, и он с тем же ревом, переходящим в жалкое поскуливание, уже распластался на земле. А я, оседлав его, зажала его руку в болевом приеме.

На несколько секунд вокруг нас воцарилась мертвая тишина.

- Демиан, успокойся, отпусти его! – голос Бьерна привел меня в чувство, и я растерянно моргнула, озираясь по сторонам. На лицах окруживших нас мужчин было написано удивление пополам с шоком.

Я с трудом заставила себя разжать руки. А Бьерн буквально стащил меня с поверженного противника. Когда тот, болезненно морщась и бормоча под нос проклятья в мой адрес, поднялся с земли, я чуть не присвистнула. Остряк, оказывается, был почти в два раза крупнее меня.

Оглядев меня, а затем и его, Бьерн обратился к зачинщику этого происшествия.

- Я полагаю, что ты сказал Демиану что-то очень обидное, что он так отреагировал. Что именно?

Солдат втянул голову в плечи и бросил на меня злой взгляд.

- Не скажешь, у Демиана спрошу! – пригрозил Бьерн.

В ответ солдат только издевательски усмехнулся: «Он не сможет сказать!»

- На то и был расчет? Так? Обидеть слабого, кто ни словом, ни делом ответить не сможет? Но вот кое в чем ты прогадал! – усмехнулся старый солдат. – Демиан не умеет говорить, зато он прекрасно обучен грамомоте!

Дебошир побледнел.

И не думай, что из-за больной руки ты получишь послабление. В наказание пойдешь дренажную канаву рыть. Будет тебе наука, как более слабого товарища оскорблять!

- Да не товарищ он мне! А подсти…, - не договорив, солдат раненной птицей отлетел на несколько метров.

- Только еще что скажи, и уже не ты, а для тебя будут рыть яму! – буквально прорычал гарнизонный кашевар. Добродушный здоровяк, с легкостью справляющийся с мешками продуктов и огромными котлами.

Оскорбивший меня солдат побитой собачонкой торопливо покинул «поле брани». Бьерн разогнал любопытных зевак и постарался меня успокоить.

Я поблагодарила кашевара, что вступился за меня, пожала ему руку и улыбнулась. Затем подняла свою посуду, валявшуюся на земле, и поспешила к себе в палатку, чтобы, воспользовавшись запасом воды во фляжке, помыть ее.

- Демиан, возвращайся! Я тебе оставлю еды! – крикнул мне вслед кашевар, а я в ответ кивнула.

Чуть позади меня шел Бьерн.

- Демиан, нам нужно поговорить, - его голос был серьезен, и я почувствовала, что разговор пойдет вовсе не о недавнем происшествии.

Наклонившись, я сделала вид, что поправляю сапог.

- Бьерн, тебе лучше не приходить в мою палатку! И так обо мне какие сплетни ходят! Даже герцога не побоялись приплести, чего уж тут…

- Я понял, - так же тихо ответил мужчина, - но что же делать? Разговор серьезный. Хотя… - он многозначительно замолчал, а я, заинтригованная, обернулась. Мужчина смотрел на меня и в то же время не на меня.

- Что?

Он растерянно моргнул.

- Я придумал! Вскоре Его светлость выйдет к солдатам, чтобы поблагодарить и наградить особо отличившихся в недавнем столкновении с противником. Тебе придется прийти в шатер, якобы для работы. Вот там и поговорим!

***

Я успела неспеша поужинать, когда объявили общий сбор и построение. Солдаты быстро и со знанием дела строились на импровизированном плацу, в ожидании поглядывая на шатер. Я тоже, сидя в своей палатке, тайком делала это. Но вот полог откинулся, и герцог твердым шагом направился к своему войску, и еле успела спрятаться, когда его взгляд, словно невзначай, скользнул по моему убежищу.

Герцог остановился перед войском и заговорил. Все внимание было приковано к нему, а это означало, мне пора! Выйдя из палатки, я спокойным шагом, но с деловым видом направилась к шатру. Внутри меня уже должен был ждать Бьерн, так оно и случилось.

Когда я вошла, старый воин стоял у стола с картой и что-то там сосредоточенно изучал. Увидев меня, подошел ближе.

- Отлично! У нас мало времени, поэтому отвечай коротко и… правду! Только тогда я попробую тебе помочь. Но если ты мне не доверяешь, то, извини, выпутываться будешь сама.

Я с трудом сглотнула, предвидя очень неудобные вопросы.

- Что за история с антрацитовым полозом? Что произошло? Ты с ним разговаривала?

Я открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная из воды, не зная, что на это ответить.

- Прежде чем я услышу неправильный ответ, поясню, если ты этого не знаешь, - мужчина вперил в меня цепкий, словно рентген, взгляд. – Великие полозы никогда не появляются на поверхности, когда там люди. С ними можно случайно столкнуться на поверхности, но, если они слышат, что над ними люди, они никогда не покажутся. Ты его вызвала? Да?

Я с трудом сглотнула, чувствуя, как сильно пересохло от волнения во рту. Было ясно, как день, что мужчина уже знает этот самый честный ответ. И я не хотела даже пытаться его обманывать, боясь потерять расположение и доверие этого человека. Но как признаться и при этом не выдать Шушу? Должен ведь у меня остаться на крайний случай хоть один «козырь в рукаве»!? «Слишком доверчивые долго не живут», - так любил говаривать мой отец. И, кстати, он же меня учил говорить полуправду.

- Да, это сделала я. Наверное. Я очень много слышала об этих волшебных полозах, видела чешуйки и даже с их помощью творила волшебство! Но вживую не видела никогда! Поэтому тогда я просто подумала, что очень бы хотела увидеть Великого полоза, и земля пошла трещинами, - тише добавила я и подняла глаза на старого вояку.

Его глаза сияли от радости, и широкая улыбка озаряла лицо мужчины, делая его моложе. Он поднял дрожащую руку и неловко пригладил свои знаменитые усы.

- Все же это ты! Ты жива, Элея! Слава Великому полозу, ты жива!

Глава 38. Трудный выбор

Элея

Настроение было хуже некуда. Вот уже неделю я почти безвылазно сидела в своей палатке, словно изгой. Нет, меня больше никто не пытался задирать, скорее, наоборот. Меня старались обходить стороной и даже не встречаться взглядом.

Та недавняя история наглядно показала, что внешность обманчива. В моем случае так уж точно! Знали бы они все, знали, что под внешностью паренька-доходяги, оказавшегося очень неплохим борцом, скрывается хрупкая девушка, вот уж когда бы у них все шаблоны полетели!

Усмехнулась, глядя в грязно-зеленый потолок палатки. Я лежала на опостылевшем мне матрасе и уже в который раз гоняла в голове все, что со мною случилось за время моего попаданства. Получается, так или иначе, я бы оказалась в подобной ситуации.

Даже не попади в гарнизон, а благополучно доберись я до города, куда и направлялась, мне все равно пришлось бы некоторое время жить под личиной парнишки. И опасаться мне было бы нужно не только преследования герцога, но и того, что меня может любой обидеть, а то и что похуже.

Как мне рассказал в один из наших тайных разговоров Бьерн, женщины, не имеющие защитника-мужчину, или, на худой конец, денег и титула, могут стать легкой добычей всякого рода стервятников, падких на свежее молодое «мяско» юных девушек. А уж с моей новой внешностью оказаться подобной добычей было только делом времени.

И даже если представить, что я, очнувшись в кровати герцога в цепях, не запаниковала бы и не устроила скандал, то, оставшись в замке, наверное, вскоре сама бы оттуда сбежала. Уж к кому, но к мазохистам я себя точно не причисляю. А сбежав, оказалась бы в подобном положении, что и сейчас. Замкнутый круг какой-то получается!

Сверкнув своими самоцветными чешуйками, мне на грудь ловко заползла Шуша.

- Ну что там? - я все эти дни скучала, развлекая себя собиранием с помощью моей самоцветной подружки сплетен и пытаясь узнать, по какой причине герцог устроил мне байкот. Но его шатер, похоже, был защищен не только от несанкционированного вторжения, но и от подслушивания, поэтому информацией о причине, по которой я попала в немилость, я так и не разжилась.

Признаться, мне понравилось ведение хозяйства с помощью магии, и я была бы не против продолжить такого рода непыльную службу.

Особо ценных сведений мне Шуша не приносила, но зато веселила их интерпретацией. От нее же я узнала, что солдаты с чего-то решили, что я незаконнорожденный сын Бьерна, именно поэтому он меня так опекает. А вот слухи, что я любовник герцога, прекратились, но якобы причина этого мне нравилась куда меньше.

По мнению этих сплетников, я поставила герцогу условие, что пока он со мной, чтобы с женщинами дела не имел, а он не уступил мне, приглашая к себе в шатер каждый вечер новую жрицу любви. И теперь я, как обиженка, кисну у себя в палатке, лишь изредка выползая за едой.

Змейка завозилась у меня на груди, устраиваясь поудобнее. Серединка ее тушки была заметно толще, и я поморщилась, постаравшись не думать, кем сегодня она пообедала.

- Рассказывай, не томи! – мысленно потормошила я Шушу, чувствуя, что она решила вздремнуть после сытного обеда.

- Недавно главный самец и твой друг Бьерн приехали на «конь» с той стороны, откуда прилетал жидкий огонь и длинная вода. Я слышала, как главный самец смеялся, а потом сказал: «Все хорошо, скоро домой». А потом друг Бьерн спросил, что он решил насчет Демиана? Главный самец сказал, что решил, и сегодня же все скажет тебе сам.

Я аж подскочила от этой новости, в последний момент на лету поймав Шушу, осторожно опустила ее на свой матрас, а сама вылезла из палатки. Я чувствовала ужасное волнение, и мне хотелось ходить из угла в угол, как муж роженицы, в ожидании появления наследника.

Узнав, что по поводу меня уже принято какое-то решение, буквально не находила себе места, желая поскорее узнать его, и надеялась, что герцог меня отпустит. В идеале, хотелось бы к дембелю получить хоть какое выходное пособие на первое время, пока не найду себе работу.

На небо набежали сизые тучки, обещая дождь. Свежий ветерок ерошил мои волосы, практически не продувая одежду. Между лопатками ужасно зачесалось, и я скрипнула зубами от невозможности почесать себе спину. Мундир был слишком жесткий для этого, но зато он надежно маскировал мои девичьи формы. И все же, от меня давно бы неприятно пахло потом, если бы не мои ежевечерние обтирания тела влажной тканью.

Остаток дня и вечер прошли в тщетном ожидании того, что меня вызовет к себе герцог и вынесет решение о моем дембеле, или как это у них здесь называется. Но вот уже на темном ночном небе, так и не пролившемся дождем, высыпали чужие звезды, собравшись в незнакомые мне созвездия. То там, то здесь загорались в лагере костры. Поняв, что сегодня уже точно я ничего не узнаю, поплелась в палатку.

Какие-то минут десять перед сном я блаженствовала, избавившись от жесткого, похожего на корсет, солдатского мундира, с ностальгией вспоминая то время, когда щеголяла в просторных штанах и рубахе. Взгрустнулось, едва я вспомнила о доброй Гертруде и ребятишках, а потом и о девушке из дома призрения, прислужнице Марте. Я очень надеялась, что с ними все хорошо, и что мне обязательно выпадет возможность отблагодарить их.

- Демиан! – я вздрогнула, бросив взволнованный взгляд на зашнурованный вход в палатку. – Ты еще не спишь? Нам бы поговорить. Выйдешь? – Бьерн говорил тихо, и я, приблизив лицо к тонкой матерчатой стенке палатки, шёпотом попросила подождать.

Я быстро надела ненавистный мундир и, распутав шнуровку на входе в палатку, вышла наружу. Неподалеку горел костер, мечущиеся красно-желтые языки пламени освещали профиль пожилого мужчины.

Я скользнула к расстеленному на земле плащу и, усевшись рядом с правой рукой герцога, подобрала к груди колени, пряча в них нижнюю часть лица, чтобы случайному зрителю было не видно, что я что-то говорю. Мы несколько дней назад придумали такой способ общения.

В темноте, в неверном свете костра и такой моей позе, со стороны могло показаться, что мы просто сидим рядом, а Бьерн мне что-то рассказывает. Прятаться не имело смысла, тем более, слишком уж много было кругом глаз и ушей, а так, практически на виду, мы уже не вызывали такого болезненного интереса.

- Ну, что ты решила? – в который раз с того дня, как Бьерн все понял, задавал он мне этот вопрос.

- Все то же! Я не собираюсь становиться игрушкой этого развратника и садиста!

- Я все же не верю, чтобы его светлость мог приковать тебя к кровати цепями! – громким шепотом в сердцах воскликнул мужчина, взмахнув руками, и я на него зашикала.

- По-твоему, я вру? – тут уж я возмутилась, выныривая из коленок.

- Спрячься! – сверкнул он на меня глазами.

- Я прекрасно помню, как толстенький краснощекий мужчина снимал с меня цепи, а потом меня связали рукавами смирительной рубашки и посадили в черную карету. А важный господин сказал, что от бесноватой ему не нужны внуки.

- Элея, ты и правда ничего не помнишь? Ни мажордома Хуго, ни отца его светлости? – мужчина повернул ко мне свое лицо, и в неверном свете костра мне на секунду показалось, что это мой отец.

- Нет, Бьерн, не помню. Помню только, как проснулась в цепях и очень испугалась.

- Да, странно все это! Я с самого детства знаю молодого хозяина и ни разу не замечал за ним жестокости.

- Все когда-то случается в первый раз, - философски изрекла я и пожала плечами. Мужчина не нашел, что мне возразить.

- Бьерн. Что герцог решил со мной сделать? С тех пор, как мы вернулись из той поездки, он ни разу меня не вызвал. Тогда зачем я ему? Может, он меня отпустит на все четыре стороны? – я невольно задержала дыхание в ожидании ответа, но мужчина все молчал. Я медленно выдохнула, сдуваясь, словно проткнутый воздушный шарик. И когда уже не надеялась на ответ, Бьерн заговорил.

- Он не отпустит тебя, Элея.

Я вздрогнула и похолодела.

- Его светлость считает, что потерял жену, а вместе с ней возможность возродить род «говорящих с полозами». Но он видел, как это делаешь ты. Вернее, понял, что ты это умеешь, а это значит, что работать с ними придется тебе. Как это будет происходить, я не знаю. Его светлость слишком молчалив в последние дни и не делится со мной своими мыслями. Но одно я тебе скажу точно: тебе не избавиться от него, Элея. Ты будешь рядом с ним, и если не в качестве его жены, то в качестве «говорящего с полозами». Ты готова всю жизнь носить мужскую одежду и молчать? Или всё же ты признаешься его светлости, что ты и есть она? – Бьерн пристально посмотрел мне в лицо, а его серьезный взгляд и плотно сжатые губы дали мне понять, насколько всё серьезно. – Подумай еще. Но утром ты должна дать ответ, ведь от него зависит вся твоя дальнейшая жизнь! Доброй ночи! – Взъерошив мне ласково волосы, мужчина ушел в темноту.

Глава 39. Большой исход

Элея

- Демиан, - хриплый голос герцога царапнул по моим оголенным нервам, вызвав толпы мурашек. Как давно я не слышала его голоса, и как, оказывается, по нему соскучилась. – Я тебя пригласил сегодня, чтобы сообщить…, - мои ладошки мгновенно вспотели, и я еле сдержалась, чтобы не вытереть их о штаны.

Герцог прошелся, как бы в раздумье потирая руки, и бросил взгляд на замершего у входа в шатер верного слугу.

- Бьерн, ты можешь идти!

Старый солдат мазнул по мне внешне равнодушным взглядом, но на его переносице резко выделились две вертикальные складки, что говорило о сильном волнении мужчины, и вышел из шатра. И мне, как ни странно, стало чуть легче, едва я подумала, что все же в этом мире есть люди, которым я небезразлична, а значит, не все так плохо.

Эти мысли придали мне моральных сил, и я расправила плечи, прямо и уверенно посмотрев на герцога. Я уже на автопилоте использовала натренированное во время игры в покер умение не показывать на лице свои эмоции, тщательно пряча их глубоко в себе, за «окнами» своих глаз. Поэтому, хотя в душе я буквально плавилась от неконтролируемых моим глупым сердцем эмоций к этому синеглазому блондину, лицо мое оставалось бесстрастным.

- Я был не прав, Демиан, признаю, - эти слова герцога были для меня полной неожиданностью, и я позволила себе чуть приподнять одну бровь, как бы прося пояснений к сказанному.

- Я посчитал, что ты слишком юн и, извини…, слаб, - добавил он тише, следя за практически нечитаемыми эмоциями на моем лице, так как иначе не мог услышать от меня честного ответа. Ну, в моем случае совсем не мог, что, видимо, и сам понимал. – Но ты показал себя смелым, находчивым и сильным воином! И ты мог бы остаться в гарнизоне, и вскоре заслужить для своего рода Русток не только вознаграждение, но и славу. Но ты, оказывается, обладаешь одним, поистине бесценным для моих земель даром. Ты умеешь говорить с Великим полозом!

Я неопределенно пожала плечами, вроде и не отказываясь, так как он сам был этому свидетелем, но и не вполне соглашаясь, так как не представляю, чтобы такая махина меня с чего-то бы да послушалась.

- Да, я это видел и знаю. Но, видимо, ты и сам только что узнал об этом своем даре, поэтому его нужно развивать! «А посему я решил отправить тебя учиться в Магическую академию!» — произнес он торжественно и широко улыбнулся, сверкнув ровными белоснежными зубами. Не заметив на моем лице ожидаемой радости и как-то по-своему интерпретировав ее отсутствие, добавил. - Ты прав. Вряд ли кто из профессоров может тебя обучить овладеть этими знаниями, так как в моих землях это сейчас самый редкий дар. По большей части тебе придется учиться по книгам. Но я уверен, ты справишься.

Я не выдержала, скептически хмыкнула и изобразила рукой ползущую змею, а потом, пожав плечами, развела руками, как бы спрашивая, где взять змею для практики?

- С этим мы что-нибудь придумаем, - поняв мою пантомиму, пообещал герцог.

Снаружи протрубил горн, и я взволнованно посмотрела на мужчину.

- Не волнуйся, нападения нет! Еще вчера вечером войска неприятеля покинули свои позиции и ушли вглубь своих земель, а утром разведчики подтвердили, что это вовсе не обманный маневр, они точно ушли. Поэтому сейчас мы сворачиваем лагерь и идем домой. Ты едешь с нами. Потом переночуешь в замке и в сопровождении Бьерна отправишься в Академию.

Я продолжала стоять безмолвным истуканом, явно нервируя герцога. Еще бы, попробуй вести монолог с молчащим и никак не реагирующим на твои слова человеком.

Не дождавшись от меня хоть какой-то реакции, герцог отпустил меня, велев собирать вещи и седлать своего коня.

Кивнув, я вышла из шатра и только тут поняла, что под конец разговора почти совсем перестала остро реагировать на близкое присутствие этого брутального красавца. Хотя, с другой стороны, своя рубашка во всех смыслах ближе к телу. И я, конечно же, волновалась, что будет со мной на новом месте. Опять кому-то что-то доказывать! Да еще, не имея возможности говорить и снова притворяясь кем-то другим. Честно говоря, я уже не знала, сколько еще выдержу. Тем более здесь я хотя бы могла довериться хоть одному человеку и поговорить с ним, а в Академии я буду совершенно одна! Хотя… Шуша! Я ведь должна взять с собой свою змейку! Кстати, где она?

Я вползла в палатку, оглядываясь и мысленно зовя ее. К счастью, она оказалась на месте, прячась позади матраса и высунув на мой зов свою любопытную мордашку.

- О-о-о, как хорошо, что ты здесь! Я аж испугалась, что ты далеко уползла охотиться, и я не смогу тебя дождаться. Сейчас мы снимаемся с места и уходим! Военные действия закончились. И, представляешь, герцог отдает меня учиться в Магическую академию!

- М-м? – послышалось вопросительное, и змейка выше приподняла свою разноцветную головку.

- Ну, это такое место, где учат магии. А меня будут учить разговаривать с полозами!

- Что? – пискнула кроха, и ее вертикальные зрачки на миг стали почти круглыми.

Я тут же поняла весь комизм ситуации, и сама прыснула со смеху. Снаружи раздался второй сигнал горна. Видимо, солдат торопили со сборами. Со всех сторон был слышен смех и шутки. Все были рады, что, наконец, можно отправиться по домам.

Я принялась торопливо собирать в седельные сумки свои немногочисленные вещи, догадываясь, что третий сигнал горна будет означать выступление войска. А у меня, так сказать, конь не валялся, ну, то есть, еще не был оседлан.

Полог палатки с шелестом откинули, и внутрь заглянул Бьерн.

- Ой! Извини, Элея! Ты могла быть не одета. Совсем об этом не подумал. Общаясь с одними солдафонами, я совсем о манерах позабыл, - браво подкрутил он свой белый ус.

Я бросила взгляд в сторону змейки, но, к счастью, она успела спрятаться за матрас, и мужчина ее не заметил. Я только прикрыла вторую сумку, не став ее завязывать, так как собиралась на лежавшее сверху лоскутное одеяльце положить Шушу.

- Готова?

Я кивнула.

Мужчина, глубоко вздохнув, сел на край матраса и серьезно посмотрел мне в лицо.

- Все же не рассказала?

- Нет, - ответила я тихо и отвернулась, почему-то чувствуя себя в чем-то виноватой перед ним. Хотя… Он же волновался за герцога, хотел, чтобы тот был счастлив, чтобы исполнилась его мечта насчет породистых… Ой, одаренных детишек. А тут я все порчу. Но, так или иначе, я была очень благодарна старому солдату, что он меня не выдал.

- Ну, надеюсь, ты знаешь, что делаешь! – тяжело вздохнул он, но больше ничего не добавил, а, покачав сокрушенно головой, встал и ухватился за край матраса, выволакивая его наружу.

Я мысленно охнула, ища взглядом Шушечку.

- Мы что, опять на «конь» поедем? – недовольно проскрипело в моей голове, и я удивленно огляделась, не видя вокруг себя ничего, кроме примятой травы. Но один клочок зелени вдруг пошевелился и подполз ко мне.

- Ну надо же! Тебя совсем не заметно! – восхитилась я, подхватывая змейку на руки и сажая на одеяльце. – Вот, смотри, Шуша, сбоку стоит фляжка с водой, я ее не стала закрывать. Если пить захочешь, языком сможешь достать?

Уверив меня, что сможет, Шуша свернулась пружинкой, приготовившись терпеть пытку тряской при поездке на «конь».

Я поспешно вышла из палатки, перекинула сумки через плечо и поспешила на конюшню.

Когда горн пропел в третий раз, я уже была в строю верхом на своем Орлике. Впереди стоявшие кони взмахнули хвостами, словно сверкнули стопарями, и процессия сдвинулась с места. Мне было бы очень интересно посмотреть, как выглядит наша растянувшаяся, наверное, с километр, колонна.

Причем, на конях были далеко не все. Из-за этого, да и из-за тянувших походную кухню и подводу с продуктами тяжеловозов, шли мы медленно, довольно часто останавливаясь.

Вскоре я стала буквально задыхаться от пыли, что поднималась из-под копыт впереди идущей в авангарде части войска. По счастью, вскоре подъехал Бьерн и суровым голосом приказал мне следовать за собой.

- Я успела в чем-то провиниться? – тихо шепнула я.

- Поедешь со мной впереди, чтобы пылью не дышать. А рявкнул, чтобы снова сплетни не пошли. Пока ты здесь не появился, то есть не появилась, - смущенно поправился мужчина, - не предполагал, что мужики такие же сплетники, как и бабы! Ой, извини!

Я хихикнула.

А потом остаток пути мы ехали молча, так как неподалеку гарцевал на вороном скакуне сам герцог, снова время от времени бросавший на меня нечитаемые взгляды, что, честно говоря, сильно нервировало. Неужели ему мало тех женщин, что каждый вечер приходили к нему в шатер в последние семь дней?

Сколько времени он с каждой проводил, я не знаю, и не думала следить. А вот удовлетворить свое любопытство, чтобы узнать, придет к нему сегодня очередная гетера, я просто была обязана! Наверное, мне это было нужно для того, чтобы напомнить своему глупому сердцу, что внешность в мужчине – это не главное! А вот такой мужчина, который меняет женщин как перчатки, не может быть верным мужем, и ему нельзя доверять. Я уж не говорю про цепи в постели!

На недолгих стоянках я отпускала Шушу поохотиться, а в пути мы с ней мысленно разговаривали. Змейка, приняв цвет седельной сумки, высовывала из-под ее клапана свою любопытную мордашку и расспрашивала меня обо всем, что видела. Сначала мне было даже интересно, но потом я устала, захотев побыть в тишине в собственной голове. К счастью, моя почемучка тоже утомилась и уснула. А я задумалась о том, что ждет меня дальше.

Само собой, я вовсе не собиралась прожить остаток отпущенной мне новой жизни в образе мужчины и «дрессированной немой зверюшки» герцога, но и сейчас бежать было бы самоубийством, так как меня быстро бы догнали.

Но я решила поступить хитрее, сбежать, получив в Академии так необходимые мне знания. Тогда мне будет куда проще спрятаться, замаскироваться, затеряться и жить уже своей жизнью.

Что же касается самого обучения и взаимоотношений с будущими соучениками, я прекрасно понимала, что легко мне не будет. Подростки вообще довольно жестоки, а определив самого слабого, стараются его всей «стаей» забить. А уж если учесть, что я буду казаться среди парней самым тщедушным, да к тому же безответным задохликом, то поставить мне себя будет нужно с первого дня. Иначе… Об этом мне не хотелось думать.

На ночлег мы остановились уже в полной темноте. И сделали это практически под стенами замка. Наутро планировалась раздача вознаграждения за участие в сражении, а затем солдаты разъедутся по своим домам до того момента, когда герцог снова созовет всех под свое знамя.

Как сообщил мне за ужином Бьерн, я должна буду сутки провести в замке, отдохнуть и подготовиться к поездке в Академию. Моя подготовка будет заключаться в том, что портной герцога сошьет мне несколько костюмов, а также мне дадут все необходимое для обустройства своего быта в общежитии.

Палатки ставить не стали. Ночь была теплая, а небо безоблачное. Я укуталась в свое лоскутное одеяло, подложив под голову одну из седельных сумок. Вернувшаяся с вечерней охоты Шуша юркнула ко мне за пазуху и принялась согревать приятным ровным теплом.

Я закрыла глаза и попыталась уснуть. Почему-то вспомнилась та странная ночь, когда лил дождь и ко мне в палатку пришел герцог. Как он лег позади меня, прижавшись ко мне спиной.

Вдруг я ощутила чье-то присутствие, но вместо того, чтобы открыть глаза, зажмурила их еще сильнее. Рядом прошелестела тихо трава, и позади меня кто-то лег, прижавшись к моей спине жарким телом.

Глава 40. Дембель

Элея

Утро встретило меня щебетанием птиц и ощущением пустоты за спиной. Ясное дело, что «таинственная грелка» не пожелала, чтобы ее увидели, ретировавшись еще до побудки. Я свернула свое одеяльце, уложила его в сумку и мысленно позвала Шушу. Она мне ответила, что охотится в отдалении, так как шумные солдаты всех мышей распугали.

Попросив ее поторопиться назад, глотнула воды из тыквенной фляжки и умылась. В воздухе стоял гомон мужских голосов. Вояки складывали свои походные постели и обменивались планами на вечер. Кто-то собирался сразу после получения оплаты ехать домой, а кто-то планировал забуриться в питейное заведение и хорошенько отметить окончание военных действий. Только я сидела в гордом одиночестве, начиная сильно тяготиться вынужденным «обетом молчания», и это при том, что по жизни я очень общительная.

Гул голосов стал громче, мужчины становились на носки, вытягивая шеи в одном направлении. Вскоре и мне стала ясна причина их волнения. Послышался топот копыт, и недалеко от меня остановилась черно-белая, похожая расцветкой на домино, карета. Рядом спешились одетые в синюю с золотыми позументами ливрею стражи. Став с грозными лицами по бокам дверцы, открыли ее, выпуская маленького пожилого человечка с седыми волосами и седыми густыми, похожими на филина, бровями. Окинув столпившихся у кареты солдат цепким взглядом живых серых глаз, скомандовал неожиданно сильным голосом:

- Первыми выстраиваются в очередь для получения денежного вознаграждения на верную службу его светлости те, у кого фамилия начинается на литеру «А»! Все прочие, садитесь и ждите! Потом также на литеру «Б» и так далее. – И, словно потеряв интерес ко всему окружающему, поддерживаемый одним из охранников, вернулся в карету и уселся на низенький стульчик.

Перед ним появилась горизонтальная дощечка, напоминающая откидной столик. Зашуршав бумагой, важный человечек снял скрепляющую ленточку со свитка и, развернув его, бросил из-под бровей суровый взгляд. – Ну, где же те, у кого фамилия начинается на литеру «А»? Если нет таковых, перейдем к литере «Б»!

Солдаты резко отмерли и забегали, словно суетливые муравьи, выстраиваясь в очередь. Те же, кому предстояло долгое ожидание, снова расположились на траве, доставая игральные кости и нечто, напоминающее карты из моего мира. Мне же, с фамилией, начинающейся по документам с буквы «Р», похоже, тоже предстоит долгое ожидание.

- Ну что, скучаешь? – рядом со мной остановился Бьерн, и я поспешно вскочила на ноги, едва сдержавшись, чтобы от избытка чувств не обнять его. За эти дни я очень привязалась к старому вояке и уже не представляла, как останусь одна, без его ненавязчивой отеческой опеки.

Я, улыбаясь, кивнула, стараясь взглядом выразить всю степень моей радости от встречи с ним. Мужчина, покачав головой, хмыкнул и подергал за свой белый ус, словно проверяя его на надежность.

- Нам пора! Ты готова? – поняв, что случайно проговорился, быстро осмотрелся по сторонам. Но кругом сейчас стоял такой гвалт, разбавляемый периодическим позвякиванием монет в выдаваемых мешочках, что, само собой, его никто не услышал. – Идем, тебе уже приготовили комнату и… ванну! – добавил он заговорщицки и широко улыбнулся.

- Ванну! – в восторге прошептала я и поспешно закрыла рот рукой, ругая себя за то, что раньше времени расслабилась.

И тут же мое сердце взволнованно екнуло. Шуша! Она все еще охотилась, а мне уже нужно было уходить! Я не знала, что мне делать. Несмотря на то, что старый солдат очень по-отечески ко мне относился и даже не выдал своему воспитаннику и хозяину, но наличие личного говорящего полоза, боюсь, изменит его точку зрения, и он расскажет герцогу, кто я такая!

- Шуша! Шуша, ты где? – поспешила я связаться с неугомонной змейкой, которую вечно где-то носило.

- Я ползу назад. Что-то случилось?

- Да, за мной пришел Бьерн и прямо сейчас поведет меня в замок герцога, поскорее возвращайся, а то мы с тобой потеряемся. Я постараюсь потянуть время. Если что, ищи меня по дороге к замку! Да осторожно, не попадись кому под ноги.

- Спешу! – пискнуло мне в ответ.

- Элея, что-то не так? – мужчина взволнованно посмотрел на меня. Наверняка на моем лице отразилась растерянность во время разговора со змейкой.

В ответ я слегка мотнула головой и присела на корточки, делая вид, что копаюсь в сумке. А сама, еле шевеля губами, пожаловалась:

- Вчера я неудачно соскочила с коня и подвернула ногу. Думала, за ночь пройдет, а сейчас наступила, и снова прострелило. Не знаю, как за Орликом идти, - я виновато посмотрела на Бьерна.

- О-о-о, это ерунда! Я схожу, мне не трудно! Жди, я сейчас!

- А ты помнишь, как выглядит мой конь? – успела я прошептать.

- Обижаешь! – хмыкнул усач и направился в ту сторону, где паслись стреноженные кони.

Я с облегчением выдохнула. Минут пять у нас было.

- Шуша!

- Я здесь! – пискнуло у меня в голове, и по моему телу практически невесомо скользнуло что-то длинное и теплое, но… невидимое.

Остановилось это нечто, повиснув на моей шее на манер ожерелья. Я скосила глаза вниз, но ничего не увидела, хотя небольшую тяжесть и тепло по-прежнему ощущала.

- Шуша, это ведь ты у меня на шее?

- А что, есть варианты? – голос мелкой рептилии был какой-то… пьяный!?

Так и захотелось ей сказать: «А ну-ка дыхни!»

- Почему я тебя не вижу?

- Элея, ты что, забыла? Я ведь могу повторять любой цвет, на котором нахожусь, - нет, определенно змейка была пьяна! Говорила она понятные вещи, но вот манера говорить…

- Шуша! Где ты успела так налакаться? – она же в ответ икнула, и вполне себе так, довольно громко. Это разговаривала змейка мысленно, а вот все остальные звуки были вполне себе материальные.

- Проползала мимо солдат. Ну и заглянула к одному из них во фляжку. Очень уж пить хотелось. Ты же меня торопила, вот я и отпила из фляжки этой невкусной, горькой воды, - и она снова икнула. Ну и, конечно же, в это время вернулся Бьерн, ведя в поводу моего верного Орлика.

Конь радостно заржал, привычно тычась в мою руку своим бархатным носом, в поисках подачки. Но у меня сейчас ничего не было, так как войско со вчерашнего дня считалось распущенным и снятым с довольствия.

Словно поняв, о чем я думаю, Бьерн потрепал коня по бархатной холке и пообещал, что скоро его хорошенько накормят и даже тщательно вычистят.

Ощущая у себя на шее непривычное теплое «ожерелье», покосилась на мужчину. Несмотря на заверения змейки в ее полной невидимости для окружающих, я все же волновалась, что ее заметят. Но, судя по тому, как Бьерн несколько раз посмотрел прямо на меня и ничего не заметил, я успокоилась.

На коня я не вскочила, а, можно сказать, заползла, да и то с помощью мужчины. Увидев, что я неуверенно топчусь на месте, приноравливаясь к стремени, Бьерн решил, что это я из-за вывиха лодыжки, и осторожно подсадил меня. А я всего-навсего боялась, что от резкого движения с моей шеи свалится пьяная Шуша.

Окинув прощальным взглядом своих недавних сослуживцев, я тронула поводья.

- Жалование тебе выплатят в замке, - тут же пообещал Бьерн, не совсем верно истолковав мой взгляд.

Недолгая поездка рысью, огибая полукругом ажурную ограду замка, и вот мы уже въезжаем на его территорию. Но въехали мы не там, где в прошлый раз, не по тенистой аллее. Этот въезд был куда скромнее и, судя по проехавшей за нами следом телеге, груженой овощами, предназначался в основном для доставки продуктов.

Я осторожно слезла с коня и отдала поводья конюху, снимая с Орлика седельные сумки. К нам тут же подбежал мальчик-лакей, поспешно забирая из моих рук ношу. Да уж, если так обхаживают какого-то мальчишку, интересно, как станут кланяться и стараться услужить герцогине? Вдруг подумала про герцога, о котором, как ни странно, не вспоминала с момента своего пробуждения, ведь моя голова была занята предстоящими проблемами. Его не было видно сегодня утром, наверное, уже вернулся в замок и нежится в пенной ванне. Сразу же дико зачесалось все тело, просто моля о горячей воде и мыле!

На сей раз в холле нас встретил мажордом и, стрельнув в меня любопытным взглядом, что-то зашептал Бьерну. Тот кивнул и махнул мне рукой, подзывая.

- Идем! Провожу тебя в твои покои. Горячая ванна тебя уже ждет, - улыбнулся он широкой улыбкой опытного искусителя. И я невольно прибавила шаг. Мужчина удивленно приподнял бровь: - Что, уже не болит? А то я уж доктора хотел к тебе послать.

Я отрицательно замотала головой и несколько раз подпрыгнула на месте, отчего моя затянутая в мундир грудь пришла в движение, чуть ли не разорвав опостылевшие оковы.

- Ну и чудесно! – обрадовался Бьерн. - Отдыхай, мойся, к полудню тебе принесут еду, а затем заглянет личный портной герцога снять мерки. - Мужчина повернулся уходить, да так и застыл на месте. До него дошло, что он сейчас сказал.

- Портной! – просипел он и громко сглотнул, глядя на меня расширившимися глазами.

Я его испуг прекрасно понимала. Более того, я его ощущала, так сказать, всеми фибрами души. Но тут мне в голову пришла идея! Поняв, как я смогу избежать примерки, широко улыбнулась и подмигнула побледневшему мужчине.

- Что-то придумала? - шепнул он.

Я кивнула.

Облегченно выдохнув, Бьерн указал в самый конец коридора.

- Крайняя левая дверь. В обед я к тебе зайду! - легонько хлопнув меня по плечу, тихо насвистывая, он скрылся в боковом коридоре.

Я же, предвкушающе вздохнув, направилась в указанном направлении, когда не пойми откуда, словно привидение, выпорхнула дочь соседа герцога. Как ее там, кажется, Доротея. Та самая, из-за кого меня чуть не выпороли. Ну прямо-таки прописалась она здесь.

- Опять ты? - тихо прошипела она. Вот кто здесь настоящая змея! - Что ты здесь делаешь?

Вопрос, конечно, риторический, так как я, по логике, ответить ей не могла. Но самое главное, я не понимала, что она ко мне так привязалась? Неужели ревнует к герцогу? Вот только есть ли основания для этого? Он что, и правда к юношам неравнодушен? Хотя ко мне он не приставал, если не считать странных взглядов, да что спали два раза спина к спине. Или считать?

- Что молчишь? Язык проглотил? - ее голубые глаза зло прищурились. - Ах да! - с досадой прошептала она. - Ты же у нас немой! Тем лучше!

Не успела я и моргнуть, как эта блондинистая стерва резко рванула на себе лиф воздушного нежно-розового платья. Но с первого раза он не поддался, и она рванула еще раз! А потом и более нежную кисейную ткань пышной юбки.

Ощущение первого шока схлынуло, и я оглянулась в надежде, что наверняка кто-то из слуг видел этот беспредел. Но, как назло, коридор был пуст. Зловредная красавица, отчего-то старавшаяся испортить мне жизнь, нахально улыбнулась, наслаждаясь моей растерянностью и своим триумфом, видимо, уже заранее предвкушая, как сейчас укажет на меня пальцем сбежавшемуся народу.

Пальцем. Пальцем. Точно! Тут уже мое лицо озарила широкая торжествующая улыбка. И я, подняв руки, показала дочери графа свои ладони.

Глава 41. Черный конверт

Герцог Сантерийский

Старый дуб, посаженный, наверное, одновременно с окончанием строительства родового замка моим прадедом, доходил своей кроной до четвертого этажа, где были мои покои. Окна которых выходили как раз на сторону главных ворот. И в моей спальне и малой гостиной было бы совсем мрачно из-за густой кроны зеленого великана. Но я ежегодно заставлял слуг прореживать ветви, что оставляло и желанную тень в жаркий день, и давало мне возможность не прячась наблюдать за подъездной аллеей и еще дальше.

Именно сейчас я это и делал. Я стоял у окна и смотрел вслед двум всадникам, удаляющимся прочь от замка. Они уже проехали аллею, выехали за ворота и теперь направлялись в сторону Магической академии имени моего деда, основавшего ее.

Я не вышел проститься с парнишкой, не смог спокойно смотреть на него и произносить банальные, приличествующие этому случаю напутствия. С тех пор как этот красивый юноша появился в моем гарнизоне, я не знал покоя. Мне все время хотелось смотреть на него. Меня просто завораживали его движения, мимика, но больше всего то, что, оказывается, я сильно его недооценил в самом начале, приняв за слабого, трусливого и безвольного. А я крайне редко ошибаюсь в людях.

Не зря же говорят, что по внешности не судят. И да, его внешность оказалась очень обманчивой. Худощавая фигура, яркая красота и эти раскосые, словно у лани, глаза, очень напоминающие глаза моей пропавшей жены. Вот только характер у парнишки оказался боевой, чего я вовсе не ожидал. И мое подозрение, что Демиан — никто иной, как моя пропавшая жена, развенчивалось день ото дня.

Элея не смогла бы так долго скакать верхом в мужском седле, не смогла бы так ловко перекувырнуться в воздухе и приземлиться на ноги после падения с лошади. Не сумела бы она и победить в схватке с огромным детиной. Да, как ни странно, далеко не каждый опытный солдат смог бы это сделать.

А еще это виртуозное владение магией чешуек Великого полоза! Я помню, как на них смотрела Элея, оказавшись в замке, — удивленно и с опаской. Я не помню, чтобы она, будучи еще моей невестой, вообще прикасалась к ним. Все простые операции с чешуйками делали служанки. Правда, далеко не так невероятно эффективно, как это делал Демиан.

Перед моим внутренним взором вновь встало его лицо, и я зло скрипнул зубами. Не знаю, что это было за наваждение, но с тех пор, как я почувствовал странную тягу к этому парнишке, у меня перестало получаться с женщинами. Я каждый вечер приглашал другую девицу, но спустя малое время они уходили с тяжелым кошелем, выданным за молчание, и затаенной усмешкой на губах. И все же, так или иначе, слухи потихоньку расползались по гарнизону.

Скрипнув, поднимаясь, креслом-качалкой, в которое я, задумавшись, уселся, направился в гостиную. Стрелки больших напольных часов показывали девять утра, время завтрака. Едва я протянул руку, чтобы открыть дверь, в нее постучали.

Мажордом, то бледнея, то краснея, с низким поклоном протянул мне конверт и быстро ретировался. Только бросив на послание взгляд, я понял, от чего так разволновался Хуго. Конверт был черным. Именно в таких конвертах принято оповещать о дурной новости, но чаще всего о смерти родственника, чтобы получивший этого черного вестника успел морально настроиться и приготовить нюхательные соли.

Единственный мой близкий родственник, мой отец, сейчас ожидал меня за завтраком, значит… Элея! Я схватил со стола нож для корреспонденции и, чуть не порезавшись, вскрыл конверт.

Витиеватым, но вполне разборчивым почерком в письме сообщалось, что ниже по течению реки было выловлено тело молодой девушки с короткими темными волосами, одетое в белое простое платье. Точнее опознать тело возможности не имеется, так как оно сильно объедено рыбой и раками…

К горлу мгновенно подкатила тошнота. Я бросился к письменному столу, чуть подрагивающей рукой наливая в стакан воды. Судя по описанному состоянию тела, девушка погибла как раз примерно в то время, когда Элея сбежала из дома призрения.

Все надежды были напрасны. И былую славу моего рода уже не возродить. Хлебнув из стакана пустоту, удивленно посмотрел в него. Я даже не заметил, как выпил всю воду. Бросил взгляд на часы. Четверть десятого. Дурной тон так опаздывать к столу.

Положив письмо в верхний ящик секретера, поспешно покинул свои покои. Войдя в гостиную, нахмурился, но тут же постарался придать лицу доброжелательное выражение. Я совсем забыл, что у нас гостят, а точнее, совсем загостились, дочь и отец Гилмор.

Извинившись за опоздание, вызванное безотлагательным делом, принялся за еду. В гостиную шел разве что соблюсти традицию, выпив всего лишь чашку крепкого чая, но витавшие над столом ароматы пробудили вдруг дикий аппетит, еще более усилившийся ужасной новостью. Про письмо я старался сейчас не думать, но, так или иначе, мысли сами возвращались к нему.

В скором времени мне предстоят похороны, а затем все же придется подумать о другой жене. Не думаю, что баронство Крамер оставит мои земли в покое, а защищая их, можно как-то раз и не вернуться. Поэтому моей обязанностью было как можно скорее озаботиться появлением наследника. Вот только где найти достойную жену?

Кто-то за столом невольно звякнул прибором о тарелку, и я машинально вскинул взгляд, который удобно улегся в уютной ложбинке между грудей Доротеи. Упругие полукруглые близняшки мерно вздымались и приковывали к себе внимание. А и правда, почему хотя бы не рассмотреть ее кандидатуру? Красива, даже очень красива, образована, и земли наши рядом. Пожалуй, отец был не так уж и неправ. Я с трудом оторвал взгляд от глубокого декольте платья девушки и перевел его на ее лицо.

Доротея смотрела на меня из-под прикрытых век. Ее длинные темные ресницы трепетали, словно крылья бабочки. В штанах неожиданно стало туго, что до крайности меня удивило, особенно в свете последних неудач. Я ответил на ее взгляд и улыбнулся. Пожалуй, в первый раз после нашего знакомства.

- Леди Доротея, позволите ли мне сопровождать вас на прогулке после обеда?

Пожалуй, этому предложению удивились все трое. Сама девушка, чуть приподняв в удивлении бровь, кивнула.

- Буду очень рада вашему обществу, благодарю за приглашение, ваша светлость.

Оба отца многозначительно переглянулись, но я не собирался кому бы то ни было что-то объяснять. Своему отцу объясню позже и наедине.

Промокнув губы салфеткой, извинился, что не попробую вместе со всеми десерт, сославшись на то, что мне нужно отправить срочное письмо. Перевел взгляд на Доротею, пообещал, что вернусь как можно скорее, чтобы иметь удовольствие показать ей наш сад. За что удостоился легкой улыбки.

Подозреваю, что гостья уже успела изучить его вдоль и поперек, но подобная прогулка под присмотром родителей была единственной возможностью узнать лучше свою возможную вторую жену.

Выйдя из гостиной, я нашел Хуго и спросил его о посыльном. Оказалось, что тот ждет ответного письма в холле. Пожурив дворецкого, что тот не догадался накормить человека, получил в ответ обиженный взгляд и привычно покрасневшие щеки, говорившие о том, что их хозяин оскорблен в лучших чувствах.

- Гонца накормили на кухне, ваша светлость! А теперь он ожидает ответа на письмо.

- Хорошо, передай, что скоро будет ответ. Зайди ко мне в кабинет, я его передам через тебя.

В ответном письме я распорядился, чтобы тело моей жены подготовили для погребения, плотно заколотив его в домовине. Как я понял из письма, что само тело уже узнать невозможно. Но мне достаточно было совпадения по примерному времени смерти, длине и цвету волос, а также длинному белому платью. Не думаю, что похожие девицы толпами пытаются переплыть эту широкую реку.

Вручив Хуго письмо для посыльного, я сообщил ему, что за известие было в черном конверте, и приказал подготовить все для погребения и прощания с молодой герцогиней через два дня.

По полным розовым щекам мажордома скатилось несколько слезинок.

- Жалко госпожу! – всхлипнул он. – Она добрая была, слуги успели ее полюбить. – Шмыгая носом и утирая рукавом лицо, он понес ответное письмо посыльному.

А я задумался. Слишком мало времени я знал Элею, чтобы полюбить. Возможно, не стоило торопиться со свадьбой, дав возможность получше узнать друг друга. Но теперь что уж об этом. Зато мне не так тяжело ее потерять, только легкая грусть да сожаление о потерянной возможности возрождения родовой магии.

Покинув кабинет, я направился в гостиную, чтобы сопровождать Доротею на прогулку. Затем мне предстоит разговор с отцом.

Глава 42. Модельер поневоле

Элея

Оказавшись в своей временной комнате, я закрыла изнутри дверь на защелку, я поспешно разделась и со стоном счастья погрузилась в горячую воду! Некоторое время, закрыв глаза, я просто отмокала, стараясь ни о чем не думать. Мне нужно было просто отдохнуть и перезагрузиться. Пару раз в мою дверь кто-то толкнулся и быстро ушел. Честно говоря, меня возмущала эта беспардонность, похоже, здесь не очень-то принято стучаться.

Вскоре я почувствовала, что вода стала прохладной, и с тяжелым вздохом взялась за баночку с пастообразным мылом и мочалку из специального сорта тыквы. Да, это не мой мир, и горяченькой водички из крана не подольешь, так что приходилось торопиться. Я могла бы, конечно, подогреть воду чешуйками, но вскоре должен был явиться портной, и мне следовало поторопиться.

Натершись мочалкой до скрипа кожи и вымыв голову, я вытерлась, с сожалением натянув на себя осточертевший мундир. Хотя, с другой стороны, его плотная ткань хорошо скрывала мои очень даже женственные формы.

Отперев дверь и выглянув в коридор, обнаружила подпирающих стену четырех лакеев в зеленой с золотыми лампасами ливрее. Я заметила одну интересную вещь. Лакеи в этом замке носили одежду разных цветов, и, как я предположила, и обязанности у них были разные. Эти же, отвесив легкий поклон уважения, как к гостю хозяина замка, вычерпали воду из лохани и вынесли ее и саму купальную емкость, которую я проводила грустным взглядом.

Похоже, именно возможности, когда угодно и сколько угодно принимать ванну или душ в этом мире мне будет очень не хватать! Едва за лакеями закрылась дверь, в нее поскреблись. Я насторожилась. Кто знает, может быть, это Доротея наточила коготки и явилась ко мне опробовать их остроту!?

Я замерла. Вот ведь досада, даже не могу спросить: «Кто там?». Но визитер сам догадался представиться.

- Я портной Его светлости герцога Сантерийского! – голос за дверью мог принадлежать как мужчине, так и женщине. Но если не «портная», а «портной», значит, это мужчина. И с меня будут снимать мерки… А этого никак нельзя допустить!

Я молча распахнула дверь.

Ну что сказать, внешность вошедшего вполне соответствовала его голосу. Нечто такое высокое, напоминающее комплекцией жердь в кружевах, с пышными кудрявыми волосами канареечно-желтого цвета и в ядовито-зеленом костюме.

Не выдержав сего зрелища, я даже хмыкнула. И даже интересно стало, это чудо себя в зеркало хоть раз видело? Или предпочитает одеваться исключительно наощупь? Но даже если оно умеет шить, то модель и цвет своих костюмов я выберу сама!

Щеголь поклонился.

- Ваша милость, его светлость предупредил меня, что вы, как бы это сказать, - он стрельнул в меня виноватым взглядом и, выпростав из-за спины руку, молча протянул мне лист бумаги и чернильную ручку.

Я с облегчением вздохнула, о такой мелочи я как-то не подумала, а ведь придется такой набор и в академии с собой носить! До чего же неудобно.

Присев за стол, я быстро написала портному свое условие. Ну, во-первых, я настояла, чтобы мерки снимались с меня исключительно в одежде, отчего тоненькие, словно ниточка, бровки портняжки от удивления скрылись под канареечными кудрями.

- Моя беда – моя яркая внешность, - вздохнув, пожаловалась я этому щеголю. – Поэтому я ни перед кем не раздеваюсь! Особенно перед такими красавцами, как вы, сударь! – категорично заявила я в очередном письме, наблюдая, как растерялся портной. Но затем он понял, что именно его я назвала красавцем, и довольно зарделся.

- Ну что вы! Как вы могли подумать, да я никогда… Но… Благодарю вас, молодой человек, очень лестно! – окончательно растерялся мужчина и захлопал длинными ресницами, а я чуть не отшатнулась, скрестив за спиной пальцы и надеясь, что он не из этих и я не перестаралась с комплиментами.

- Давайте приступим! А то у меня очень мало времени! – напомнила я портному о цели его визита. – И еще. Эскизы моделей одежды я набросаю вам сам! – Я поставила в конце последней фразы жирный восклицательный знак. Эти расшаркивания да письменные пояснения меня уже изрядно утомили.

Тонкие светлые бровки вновь взлетели, скрывшись под желтым каскадом кудрей, а левый глаз заметно задергался. Почему-то мне кажется, что он меня никогда не забудет.

- Как вас зовут? – вздохнув, устало нацарапала я уже не таким симпатичным почерком.

- Лестер, ваша милость! – и он изящно поклонился, отставив одну ногу в тяжелом на вид башмаке, украшенном желтым большим помпоном, в сторону.

- Лестер, надеюсь, вы меня поймете! Я завтра еду поступать в Магическую академию.

- Поздравляю вас!

Я остановила рукой поток его вежливых речей.

- Комплекцией, вы сами видите, я далек от стати Его светлости.

- Что вы! Вы само изящество!

- Возможно, - написала я, хмыкнув, и продолжила строчить: - Но в среде молодых людей ценится мощь, сила и ловкость. Первым и вторым, как видите, я не обладаю. Поэтому прошу вас сшить мне вещи в точь, как будет изображено на эскизах! А пока можете снять мерки! – Я с облегчением выдохнула, отложив ручку, в которой все никак не заканчивались чернила, и потрясла кистью. Давно я так много не писала.

Портной ловко извлёк из зелёного заплечного мешка, который я даже не сразу заметила, портновский метр и принялся меня измерять, записывая всё на маленькой дощечке.

Окончив, он указал мне на мой листок.

- С нетерпением ожидаю ваши эскизы, ваша милость!

Я перевернула лист, на мгновение задумалась, и моя рука привычно запорхала, делая быстрые наброски. Я бы в прошлой жизни выбрала профессию модельера, но не хотела, чтобы меня принимали за одного из этих. Да и обидно, что в красивых нарядах будут щеголять и без того женственные красотки, а на мне все эти наряды... Ну, не будем о грустном.

В результате я изобразила несколько отдельных вещей. Это была свободная рубашка с длинными рукавами, с резинкой на запястьях и пышными манжетами по местной моде. Ничего менять здесь я не стала. Воротник-стойка меня вполне устраивал, тем более что у меня не было, естественно, кадыка, и подобный воротник удачно маскировал это несоответствие мужскому полу.

Потом я изобразила свободного силуэта камзол со спущенным плечом и косой застёжкой. Затем последовали штаны, напоминающие наши лосины. Ноги у меня были красивые, но не хватало одной важной детали! Поэтому я попросила сделать в районе паха изнутри небольшой кармашек, в который я могла бы подкладывать свернутый в несколько слоев кусок ткани.

Поняв, что именно я рисую, портной выпучил глаза и икнул. Я не стала ему ничего пояснять, думаю, как мужчина он меня поймет! Обувь для себя я попросила заказать башмачнику такой модели, как у солдат, солидно и практично, без всяких излишеств в виде бантов или помпонов.

И когда уже портной вроде бы с облегчением вздохнул, рассчитывая как можно скорее сделать от меня ноги, я продолжила рисовать. Мужчина икнул и выпучил глаза, глядя, как я изображаю очень даже обычные в моем мире мужские боксеры взамен длинных и жарких в это время года подштанников.

Ну и последним моим ноу-хау стал широкий «пояс», истинное назначение которого портной не узнает. Шириной пояс получался в тридцать сантиметров, и ткань должна была на него пойти плотная, а вторая часть «пояса» состояла из местного аналога резинки для трусов — такой же ширины тянущейся ткани. Потом я собиралась модернизировать это изделие, являющееся по моей задумке бюстгальтером наоборот! Да, эта вещь должна была не подчеркивать мою грудь, а наоборот, утягивать ее!

Особенно я настаивала, чтобы цвет этого «пояса» был в тон кожи. Что же до всего остального, я написала, что моя одежда может быть белой, черной, серой, синей и бутылочно-зеленой. Но ни в коем случае не кричащих оттенков! Портной немного сник, но согласно кивнул. Видимо, этими инструкциями я подрезала крылья его фантазии.

Потом Лестер, кланяясь, ушел, заверив меня, что несколько костюмов и обувь будут готовы уже к утру. Оставшись одна, я основа закрылась изнутри, но все же не решилась раздеться. Стоило столько времени себя истязать, чтобы проколоться в последний момент!?

Мысленно обратившись к Шуше, которая, едва мы оказались в замке, незаметно соскользнула с моей шеи и скрылась в кустах, я убедилась, что с ней всё в порядке. Наевшись в конюшне мышей, змейка сейчас отдыхала на сеновале. И я решила, что пора и мне отдохнуть!

С сожалением покосившись на выглядывающий из-под вышитого золотыми узорами синего покрывала краешек белоснежной постели, я растянулась, как была в одежде, на кровати, не разбирая ее, и мгновенно уснула.

Разбуженная стуком, я поднялась и, пошатываясь, натыкаясь спросонья в полутьме на немногочисленную мебель, открыла лакею, толкавшему перед собой тележку с ужином и двумя тяжелыми подсвечниками с двумя свечами, один из которых он поставил на мой стол.

Отпустив слугу, я в предвкушении открыла куполообразные крышки, которыми было закрыто каждое блюдо. В итоге мой скромный ужин состоял из пышного омлета, двух жареных перепелов и чего-то, напоминающего жульен из грибов. Вместо хлеба были маленькие булочки, а запить все это богатство предлагалось кружкой какао!

Судя по напольным часам, сейчас было восемь часов вечера. Неужели у них всегда такой поздний ужин? За окном было почти темно, а в комнате еще темнее. Обычно я так поздно дома никогда не ужинала, а уж тем более такими плотными и калорийными блюдами. Но, резонно предположив, что вряд ли в академии меня будут кормить хотя бы на половину так, махнув рукой, решила наесться напоследок, о чем совсем скоро пожалела.

Несмотря на удобную, прямо-таки воздушную постель, в которую я нырнула, полностью раздевшись, я долго не могла уснуть, чувствуя неприятную тяжесть в переполненном желудке. И слышала, что снова, как днем, кто-то пытался открыть дверь моей комнаты. Мне стало жутко. И я опять похвалила себя, что предусмотрительно закрыла дверь на щеколду, а еще придвинула к ней большую напольную вазу. Если кто-то умудрится открыть дверь, то эта толстобокая расписная бедняжка пропоет по себе поминальную тризну.

К счастью, несмотря на мои опасения, больше меня никто не побеспокоил, а рано утром, едва я успела одеться, как явился портной. Сегодня у него был наряд, состоящий из фиолетового камзола и оранжевых лосин.

Не знаю, какой из него портной, но модельер из него просто никакусенький! Он был совершенно не искушён в вопросах подбора цветовых сочетаний в одежде и, вероятно, даже не имел представления о том, как определить цветотип человека. Поэтому я была рада, что смогла чётко ограничить его выбор цветов.

Как ни странно, но костюмы получились просто великолепные! И их было не четыре, а пять! А кроме того, из них вполне можно было комбинировать другие сочетания.

Пояс вышел ровно таким, как я хотела, и мне не терпелось как можно скорее примерить свой лайфхак для придания моей фигуре необходимых очертаний, и при этом заменить плотную ткань мундира дышащим хлопком.

Две пары черной обуви меня вполне устроили. Но особенно меня порадовали трое трусов – боксеров! И мне просто не терпелось поскорее примерить всю эту красоту! Широко улыбаясь, я с чувством потрясла руку портного, благодаря за чудесно проделанную работу.

И тут в приоткрытую дверь заглянул Бьерн. Настороженно бросив взгляд на поклонившегося ему портного, улыбнулся мне.

- Ну что, готова?

Я кивнула, а потом, скорчив печальную мордашку, указала в район желудка, показывая, что голодна.

- Да, я тоже еще не завтракал. Я распорядился, чтобы здесь накрыли завтрак на две персоны. Поедим, и сразу выдвигаемся.

Портной тихо выскользнул за дверь. Я открыла было рот, чтобы что-то спросить у мужчины, но он показал мне знак молчать и, наклонившись к самому моему уху, прошептал:

- У стен есть уши, а у этого замка они особенно большие! В академию я еду один тебя провожать, так что поговорим по дороге. Мне нужно о многом тебя предупредить!

Глава 43. Академия

Элея

В белоснежные, словно принадлежавшие не мужской магической академии, а институту благородных девиц, ворота, мы въехали ближе к полудню. Бьерн достал из внутреннего кармана камзола какую-то бумагу и показал ее стражам. Те бросили на моего спутника уважительный взгляд, а затем с любопытством уставились на меня, при этом указав нам направление в сторону административного корпуса.

Наши кони зацокали по белоснежным плитам аккуратной дорожки, ведущей между яркими клумбами и белоснежными скамейками прямо к такому же белоснежному зданию. Надеюсь, внутри него будут и другие цвета, а то пока мне казалось, что мы находимся на территории больницы из моего мира, настолько стерильным здесь все выглядело. А еще разительно отличалась архитектура зданий академии и двух знакомых мне замков.

Наша дорожка шла прямо от ворот, а справа и слева от нее радиальными лучами расходились дорожки к жилым и учебным корпусам. Я с ностальгией вспомнила свою учебу в техникуме.

На территории академии было безлюдно, и, кроме нас, лишь садовник где-то за кустами громко щелкал ножницами, отчего кони взволнованно прядали ушами.

Судя по еще довольно раннему времени, шли занятия, чему я была рада. Мне требовалось время, чтобы осмотреться и настроиться на встречу с желчным тестостеронистым молодняком, с которым мне теперь придется какое-то время выживать. Хотелось бы надеяться, что недолгое. Но тут уж как пойдет.

Бьерн остановился у ступеней трехэтажного административного корпуса и спешился. Я мысленно окликнула Шушу и поторопила ее переползти на меня. Змейка высунула из седельной сумки свою острую мордочку и, «понюхав» языком воздух, скользнула мне в рукав, щекотно спустилась вниз и, обвив собой мою талию, замерла совершенно незаметной под темно-синим камзолом.

Мы с ней решили, что пока я не разведаю, что здесь к чему, Шуша будет прятаться под моей одеждой, не используя свои камуфлирующие способности. Ведь кто знает, вдруг здесь найдутся ученики или преподаватели с настоящим сканирующим взглядом.

Оставив коней у коновязи, мы поднялись по широким каменным ступеням. Они были такие же белоснежные, как и само административное здание, белые и идеально отполированные. По такой красоте даже страшно было подниматься, хотя на мои новые полусапожки, большие напоминавшие гриндера, грязь еще не успела пристать.

- Ну, проходи. Все помнишь? – я вздрогнула и, увидев перед собой распахнутую дверь, быстро проскользнула внутрь и, оглянувшись, кивнула.

За несколько часов пути из замка герцога мой наставник старательно вколачивал мне в голову инструкцию выживания в мужском серпентарии. Ведь, как следовало из его слов, отношения в мужском коллективе мало чем отличаются от женского, разве что тем, чем именно меряются соученики. Девушки, как правило, красотой, а мужчины силой да ловкостью. А у меня в этом теле не было ни первого, ни второго. Была лишь хитрость, с помощью которой мне и предстояло выкручиваться.

Холл здания был излишне большим и пустым. Из него вверх шла широкая лестница, покрытая странной, похожей на стриженый газон, ковровой дорожкой. Травинки казались такими нежными и хрупкими, что мне было жалко на них наступать.

Я было дернулась пройти по самой кромке у мраморных перилл, но Бьерн, грозно сдвинув брови, цыкнул на меня, указав глазами на место около него. Я осторожно ступила на зеленую красоту и обернулась, чтобы увидеть, как травинки тут же расправились, словно на них никто и не наступал.

- Я тебе что говорил? Всегда думай, как бы поступил на твоем месте настоящий парень! Ну, если ты, конечно, не хочешь рассекретить себя в первый же день!

Я почувствовала, что мои щеки краснеют, и опустила голову. Вот на эту реакцию своего организма я повлиять, увы, никак не могла. В остальном Бьерн, конечно, был прав, ни один мужчина и даже мальчишка не будет думать о какой-то там травке!

Мы поднялись на последний, третий этаж, и у меня аж челюсть чуть не отвалилась! Поначалу мне показалось, что мы оказались в обычном лесу! Трава, цветы, белые облака плывут под высоким голубым потолком, а вдоль стен растут самые настоящие деревья! Только обычные квадратные окна выбиваются из общей композиции.

Бьерн, мягко ступая по пружинистому дерну, невозмутимо направился по коридору, а я, открыв рот, поспешила за ним. Мало того, что зелень здесь была самая настоящая, так в ветвях деревьев еще пели птички!

— Это что такое я слышу? – в моей голове прозвенел удивленный голосок моей змейки. И я мысленно коротко пересказала ей, что вижу перед собой.

- Ого! А мне уже нравится в этой твоей академии! Пусти осмотреться, вдруг здесь и мышки водятся! – я почувствовала, как теплый «поясок» вокруг моей талии ослаб и как будто исчез. Я тихо охнула и посмотрела себе под ноги, опасаясь, что Шуша упала на траву и я сейчас на нее наступлю.

- Дотронься рукой до дерева! – услышала я новую инструкцию, и тут же меня позвал Бьерн. Он постучал в дверь, которая практически полностью имитировала кору дерева, и сделал мне «страшные» глаза, поторапливая.

Я поспешно положила руку на ветку ближайшего дерева и сделала вид, что поправляю обувь. Шуша быстро проползла в рукаве моего камзола и, слившись цветом со стволом дерева, перебралась на его ветку.

Тем временем дверь открылась, и Бьерн шагнул внутрь кабинета, а я поспешила следом.

***

Мое зачисление в студенты Магической академии прошло без сучка и задоринки! Ректор академии, смуглый жилистый мужчина средних лет и довольно приятной внешности, быстро пробежал глазами рекомендательное письмо, которое ему протянул Бьерн, а затем с интересом перевел взгляд на меня.

- Ну, давайте знакомиться, молодой человек! Я – ректор академии Маркус Трой, а вы, как я понимаю, юный баронет и дальний родственник герцога Элиаса Сантерийского? – ректор вопросительно посмотрел на меня, по всей видимости, ожидая ответа.

- Демиан Русток! Ваше сиятельство, дело в том, что юноша нем, поэтому он не может ответить на ваш вопрос, - пояснил Бьерн, и тут же добавил, - но, уверяю вас, это ни коем образом не отразится на усвоении учебного материала!

- Ну, если так, то добро пожаловать! – улыбнулся ректор, но его глаза были серьезны. Наверняка сейчас размышляет, кто я такой, что за меня просит, по сути, сам хозяин академии.

Кивком попрощавшись с ректором, мы вернулись к коновязи. Бьерн снял с Орлика седельные сумки, и перекинул их мне через плечо.

- Ну, пора прощаться! Из его глаз ушла привычная смешинка, и сейчас они были совершенно серьезны. – Надеюсь, все мои наставления ты хорошо запомнил! Ты знаешь, я не одобряю твоей затеи, но, если считаешь это правильным, действуй! Я постараюсь навещать тебя, как смогу часто. Ну, сынок, давай прощаться! – мужчина неожиданно крепко обнял меня, и похлопал по плечу. – Держись! – добавил он совсем тихо, и украдкой вытер пальцем скатившуюся из глаза слезинку. Я сама еле сдерживалась, чтобы не зареветь и не броситься к нему на шею.

С момента моего попадания в этот мир, этот мужчина единственный, кто с теплом ко мне отнесся, и даже не выдал меня своему хозяину, а продолжает помогать!

- За Орлика не беспокойся, он будет ждать тебя в тепле и сытости в конюшне герцога! – улыбнулся старый солдат.

А я поняла для себя одно, что с Орликом я больше не увижусь, если собираюсь сбежать. Потому крепко обняла его за стройную бархатную шею, и погладила.

- Прощай, друг! – прошептала ему в самое ухо.

***

Спустя полчаса я, в сопровождении похожего на бородатого карлика – кастеляна, входила в жилой корпус академии. Всего их оказалось три, и они были нежно-голубого цвета. Видимо, в этом мире не было привязки с намеком к определенному цвету, ну да мне и без разницы.

Внутри все было довольно скромно, и совершенно не напоминало волшебную атмосферу административного корпуса.

- Как тебя зовут? – проскрипело снизу.

Я открыла было рот, чтобы ответить, но спасительное «Молчи!» вовремя взвизгнуло у меня в голове.

- Спасибо, Шушечка! – простонала я, понимая, что в первый же час моего пребывания в академии могла развеять свою легенду!

Я поспешно достала из накладного кармана камзола маленькую дощечку, чуть меньше моей ладони, и, повернув ее лицевой стороной к собеседнику, как учил меня Бьерн, подумала: «Демиан. Меня зовут Демиан Русток».

Карлик вылупился на табличку, и глаза у него расширились.

— Вот это невидаль! Слышал я про такой артефакт, передающий мысли, но видеть не приходилось. Видать, состоятельный у тебя отец, парнишка. И на кой лад тебе эта приблуда? Чтобы соученики завидовали?

- Я нем, - сама собой появилась надпись на моем чудо-планшете. Бьерн мне сказал, что этот артефакт мне оплатил сам герцог, и стоит такая штука, как хороший породистый конь. По моей спине снова пробежали противные мурашки, едва я подумала, что он со мной сделает, когда узнает, что все это время я его обманывала!

- Что!? – мне показалось, что у кастеляна глаза вылезут из орбит. – А как же ты учиться собираешься?

Тут уж у меня чуть глаза не вылезли от такого глупого вопроса.

- Я нем, а не глух! Преподавателей слушать вполне смогу, а отвечать буду письменно, - красным цветом записала мои мысли чудесная табличка. А я подумала, что таким образом она, видимо, передает мои эмоции. По красному цвету сразу становится понятно, что я на взводе. А это не есть хорошо! Своей мимикой я владею в совершенстве, но как теперь скрыть свои эмоции, которые этот артефакт так запросто считывает? Та еще задачка. А еще мелькнула мысль, что мне совсем не выгодно ссориться с кастеляном. Это далеко не последняя должность в таком месте, где студентам еще и жить приходится.

Я прибавила шаг, догоняя быстро удаляющуюся спину маленького человека. При росте чуть больше метра, он имел коренастую, широкоплечую фигуру, что говорило о его недюжинной силе.

Повернув из холла направо, мы двинулись по довольно узкому и неприглядному коридору с обычными деревянными дверями, как в какой-нибудь простой общаге моего прошлого мира. С той лишь разницей, что стены были идеально выкрашены в приятный серовато-серебристый цвет, а не обшарпаны, а двери не были покрашены, а имели свой природный, натуральный цвет с более темными прожилками.

Было очень красиво! Мне понравилось.

— Вот мы и пришли, заходи! — карлик толкнул самую последнюю с правой стороны дверь, и я попала в его «царство»!

Было сразу понятно, что этому маленькому человечку нравится его работа, об этом говорило не только его довольное, с горделиво вздернутым носом улыбающееся лицо, но и идеальный порядок, царивший в помещении.

Стеллажи были заполнены ровными стопками белоснежного, ароматного постельного белья, полотенец и дальше вглубь чем-то совсем непонятным.

— Какой аромат тебе больше нравится? — задал он мне странный вопрос.

От неожиданности я чуть снова его вслух не переспросила, но спасительное «молчи» Шуши, как всегда, выручило меня. Еще там, в административном здании, змейка вернулась с прогулки голодная и недовольная, но опять оседлав мою талию, была на посту.

Мой удивленный взгляд сказал кастеляну всё.

— Ах, ну да! — хлопнул он себя по лбу и принялся пояснять…

***

Наконец, груженная, словно вол, я уже топала к следующему, среднему корпусу, где мне предстояло жить во время учебы. Во втором корпусе всё было куда симпатичней, чем в первом! Пол, стены, двери и даже лестница — всё было из натурального дерева и даже пахло как на лесопилке, но только куда более нежно. Мне стало интересно, каким образом они защищают дерево от жучков-древоточцев, ведь, как я поняла, они его ничем не покрывают и не пропитывают. Магия, не иначе!

Поднявшись на второй этаж, повернула направо и дошла до комнаты тринадцать, чему даже не удивилась. В моем прошлом мире эта цифра мне попадалась почти везде. Да что там! Я родилась тринадцатого числа.

Приложив закрепленный на моем запястье браслет к оскаленной пасти льва, под которого была стилизована дверная ручка, уже подняла ногу, чтобы толкнуть ее, как она сама медленно распахнулась с мелодичным звоном.

Ввалившись внутрь, я с облегчением опустила руки, и все мои вещи с тихим шорохом рассыпались по полу. В последний момент я успела подхватить лишь стопку с белоснежным постельным бельем и тремя полотенцами. Не хватало еще, чтобы они испачкались.

Оглядев свое новое жилище, удовлетворено вздохнула. Блат — великая вещь в любом из миров! Ведь мне выделили отдельную комнату! Хотя все остальные студенты ютились в комнате по четверо. Но зато я смогу спокойно переодеваться и раздеваться на ночь. Бросив постельное белье на широкую кровать, я со вздохом облегчения опустилась на ее невероятно мягкий, словно облако, матрас.

Из-под полы камзола выскользнула моя яркая змейка и принялась деловито ползать по полу, разбрасывая разноцветные блики на стены комнаты. В дверь постучали, и я нервно сглотнула. Рано, еще слишком рано, я пока не готова к новым знакомствам.

Шуша стрелой метнулась под кровать и затихла там, прошипев мне напоследок напоминание: «Молчи!», когда дверь с треском распахнулась, и ко мне в комнату ввалились четыре великана.

Вытаращив на меня глаза, они переглянулись, и один из них, вместо приветствия, удивленно спросил: «Ты что, родственник Эльва?»

Я захлопала глазами, пытаясь сообразить, какого именно эльфа они мне в родственники приписывают.

Глава 44. Интересы герцогства превыше всего

Герцог Сантерийский

- Ну как съездил? – я даже сам себе не хотел признаваться, что с нетерпением ждал возвращения Бьерна. Что я хотел услышать? Да и сам не знаю.

Я стоял перед зеркалом в своих покоях, разглядывая себя в зеркале. Белая рубашка, черный строгий камзол с воротником-стойкой, с отделкой золотой вышивкой, и такие же бриджи с сапогами. Все строго, но торжественно. Вспомнилось, как совсем недавно также смотрел на себя в зеркало, перед своей свадьбой. Кто же знал, что так скоро я стану вдовцом?

- Как я съездил?

Я вздрогнул. Надо же, совсем забыл, что не один в комнате. Бьерн стоял у двери в запыленной с дороги одежде.

- Хорошо. Демиана устроил без проблем.

- И это все?

- Все, ваша светлость!

- И он не просил мне ничего передать? – не знаю отчего, но сердце болезненно сжалось, словно от обиды.

- А должен бы? – в голосе старого вояки мне почудился сарказм. Обернувшись, смерил его внимательным взглядом.

- Ну как бы, его герцог дал ему путевку в жизнь, помог поступить в лучшую магическую академию на континенте, да еще бесплатно!

- А что потом? – я удивленно приподнял бровь, не понимая, что такое случилось со всегда исполнительным старым слугой. Что-то последнее время слишком много вопросов он стал задавать. Особенно сегодня. Неужели это тоже влияние Демиана?

- Что потом? А потом он будет служить мне, жить в замке на всем готовом! Разве этого мало?

Бьерн грустно посмотрел на меня и отвернулся.

- Что? Что не так? – я чувствовал, что он меня осуждает, и это раздражало.

- Да нет, все вроде так, ваша светлость. Вот только…

- Что только? Отвечай скорей, да закончим этот странный разговор, нас ждут!

- Только вы же у Демиана не спросили, что хочет он? Может, в его планах на жизнь было что-то другое? Может, он хотел бы восстановить свое имение, жениться да зажить спокойной жизнью мелкого землевладельца.

Я крепко сжал челюсти, сдерживая поднимающийся из груди гнев. Да, старый слуга зарвался, но в его словах все же была доля истины.

- Возможно и так, - ответил я мягко, осторожно подбирая слова, - но границам герцогства постоянно грозит опасность от чересчур жадных до чужого добра соседей. Нам нужен контакт с Великими полозами, без этого мы не сможем долго удерживать неприятеля. Особенно малы наши шансы, если соседи решат объединиться! Нам нужны «Говорящие с полозами»! Но эта способность, увы, утеряна. Поэтому…

- Поэтому вы распоряжаетесь чужими судьбами, как своей собственной, ваша светлость. Великая идея все оправдывает, не так ли? Даже то, что вы женились на девице без ее на то желания. Возможно, не поторопись вы так сильно, все сложилось бы иначе?

- Думай, что говоришь! – я скрипнул зубами и сжал их, опасаясь наговорить лишнего. Да, Бьерн перешел все границы, но мы сейчас наедине, и, пожалуй, я только ему мог позволить говорить то, что он на самом деле думает. Когда его отец сопровождал моего отца в походах, защищая границы нашего графства, сам Бьерн, будучи подростком, заменял мне старшего брата и наставника, а потом и в походах стал сопровождать.

Не желая продолжать этот неприятный разговор, я быстро вышел из покоев и направился к семейному склепу позади замка. Там уже собрались все те, кто желал проводить в последний путь молодую хозяйку, которая не побыла ею даже одних суток, но зато успела полюбиться слугам за те две недели, что жила в замке. Добрая и скромная, она не изводила их капризами, при этом общаясь с ними уважительно и с улыбкой.

Приглашенный пастор кивнул, завидев меня, и, открыв большую книгу, принялся читать отходную. Я же, не отрываясь, смотрел на наспех сколоченную домовину, в которой теперь покоилось тело Элеи.

Да, я не успел ее полюбить и даже привязаться, но все же чувствовал свою вину за ее смерть. Ведь не забери я ее сюда, в замок, возможно, она была бы сейчас жива и даже по-своему счастлива. Да она и здесь была бы жива, если бы не отец, который самовольно решил отправить ее в сумасшедший дом. Кстати, с ним нужно немедленно переговорить, и сегодня же!

Я осмотрелся. Кроме челяди, пришедшей проститься с хозяйкой, я увидел и отца, да графа Гилмора с дочерью. И, какого-то Великого Полоза, здесь оказался и мой дружок, виконт Грейсток со своей молеподобной невестой. Слетелись, как мухи на…

В этот момент голос священника стал громче, вовремя отвлекая меня от совсем неподобающих мыслей. Затем он окропил домовину водой из священного источника и, закончив службу положенной фразой: «Да будь гладок путь ее души к чертогам Великого Полоза», развернулся и направился в склеп. Четверо слуг покрепче, подхватив на мощные плечи домовину с хозяйкой, направились следом за ним, в последнее пристанище рода Сантерийских.

По окончании церемонии я поблагодарил священника увесистым мешочком бесценных чешуек и велел Бьерну доставить уважаемого человека назад, в храм Великого Полоза.

Присутствующие на погребении безмолвно пошли к замку. Я посмотрел на небо, на быстро плывущие облака, на вольных птиц, на солнце. Да, в такой день хорошо бы с молодой женой отправиться, например, на реку, захватив с собой корзинку с провизией да мягкий пушистый плед, чтобы расстелить его под раскидистой ивой и любить на ней друг друга до изнеможения, изредка прерываясь на то, чтобы подкрепиться.

Слуги молчаливой стайкой направились на кухню, где им тоже приготовили поминальный обед. А мы, шестеро, пошли в малую гостиную. Вкуса еды я даже не чувствовал, молча пробуя положенные поминальные блюда, которые подкладывал мне понемногу лакей. Мысли вольно бродили в моей голове, не задерживаясь особо ни на чем конкретном.

Очнулся от них, лишь услышав какой-то шум. Оказавшиеся за одним столом две красавицы не могли утерпеть, чтобы даже в такой день не постараться перетянуть внимание на себя. Хотя, вроде бы, в основном старалась маркиза. Суть спора я не уловил, но заметил лишь то, что Доротея, сжав губы в тонкую линию и вздернув подбородок, старалась не реагировать на колкости зарвавшейся гостьи.

Я тихо хмыкнул, внимательно разглядывая дочь графа. Да, бесспорно, она очень красива! Да, держится с достоинством. Вот только меня несколько покоробило от ее внешнего вида.

На похороны девушка умудрилась прийти в неимоверно пышном платье, да еще и с длинным шлейфом. Это платье вполне могло быть свадебным, окажись оно не черным, а белым. Довольно вульгарный наряд для похорон. Но это исправимо, хороший вкус жене вполне можно привить. Я чуть встряхнул головой, отгоняя от себя греховные мысли. Не успел похоронить одну жену, а уже думаю о новом бракосочетании.

Посчитав, что уже достаточно уделено времени поминальному обеду, я поднялся из-за стола. За мной поднялись все прочие. Предложив гостям отдохнуть в выделенных им мажордомом покоях, догнал своего отца, шепнув, что жду его в своем кабинете.

Вопреки своей манере опаздывать, в этот раз он явился буквально следом за мной. Наверное, ему было слишком любопытно, зачем же я его позвал. Предложив отцу его любимое кресло, сам опустился в гостевое.

- Ну, сын, о чем ты хотел со мной говорить? - нетерпеливо спросил он, явно волнуясь.

- Мне кажется, отец, ты догадываешься, о чем, - я подошел к окну и закрыл его, отсекая все посторонние звуки, мешающие мне сосредоточиться. С одной стороны, я хотел показать отцу, что, мягко говоря, обижен за его самоуправство, но с другой стороны, я понимал, что он действительно старался действовать в моих интересах. А потому я не хотел его обидеть.

- Ты о том, что граф Гилмор с дочерью до сих пор здесь?

- И об этом тоже! – я немного помолчал, собираясь с силами. Не так просто, оказывается, отказать своему родному отцу от дома. И решил начать с хорошего, того, что его точно порадует.

- Я жду, сын, - отец нахмурился и скрестил руки на груди, приняв оборонительную позу.

- Думаю, отец, что ты прав. Я, наверное, действительно женюсь на Доротее.

- Да что ты! – брови отца удивленно взлетели вверх, а сам он всплеснул руками, чуть подавшись вперед.

А теперь мне предстояло самое сложное.

- Но если ты действительно хочешь, чтобы это произошло, то ты должен сегодня же уехать в свой особняк!

Рот отца удивленно открылся и захлопнулся с клацаньем зубов.

- Ты прогоняешь отца? – вопрос был задан очень тихо, но это было лишь затишьем перед бурей. Теперь было важно, какие аргументы я смогу привести в свою пользу.

- Отец. Ты ведь не станешь спорить, что совершенно сознательно передал мне все свои полномочия по владению и управлению герцогством?

- Да, это так, - тихо ответил отец и прищурился, внимательно глядя на меня и чувствуя какой-то подвох.

- А почему ты это сделал? Можешь сказать?

- Могу, сын. Я уже стар, и мне стало сложно во всех смыслах оборонять наши границы от посягательств извне.

- Верно, - кивнул я. – Значит, ты посчитал, что я уже довольно взрослый, чтобы управлять и защищать земли наших предков?

- Да, это так. Но я не понимаю, к чему ты клонишь? – отец все больше нервничал, интуитивно ощущая, что я загоняю его в искусно расставленную ловушку.

- В таком случае, не кажется ли тебе нелогичным, что ты, считая, что я достаточно умен и ответственен для осуществления защиты герцогства, но думаешь при этом, что я не смогу выбрать себе самостоятельно жену?

- Но это ведь так! Ты не смог! – не выдержав, старый герцог вскочил и заметался по кабинету, размахивая руками. – Нашел себе какую-то простолюдинку, хотя под боком у тебя такая красавица есть!

Вот тут уже я скрипнул зубами от злости, опять он завел эту шарманку!

- Не будь Доротея единственным приемлемым вариантом, я бы назло тебе не выбрал ее в жены! – тут уже я не выдержал и прорычал в ответ. – Разве я по любви выбрал себе жену? Разве не ради защиты границ герцогства я искал девушку – носителя способности говорить с Великим Полозом? И ведь нашел! А что сделал ты? Ты самовольно, не посоветовавшись со мной, приказал отвезти ее в сумасшедший дом. И теперь у меня нет жены и нет шансов зачать будущих защитников наших земель! – я выдохнул и позвонил в колокольчик, вызывая мажордома.

Отец сник в кресле и словно бы уменьшился. И мне даже стало жаль его, но в то же время я понимал, что если здесь и сейчас не обозначу определенную границу, то он и дальше будет вмешиваться в мою жизнь!

- Но она буйно себя вела! Это наверняка последствия консумации брака! Элея почему-то его не выдержала!

Я грустно усмехнулся.

- Отец, мне помнится, мы с тобой уже поднимали эту тему. Не знаю, что тогда произошло, но после свадебного застолья я едва до спальни дошел, а потом меня просто вырубило. Брак не был консумирован! А значит, не могло быть никакой особой реакции на это у моей жены! Ну а теперь я не хочу, чтобы ты вмешивался в мои отношения с Доротеей! Посему прошу тебя удалиться в свой особняк, а ко мне сюда наезжать лишь только в гости, и никак иначе!

Отец поджал губы и лишь кивнул. В дверь постучали, и в проеме показалась голова мажордома.

- Хуго! Распорядись, чтобы после полдника запрягли карету для его светлости! Мой отец сегодня отбывает в свой особняк! И да, распорядись, чтобы упаковали его вещи.

- Будет исполнено, ваша светлость! - слуга бросил испуганный взгляд на отца и закрыл за собой дверь.

— Значит, выгоняешь? – обиженно протянул отец.

- Могу сейчас же отменить это распоряжение! Только тогда на Доротее придется жениться тебе самому! А я выберу себе простую девушку по сердцу и запросто перееду в твой особняк! Да, чуть не забыл! Защита наших границ будет снова на тебе! - на несколько мгновений в кабинете повисло тяжелое молчание. Я ждал, что же ответит мне отец, но в дверь громко постучали.

- Хуго! Разве я не понятно…

— Это я, ваша светлость! – вместо пухлых щек мажордома в двери показалась седая голова и длинные усы Бьерна. На душе стало тревожно. Никогда он так бесцеремонно не врывается, если только не случается что-то… нехорошее.

- Ваша светлость!

- Что, опять братья Крамер?

- Нет, ваша светлость, Великие Полозы начали миграцию раньше времени и теперь направляются на поля крестьян в излучине реки «Быстрая».

Глава 45. Незаменимые... бывают!

Элея

К счастью, все оказалось не так страшно, как мне описывал Бьерн. Ну, во всяком случае, эта четверка ребят, что бесцеремонно ввалилась в мою комнату знакомиться, оказалась моими соседями по этажу и, в некотором роде, привилегированными детьми состоятельных аристократов.

Как они мне впоследствии пояснили, в первом жилом корпусе, где я получала постельное белье и остальные полезности для проживания в общаге, проживал первый курс. В нашем — второй, ну и, соответственно, в остальных двух — третий и четвертый.

Услышав, что меня поселили в корпус второкурсников, я, мягко говоря, удивилась, ведь Бьерн меня ни о чем подобном не предупреждал. Если продолжать дальше о иерархии, принятой в жилых зданиях, то на первом этаже обычно селились дети обедневших аристократов или их бастарды, за которых их отцы согласились оплачивать учебу.

На втором этаже селились детишки побогаче, даже по одному в комнате, ну а на третьем, как уже понятно, те, кто мог позволить себе вообще не задумываться о деньгах.

- Как тебя зовут?

- А почему тебя сразу на второй курс зачислили, что-то я тебя на первом не видел.

- А ты точно не родственник Эльву?

Три качка забросали меня вопросами, тогда как четвертый, жгучий брюнет с непонятного цвета глазами, прищурил их и внимательно меня рассматривал.

- А ты случаем не девчонка?

Меня словно кипятком обдали, настолько я испугалась.

- Был бы девчонкой, я точно бы в тебя сразу влюбился! У тебя мой тип внешности, нравятся мне такие, — между тем, не замечая моего состояния, продолжал брюнет. — Кстати, меня зовут Гест, а тебя как?

- О, я Сван! — представился рыжеволосый, засияв сразу всеми веснушками, попавшими под проникший сквозь легкие шторы в мою комнату луч света.

- Йон, — кивнул синеглазый блондин с волнистыми, рассыпавшимися по плечам волосами.

- Ну, а я Хаук! — назвался зеленоглазый шатен. Волосы у него были короче прочих и доходили только до плеч. — Может, ты все же представишься? А то вроде бы невежливо как-то.

Ребята настороженно переглянулись, а я, словно очнувшись, принялась шарить по карманам в поисках своего разговорного «планшета». Найдя, с облегчением выдохнула и вытянула с ним вперед руку, экраном к своим новым знакомым.

- Меня зовут Демиан Русток, сын барона, и я… немой, — прочитал вслух рыжеволосый Сван, и его лицо удивленно вытянулось. — Это шутка такая?

Я отрицательно помотала головой. И снова мысленно им написала сообщение:

- Сейчас еще идут занятия?

- Да, идут. Но пока большая перемена. Мы узнали, что у нас новенький, и быстрее сюда.

- Ребята, тогда позвольте мне разобрать свои вещи и немного отдохнуть с дороги. А как занятия закончатся, я буду вам очень благодарен, если вы все мне здесь покажете, — я ждала, пока они пробегут глазами по тексту на экране артефакта, и с волнением ожидала их реакцию.

- Хорошо, Демиан, давай так и поступим! — снова за всех ответил рыжий парень, самый общительный из них. Но самое интересное, что остальные молчали, просто одобрительно кивая головами, словно они тоже умеют мысленно общаться между собой. — Внизу в холле стоят часы, каждый час они играют тихую мелодию. Как сыграют два раза, жди нас, да переоденься, здесь нельзя ходить в своем. — Одежду тебе выдали?

Я кивнула.

- Ну и отлично! Жди нас, Демиан! А к вопросу родства с Эльвом мы еще вернемся! — подмигнул он мне, и вся четверка вышла из моей комнаты, спеша на занятия.

Я с облегчением выдохнула, радуясь, что мрачные предсказания Бьерна не сбылись и меня приняли здесь вполне миролюбиво.

Ну, одной проблемой меньше! Я встала с кровати и, прежде чем раскладывать вещи, решила осмотреться и выяснить, какими удобствами я располагаю.

Из-под кровати выползла моя Шуша, и я вскрикнула, чуть на нее не наступив, так как змейка не сбросила маскировку и походила сейчас на движущийся кусочек деревянного пола.

- Эх! Хороши самцы! – со вздохом выдала она, и я аж закашлялась.

- Как они могут быть для тебя хороши, если это люди? Тебе ведь должны змеи нравиться!

- Не змеи, а Полозы! – пробурчала она недовольно, следуя за мной по пятам, и пояснила: — Змеи — это как для вас, дикие люди, — сырое мясо ешь, листком подтирайся. А Полозы — это высшая каста рептилоидов. Это аристократы змеиного мира! Мы владеем магией и умеем общаться с другими мыслящими существами. Змеи же только и умеют, что охотиться, спать и совокупляться! Поняла?

- Поняла! – кивнула я, заметив, что уже стою посреди довольно просторной умывальной комнаты, в которой даже есть настоящий унитаз! Правда, несколько непривычной формы, больше напоминающей седло от велосипеда, только большое. Ну да это совершенные мелочи! Главное, что он есть, и мне не придется терпеть весь день, а потом совершать партизанские вылазки по ночам.

Также здесь было некое подобие раковины в виде настоящей морской раковины, но тоже очень большой! И мне даже показалось, что она самая настоящая. Но, увы, ее размер, все же не позволял, чтобы в ней можно было бы искупаться. Ладно, похоже, один из печальных прогнозов Бьерна сбывается. Что поделать, не все коту масленица. Разберемся. Надеюсь, его способ сработает!

Я вернулась в свою спальню-гостиную. Не двуспальная, но довольно большая кровать, явно рассчитанная на парня богатырского сложения, а не задохлика типа меня. Вместительный шкаф, встроенный в стену, тумбочка, стол у окна и два стула. Все очень даже обыкновенное, я бы даже сказала, навевающее ностальгию.

Единственное, что напоминало о том, что я нахожусь в магическом мире, это наличие чешуек полозов. Например, одна такая, довольно крупная, белого цвета, была подвешена под потолком комнаты, и еще одна, но чуть меньше, в туалете. Там же, на стене, висела крупная голубая чешуйка и, в пару ей, черная. И я не сразу я заметила на тумбочке красную, предназначенную, судя по всему, для обогрева постели в холодные ночи.

Я удивленно замерла, услышав приятную мелодию, зазвучавшую откуда-то снизу. И тут же вспомнила, что ребята говорили про часы в холле! Выходит, уже один час прошел, а я ничего не сделала! Как в тумане была! Я тряхнула головой и с силой растерла уши, пытаясь себя взбодрить и ускорить.

Распахнув дверцы шкафа, с удовлетворением увидела в нем удобные плечики для своей одежды. Закрыв входную дверь на щеколду, я быстро переоделась в некое подобие мантии, как в фильме про Гарри Поттера. Симпатично, но неудобно. И так я становилась больше похожей на девушку, но, к сожалению, с этим я ничего поделать не могла! Таковы внутренние правила академии касательно одежды.

Шушу я обнаружила на кровати, где она уже с удобством расположилась прямо на моей подушке, откуда я ее коварно стряхнула, и улеглась сама. Та недовольно на меня заворчала.

- Кровать и так мягкая, зачем тебе еще на подушке лежать нужно? И, кстати, — вспомнила я вопрос, на который змейка так до конца и не ответила, — Шуша, а почему ты сказала: «Хорошие самцы»? Ты же ничего не понимаешь в человеческой красоте!

- Да потому, что они крупные! Чем крупнее самец, тем здоровее будут детишки, и тем в большей безопасности они будут расти.

- А я думала, что Великим Полозам вообще бояться нечего! – искренне удивилась я, переворачиваясь на живот и поглаживая красивую шкурку моей змейки.

- Так-то Великим! А я про малышей говорю! Бестолочь! – ругнулась она напоследок, по-видимому, мстя мне за то, что я ее спихнула с подушки.

Тут в дверь постучали, и я вскочила, чтобы открыть.

- Смотри, не заговори! – наставительно пропищало у меня в голове.

Я открыла. Это и вправду были мои новые знакомые. Они оглядели меня с ног до головы и одобрительно кивнули.

- Я теперь понял, почему ты коротко острижен, как простолюдин, - усмехнулся брюнет, - с длинными волосами тебя вообще, наверное, от девушки не отличишь!

- Ладно, Гест, не смущай парня! Вспомни, как тебе было неуютно здесь в первый день! – вступился за меня рыжий, - не страшно, подрастет, накачает мышечную массу, девчонки гроздьями будут на него вешаться! Вон, как на Йона! – кивнул он на блондина.

Ну и вкусы у них здесь! Блондин слишком изящный, тонкокостный и больше напоминает эльфа из фэнтезийных книг, что взахлеб читали мои заклятые подружки. Меня же заинтересует мужчина, который будет уметь, по крайней мере, не меньше, чем я. В общем, который будет превосходить меня не только в росте и силе. Брюнет вот ничего, да и шатен, но мне никак нельзя забываться и забывать о том, что я здесь в роли парня.

Я захлопнула дверь, выходя следом за парнями и чувствуя, как, обвившись вокруг моей ноги, на меня карабкается Шуша. Над коленом она замерла и прошептала:

- Пройди там, где есть растительность, я соскользну незаметно, кушать хочется!

- Хорошо! Только будь осторожна, а то сейчас студентов на территории много, как бы не затоптали!

И да, если на втором этаже жилого корпуса было всего лишь несколько ребят, то на первом они буквально не давали пройти, словно ледоколы неслись напролом одним им известным маршрутом, и при этом как-то умудряясь не сталкиваться. Зато меня пару раз убирали с чужой траектории мои новые знакомые.

Мы вышли из корпуса, и я аж рот открыла от удивления, тут же почувствовав себя если не белой вороной, в силу моего пола «под прикрытием», то уж белым вороном, так это точно!

По своим делам спешили студенты разных курсов. Но объединяло их одно. Они словно под копирку были как «тридцать три богатыря» из известной сказки про царевну Лебедь. Вот только я среди них казалась гадким утёнком среди прекрасных лебедей!

Хотя, собственно, чего это я на самом деле расстраиваюсь? Слишком вжилась я, похоже, в свою роль. Я же девушка! Так зачем мне тогда эти широкие плечи нужны? Разве только, чтобы на них опереться в случае нужды.

Один из обладателей таких плеч обернулся, и я встретилась взглядом с синими глазами герцога! Я аж чуть не споткнулась от неожиданности. А он что тут делает? Уже соскучился? Ведь еще и дня не прошло, как я уехала. Или он не ко мне?

Ответ на этот вопрос в виде охранника, дежурящего на воротах, буквально вырос из-под земли, прервав наш забег в сторону умопомрачительных запахов, доносящихся из местной столовой.

- Милорд! Прошу прощения, что задерживаю, но прибыл герцог Сантерийский и требует вас!

Моя тестостеронистая четвёрка замерла, ошарашенно глядя на меня.

Глава 46. Смертельный прыжок

Элея

Под прицелом множества взглядов я подошла к герцогу, своевременно нацепив на лицо свой знаменитый покерфейс.

Синие глаза смотрели на меня пристально, и словно ожидая чего-то. И мне стоило большого самообладания, чтобы не сказать что-то язвительное, вернее, не спросить что-то вроде: «Неужели ваша светлость так быстро соскучился, хотя мы с вами не виделись меньше десяти часов?»

Но — молчание золото! А в моем случае так особенно. Но, видимо, всё, что я хотела произнести, было отчетливо написано на моем лице, потому что герцог усмехнулся.

- Размечтался! Я к тебе по делу! И вообще, меня в замке ждет красавица. Моя невеста, между прочим! – выпалив всё это с каким-то вызовом в голосе, да и во взгляде, герцог резко развернулся на пятках и направился в сторону ворот.

Я замычала, привлекая его внимание. Он обернулся. Я же указала на учебные корпуса, дав понять, что мне нужно на занятия.

- Идем! Я тебя отпросил у ректора. Дело очень важное, а учиться начнешь на день позже, - и снова резко развернулся, хлестнув меня по лицу белой прядью своих длинных волос. Я охнула, схватившись за глаз.

Герцог, видимо, услышал, потому что обернулся, и раздраженное выражение на его лице тут же сменилось обеспокоенным.

- Что там у тебя? Это я волосами? Сильно? Покажи! – одной рукой схватил он меня за подбородок, а другой убрал мою руку от слезившегося глаза.

Проморгавшись, я боковым зрением заметила какое-то странное оживление. Вывернувшись из рук герцога, обернулась.

Вокруг нас, как на цирковое представление, собрался круг из любопытных студентов, которые чуть ли не с открытым ртом наблюдали необычную сцену. Могу себе представить, как действия герцога могут выглядеть со стороны. Тем более для всех, кто меня не знал, я выгляжу в этой мантии как красивая девушка с короткой стрижкой, которую пытается поцеловать герцог! Представляю, что начнется, когда они узнают, что я «парень»!

Стараясь делать вид, что ничего особенного не происходит, я выудила из кармана мантии свое «чудо зеркальце» и повернула к мужчине лицевой стороной. Герцог чуть нахмурил брови, вчитываясь в то, что там написано.

- Да, конечно, иди переоденься! Только, пожалуйста, как можно быстрее! – в голосе мужчины слышалось нешуточное волнение. Видно, и вправду случилось что-то серьезное. Вот только зачем я при этом понадобилась!?

Чуть приподняв полы мантии, я почти бегом направилась в свой жилой корпус. Полы студенческого одеяния путались под ногами, замедляя движение. Крайне неудобная одежда!

Я слышала смешки и, как мне показалось, язвительные замечания в свой адрес, но мне сейчас было не до этого, да и вообще, плевать! В конце концов, я не парень, да и здесь долго не задержусь, так что, чтобы за моей спиной обо мне не шептали сейчас, да и в будущем, ко мне это не имеет никакого отношения. И, на самом деле, выстрою-ка я такую модель поведения, совершенно не буду обращать внимания на насмешки.

Размышляя о насущном, я не забывала звать Шушу. Как бы то ни было, я не хотела уезжать без нее. И ее боялась оставлять надолго одну, да и вдруг она мне сможет дать какой ценный совет. И в любом случае, вдруг герцог передумает и не вернет меня назад, тогда моя змейка останется здесь совсем одна. Этого я не могла допустить!

Наконец Шуша отозвалась сонным голоском. Оказывается, она отдыхала здесь неподалеку в симпатичной клумбе.

- Ползи к ближайшей лавочке, я тебя подберу!

Подходя к условленному месту, я осторожно развязала пояс на мантии, он упал, и я наклонилась, чтобы поднять его, и заодно быстро подхватила зеленую змейку, буквально на лету меняющую цвет на бордово-коричневый с вертикальными полосами горчичного цвета, в цвет мантии.

Влетев в комнату, я закрыла дверь на щеколду и быстро переоделась в последнюю чистую рубашку и бутылочного цвета камзол и штаны, напоминающие легинсы. Обулась и сунула в один карман камзола пишущий мысли артефакт, а во второй Шушу! И как я сразу не догадалась так сделать? Карманы накладные, но довольно вместительные.

Выскочив из комнаты, опрометью понеслась к воротам, вспоминая, что не заперла дверь своей комнаты. Хотя внешнего запора я там что-то и не заметила. Ну и ладно! Костюмы вряд ли возьмут, слишком приметные, а больше у меня и нечего взять.

Запыхавшись, я вылетела из ворот, ища взглядом герцога, а наткнулась на целую кавалькаду. Рядом с щипавшими траву лошадьми расселись гвардейцы из охраны замка, некоторых из которых я видела там. Неподалеку от них стоял сам герцог и что-то втолковывал Бьерну.

У меня поневоле губы растянулись в улыбке. Так и захотелось, как девчонке, с разбегу запрыгнуть на руки старому вояке и крепко обнять. Странно, что я так быстро соскучилась по нему. Я вспомнила, что так вот прыгала на своего отца, когда была совсем маленькой, и когда у него еще находилось время, чтобы со мной поиграть.

Мои воспоминания были прерваны громким командным голосом командира бравых вояк. Те вскочили с травы и, спустя мгновение, уже были в седле.

Тут я широко улыбнулась. Бьерн, тоже улыбаясь, вел ко мне Орлика. Я потрепала коня по холке и, близко наклонившись к его шее, прошептала: «Как же я по вам соскучилась!»

- И мы с Орликом тоже, - подмигнул мне мужчина.

Я ловко вскочила в седло и подъехала к герцогу, ожидая объяснений.

- Пока поедем медленно, и я тебе все объясню, но потом нам будет нужно сильно ускориться! Если мы опоздаем, то может погибнуть не только урожай, но и люди.

У меня аж ладони вспотели после этих слов.

Мы тронули коней.

- Демиан, мне… Нет, всему герцогству нужна твоя помощь!

***

Я растерянно моргаю, пытаясь осмыслить то, что только что услышала. Забывшись, даже уже открыла рот, чтобы задать герцогу вопрос, как одновременно слышу предостерегающий писк Шуши в голове и вижу, как еле заметно качает головой Бьерн, буравя меня пристальным взглядом.

Или, может быть, он меня подучивает не соглашаться на просьбу герцога? Кто сейчас разберет? Да и не просьба это. Меня просто поставили перед фактом, что я должна остановить с десяток Великих, а попросту, гигантских полозов, которые раньше обычного времени, когда у них происходит размножение в скалистом ущелье, с чего-то ломанулись на место встречи почти на месяц раньше.

И все дело в том, что их путь пролегает через реку, а затем через огромное поле злаковых, где в настоящий момент вызревает урожай, который к часу «Х» обычно уже бывает убран. Чего сейчас, понятное дело, еще не произошло. Если, извиваясь своими огромными телами, полозы проползут по этому полю, то от урожая ничего не останется, и людям придется голодать.

Я снова открыла рот, но быстро опомнилась и поспешно вытащила из кармана чудесный гаджет. Закрыла глаза, сосредотачиваясь, и повернула экран к герцогу. Тот прочитал, соглашаясь, и кивнул.

- Все верно, Демиан. У обычных змей брачный сезон весной, сейчас же конец лета. Но у Великих полозов все несколько иначе. В сентябре они откладывают яйца в глубине грота, окруженного со всех сторон скалами. Это, пожалуй, самое защищенное место, где их яйцам точно не грозит опасность.

После того, как полозы пересекают поле, они ныряют в глубокое, можно сказать, бездонное озеро, которое одной стороной примыкает к этим скалам. А нырнув, они проплывают под водой, по сути, подныривая под скалу и выплывая внутри этого гигантского грота. Там Великие полозы и откладывают свои яйца.

В недрах этой горной гряды происходят какие-то… процессы, часто слышен гул, и земля иногда содрогается. А самое главное, она теплая! Даже снег в самые жгучие зимние морозы не задерживается на склонах горы. В этой пещере яйца пребывают в тепле до конца весны, когда и вылупляются змееныши.

- А чешуйки? Разве, проползая по полю, полозы не оставляют чешуйки, которые люди могли бы собрать и продать, чтобы не голодать зимой? – вновь я настрочила сообщение герцогу.

Он улыбнулся и покачал головой.

- Великие полозы линяют лишь раз в году, в самом начале лета.

- Понял. Ваша светлость, я совсем ничему не успел научиться в академии, сами знаете, но я попытаюсь их остановить, - прочел он и снова улыбнулся.

- А теперь, Демиан, нам нужно спешить! – и герцог послал своего вороного коня в галоп. За ним, со свистом и молодецким гиканьем, последовали и все остальные.

Орлик не стал дожидаться особого приглашения и рванул с места, чуть не сбросив меня с седла. Бешеная скачка длилась больше часа. Я скакала позади герцога, стараясь сильно не отставать и не обращая внимания на красоту не знавшей выхлопных газов и прочих «прелестей» техногенного мира природы. Но зато не спускала глаз с прямой спины и широких плеч герцога. Его пшеничного цвета, слегка волнистые волосы развивались на ветру, словно его личный флаг.

- Смотри! Вон они! Уже слишком близко, мы не успеем доскакать до реки одновременно с ними, - Бьерн скакал рядом со мной, наклонившись ближе, чтобы я могла его услышать.

И правда, на противоположном склоне холма я заметила какое-то движение. А затем и разглядела самих полозов. Они почти все были разного цвета. Два красных, три голубых, два зеленых, два желтых и только один черный. Наверное, тот самый, с которым я успела пообщаться.

Я мысленно обратилась к мирно спящей в кармане Шуше и попросила ее связаться со своими и убедить не переплывать реку, а дождаться нас для важного разговора.

Через несколько мгновений она ответила, что не слышит их, видимо, слишком большое расстояние. Ну как же большое? Мне, наоборот, казалось, что стоит только руку протянуть.

Я раздраженно посмотрела по сторонам, понимая, что говорить нельзя, кто-то из свиты да увидит, как я шевелю губами, отвечая Бьерну. Да и чудесный гаджет во время такой скачки не достать.

Тогда я, как могла, одной рукой изобразила пантомиму, показывая, что до реки нам куда ближе, чем питонам.

- Нет, увы! Прямо перед нами пропасть! Большая расщелина! - прокричал Бьерн.

- Но зачем мы тогда к ней скачем?

- Герцог надеется, что отсюда полозы тебя услышат!

- Не слышат, я пробовала!

Зато меня услышал герцог. Он обернулся и чуть придержал коня, приноравливаясь к темпу моего Орлика.

- Демиан! Что это значит? Ты вовсе не нем? Ты умеешь говорить? Зачем ты все это время лгал? – его сведенные к переносице брови не обещали мне ничего хорошего.

Я же не знала, что и сказать в свое оправдание! Вот попала, так попала! Похоже, что все мои старания напрасны. Но я буду не я, если не постараюсь выкрутиться и из этой ситуации. Но не сейчас. Видимо, герцог был такого же мнения, потому что прекратил допрос.

- Ты точно не можешь их дозваться? Ты уже пробовал? «Я правильно тебя услышал?» — прокричал он.

- Да! – крикнула я, теперь уж не скрываясь, и, несмотря на ожидающие меня неприятности, даже испытала облегчение, что теперь могу свободно говорить. – Нужно подъехать ближе!

- Нет! Нельзя! Пропасть слишком велика! Не перепрыгнем, очень опасно! Нужно держаться вдоль расщелины! – герцог указал направление движения вдоль невидимой мне еще расщелины. И я поняла, что так мы, наоборот, будем удаляться от полозов.

- Демиан, поворачивай! «Скоро край расщелины!» — прокричал мужчина, и в его глазах я увидела страх за меня.

- Ерундовая ямка!

- Что? Шуша, о чем ты?

- Орлик так сказал, что ерундовая ямка. Он уже проезжал здесь и видел эту расщелину! – повторила змейка, и у меня в голове что-то щелкнуло, я приняла решение.

- Ерундовая ямка, говоришь? Я стиснула зубы и направила коня прямо.

- Демиан, вернись!

- Что ты делаешь?

- Стой! Я приказываю! - неслось мне вслед.

Но я уже, как говорится, закусила удила. Прижавшись к шее лошади, буквально слившись с ней, я неслась вперед. Вот конь изо всех сил оттолкнулся от края расщелины, открыв разверзнувшуюся внизу бездонную пропасть, и я ощутила что-то похожее на невесомость. У меня закружилась голова, и я посмотрела вперед, лишь бы не смотреть вниз. Увидев, как еще далеко до противоположного края расщелины, я судорожно вздохнула, собираясь закричать, но из груди вырвался лишь тоненький прощальный писк.

Глава 47. Радость и сомнение

Герцог Сантерийский

К воротам Академии я подъезжал с довольно смешанными чувствами. С одной стороны, для того я Демиана и отправил сюда, чтобы он научился пользоваться своим даром и поступил мне на службу. Но с другой, и суток не прошло, как я его отправил на эту учебу, и уже приехал просить о помощи. Но сможет ли зеленый, необученный юнец войти в контакт сразу с десятком Великих Полозов и уж тем более уговорить их сменить обычный маршрут?

Я спешился, бросив повод одному из своей свиты, и приказал ждать.

- Ваша светлость, может лучше мне пойти? – осторожно предложил Бьерн. – Все же вас сразу узнают! Не повредит ли потом парнишке это излишнее внимание?

- И чем же это ему может повредить? Скорее, наоборот, местные задиры несколько раз подумают, стоит ли им обижать подопечного самого герцога.

- Подопечного какого рода?

Мне не понравился тон, с которым это было сказано.

- Пусти слух, что это мой племянник!

- Так у вас же нет брата, ваша светлость!

- Тогда придумай сам! Мне что, тебя еще этому учить? – непонятно с чего, но я почувствовал раздражение. Действительно, с чего бы это? Пришлось признаться хоть самому себе, что я волнуюсь больше, чем следовало.

Бьерн переговорил о чем-то с охранниками на воротах академии и, кивнув мне, направился в сторону административного корпуса договариваться с ректором об увольнительной для Демиана.

Я свободно, без всяких объяснений прошел на территорию академии, охранники лишь молча мне поклонились. Далеко я не пошел, решил ждать здесь. Бьерн сам узнает, где сейчас парнишка, и приведет его. Хотя, судя по тому, что из ученических корпусов массово повалили толпы студиозусов, было ясно, что занятия на сегодня закончились.

Я с удовольствием разглядывал высоких крепких парней, которые, когда отучатся, пополнят ряды моего магического войска. Хотя лучше бы, наконец, конфликт разрешился как-то иначе, тогда эти молодцы смогли бы себе найти занятие по душе, и лучше бы что-то созидательное.

Но потом мысль снова перескочила на Демиана, сравнив его комплекцию с этими юношами богатырского сложения. Да, мальчишке тяжело будет здесь учиться, так что слушок о покровительстве самого герцога окажется совсем не лишним.

Мой взгляд рассеянно скользил по направляющимся в столовую парням. Аппетитные запахи из которой волновали и мое обоняние. Я ведь сегодня почти не поел на поминальном обеде, кусок в горло не лез.

Внезапно мой взгляд за что-то зацепился, и сердце буквально затрепетало. Я принялся лихорадочно искать это «что-то», уверяя себя, что мне это только померещилось, так как я только что думал о своей жене.

И вдруг… я увидел её! В компании четырех крепких парней шла моя жена! Я покачнулся, в глазах потемнело, и я ухватился рукой за ограду, боясь упасть. Этого не может быть! Я же ее сегодня похоронил!

А между тем мое видение заметило меня и направилось прямиком ко мне. И по мере ее приближения я начал узнавать. Демиан Русток — это он чуть до удара меня не довел, настолько он оказался похож на девушку в этой мантии, на его щуплой фигуре смотревшейся, словно платье.

Возможно, мне показалось, но во взгляде приближавшегося парня сквозило ехидство. Неужели он решил, что я приехал к нему, потому что соскучился? А самомнения парнишке не занимать!

- Размечтался! Я к тебе по делу! И вообще, меня в замке ждет красавица. Моя невеста, между прочим! – выпалил я с каким-то вызовом в голосе, а затем резко развернулся на пятках и направился в сторону ворот. – Глупо-то как получилось! И что на меня нашло?

Сзади послышалось какое-то мычание. Я обернулся. Демиан указал на учебные корпуса, дав понять, что ему нужно на занятия.

- Идем! Я тебя отпросил у ректора. Дело очень важное, а учиться начнешь на день позже, - и я снова резко развернулся, тут же услышав позади болезненный вздох.

Я обернулся, и мое раздражение тут же сменилось беспокойством. Демиан стоял, прижав ладони к глазу. Я сразу понял, что случайно стеганул его волосами по лицу!

- Что там у тебя? Это я волосами? Сильно? Покажи! – одной рукой я схватил его за подбородок, а другой убрал его руку от слезившегося глаза.

На первый взгляд ничего серьезного не было, и в принципе и быть не могло, но я, хоть и нечаянно, сделал парнишке больно, и чувствовал себя виноватым.

Вокруг нас стали собираться любопытные студенты, о чем-то тихо переговариваясь. Догадываюсь, как мы наверняка выглядим со стороны. И это они еще пока не знают, что этот задохлик в висящей на нем, как на вешалке, мантии — юноша!

Обведя все сборище грозным взглядом, заметил, что Демиан мне что-то настойчиво тычет в лицо. Это оказался весьма дорогой артефакт, который я поручил Бьерну купить, чтобы упростить моему подшефному учебу и общение с товарищами. На небольшой пластинке было написано, что Демиан хочет пойти переодеться. Это было разумно. В таком виде он даже на коня вскочить не сможет. Разрешив ему это сделать, попросил поторопиться, предупредив, что ждать буду за воротами.

Парнишка вернулся довольно скоро. Я скомандовал отправление, медлить было нельзя, и так мы много времени потеряли, пока добирались сюда. Бросив взгляд на Демиана, замер. Он смотрел на Бьерна и улыбался, а в его глазах сияло что-то особенное. Невероятно, как быстро эти двое нашли общий язык. Иногда, глядя на них, мне казалось, что это отец и сын.

Бьерн подвел Демиану его любимого коня, и тот, погладив его по холке, наклонился и… поцеловал? Затем он ловко вскочил в седло и подъехал ко мне. Краем сознания я отметил, что ни одна женщина не сможет вскочить в седло так, как сейчас сделал этот заморыш. Даже он смог, а женщинам это попросту не дано!

- Пока поедем медленно, и я тебе все объясню, но потом нам будет нужно сильно ускориться! Если мы опоздаем, то может погибнуть не только урожай, но и люди, - начал я. Тронул коня и добавил: - Демиан, мне… Нет, всему герцогству нужна твоя помощь!

Как было можно в этой спешке, я рассказал юноше о том, что случилось и почему. На молодом красивом лице залегла складка между бровей, что совсем его не портило. Было видно, что парнишка о чем-то крепко задумался, а затем задал мне пару важных и уместных уточняющих вопросов по поводу брачного сезона змей и чешуек. Я коротко ответил, отметив про себя, что статью он не вышел, а вот голова, зато работает как надо!

- А теперь, Демиан, нам нужно спешить! – закончил я разговор и послал своего вороного коня в галоп. За мной, со свистом и молодецким гиканьем, последовали и все остальные.

Демиан скакал позади, чему я был рад. Не знаю почему, но он меня постоянно сбивал с мысли. Просто наваждение какое-то! Совсем скоро мы окажемся на вершине горы, а там и до жуткой расщелины, которая, кажется, доставала до самого Ада, рукой подать!

- Нет, увы! Прямо перед нами пропасть! «Большая расщелина!» — прокричал сзади Бьерн.

- Но зачем мы тогда к ней скачем? – прокричал в ответ звонкий голосок, и я чуть из седла не выпал на скаку!

- Герцог надеется, что отсюда полозы тебя услышат!

- Не слышат, я пробовал!

Нет, мне не послышалось! Я обернулся и чуть придержал коня, приноравливаясь к темпу коня юноши.

- Демиан! Что это значит? Ты вовсе не нем? Ты умеешь говорить? Зачем ты все это время лгал? – в данный момент меня занимала совсем другая проблема, но эта ситуация просто обухом ударила по моей голове. Мысли разбегались, и я не знал, что мне думать, почему парень сказался немым? Что он скрывает? А может это совсем… Нет, этого не может быть! Не бывает таких совпадений. Но я позже об этом подумаю, позже все выясню! А пока нужно решить проблему с полозами.

- Ты точно не можешь их дозваться? Ты уже пробовал? «Я правильно тебя услышал?» — прокричал я.

- Да! – крикнул Демиан. – Нужно подъехать ближе!

- Нет! Нельзя! Пропасть слишком велика! Не перепрыгнем, очень опасно! Нужно скакать вдоль расщелины, до узкого места. Там и перепрыгнем! – я указал направление движения вдоль невидимого пока еще смертельного препятствия и взял правее, уводя своего коня и всех остальных в сторону.

Но этот упрямый мальчишка лишь ниже пригнулся к шее коня, словно подобравшись, будто… Нет, только не это!

- Демиан, поворачивай! «Скоро край расщелины!» — закричал я, с ужасом глядя на набирающего скорость и словно тоже готовящегося к прыжку коня Демиана.

- Демиан, вернись! – с каким-то надрывом прокричал Бьерн. - Что ты делаешь!?

- Стой! Я приказываю! – срывая голос, попытался я хоть так остановить несносного мальчишку!

Но он все несся вперед, прижавшись к шее лошади и буквально слившись с ней. Вот конь изо всех сил оттолкнулся от края расщелины, и я перестал дышать. Не знал, что время может так сильно замедляться. Конь мальчишки невыразимо медленно парил над бездонной пропастью, а у меня в голове билась лишь одна мысль: лишь бы долетел, лишь бы не разбился, я все ему прощу, даже обман, какой бы ни была причина этого!

Замерли все, задержав дыхание и наблюдая за этим самоубийственным прыжком. Справа от меня послышался болезненный стон, но я не мог повернуться, отвести взгляд. Мне казалось, что только он держит Орлика в воздухе, не дав камнем рухнуть вниз.

И вот, наконец, копыта передних ног коня коснулись противоположного края расщелины, а следом и задние, и лишь мелкие камешки посыпались вниз, заставив мое сердце испуганно сжаться. Но, слава Великому Полозу, конь Демиана уже уверенно стоял на твердой поверхности. Мгновение, и вот он уже снова мчится вперед, высекая подковами искры из камней.

Я бросил взгляд на стремившихся к реке Полозов. Расстояние между ними и водной преградой уже заметно сократилось. И пока было неясно, успеет ли Демиан их перехватить до того момента, как они окажутся в воде.

Я отмер и, гикнув, снова послал коня вперед, летя, словно ветер, вдоль расщелины, переводя взгляд с Полозов на несущегося, словно слившегося с конём, мальчика, и обратно.

А если Полозы, стремящиеся к своей цели, попросту не заметят парнишку и снесут его своими гигантскими тушами!? Я стиснул зубы, мысленно уговаривая Демиана вовремя остановиться, но он, словно бессмертный, несся прямо наперерез Полозам.

Вот он, этот перешеек, через который и пони перепрыгнет, миг, и мы уже на противоположной стороне. Рискуя переломать коням ноги, а себе шеи на довольно крутом спуске, стремимся туда, где…

- Ваша светлость! Смотрите! Полозы остановились!

Я во все глаза глядел на это небывалое зрелище, торопясь оказаться на месте как можно скорее. Спуск закончился, и мы понеслись вдоль реки, стараясь скакать по травянистой кромке, не заходя на мокрый, тормозящий движение песок.

Полозы зашевелились и медленно сдвинулись с места, погружаясь в воду. Я встал в стременах, напряженно глядя на черного полоза, который задержался дольше прочих и теперь осторожно огибал сидевшего на коне парнишку.

Убью! – тихо прорычал я, чувствуя, как тугая пружина в области сердца потихоньку отпускает. Почему-то мне уже было все равно, что Полозы уничтожат поля. Ничего, поделюсь своими запасами зерна с подданными, главное, что парнишка жив!

Достав из кармана носовой платок, вытер вспотевшие лицо и шею.

- Ваша светлость! Они уплывают! – восторженно воскликнул Бьерн.

Я поднял голову и обомлел. Действительно, вместо того, чтобы просто переплыть реку, Полозы поплыли против ее течения, легко преодолевая его и волнуя воду, отчего та волнами находила на оба берега.

Еще миг, и я почти на ходу спрыгнул с коня и развернул к себе стоявшего около Орлика парня.

- Ты! Ты! Да я тебя… - я тяжело дышал после бешеной скачки и от волнения грозил пальцем парню, не зная, что сказать. Он ослушался меня, но у него получилось, а как говорится: «Победителей не судят». - Куда они поплыли? – наконец спросил главное.

- Туда, куда и хотели. Только в обход, - ответил парень довольно высоким голосом. Или… не парень? Я внимательно окинул взглядом щуплую фигурку, особенно задержав его в области груди.

- Ну вот! И вы туда же! Да, вот наградила меня природа таким телом, лицом и голосом, что все путают с девкой! Потому и голос скрывал! Или что, хотите убедиться лично!? «Мне нечего скрывать!» — громко, почти истерично прокричал Демиан и… начал расстёгивать пуговицы на своем камзоле.

Глава 48. Жуткий день

Элея

Наверное, ужаснее дня еще не было в моей жизни. Ну, это если не считать трех дней в плену, когда с моего отца требовали за меня выкуп.

Сначала, пусть небольшой, но стресс по прибытии в Академию, затем от встречи с герцогом. Когда он на виду у всех студентов решил посмотреть, что у меня с глазом. Теперь сплетен не оберешься, а ведь я только поступила!

Но самое ужасное началось, когда я летела на коне через бездонную пропасть. До сих пор не знаю, как сердце не выскочило из груди! Но даже когда копыта Орлика коснулись земли, большого облегчения не почувствовала.

Орлик, перепрыгнув глубокую расщелину, тут же понесся дальше, к реке. Я же, вцепившись в повод и гриву коня и пригнувшись к его шее, словно одеревенела, еще не отойдя от шока.

Совсем близко я увидела стремившихся к широкой реке Великих Полозов. Великих в прямом смысле этого слова. Как-то в прошлый раз, сидя на спине одного из них, я просто испугалась резкого подъема вверх, но вот теперь мне «посчастливилось» увидеть их во всей красе.

Просто гигантские разноцветные змеи, извиваясь, ползли к реке, в секунды покрывая огромное расстояние. Мелкие зверюшки, вроде зайцев, в панике стремились как можно скорее убраться с дороги этих колоссов.

Я же, словно завороженная, смотрела на это, а тем временем в моей голове звучал мягкий, спокойный голос:

- Так, мой хороший, правильно, скачи как ветер! Ты же можешь! Покажи, какой ты великолепный скакун! Скачи наперерез этим красивым Полозам, мы должны оказаться на берегу раньше их! Я знаю, ты сможешь, ты же самый быстрый… - и так далее, всё в этом же смысле.

Это говорилось не мне, но и я вдруг ощутила, что каким-то странным образом успокаиваюсь, напряжение отпускает меня, сменяясь спокойной уверенностью, что я справлюсь, что по-другому просто не может быть.

Ощутив в душе приятное спокойствие, я уже другими глазами посмотрела на этих восхитительных в своей мощи рептилий, любуясь их ярким окрасом. Это были Полозы самых распространенных окрасов, и почти все они были парами: три голубых, два красных, два зеленых, два золотистых, и лишь один антрацитово-черный. Мелькнула мысль, что это может быть тот самый Полоз, с которым у меня уже был контакт.

Полозы с огромной скоростью преодолевали оставшееся до реки расстояние, поднимая позади себя клубы пыли, снося и подминая под себя попадавшиеся им на пути деревца.

Я посмотрела вперед, пытаясь оценить оставшееся до берега расстояние и прикинуть наши шансы оказаться там первыми.

Недалеко от песчаного пляжа я увидела семью оленей. Самец, самка и маленький пятнистый детеныш спускались на водопой. Сначала их не было видно, так как их скрывал излом горы, образовывавший нечто вроде небольшого трамплина с впадиной за ним и сразу же начинающимся песчаным пляжем.

Мой взгляд метнулся к полозам, оценивая оставшееся до животных расстояние. Но его практически не оставалось, как не оставалось у оленей времени убраться с дороги живых локомотивов.

Прямо на моих глазах один красный полоз перелетел через естественный трамплин и буквально снёс собою крупного оленя-самца, и лишь по чистой случайности оленёнок с мамой не пострадали, они оказались между двумя пронёсшимися мимо них змеями.

- Ссстойте! Осстановитессь! Осстановитессь до реки! Ссстойте!

Услышала я в своей голове и замерла. Вроде бы голос Шуши, но так странно она говорила!

А между тем мой Орлик на всех парах влетел на песчаный пляж и, взрывая копытами мокрый песок, загарцевал и пару раз встал на дыбы. Я вцепилась в луку седла и сильнее сжала коленями бока своего бесстрашного скакуна, тогда как сама уже была готова описаться, видя поднимавшиеся над моей головой тела змей, похожие на огромные стволы деревьев.

Удивительно, но снизу у всех них, независимо от цвета, было светло-желтое брюшко в очень крупных овальной формы чешуйках. Гигантские головы с передней частью туловища зависли надо мной и, чуть покачавшись, плавно сползли на песок, аккуратно огибая нас с Орликом.

- Ссстойте! Уссспокойтессь! Я, - Шуашшиши! А верхом на «конь», мой Проводник! Ее имя, - Элея! Сслушшайте её!

- Мы ссслушшаем! – раздался в моей голове глубокий низкий голос, который я сразу узнала!

- Шуша, как мне обращаться к черному полозу? И вслух говорить или мысленно?

Оказывается, я правильно догадалась, кто главный среди них, и голос полоза тоже узнала. Имя его Ссуассаши, и говорить с ним было можно, как мне привычней, все равно полозы будут слышать мои мысли, адресованные им.

И я заговорила. Я просила немного изменить маршрут, обогнув поля, просила не губить невинные души и не лишать их пищи, ведь иначе люди не переживут эту зиму. Говорила, как люди почитают их, и с каким благоговением относятся, и что величают не иначе как Великие Полозы.

Не знаю, что повлияло больше на их решение, мои слова или то, с каким эмоциональным посылом я все это говорила, но черный Полоз, повернув ко мне голову, больше напоминающую кабину от КАМАЗа, уставился гигантским глазом.

- Мы обогнем поля людей! Но услуга за услугу!

- Чего вы хотите? – сердце невольно екнуло. Вдруг он сейчас запросит чего-то такое, что лично я не смогу им пообещать? А дожидаться скачущего в объезд герцога, Полозы не согласятся!

- Пока не знаем. Но, когда придет время, попросим.

- Хорошо, я согласна! – жутковато, конечно, было обещать то, чего сама не знаю. Но, во всяком случае, я точно знала, насколько важны для жителей этой земли эти невероятные в своей красоте и пользе их чешуек Полозы. Поэтому предположила, что герцог в лепешку расшибется, но выполнит их желание.

Едва я дала согласие, как сверкающие под солнечными лучами махины пришли в движение и плавно заскользили в воду, поднимая закручивающиеся бурунами волны.

Сердце замерло. Я напряженно всматривалась в их уверенные неторопливые движения, стараясь понять, куда именно они направляются. Понял ли черный Ссуассаши, о чем я его попросила?

- Поворачивают!

- Что?

- Поворачивают, говорю! Будут плыть против течения. Там есть ответвление этой реки, узкое, но они пройдут. Как раз обогнут поле, а там и до того озера совсем близко! – суфлировала мне Шуша, передавая то, о чем непосредственно ей сообщил черный сородич.

Я облегченно выдохнула, почувствовав, что меня аж потряхивает от напряжения, и сразу пришло ощущение свежего от воды ветерка, что треплет мои взмокшие от пота волосы. Все же жаркий выдался денек. Во всех смыслах!

Я медленно слезла, буквально сползла с коня и на почти не гнущихся ногах вошла в воду. Наклонилась, зачерпнула ее в горсть, умылась, провела пятерней по волосам, потом еще и еще раз. Вроде полегчало.

Позади послышался топот множества копыт. Я вернулась к Орлику, взялась за повод и буквально повисла на нем, чувствуя сильнейшую усталость, как физическую, так и моральную.

Рядом со мной кто-то спрыгнул с коня, и тут же меня дернули за руку, разворачивая.

Ну конечно! Кто бы сомневался!? Его светлость собственной персоной! А еще лицо такое недовольное!

- Ты! Ты! Да я тебя… - он тяжело дышал после скачки и от волнения грозил мне пальцем, не зная, что сказать.

Как говорится: «Здрасьте, приехали!» Я тут за него дипломатические вопросы решаю, урожай и людей спасаю, между прочим, рискуя собственной жизнью, а он мне еще угрожает! Усталость внезапно пропала, сменившись поднимающейся откуда-то изнутри меня злостью.

- Туда, куда и хотели. Только в обход, - ответила я. А в ответ герцог внимательно окинул меня взглядом, особенно задержав его в области груди. И тут у меня, как говорится, крышечку-то и сорвало!

- Ну вот! И вы туда же! Да, вот наградила меня природа таким телом, лицом и голосом, что все путают с девкой! Потому и голос скрывал! Или что, хотите убедиться лично!? «Мне нечего скрывать!» — прокричала я и… начала расстёгивать пуговицы на своем камзоле.

Мое лицо автоматически застыло маской спокойной уверенности, и я, прямо смотря в глаза неблагодарному мужчине, раздевалась. За его спиной с выпученными глазами застыл Бьерн. Его глаза буквально кричали мне: «Что ты делаешь?!» Но я знала, что делаю! Правильный блеф еще никогда меня не подводил. Не зря я заказала у партнера, утягивающий «пояс» телесного цвета. И я знала, что последует дальше.

- Демиан! Немедленно прекрати! Что ты делаешь? Что ты себе позволяешь?! – прокричал герцог, пунцовея щеками.

В принципе, на этом можно было бы и остановиться, но я прекрасно знала, что если тему не закрыть, она снова всплывет, и тогда обязательно последует разоблачение.

- Как что? Закрываю вопрос! Удовлетворяю ваше любопытство! Мне надоело, что меня постоянно подозревают! – продолжала разоряться я, войдя в раж. – Вот сейчас разденусь, вы все на меня посмотрите… Кстати, штаны снимать или достаточно рубашки? - С этими словами я взялась за пуговицы рубашки, как мои руки накрыли горячие пальцы герцога.

- Прекрати, Демиан! - Произнес он тихо, но твердо. – Оденься.

Ну, я не стала больше дергать тигра за хвост. Сегодня победила я. Ну, а что будет дальше, посмотрим. Не торопясь, я застегнула уже расстёгнутые две пуговицы рубашки, привела в порядок мундир и с обиженной «моськой» вскочила на коня.

Некоторое время мы ехали молча. Позади скакало сопровождение, а впереди мы трое. Первые мы с герцогом, и, чуть отставая, Бьерн. Сначала меня раздражало то, что Его Светлость постоянно на меня посматривает, но затем поняла, что его попросту гложет любопытство по поводу моего контакта с Великими Полозами. Я злорадно улыбнулась уголком рта и успокоилась. Ничего, потерпит, ему полезно. А то вместо того, чтобы для начала сказать «спасибо», набрасывается: «Ты! Ты! Да я тебя…»

Я умиротворенно вздохнула, чувствуя себя отмщенной, и с интересом принялась разглядывать пейзаж. Хотя, собственно, и разглядывать было нечего, горное плато, переходящее в степь, с редкими пучками кустиков, а вдалеке горы. Наверное, оттуда и приползли Полозы.

- Демьян, извини, что набросился на тебя! Просто… Я испугался за тебя, когда ты прыгнул через пропасть! Испугался и разозлился, что ты меня не послушал, - голос герцога был непривычно мягок, и вопреки моей воле по телу побежали мурашки. Невольно представилось, как таким бархатным баритоном он признается мне в любви! Хотя о какой любви может идти речь!? Мне тут же вспомнилось, как я лежу в супружеской постели, закованная в цепи.

- Ладно, проехали.

- Что, прости?

- Хм. Ну, закрыли тему!

- Демиан, извини, но ты стал говорить непонятные слова!

Я аж зубами скрипнула от досады. Только успела отвести от себя подозрение в одном, так тут же в другом могут начать подозревать! Ну, например, что я заграничный шпион и по-ихнему шпрехаю.

- Я принимаю ваши извинения, Ваша Светлость, и всё понимаю! – ответила я, понимая, что в принципе сейчас случилась невиданная вещь, чтобы высшая аристократия извинялась перед кем-то заведомо ниже статусом.

- Демиан, что там произошло на берегу? Тебе удалось пообщаться с Великими Полозами? Как ты их уговорил обойти поле?

Ну, я рассказала всё как было, про обещание выполнить их просьбу тоже упомянула. Герцог кивнул, а потом на какое-то время задумался.

- Да, что бы они ни попросили, мы выполним. Если, конечно, это не будет требование убраться с этих земель, - мрачно усмехнулся он.

Дальше мы ехали молча, каждый занятый своими мыслями. Мои бродили, куда хотели, всё чаще возвращаясь в область бурчащего желудка, который так никто не удосужился накормить. А время уже близилось к ужину, который я надеялась не пропустить.

Солнце уже коснулось линии горизонта, окрашивая его в красивые розово-багряные тона, с прожилками светло-желтого, и стало заметно более прохладно, что очень радовало. Весь день на жарком солнце, да в седле, мало кто выдержит.

Я со стоном облегчения спрыгнула с Орлика у самых ворот Академии. Тепло попрощалась с Бьерном, помахала рукой солдатам и сухо-вежливо сказала: «До свидания, Ваша Светлость» герцогу. А затем, потрепав на прощание Орлика за гриву, кивнула стражникам на воротах и, как была, в запыленном мундире, отправилась в столовую. Пусть только попробуют не пустить! После Великих Полозов и прыжка через пропасть я больше ничего не боюсь.

Глава 49. Вопрос на засыпку

Герцог Сантерийский

Я посмотрел вслед решительно вошедшему в ворота Академии юноше. Напряженно расправленные плечи и решительная походка словно кричали: «А видал я вас всех в семейном склепе!»

Да, досталось ему сегодня! Представляю, сколько страха натерпелся. Сначала полет над пропастью, а потом встать на пути десяти гигантских Полозов. Меня все больше поражал этот парнишка. В таком тщедушном на вид теле столько храбрости и отваги!

- Ваша Светлость! Пора ехать, темнеет.

- Да, едем. Хотя… Бьерн, сейчас еще не очень поздно побеспокоить ректора сего заведения?

- Ну, ужин только начался, так что думаю, еще не поздно. Вы хотите, чтобы я ему что-то передал?

- Да, мой друг, ты очень догадлив! Передай ему мое личное распоряжение, чтобы позволял студенту Демиану Русток находиться на территории Академии в собственной одежде! Передай, что он находится на службе у меня, и часто будет требоваться его срочное присутствие. Настолько срочное, что нельзя будет тратить время даже на переодевание!

Бьерн понимающе хмыкнул.

- Вы совершенно правильно поступаете, Ваша Светлость. Мальцу и так здесь сложно придется, а тут еще и эта мантия, больше напоминающая платье!

- Да вот сам думаю, традиции традициями, но будущие маги должны быть всегда наготове, а при необходимости быстро собраться и выступить на защиту этих земель! Пожалуй, я передумал. Сам пойду к ректору и оставлю ему новое указание. А то они здесь скоро мхом покроются, так давно здесь ничего не менялось!

Старый пройдоха широко улыбнулся в усы, но промолчал.

***

В замок я вернулся, когда ужин уже закончился, а мой отец с невольными гостями пили чай в гостиной и мило беседовали.

Завидев меня, виконт Грейсток и граф Гилмор встали, приветствуя.

- Дорогой Элиас! Мы весь день провели в жутком волнении! Неужели Великие Полозы уничтожили весь урожай крестьян за рекой? – преднамеренно подчеркнутое волнение графа было слишком заметно. Не думаю, что его волновала судьба каких-то крестьян, просто было любопытно, чем дело закончилось.

- Подайте ужин! – распорядился я, присаживаясь за стол. На мне тут же скрестились взгляды всех присутствующих. – Все хорошо, Полозы обошли поле стороной.

По гостиной пронесся вздох, как мне показалось, вздох разочарования.

Внесли мой ужин, пока лакей сервировал стол, я бросил взгляд на Доротею. Как всегда идеальна. Идеальна и холодна. Для придания статусности очень подходящая жена. Но мне этого мало. Хотя жениться по любви, да чтобы при этом супруга была достаточно родовита, имела за собой хорошее приданое и обладала совместимым с супругом магическим потенциалом, было просто нереально!

Вон Элея обладала лишь последним качеством. Конечно же, очень важным для меня, но одним! Доротея родовита, и за ней я получу земли, уже два качества. Даже три я вряд ли где найду! Я поднял глаза от тарелки, с которой, оказывается, уже что-то ел некоторое время, погрузившись в размышления и не ощущая вкуса еды.

Мои гости уже нехотя пили чай, о чем-то тихо переговариваясь и не решаясь ни уйти, ни заговорить со мной. Но у меня тоже не было никакого желания соблюдать этикет.

Быстро покончив с едой, промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола. Все тут же встали. По какому-то растерянному лицу отца Доротеи было видно, что он хочет о чем-то со мной поговорить, да и во взгляде моего друга сквозило нетерпение. Но зато мой отец старательно прятал взгляд, вот с него-то я и решил начать.

- Отец, мне нужно с тобой поговорить! Пройдем в мой кабинет.

Тот обиженно поджал губы и пошел вслед за мной.

- Ваша Светлость, - меня остановил граф, - простите, что отвлекаю, но буквально на пару мгновений позвольте вас задержать. Мы можем отойти в сторонку?

Заинтригованный, я извинился перед отцом и отошел с графом к окну.

- Ваша Светлость! Я вынужден просить вас об одном одолжении!

Начало мне уже не понравилось, но я кивнул, приглашая продолжать.

- Дело в том, что мы уже собирались с Доротеей покинуть сей гостеприимный замок, но час назад прискакал посыльный и доложил, что на мой особняк буквально напали полчища не то крыс, не то мышей! Почти начисто уничтожили запасы продуктов в кладовой! Вся челядь женского полу с визгом разбежалась, остались одни мужчины. Мне нужно срочно организовать борьбу с этими вредителями! А посему необходимо вернуться, впрочем, как я и планировал. Вот только… - мужчина замялся, а я уже и так понял, что он хочет мне сказать.

- Я бы хотел просить вас позволить Доротее остаться! Сами понимаете, Ваша Светлость, женщины и грызуны – понятия не совместимые! Тем более в доме сейчас и есть-то нечего. Ни продуктов, ни поварихи!

По правде сказать, я и сам хотел, чтобы Доротея задержалась. Мне хотелось лучше узнать свою будущую жену. Вот только то, что она останется одна в доме с холостым мужчиной, может её скомпрометировать. О чем я и сказал ее отцу.

- Ваша Светлость! Элиас, но ведь у вас сейчас гостит ваш друг с невестой! Наличие еще одной женщины в доме как раз сделает пребывание здесь моей дочери вполне приличным!

- Ну, если так, то, пожалуй, - я обреченно пожал плечами. А ведь мечтал как можно скорее отправить всех гостей восвояси, но опять не сложилось.

Поблагодарив меня, граф поспешил на выход, а я обернулся к отцу, делая тому знак следовать за мной.

В кабинете я не стал сам садиться и не пригласил присесть отца. Мне хотелось по-быстрому разделаться со всем этим и пойти спать, слишком изматывающим оказался этот день.

- Отец, я удивлен, увидев тебя здесь. Сломалась твоя карета? Я иронично изогнул бровь, давая понять, что ни за что не поверю этому.

- Нет, сын. Просто хотел узнать новости про Полозов. Слишком необычно их поведение! Не случилось бы чего.

- Понятно. Ну, новости ты услышал…

- Элиас! – перебил он меня. - Скажи, каким образом тебе удалось заставить Полозов повернуть в сторону и обогнуть поля?

- Демиан. Демиан Русток, сын барона Русток. Это он остановил Полозов. Нам повезло, что в герцогстве нашелся человек с нужной нам магией! Я его отправил учиться в Магическую Академию, чтобы по её окончании взять к себе на службу. Но, как видишь, даже ни дня не проучившись, он смог такое совершить! Мне до сих пор не верится! Видел бы ты, отец, как он… - я осекся, глядя на расширившиеся глаза отца и его приоткрывшийся рот.

- Что с тобой? Тебе плохо? - застывший, словно остекленевший взгляд отца остановился на мне.

- Сын. А ты уверен, что этот… как его, Русток, - юноша?

Я чуть не подавился. Чувство дежавю захлестнуло меня. Да что же это такое!?

- О чем ты, отец? Отчего такие странные вопросы?

- Да просто, сын, способностью говорить с Великими Полозами обладают только женщины!

Глава 50. Как быстро завоевать авторитет

Элея

Оказывается, чтобы перестать бояться, нужно всего-навсего сильно, просто смертельно испугаться, а потом еще и разозлиться. После перенесенного мною в тот памятный день, словно какая-то долго растягиваемая пружинка лопнула внутри меня, и мне стало все равно.

Нет, не то, чтобы я не боялась умереть, нет. Но просто посчитала, что, если меня оставят в живых после того, как откроется моя тайна, я не буду сильно переживать о своей судьбе. Мне почему-то казалось, что теперь я справлюсь с чем угодно.

Тем более, что при общении с герцогом мне показалось, что он довольно добрый человек. Или я совсем не разбираюсь в людях! Но, как говорится, «и на солнце есть пятна». Что у него, по-видимому, это выражалось в особых предпочтениях в постели с женщинами. Видимо, именно так проявляется садистская сторона его натуры. Как бы то ни было, но меня это категорически не устраивало. Так как я не мазохистка, и этим все сказано!

Занятия на сегодня закончились, и я, расстелив на газоне плед, мрачно наблюдала за занятиями старшекурсников. В Академии очень большая площадка для занятий спортом. Есть и поле для бега, и различные тренажёры, и полоса сложнейших препятствий. И даже отдельная, защищенная по бокам сетью, плюс чем-то прозрачным, напоминающим стекло, а ещё магически, площадка. Именно здесь будущие защитники герцогства оттачивали свое мастерство владения огненной магией, швыряясь фаерболами.

А я, глядя на мускулистые тела парней, все больше мрачнела, все сильнее осознавая свою никчемность и невезучесть. А что!? Будучи в той жизни дочкой богатого родителя, внешность имела совсем не привлекательную, а фигуру и вовсе не подходящую девушке, поэтому парни ко мне клеились исключительно из-за денег моего отца.

Здесь я получила красивую внешность и обалденную фигуру, но даже не могу ими пользоваться! Все время вынуждена скрываться и маскироваться под юношу субтильной комплекции. И вот стоило здесь давать мне новое тело? Перенесли бы в старом, и без проблем!

И вот теперь, находясь среди рассадника тестостерона, я могла лишь на это смотреть, не забыв напялить на свое лицо покерфейс. Имея теперь новую внешность и вынужденная претворяться мужчиной, я не могу ни построить глазки парням, ни пококетничать с ними, чтобы не оказаться неправильно понятой. Как была я в прошлой жизни «белой вороной», своего рода отщепенцем, так и здесь им же стала.

А началось все в тот злополучный день, когда я провела первые переговоры с Полозами и спасла поля крестьян. Ввалившись в столовую в пропыленной одежде, далекой от принятой в академии униформы, провожаемая десятками пар глаз, молча протопала к раздаче. Понаставила на поднос всего побольше и, не спрашивая разрешения, с грохотом поставила поднос на ближайший стол, за которым уже сидело несколько человек.

- Я присяду? – запоздало поинтересовалась я довольно низким голосом.

За столом воцарилась тишина. Решив для себя, что молчание — это знак согласия, ни на кого не глядя, принялась за еду.

— Это кто тут у нас такой наглый? – внезапно прорычало прямо у меня над головой.

Мой взгляд тут же уткнулся в торчащую из-под мантии обувь огромного размера. Подняв взгляд, я убедилась, что надо мной действительно наклонился здоровенный детина. «Везет» мне сегодня на здоровяков, - мелькнула мысль, и я криво улыбнулась.

- Я что-то смешное сказал? – взревел детина.

Странно, миры разные, а фразы для наезда как под копирку.

Я тяжело вздохнула, понимая, что спокойно мне поесть не дадут. И похоже, мой ужин закончился, даже толком не начавшись.

- Давай я его укушу? – предложила мне Шуша, затаившаяся в кармане камзола.

- Тебе пока нельзя показываться, сама разберусь, но за предложение спасибо! – мысленно ответила своей защитнице, поднимаясь из-за стола.

Как я и предположила, тому, кто мне бросал предъявы, я лбом едва доставала до подбородка. И почти в три раза была худее его.

- Ну, теперь я весь внимание. Слушаю тебя, - ответила я внешне спокойно, хотя мой мозг уже в ускоренном ритме просчитывал возможные уязвимые места у заведомо более сильного противника.

Ну, на глазные яблоки мне долго давить никто не даст, попросту оттащат, или он меня задушит в медвежьих объятиях, а вместе со мной и Шушечку. По кадыку с моего положения наносить удар неудобно, соски тоже сквозь мантию сразу не определю… Поэтому остается два варианта, и я намерена использовать их оба! С такой машиной для убийства совсем не лишним будет перестраховаться.

- Ты кто такой? Откуда ты взялся? – прорычал он.

- Ммм, мне на какой вопрос отвечать? – поинтересовалась я.

В зале послышались смешки. Все разговоры стихли, видимо скучающие студенты замерли в ожидании веселого представления, как быкоподобный здоровяк раскатает в коровью лепешку тощего первокурсника. Нечестно как-то. И ведь никто даже не подумал его успокоить.

- Кто? Ты! Такой! – после этого рыка аж стекла в столовой зазвенели.

- Я такой же студент, как и ты. А это - студенческая столовая. А вот это, - я указала на стол, - стол в студенческой столовой, за который могут садиться любые студенты. Я понятно объяснил? – ровным спокойным голосом ответила я, глядя мимо агрессивного парня. – Теперь я могу спокойно доесть свой ужин?

- И даже допить! – язвительно протянул местный абьюзер и, схватив со стола стакан с компотом, вылил мне на голову.

Кто-то рядом подхалимски хихикнул, но в остальном, если я думала, что до этого было тихо, то сильно ошибалась. Вот теперь было ощущение, если рядом пролетит муха, то ее все услышат. Также, как сейчас слышен был звук падающих на каменный пол капель, срывающихся с моих волос. И потому я расслышала, как за раздачей кто-то из поваров прошептал: «Вы как хотите, а я за ректором!»

Это значит, здесь скоро будет начальство, и для зрителей «веселье» закончится. А для меня начнется тихая травля исподтишка. Сразу на память пришло несколько фильмов, где главный герой побеждает при зрителях самого главного задиру и таким образом зарабатывает авторитет. Мне он был не нужен, но за собственное спокойствие я просто обязана была побороться.

- Ну что, слизняк? Компотом не напился? Может, тебе еще каши на уши повесить? – и на полном серьезе потянулся за моей тарелкой!

Тут я несильно ударила его носком сапога по надкостнице на голени, а затем резко подняла руки и без замаха хлестко ударила агрессора по ушам. Не сильно, чтобы не навредить его ушным перепонкам фатально, но достаточно, чтобы он зашатался и, словно подкошенный, рухнул на пол, с болезненным стоном ухватившись за больную голову, а затем и за конечность.

- Что здесь происходит? – в столовую быстрыми шагами вошел смуглый жилистый мужчина средних лет.

- Да вот, Ваше Сиятельство, здесь Рихард Тварг опять первокурсника задирает! – громко пожаловалась повариха, указывая пальцем в нашу сторону.

- Ну и кто у нас здесь первокурсник, и кто хулиган? – черные глаза ректора пытливо окинули нашу композицию, где я стояла обтекающая компотом, а громила с расфокусированным зрением укачивал на полу свою пострадавшую конечность.

Повариха охнула, смешно сжав ладонями свое лицо, отчего ее губы превратились в букву «о».

— Это как же это так? – поразилась она, но затем довольно быстро пришла в себя и ухмыльнулась: «Давно бы так! А то совсем зарвался, поганец!»

- Матильда! – укоризненно покачал головой ректор.

Та смешливо прыснула в кулак и убежала на кухню.

Ректор снова перевел взгляд на нашу парочку и, убедившись, что с местным задирой все в порядке и его жизни ничто не угрожает, вновь перевел взгляд на меня.

- Ну, а вы у нас кто? – он прищурился. – Ах да, припоминаю, Русток. Напомни свое имя.

- Демиан. Демиан Русток, ваше сиятельство! – и по привычке вытянулся во фрунт, как солдат перед своим командиром.

Ректор усмехнулся.

- А не про тебя ли мне говорили… А, да ладно. Ты мне вот что скажи, дорогой друг, почему ты до сих пор не переоделся? У нас в академии принята особая форма одежды. Тебе ведь уже выдали мантию?

- Выдали, ваше сиятельство, но я не буду ее носить.

Все присутствующие дружно охнули, видимо, я совершила некое святотатство, отказавшись носить вещь, которая выглядит на мне, словно платье. И тут же мелькнула мысль, а что, если я совершу несколько таких серьезных проступков, меня же, наверное, отчислят из Академии? И тогда мне не придется служить герцогу? А что, идея неплоха!

— Это распоряжение Его Светлости! – решила уж я совсем обнаглеть, - можете сами у него спросить!

Ректор громко сглотнул, явно растерявшись и не зная, как реагировать на мои слова. И тут в дверь столовой, запыхавшись, вбежал охранник, что стоял у ворот Академии.

- Ваше сиятельство! Вас желает видеть герцог Сантерийский!

Ректор бросил на меня настороженный взгляд, словно заподозрил, что это я вызвала хозяина Академии каким-то магическим способом.

- Так, перестать! Убрать здесь всё и… Он снова окинул мою одетую не по уставу фигуру и, махнув рукой, быстро вышел.

Тут же, словно по мановению волшебной палочки, все вокруг пришло в движение. Студенты зазвенели ложками, загремели отодвигаемыми стульями, ужин продолжался, но только не для меня. Он остыл, был залит компотом, да и вообще, ходить в мокрой одежде с липкими волосами — так себе удовольствие.

Рихард Тварг все еще сидел на полу, баюкая пострадавшую ногу, и не спешил подниматься.

- Вставай! «Давай помогу дойти до медчасти», — протянула я ему руку.

- Да иди ты! Без твоей помощи обойдусь! – тихо прорычал пострадавший от своей же агрессии.

Я пожала плечами, подхватила поднос и, поставив его на стойку грязной посуды, улыбаясь, вышла из столовой.

Солнышко ласково светило мне прямо в глаза, ветерок теребил слипшуюся от компота челку и холодил мокрую от него же под рубашкой грудь.

Оглядевшись, я взяла курс на свой жилой корпус. Шуша наотрез отказалась вылезать из моего кармана, бормоча мне о том, что очень мной гордится, но теперь и охранять меня нужно от возможной мести большого самца, как она выразилась.

С последним высказыванием нельзя было не согласиться, этот Тварг обязательно постарается отомстить за то, что унизила его перед всеми. Но явно не сейчас. Ему бы свою ногу подлечить, так как удар по надкостнице довольно болезненный и долго проходит. Так что, думаю, до завтра я могу ходить не оглядываясь.

Во всей этой истории радовало меня одно. То, что все это произошло перед множеством свидетелей, и теперь вряд ли кто решится трогать, да и просто задирать щуплого «парнишку», раз он влегкую справился с таким бугаем. Так что ожидать удара исподтишка мне предстоит только от одного человека.

Ввалившись в свою комнату, я закрылась и с удовольствием стянула с себя мокрую и липкую одежду. А освободив свою грудь от стягивающего ее весь день специального пояса, вообще застонала от счастья. Коварно улыбнулась, вспомнив, как медленно расстёгивала там, у реки, свою белую рубашку, зная, что в образовавшуюся щелку виден лишь кусочек «кожи». И еще раз похвалила себя за то, что догадалась попросить портного сшить мне широкий пояс телесного цвета.

Прошлепав босыми ногами в ванную и вспомнив, что здесь нет водопровода, расстроилась, понимая, что прямо сейчас погрузиться в пенную горячую воду мне не удастся, так как придется долго ждать, пока она наберется из голубой чешуйки.

- Что грустишь? – в ванную, сверкая радужной шкуркой, вползла Шуша.

- Да вот, горячей ванны долго ждать! А я так сегодня устала, что, наверное, усну до того, как ванна наберется!

- Так давай я наберу воду и погрею ее! – предложила змейка.

- Что? – я аж подпрыгнула на месте, - так ты можешь это делать? А что раньше не предлагала?

- Так я ж думала, ты знаешь! Просто тебе интересно самой справляться, - возмутилась моя тихушница.

- А я не знала, - грустно вздохнула я, - поможешь?

- Конечно, помогу! Подсади меня на эту, как ты ее называешь?

- Лохань это, Шуша. Деревянная лохань!

- Ну, как скажешь! – ухмыльнулась эта проказница, и с ее тела в лохань вдруг начала стекать прозрачная и почти горячая вода. И стекала так, как из крана в моем мире, хорошим таким напором.

Я поспешно залезла в лохань, вытянулась и блаженно закрыла глаза.

Накупавшись и вымыв голову, я в эту же воду положила свои испачканные вещи. Уложила на дно зеленую пластину и еще одну черную, и вода в лохани начала закручиваться воронкой, стирая мои вещи.

А я едва оделась в махровый халат, бонусом сшитый мне портным, как в дверь постучали. Я напряглась и, взглянув на Шушу, указала ей на кровать. Вернее, на ее место под кроватью.

Ожидая любых сюрпризов, вплоть до появления дружков Рихарда Тварга, все же открыла дверь.

В комнату с веселым ржачем ввалились четверо моих новых знакомых.

- Демиан, ты герой! Ты знаешь об этом? – похлопал меня по плечу рыжеволосый Сван.

- О твоих ударах вся Академия гудит! Научишь? – присел около меня на корточки и, глядя снизу вверх своими зелеными, словно молодая трава, глазами, восторженно добавил Хаук.

- Может, вы сначала его накормите? – тихо осадил своих друзей загадочный блондин Йон, чем вызвал во мне бурю положительных эмоций, на которые мой желудок ответил согласным урчанием.

- Ой! Извините! Давно не ел, - сконфужено пробормотала я, увидев, как глаза у всех четверых едва не вылезли из орбит от удивления.

- Ты что, все же говоришь? – прохрипел жгучий брюнет, Гест, кажется.

- Ты что, нас обманывал? – нахмурился Сван, и его веснушки словно поблекли.

- Меня герцог возил к одному магу, что в горах живет и мало кого принимает. Нам повезло! Он смог меня вылечить! – улыбнулась я, выдав парням первое объяснение, что пришло мне в голову, и в мире, где есть магия, самое что ни на есть правдоподобно звучащее.

- Здорово! Мы за тебя очень рады! – снова засветился Сван. – Давай, Хаук, доставай провизию для героя! И уже для меня добавил: — Это тебе сама Матильда передала! Мы хотели только второе взять, а она нас всякой вкуснотой нагрузила, — и шепотом добавил: — из меню преподавателей!

***

С тех пор прошло пять дней. Я более-менее освоилась, получила учебники по общей магии. Ходила на лекции с первокурсниками, а после занятий сидела в читальном зале, изучая древние манускрипты и фолианты по магии касательно общения с Великими Полозами. Оказывается, «проводник», как меня назвала в первую нашу встречу Шуша, и есть та связующая нить, проводник, который помогает в общении этих магических пресмыкающихся и людей, не умеющих с ними говорить.

Но сегодня я решила себе устроить что-то типа выходного дня. Так как обычно, выходя из библиотеки, я сразу шла на ужин, а потом спать, на большее уже сил не оставалось.

- Эй, Демиан! Как насчет прокатиться на метле?

Я подняла голову, прикрыв глаза от слепящего солнца, и уже зная, кого я сейчас увижу.

Рихард Тварг собственной персоной! А то я уж замучалась ждать, когда он себя проявит. Известная опасность всегда лучше неизвестной, поэтому я широко улыбнулась, а здоровяк сделал маленький шажок назад. Все же опасается меня, но авторитет поднимать нужно, вот и явился. Наверняка ведь какую-то подлянку готовит!

- Ну, пойдем посмотрим на твою… метлу! – Я встала с пледа и, подняв его с земли, встряхнула от налипшей травы.

- Ты что, идешь? – удивился здоровяк.

- А то! Ни за что не пропущу такое развлечение! – усмехнулась я, с удовольствием наблюдая за вытянувшейся физиономией парня.

Глава 51. Русалки

Герцог Сантерийский

Этим вечером замок покинули два человека. Я проводил своего отца и графа Гилмора, а его дочь осталась. Таким образом, мне снова не удалось остаться в одиночестве, опять в моём доме поселились гости.

Виконт всё порывался со мной о чём-то поговорить, но я совершенно был не в настроении и к тому же очень сильно устал. Доротея удалилась в свои покои в сопровождении служанки, а Виконт пошёл провожать свою невесту в её покои.

Часы показывали уже десять вечера, когда я отправился сам спать. К счастью, Хуго позаботился о расслабляющей купальне для меня, и я с удовольствием вытянулся в горячей воде, откинул голову на бортик и закрыл глаза.

Перед внутренним взором тут же поплыли картины сегодняшнего дня. Я впервые видел миграцию великих полозов так близко, да ещё в таком количестве. Но самое поразительное, что благодаря Демиану их удалось остановить и избежать не только больших убытков, но и жертв.

Вспомнив об этом юноше, я нахмурился. В то время, пока провожал гостей, я старался не думать о том, что сказал мне отец. Я уже совсем запутался. До этого я сам подозревал, что Демиан переодетая девушка, то вроде бы раз за разом убеждался, что это не так.

Вспомнить даже сегодняшнюю неловкую сцену у реки, когда юноша, оскорбившись, что за его яркую внешность его принимают за девушку, принялся на глазах у всех раздеваться.

Насколько мне известно, ни одна женщина не пошла бы на подобное, и ведь по его глазам я видел решимость, что если бы я не остановил Демиана, то он вполне мог раздеться полностью.

Наверное, всё же я жалел, что остановил его тогда, ведь теперь наконец всё бы прояснилось окончательно.

И всё же я знал, что вскоре эта дилемма будет решена. Несмотря на возможность купаться в собственной умывальне, раз в неделю всех студентов водят в баню. Если Демиан всё же девушка, то она точно откажется идти париться вместе с юношами. Всё, на некоторое время я должен выбросить из головы эту странную историю, вскоре и так всё станет ясно.

За окном уже совсем стемнело, горевшая рядом в чугунном подсвечнике свеча начала чадить и тухнуть. Опять старый можардом принялся экономить, закупая свечи из перетопленного ранее воска. С возрастом старый слуга становился всё прижимистее. Опасаясь, что вскоре останусь без света, наскоро искупался и, завернувшись в мягкую ткань, пошёл в спальню.

Утром я проснулся в прекрасном настроении и за завтраком разговаривал со своими гостями на всякие отвлеченные темы. Причём всё время завтрака Орм делал мне какие-то знаки, намекая на то, что нам нужно поговорить наедине. Я кивнул ему, давая понять, что выслушаю после завтрака, а сам переключил внимание на свою будущую жену.

Доротея выглядела, как всегда, прекрасно! Нежно-голубое воздушное платье, оголявшее её мраморные плечи, необыкновенно шло ей. Белокурые локоны красавицы были собраны на затылке в причудливую причёску и открывали стройную её шейку.

Девушка ела очень изящно, накалывая на вилку маленькие кусочки омлета, отправляя их в рот, что я ненароком засмотрелся на её коралловые губки, которые вдруг неудержимо захотелось поцеловать. Наконец допив чай, я предложил девушкам пойти немного прогуляться вдвоем, сказав, что мне нужно переговорить с другом об одном важном деле, но пообещал, что после мы непременно погуляем в саду вместе.

Друг придержал стул, помогая подняться из-за стола Адель, а я то же самое сделал для Доротеи.

Девицы, плавно двигаясь и покачивая своими пышными юбками, остановились у выхода из гостиной и, прежде чем выйти, повернувшись, помахали нам.

Я невольно сравнил обеих блондинок, которые разительно отличались друг от друга. В то время как моя Доротея была сказочно прекрасна, невеста виконта выглядела словно бледная моль, впрочем, таковой она и являлась. Пожалуй, девушке с такой внешностью даже повезло, что у неё имеется богатый отец, который дает за дочерью достойное приданое.

Проводив девиц взглядом, я повернулся к другу.

- Ну что, идём?

- Да, Элиас, мне срочно нужно с тобой посоветоваться, — лицо друга, вечно улыбающееся, сейчас было непривычно серьёзно. Он нахмурил брови и опустил голову.

- Тогда давай-ка не будем сидеть в душном кабинете и тоже прогуляемся, — предложил я.

Мы пошли по аллее в противоположную сторону той, куда направились наши девушки. И едва за кустами гортензии скрылись их светлые макушки, Орм глубоко вздохнул и заговорил.

- Элиас, мне кажется, я поторопился.

- О чём ты? Подозреваю, что о своей женитьбе?

- Предполагаемой женитьбе, — поправил он меня. — Последнее время мне стало казаться, что недостаточно лишь одного приданого, чтобы прожить с человеком всю жизнь. Очень нехорошо так думать, но мне кажется, что уже через месяц совместной жизни с Адель я, наверное, волком завою и стану заглядываться на горничных.

- Ну да. По правде, твоя невеста красотою не блещет, — невольно задумался я, спрашивая у себя, смог бы я ради приданного жениться на дурнушке? И сам себе ответил, что вряд ли. Я вот тоже предположительно скоро женюсь, но в отличие от друга, впридачу к приданному, я еще получаю и красавицу жену.

Орм внимательно смотрел на меня, ожидая ответа. Я постарался собрать мысли в кучу.

- Ну, а что ты можешь сделать, чтобы не поссориться с ее отцом? Хотя, как я понимаю, обручения ещё не было?

- Нет. И всё же я уже посватался, а маркиз Тейлор слывёт в обществе за довольно мстительного господина. Элиас, подскажи, что мне делать? Как мне избавиться от уже опостылевшей мне девицы и в то же время не поссориться с её отцом?

- Даже не знаю, что тебе посоветовать, — я усмехнулся и покачал головой. — Хотя, пожалуй, есть одно средство. Нужно сделать так, чтобы в вашем разрыве была виновата сама Адель. Ну, чтобы она тебя сама бросила.

Орм заинтересованно посмотрел на меня, приподняв бровь, а я снова подумал о том, что мой друг — редкий красавец: густые волнистые смоляные волосы, рассыпавшиеся по плечам, выразительные тёмные глаза с длинными пушистыми ресницами и аристократический профиль. И, признаться, мне было непонятно, почему он не смог до сих пор найти себе достойную пару и жениться, тем более что женщины на него буквально вешались.

Скорее всего, в его неустроенности в личной жизни был виноват его характер. С одной стороны, он был у него лёгкий, а с другой, зачастую было непонятно, он шутит или издевается, а барышням такое, конечно же, не могло нравиться. Пожалуй, лишь маркиза Адель до сих пор задержалась с ним из-за того, что к ней не спешила выстраиваться большая очередь из потенциальных женихов.

- Элиас! - В голосе друга послышалось смущение, - может, ты мне поможешь в столь деликатном деле? Я аж с шага сбился, услышав подобное предложение.

- Ну и как ты представляешь мою помощь?

Со стороны озера послышался девичий смех.

- И что их могло так развеселить? - Орм вытянул шею, пытаясь разглядеть наших невест сквозь заросли ивняка.

- Наверное, карпов кормят с мостков.

- Но ведь оттуда можно упасть? - в голосе друга мне послышался исследовательский интерес.

- Можно, - посмотрел на него с подозрением. - А что, хочешь кому-то помочь это сделать?

- Эх, дай хоть помечтать! - отмахнулся он. - Если с Адель что-то случится, ее отец мне голову оторвет и твоим же карпам скормит. Не знаю, чтобы такого сделать, чтобы эта семейка сама мне указала на дверь. О! - глаза маркиза опасно заблестели. Когда мы учились, этот его взгляд всегда сулил нам неприятности, и посулы эти с завидной регулярностью сбывались.

- Ну и что ты опять задумал? - обреченный вздох из моей груди вырвался помимо моей воли.

- А что, если я начну признаваться в чувствах Доротее, а в этот миг войдет Адель? А? За чувства к другой женщине ее отец ведь не убьет меня? Над чувствами ведь мы не властны? - глаза друга азартно загорелись.

- Даже не знаю, - я с сомнением покачал головой, задумавшись, а как бы я поступил, окажись на месте друга? Но, к счастью, я не на его месте, и моя невеста просто прелестна!

К тому времени мы подошли вплотную к озеру, но не спешили показываться, скрывшись за нависшими над водой ветвями ивы, и тайком наблюдали за резвившимися девушками.

Присев на корточки на мостке и подобрав под себя юбки, девушки черпали горстью воду и брызгали друг в друга.

- А характер у твоей ничего! Пусть лицом не вышла, но не ханжа, скучно с ней точно не будет, - заметил я, надеясь, что друг еще передумает и попробует присмотреться к девушке.

- Возможно, но... - что он хотел мне ответить, я узнать так и не успел. Одна из досок мостка затрещала, и Адель начала заваливаться в озеро. Завизжав, девушка ухватилась за платье Доротеи, и они обе с громким плеском упали в воду.

Я усмехнулся. Забавный случай. Орм побелел лицом и бросился спасать наших утопленниц.

- Ну что ты замер! Скорее! Их намокшие платья на дно утянут!

Мне пришлось поспешить за ним, успокаивая.

- Не утянут, уж поверь мне! Около мостков глубина по колено! Платья все равно уже испорчены, а в остальном им ничто не угрожает.

- Да? - протянул друг, и я узнал эту его интонацию, когда он, словно мартовский кот, выходил на "охоту" за очередной прелестницей.

Тем временем он уже вошел в озеро и, черпая сапогами взбаламученную воду, дошел до девушек, галантно предлагая каждой по одной своей руке. Я остался стоять на берегу, любуясь на выходивших из воды "русалок". Лившаяся с них вода, испорченные прически с запутавшимися в них водорослями и покрытые ряской усиливали их схожесть с этими сказочными существами.

Интересно было наблюдать за поведением оконфузившихся девушек. Тогда как Доротея хмурила свои очаровательные бровки, скидывая с себя водоросли, и, судя по выражению лица, жалела дорогостоящее платье, Адель была просто в панике. Девушка рыдала, некрасиво кривя рот, и кричала, что под ее панталоны забрались пиявки и их нужно немедленно оттуда достать!

Орм посмотрел на меня, и я невольно прыснул со смеху, глядя на его растерянное выражение лица. Наверное, представил, как невеста заставляет выковыривать пиявок из ее исподнего.

Друг вывел мужественно спасенных им девиц на берег, и тут из-за облаков выглянуло солнце, осветив мостки и нашу частично вымокшую компанию. Я в очередной раз посмотрел на девиц и закашлялся. В первый момент мне показалось, что они совершенно нагие!

Тонкая муслиновая ткань их платьев, намокнув, стала практически прозрачной! И я невольно увидел прелести своей невесты. Увидел задолго до свадьбы. Там было на что посмотреть! Полная округлая грудь, стройный стан, свободный от еще недавно бывшего в моде корсета, длинные стройные ноги в чулках, удерживаемых специальным поясом на широких крутых бедрах.

- Не смотрите на меня! Отвернитесь! - визгливый неприятный голос отвлек меня от созерцания прелестей Доротеи. И он же и привлек мое внимание к другой девушке.

Я гулко сглотнул и поспешил отвести взгляд, хотя то, что увидел, так и стояло у меня перед глазами. Великий Полоз, как же мне это развидеть!?

Этих девушек, без прикрас в виде дорогих модных платьев, можно было сравнить с породистой дорогой кобылой и старой, тощей, умирающей от голода клячей!

Стройный стан белобрысой Адели оказался костлявым остовом с выпирающими ребрами. Ее бедра могли похвастаться лишь тазовыми костями, ноги были также неимоверно худы, а практически отсутствующие груди были увеличены некоторым количеством свернутой белой материи, которую подложили ей в бюстье.

Оставив девушек за ближайшим густым кустом, мы пошли в замок, чтобы взять им накидки, дабы они смогли пройти в свои покои, не привлекая внимания прислуги хотя бы своим полуголым видом.

Громко, сопя, Орм повернул ко мне совершенно несчастное лицо.

- Нет, ну ты видел? Да что я спрашиваю! Ты сам все прекрасно видел! Если я и смогу жениться на "этом", то делить с ней постель никогда! - друг замолчал, его желваки ходили ходуном, выдавая сильное внутреннее волнение. Затем он резко повернулся ко мне и тихо добавил: "Элиас, ты можешь потом разбить мне лицо, но я сегодня же начну ухлестывать за твоей Доротеей!"

Глава 52. Покатушки

Элея

Сначала Тварг провел меня вдоль жилых корпусов, двигаясь вглубь территории академии, в небольшую рощу, которую, как я слышала, облюбовали парни для романтических свиданий с местными девушками-селянками, тайком пробиравшимися между прутьями ограды.

Девушки худенькие, и потому они легко проскальзывали на территорию магического учебного заведения в надежде найти здесь свою судьбу и безбедное существование в будущем в виде завидного жениха – мага, и тем более аристократа.

Предприятие заведомо провальное, так как, несмотря на юношескую влюбленность, случись таковая, знатные родители ни за что не допустят такого мезальянса, как женитьба любимой «кровиночки» на безродной девке. Но молодость наивна и предпочитает верить в чудеса, несмотря на доводы рассудка.

Задумавшись, я споткнулась о корень дерева и чуть не пропахала носом землю. Каким-то чудом удержавшись на ногах, огляделась. На лицо, как влитая, легла привычная мне маска покерфейса, хотя в душе я уже начала волноваться. Полетать на метле — это хорошо, лишь бы эта самая метла не прилетела своим черенком по глупой моей голове!

И надо же было мне уйти, даже не предупредив своих новых друзей! Хотя, как бы я это сделала? Мысли лихорадочно засуетились в моей голове, устроив консилиум на тему «Что делать хозяйке, если она вляпалась в подставу?», в итоге выдав мне единственную пока идею: связаться с Шушей и отправить последнюю на разведку!

- Что, боишься? – ухмыльнулся бугай. – Это правильно! Теперь ходи и оглядывайся!

- Ну, а что, сейчас нет желания мне отомстить? Мы одни, свидетелей нет… - я остановилась и, прищурившись, медленно окинула высокого парня взглядом, словно примериваясь.

Теперь он споткнулся, резко остановившись и глядя на меня с опаской.

- Что остановился? Идем! Уже совсем рядом! – громко и резко бросил парень и быстрыми шагами, словно за ним кто гонится, пошел вперед.

Я пожала плечами и зашагала дальше.

- Шуша, ты где?

- За вами ползу! – тут же отозвалась моя змейка недовольным голосом. – Я как увидела, что ты с этим злобным самцом куда-то пошла, так даже мышь выплюнула!

- Ты моя хорошая, я обязательно тебя накормлю, как вернемся! А сейчас сползай, пожалуйста, на разведку! Посмотри, нет ли впереди засады?

Шуша не ответила, но справа от меня что-то невидимое быстро прошуршало мимо, обогнав широко шагающего Тварга.

— Вот мы и пришли! – он неожиданно резко остановился и развернулся, а я, разогнавшись, врезалась ему в грудь носом, чуть не сломав его. Что он там, под одеждой, кольчугу что ли носит?

- Ты что, Русток, об меня самоубиться решил, лишь бы на метле не лететь? – усмехнулся парень.

- С этим я, пожалуй, повременю. Давай, показывай свои метлы!

- Ну, метла у меня одна. Своя. Отец на поступление подарил. Тебе-то, голодранцу, не кому такой подарок сделать! – снова показал вредный парень свой белоснежный оскал. Но тут его взгляд скользнул по моей отнюдь не дешевой одежде, и он нахмурился.

Развернувшись, Тварг протянул руку и схватился за какую-то палку, прислоненную к дереву, совсем не заметную на его фоне. Я вытянула шею, спеша разглядеть этот дорогой подарок от его супербогатого отца, и в первый момент почувствовала разочарование.

Так себе метелочка. Не совсем ровная палка, только что гладко отполированная, и ершик из разномастных корявеньких веточек на одном конце. Вот и вся чудо-метла! Внутри кольнуло разочарование. А я уж было обрадовалась, что на самом деле мне удастся покататься на метле, как у Гарри Поттера.

- И что, это на самом деле летает? – вслух усомнилась я.

- Смотри, деревенщина! – усмехнулся парень и всерьез уселся верхом на метлу.

- Элея! Элея! Я проверила! Вокруг полянки в кустах прячутся молодые самцы!

Вот те на! Видно, и вправду паренек решил отыграться за тот случай в столовой. Ну, как говорится: «Кто предупрежден, тот вооружен!» Я решила действовать по обстоятельствам, а пока не подавать вида, что раскусила его хитрый план.

А тем временем Тварг, нагнувшись, пролез между кустов и оказался на той самой поляне, о которой мне сказала змейка. Я пробежалась взглядом по окружающим зеленым зарослям. Если бы не предупреждение Шуши, ни за что бы не догадалась, что там кто-то прячется!

А тем временем ноги парня оторвались от земли, и он плавно взлетел над поляной. Я аж рот открыла от удивления. Почему-то мне до последней секунды не верилось, что он на самом деле взлетит на этой подозрительной конструкции.

То ли дело красивые метлы в «Гарри Поттере», просто чудо дизайнерского искусства! Не то, что эта палка и пучок веточек. Но тем удивительнее было то, что она на самом деле летает! Настоящее волшебство! Я застыла в восторге, наблюдая, как парень, небрежно сидя на этой неудобной палке, почти не держась, плавно скользит в воздухе, меняя высоту.

- Ну что, Русток? Кишка тонка повторить? – ухмыльнулся он, демонстративно скрестив на груди руки и не держась.

- Почему? Я бы попробовал, только не знаю, как заставить метлу летать.

- А я расскажу! – хмыкнул здоровяк, резко снижаясь и легко спрыгивая на землю. – Ну, слушай и запоминай…

Спустя пять минут не такого уж и сложного инструктажа я примостила корявенькую палку под своей пятой точкой и приготовилась произнести слова заклинания.

- Что ты уселся, как в женское седло? Садись нормально! Или боишься я…ца отдавить?

Из-за кустов послышался сдавленный смех, а затем все стихло. Видимо, свои же рот закрыли.

Я молча села, как было указано, не представляя даже, как можно вообще удержаться на этом! Но вдруг у меня чуть челюсть не отвалилась от удивления! Под моими булочками вдруг, откуда ни возьмись, появилась мягкая, пружинистая и при этом совершенно невидимая подушка, словно сотканная из воздуха.

- Сидишь?

Я кивнула, все еще не в силах прийти в себя.

- Ну а теперь что замер? В штаны наложил? Давай, читай заклинание!

Я отмерла и, постаравшись говорить четко, произнесла два заковыристых слова. Едва последний звук сорвался с моих губ, как метла дернулась и плавно поднялась вверх, ну прямо как летучий корабль из одноименной сказки, разве что там процесс запускался простыми «Земля прощай» и «В добрый путь», а у меня словечками, о которые язык сломаешь!

Так, а теперь слово, чтобы вперед полететь. Я поднапрягла память… Еще раз поднапрягла… Но так и не вспомнила. Из-за кустов снова послышалось ехидное хихиканье, но я снова его «не услышала». Не знаю, что это было, наитие какое или подсказка «сверху», но я чуть наклонила корпус вперед, и метла полетела. Не веря в такую удачу, я чуть наклонилась вправо, метла послушно повернула, закладывая плавный вираж над поляной.

Теплый ветер дул мне в лицо, приятно освежая кожу и принося с земли запахи опавшей листвы и хвои. Я чуть отклонилась назад, и метла, задрав «нос», начала подъем. Но, немного не достигнув верхушек деревьев, она остановилась, словно сработал некий предохранитель, хотя смысла я не поняла. Ведь грохнись я сейчас с такой высоты, мокрое место останется.

Я посмотрела вниз. Полянка с такой высоты казалась совершенно крохотной, а фигура хозяина чудо-метлы еле угадывалась. Видно, было лишь запрокинутое вверх лицо.

Я счастливо вздохнула и начала экспериментировать, выписывая в прозрачном, пронизанном солнечными лучами воздухе различные фигуры. Сначала плавно и медленно, а затем ускоряясь.

Мне показалось, что ветер донес до меня крик. Я замерла и обратилась к своему маленькому шпиону.

- Шушечка, что там происходит? Этот парень звал меня?

- Да, он кричит, чтобы ты возвращалась, - голос змейки звучал встревоженно, видимо, что-то там случилось в мое отсутствие, рано я расслабилась! – На поляну вышли еще несколько самцов, и они говорят этому, большому, что пора сделать метлу неуправляемой! Скорее снижайся! Я боюсь за тебя!

Да, это уже были не шуточки. Ухватившись за метлу покрепче, я начала медленное снижение по спирали. Поначалу все шло хорошо, и я уж было понадеялась, что ребята не решатся на такое. Ведь не знай человек, что его ждет, вполне может разбиться насмерть.

- Ну что, потренировался? – донесся до меня крик Тварга, - а теперь будут настоящие покатушки! Держись крепче, Русток! – и тут метла словно сошла с ума…

Глава 53. Новый друг

Элея

Мы с Тваргом стояли навытяжку в кабинете ректора и слушали его гневную отповедь о недопустимости подобного поведения в стенах этого благословенного учреждения, и бла-бла, бла-бла, бла-бла, бла-бла.

Я слышала, как рядом обиженно сопел носом местный задира, сжимая в руке то, что осталось от бедной метлы. А осталось от нее, честно говоря, мало чего.

Слова ректора почти не доходили до моего сознания, и я с трудом сдерживала растягивающую мои губы блаженную улыбку. Я мысленно все еще была там, в небе, чувствуя небывалую легкость в теле и свободу!

Вот взять бы и улететь из Академии куда глаза глядят, подальше от ожидающего меня пожизненного служения тому, кого я хотела бы больше не видеть. Ведь самое ужасное, что при каждой встрече меня тянуло к герцогу все сильнее и сильнее, и это уже походило на болезненную привязанность.

- Русток! Ты меня хоть слушаешь? – резкий окрик, но в основном фамилия, к которой я уже успела привыкнуть, вырвала меня из грез. Ректор буравил меня пронзительным взглядом серых глаз, словно пытаясь прочесть мои мысли.

- Слушаю, ваше сиятельство! – помня мудрое изречение, я приняла вид «лихой и придурковатый, дабы своим разумением не смущать начальство». Но мне показалось, что ректор не очень-то поверил в излучаемые мной искренность и раскаяние.

В коридоре послышались тяжелые шаги, и мой сосед по моральной порке втянул голову в плечи. Раз и этого беспредельщика проняло, значит, на подходе тяжелая артиллерия.

Дверь без стука распахнулась, и в кабинет грузной походкой вошел коренастый, широкоплечий господин в бархатном черном костюме, обвешанном золотыми позументами, как новогодняя елка гирляндами.

Он едва кивнул ректору, зато последний чуть ли не согнулся перед ним в льстивом поклоне. Даже интересно стало, кто же это такой?

Представительный господин скользнул по мне безразличным взглядом, словно по предмету мебели, и, сведя мохнатые брови над переносицей, уставился на Тварга. Мне вдруг показалось, что парень дернулся, чтобы спрятаться за меня.

- И что все это значит, Рихард? Значит, для этого ты у меня выпросил метлу, которой еще нет ни у одного из твоих однокашников, чтобы в первую же неделю превратить ее в… это? – ткнул он толстым пальцем в гладкую палку, лишенную своего недавнего «оперения».

- Отец! Но это не я! Это Демиан Русток ее сломал! – голос парня неприятно дрожал от испуга, да похоже, как и он сам.

Я снова удостоилась мимолетного взгляда, и тут уже брови господина зашевелились, словно мохнатые гусеницы.

- Ты же знаешь, сын, как я не люблю, когда мне врут! – ледяной тон этого папашки и снежную бабу мог бы заморозить, и мне на мгновение стало жалко пацана.

- Я не вру, отец! Это он сломал метлу! Пусть его отец за нее и платит!

- Об этом ты не беспокойся. Оплатит, никуда не денется, - и тут уже я удостоилась цепкого оценивающего взгляда, словно он примеривался, сколько может стоить мой костюм. Возможно, мне это только показалось, но в его глазах промелькнуло удивление.

— Вот только меня поражает, сын, как такой задохлик мог отнять или просто без спроса взять твою вещь, а ты не смог ее отнять? – последовавший за этим молчаливый взгляд снял с нас обоих мерки и сравнил их.

- Я сам дал прокатиться! – понурив голову, тихо прошептал парень.

- Ты-ы? – в одном этом слове, а особенно интонации, было слишком много, чтобы понять, что младший Тварг в жизни своей никому, никогда и ничего не дал.

- Простите, сударь! Не имею чести быть представленным! – заговорила я, и была удостоена косого взгляда и чуть приподнятой брови, обозначающей крайнюю степень удивления, что стул заговорил.

Мне не ответили, но и не прервали, и уже смелее я продолжила.

- Но ваш сын сказал правду! Рихард мой друг! Он дал мне метлу немного покататься, но я слишком увлекся и нечаянно сломал.

- Твой кто? – голос мрачного господина дал петуха, и он так на меня вылупился, словно инопланетянина увидел. Я не поняла, что именно его так удивило, и продолжила свою речь. - Вы просто пришлите счет моему дяде, и он обязательно вам компенсирует поломанную вещь! Приношу вам… Но грозный папенька бедного парня быстро пришел в себя и, не желая слушать мои жалкие извинения, прорычал: - Ну и кто он, твой дядя? Говори! Я сейчас же ему пошлю счет, и чтобы он уже с утра выставил свой жалкий дом на продажу! Потому что эта метла примерно столько и стоит. - Мой дядя, герцог Сантерийский, - скромно ответила я, внимательно наблюдая за лицом грозного господина. - Ге… Ге… Герцог? – еле выдавил из себя мужчина, покрываясь пунцовыми пятнами. – Ваше сиятельство! – обернулся он к ректору. — Это правда? Маркус Трой лишь молча закивал головой, подтверждая мои слова. Водянистые глаза отца Рихарда удивленно расширились и еще раз отсканировали меня сверху донизу и обратно, остановившись на лице. - Ну что ж, раз такое дело, - тут голос его дрогнул, - то я более не имею к вам претензий, молодой человек! Ступайте! И ты пока можешь идти, - бросил он на сына нечитаемый взгляд. Плечом к плечу мы с Рихардом молча вышли на улицу, погрузившись в приятную прохладу раннего летнего вечера. Громко пели цикады, да робко пробовала голос ночная птица. Некоторое время мы шли молча, но вдруг парень остановился, повернувшись ко мне. - Почему? - О чем ты? – я также остановилась. Хочу я этого или нет, но мне здесь еще учиться, и хотелось бы делать это в спокойной обстановке, без оглядки и лишних нервов. А значит, нам нужно было поговорить с Тваргом, чтобы прекратить эту глупую вражду. - Почему ты за меня вступился и взял вину за порчу метлы на себя? Ведь я тебя чуть… не убил? И почему ты назвал меня другом? Это ведь не так! – потупился он. - Присядем? Парень кивнул. И, так же не поднимая головы, опустился на скамью, мимо которой мы в этот момент проходили. Позади скамьи была небольшая лужайка, а не кусты, что меня вполне устроило. Не хватает, чтобы нас еще подслушали, да еще чего насочиняли. Я мысленно позвала Шушу, с момента нашего приземления отпущенную мною на добычу еды. Хотя после тех «бочек» и «мертвых петель», что мы выделывали на метле, мне кажется, у нее долго не будет аппетита. Хотя кто знает? Юный организм восстанавливается куда быстрее, да и неприятные моменты забываются скорее. - Шуша, ты далеко? - Да здесь я, здесь! Отдыхаю после ужина. - Шушечка, проследи, пожалуйста, чтобы нас не подслушивали. - Прослежу! – устало вздохнула она, но я уже переключилась на разговор с парнем.

- Почему, назвал тебя другом? А почему бы и нет? Мы бы вполне могли ими стать, что нам мешает? – улыбнулась я, слегка толкнув парня плечом.

Он удивленно посмотрел на меня и неуверенно улыбнулся. А что, улыбка у него оказалась очень даже приятная, а на правой щеке мелькнула проказливая ямочка. — Ты чаще улыбайся, тебе идет! — усмехнулась я, чем засмущала парня еще сильнее.

— Другом? «И ты меня простишь?» — удивленно спросил он.

— Считай, что уже простил! «Мир?» — я протянула ему руку, и она тут же утонула в широкой ладони здоровяка.

— Рихард, можно тебя спросить?

— Спрашивай, конечно! — теперь его голос звучал куда приятней.

— Только ты не обижайся, вопрос будет не очень приятный.

— И о чем же? — тут же насторожился он.

— Рихард, твой отец так всегда к тебе относится?

Слева от меня раздалось обиженное сопение.

— Я просто хочу сказать, что ты не обязан это терпеть.

— Но как же по-другому? — резко поднял он голову и впился в меня взглядом. — Я полностью завишу от отца!

— Я тебе отвечу. Только и ты ответь на несколько небольших вопросов. Тебе сколько лет?

— Девятнадцать.

— Сколько осталось учиться в академии?

— Год!

— Обучение оплачено вперед?

— Да, отец полностью оплатил мое обучение.

— У отца сильные магические способности?

— Да так себе, ниже среднего, — пожал плечами парень. — Он возлагает на меня большие надежды. У меня сильный и редкий дар мага воды. Моя мать родом из баронства Крамер. А почему ты спрашиваешь? — расслабившееся было лицо парня напряглось.

— Сейчас отвечу. Последний вопрос. У тебя есть еще братья или сестры?

— Нет, я один в семье.

— Отлично! Ну, а теперь слушай! Ты единственный наследник своего отца! У тебя редкий и сильный магический дар! А к тому же учиться тебе осталось всего один год. Если ты найдешь в себе силы и сможешь противостоять отцу, сможешь справиться со своим страхом, то даже если он на тебя разозлится и откажется помогать, ты спокойно проживешь год на полном обеспечении в Академии и доучишься, получив диплом мага! Даже если отец тебя не простит, ты всегда будешь востребован как маг, а им очень хорошо платят! Да и простит тебя позже отец, никуда он не денется, ведь ты его единственный наследник!

Рихард смотрел на меня во все глаза, которые все больше расширялись по мере того, как я говорила.

— Так что ты постарайся найти в себе смелость прямо посмотреть в глаза своему отцу! Если ему что не нравится, то и не надо! Ты — самодостаточная личность! У тебя будет прекрасная и нужная профессия, и ты вполне сможешь прокормить себя сам, а в будущем и свою семью. Но, надеюсь, до такой крайности не дойдет, — улыбнулась я. — Научишься уважать себя сам — будут уважать и другие! Уж поверь! — Я подмигнула ему и встала со скамейки.

Рихард поднялся следом и неожиданно сжал меня в своих медвежьих объятиях.

— Спасибо! — сдавленно произнес он.

— Эй! А ну отпусти нашего друга! — задыхаясь от быстрого бега, к скамейке подбежал Сван. Он, как всегда, был впереди планеты всей! Следом за ним, громко топая и со свистом дыша, прибежали остальные. Ребята уперли руки в колени и так стояли, пытаясь отдышаться после быстрого бега и при этом зло сверля глазами моего нового друга.

— Спокойно, ребята! — в примирительном жесте я выставила вперед ладони, торопясь успокоить своих защитников. — Рихард меня не обижает! Наоборот, он меня спас, когда я чуть не навернулся с метлы.

— Да ну? Наверное, солнце завтра не встанет из-за горизонта! — недоверчиво фыркнул Хаук. — Мы про одного и того же Рихарда говорим?

Я укоризненно покачала головой и обернулась к своему недавнему врагу.

— Ну, Рихард, спасибо еще раз! Спокойной ночи, до завтра!

Он махнул мне рукой и скрылся в темноте.

— Демиан, может, ты нам расскажешь, что это сейчас было? — фыркнул Сван.

— Конечно, ребят, расскажу! Просто удивительная история! Идемте, а то уже спать ужасно хочется. Хочу быстрее в люлю, во сне есть не хочется. А то я опять на ужин не попал, похоже, это уже входит у меня в привычку.

- А мы не с пустыми руками! – Сван покачал у меня перед носом котомкой, из которой доносился восхитительный аромат свежей выпечки!

Настроение мое сразу же подскочило до высшей отметки, и я прибавила шаг.

- Красота! – продолжал словоохотливый рыжеволосый паренек, размахивая ароматной поклажей у меня под носом, как морковкой перед носом осла. Завтра выходной! Утром всеми завалимся в баньку, а потом в город гулять!

Услышав это, я чуть не споткнулась и, кажется, потеряла аппетит. Завтра мне предстояло новое испытание, как раз о нем меня и предупреждал Бьерн. Но, очень надеюсь, его чудо-средство не позволит мне выдать себя. Ведь не пойти со всеми в баню мне ну никак нельзя. И так ходило достаточно слухов и домыслов обо мне.

- Ребят, что-то мне есть резко расхотелось, извините! А спать хочу, просто падаю! Не обижайтесь, я завтра вам все расскажу! Дайте с собой пирожок, и – доброй ночи!

Добравшись до корпуса, я остановилась на мгновение и опустила руку к сапогу, словно хотела что-то поправить. Шуша мигом скользнула мне в рукав.

- Наелась?

- Наелась!

- А мне, похоже, опять ложиться голодной. Но сначала мне нужно кое-что проверить! А ты мне поможешь!

- Помахав парням, я толкнула дверь своей комнаты.

Глава 54. Академия

Элея

Я нервно топталась в предбаннике, с ужасом поглядывая на дверь в парилку. Я уже полностью разделась, и теперь мне оставалось лишь открыть дверь и сделать один шаг туда, где уже минут десять парни моего курса то и дело просили поддать парку.

Вчера вечером я провела эксперимент, раздевшись у себя в комнате, после чего надела на руку тонкий, похожий на ободок из серебристого металла браслет и, защелкнув его, показалась Шуше.

Вернее, перед тем как браслет защелкнуть, я представила фигуру одного паренька из моей прошлой жизни. Мы с ним вместе частенько тусовались, и почти раздетым на реке, в плавках, я его тоже видела. Так вот, он был небольшого роста и, на мой взгляд, несколько хиловат, но все же плечи у него были шире, да и рельефность мышц присутствовала. Вот его фигуру я себе и представила, прежде чем защелкнуть браслет на своем запястье.

- Шуш, ну что? Я выгляжу иначе?

- Выглядишь! – кивнула она, «лизнув» воздух своим раздвоенным язычком. – У тебя круглые наросты наверху тела пропали! Остались совсем маленькие!

Я нервно сглотнула и опустила голову. Моя грудь третьего размера осталась на месте. И что змейка подразумевает под «остались совсем маленькие»? Нулевым размером, что ли, кажутся?

Мой лоб и без горячего пара мгновенно покрылся испариной. Мнением змейки, конечно же, было очень трудно руководствоваться. Ведь если бы она сейчас наложила на себя иллюзию самца полоза, совсем не факт, что я увидела бы разницу!

Дверь парилки распахнулась, выпустив облачко горячего пара.

- Демиан, ты что застыл? Забыл, что ль, чего? Поспеши, а то мы скоро в большую купель пойдем, а ты не успел распарить кожу! – Хаук сверкнул своими зелеными глазами и улыбнулся. – Ждем тебя!

- Ага! – задумчиво кивнула я, мазнув взглядом по его мелькнувшим упругим ягодицам, скрывшимся за дверью парилки.

И только тогда до меня дошло, что парень видел меня без одежды! Видел, но, судя по реакции, ничего странного в моем внешнем виде не заметил. Неужели получилось, и выданный Бьерном артефакт для наложения иллюзии на облик действительно работает как надо!

Я в изнеможении опустилась на скамейку, то тут же, скрипнув зубами, поднялась, сжав кулаки. Как говорится, перед смертью не надышишься, идти все равно придется!

Резко поднялась, сделала три шага и, распахнув дверь парилки, буквально ввалилась туда.

- Эй-эй, Демиан! Ты это, осторожней, что ли! Чуть ноги не отдавил! – возмутился кто-то в белесом пару.

- Вот-вот, то не загонишь, а то сам, как абордаж, мчится! – хохотнул Хаук.

- Иди сюда! – а это голос Свана позади меня. Он похлопал ладонью по деревянной скамейке, приглашая присесть.

Да это не баня в знакомом мне смысле, а хамам какой-то! Я осторожно нащупала свободное место и, постелив полотенце, осторожно на него уселась. В принципе, может и пронесет! Главное, не прислониться случайно к кому грудью, тут уж никакая иллюзия не поможет!

***

Пожалуй, поход в баню был самым сильным испытанием моих нервов за последние два месяца. Но, мне на счастье, все завершилось благополучно! И с тех пор я каждую неделю ходила с ребятами париться. И, к стыду своему, даже начала их бессовестно и совершенно безнаказанно разглядывать. А посмотреть было на что! Во всех смыслах!

Да уж, чего-чего, а зрелищ мне здесь хватало! Да и кормили словно на убой! Спасали только изнуряющие физические тренировки, а то иначе уже набрала бы лишних килограммов! А мне это совсем ни к чему!

Что же касается духовной пищи, то и этого добра здесь было достаточно. Училась я с большим удовольствием, ведь здесь вместо скучных предметов, которыми меня пичкали в прошлой жизни, были в прямом смысле волшебные! Да, здесь каждый из них был пропитан волшебством, и я, словно губка, впитывала знания.

Особенно мне удавался предмет по бытовой магии с помощью чешуек Великих Полозов! И, похоже, только я с огромным удовольствием его изучала, ведь парни считали его нужным лишь девицам-бытовичкам. Сами же они научились добывать воду из чешуек, нагревать ее да греться красными чешуйками прохладными ночами и считали, что больше им и не надо. Лишь я знала, как важно умение их комбинировать и сколько полезных свойств таким образом можно из чешуек получить.

Но самому главному мне приходилось учиться самостоятельно, по книгам в читальном зале местной библиотеки, а именно общению с Великими Полозами.

Оказывается, с ними можно было связываться просто на огромном расстоянии. Но для этого было необходимо особым образом настроиться. Попросту говоря, этому должна была помочь медитация, чему мне тоже пришлось уделять довольно много времени.

Потом я вычитала в старинных фолиантах, что существуют специальные фразы, благодаря которым Полозы будут слушать Проводника и выполнять его просьбы. Да, просьбы, а вовсе не команды. Полоз и человек являются своего рода энергетическими симбионтами, равноправными партнерами. И это главное! Великие Полозы никогда не будут слушать приказов человека, лишь его мотивированную просьбу.

Выходит, как в первый раз, так и во второй я смогла пообщаться с Полозами лишь благодаря вмешательству моей Шуши. Без нее у меня ничего бы не получилось! Они меня попросту бы не послушали.

Я брала с собой в библиотеку свою змейку, и мы с ней вдвоем разучивали нужные слова. Вернее, я учила, а Шуша меня проверяла. Было просто здорово, что мы с ней могли общаться телепатически, поэтому со стороны казалось, что я просто читаю книги.

Редкие часы досуга я проводила со своими новыми друзьями. Они привыкли и к моей комплекции, и к моему довольно высокому для юноши голосу, и не обращали на это внимания.

Вся наша пятерка раз в неделю выходила за пределы Академии и отправлялась в город на лодке по реке, которая доставляла нас прямиком в город Заартаан. Как раз туда, куда я изначально стремилась.

Это был, по моим меркам человека двадцать первого года, совсем небольшой городок, и в основном состоял из двухэтажных довольно аккуратных домиков, сплошь крытых своеобразной черепицей из крупных белых чешуек Полозов.

Люди здесь были довольно доброжелательные, улыбчивые, и я точно решила, что после учебы обязательно поселюсь именно здесь. Оставалась лишь одна проблема по имени герцог Сантерийский. А он вряд ли согласится отпустить меня. Но при этом я очень надеялась, что к концу своего обучения я что-нибудь придумаю. Ведь, по сути, если меня узнают, то я снова стану считаться его женой со всякими вытекающими последствиями в виде кровати и цепей.

Но эта проблема к концу второго месяца моего прибывания в Академии чудесным образом решилась. Я с друзьями, к которым в последнее время присоединился и Рихард Тварг, обедала на открытой террасе самого лучшего заведения у центральной площади города, когда мы услышали призыв глашатого.

- О! Видимо, что-то важное нам хотят донести, - меланхолично протянул Йон, тряхнув гривой белоснежных волос.

- Тогда идемте! Что мы ждем? А то все интересное пропустим! – басовитый голос Рихарда Тварга услышали все посетители заведения и принялись расплачиваться, спеша услышать важную новость, ради которой всех жителей города созывали на площадь.

Гест молча бросил на стол золотую монету, расплатившись за наш обед, и, скользнув по моему лицу нечитаемым взглядом, невозмутимо отвернулся: - Идемте!

Я внутренне поежилась, поднимаясь из плетенного кресла. Этот парень единственный, в присутствии кого я до сих пор чувствовала себя неловко.

Мы встали и поспешили вслед за гомонящей толпой, что устремилась к лобному месту в надежде, что новости будут хорошими. Благодаря моим крепким спутникам, что, врубаясь в толпу клином, пробирались все ближе к небольшому деревянному возвышению посреди площади, мы вскоре оказались в первом ряду.

Глашатай, одетый словно попугай в яркую желто-бордовую ливрею с серебряной вышивкой, развернул свиток из плотной бумаги и, окинув притихшую толпу горделивым взглядом, начал читать.

Глава 55. Помолвку отменить нельзя женить!

Герцог Сантерийский

Ухлестывать за Доротеей другу не пришлось, как и мне не пришлось разбивать ему лицо. Неизвестно каким образом, но о произошедшем узнал отец Адель Тейлор и явился в этот же вечер.

Сухо со мной поздоровавшись, он попросил оставить его наедине с будущим зятем, что я и сделал с большой радостью. Еще не хватало мне присутствовать при выяснении отношений двух мужчин. Вспомнив просвечивающие сквозь вымокшее платье мощи будущей супруги друга, я аж вздрогнул.

Полагая, что после разговора будущие родственники сами придут в гостиную на ужин, я оставил лакея у двери курительной комнаты, где находились мужчины, чтобы он пригласил их к столу.

Спустя пять минут в гостиную вплыли обе девушки. Во всем их облике уже ничто не напоминало о недавнем инциденте. Доротея, как всегда, была прекрасна, зато на другую девушку я уже не мог спокойно смотреть. Перед глазами тут же, как живой, вставал ее облик в прозрачном платье.

Чинно усевшись на свои места, девушки принялись мучить лакеев, прося положить на тарелки всего, но совсем по чуть-чуть. Я же пока не спешил приступать к трапезе, отпивая понемногу вина и гадая, о чем же сейчас идет речь между двумя будущими родственниками.

В коридоре послышался приглушенный шум, словно кто-то громко ругался. Я поразился этому факту, зная, что слуги ни за что бы себе не позволили подобного. И только я хотел послать Хуго разузнать, по какому поводу шум, как двери распахнулись, и в гостиную практически вбежал взлохмаченный и раскрасневшийся маркиз Тейлор.

- Ваша светлость, приношу свои извинения за подобное вторжение, - он еле заметно обозначил поклон и бросил взгляд на Адель. – Но я вынужден забрать свою дочь!

От неожиданности я чуть не выронил бокал и удивленно посмотрел на своего друга. Тот топтался на месте позади маркиза и изо всех сил изображал виноватое лицо. Да, именно изображал! Я, как никто, знал Орма, потому сразу обратил внимание на то, какой радостью блестят его глаза.

- Но что случилось? – я искренне не понимал, что такого могло произойти между этими двумя мужчинами за последние минуты, так как беседовали они совсем недолго. – Маркиз! Почему вы забираете Адель?

- В вашем…, - не знаю, что хотел произнести отец девушки, но явно что-то, что мне бы вовсе не понравилось. – Ваша светлость, я уже все объяснил вашему другу. Но если кратко, то я нашел своей дочери более достойную партию, а посему я ее забираю! - Лоб мужчины покрылся испариной, и он поспешно промокнул его батистовым платком. Было видно, что этот неприятный разговор дался ему тяжело и он сильно взволнован. – Дело в том, что помолвки еще не было, и с виконтом мы еще никаких бумаг не подписывали. А посему никаких договоренностей я не нарушил! – поспешно добавил он, почему-то посмотрел на меня виноватым взглядом.

Знаю, что мой отец в хороших отношениях с маркизом, и оттого, видимо, опасался, что я буду оскорблен, что его друга сочли менее достойным руки девушки. Но мне, собственно, было все равно, но главное, что я знал о планах Орма.

- Что ж, маркиз, вы в своем праве! – Я поднялся из-за стола и подошел к мужчинам. Посмотрел на друга и снова перевел взгляд на маркиза. – Если вы с моим другом уже все обсудили меж собой и он не в претензии, то, бесспорно, вы можете забрать свою прелестную Адель! Но, может быть, вы отужинаете перед дорогой?

Маркиз бросил задумчивый взгляд на накрытый стол и решительно отказался, сославшись на то, что уже скоро начнет темнеть и ему хотелось бы успеть вернуться домой до темноты.

- А то, ваша светлость, ходят слухи, что на дорогах объявились разбойники! – в голосе мужчины я услышал явную тревогу. Бросил вопросительный взгляд на Орма, тот лишь удивленно пожал плечами.

- Ваше сиятельство! Тогда я совершенно не вижу смысла так рисковать! И, если вы готовы рискнуть сами, то зачем подвергать опасности вашу дочь? Присоединяйтесь к ужину, прошу вас! А затем вас проводят в гостевые покои. А с утра и поедете домой!

Маркиз недолго колебался, и вскоре и он, и Орм присоединились к нам за столом. Чтобы избежать неловкости, за ужином говорили о всяких пустяках, а затем Хуго проводил отца Адель в приготовленные ему покои.

Девушки, пожелав нам доброй ночи, отправились спать, а мы с другом, наконец, смогли поговорить без лишних ушей. Ну, собственно, ничего особо нового, кроме того, что рассказал сам маркиз, я не узнал. Причиной расторжения предварительной договоренности была именно помолвка с более статусным претендентом на руку его дочери, и ничто иное. О сегодняшнем конфузе маркиз даже не знал. И что-то мне подсказывает, что дочь вряд ли сама расскажет отцу об этом.

- Ну, как ты себя ощущаешь, свободный холостяк? – усмехнулся я, наливая в пузатые бокалы по чуть янтарного горячительного напитка из плодов агавы.

- Великолепно! – белозубая улыбка сверкнула на смуглом лице друга. Он чуть развернулся ко мне, и пламя свечей осветило проказливые искорки в его глазах. – Если бы мой несостоявшийся тесть не остался здесь ночевать, я бы уже был на полпути в какое-либо веселое заведение, дабы отметить свое освобождение!

- Боюсь, мой друг, я бы не отпустил тебя!

Орм закашлялся, подавившись вином.

- Как так, не отпустил бы?

- А ты забыл, по какой причине я предложил маркизу остаться на ночлег?

- Шайка бандитов? – Орм нахмурил брови, - и ты в это веришь?

- В то, что виконт в это верит и на самом деле боится по темноте возвращаться из-за шайки бандитов? Да, верю. Кстати, не лишним будет расспросить подробности у Бьерна. Наверняка эта информация не прошла мимо него. И, если она подтвердится, нужно будет срочно принять меры!

Позвонив в колокольчик, я вызвал мажордома и послал за своим верным слугой. Тот вскоре пришел и, к сожалению, подтвердил слухи о банде грабителей. Да уж, не было печали. Только воинов братьев Крамер отогнали от своих границ, как новая напасть, да еще и на землях моего герцогства!

- Ладно, Орм, тебе желаю доброй ночи, а ты, Бьерн, останься, распределим дежурства по дорогам между гвардейцами.

Едва за другом закрылась дверь, я указал старому воину на кресло. Когда мы оставались с ним один на один, то не соблюдали условностей и правил, общаясь запросто.

- Ваша светлость! Ваши гвардейцы…

Я поднял руку, останавливая его красноречие.

- Постой! Это мы обсудим завтра утром.

В глазах Бьерна мелькнуло удивление.

- Я хотел у тебя узнать насчет…

- Демиана?

- Тссс… Лучше не называть имен, мне еще нелепых слухов в своем же замке не хватало! Итак, ты узнал?

- Да, ваша светлость! Мне доподлинно известно, что… Известный вам человек вчера посетил общую баню вместе со всем первым курсом академии.

- И? – Я не заметил, как до боли стиснул кулаки, ожидая, что Бьерн скажет дальше.

- И… ничего! – Пожал могучими плечами усач. – Ничего подозрительного обнаружено не было!

- Хм, интересная формулировка, - невольно усмехнулся я. – Кто твой человек?

- Сам банщик! Он доложил, что… интересующий вас студент долее прочих задержался в предбаннике, но затем вошел в парильню и далее парился вместе со всеми. Он обыкновенный, ваша светлость.

- А что же тогда не пошел сразу со всеми?

- Так, думаю, стеснялся своей субтильной комплекции, - Пожал плечами здоровяк.

А я… Я почувствовал сильное разочарование. Не знаю, на что я надеялся, но моим надеждам не суждено было сбыться.

- Ну что ж. В таком случае, со свадьбой можно не тянуть. Не вижу смысла.

- А как же положенный год траура? – Тихо спросил Бьерн, как мне показалось, с затаенной грустью. Странно. Я тогда не замечал, чтобы он с Элеей как-то особенно тепло общался. – Брак не был консуммирован, так что, по сути, он не свершился, и я не обязан ждать целый год! Завтра же велю готовиться к торжеству! А для начала приглашу отца Доротеи, подпишем с ним все необходимые бумаги.

Глава 56. Увидеть, чтобы забыть

Элея

- Эй! Русток! Что-то ты в последнее время стал слишком рассеян! Соберись! Небо ошибок не прощает! – в который уже раз повторил свою присказку профессор по левитации. Стройный, изящный, как на мой вкус, так чересчур, мужчина с длинными белыми волосами и большими раскосыми глазами укоризненно посмотрел на меня, приподняв идеальной формы бровь.

Профессор Эльв Бофур был чистокровным эльфом! И первым, встреченным мной в этом мире. Именно за его родственника меня приняли ребята при нашем знакомстве. И не столько за раскосый разрез глаз, сколько за субтильное изящное телосложение.

Я изобразила лицом полнейшее внимание и вовлеченность в процесс, когда на самом деле мысли снова унесли меня далеко вперед. Теоретические, ровно, как и практические занятия по освоению полетов на метле, мне были не интересны, так как я уже давно освоила этот вид передвижения и теперь откровенно скучала.

Бывший мой враг, Рихард Тварг, выпросил у отца не только новую метлу для себя, но и для меня тоже. Ведь тогда он представил все так, словно я спасла ему жизнь, и теперь его отец взял надо мной своего рода шефство. В моем гардеробе прибавилось костюмов и обуви, а еще и редких окрасов чешуек, что было очень кстати.

Я с энтузиазмом осваивала новые комбинации их применения, записывая все в толстую тетрадь. Я очень надеялась, что после того, как мне удастся сбежать из Академии, я смогу зарабатывать на жизнь составлением и продажей бытовых артефактов. Благо, что моя Шуша периодически линяет, и все ее сбрасываемые чешуйки достаются мне.

Как пояснила мне змейка, первые годы жизни маленькие полозы линяют раз в один – три месяца, в зависимости от качества и количества пищи, а потом все реже и реже, пока не останавливается на двух линьках в год.

Профессор что-то скомандовал, и я, растерянно озираясь, повторила за всеми нужное упражнение.

Наконец занятия закончились, и впереди нашу беспокойную компанию ждало необыкновенное и, пожалуй, опасное приключение!

Дело в том, что в землях герцогства с недавних пор действует шайка неуловимых грабителей. Поэтому до особого распоряжения нам запрещался выход в город по выходным дням. Исключение составляли студенты, за которыми лично приезжали их родители. Но таких было очень мало. Приезжали только те, кто мог позволить себе очень серьезную охрану.

Зажав под мышками свои персональные метлы, так как передвижение на них по территории академии было запрещено, наша компания дружно отправилась в свой корпус. Нам предстояло согласовать последние детали предстоящей самоволки. Да, это было рискованно и могло грозить даже отчислением, но мы никак не могли пропустить такое эпохальное событие, как женитьбу самого герцога! Тогда как моим товарищам это было просто любопытно, для меня это был повод закрыть свой гештальт.

Да, им оказался герцог Сантерийский! Не знаю, в какой момент или какими путями образовалось мое чувство к нему, но оно было неправильное, болезненное и бесперспективное, поэтому мне просто необходимо было лично увидеть его свадьбу, увидеть его самого, да еще под руку с невестой. Надеюсь, именно тогда я смогу сказать, что переболела этими совсем не нужными мне чувствами.

Мы шагали по засыпанной желтыми опавшими листьями дорожке и тихо переговаривались. Ребята надеялись, что с погодой нам повезет. Если вдруг начнется дождь, то по улицам города молодая чета проедет в закрытой карете, и мы мало того, что промокнем и замерзнем, но и ничего не увидим. Тогда наш риск будет напрасен.

Веселой гомонящей толпой мы ввалились ко мне в комнату. Как-то так повелось, что она стала местом наших сборищ, но я особо не протестовала. Дело в том, что Шуше очень хотелось быть в курсе всех моих дел, а свободно передвигаться по академии ей становилось все труднее и труднее с каждой линькой. За время нашего знакомства она полиняла уже трижды.

И после каждой линьки ей приходилось несколько дней хорошо питаться и не покидать безопасное убежище, пока чешуйки на ее новой кожице не затвердеют. Шуша заметно подросла после этих линек, в карман она уже не помещалась, прятаться на талии под моим мундиром она уже тоже не могла, так как иначе я казалась похожей на раздобревшего дистрофика. В таком виде, в каком я себя видела в зеркале, я категорически отказывалась выходить из комнаты. И я не столько боялась насмешек, сколько неудобных вопросов.

Именно поэтому приставучая Шуша настояла, чтобы на все общие собрания я приводила ребят к нам. Она в это время лежала на мягком одеяле под моей кроватью и, слушая, суфлировала мне. Кстати, это была ее идея не прятаться и не сказываться враз отравившимися, типа для выздоровления запираясь у себя в комнатах. Ведь тогда была большая вероятность, что нашу одновременную болезнь примут за поветрие и решат положить нас в лазарет для обследования. Сунутся в комнаты, а там пусто! Вот тогда привет, отчисление!

Посчитав совет своей не менее умной, чем и красивой змейки очень даже дельным, я изложила его собранию. Идея изобразить подготовку к пикнику на территории академии приняли единогласно! Идея была такова, что мы громко обсуждаем данное мероприятие, затариваемся на кухне едой и напитками, а в день свадьбы герцога, не скрываясь, а прихватив с собой еще и пледы, отправляемся в лес. Там мы прячем все это в заранее подготовленной ямке, накрыв хвойными лапами, чтобы по возвращении расположиться, разжечь костер и изобразить отдых. Ну, это на случай, если вдруг решат проверить, где именно мы пропадали целые сутки.

По счастью, церемония бракосочетания венценосных особ была назначена на выходной день. Это делалось единственно с той целью, чтобы как можно больше верноподданных граждан могли поприветствовать сочетавшуюся браком пару, что нам было только на руку.

Единственной загвоздкой были наши метлы. Да, из-за угрозы встретиться с шайкой головорезов мы не рискнули идти до реки пешком по открытому пространству, а решили полететь в Заартаан на мётлах. Для этой цели на рассвете, когда все крепко спят, мы отнесли их на место сбора, а потом, никем не замеченные, вернулись в свои кровати.

Утром Шуша мне изрядно попортила нервы, требуя, чтобы я обязательно взяла ее с собой. Но я даже не представляла, как это сделать! Слишком змейка была уже велика, чтобы незаметно проносить ее под одеждой. Тогда радужная приставала предложила такой план. Сначала, незаметная в траве, она ползет своим ходом, а затем забирается на мётлу и обвивает ее древко, сливаясь цветом с деревом.

На мой закономерный вопрос, каким образом она собирается проникнуть на площадь и при этом не быть затоптанной восторженной толпой, она ответила, что останется сторожить мётлы, которые мы также планировали спрятать в лесу на окраине города.

Ну, способность змейки все спланировать «от» и «до» не оставили мне ни одного шанса отказать ей. Одевшись как можно проще, подразумевая наш отдых на природе, я подхватила плед, корзину с едой и вышла из комнаты. Ждать завтрака мы не стали, так как боялись опоздать на церемонию, и, собравшись у входа в корпус, весело гомонящей толпой направились в лес.

К счастью, нам благоприятствовала не только осенняя погода, подарив довольно тёплый солнечный день бабьего лета, но удачное течение секретной «операции».

Вещи были спрятаны, а мётлы откопаны. Убедившись, что вокруг никого нет, мы оседлали свои средства передвижения. По моей ноге шустро скользнуло длинное, довольно тяжёлое тело и, обвив черенок мётлы дальше моих рук, держащихся за него, приобрело оттенок отполированного дерева.

Осторожно лавируя между ветвями деревьев, мы поднялись над их кронами. И именно над лесом полёт был самым быстрым и самым безопасным. Снизу нас никто не мог заметить, ну разве что приняли за быстро промелькнувшую стаю птиц.

Поняв, насколько такой полёт безопасен для нас, мы отказались от первоначальной затеи лететь над рекой, так как нас запросто могли увидеть рыбаки.

Зависнув над вершинами крайних деревьев, убедились, что на обозримом пространстве никого нет, и быстро перелетев реку, устремились к лесу. Над ним мы тоже летели быстро, и вскоре впереди показались сверкающие под солнечными лучами кровли городских домов. Но ярче всего переливалась крыша местного храма.

Заметив направление, мы приземлились и, тщательно спрятав мётлы, пошли пешком к городу.

- Хорошо, что нам теперь не нужно носить мантии! А то по ним нас бы быстро вычислили и вернули назад! – пробубнил Сван, жуя плюшку с маком. Свой нарядный костюм он дополнил широкополой шляпой, чем-то напоминающей ковбойскую из моего мира. На замечание, что к костюму она не очень идёт, парень заявил, что это и не важно, ведь она закрывает его лицо от солнца. А значит, уберегает от появления новых веснушек.

- И чего ты их стесняешься? Они тебе очень даже идут! Ты с ними такой милый! – фыркнула я и тут же осеклась, поняв, что почти выдала себя. Ребята дружно захохотали, сочтя моё честное признание подколом.

Но всё же, видимо, не все приняли это высказывание за шутку, так как мою левую щеку жег чей-то пронзительный взгляд, и я, не выдержав, повернулась.

Кто бы сомневался! Конечно же, это опять был Гест. Только сейчас, на солнце, я смогла разглядеть цвет почти всегда прищуренных глаз юного мага. Они были зеленые. Улыбнувшись и подмигнув ему, я ускорила шаг, теперь уже чувствуя его взгляд своей спиной.

- Знаете, я вот думаю, что, если бы мы сейчас и в мантиях шли, на нас все равно не обратили бы внимания! – выразил общее мнение Рихард Тварг.

К городу со всех сторон стекались жители окрестных деревень с единственным намерением хотя бы издали увидеть нашего герцога и его молодую красавицу жену, так что в общей толпе нам удалось легко затеряться.

- Демиан! А ты что не ешь? Нужно на ходу перекусить, а то потом будет не до этого, да и продукты могут в тепле испортиться! На, возьми творожную плюшку, - протянул мне угощение Рихард.

Я поблагодарила и, взяв ее в зубы, сняла с плеч тяжелую котомку, решив облегчить ее вес, поделившись провизией с друзьями. Но, сунув в нее руку, чуть не вскрикнула, нащупав длинное гладкое тело Шуши.

- Ах ты… поганка! Зачем меня обманула? – не выдержав, мысленно зашипела я на змейку.

- Элея, мне неспокойно было. «Не могла я тебя отпустить одну!» — грустно прошептала провинившаяся.

Поняв, что теперь эту хулиганку ругать бесполезно, принялась щупать под Шушей, и, наконец, мои раскопки увенчались успехом. Под змеиной тяжеленькой тушкой я нащупала изрядно расплющенный пирог с капустой. Развернув ткань, в которую он был завернут, протянула его ребятам.

— Вот, ребят, угощайтесь! Извините, но я его немного… раздавила!

- Не страшно! Нам же его не глазами есть! – улыбнулся Хаук.

Зато Гест, прищурившись, буквально впился в меня взглядом. Я передернула плечами, снова ощутив неловкость от его молчаливого пристального внимания и не понимая его причины.

вскоре нам стало не до еды. Все людские ручейки влились в полноводную реку, которая понесла нас по улицам города. Я с любопытством вертела головой, отмечая, что стены домов стали ярче, и дороги чище. Было заметно, что город специально готовили и наряжали лентами и цветами к этому важному мероприятию.

Минут через пятнадцать мы уже были на площади, с которой открывался прекрасный вид на местный собор. Он чем-то напоминал божий храм моего мира, но в то же время отличался.

Сам храм был белоснежным, а окна сплошь цветными. Более того, я разглядела, что на них стеклянной мозаикой были изображены Великие Полозы разного цвета. А вход в храм был выполнен в виде широко распахнутой змеиной пасти. Выглядело это, честно говоря, жутковато.

Раздались фанфары, и из этой самой пасти вышли две ослепительно прекрасные, одетые во все белое фигуры. Все ахнули, шепчась о невероятно красивом платье невесты. Хотя уже, конечно же, жены. Но я смотрела только на мужчину.

Сев в открытый, украшенный цветами экипаж, молодожены в окружении многочисленной охраны медленно двинулись прочь от храма. Люди расступались, образовывая для своего правителя и его красавицы – супруги живой коридор.

И мы оказались во втором ряду одной его стороны. Экипаж, запряженный шестеркой таких же белоснежных, с длинными шелковистыми гривами коней, поравнялся с нами.

Люди подпрыгивали, размахивая шляпами и выкрикивая молодоженам здравницу. Мои друзья тоже что-то кричали и свистели, только я одна стояла столбом и не спускала пристального взгляда с герцога.

На нем был белоснежный камзол с нежно-голубой вышивкой, подбитый горностаем короткий плащ и изящная, с широкими полями и большим пушистым пером шляпа на белоснежных, слегка вьющихся волосах.

Карета подъехала еще ближе, и я буквально залипла на четко очерченных скулах мужчины, невыразимо притягательных губах и на крепкой шее с манящей впадинкой между ключицами, что не сразу почувствовала опасность.

Я подняла взгляд выше и встретилась со жгучим, буквально пробирающим до костей взглядом герцога. Да, он смотрел прямо на меня. Позади меня рухнула в обморок особо впечатлительная барышня, видимо посчитавшая, что правитель смотрит именно на нее.

Герцог жестом подозвал гарцевавшего рядом с ним гвардейца в парадном мундире и, что-то сказав, указал на меня! Я шагнула назад, видя, как по приказу того гвардейца ко мне сбегается охрана из эскорта его светлости.

Неужели меня сейчас арестуют на глазах у всего народа? Страх удавкой сковал мне сердце, дыхание перехватило, и я, развернувшись, усердно работая локтями, принялась протискиваться сквозь толпу. В этот раз мой небольшой рост и худоба выручили меня, позволив опередить преследователей и, вылетев пробкой из толпы, быстро нырнуть в ближайшую подворотню.

Глава 57. "На вору и шапка горит"

Элея

Я бежала что было силы, петляя между домами, иногда еле протискиваясь с болтавшейся на плече котомкой, которую ни за что бы не выбросила, ведь в ней была Шуша, единственное искренне любящее меня существо в этом мире!

Иногда на пути мне попадались группки людей, спешащих на площадь, в надежде захватить хотя бы отъезд герцога и его молодой жены. Само собой, на меня никто не обращал внимания, но я все же решила не рисковать и мимо людей старалась идти медленно, не спеша. Вдруг, когда их спросят, они припомнят, что мимо них сломя голову несся какой-то сумасшедший юноша.

Из-за редких облаков выглянуло солнце, играя бликами от сияющих на крышах чешуек Полозов. Я прикрыла рукой слезящиеся от яркого света глаза. Казалось, что отовсюду мне в лицо светят маленькими зеркальцами, отчего мне стало еще сложнее ориентироваться в пространстве, двигаясь к окраине города.

Я бежала, испуганно оглядываясь и мысленно себя ругая за то, что вообще побежала. Ведь, как говорится: «На воре и шапка горит»!

Зачем бы не хотел меня видеть герцог, теперь он наверняка поймет, что со мною что-то нечисто, и, боюсь, меня ждет допрос с пристрастием. Я не героиня и, если что, сразу во всем признаюсь, от начала и до конца. Вот только что ждет меня в этом случае: кунсткамера, как какой-то редкий экспонат, или костер инквизиции, это еще большой вопрос.

Молчавшая все время моего панического бегства Шуша вдруг заговорила, но каким-то командным, очень серьезным тоном, что не оставляло времени для вопросов.

- Элея, быстро откинь котомку со мной в сторону!

Что я тут же и проделала, вдобавок отпихнув матерчатую сумку ногой в тень дома, мимо которого в этот момент пробегала.

- Демиан! Что случилось? Куда ты бежишь? – я мгновенно остановилась, чуть не врезавшись в Геста. Брюнет схватил меня за плечи и, внимательно вглядываясь в мои глаза, повторил свои вопросы.

Я же, задыхаясь, порывалась вырваться из его рук и бежать дальше, но у меня элементарно не хватало на это сил.

- Ладно, я знаю одно место, там можно спрятаться! Там мне все и расскажешь! Идет?

Я лишь кивнула в ответ, все еще продолжая тяжело дышать. Я была рада, что меня нашел один из моих друзей и что он меня сейчас спрячет, а уж что ему сказать, надеюсь, придумать сумею.

Мы прошли совсем немного, двигаясь по узким улочкам, где иногда нам приходилось идти гуськом. Город был застроен очень плотно, и здесь точно ни о каком плане строительства города и плотности застройки и слыхом не слыхивали!

Я все это время периодически связывалась с Шушей, чтобы убедиться, что с ней все в порядке и что она осторожно движется за нами.

- Шуша, постарайся пробраться за окраину города и ползи туда, где мы оставили метлы! Если мне удастся сбежать, то, надеюсь, через несколько дней я за тобой приду! Если же нет… береги себя и постарайся найти своих! – змейка ничего мне не ответила, но я знала, что она меня слышит, так как мне почудился тяжелый вздох.

Наконец парень остановился перед неприметной, окрашенной зеленой краской дверью и, по-хозяйски даже не постучав, толкнул ее. Дверь с тихим скрипом распахнулась, и я шагнула вслед за ним в темное помещение, где единственным светлым пятном был прямоугольник открытой двери за моей спиной, но и тот вскоре пропал.

- Гест! Что это значит? Почему так темно? – я в панике вытянула вперед руки, и они тут же уперлись во что-то твердое.

Тут же вспыхнули белые чешуйки под потолком, озаряя светом странное помещение, похожее на… пыточную! Я гулко сглотнула, не в силах отвести взгляд от потрескавшегося и местами почерневшего кресла, подлокотники которого заканчивались металлическими фиксаторами запястий, ниже были такие же для ног. И вообще, куда ни глянь, везде были цепи, плети, клещи и другие ужасные приспособления для добывания у человека информации, которой он не захотел поделиться добровольно.

Я судорожно вздохнула и стиснула пальцы на…

Медленно повернула голову в сторону оказавшегося у меня на пути препятствия и встретилась взглядом с синими глазами герцога Сантерийского, в белоснежные лацканы камзола которого я в данный момент вцепилась.

Мои пальцы мгновенно разжались, и руки безвольно повисли вдоль тела. За спиной герцога стояли три крепких гвардейца с невозмутимыми лицами. Я снова посмотрела в его глаза, не обнаружив в них привычной, чуть ироничной мягкости. Напротив, в ярких синих глазах был вселенский холод, и мне показалось, что я даже чувствую потрескивание льда, сковывающего их. Челюсти мужчины были плотно сжаты, а под гладкой кожей ходили желваки.

- Я до последнего надеялся, что студент Гест ошибается, но твой побег лишь подтвердил мои подозрения. На какую державу ты работаешь? Кто тебя подослал? Как твое настоящее имя? И, кстати, советую не продолжать мне врать. Мы послали гонца к барону Герберту Русток, и знаешь, что выяснилось? – герцог ухмыльнулся и сложил руки на груди, вперившись в меня пытливым взглядом.

- Что? – прохрипела я.

- Что его сын, настоящий Демиан Русток, бежал с поля боя. А затем его конь, испугавшись залпов фаерболов, ускакал от дезертира. Парень добрался до дома пешком и теперь живет себе поживает вместе с родителем. Так кто ты?

Я сглотнула вмиг пересохшим горлом, не зная, как и с чего начать свой рассказ. Но герцог неверно понял меня.

- Молчишь? Обыскать его! – рявкнул он.

- Стойте! – тут же крикнул Гест, вытянув вперед руки и не подпуская ко мне гвардейцев.

- Что это значит, студент? Объяснись! – тон герцога не предвещал парню ничего хорошего. Вот так просто оспаривать высочайшие приказы не позволено никому.

- Демиан. Или как там тебя зовут? Извини, что открываю твою тайну, но сам понимаешь… - в зеленых глазах парня я увидела сожаление. – Ваша светлость! – он повернулся к герцогу. – Прикажите найти женщину и прикажите ей обыскать предполагаемого шпиона.

- Не понимаю! Прошу обойтись без загадок! У меня сейчас совершенно нет для них времени! Если кто из вас не заметил, то у меня сегодня свадьба! А я оставил свою молодую жену, вместо того чтобы сидеть сейчас с ней вместе на свадебном пиру!

- Ваша светлость, - и снова виноватый взгляд парня в мою сторону. – Дело в том… что это девушка!

Я с силой сжала кулаки, так, что ногти впились в ладони, и со страхом смотрела в вдруг потемневшие глаза моего уже теперь бывшего мужа.

- Почему? – тихо прошептал он, бледнея. Всего одно слово, но он так много в нем спросил!

Я открыла было рот, но посмотрела на замерших позади герцога гвардейцев и бросила на того вопросительный взгляд.

- Всем выйти! – прозвучала резкая команда.

Когда мы остались одни, я упрямо подняла подбородок и с вызовом произнесла:

- Не хотела снова оказаться в кровати в цепях, ваша светлость!

- Что? – герцог замер, впившись в меня взглядом. - Я этого не делал! – в голосе герцога я услышала возмущение, удивление и обиду. И не знаю почему, но поверила. — Значит, ты Элея, и ты жива. И все это время находилась рядом со мной! – пробормотал мужчина, словно говоря сам с собой. В его глазах, даже после известия, что я его первая жена, холода меньше не стало. И я, в принципе, могла его понять. Кому же понравится, что тебя водили за нос! – Идем!

Мы вышли на улицу. Неподалеку стоял черный крытый экипаж, очень похожий на тот, в котором меня везли в дом призрения. Только на дверце этого красовался герб в виде перевитых между собой пяти разноцветных полозов.

- Гест, доставишь… девушку в мой замок! И сдашь с рук на руки мажордому. Передай ему мой приказ: разместить ее в лучших гостевых покоях! И карауль девушку, пока я не смогу найти время и прийти лично с ней поговорить. Думаю, скорее всего, это будет завтра. Отвечаешь за нее головой!

- Будет сделано, ваша светлость! – ответил парень и подтолкнул меня к черному экипажу. А я успела встретиться с холодным взглядом своего бывшего мужа, который не сулил мне ничего хорошего.

Глава 58. «Железная» мужская логика и ее последствия

Элея

За мной с грохотом захлопнулась дверь экипажа, отрезая путь к желанной свободе. Я с размаху села на мягко спружинивший диван и, сложив руки на груди, мрачно уставилась на парня.

А ведь он мне, в принципе, даже нравился. Эдакий брутальный брюнет с яркими зелеными глазами! Все сверлил во мне дырки своим колдовским взглядом, загадочно помалкивая при этом. А я-то, идиотка, думала, что нравлюсь ему! Кстати, ведь это тогда бы означало… Фу, какая гадость!

Было видно, что Гесту очень хочется меня о чем-то спросить, но, понимая, как меня колбасит от злости, не решался заговорить первым. Видя такое дело, я мстительно отвернулась к окну, делая вид, что меня жуть как интересует местная флора.

Некоторое время мы ехали молча, и, судя по времени, проведенному в пути, да по показавшейся вдалеке блестевшей под лучами солнца крыше замка герцога, я понимала, что еще минут тридцать, и мы будем на месте. И вообще, обида обидой, а информацией разжиться не помешает! Как говорится: «На ошибках учатся».

Повернувшись к парню, встретилась с его умоляющим взглядом.

Готов! Чувство вины его уже почти обглодало, похоже.

- Ну, судя по всему, ты хочешь меня о чем-то спросить?

- Да, хочу! Дем… Или, если я правильно понял, тебя зовут Элея?

- Ты все правильно понял. Я Элея, первая жена герцога, - произнесла я тихо, внимательно следя за реакцией парня. Судя по его побледневшему лицу и расширившимся глазам, он не слышал наш разговор с герцогом.

- Как… Как… Как… герцогиня? Ведь он же сегодня… - Гест изобразил некий загадочный «иероглиф», а потом его плечи поникли, и он громко выдохнул, как прохудившийся шарик.

- Ты хочешь спросить, как же он женился во второй раз, если я еще жива?

- Нет! То есть, да, - парень громко сглотнул. Его губы мелко тряслись, и мне даже стало его жаль.

- Я расскажу тебе, почему так случилось. Только при одном условии.

- Каком? – парень наклонился ко мне, готовый внимать каждому моему слову и угрожая на ближайшей большой кочке пересесть мне на колени.

- Ты мне расскажешь, как ты догадался, что я девушка, и почему решил, что я шпионка!

- Да, я расскажу. Конечно! - Гест заправил за уши свои черные, как смоль, волосы и нервно облизал губы. - Я… Я не просто будущий маг-стихийник, я – эмпат, - он посмотрел на меня так, словно одно это слово должно мне все объяснить. И все же… Да, точно, я знаю, что это означает! Это человек, способный воспринимать чужие эмоции и чувства. - И? - гадать не хотелось, хотелось быстрой и конкретной информации, так как до замка оставалось совсем рукой подать.

- Ну, я чувствовал исходящие от тебя странные эмоции, - пожал парень плечами и отвел глаза. А еще ты иногда оговаривалась, но всего лишь раза два или три. И вот еще сегодня, когда ты достала пирог с капустой, предложила нам, а потом еще сказала: «Извините, но я его немного… раздавила!» - Но к этому времени мне уже и так все было ясно. Это случилось, когда ты впервые пошла с нами в баню.

- И что тебе стало ясно? - прошептала я, но мне показалось, что скорее прошипела.

- Ну, что ты – девушка! Я… Я увидел тебя… Без одежды, - совсем тихо проговорил парень севшим голосом.

А я, я была рада, что в этот момент он на меня не смотрел, а сидел, сжавшись и словно став меньше ростом. Потому что в это мгновение я и сама забыла, что такое умение держать лицо в любой ситуации. Слишком неожиданным было признание Геста.

- Как? Как ты это увидел?

- Я вижу сквозь иллюзии, - прошептал он.

А мне стало понятно, отчего он постоянно на меня пялился. Ужас! Стыдоба-то какая! Но я собралась и уже спокойным голосом продолжила допрос.

- А почему же ты тогда ничего не сказал ни мне, ни своим друзьям?

- Не знаю. Слишком уж это было странно! И подозрительно. Зачем бы нужно было девушке рядиться в мужскую одежду и прятаться в мужской академии, если она не шпион?

- Да уж, логика у тебя просто железная! - хмыкнула я.

— Вот и я так подумал! Что незачем! – с воодушевлением поддакнул парень, закивав головой и широко улыбаясь.

- А что, если этой девушке зачем-то понадобилось спрятаться там, где ее даже не догадаются искать, — это ты предположить не мог?

- Что!? – прошептал Гест и снова побледнел.

И, пока к нему не вернулся дар речи, я решила поскорее свернуть это «избиение младенца», уточнив лишь некоторые детали. А так, мне в принципе уже было все ясно.

- И раз ты другие версии моей маскировки не рассматривал, то решил меня по-быстрому сдать герцогу. Так?

- Так, - тихо прошептал парень.

- Ну, всё с тобой понятно! – тяжело вздохнула я и, прищурившись, посмотрела на этого великовозрастного ребенка. А что, оставалось только от него услышать: «Прости, пожалуйста! Я так больше не буду!»

Да даже сто раз он это скажет, в моей ситуации это ничего не изменит. Теперь я в полной власти герцога! А так как официально я мертва, то он может делать со мной всё, что захочет! Даже если не убьет, то прикажет запереть в подземелье до конца моих дней, которые наступят, думаю, довольно скоро.

Поэтому я не стала щадить чувства этого самонадеянного молокососа, который еще наверняка и какую-то награду запросил за поимку «шпиона»!

- Я первая жена герцога, Элея Сантерийская! Мой муж в первую же брачную ночь приковал меня к кровати цепями! - Не обращая внимания на предобморочное состояние парня, я продолжила без подробностей. – Мне удалось сбежать! Потом я встретила коня без седока и с седельными сумками, в которых была солдатская форма. Я переоделась и направилась в город Заартаан, чтобы затеряться среди его жителей. Но мне не повезло, я нарвалась на патруль гарнизона герцога. Он меня не узнал, и я некоторое время воевала вместе со всеми. Тогда и обнаружились у меня… некие магические способности. Тогда-то герцог и отправил меня в академию развивать их. – Я замолчала, глядя в ошарашенные глаза парня.

- И это всё? «Нет никакого заговора и никакой тайны?» — прошептал он.

- Заговора нет. А вот тайна у меня была. Пока ты ее не выдал и не сломал мне жизнь! Так что не волнуйся, ты вернул герцогу его беглую жену, и он обязательно тебя наградит!

- Неужели ничего нельзя сделать? Может, герцог поселит и вас тоже в замке? Там же очень много места!

- Как же у тебя всё просто! – Я равнодушно смотрела в глаза парня, наблюдая в них калейдоскоп эмоций, от страха до растерянности и робкой надежды. – Пойдут слухи, прислуга-то прекрасно меня помнит! Куда проще от меня избавиться раз и навсегда! – Я из вредности пугала парня, понимая в душе, что это мне самой нужно бояться!

Послышался громкий цокот копыт по камню, и я выглянула в окно. Мы въехали на подъездную аллею, и мимо замелькал знакомый пейзаж. Я глубоко вдохнула и выдохнула, погружаясь в своего рода транс. Что бы то ни случилось в ближайшее время, я буду спокойна и невозмутима! Да, это, пожалуй, то, что мне сейчас больше всего нужно! А там я подумаю, как мне выбраться из этой ситуации.

Карета остановилась, качнулась под весом спрыгнувшего на землю возницы, и дверь с моей стороны распахнулась. Я, прикрывая ладошкой глаза от осеннего солнца, вышла из кареты и огляделась.

Парадный подъезд перед замком был весь заставлен шикарными каретами, так что наша черная едва нашла себе место, притулившись с самого края подъездной аллеи.

Судя по доносившейся из окон громкой музыке, свадебное веселье было в самом разгаре! Вот только меня, законную жену, на него не позвали. Глупая, нерациональная обида сдавила грудь, и я еле сдержала слезы. Неужели это память тела?

От крыльца, смешно семеня, к нам направлялся пухлый мужчина в нарядной ливрее. Кажется, это мажордом Хуго. Он остановился неподалеку и, поклонившись, перевел взгляд с меня на Геста.

- Приветствую вас, господа! Но герцог сейчас несколько занят! У него, видите ли, сегодня свадьба! – повел он рукой в сторону карет.

- Простите, что перебиваю! – вперед шагнул Гест. – Но у меня к вам устное распоряжение от самого герцога!

- Ко мне? От его светлости? – пухлые щеки старика смешно вздрогнули.

- Вы мажордом?

- Да, это я! – приосанился старик.

- Тогда герцог просил передать вам распоряжение разместить эту леди в самых лучших гостевых покоях!

- В самых лучших? Но сейчас такой наплыв гостей! Все покои заняты! – но тут старик резко замолчал, словно споткнувшись. – Леди? – он перевел на меня взгляд и шагнул ближе, всматриваясь мне в лицо. – Все же это вы, Элея? – прошептал он, и его лицо осветилось доброй улыбкой.

Я лишь кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает комок и как щиплет глаза от набежавших слез.

- Элея! – громкий крик эхом прокатился по площади перед замком, и я обернулась.

Дробный стук копыт, и вот рядом с нами останавливается вороной взмыленный конь, с которого соскакивает Бьерн! По его взволнованному лицу я вижу, что он уже все знает.

Не задумываясь, одним порывистым движением я бросаюсь к нему на грудь и чувствую, как меня сжимают сильные руки мужчины, заменившего мне в этом мире отца.

- Ничего, девочка, ничего! Все будет хорошо! – гладит он меня по спине и тихонько покачивает, как маленькую.

И тут я не выдержала и разрыдалась.

Глава 59. Птичка в клетке

Элея

Я шла по празднично украшенному широкому коридору. Слева и справа от меня шагали Бьерн и Хуго, а замыкал шествие Гест. Туда-сюда важно прохаживались почтенные матроны, покачивая своими огромными, словно Царь-колокол, юбками. Не знаю, чем именно привлекала их внимание наша скромная процессия, но они неизменно останавливались и провожали нас любопытным взглядом.

Мне было ужасно неловко. Почему-то казалось, что они все знают, что под дорогой одеждой юноши прячется первая жена владельца замка и всех этих земель. Та, которая теперь здесь никто!

- Элея! К счастью, сейчас свободны именно ваши покои! – улыбаясь, обратился ко мне мажордом. – Не поверите, но и все ваши вещи на месте!

Действительно, в это слабо верилось, тем более, если учесть, что «меня» уже похоронили.

- Новая герцогиня отказалась вселяться в покои первой жены Его сиятельства, требуя сначала произвести полный ремонт и поменять мебель, - продолжал тараторить словоохотливый старик.

Надо же, побрезговала вселяться без ремонта и пользоваться той же мебелью! Внезапно я почувствовала острую неприязнь к новой жене герцога, хотя до этого не испытывала к ней ровным счетом ничего.

- Мне бы хотелось получить мои вещи из академии, - стараясь перекричать музыку, лившуюся из широко открытых дверей бального зала, пожелала я, и, не сдержав любопытства, бросила взгляд туда, где за стоявшим на возвышении, украшенным живыми цветами столом, сидели герцог и его молодая жена.

- Элея! Я привез твои вещи! Они остались за седлом коня. Сейчас посмотрю, где твои апартаменты, и принесу их, - Бьерн ободряюще мне улыбнулся, но его глаза оставались серьезны. Наоборот, в них я увидела беспокойство. Интересно, за мою дальнейшую судьбу или просто за мое душевное состояние? Но это, конечно, вопрос риторический, спрашивать бесполезно, все равно не скажет.

Вскоре праздничный гомон остался позади, мы поднялись на второй этаж, и мажордом с поклоном распахнул передо мной дверь, расположенную как раз напротив небольшого балкончика, открывающего вид на заполненную каретами площадь.

Я перешагнула порог комнаты и замерла от восторга! В ней все было сделано для того, чтобы хозяйке замка было уютно и удобно. Остановилась посередине комнаты, разглядывая ее убранство.

- Элея, я пошел за твоими вещами! – махнул мне рукой Бьерн и ушел.

- Ваша светлость!

- Элея. Просто Элея! – поправила я мажордома.

- Элея, все ваши платья в гардеробной, можете переодеться. Я сейчас пришлю вам горничную! – засуетился старик.

- Благодарю, но не стоит беспокоиться! Я сама прекрасно справлюсь! К тому же, у меня есть помощник! – усмехнулась я, подмигнув Гесту.

Парень, замерший у порога, мгновенно залился краской и потупился. А Хуго, открывший было в изумлении рот, быстро нацепил на лицо привычную маску спокойного безразличия и поспешил выйти, бросив напоследок: «Ужин вам подадут через час!»

Я заметила, что стоило мне перешагнуть порог замка, как мажордом стал обращаться ко мне на «вы», словно признавая во мне истинную хозяйку. Это вовсе не так, и все же было приятно.

Когда Хуго ушел, я повернулась к парню, все также торчащему в дверях.

- Ты так и будешь стоять столбом?

- Так его светлость приказал вас сторожить! – и этот перешел на «вы». Мой статус стремительно повышался без каких-либо на это причин. Ну да ладно, это ненадолго.

- Ну так зайди или выйди, я бы хотела закрыть дверь, - усмехнулась я, видя, как парень растерялся, не зная, шагнуть ему вперед или назад.

- Я буду здесь, за дверью! – крикнул он, приняв наконец верное решение и оставив меня одну.

Я вздохнула и еще раз огляделась.

Апартаменты настоящей Элеи были очень светлыми! Два больших окна, завешенные тончайшей занавесью цвета радуги, которая отбрасывала на белые, оклеенные тканевыми обоями, цветные блики.

В комнате, которая, по всей видимости, служила гостиной, стояло несколько диванчиков и пуфов. Между ними были расставлены одинаковые чайные столики — вот, собственно, и вся мебель. Из гостиной вели две двери: одна вела на чудесный балкон, увитый розами, а вторая — в спальню.

Спальня тоже была оформлена в духе минимализма. В ней стояла большая крепкая кровать на массивных ножках, предназначение которой было очевидно с первого взгляда, прикроватный столик и трюмо с зеркалом. На подзеркальном столике выстроилось множество баночек с косметикой. Из спальни вели ещё две двери: одна — в гардеробную, куда я планировала заглянуть чуть позже, а вторая — в ванную и туалет.

Вот туда я в первую очередь и отправилась!

Глаз радовал довольно большой ассортимент разноцветных чешуек. Поэтому я быстренько соорудила себе горячую ванную, добавила в воду ароматное жидкое мыло с запахом роз, разделась и со счастливым стоном погрузилась в это расслабляющее блаженство!

Благодаря красным чешуйкам вода ванной не остывала, а держала комфортную температуру, но мне был обещан ужин, и я, быстро искупавшись, обернулась полотенцем и с волнением вошла в гардеробную настоящей Элеи.

Увидев все это невероятное великолепие ярких, но нежных оттенков платьев, я охнула. Глядя на легкие, воздушные, просто летящие, сшитые из практически невесомой ткани наряды, мне немедленно захотелось их все примерить! Но я не хотела потом есть ужин холодным, поэтому решила, что с примеркой придется подождать.

В гардеробной нашлось большое зеркало в пол, а еще полочки с нательным бельем. К счастью, моя предшественница не носила длинных панталон с рюшами, а небольшие, больше напоминающие короткие шортики, трусики. Бюстгальтер в этом мире заменяла деталь одежды, напоминающая топик.

Я быстро надела нижнее бельё и остановила свой выбор на нежно-голубом платье без рукавов, которое состояло из нескольких слоёв тончайших юбок. Вырез горловины в форме буквы «V» был достаточно скромным, чтобы моя грудь выглядела аппетитно, но при этом целомудренно.

Я хихикнула и довольно окинула себя взглядом, только сейчас впервые и в полной мере оценив свою новую внешность. Без мешковатых мужских вещей и без утягивания груди я выглядела… просто сногсшибательно!

Я расправила плечи и приподняла выше подбородок, любуясь на свое отражение и понимая, что вполне могу составить конкуренцию внешности новой герцогине! Тем более, что высокомерие вовсе не красит.

Единственное, что меня печалило, так это отрезанные, некогда шикарные волосы Элеи! Сейчас они едва доставали мне до плеч, и мне захотелось хоть что-то с ними сделать.

Я задумчиво глядела в зеркало, когда мой взгляд упал на небольшой столик позади меня, на котором лежали чешуйки Полозов. Идея пришла незамедлительно!

Расчесав деревянной гребенкой почти высохшие волосы, я накрутила один локон на красную чешуйку. Пара минут, и шаловливая завитушка с крутым изломом в сорок пять градусов была готова!

Вдоволь на нее налюбовавшись, тяжело вздохнула, понимая, что ужин мне точно придется есть остывшим! Хотя… я бросила взгляд на красные чешуйки и усмехнулась.

Спустя минут двадцать, последний раз посмотрев на себя в зеркале, удовлетворенно улыбнулась. Да, такой прически точно еще ни у кого в этом мире не было! Квадрат Малевича, увидев такое, стал бы кругом от зависти! Но, опасаясь, что меня страшно красивую назовут просто страшной, решила не шокировать народ. Вооружившись деревянным гребнем, превратила пики Эвереста на своей голове во вполне милую рябь на море-океане.

Распрямив плечи, и приподняв подбородок, я выплыла нежной павой в спальню, а из нее в гостиную. На одном из столиков у белоснежного диванчика, меня ожидал предсказуемо остывший ужин!

Вот только какой! По количеству горшочков под крышечками, я бы предположила, что сервировано человека на три-четыре! Ну да ладно, разберемся. Я подсунула под поднос собранные мною из всех моих помещений красные чешуйки и довольно распрямилась, с досадой вспомнив, что кое-что без горничной я все же сделать не могу!

Чуть не споткнувшись о принесенные Бьерном мои вещи, распахнула дверь и выглянула в коридор. Парень ожидаемо нашелся на своем посту. Он стоял напротив моих покоев, рядом с выходом на балкон. Привалившись спиной к стене и понурив голову, он, похоже, спал.

Я усмехнулась. Ну и охранничек! Пожелай я сбежать, могла бы это преспокойно сделать прямо сейчас! Тем более что на моих ногах сейчас были мягкие, так сказать, домашние туфельки, типа балеток.

Я кашлянула.

Парень вздрогнул и, осоловело хлопая глазами, словно не понимая, где он, посмотрел на меня. И тут с ним произошла невероятная метаморфоза. Гест выпрямился, его глаза зажглись жадным блеском, и он громко сглотнул.

Вот что значит сила красоты! Я еще больше расправила плечи и скучающим тоном произнесла:

- Раз уж ты здесь, зайди, поможешь мне одеться.

- Чтоо!? – видимо, парню показалось, что он ослышался. Окинув меня взглядом с головы до ног, убедился, что я одета, и вопросительно уставился, ожидая пояснений.

- Зайди. Не посреди же коридора это делать?

- Что делать? – просипел парень и снова побледнел.

Нервный он какой-то! А казался довольно брутальным.

Посторонившись, я пропустила Геста в гостиную и закрыла дверь.

— Вот, застегни мне платье! – повернулась к нему спиной.

- Шутить изволите? – усмехнулся он.

- А что, похоже? Или ты мне предложишь так ходить? Застегни! Долго тебя просить? – я уже начала на самом деле злиться.

Наконец дрожащие пальцы юноши кое-как справились с многочисленными крючками на моей спине. Похоже, пока я здесь, в этом замке, без горничной мне не обойтись.

- Ну спасибо, выручил! А теперь присаживайся, будем ужинать! Думаю, он уже подогрелся!

Я думала, что парень начнет снова возражать, но он, похоже, меня даже не услышал! Он залип взглядом на многочисленных горшочках на моем столе и часто-часто сглатывал.

- Похоже, можно не спрашивать, покормили ли тебя! – усмехнулась я, толкая своего тюремщика на диванчик. – Угощайся! Ешь что хочешь и сколько хочешь! Нам обоим хватит и еще останется.

Да, еды оказалось много! И жаркое, и что-то похожее на почки в сметане, и рыба с овощами… Из напитков мне принесли яблочный сок и что-то, напоминающее домашний лимонад.

Когда мы уже почти наелись и не спеша потягивали напитки, входная дверь резко распахнулась, и вошел сам герцог.

Парнишка поспешно вскочил и, чуть не вылив на себя лимонад, уставился на герцога испуганным взглядом.

- Ну и что это значит? – синие глаза оглядели остатки нашего пира, и тяжелый взгляд умопомрачительно красивого мужчины в черном, украшенным сверкающей золотой вышивкой камзоле, остановился на мне. Уже успел переодеться! Несколько мгновений он разглядывал мою прическу, затем мое лицо и фигуру. – Элея, - хрипло, словно констатируя факт, произнес он.

- Она самая! – слегка кивнула я, поставила свой стакан на стол и чинно сложила руки на коленях.

Возможно, герцог ожидал, что я встану, но вот фигушки! Не знаю их правил, но все же подозреваю, что женщины здесь не встают в присутствии мужчин. Хотя все зависит от статуса.

Собственно, можно сказать, его я потеряла, но вставать все равно не собиралась. Насколько я успела изучить этого мужчину, при всей его грозности, он вовсе не был жестоким самодуром.

- Я, кажется, спросил, что это значит? – голос герцога стал на градус холоднее.

- Ужин здесь происходит, ваша светлость! Присоединяйтесь, прошу вас! На свадебном пиру и не поешь, наверное, спокойно?

- Благодарю, но я сыт, - вроде как несколько растерянно произнес герцог, видимо, привык, что перед ним все оправдываются. Не дождется! Мне оправдываться уж точно не в чем!

- Что здесь, в покоях моей… хм, в покоях замужней женщины, делает посторонний мужчина? – теперь я точно услышала в его голосе проскользнувшую неуверенность.

Понимает ведь, что не в своем праве претензии предъявляет, но пытается блефовать. Но не со мной, точно не со мной!

- Ну, во-первых, Гест не посторонний, он – мой друг! Несмотря на то, что так подло меня предал! – парень потупился, и было видно, что очень был бы не против провалиться сквозь землю здесь и сейчас!

- Во-вторых, вы, ваша светлость, мне больше не муж, чтобы требовать от меня чего бы то ни было! А вот с вашей стороны, мой дорогой бывший супруг, черная неблагодарность, оставить этого юношу не только без награды за поимку опасной беглянки, но даже не распорядиться накормить его ужином! Поэтому я решила сама покормить своего тюремщика! – я вздернула подбородок и медленно поднялась с дивана.

Герцог снова окинул меня взглядом с ног до головы.

- Давайте уже, заканчивайте свой ужин! – прорычал он и развернулся, направившись на выход.

- А что приходили-то, ваша светлость? – крикнула я вдогонку, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться.

- Поговорить хотел, - мужчина остановился и ответил, не оборачиваясь, - но теперь уже завтра, - и распахнул дверь.

- Желаю неспокойной ноченьки, ваша светлость! – добавила я ехидно, и сладким бальзамом лег мне на душу свирепый взгляд резко обернувшегося герцога и то, с какой силой он, уходя, хлопнул дверью.

С широкой улыбкой я повернулась к замершему с бокалом в руках парнишке. На фоне его смоляных волос абсолютно белое лицо смотрелось несколько… необычно, словно вампир заскочил ко мне на огонек.

- Пей спокойно и ешь! – усмехнулась я. - Не бойся, герцог тебе ничего не сделает, тем более что это ты ему преподнес на блюдечке беглую жену. А в другой раз ты все же думай, прежде чем кого-то выдать, не разобравшись.

А сама, бросив взгляд на дверь, которою только что громко хлопнул герцог, усмехнулась. Ну что ж, раз не суждено мне быть его женой, не съем, так понадкусываю!

Глава 60. Между двух жен

Герцог Сантерийский

Я сидел на собственной свадьбе и, вместо того чтобы ждать, когда настанет время уединиться с молодой женой, думал вовсе не о ней!

Великий Полоз бы побрал мою первую жену! Я совсем запутался в собственных чувствах. Я то злился, думая о ней, то с трудом успокаивал взбунтовавшуюся плоть у себя в штанах.

Кто бы мог подумать, что тем самым шпионом в Магической академии окажется именно она! За последние два месяца все смешалось — то, что нашли якобы тело Элеи, ее погребение в семейном склепе, странное поведение моего нового юного помощника, Демиана, и не менее странное мое влечение к нему!

Когда мне доложили, что некий студент первого курса мужской академии подозревает в новичке по имени Демиан Русток шпионку…, то сначала было решил проверить доносчика на пары горячительного, но… вспомнил свои собственные смутные подозрения и решил все же проверить их, отправив людей к барону Герберту Русток.

Признаться, услышав донесение, что младший Русток спокойно себе поживает в отцовском имении, я даже не удивился, ведь от отца я узнал, что говорить с Великими Полозами могут только женщины! И как я сам мог такое упустить, изучая старинные фолианты!?

Я тут же, несмотря на собственную свадьбу, отправил Бьерна с гвардейцами, чтобы привезти лжемальчишку в замок для допроса, и каково же было мое удивление, когда я увидел «его» среди толпы горожан, приветствующих меня с новой герцогиней!

- Дорогой, ты хорошо себя чувствуешь? Ты очень бледен и ничего не ешь! – нежный голосок, теперь уже жены, прервал мои далекие от сего торжества мысли.

- Да, все хорошо! Устал немного, - подарил я ей вымученную улыбку, мысленно ругая себя, что могу думать еще о чем-то, кроме предстоящей ночи с такой красавицей!

Заиграла музыка, и гости начали выходить из-за стола, образуя круг. Свадебный бал, по традиции, должны открывать молодожены. Я поднялся и предложил руку Доротее. Моя жена с чарующей улыбкой приняла ее.

Она двигалась восхитительно! Я смотрел на молодую графиню и восхищался ее нежной, словно мерцающей кожей, шелковистыми локонами светлых волос, длинными, чуть подрагивающими ресницами и тонким станом, на котором лежала моя рука.

Да, жена у меня – редкая красавица! Но все же чего-то не хватало. Иногда, во время танца, я ловил себя на странной мысли, словно веду в танце изящную фарфоровую вазу. Да, очень красивую, но и только.

Распорядитель свадеб объявил о времени для поздравления молодых, и тут же все гости суетливо выстроились в очередь, спеша произнести заздравные речи и поразить всех присутствующих своим подношением молодоженам.

Я улыбался, кивал и принимал подарки, затем снова кивал и опять улыбался. Вскоре их голоса слились в единый гул, а я вспомнил, как буквально набросился с обвинениями на лже-Демиана, требуя признаться во всех грехах, включая шпионскую деятельность.

Не знаю, чего именно я хотел добиться. Наверное, увидеть страх, растерянность в глазах этого… этой…

- Элиас! Да что с тобой? Ты на меня даже не смотришь! Гости уже начинают шептаться! – недовольные нотки в голосе молодой жены меня неприятно поразили. Как говорится, хочешь узнать истинный характер женщины, женись на ней!

- Что-то мне нехорошо, голова разболелась, пойду покажусь своему лекарю, может, какую микстуру даст. А ты, дорогая, пожалуйста, займи гостей, ты же теперь хозяйка в этом замке! – после этих слов девушка расправила плечи и окинула горделивым взглядом всех гостей, словно коршун, выбирающий добычу пожирней. По спине пробежали противные мурашки. Хотя зря я себе что-то придумываю. Моя супруга должна знать себе цену, чтобы я мог ею гордиться.

Оставив герцогиню, я быстро покинул бальный зал, но путь мой лежал вовсе не к лекарю. Да, я сказал Элее, что, скорее всего, зайду для разговора к ней завтра, но понял, что ждать не могу. Мне нужно было немедленно закончить начатый сегодня разговор и все окончательно прояснить!

Я шел, а сам вспоминал, как услышал от юноши, донесшего на Деминана: «Ваша светлость! Дело в том… что это девушка!»

И ведь знал, уже знал! А все равно показалось, словно мне со всей силы ударили под дых, ощутил, словно предали, и смог прошептать только одно слово, глядя ей прямо в глаза: «Почему?»

Элея хотела было ответить, но бросила взгляд на лишних слушателей. Да, я забылся, начав при посторонних выяснять отношения.

- Всем выйти! – приказал, не спуская глаз с девушки. И да, уже сейчас, когда я точно знал, что это она, ни мужская одежда, ни коротко остриженные волосы не мешали мне видеть ее женственной красоты!

Когда мы остались одни, она упрямо подняла подбородок и с вызовом произнесла:

- Не хотела снова оказаться в кровати в цепях, ваша светлость!

- Что? – я замер, впившись в нее взглядом. - Я этого не делал! – возмутился я, словно оправдываясь, а затем, констатируя факт, произнес. — Значит, ты Элея, и ты жива. И все это время находилась рядом со мной! Как же долго я был слеп!

Мы вышли на улицу. Нас уже ждал черный крытый экипаж.

- Гест, доставишь… девушку в мой замок! И сдашь с рук на руки мажордому. Передай ему мой приказ: разместить ее в лучших гостевых покоях! И карауль , пока я не смогу найти время и прийти лично с ней поговорить. Думаю, скорее всего, это будет завтра. Отвечаешь за нее головой! – приказал я парню и кивнул гвардейцам, чтобы сопровождали и охраняли обоих.

- Будет сделано, ваша светлость! – ответил парень и подтолкнул Элею к черному экипажу. А я, стиснув зубы и сжав кулаки, еле удержался, чтобы не врезать хорошенько этому наглому юнцу, позволившему себе грубость по отношению к ней. Девушка обернулась, холодно и без страха взглянув мне в глаза, и скрылась в экипаже.

Как все не вовремя! Почему моя свадьба именно сегодня? Мне хотелось немедленно выяснить у девушки все подробности. А особенно прояснить ситуацию с этими цепями. До сих пор для меня остался подвешенным вопрос об очередности произошедшего. Она кричала и билась оттого, что ее заковали, или заковали, потому что она повела себя как одержимая? Словам своего отца я не вполне верил.

Перед дверью покоев Элеи студента не оказалось. Неужели сбежал, паршивец? Я толкнул дверь и остолбенел.

В гостиной за накрытым столом уютно расположились моя первая жена и этот молокосос, который на нее же и донес!

- Ну и что это значит? – я оглядел остатки их пира, и мой взгляд остановился на девушке. Несколько мгновений я разглядывал ее необычную, но необыкновенно ей идущую прическу, а затем лицо и фигуру. – Элея, - прохрипел я внезапно севшим голосом, пожалуй, только сейчас до конца поверив, что это не ошибка и не какой-то розыгрыш. Вот только кого я тогда похоронил в семейном склепе?

- Она самая! – невозмутимо кивнула девушка, поставила свой стакан на стол и чинно сложила руки на коленях.

А я невольно вспомнил, как тиха и незаметна она была до свадьбы. Неужели это тоже была маска? Все женщины лгуньи и притворщицы! А их красота только приманка для мужчин, из которых они потом начинают вить веревки!

- Я, кажется, спросил, что это значит? – похоже, этот вопрос прозвучал, словно ревнивец-муж застал свою жену с любовником. Но ведь она мне уже не жена? Или все же жена? Или получается, раз жива моя первая жена, то второй брак как бы недействителен? У меня голова уже идет кругом от этих женщин!

- Ужин здесь происходит, ваша светлость! Присоединяйтесь, прошу вас! На свадебном пиру и не поешь, наверное, спокойно? – невозмутимо ответила эта маленькая нахалка, сверля меня взглядом глаз цвета лесного ореха. И как я мог ее не узнать в этом Демиане? Ведь таких больших миндалевидных глаз, как у лани, я больше ни у кого не видел!

- Благодарю, но я сыт, - вроде как несколько растерянно произнес я. Уж о чем, но о еде я сейчас думал меньше всего.

- Что здесь, в покоях моей… хм, в покоях замужней женщины, делает посторонний мужчина? – задал я закономерный вопрос, в то же время чувствуя, что вроде бы и не в праве его теперь задавать.

- Ну, во-первых, Гест не посторонний, он – мой друг! Несмотря на то, что так подло меня предал! Во-вторых, вы, ваша светлость, мне больше не муж, чтобы требовать от меня чего бы то ни было! А вот с вашей стороны, мой дорогой бывший супруг, черная неблагодарность, оставить этого юношу не только без награды за поимку опасной беглянки, но даже не распорядиться накормить его ужином! Поэтому я решила сама покормить своего тюремщика! – и, вздернув подбородок, эта нахалка медленно поднялась с дивана.

Я снова окинул ее взглядом с ног до головы, осознавая, что она и раньше была красивой, но не казалась настолько притягательной.

- Давайте уже, заканчивайте свой ужин! – прорычал я, внутренне ругая себя за несдержанность, и направился вон, лишь бы не наговорить еще чего лишнего.

- А что приходили-то, ваша светлость? – крикнула Элея мне вдогонку, и мне послышались в ее голосе смешливые нотки. Неужели и правда, насмехается?

- Поговорить хотел, - я стиснул кулаки и, не оборачиваясь, ответил, как мог, спокойно, распахивая дверь.

- Желаю неспокойной ноченьки, ваша светлость! – пожелала мне вдогонку эта маленькая язва. Я обернулся, впившись в нее взглядом и обещая им очень серьезный разговор в самое ближайшее время, и, уходя, не сдержавшись, хлопнул дверью.

Глава 61. Завтрак на одну персону

Элея

Проснулась я с чувством какой-то неправильности. Словно что-то идет не так, чего-то не хватает. Щурясь на бьющий прямо в глаза солнечный свет, я перекатилась на другой бок и встала с кровати.

Ути-пути! Точно! Как же я могла забыть, что нахожусь не в академии, а в замке своего теперь уже точно бывшего мужа! А я-то все думаю, почему не слышу побудки на занятия?

День выдался ясный, и моя спальня оказалась полностью залита солнечным светом. Да, чудесные апартаменты были у моей предшественницы, светлые и просторные! Я от души потянулась и закружилась по комнате.

- Доброе утро, Элея! Веселишься, а про бедную Шушечку и не вспоминаешь уже? – в моей голове проскрипел недовольный голос моей змейки.

- Ой! Шушечка! Извини, милая! Но где ты есть? – я принялась озираться по сторонам.

- Я за дверью, - тяжело вздохнул тихий голос.

Как была, босиком да в ночном платье, я вылетела в гостиную и, приоткрыв входную дверь, выглянула в коридор.

Взгляд остановился на маявшемся на своем посту парне. Он печально подпирал спиной стену, с надеждой поглядывая в сторону лестницы, видимо ожидая, когда появится герцог, который снимет с него эту повинность.

Точно! В любую минуту может мой бывший муженек заглянуть для «разбора полетов», а я тут в одних «усах» стою.

- Пс! Эй! Герт! – парень встрепенулся, выпрямляясь.

- Что?

- Не что? А что угодно вашей светлости? – машинально осекла я парня. Я все еще на него злилась, что он меня выдал. И даже не очень смягчал это обстоятельство тот факт, что он реально принял меня за шпионку.

- Но ведь вчера его светлость… - парень отлепился от стены и шагнул ко мне.

- Стой, где стоишь! – рявкнула я. - Со мной никто не разводился! Так что еще не известно, кто из нас двоих настоящая герцогиня! «Я или эта…» — я мотнула головой в сторону и только сейчас заметила, как округлились глаза парня, залипнув на зоне моего декольте. Еще бы, это ночное платье предполагалось для встреч с супругом, поэтому грудь бесстыдно светилась сквозь тончайшее кружево.

- Стою! – просипел парень.

- Так иди сейчас на кухню и принеси мне завтрак!

- А что я там скажу? Вдруг меня прогонят?

- Скажешь, что пришел за завтраком для Элеи, первой жены герцога!

- Как? Так это правда? Вы и есть она?

- Правда-правда! Поторопись! Стой! – парень обернулся. — Вот еще что. – Я замялась, не зная, как будет выглядеть эта просьба. – Налови мне мышей! Думаю, пяти штук будет достаточно. Хотя… лучше давай десять! Да чтобы живые были! – нахмурилась я, припечатав парнишку взглядом.

- Шшто? – просипел он. - Я правильно услышал, вы мышей попросили? Живых? – сейчас он мне куда больше напоминал вампира, чем вчера. Абсолютная белизна кожи с черными волосами создавала просто феерический эффект!

- Да, ты все правильно понял! Мышей! Живых!

- Но, ззаччем?

- Свежее люблю! Так, брысь! Я жду!

Воплощение выражения «как ветром сдуло» я увидела воочию именно сейчас!

Едва коридор опустел, я мысленно позвала Шушу. Тотчас из дверного проема, ведущего на общий балкон, скользнула тень и скрылась в моей комнате.

Я захлопнула дверь и обернулась.

- Шуша! – радостный возглас превратился в испуганный.

Сейчас змейка, вернувшая свой натуральный разноцветный окрас, выглядела не как всегда ярко и нарядно, а больше напоминала выключенную из сети гирлянду.

Я присела рядом с ней на корточки и провела рукой по потускневшей шкурке. Нет, это была не пыль.

- Что случилось? Ты заболела?

- Я ползла за тобой! Но я не могу передвигаться так быстро, как большие «кони». Я только к утру доползла до этой большой пещеры! Когда вход в нее открыли, я проскользнула внутрь и потом ждала тебя здесь, - голос у змейки был совсем тихий, и он больше походил на шелест листвы. Я машинально наклонилась к ней еще ниже, забыв, что слышу ее голос непосредственно в своей голове.

- Элея! Это что еще такое? – я вздрогнула, услышав позади себя знакомый голос герцога. Принесла же его нелегкая в такую рань!

Я медленно выпрямилась и, стараясь своей длинной юбкой заслонить Шушу, поднялась. Я не знала, как герцог отнесется к наличию у меня персонального Полоза, пусть еще и совсем маленького, но проверять не собиралась. И так сама здесь нахожусь на птичьих правах.

Развернувшись, я недовольным взглядом уставилась на вошедшего в мою комнату без стука, одетого с иголочки мужчину. Он жадно разглядывал меня и молчал. Молчала и я, ожидая, что же будет дальше.

Я уже не сильно боялась за свою судьбу, а уж за жизнь тем более. Еще как только проснулась, мне пришла в голову трезвая мысль, что ничего плохого герцог со мной не сделает. А иначе ночевать бы мне сегодня не в шикарных покоях, а в тюремной камере!

Наконец блуждающий взгляд мужчины добрался до моего лица. Замерев на несколько мгновений на губах, поднялся выше, и наши взгляды встретились. Герцог еле заметно вздрогнул и, видимо, пришел в себя.

- Элея, доброго вам утра!

- И вам того же, - кивнула я, ожидая продолжения и опасаясь, что сейчас не вовремя вернется мой посыльный с мышами. И вот тогда мне не отделаться шутками и общими фразами.

- Извините, что спрашиваю, но что вы делали на полу на коленях?

- Солнышку кланялась, - ляпнула я первое, что мне в голову пришло.

- Что? – синие глаза герцога широко распахнулись.

Я же не стала ему ничего объяснять, наоборот, уперла руки в боки, чувствуя, как во мне начинает нарастать сильное раздражение. Какой же женщине понравится, чтобы ее увидели с утра пораньше в, так сказать, натуральном виде? Ну, разве что это не ваш собственный муж, с которым не меньше двадцати пяти лет прожили.

Я не успела умыться, волосы мои наверняка стояли дыбом, а про свой спальный «наряд» я вообще молчу! А мне очень хотелось нравиться герцогу! Я знала, что этот мужчина со вчерашнего дня принадлежит другой женщине, но глупому сердцу же не прикажешь! Чего уж себе врать? Герцог мне очень нравился! Это был, так сказать, мой типаж, высокий, широкоплечий блондин с яркими синими глазами, а его длинные, слегка выбритые с висков волосы, закрепленные на затылке в небрежную прическу, рассыпались по плечам белоснежными волнистыми прядями.

- Солнышку кланялась! – поняв, что герцог до сих пор ждет ответа, повторила я. – А сейчас я попросила бы вас, ваша светлость, удалиться! Вы, наверное, забыли, что врываться без стука в покои женщины вы можете только в том случае, если эта женщина – ваша жена!

- Простите! Виноват! Действительно, я как-то не подумал об этом, - смутился герцог. – Давайте я сейчас уйду и распоряжусь, чтобы в ваших покоях сервировали стол на две персоны, мы вместе позавтракаем и поговорим, наконец, спокойно!

- Вы, верно, шутите, ваша светлость? - усмехнулась я, - вы должны это делать со своей молодой женой! Да к тому же мне уже вот-вот принесут завтрак. На одну персону!

И тут, как по заказу, в дверь постучали, она приоткрылась, и показалась чернявая макушка Герта.

- Элея! Пять мышей я поймал! Забирайте! Сейчас еще пойду ловить!

Глава 62. О мышах и змейках

Элея

- Что он сказал? – теперь побледнел сам герцог, почти слившись цветом лица со своими волосами. – Он принес живых мышей? Но зачем?

Как там говорится? «Лучшая защита — это нападение?» Тогда нападаем!

- А как вы, ваша светлость, хотели? Сначала сами отправили меня в магическую академию развивать способности по общению с Великими Полозами, а теперь еще спрашиваете, зачем мне мыши?

- Так зачем они вам? – несколько растерянно поинтересовался герцог, старательно отводя взгляд от моего кружевного декольте.

- Мыши? Ну уж не для того, чтобы ими позавтракать, - усмехнулась я. Растерянность этого крупного брутального мужчины, обладающего полной властью на этих землях, придавала мне уверенности. И, пожалуй, становилось даже интересно!

- А для чего?

- Ваша светлость, может, вы все же дадите мне сначала одеться?

- О да, простите! Конечно! Я ухожу, но вскоре вернусь, и мы все обсудим! Нам давно пора — это сделать! – задержав на моем лице взгляд, герцог вышел из моих покоев, чуть не сбив рвавшегося ко мне с хвостатым уловом парня.

- Элея! Вот они, берите! Я там поварят заставил мне помогать, сейчас пойду еще мышек принесу! – Гест тряс перед моим лицом небольшой кастрюлькой с высокими стенками, в которой прыгали серые домовые мыши. Самые обыкновенные, как в моем мире, и от них так же противно пахло.

- Да, спасибо! Только оставь здесь кастрюльку, а то мне некуда их пересадить.

- Хорошо! Я сейчас быстро вернусь! – улыбнулся Гест и направился к двери, всегда молчаливый и мрачный парень сам на себя не был похож. Видимо, ему не хватало эмоциональной встряски, какую он получил здесь со мной.

- Стой! А где мой завтрак?

- Как? А разве вы не мышей заказывали на завтрак? – я зависла, услышав подобное! Но, как ни странно, по лицу парня было видно, что он вовсе не шутит.

- Слушай, Гест, мыши мышами, но завтрак мне тоже нужен! И поторопись с этим, пожалуйста! Скоро вернется герцог для важного разговора, а у меня голова плохо работает на голодный желудок!

- Будет сделано! – подмигнул мне обнаглевший паренек и убежал выполнять мое поручение.

А я поспешно обернулась, осторожно поставила кастрюльку с мышами на пол и взяла на руки свою змейку. Сердце тревожно сжалось. К сожалению, мне не показалось, и она действительно выглядела вялой, и очень надеялась, что отдых и хорошее питание быстро приведут ее в порядок.

Я отнесла Шушу в свою спальню и устроила ее на свернутом в несколько раз пледе, и сама стала около нее на колени.

- Шушечка, как ты себя чувствуешь? Я тут тебе еду раздобыла! Мышек свеженьких! Вот только как ты их будешь есть? У тебя есть силы их самой ловить?

- Боюсь, что нет, - прошуршало в моей голове, и мою руку лизнул тоненький раздвоенный язычок.

- Слушай, может ты хочешь пить?

- Очень хочу!

- Так, ладно, давай так! Я попробую покормить тебя мышками, а потом воды принесу, - не дожидаясь ответа и боясь передумать, вскочила и побежала в гостиную. Подхватив кастрюлю, принесла ее в спальню и со страхом сунула внутрь руку.

Не то чтобы я сильно боялась мышей, но прекрасно знала, переносчиками скольких инфекций они являются. Поэтому с известной долей брезгливости ухватила двумя пальчиками одну из них за хвостик и вытащила из кастрюли.

Серенькая перебирала в воздухе лапками, пытаясь вырваться на свободу, но я, мысленно извинившись перед ней, опустила руку ниже, поднеся грызуна к самой мордочке змейки, и отвернулась. Мне было жалко мышку, но Шушечку было жальче.

Мышка дернулась, и ее хвостик выскользнул из моих пальцев. Я немного подождала.

- Шуша, еще?

- Еще! – возможно, мне это лишь показалось, но это «еще» прозвучало чуть бодрее.

Не знаю, сколько мышек за раз змейка съедала раньше, но в этот в ее ненасытный желудок отправились сразу все пять.

- Шуша, ты отдыхай, сейчас я тебе воды принесу!

Я вернулась в гостиную и застала там сервированный на две персоны стол и замершего у двери Геста с очередной кастрюлькой в руках. Меня покоробила привычка кого угодно вламываться в комнаты без разрешения.

- Ну что, принес еще?

Я подошла к парню и заглянула в кастрюльку.

- Целых семь поймали! – с гордостью похвастался он, улыбаясь.

- Давай сюда! И принеси мне миску чистой воды!

- Воды? Но зачем?

- Захлопал он удивленно глазами.

- Мышей запить! Предпочитаю делать это исключительно водой! – рявкнула я, вдруг подумав, что такую сенсацию парень точно долго не сможет держать в тайне, и вскоре вся прислуга будет знать, что бывшая герцогиня питается мышами! Хотя и пусть. Скорее всего, я не долго здесь задержусь.

- Хорошо, сейчас принесу, - прошептал Гест, нашаривая рукой выход и широко распахнутыми глазами смотря на меня.

Едва за ним закрылась дверь, я рванула в спальню. Поставила перед Шушей миску и смотрела, как она пьет, погрузив кончик мордочки в воду. Невольно взгляд остановился на заметном утолщении в середине ее туловища. Передернув плечами, я отвернулась, стараясь не зацикливаться на этом.

- Шуша, скажи, ты наелась?

Змейка ответила не сразу, и уж было решила, что она уснула в поилке. Не захлебнулась бы!

- Не совсем, еще парочку бы точно съела! – ответ в моей голове прозвучал почти так же бодро, как и раньше, и тугая пружина в моей груди ослабла. А то я, честно говоря, уж испугалась, вдруг она заболела. Ведь в этом мире я не слышала о ветеринарах.

- Шуша, а сколько ты съедала мышек за один раз, когда мы с тобой только познакомились?

- Кажется, две, - последовал ответ, а у меня внутри словно все оборвалось. Если змейка так быстро растет, то вскоре ее будет не так просто спрятать во дворце, а тем более прокормить. И к тому же я не знала, куда меня отправит герцог, и как я смогу устроить свою змейку на новом месте.

Решив подумать о решении этого вопроса позже, я оставила Шушу отдыхать, а сама поспешила в гардеробную. В любой момент может вернуться герцог, а я опять в одних «усах»! Еще решит, что я его таким образом соблазняю. Не дождется, я себя не на помойке нашла!

Я хорошенько вымыла с мылом руки после мышей, умылась и быстро изобразила на развалинах вчерашней укладки прическу под названием «Море волнуется раз, еще раз, еще много-много раз» и принялась выбирать себе платье.

Я не знала здешних порядков, но чисто логически могла предположить, что к утреннему завтраку, да еще в своих собственных покоях, прилично будет подобрать что-то максимально простое и скромное. Не знаю, кто подбирал гардероб для той Элеи, но фасон самых скромных платьев словно кричал: «Возьми меня», а всех остальных: «Возьми меня здесь же!»

Нет, в таких нарядах у нас с герцогом вряд ли состоится конструктивный диалог, так и будет мысленно нырять во все открытые взгляду места. Вздохнув, я решила сделать «ход конём».

Переодевшись в черную ночную сорочку, состоящую сплошь из кружев, но с вырезом «лодочкой», сверху надела платье интересной расцветки. Сверху оно также было черным, переходя к талии к темно-серому цвету, а к бедрам и ниже – светло-серому, с легкой дымкой по подолу. Такой же плавный переход цвета был и на рукавах в три четверти.

Декольте в этом платье было таким же провокационным, как и во всех остальных нарядах, но выглядывающее из него черное кружево делало его скромным и даже загадочным!

В целом, я осталась довольна своим видом. Моему яркому лицу, с большими, опушенными густыми черными ресницами глазами, никакой макияж не требовался, поэтому, не без оснований посчитав себя красавицей, я уверенно выплыла из гардеробной.

Мой взгляд тут же натолкнулся на расположившегося на одном из диванчиков герцога. Нет, ну серьезно, не гостиная, а проходной двор! На мужчине в этот раз была лишь белоснежная шелковая рубашка с пышными манжетами, перехваченными на запястьях широкой тесьмой с бриллиантовыми запонками. Треугольный воротник-стойка переходил в расстёгнутый ворот, открывающий крепкую загорелую шею и ключицы. А черные зауженные брюки рельефно облегали его мускулистые ноги.

Если я постаралась одеться максимально скромно, но герцог, похоже, наоборот, решил сразить меня своим видом, что ему, в принципе, удалось. Но мне в помощь был фирменный покерфейс моего отца. Тогда как внутри меня все горело, плавилось и падало в обморок от вида этого сногсшибательного образчика красоты и мужественности, лицо мое оставалось бесстрастным.

- Ну, еще раз, доброе вам утро, ваша светлость! – улыбнулась я, глядя в глаза вставшему поприветствовать меня мужчине.

- Как мышки? – улыбнулся он мне уголками губ, хотя взгляд его оставался настороженным.

- Благодарю вас! Все было очень вкусно! – ответила я максимально серьезно, успев заметить, как горло мужчины дернулось, словно в спазме, а челюсти плотно сжались.

Глава 63. Разговор по душам

Герцог Сантерийский

Хороша! Великий Полоз мне свидетель! Элегантное платье, в декольте которого отчего-то было черное кружево. Но наряд от этого вовсе не казался чопорным и скучным, напротив, просвечивающая сквозь переплетение тончайших нитей белая кожа казалась еще более привлекательной и манящей. Я с трудом оторвал от нее взгляд и тут же встретился с прямым, насмешливым взглядом девушки.

- Ну, еще раз, доброе вам утро, ваша светлость! – улыбнулась она, а я встал, чтобы поприветствовать входившую в гостиную даму.

- Как мышки? – улыбнулся я, ожидая вновь какого-либо шокирующего ответа. Похоже, за время перед нашей свадьбой я совсем не успел узнать свою первую жену. Где та молчаливая покорность? Где затаенная грусть в глазах? Мне все время кажется, что она мне специально дерзит и говорит разные дикие вещи, словно испытывая терпение и проверяя, как я отреагирую на это.

- Мышки? О, с ними все хорошо. Наверное, - в конце голос девушки дрогнул, и она отвернулась, пряча от меня глаза.

Мне показалось, что разговор снова уходит не туда, а нам непременно сейчас нужно поговорить. Бьюсь об заклад, что меня сейчас разыскивает Доротея, и уверен, что не только одна она.

- Позвольте за вами поухаживать, - предложил я, досадуя, что в гостиной нет прислуги, хотя лишние уши нам точно ни к чему.

- Благодарю! Я очень голодна, положите мне, пожалуйста, всего по чуть-чуть!

Я выполнил ее просьбу, про себя удивившись, что она и не думала манерничать, пытаясь меня уверить, что ей, чтобы насытиться, достаточно листика салата!

Несколько минут мы, молча и с аппетитом ели. Я же с удивлением обнаружил, что делать это в непринужденной обстановке куда приятней и даже вкусней!

- Ну, ваша светлость, о чем вы хотели со мной поговорить? – Как ни странно, именно Элея взяла на себя инициативу в беседе. – Полагаю, за вами могут в любой момент прийти! Ведь правитель земель не принадлежит сам себе! – Я, прищурившись, впился в лицо девушки взглядом, пытаясь уловить некий уничижительный подтекст в словах, но она говорила это совершенно серьезно. А в ее глазах мелькнуло даже нечто, похожее на сочувствие.

- Вы правы, Элея, мне редко когда удается провести хотя бы один день так, как бы я этого хотел сам, - я глубоко вздохнул и снова поднял взгляд на девушку, увидев, что она закончила завтрак, положив приборы на тарелку.

- Как я вижу, десерт вам не принесли?

- Вполне обойдусь и без него. Мне вполне достаточно яблочного сока. Итак, ваша светлость, я вас слушаю! – Элея отпила немного из бокала и поставила его на стол.

- Как вы смотрите, чтобы расположиться на свежем воздухе? Например, на вашем балконе?

- Положительно смотрю! – усмехнулась она, стрельнув в меня лукавым взглядом.

Заигрывает? Я подал девушке руку, и ее маленькая ладошка утонула в моей. Я слегка сжал ее прохладные пальчики и на мгновение прикрыл глаза, испытывая странное блаженство от этого простого прикосновения.

Мы вышли на балкон, с которого открывался чудесный вид на уже убранные поля, а далее на голубую ленту реки и скрывавшиеся в туманной дымке вершины гор. Гор, где обитают Великие Полозы.

- Как красиво! – прошептала девушка и прильнула к перилам, с жадностью вглядываясь вдаль. – Отпустите меня! – неожиданно прозвучали ее слова, и она повернулась ко мне, напряженно глядя мне в глаза.

- Отпустить? Как отпустить? – Признаться, я растерялся. Слишком неожиданно прозвучала ее просьба, к которой я оказался не готов.

- Просто! Отпустите! – Девушка шагнула ближе и взволнованно заговорила. – Ваша светлость! Вы же фактически похоронили меня! Для всего света я мертва. А вчера вы изволили жениться второй раз. Женились на писаной красавице, на дочери графа Альмода Гилмора. Да и к тому же вы меня не любите, поэтому нет смысла ссориться с соседом и заставлять аристократов судачить о подобном скандале!

- Вы о чем? О каком скандале идет речь? – За время ее монолога я несколько пришел в себя и пытался разобраться в сумбурных речах девушки.

- Ну, нет смысла отказываться от этого брака ради внезапно «воскресшей» первой жены!

- Отказываться? Да я вроде бы и не собирался! – Совсем растерялся я, ощущая, что не поспеваю осмысливать ее речи.

- Нет? – Вроде бы удивилась она и даже покраснела. – Но тогда… тогда отпустите меня! – И вновь этот умоляющий, полный надежды взгляд.

- Но как же наши дети? Как же возрождение «говорящих с полозами»?

- Что? – девушка отшатнулась, глядя на меня ошарашенным взглядом.

- Какие еще наши дети? Все, дорогой герцог, ваш поезд ушел!

- Постой! Подожди, Элея! – невольно перешел я на «ты», - я не знаю, кто такой «поезд» и куда он ушел, но мы могли бы…

Элея выставила вперед руку, словно пытаясь отгородиться от меня.

- Только попробуйте меня тронуть! – прошипела она, и ее глаза сверкнули расплавленным шоколадом, - я выброшусь с балкона! Если не сейчас, так позже! Вы хотите счастливо жить со своей молодой женой, а из меня сделать инк…, живот на ножках, который будет рожать вам наследников? Не выйдет! – девушка хищно прищурила глаза и поводила у меня перед носом пальцем.

- Но как же восстановление рода «говорящих с полозами»? – я действительно растерялся. Я как-то не планировал сегодняшний разговор. Не знаю, чего я конкретно ждал от него, но отчего-то был уверен, что мы договоримся с Элеей к взаимному удовольствию.

- Видимо, высшие силы пожелали, чтобы случилось именно так, как случилось, - уже более спокойно заговорила девушка. – А кто мы такие, чтобы оспаривать их волю?

- А если бы можно было аннулировать второй брак, ты бы согласилась стать герцогиней и моей женой? – неожиданно спросил я, тут же в душе запаниковав. А что, если Элея согласится? Я не могу аннулировать брак с Доротеей без веских к тому оснований! Это будет скандал, а еще гарантированная война с графством Гилмор! А если одновременно с ним на мои земли нападут братья Крамер, то мои дела будут совсем плохи!

- Снова стать вашей женой!? Ну нет, увольте! – снова отшатнулась девушка, глядя на меня со страхом.

Тут уж я четко понял, о чем она подумала. Да, не с того мы начали разговор, совсем не с того! Мы так и не прояснили тот самый вопрос.

- Элея, успокойтесь! – я в примирительном жесте поднял ладони и даже сделал шаг назад. – Я не собираюсь вас ни к чему принуждать. Просто хотел выяснить, чего именно вы желаете сами и на что могу рассчитывать я в наших отношениях.

- Никаких отношений у нас нет и уже быть не может! – глухо проговорила девушка, глядя на меня исподлобья, словно загнанный в угол волчонок.

- Как пожелаете, - примирительно ответил я, сжав кулаки и ругая себя, что все испортил. – Элея, давайте присядем и спокойно поговорим.

- А сейчас мы что делаем? – красивой формы брови девушки взлетели вверх.

- А сейчас мы ссоримся, словно супруги, прожившие вместе лет двадцать! – усмехнулся я, к счастью, этой шуткой вызвав ответную улыбку девушки.

- Давайте присядем! Обещаю, что принуждать ни к чему не буду! – как можно мягче добавил я, отодвигая для нее плетеное кресло от такого же плетеного из лозы стола. – Предлагаю обсудить случившееся изначально недоразумение и найти наилучший выход из этого положения! Ты согласна?

- Да! – кивнула она, скромно складывая на коленях руки.

Я тоже присел, внимательно следя за напряженно замершей напротив меня девушкой.

- Расскажи, пожалуйста, что произошло после того, как ты проснулась после нашей свадьбы? – снова перешел я на «ты» и замер, внимательно следя за мимикой красивого лица девушки.

- Да особо мне нечего и рассказывать, - вздохнула она, и ее плечи поникли, словно под неподъемным гнетом. – Я проснулась и увидела, что мои руки и ноги прикованы к кровати цепями, и очень испугалась! Я не знала, что мне и думать! Сначала мне показалось, что вы это сделали, чтобы унизить, и показать, что теперь я принадлежу вам!

- Элея! Да что ты такое говоришь? – не выдержав, я вскочил с кресла и принялся нервно мерять шагами балкон. – Да я бы никогда…

- Постойте! Не перебивайте меня, я еще не все рассказала, - прервала девушка мои метания. – Из-за полога кровати шагнул Хуго и все повторял, чтобы я не билась и что я могу себе сама навредить. Но я не могла не биться! Мне было очень страшно! А потом в спальню вдруг стали заходить какие-то люди! Много мужчин! А я тут в кровати, в цепях, в одном ночном платье…

Элея тяжело дышала, снова переживая так испугавшее ее происшествие. Ее щеки покрылись лихорадочным румянцем, а зрачки расширились.

Чтобы там тогда не произошло, но язык тела девушки просто кричал, что она не лжет!

– А дальше? «Что случилось дальше?» — тихо спросил я.

- А потом меня окружило много лакеев. Но совсем близко к кровати стоял священник и ваш отец. И как раз он и сказал, что ему не нужны внуки от бесноватой и что меня нужно отправить в сумасшедший дом. Ну, а потом… потом на меня надели смирительную рубашку и увезли в черной карете. Сами знаете куда. – Элея понурилась и замолчала.

Я некоторое время тоже ошарашенно молчал, глядя в одну точку, потом тихо заговорил.

- А мой отец сказал, что вы по пробуждению начали кричать, биться и угрожать всем присутствующим страшными карами! И только после этого вас заковали в цепи, так как вы были… опасны.

Элея усмехнулась.

- Вы сами-то верите в это? Вот представьте ситуацию, что молодая графиня просыпается в своей спальне и вдруг видит посторонних людей, окруживших ее кровать! Ну, допустим, ваш отец и священник должны были засвидетельствовать факт невинности невесты перед свадьбой. Но они об этом даже и не спросили! И мне интересно, лакеи разве тоже должны присутствовать при этом обряде? И, кстати, со смирительной рубашкой наготове!

Девушка замолчала, а я задумался, словно воочию представляя, что произошло в то утро в нашей супружеской спальне. И, судя по четкому и логически обоснованному пояснению к произошедшему, правду сказала именно Элея! Элея, а не мой отец! А это означает лишь одно, и мне не хотелось в это верить. Что мой отец все заранее спланировал и подготовил! И ведь у него получилось! Я скрипнул зубами и отмер, посмотрев на девушку.

А она расширившимися глазами неотрывно смотрела на мои то сжимающиеся, то разжимающиеся кулаки. Похоже, теперь я ее испугал!

- Элея! Я тебя услышал и верю именно твоим словам, - мой голос охрип, и я с силой стискивал челюсти, изо всех сил стараясь сдерживать рев бешенства, так и рвущийся из моей груди. – Мне сейчас нужно идти, но вскоре мы опять встретимся и обязательно договорим!

- Вы меня отпустите? – большие карие глаза с надеждой смотрели на меня.

- Мы решим, как лучше поступить, - уклончиво ответил я, но, увидев, как нахмурились брови девушки, поспешил добавить:

- Но уверяю, что ни к чему принуждать тебя не стану!

- Правда? – тихо протянула она, с какой-то детской непосредственностью заглядывая мне в глаза.

- Конечно, правда! – улыбнулся я в ответ.

- А что мне пока делать? Я могу выходить из покоев?

- Конечно! Конечно же, ты можешь гулять по замку и по саду тоже! Вот только… - замялся я.

- Что только? – напряглась девушка.

- Тебя будет сопровождать студент Гест.

- Охранять? – хмыкнула девушка. - Не бойтесь, я не сбегу. Мне уже надоело носиться галопом по окопам! Я хочу договориться, чтобы это устраивало и вас, и меня, и зажить, наконец, спокойно!

- Мы так и поступим! – улыбнулся я девушке и, окинув ее взглядом, с сожалением вышел.

Едва спустившись на первый этаж, я закричал:

- Отец! Отец, ты где? Отзовись! Мне нужно срочно с тобой поговорить! – мой голос эхом разносился под высокими сводами широкого коридора. Испуганные слуги мгновенно разбежались, предчувствуя надвигающуюся грозу.

Лишь невозмутимый Хуго шагнул мне навстречу и доложил:

- Ваша светлость! Его светлость, граф Сантерийский, только что отбыли.

- Что, испугался? – ухмыльнулся я, даже, пожалуй, радуясь, что у меня будет время остыть, иначе я сам опасался возможных последствий, так как чувствовал, как начали неметь покрывающиеся чешуйками лоб, щеки и частично все тело.

- Ваша светлость! Элиас! Что вы так кричите? Надеюсь, ничего ужасного не произошло? – из большой гостиной выплыла моя жена, придерживая пальчиками пышные юбки платья.

- Все хорошо, дорогая! У меня есть одно дело, а ты пока сходи со своим отцом, прогуляйся по саду, – успокоил я ее, выхватывая взглядом еще одну фигуру. Вот его-то я сейчас хотел видеть больше всего! Мне нужно было выговориться и посмотреть на сложившуюся ситуацию трезво. А для этого мне просто необходимо было выпить!

- Орм! Ты как никогда кстати! Пойдем со мной, нам нужно поговорить.

Глава 64. Один - один

Элея

Он ушел, а я еще долго смотрела на свои мелко подрагивающие руки, лежащие на перилах балкона. Свежий, уже по-осеннему, ветерок пробрался под мое тонкое платье, и я только сейчас заметила, что продрогла. Надо же, присутствие рядом со мной этого мужчины действует на меня, как наркотик, и я ничего не замечаю, кроме него.

Зато сейчас я обратила внимание, как вокруг красиво! Город, с покрытыми чешуйками Полозов крышами, и оттого поблескивающими на солнце, был бы хорошо виден с противоположной стороны замка. А эта сторона, куда выходили окна и балкон моих покоев, открывала просто невероятно прекрасный вид на первобытную природу, не тронутую химикатами и дымом от производств, как в моем мире.

Мой взгляд скользнул по уже убранным полям, по голубой, мерцающей под солнечными лучами, водной глади широкой реки, и остановился на таинственных вершинах далеких гор, стыдливо прикрывшихся туманной дымкой, словно вуалью.

Да, а ведь в этих горах живут Полозы. Вот только почему именно там? Загнали их туда, что ли? Хотя, о чем это я, ведь люди почитают этих гигантских змей. Но, с другой стороны, и чрезмерным вниманием можно довести до ручки, вот они и прячутся от надоедливых людей в глубоких горных пещерах!

Я зябко вздрогнула, обхватив себя за плечи руками и пытаясь хоть немного согреться. Но уходить с балкона не спешила, какая-то важная мысль, словно заноза, засела в моей голове. И избавиться от нее не могу, и разглядеть. Я снова внимательно посмотрела на горы, и вдруг, как вспышка молнии!

Точно! Это самый лучший выход. Как только снова увижусь с герцогом, обязательно попрошу его об этом! А пока мне нужно проведать Шушу и посетить библиотеку. Я, умеющая общаться с Полозами, слишком мало о них знаю. Нужно срочно восполнить пробелы в знаниях, и тогда мое обучение, возможно, станет куда эффективней.

Я вернулась в свою спальню и присела на расстеленное на полу одеяло рядом с моей змейкой. Глазки ее были закрыты, и похоже, она спала, так как в моей голове не было ставшего для меня привычным фона «радиомолчания». Ведь обычно, когда змейка ничего не говорила, я все равно ощущала ее незримое присутствие, но не сейчас.

Я вздрогнула, испугавшись, и осторожно до нее дотронулась. Теплая, но все такая же бледная. Ее чешуйки приобрели некий белесый налет, напоминающий известковый. Утолщения в середине тела змейки уже практически не было заметно. Оказывается, у местных Полозов необычайно быстрый метаболизм, не то, что у змей из моего мира. У тех, как я читала, пища может перевариваться до недели.

Рядом шебуршала в кастрюле вторая партия мышек, пойманных Гестом. Вспомнив процесс кормления Шуши, я передернулась. Оставалось надеяться, что моя змейка вскоре почувствует себя лучше и снова вернется к самостоятельной охоте.

Оставив ее отдыхать, я вышла в гостиную и выглянула за дверь. Усевшись прямо на пол, у моей двери скучал Гест.

- Сидишь?

- Сижу! – кивнул он. – Элея, ты не знаешь, когда герцог меня в академию отпустит?

- Эх, я не знаю, отпустит ли он меня вообще! А ты тут про академию! – махнула я рукой. - Ты позавтракал? - Парень утвердительно кивнул, что порадовало. Надеюсь, в дальнейшем он сможет на постоянной основе себя содержать. Тем более, делов-то, пошел на кухню и попросил!

- Элея, мне долго здесь сидеть? Скучно, - пожаловался парень, между делом, не забывая меня разглядывать. Но вот его взгляд остановился на моей груди, и он громко сглотнул. – Извини, но я не могу не спросить, а как ты все это время прятала под одеждой… - Он поводил руками напротив интересующего его места, и лишь увидев, как я медленно уперла руки в боки, поспешно шагнул в сторону.

— Вот это правильно! «Много будешь знать — скоро состаришься!» Итак, план действий до обеда такой: сейчас мы пойдем немного погуляем в парке, а потом наведаемся в библиотеку.

- В библиотеку? – парень удивленно захлопал глазами. – Тебе что, не хочется отдохнуть от учебы, пока есть такая возможность?

Уже возвращаясь к себе в покои, я обернулась. Смерила его задумчивым взглядом и тяжело вздохнула.

- Гест, извини, но в академии ты произвел на меня впечатление серьезного, вдумчивого и умного парня.

В ответ он насупился и недовольно пробурчал:

- Мне просто ты, ну, Демиан, с первого мгновения показался слишком подозрительным, вот я к тебе и присматривался.

- Ясно. Но тогда, раз ты такой внимательный, неужели трудно догадаться, что Его светлость свою, пусть и бывшую жену, больше не отправит в академию!

- Но почему? – в зеленых, широко раскрытых глазах парня светилось искреннее недоумение.

Я фыркнула.

- Да потому, что это Магическая академия для юношей! А я — девушка! Понятно?

- А что тогда он с тобой сделает? – спросил парень тихо.

- Об этом я тоже хотела бы знать! – задумчиво ответила я. – Жди!

По счастью, в гардеробной настоящей Элеи, кроме платьев, были еще шубки, бархатные пелеринки, и чудесные меховые манто.

Погода уже была по-осеннему прохладной, хотя не до такой степени, чтобы носить меха, но манто было длиннее пелерины, и для моих целей оно подходило больше. Я смастерила из легкой летней накидки, типа широкого шарфа, гамачок, в который и положила Шушу. Затем привязала ее под своей грудью, на талии. Надев меховую накидку, придирчиво осмотрела себя в зеркале. Удовлетворенная результатом, отправилась на прогулку.

***

Мы спустились по широкой каменной лестнице и двинулись по коридору, направляясь к парадному входу. Мимо нас с Гестом, стараясь передвигаться ближе к стенам, сновала суетливая прислуга. Некоторые горничные тихо хихикали при виде парня и строили ему глазки. Видимо, наведываясь на кухню, он уже успел почти со всеми перезнакомиться и даже очаровать. А что, парень он видный, через несколько лет девушки на него вообще будут гроздьями вешаться.

На меня посматривали с любопытством. Насколько я уже знала от Геста, даже самые припозднившиеся и потому заночевавшие в замке гости разъехались сразу после завтрака, а поэтому одинокая молодая девушка не могла не привлекать внимания.

Однако некоторые слуги смотрели на меня с опаской и ускоряли шаг, когда я проходила мимо. Возможно, тем, кто был знаком с первой женой герцога, моё лицо показалось знакомым. Но поскольку они и представить себе не могли, что первая герцогиня жива и так свободно передвигается по замку, вероятно, решили, что им померещилось это сходство.

Мы уже были у самых дверей, как меня окликнул знакомый голос. Я радостно обернулась и уже привычно обнялась с Бьерном. Он, оказывается, стоял неподалеку и беседовал с Хуго. Старый дворецкий тоже кивнул мне, широко улыбаясь, но подходить не стал, позволив нам с Бьерном перекинуться парой словечек.

- Ты просто красавица! – чуть отступив, с гордостью произнес старый вояка, и окинул меня взглядом, и кажется, в уголках его глаз я заметила слезинки. – Ты и раньше была красоткой, ну, до свадьбы с герцогом, а сейчас и вовсе расцвела! Уверен, Его светлость сейчас локти себе кусает, жалея, что так глупо тебя потерял! И, между нами говоря, супружница его новая так себе, фря!

- Да что ты, Доротея красавица! И держит себя, как истинная герцогиня, я бы так не смогла.

- И не надо! Знаешь, считать себя кем-то, вовсе не значит им быть! – подмигнул он мне со значением. – Ой! Прости, заговорился! Меня же герцог к себе срочно вызвал, побегу! Увидимся, дочка!

Я, с застывшей на губах улыбкой, вышла в распахнутые передо мной двери, и в первое мгновение зажмурилась от яркого солнца. Гест предложил мне опереться на его локоть, что я и сделала, опасаясь с непривычки запутаться в длинных юбках своего платья и неаристократично скатиться с лестницы.

Я медленно шагала вниз, приподнимая правой рукой юбки, и стараясь придумать повод хоть ненадолго остаться одной, чтобы выпустить Шушу в травку.

— Это старый вояка к тебе пристает?

Задумавшись, я сначала не сразу поняла, что это вопрос ко мне, и что он о Бьерне. Удивленно уставившись на парня, я несколько раз хлопнула глазами.

- Ты что? Это мой дядя!

- Что?

На этом, к счастью, щекотливая тема моих родственных отношений была закрыта. Мы с моим юным провожатым некоторое время бродили по тенистым аллеям и мимо тоненько журчавших небольших фонтанов.

Под меховым манто завозилась Шуша, и я поняла, что нужно срочно что-то придумать! Не просить же парня отвернуться, чтобы я сходила в кустики! Не то время и, не то общество. И все же идея пришла! Все оказалось проще, чем я думала!

- Ой! – я запрыгала на одной ножке.

- Что случилось? – заволновался мой кавалер, - ты ногу подвернула? Я сейчас же позову герцога!

- Не вздумай!

- Тогда лекаря!

- Стой, я говорю! Не нужно никого звать. Я в порядке! Просто камешек в туфлю попал, нужно снять ее и вытрясти камешек.

- Давай я помогу! – энтузиазму паренька не было предела!

- Чем? Юбку мне поднимешь?

Паренек покраснел, словно маков цвет, и отошел в сторону, повернувшись ко мне спиной. Я оглянулась, опасаясь случайных свидетелей, и наклонилась у куста, поспешно выпутывая метровую тушку змейки из самодельного гамачка.

Положив ее на траву, осторожно погладила.

- Эй! Шушенька! Ты как?

- Кушать хочу! – проскрипело в ответ. – Не пойму, в чем дело. Я ем мышек, но все равно чувствую себя голодной. А еще слабость сильная и спать все время хочется!

Услышав это, первое, что мне пришло в голову, это то, что у змейки натуральный авитаминоз! Хотя, по логике, он бывает весной, но никак не осенью. Но был и еще один вариант.

- Слушай, Шуша, а Полозы случайно на зиму не впадают в спячку?

- А что такое «в спячку»?

- Ладно, буду разбираться! А ты пока погуляй! Не поймаешь мышек сама, в кастрюле тебя ждет небольшой запас. И, если что, забрать отсюда тебя смогу только вечером. Попрошу выйти погулять перед сном.

Оставив Шушу греться в последних теплых лучах прошедшего лета, я поднялась с корточек, отряхивая от налипших осенних листьев свою юбку.

- Гест! Мне нужно срочно в библиотеку!

- А как же прогулка?

- Вечером погуляем! У меня важное задание от самого герцога!

Я вернулась в замок и, найдя дворецкого, попросила показать мне библиотеку. Нужное мне помещение находилось на третьем этаже. Показав дверь, Хуго пообещал прислать хранителя книг и удалился.

Раз в библиотеке имелся хранитель, то я не рискнула там хозяйничать, а, прохаживаясь по коридору, дождалась появления высокого, тощего мужчины неопределенного возраста.

Я представилась родственницей новой герцогини и попросила помочь мне в поисках нужной литературы. Узнав, что меня интересует все, что связано с Великими Полозами, от легенд до руководства для «Проводника», библиотекарь явно удивился, но с расспросами лезть не стал.

Книг на подобную тему оказалось куда больше, чем я могла себе представить. Но, быстро пробежав глазами первую страницу, я отобрала лишь те, в которых на тему Великих Полозов говорилось более-менее серьезно, а явные мифы оставила на потом.

Загрузив своего провожатого отобранными фолиантами, поблагодарила библиотекаря, обещая вернуть книги в целости и сохранности, и поспешила к себе. Мне очень не терпелось приняться за изучение литературы. И в первую очередь я собиралась выяснить, что такое происходит с Шушей и чем я могу ей помочь.

Прозвонил обеденный колокол, и я невольно прибавила шаг. Утром, смущенная присутствием герцога, я плохо позавтракала, поэтому сейчас почувствовала сильный голод.

Мимо, словно деловитые муравьи, сновали слуги, неся на закрытых округлыми крышками блюдах различные яства. Их не было видно, но аппетитные ароматы буквально сбивали с ног. Заглядевшись на это гастрономическое изобилие, проносившееся мимо меня в двери обеденной залы, я не заметила её .

Молодая графиня, непонятно откуда появившаяся, резко остановилась передо мной и принялась медленно осматривать с ног до головы. Позади нее замерло сопровождение в лице двух женщин постарше. Тем на меня было откровенно наплевать, их взгляды, как и носы, словно стрелки компаса указывали точно на нужные двери.

Я же так же молча и неторопливо принялась в ответ разглядывать герцогиню. Признаться, чувствовать себя лишь временной приживалкой в чужом доме с непонятной дальнейшей судьбой было не очень приятно, но зато чисто внешне никто не мог мне запретить показать совсем иное.

Тем более я уже увидела, как носик белокурой красавицы с холодным, словно у Снежной Королевы, взглядом брезгливо дернулся. Но я ее опередила.

- Ваша светлость! Доброго вам дня! – я изобразила легкий книксен и широко улыбнулась. – Сердечно поздравляю вас с бракосочетанием! И надеюсь, Его светлость будет своей красавице-супруге уделять больше времени, чем делам! Хотя вон их сколько накопилось! – печально вздохнула я, кивнув на внушительную стопку книг в руках бедного парня.

- Гест! Ступай, отнеси книги в мои покои! А то ты сейчас рухнешь под их тяжестью.

Парень, пошатываясь, направился дальше. Я тоже собралась последовать за ним, как герцогиня наконец отмерла.

- Стой! Кто ты такая? – нежный, но в то же время стальной голосок прелестницы был лишен приветливости. Не умеет держать удар. Молода еще и неопытна, хотя гонора и самомнения на десятерых хватит.

- Я – личный маг Его светлости, «говорящая с Великими Полозами»!

А что? Пожалуй, если герцог не сделал меня женой, то уж этой самой «говорящей…» наверняка предложит стать. А эта, его супруга, теперь каждый раз, когда муж будет говорить, что у него важное дело, волей-неволей будет думать, что он со мной.

Не очень этично, но, как говорится: «Не я злая – жизнь такая!» Если бы герцогиня была доброй девушкой, я бы ничего подобного ей не сказала. Но не так давно она подставила ничем не обидевшего ее «парня» и настояла, чтобы его высекли на конюшне. И только вмешательство самого герцога спасло меня от жестокой и несправедливой расправы!

- Личный маг? Говорящая с полозами? Первый раз слышу! Да и лицо мне твое кажется знакомым. Говори, кто ты такая?

- С плохим слухом это вам лучше к целителю обратиться, Ваша светлость! А я два раза не повторяю, - и, пропев это, я развернулась, собираясь направиться в свои покои, надеясь, что обед мне уже принесли.

Настроение было просто прекрасное! Я понимала, что своим демаршем с его женой могу разозлить герцога, но сдержаться не смогла. И, провожаемая восхищенными взглядами прислуги, слышавшей наш с герцогиней диалог, важно проследовала дальше.

Глава 65. Это не то, о чем ты подумал...

Элея

Перлит. Я подняла от книги уставшие глаза и с силой потерла их кулаками. Теперь мне было ясно, что именно вынуждает полозов селиться в горах. Они, можно сказать, питаются этим минералом!

Как я вычитала в одном из древних трактатов, написанных основателем ветви рода нынешнего герцога, маленькие полозы питаются мясом, самостоятельно охотясь на мышей, а затем и более крупную дичь, как правило, не превышающую размером зайца.

И постепенно в их рацион входит этот самый минерал, который в будущем становится основным источником питания для взрослых полозов. Если же каким-то образом у полоза не будет возможности питаться перлитом, то он может на некоторое время изменить свой рацион и вновь питаться мясом.

Но если это затягивается надолго, то в таком случае он перестает линять, его чешуйки приобретают тусклый цвет, а затем и вовсе его теряют. И тогда… полоз умирает!

Я выронила из рук книгу. Она с громким стуком упала на пол, а мой взгляд метнулся к маленькой змейке, что спала, свернувшись на одеяльце на полу.

«Только не это!» — прошептала я, сморгнув набежавшие на глаза слезы.

Вечером мы снова прогулялись с Гестом в сад, и в этот раз мне не пришлось как-то изощряться, чтобы спрятать змейку на себе. Шуша довольно бойко сообщила, что хорошо поохотилась, сыта и что может самостоятельно следовать за мной, мимикрируя под цвет каменного пола замка.

Но я, выходит, рано радовалась, понимая, что это лишь временное облегчение, и скоро ей снова станет хуже! Даже если каким-то способом незаметно раздобыть этот минерал, то со временем его будет требоваться все больше и больше! Да и Шуша, линяя, станет расти, и впоследствии даже в широких замковых коридорах будет с трудом помещаться. И что уж тут думать, ведь скрыть такую громадину не будет никакой возможности!

Я подняла книгу с пола, положила ее на стол и подвесила рядом с освещающей спальню белой чешуйкой золотую. Комната сразу погрузилась в темноту. Накрывшись одеялом, долго вслушивалась в звуки ночи.

Я успокоилась и даже смогла взять себя в руки и теперь была полна решимости спасти свою маленькую самоцветную красавицу! Будет нужно, я сама перееду в горы и буду там жить. Отвезти туда Шушу и просто оставить у меня даже мысли не возникло!

Я чувствовала, что наши судьбы переплелись и мы встретились не случайно. Однако одно дело — когда ты свободный человек и сам решаешь, как поступить, и совсем другое — когда ты зависишь от влиятельного человека. Я не была уверена, что герцог отпустит меня, особенно учитывая наш недавний разговор о предполагаемых общих детях.

Очень опасно импровизировать в моем положении, так можно совершенно все испортить. Мне просто необходимо посоветоваться с кем-то, имеющим жизненный опыт и лояльно ко мне настроенным. Только подумав о том, что я, наконец, смогу разделить свою тайну еще с кем-то, мне уже стало легче, и я с улыбкой уснула.

Утром я быстро привела себя в порядок, выбрала милое бежевое платьице, под которое также надела кружевную сорочку. Гест оказался на своем посту под дверью. Я молча повернулась к нему спиной, он также молча принялся застегивать на моем платье многочисленные пуговички.

В коридоре раздался удивлённый возглас юной служанки, которая случайно оказалась в этой части коридора и теперь спешила поделиться свежими новостями. Но мне, по большому счету, было совершенно на это наплевать. Я не собиралась здесь надолго задерживаться, а что до Геста, то этот пикантный инцидент только добавит ему баллов у местных прелестниц.

- Все, спасибо! Что там с завтраком?

- Сейчас должны уже принести, - зевнул парень и с хрустом потянулся.

Я окинула его внимательным взглядом и только теперь заметила, как он осунулся. Видно, что соглядатаем при бывшей жене герцога ему не очень хорошо жилось. Ну, «за что боролся…»

- Гест, найди, пожалуйста, Бьерна и скажи, чтобы зашел ко мне, как освободится!

Парень убежал, а я, в ожидании завтрака, взяла недочитанную вчера книгу и залезла с ногами на диванчик в гостиной. Не успела я вчитаться в текст, как дверь открылась, и вошла служанка с подносом.

Миловидная, совсем молоденькая девчушка, не спеша расставляла мисочки и тарелочки с завтраком, между делом с любопытством на меня посматривая.

Я так и не узнала, о чем она хотела меня спросить, как в дверь постучали и вошел Бьерн.

- О, дядя, как я рада тебя видеть! – улыбнулась я ему, подмигивая.

- Я тоже ужасно по тебе соскучился, племянница! – хохотнул, лихо подкручивая длинный ус, мужчина.

Молодец, быстро сообразил, что к чему! Хотя мне вовсе было наплевать на то, что обо мне здесь будет думать прислуга, но все же не хотелось прослыть совершенно уж развратной особой!

У служанки аж щеки раскраснелись от чрезмерного любопытства, но поднос, наконец, опустел, и ей все же пришлось удалиться.

- Ну что, дядюшка, присаживайся! – улыбнулась я, указывая Бьерну на диван напротив себя. – Составь мне компанию за завтраком, а потом и поговорим.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, взял с тарелочки хрустящий тост с печеночным паштетом и захрустел им. Я налила в свою чашку ароматный травяной чай и пододвинула к нему.

- Я правильно понимаю, что разговор состоится не здесь, а в саду? – проницательно спросил мужчина, отхлебывая из кружки.

- Правильно, - кивнула я и положила себе рисовой молочной каши с изюмом.

Мы почти не разговаривали во время еды, лишь изредка обмениваясь заговорщицкими взглядами. То, что я хотела ему сказать, не предназначалось для этих стен. С самого начала всё, что касалось меня, оказалось одной большой тайной. И я была невероятно рада, что нашелся хотя бы один человек, который разделял со мной эту ношу и поддерживал меня во всём.

После завтрака я поманила Бьерна в свою спальню. Его лицо удивленно вытянулось, но все же он последовал за мной. Подойдя к своей кровати, я сделала ему знак молчать и только хотела показать на Шушу, как за спиной послышалось тихое покашливание, и знакомый голос прорычал:

- И что мой верный слуга делает в спальне моей… жены?

Глава 66. Подстава

Элея

Едва я услышала голос герцога, у меня аж волосы на голове зашевелились, и по спине побежали противные мурашки.

- Я, кажется, задал вопрос! – прорычал мужчина, и пол вздрогнул от его тяжелых шагов.

Он остановился позади меня, и я почувствовала всей своей спиной жар, исходивший от его тела, и дыхание, что обожгло мне шею. И ведь не была же ни в чем виновата, а чувствовала себя, словно преступница, застигнутая на месте преступления! Меня будто парализовало, и я не могла даже пошевелиться.

- Ну что ж, раз молчишь, я думаю, Бьерн мне сам все расскажет… в подземелье.

- Да, ваша светлость, я готов! – голос старого воина был спокоен, но за этим спокойствием я четко уловила некую обреченность, словно он знал, что его ждет, но оправдываться и молить о пощаде не станет. Да это и не имело бы смысла! Если он не сможет доказать свою невиновность, то это автоматически докажет его вину. Только я могла его защитить! Единственного мужчину в этом мире, кто отнесся ко мне с участием и добротой! Но для этого мне придется пожертвовать своей тайной.

- Стойте! – мой голос словно осип, и меня, похоже, никто не услышал. Мужчины уже вышли из моих покоев, быстрым шагом направляясь к лестнице. Я приподняла юбки и побежала за ними. Кричать, когда кругом столько лишних ушей, было бы глупо. Хотя и глаз оказалось тоже достаточно, и слуги, останавливаясь, провожали бегущую леди удивленными взглядами.

- Стойте! – свистящим шепотом, задыхаясь, выпалила я, притормаживая у самой лестницы, прямо перед герцогом.

Бьерн уже спустился на несколько ступенек, но тоже меня услышал. Вот только мне уже было не до переговоров. Резко затормозив, я не удержалась и, взмахнув руками, начала падать. Увидев расширенные от страха глаза Бьерна и как далеко, он от меня находится, поняла… не успеет. И как раз в этот момент меня обхватили сильные мужские руки, остановив мое падение.

В эту же секунду подбежал Бьерн.

- Ох, дочка! Как же я испугался! Ты цела? С тобой все хорошо? Нигде ничего не болит? – засуетился он, а в его глазах все еще плескался страх за меня.

Я резко отвернулась, пряча набежавшие слезы, и при этом умудрилась уткнуться в твердую грудь своего спасителя. Броник он что ли носит под одеждой?

- Дочка? – прорычало над моей головой, отдаваясь вибрацией в его груди, к которой я все еще прижималась.

- Нет, ваша светлость, Элея мне не дочь, разумеется. Просто я к ней отношусь, как к дочери, - тихо и спокойно ответил Бьерн, стреляя по сторонам глазами и хмурясь.

Я проследила за его взглядом и мысленно ахнула. Давненько перед слугами господа не разыгрывали такого душещипательного спектакля! Теперь будет у них разговоров минимум на год. Нужно было срочно это прекращать!

Я дернулась, пытаясь высвободиться из объятий герцога, но он лишь сильнее сжал кольцо из рук, удерживая меня у своей груди.

- Ваша светлость! Давайте уйдем отсюда! «Не перед слугами же выяснять отношения?» — прошептала мужчине куда-то в подбородок и ощутила легкий, пьянящий аромат, исходивший от его кожи.

- Ну и куда же мы пойдем? – тихий, хрипловатый голос герцога, словно цунами пронесся по моему телу, касаясь каждого нерва и вызывая толпы мурашек.

- В мою спальню! – пискнула я, почему-то не сводя взгляда с мощной шеи его светлости.

- В спальню? Ты это серьезно? – громче, чем следовало, произнес он и, взяв меня руками за плечи, чуть отодвинул от себя, с интересом разглядывая. Причем в его голосе, кроме удивления, я явно услышала смех.

Тугая пружина у меня в груди вдруг ослабла. Похоже, гроза миновала. Но, как бы то ни было, объяснять ту недавнюю сцену мне все же придется. А раз других вариантов как-то оправдать присутствие в моей спальне постороннего мужчины не было, значит, придется рассказать о Шуше!

Как говорится: «Сколько веревочке не виться, а конец всегда найдется». Я с усилием выбралась из объятий чужого мужа и, бросив на него смущенный взгляд, пробормотала:

- Идемте, ваша светлость! И Бьерн пусть тоже идет с нами!

- А он-то нам зачем? Или еще не все увидел? – герцог удивленно вздернул бровь, и в его голосе явно послышались ревнивые нотки. А вот это уже интересно!

- Он не успел увидеть, а посему я хочу кое-что показать и ему тоже, - я уже успела успокоиться, и мой голос звучал куда увереннее. Поэтому герцог лишь пожал плечами и пошел за мной. Теперь нашу процессию, уже назад, в мои покои, провожало несколько пар любопытных глаз.

Геста все еще не было у моих дверей, еще с завтрака с кухни не вернулся. Мы же трое дружно ввалились в мою спальню, и я шагнула вперед, когда мужчины застыли у порога. Я, обернувшись, поманила их.

- Идите ближе! Не бойтесь! Хотя я даже уверена, что вам понравится то, что вы сейчас увидите! – улыбнулась я, предвкушая реакцию герцога.

- Хм. «Ничуть не сомневаюсь», — хрипло произнес герцог и бросил на Бьерна ревнивый взгляд. А вот теперь действительно стало смешно! Даже боюсь представить, что же сейчас ожидает увидеть Его светлость!?

Оба мужчины медленно приблизились к моей кровати, причем герцог очень внимательно на нее посмотрел. Я указала рукой на отдыхавшую на одеяльце змейку.

- Знакомьтесь! Это Шуашшиши! Она – радужный полоз. Можно называть ее просто Шуша, она не обидится.

Взгляды обоих мужчин замерли на моей мелкой рептилии, и их лица приобрели одинаково ошарашенный вид.

— Это... Это же, — с трудом сглотнул герцог, — это же Великий Полоз! Нет, не так, это самый редкий жемчужный полоз, которых мы уже не встречали несколько десятилетий! Откуда он у тебя?

- Не он, а она! – поправила я, беря Шушечку на руки. Сегодня утром я специально не отпустила ее в сад поохотиться на мелкую живность, так как хотела показать ее Бьерну и посоветоваться с ним по волнующему меня вопросу. И теперь змейка жаловалась мне на голод.

- Ваша светлость, а есть в вашем саду местечко, где мы могли бы спокойно, и главное, без лишних ушей поговорить?

- А почему бы не здесь? – удивился мужчина, не спуская с Шушечки восхищенного взгляда. И мое сердце вдруг неожиданно кольнуло сожаление, что на меня ни один мужчина никогда так не смотрел!

- Шуша хочет кушать! Там я бы ее выпустила поохотиться на мышек, а мы в это время спокойно бы поговорили.

- На мышек, говоришь? – усмехнулся герцог уголком рта, - теперь все ясно, кому Гест мышек ловил! А откуда ты знаешь, что она голодна? По времени кормишь?

- Да нет, она сама мне сказала!

- Как это? – герцог вскинул на меня взгляд своих невозможно красивых синих глаз.

- Точно так, как я говорила с теми большими полозами у реки.

Герцог нахмурился, кусая губы. Видимо, воспоминание довольно волнительное для него.

- И как ты с ней разговариваешь? – неожиданно улыбнулся он, взглядом блуждая по моему лицу и все чаще останавливаясь на моих губах.

- Просто! Мысленно! – пожала я плечом и погладила гладкую, словно лакированную головку маленькой змейки. Герцог ничего не сказал, но, судя по его скептически заломленной брови, он не очень-то и поверил мне.

- Ну, тогда смотрите! – я осторожно опустила свою жемчужинку на пол. Та приподняла голову и посмотрела на меня.

- Кушать хочу! Мы пойдем в травку? – проворчал знакомый голосок в моей голове.

- Конечно пойдем! Прямо сейчас! Только покажи этому большому человеку… эм, главному самцу, что ты меня понимаешь. Это очень важно! Поверь мне!

- Что мне сделать?

Я посмотрела на герцога.

- Сейчас Шуша обползет вокруг меня и снова остановится на этом же месте! – и мысленно проговорила то же самое для змейки.

Моя милая рептилия без вопросов спокойно выполнила требуемое и замерла на том месте, с которого и уползала.

- Невероятно! – выдохнул герцог, - я хочу все-все знать о ней! А она может повторить?

Я усмехнулась. Это тот самый случай, когда человек глазам своим не верит.

- Шуша, обползи вокруг большого самца, пожалуйста!

Змейка тут же и это выполнила и замерла у его ног.

И я уже хотела взять ее на руки, чтобы идти на улицу, как в дверь разочек стукнули, и в дверной проем просунулось бледное лицо Геста. Мгновенно найдя взглядом герцога, он выпалил:

- Ваша светлость! Сюда направляется ваша супруга! И она очень и очень зла!

Глава 67. Страшная тайна

Герцог Сантерийский

Видимо, когда парнишка вбежал в гостиную Элеи, он не закрыл за собой дверь, потому что вслед за его словами мы услышали громкий топот каблучков туфелек моей жены. Только недавно в моду вошли деревянные каблучки на обуви модниц, и в замке лишь у одной Доротеи была такая редкость, так что сомневаться не приходилось, это она пожаловала.

Я вышел из спальни в гостиную вслед за Элеей, и в тот же миг дверь с грохотом распахнулась, и с гневно сверкающим взглядом на пороге появилась моя молодая супруга.

Она окинула нас с Элеей гневным взглядом. Сначала, на миг ощутив гордость за то, что моя герцогиня так прекрасна, затем почувствовал раздражение за ее такую демонстративную, унижающую перед слугами ревность. Унижающую и ее, и меня! Но, я не стал ей что-либо выговаривать, хотел сначала услышать, что она скажет.

- Дорогой, что это значит? Почему все слуги в замке судачат о том, что ты обжимаешься с этой… кто она там? – Доротея задумчиво подняла взгляд к потолку и постучала носком туфельки по полу. - Личный маг Вашей светлости, «говорящая с Великими Полозами»? Так, вроде? А обязательно магичить в ее покоях? Ты ставишь меня в ужасное положение подобным поведением! – гневный взгляд Доротеи устремился на меня, совершенно игнорируя Элею, и тем самым словно давая понять, что эта девушка для неё пустое место.

Я не хотел выяснять отношения при посторонних, но моя молодая супруга, на самом деле, слишком много на себя взяла, врываясь и своим криком на весь замок позоря себя и ставя меня в неловкое положение. А ведь мы только поженились! Чего же дальше от нее ждать? Но не успел я ей ничего ответить, как позади меня послышался голос Бьерна.

- Ваша светлость! Все готово для экспериментов! Мы можем идти в сад!

При виде моего верного слуги, выходящего из спальни Элеи, лицо у Доротеи некрасиво вытянулось, а глаза, казалось, сейчас вывалятся из орбит. Но вместо того, чтобы успокоиться, она буквально прошипела:

- И это, выходит, правда? Мне говорили, что вы ходите втроем и по очереди ее тискаете! – при слове «ее» Доротея резко выбросила руку вперед, указывая пальцем на Элею, и по-прежнему даже не взглянув в ее сторону.

- Ваша светлость! Я сейчас захвачу необходимые материалы и жду вас в саду! Для опытов нам необходимо солнце, так что поторопитесь, пока тучки не набежали! – с этими словами Элея скрылась в своей спальне и почти сразу вышла, держа в руках какой-то сверток и почему-то небольшую кастрюльку с кухни.

Она, словно стенобитный таран, направилась к двери, проем которой в данный момент загораживала разъяренная герцогиня. Но вместо словесной баталии я услышал пронзительный визг, и Доротея, подхватив свои пышные юбки, словно резвый сайгак, отпрыгнула в коридор.

- Мыши! У нее там мыши! Чем вы это занимаетесь? Из-за нее в замке мыши заведутся! – не унималась Доротея, а я, скрипнув зубами, направился следом за Элеей, мысленно обещая себе все высказать своему отцу, настоявшему на браке с этой истеричкой.

Позади меня слышались шаги Бьерна и постепенно становившийся тише крик герцогини. Да, не так я представлял себе супружескую жизнь!

Я шел чуть позади Элеи и любовался ее легкой походкой, без привычного томного нарочитого покачивания бедрами, свойственного всем аристократкам, да и моей жене тоже. Возможно, я сейчас сам себя убеждаю в этом, но мне почему-то кажется, что эта девушка не стала бы себя так вести! Что у нее, с ее неаристократическими корнями, внутреннего достоинства куда больше, чем у урожденной графини, моей жены!

Тем временем привратники распахнули перед нами массивные двери, и мы вышли на освещенные ярким солнцем ступени. Этот день, так же, как и вчерашний, напоминал лето, те редкие не жаркие дни, когда пребывание на солнце еще способно вызывать удовольствие, без желания немедленно спрятаться в тень.

Я обернулся и велел одному из привратников срочно позвать ко мне несколько стражей. Я предложил Элее локоть, и она, со смехом вручив кастрюльку Бьерну, приняла мое предложение. Аккуратно переложив сверток в одну руку, вторую положила на мое предплечье, и мы медленно стали спускаться по широким ступеням.

- Элея, а зачем ты взяла с собой мышей? – мне было приятно находиться так близко к этой девушке, и я с жадностью ловил эти мгновения, наблюдая за каштановым завитком, покоящимся на ее маленьком розоватом ушке.

- Как зачем? – вскинула она на меня свой лучистый взгляд. – А как иначе мне удалось бы убедить вашу супругу дать мне пройти? Что-то мне подсказывает, что на мою просьбу она бы не отреагировала.

— Это верно! – вздохнул я, улыбаясь.

- А если честно, то я и так собиралась вынести мышек в сад, выпустить.

- Да? А Доротея, как мне кажется, приказала бы их отдать котам, - грустно усмехнулся я, но девушка никак не прокомментировала мое высказывание.

Тем временем мы уже направлялись по посыпанной белым гравием дорожке в глубину сада. Еще вовсю цвели поздние осенние цветы, наполняя его нежным и сладким ароматом.

- Ваша светлость! – позади послышался окрик, и я остановился. Нас догоняли пять гвардейцев. – Прибыли по вашему приказанию, ваша светлость! - козырнул старший смены.

- Следуйте за нами. То место, где мы остановимся, окружите кольцом в пятьдесят шагов от нас. Никого не пропускать!

- Будет исполнено, ваша светлость!

Мы пошли дальше. Я целенаправленно вел своих спутников в самое уединенное место, где была минимальная вероятность, что нас смогут подслушать. Хотя, по правде, я очень хотел бы сейчас остаться наедине с Элеей, но, возможно, удастся в другой раз.

Мы дошли до тенистой беседки на берегу озера. Но девушка, оглядевшись, покачала головой. - Ваша светлость, нам больше подойдет открытое место, чтобы мы сами видели тех, кто захочет к нам подойти ближе. Не уверена, что пять гвардейцев смогут уследить за множеством пышных кустарников, где можно спрятаться человеку.

Согласившись, что ее объяснение вполне разумно, предложил просто прогуляться по песчаному берегу водоема.

На подходе к нему девушка задержалась и, наклонившись у куста, развернула сверток, из которого, сверкнув на солнце разноцветной чешуей, выскользнуло гибкое тело радужного полоза.

- Бьерн! Выпускай и мышек! – обернулась она к старому слуге.

- Элея! А полоз не сбежит? – несмотря на спокойствие девушки, я, напротив, испытывал волнение. Мне казалось, что он может не захотеть вернуться.

- Не он, а она! – снова поправила меня Элея с улыбкой и показала мне знак молчать, приложив свой тоненький пальчик к губам.

Лишь когда мы достаточно удалились от зарослей, она обернулась и, по очереди посмотрев на Бьерна и меня, ответила. - Шуша обязательно вернется! Я – ее Проводник! А она – будущая королева Великих Полозов!

Глава 68. Элиас

Элея

Я так давно готовилась к этому разговору, знала, что когда-нибудь он обязательно состоится, что сейчас, оказавшись перед двумя сверлящими меня нетерпеливыми взглядами мужчинами, растерялась.

- Ну, Элея! Что ты хотела рассказать Его светлости? Говори, не бойся! – подбодрил меня Бьерн и стрельнул в герцога виноватым взглядом. – Простите, Ваша светлость!

- Элея, Бьерн прав! Говори, тебе нечего бояться! Ты прекрасно знаешь, насколько я сам заинтересован в том, чтобы как можно скорее сблизиться с Великими Полозами и найти с ними общий язык! Так что любая информация, которой ты владеешь, будет для нас поистине бесценна! – герцог говорил так искренне, так проникновенно смотрел мне в глаза, что я на мгновение забылась. Мне показалось, что он так смотрит на меня ради меня самой и говорит мне совсем другие слова!

- Говори, Элея! – я вздрогнула, очнувшись, и отвернулась, желая спрятать покрасневшее лицо. Так, не видя его глаз, мне стало значительно легче, и я заговорила. Сначала я с трудом подбирала слова, рассказывая, как встретилась с Шушей, о том, как мы с ней общаемся и что она умеет.

Но затем, боясь, что меня прервут, я взахлеб начала просить герцога отпустить нас с Шушей в горы. Я рассказала о том, как совсем недавно ей было плохо и что улучшение — это лишь временное явление. И что ей просто жизненно необходим минерал перлит, без которого Великим полозам просто не выжить. Напомнила о том, что Шуша будет быстро расти и вскоре ей не хватит места в замке и она попросту его разрушит своим огромным телом.

Наконец я замолчала и, стиснув кулаки, с волнением ожидала, что ответит герцог.

- Теперь мне ясно, отчего великие полозы водятся только на моих землях и отчего именно в горах, - покачал головой мужчина. Его глаза потемнели, словно предгрозовое небо, и неподалеку прозвучал раскат грома.

Я вздрогнула и посмотрела на быстро темнеющее небо. Сизо-серые тучи быстро нагонял резко усилившийся ветер. Его порыв закружил небольшой смерч из песка и понес его в нашу сторону, я ойкнула и отвернулась. Большие и уже по-осеннему холодные капли застучали по моим плечам и голове.

- Пойдемте скорее в беседку! – взяв меня под локоток, герцог потянул меня с пляжа.

Нас с Бьерном два раза не нужно было упрашивать. Дождь лил как из ведра, и я, взвизгнув, понеслась к беседке быстрее всех. За мной, смеясь, бежал герцог, и настолько было непривычно слышать его смех, что я аж забыла о холодных каплях, жалящих мою спину.

Вбежав в темную от плотно опутавших ее лиан винограда беседку, отвернувшись, я принялась выжимать мокрую насквозь юбку.

- Да уж, думаю, нам в таком случае стоило бежать сразу в замок, все равно уже все мокрые! – улыбнулась я, глядя на тоже вымокших до нитки моих спутников.

- Элея, ты так простудишься! – искреннее беспокойство за меня в глазах герцога было для меня настоящим подарком!

- Ваша светлость! Позвольте мне сбегать за плащами для Вас и Элеи! – Бьерну пришлось почти кричать, чтобы мы услышали его за барабанившими по крыше холодными каплями.

Герцог задумчиво посмотрел на меня, затем перевел взгляд на старого воина и что-то проговорил ему, но я ничего не услышала. Тот кивнул и, подмигнув мне, скрылся за плотной стеной дождя.

Я охнула, с волнением посмотрев на герцога.

- Не волнуйся за него! «Бьерн привык к непогоде в частых военных походах!» — прокричал он мне. – И извини, я бы дал тебе свой камзол, но он тоже промок до нитки! – широкая улыбка этого светловолосого красивого мужчины сделала его похожим на озорного паренька.

Он улыбался, но его взгляд, меж тем, скользил по моему лицу. Только сейчас я вспомнила и остро ощутила, что мы сейчас одни. В волнении я закусила нижнюю губу, и герцог нервно сглотнул, его глаза еще больше потемнели, а взгляд замер на моих губах.

По моей спине побежали мурашки. Но это не были мурашки от холода или страха, они были совсем иного рода. Меня вдруг бросило в жар, и я почувствовала, что мне уже совсем не холодно! Внизу живота разлилось тепло, и внезапно ослабли ноги. Мне пришлось переступить с ноги на ногу, чтобы не упасть. Но, видимо, герцогу показалось, что я падаю, и он поддержал меня.

Я, совершенно неожиданно для себя, почувствовала большие горячие ладони герцога на своей талии, а в следующее мгновение оказалась в его объятиях. Его жесткие, чуть шершавые губы накрыли мои, и я пропала! Не знаю, как нужно целоваться правильно, ведь в той моей жизни у меня практически не было этого опыта, но я просто поплыла!

Я не ощущала, где низ, а где верх. Мне даже на мгновение показалось, что я лечу! От поцелуя этого мужчины по моему телу прокатывались жаркие волны, и я просто задыхалась от наслаждения, что дарили его губы и руки, блуждающие по моему телу. Я уже не принадлежала себе, буквально растворившись в непривычных ощущениях и этом мужчине.

Герцог первый прервал наш поцелуй. Прислонившись лбом к моему лбу, он часто и рвано дышал, словно только что пробежал кросс. А я, словно очнувшись, вдруг осознала, чем сейчас занималась с самим герцогом!

Я охнула и попыталась отстраниться, но он не отпустил меня, продолжая удерживать своими горячими ладонями. Тогда я смущенно опустила лицо, радуясь, что длины моих волос вполне хватает, чтобы прикрыть, по ощущениям, пунцовые уши.

Герцог осторожно приподнял мой подбородок и заглянул мне в глаза. Затем медленно приблизил свое лицо к моему, но, вместо того чтобы поцеловать, взволнованно заговорил мне на ухо:

- Элея! Милая! Я всё исправлю! Я завтра же поеду в храм Великого Полоза и поговорю с Его Святейшеством! Я объявлю, что ты нашлась, и мой второй брак признают недействительным!

- Но… как же наша консумация? – тихо прошептала я ему в самое ухо, буквально теряя голову от его запаха. – Ее же не было! Наверное, я сказала вслух то, на что не отважилась бы ни одна аристократка этого мира. И, видимо, оказалась права. Так как взгляд мужчины после произнесенного мной выражал и удивление, и гордость, и восхищение одновременно.

Его руки опять стиснули меня, плотно прижимая к твердому телу, что я отчетливо ощутила и его возбуждение. Внезапно в голову пришла мысль, что он сейчас, скорее всего, предложит продолжить то, что он и та, настоящая Элея, не успели сделать в свою брачную ночь, но герцог меня удивил.

- А кто об этом знает? – усмехнулся он. – В то утро у моего отца и попечителя Актана была совсем другая цель. Они не могли знать, что мы с тобой не консумировали брак, так как ночью мы с тобой изрядно попрыгали на кровати и постонали. Ты же помнишь? – улыбался герцог, а я стояла как дурочка с широко открытым ртом.

- Ты что? Забыла? – лицо мужчины стало серьезным, и он с беспокойством посмотрел на меня.

- После того утра, когда я проснулась в цепях, а кругом все эти посторонние мужчины… Да потом меня еще объявили сумасшедшей, а в доме умалишенных остригли и хотели посадить в темную каморку в подвале… В общем, после этого я кое-что забыла из прошлого. Нашу брачную ночь я тоже не помню! Я осторожно подбирала слова, словно идя по минному полю, и боясь, что своей якобы амнезией вызвать подозрение у герцога.

Но он лишь добро улыбнулся, ласково проведя большим пальцем по моей щеке.

- Не страшно, ты потихоньку всё вспомнишь! Обязательно! А пока я буду помнить за нас обоих. В ту ночь, сразу после церемонии бракосочетания, когда нас отвели в спальню, ты вся дрожала и со страхом смотрела на меня. И я тогда сказал тебе, что не буду принуждать к близости, пока ты сама не будешь готова по-настоящему стать моей женой.

- Я говорил, что дам тебе достаточно времени, чтобы ты ко мне привыкла и узнала ближе. И тогда мы с тобой просто дурачились на кровати, чтобы усыпить бдительность подслушивающих у двери любопытных. Думаю, среди них был и мой отец. Поэтому он решил воспользоваться моим отсутствием и придумал эту ужасную историю с твоим сумасшествием. Прости меня!

- За что? – я удивленно посмотрела в его молящие о прощении глаза.

- За то, что меня не было рядом!

- Ваша светлость…

- Зови меня просто Элиас.

- Элиас, - прошептала я.

Послышался шум. Не шум дождя, а топот множества ног. Мы с герцогом отпрянули друг от друга, и в этот момент к беседке подбежали промокшие до нитки гвардейцы. Восемь человек, словно носилки, за длинные жерди несли крытый паланкин, напоминающий небольшую, почти полностью закрытую кабинку.

Я даже не успела понять, что к чему, как меня усадили в нее. Мгновением позже рядом со мной сел и сам герцог. Паланкин взмыл вверх, и я от неожиданности схватила мужчину за руку.

- Когда я с тобой, ни о чем не беспокойся и ничего не бойся! – прошептал он, наклонившись к самому моему уху. – Я всё решу!

- Но как же Шуша? Ой!

- Что такое? – мужчина взволнованно заглядывал мне в глаза, и это меня смущало. Я все никак не могла поверить, что небезразлична ему, и он готов даже признать свой второй брак с графиней недействительным.

- Я совсем забыла про нее! Подожди, ничего пока не спрашивай, я поговорю с ней!

Через минуту я открыла глаза и улыбнулась, посмотрев на герцога.

- С ней всё хорошо! Она уже ожидает меня около двери покоев.

- Надо же! А как она проскользнула незамеченной?

- Шуша умеет мимикрировать…

- Что? – удивился герцог, услышав новое слово, а я себя мысленно отругала за то, что слишком расслабилась.

- Шуша умеет менять цвет своего тела на тот, по которому ползет, - пояснила я.

- А Гест ее не может впустить? – мне показалось, что в этом простом вопросе крылось что-то еще.

- Он не знает про Шушу, поэтому она ему не покажется.

— Это очень хорошо, что не знает! Тогда я его могу спокойно вернуть в Академию! – довольно улыбнулся герцог. – Мне не нравится, что он все время около тебя крутится!

- Но ведь ты сам его заставил следить за мной! – лукаво подколола я мужчину.

Но он не успел мне ответить, мы уже подъехали к ступеням парадного входа. К счастью, ливень уже почти стих, сменившись частой изморосью, и мы смогли спокойно выйти из паланкина. Представляю, как со стороны мы все смотрелись! Особенно я, в облепившем ноги платье! Я приподняла юбки и поспешила поскорее подняться.

- Элея, твоя служанка тебя устраивает? – уже в дверях спросил герцог, наклонившись к моему уху непозволительно низко и провокационно щекоча его своим дыханием.

- У меня нет служанки! Только Гест!

- Чтоо? Я немедленно…

- Меня всё устраивает, ваша светлость! Правда! И чешуйками я отлично владею, и ванну горячую сейчас сама себе сделаю! – довольно улыбнулась я, успев поймать голодный, скользнувший по моим губам, взгляд.

Герцог лично проводил меня до моих покоев, наверняка спровоцировав новую волну сплетен, даже несмотря на то, что позади нас хвостиком следовал верный Бьерн.

Довольно церемонно простившись у двери с обоими мужчинами, я подождала, пока почти невидимая змейка проскользнет в открывшуюся дверь, а затем, еще раз попрощавшись взглядом с герцогом, вошла сама, уже за спиной услышав, что тот зовет Геста проследовать за собой.

Быстро приготовив горячую ванну, я поспешно сбросила с себя мокрую одежду и, улыбаясь, со счастливым стоном погрузилась в воду.

Откинувшись на изголовье, я наслаждалась приятными расслабляющими и согревающими ощущениями, а еще своими сегодняшними просто невероятными воспоминаниями.

- Элиас! – прошептала я его имя, такое красивое и так похожее на мое, словно самой судьбой нам было суждено соединиться.

Только немного подождать! Совсем чуть-чуть! И герцог всё решит! – как заклинание, повторяла я мысленно, лежа в ванной.

Глава 69. Осколки

Герцог Сантерийский

Я мерил шагами свой кабинет, то сжимая пальцы в кулаки, то ероша волосы. Шейный платок сдавил мне горло, словно удавка, и я резким движением развязал его, бросив на кресло.

В моей груди бушевал невиданный доселе огонь! Мне хотелось куда-то бежать, петь, танцевать и совершать всякие безумства! При воспоминании об Элее сердце сладко ныло, а по телу бежали приятные мурашки.

Еще за завтраком я думал, что все контролирую в своей жизни, что любовь себе могут позволить лишь слабаки да бедняки, а аристократы — люди прагматичные, стремящиеся к конкретным результатам, приносящим пользу. И до этого дня я, вне всяких сомнений, причислял себя к ним.

Но то, что произошло сегодня в беседке между мной и Элеей, не было похоже ни на что, испытанное мною раньше. Красота девушки, ее ум, простота в общении, чувство юмора и физический магнетизм — все это, наконец, сложилось в цельный образ, словно части какой-то сложной мозаики.

Я, наконец, понял, что чувствовал все это уже давно, еще когда считал ее юношей, и только сегодня осознал все это в полной мере и понял, что я не смогу отпустить эту девушку. Что хочу видеть ее своей женой, полноправной хозяйкой этого замка, а не встречаться с ней тайком, прячась под темным плащом от своих же чрезмерно любопытных и наблюдательных слуг.

А еще я вспомнил, что даже в постели с Доротеей представлял ее, Элею! Все! Решено! Сегодня же после обеда поскачу в храм к попечителю Актану, расскажу, что моя первая жена жива, и узнаю, каковы условия признания второго брака недействительным.

Послышался звон колокола, призывающего к обеду, но едва я хотел выйти из кабинета, в дверь стукнули, и вошел Орм.

- Дружище! А я тебя повсюду ищу! Ты куда запропастился? И что с твоим лицом и волосами? – друг нахмурился, — что-то случилось?

- Сядь!

- Нам пора к столу. Может…

- Нет, сейчас! Если я кому не расскажу, меня просто разорвет на части! – я снова с еще большей скоростью принялся мерить шагами кабинет.

Орм присел на краешек софы, следя за мной настороженным взглядом.

- Элиас, может, тебе лекаря позвать?

- Не нужен лекарь! Слушай…

***

Я выдохнул и в изнеможении опустился в кресло, по моим вискам стекали капли пота, и я просто вытер их рукавом, напряженно глядя на задумавшегося друга. Тот поднял на меня взгляд и криво улыбнулся.

- Да, в первый раз такое слышу! – он нервно усмехнулся. – Значит, ты хочешь мне сказать, что твоя первая жена жива и она сейчас находится здесь, в твоем замке?

- Да, именно это я тебе и твержу!

- Хорошо, допустим, — и быстрый настороженный взгляд в мою сторону.

- Не допустим! Если ты мне не веришь, могу позвать Бьерна и Хуго! Им-то ты поверишь?

- Ну, если еще они ее видели, то сдаюсь! – Орм поднял руки в дурашливом жесте, снова возвращаясь к своей ироничной манере общения. — И когда ты всем ее предъявишь? На этом обеде? Или планируешь устроить в честь ее возвращения бал? — его лицо осветилось привычной улыбкой.

Я смерил друга удивленным взглядом, надеясь, что он все же шутит.

- Я планирую в самое ближайшее время признать мой брак с Доротеей недействительным! — тихо ответил я и увидел, как улыбка сползает с лица друга.

- Но почему?

- Я люблю Элею! Люблю и хочу видеть именно ее своей женой!

- Но когда ты успел…

- Не важно.

- А как же Доротея?

- Думаю, переживет. Она не любит меня, она любит мой замок, а еще свой новый статус.

- Но что будет, когда обо всем этом узнает ее отец? Думаю, граф Гилмор не потерпит подобного отношения к его дочери! Ведь это такой позор! Она уже не девица, и ее теперь никто не возьмет замуж! – Орм был как никогда серьезен, и мне, как ни прискорбно, пришлось согласиться с его доводами. Но и мириться со сложившейся ситуацией я не собирался.

- А ты?

- Что я?

- Ты бы взял?

Орм усмехнулся.

- Может, и взял бы, да куда я жену привезу? В старый, нуждающийся в ремонте особняк моего обедневшего рода?

- Я дам тебе земли! Немного, но дам! И помогу построить хороший особняк, - я сжал кулаки, напряженно ожидая ответа. Согласие друга могло бы существенно упростить решение моей проблемы. А отцу Доротеи, в конце концов, придется согласиться.

Орм медленно поднял на меня потемневший взгляд непривычно серьезных глаз.

- Я согласен.

Я же ощутил небывалую легкость. Показалось, словно каменная плита упала с моих плеч!

- Отлично! По рукам! Тогда, после обеда, я сразу выезжаю, чтобы встретиться с попечителем Актаном.

- Так не терпится? – усмехнулся Орм.

Я ничего не ответил, лишь улыбнулся и вышел из кабинета. Мы направились в гостиную на обед, и у лестницы встретили служанку Доротеи. Девушка, нахмурив бровки и прикусив от усердия губу, видимо, боясь не расплескать, несла на подносе чашку горячего бульона.

- А ну стой!

Девушка ахнула и остановилась, глядя на меня испуганным зверьком.

- Разве слугам не положено есть на кухне? Куда ты суп несешь?

- Так ведь госпоже! – пробормотала служанка, - нездоровится ей, даже на обед не смогла спуститься.

- Что с ней? – в памяти тут же всплыла безобразная сцена, что Доротея устроила сегодня в покоях Элеи. И ведь прекрасно тогда себя чувствовала!

- Не могу знать, ваша светлость! – испуганно сжалась девушка, и поднос в ее худых руках задрожал. – У ее светлости сейчас лекарь в покоях, - пискнула она.

- Даже так? – я, подняв удивленно бровь, посмотрел на друга. – Иди на обед. Я сейчас проведаю супругу и тоже подойду. – Тот кивнул и, замурлыкав модный мотив, направился в гостиную.

Вздохнув и втайне завидуя его беззаботности, я взял у служанки поднос, пока не опрокинула на себя кипяток.

- Идем!

Та округлила от страха глаза и засеменила следом. Мы шли, провожаемые ошарашенными взглядами прочей прислуги. Вот так и рождаются сплетни. Потом будут судачить, что он ее так любил, так любил, что аж самолично еду в покои носил! А потом вдруг неожиданно развелся!

Вот ведь интриганка! С помощью скандала не удалось привлечь к себе внимание, так она теперь решила сказаться больной! И ведь получилось! Иду сам к ней, да еще этот поднос с бульоном ей несу! – я скрипнул зубами от досады.

Мы вошли в гостиную покоев Доротеи как раз в тот момент, когда наш семейный лекарь выходил из ее спальни. Седой, но еще довольно крепкий старик поднял на меня свои почти выцветшие голубые глаза и широко улыбнулся.

- Ваша светлость! Позвольте мне первому поздравить вас с радостным известием! Ваша супруга ждет ребенка!

Мои руки опустились, и миска с бульоном разбилась об пол, разлетаясь по гостиной десятками осколков, точно так, как мои мечты и надежды.

Глава 70. Он знает!

Элея

Остаток прошлого дня, да и весь следующий, я провела словно во сне. Мне не верилось, что для меня, после всех мытарств, что в прошлой жизни, что в этой, все закончится как в сказке, тем самым «долго и счастливо».

Хорошо, что в своих покоях я одна, и никакая служанка не мельтешит у меня перед глазами и не собирает сплетни. Ведь со стороны я, наверное, вела себя максимально странно. Я, вроде бы, беспричинно улыбалась и часто застывала на месте с мечтательным выражением на лице, вспоминая и переживая заново те невероятные ощущения на берегу озера.

И все же я была реалисткой. Еще ничего не было ясно, да и герцог все еще был женат. Я, конечно же, надеялась, что он сделает все возможное и невозможное для того, чтобы развестись с Доротеей, но всегда остается вероятность, что что-то может пойти не так.

Элиас больше ни разу не пришел за это время, но я и не волновалась. Он мне четко сказал, что поедет в храм за разрешением о разводе, и, как я поняла, путь туда вовсе не близкий.

А вот то, что за это время ко мне ни разу не наведалась Доротея, чтобы учинить очередной скандал в отсутствии мужа, это меня удивило. Хотя, может, она и приходила ко мне, когда я гуляла, кто знает? Но все вещи в комнатах были на местах, а платья в гардеробной целы.

Чтобы постоянно не прокручивать в голове последние события и не вздрагивать при каждом звуке в ожидании герцога, я старалась себя занять. В основном я гуляла с Шушей, разговаривала с ней, отвечая на ее многочисленные вопросы. Это было мило и забавно, змейка частенько вела себя словно маленький любопытный ребенок, хотя, по сути, таковым она и являлась.

А еще я помногу читала, изучая те книги, что помог мне доставить из библиотеки Гест. Я вздохнула, вспомнив о парне. С тех пор как герцог позвал его следовать за собой, своего юного охранника я больше не видела. Наверняка он уже в академии, рассказывает ребятам о своих приключениях в замке самого герцога.

Я улыбнулась. Смешной парнишка, и ведь я даже по-своему к нему привязалась! Жаль, что нам не дали даже проститься. Тряхнув головой, я вновь погрузилась в чтение. За окном уже стемнело, но над моей головой ярко горела крупная белая чешуйка, усиленная черной, отчего темнота за окном казалась еще более густой.

Устало вздохнув, я отложила в сторону очередную книгу. Мой взгляд упал на обложку следующей. Ее название гласило, что этот трактат посвящен аристократическим домам этого континента. Мне стало любопытно.

Открыв толстую кожаную обложку с тиснением непонятного значения, я с удивлением обнаружила что-то вроде знакомого мне из прошлой жизни оглавления. В нем по алфавиту были расположены известные аристократические рода, чьи корни прослеживались из глубокой древности, и, конечно же, первым по списку значился герцог Сантерийский.

С интересом перевернув страницы, я начала читать. Но вскоре мой интерес сошел на нет. Про то, что этот древний род каким-то образом связан с Великими Полозами, мне уже было известно. И то, что сам герцог может в бою принимать частично облик змея или в минуты сильного душевного потрясения покрываться чешуей, я тоже знала. Да и про утраченное умение говорить с полозами мне было известно. Это ни для кого не было тайной.

Даже появившись в этом мире в теле подневольно выданной замуж за герцога, я уже была осведомлена, что настоящая Элея была дочерью какого-то пастуха из горного селения. Но вот каким образом дочь простого человека обзавелась подобным умением, мне было неизвестно.

Из наших вечерних бесед с Бьерном у костра в месте дислокации войска герцога мне стало известно, что в бедных селениях редко, но встречаются магически одаренные дети, бастарды, эдакие полукровки. По всему выходило, что мать Элеи, о которой я ничего не знала, каким-то образом согрешила с аристократом. Вот только с кем?

Книга скользнула с моих коленей, и я еле успела перехватить ее на лету. – Фу! А то этот строгий библиотекарь больше не даст мне книг с собой!

Снова уложив тяжелый фолиант себе на колени, потянулась за кружкой чая, да так и застыла с занесенной рукой. На открытом развороте значилась фамилия графа Альмода Гилмора, отца Доротеи. Но, что самое интересное, что дальше текста не было! Почти вся страница была с корнем вырвана из книги!

Вот те на! Кому могло понадобиться уничтожать информацию об известной аристократической семье? Что вообще в этих сведениях может быть такого секретного? Ведь они в свободном доступе?

Я вернулась назад, к роду герцогов Сантерийских. Так, перечень поколений, и даже имеется семейное древо! Но эти имена мне вовсе ни о чем не говорили. Дальше следовала информация о владениях герцога, их площади, а также с чьими землями граничит территория герцогства, какие ценные природные объекты находятся на них, и даже имелась информация о Великих Полозах! И в самом конце то, что по этот род раньше обладал способностью разговаривать с этими гигантскими змеями.

Я задумчиво полистала страницы книги, бегло просматривая подобную информацию о других известных родах. Сама информация разнилась, но структура текста, очередность описания были одинаковы. Так чем, интересно, неизвестного вандала заинтересовал именно граф Гилмор? Я вернулась к вырванной странице и очень пожалела, что у меня нет сейчас в руке лупы. Почему-то показалось, что я тогда бы точно нашла следы, которые могли бы пролить свет на эту историю.

Да, жаль. Не знаю почему, но мне было любопытно побольше узнать о семье соперницы. Хотя, что бы мне это дало? Наверняка, о родовых «скелетах в шкафах» такие издания писать не будут.

По какому-то наитию я провела пальцами между страницами, в том месте, где едва торчал кусочек листа с фамилией рода Гилмор, и что-то нащупала.

Я потянула, и… в моих пальцах оказался очень длинный черный волос! Сердце часто забилось в предвкушении раскрытия тайны, но до этого было очень и очень далеко! Волос мог принадлежать кому угодно! Да хоть даже мужчине! Ведь в этом мире мужчины, во всяком случае, аристократы, тоже носили длинные волосы.

Вот взять, к примеру, друга герцога, виконта! У него тоже черные и очень длинные волосы! С одним только «но», они у него волнистые, а этот волос совершенно прямой!

Еще есть служанка Доротеи, кажется, ее зовут Тильда. Она темненькая, но вовсе не брюнетка, да и волосы у нее чуть ниже плеч. По длине и структуре волос больше подходил самой герцогине. Вот только незадача, она – блондинка!

Осторожно положив свою находку на стол, я снова вернулась к изучению книги. Переведя взгляд на следующую страницу, обратила внимание, что описание нового рода начинается не с самого ее начала, а немного ниже. А вот выше каким-то чудесным образом остался цел не замеченный вандалом кусочек текста о роде Гилмор.

Я с жадностью вчиталась в эти несколько строк, и в голове тоненько зазвенело, как однажды со мной было перед тем, как потерять сознание. Но нет, сейчас я не могу позволить себе такой слабости! Я стиснула пальцы, сжимая ни в чем не повинную книгу, уже не заботясь о ее сохранности, и снова прочитала эти несколько строк. И вот теперь мои пальцы разжались, и бесценный фолиант полетел на пол, но я даже не обратила на это внимания!

В это мгновение дверь в мои покои открылась, и вошел Элиас. В первое мгновение я даже не узнала его, так сильно изменился мужчина чуть больше, чем за сутки.

Его лицо словно посерело, губы потрескались, как после мороза, а в глубоких синих глазах застыла безысходность. Он знает! Он тоже знает о том, что написано здесь!

Глава 71. Мы те, кто мы есть

Элея

Пошатываясь, словно пьяный, Элиас медленно приблизился ко мне и, как подкошенный, рухнул передо мной на колени.

- Доротея ждет от меня ребенка, - прохрипел он.

Не знаю, что именно меня так расслабило, отчего я потеряла связь с реальностью. Глупая, я так надеялась на свое с этим мужчиной «долго и счастливо».

Ведь первой моей мыслью после его признания было: «Но ведь дети — это очень хорошо! Дети — это замечательно!» И только мгновением позже пришло осознание, что это не наш ребенок! И что он как раз и будет непреодолимым препятствием нашему счастью!

Я с трудом сглотнула и открыла было рот, чтобы спросить герцога, знает ли он о том, о чем я только что прочитала. И если «да», то зачем было искать среди бедняков девушку-бастарда с похожим даром, если буквально под боком есть стопроцентная его носительница?

- Элея! Что ты молчишь? Не молчи! Ну скажи хоть что-нибудь! – голос моего любимого мужчины звучал с таким надрывом, что мое сердце защемило от жалости к нему, а затем словно покрылось твердой коркой каменной брони. И мне даже почудилось, что я слышала ее потрескивание. Я перестала что-либо чувствовать. На меня напала апатия, и я, с трудом разлепив губы, спросила:

- А что тут скажешь? Хотя… Да, ваша светлость, поздравляю вас с этим великим событием, вы ведь так хотели наследника!

В ответ герцог застонал, закрыв лицо руками.

— Вот только… Странно это как-то. Вы же только несколько дней назад поженились. Как твоя жена могла так быстро почувствовать недомогание, вызванное беременностью?

Элиас убрал руки от лица и поднял на меня покрасневшие глаза.

- Ты так хорошо осведомлена об этом вопросе?

- Конечно. Я предпочитаю все время учиться и быть готовой к сюрпризам, которые мне может подкинуть жизнь. Но к этому, признаться, была не готова, - горько усмехнулась я. – Так как Доротея могла так быстро узнать о своей беременности? Вы с ней были близки и до свадьбы?

К моему удивлению, Элиас покраснел и отвернулся.

Вот это да! А я-то уж думала, что больше ничему не удивлюсь. Ведь почему-то считала, что в кругах высшей знати не положено до свадьбы это… Ну, «динь-динь»!

— Это было всего один раз! И то, почти случайно, - голос герцога звучал виновато. Я понимала, что до недавнего времени он не знал, что я – это я, но все равно было больно. – Не нужно оправдываться, - все, что я могла ему сказать.

- Нет, нужно! – Элиас резко поднялся на ноги и, схватив меня за плечи, сжал их. Тело мгновенно отреагировало табуном непрошенных мурашек. – Сядь, пожалуйста! Послушай!

Я, словно безвольная кукла, опустилась на диванчик. Элиас же опустился на пол, усевшись у моих ног и с мольбой глядя снизу вверх, заговорил, словно через силу.

— Это было чуть больше месяца назад. В тот день Доротея и невеста моего друга гостили в замке. Они гуляли около озера и зашли на шаткие мостки. Доска подломилась, и Адель упала в воду, утянув за собой Доротею. Там мелко, им ничего не грозило, кроме как промокнуть. Девушки вышли из воды, их легкие, воздушные платья были совершенно мокрыми, а тут из-за облаков вышло солнце…, и оно… Они… Мужчина стушевался и отвернулся.

- Можешь не продолжать, - хмыкнула я, поняв, что о подобном обычно не говорят молоденьким девушкам. – Только зачем ты мне это рассказываешь? Ну, понимаю, с помощью солнца и мокрой одежды увидел прелести своей невесты и не сдержался!

- Нет! Ты не понимаешь! Не так все было! Да, я не спорю, у Доротеи… Ну, не важно! А вот фигура невесты маркиза желала лучшего. Когда девушки, укрытые пледами, ушли в свои покои обсыхать, Орм захотел с горя выпить, и попросил его поддержать. Признаю, мы немного перестарались. Не желая, чтобы девушки видели нас в таком виде, я попросил Хуго извиниться за нас перед нашими невестами, и чтобы они ужинали одни. Я тогда ушел в свою спальню и завалился спать. А когда проснулся… Элиас застонал, снова отвернувшись. – Она была рядом, и я не смог удержаться.

- Поняла. Теперь хотя бы понятно, как так быстро у вас ребеночек получился! Что ж, поздравляю! Но теперь мне точно придется уехать, и как можно скорее! Шуше нужен тот минерал! – Я старалась говорить спокойно и отстраненно, переведя разговор на другую тему, но сердце все равно ужасно ныло, не долго выдержала каменная корка, так недавно покрывшая его.

Я, девушка своего мира и своего времени, умом понимала этого мужчину. И не могла даже на него обижаться, ведь мы тогда не были вместе, и он мне ничего не обещал. Лишь об одном я жалела. Жалела, что так глупо все получилось. Что, напрасно боясь своего мужа, так долго от него скрывалась. А потому, вышло как вышло.

- Нет! Нет-нет! Об этом не может быть и речи! – Элиас схватил меня за руки и, наклонившись, принялся осыпать их поцелуями. Его волнистые белокурые волосы рассыпались по ним, пустив по моему телу волну жара. – Доротее не нужен я! Ей изначально нужно было богатство, положение в обществе. Я все решу! Мы будем вместе! – хриплый, с надрывом, голос мужчины рвал мне сердце, но я понимала, что наши вдруг вспыхнувшие чувства придется усмирить. Это в моем мире все было бы проще: развод, алименты, воскресный папа… Здесь же совсем другие нравы и свои законы.

Я медленно встала и мягко отняла свои руки из его, что далось мне с неимоверным трудом. Пора было заканчивать с этим затянувшимся прощанием, я и так уже еле сдерживалась, чтобы не броситься к нему в объятия.

- Элиас, довольно. Мы те, кто мы есть! Вот ты – герцог, хозяин обширных земель, и тебе нужен наследник! Тот, который сможет защищать эти земли с помощью Великих Полозов, так, как ты хотел!

- Но от Доротеи не может быть детей с даром, аналогичным моему!

- Почему? Как раз она и является носителем этого дара! Вот, смотри! – и я указала ему на книгу, лежавшую рядом со мной. – Страница с описанием рода Гилмор почему-то вырвана, но на другой странице осталась часть информации о нем, и, на мой взгляд, самая важная! Смотри! – я ткнула пальцем в нужную строку, но Элиас продолжал смотреть на меня тоскливым взглядом. Я разозлилась. Мне и так было неимоверно трудно оставаться сильной и держать себя в руках, чтобы не расклеиться окончательно, а герцог лишь все усложнял.

- Как раз жена рода Гилмор может дать тебе наследника, говорящего с Великими Полозами. А меня отпусти!

Элиас перевел взгляд на ту строку в книге и долго смотрел на нее невидяще. Недавний румянец снова пропал, сменившись мертвенной бледностью, глаза потухли.

- Просто в горы я не могу тебя отпустить. Не в пещерах же с Полозами ты будешь жить? Я подумаю, что смогу для тебя сделать, - прошелестел безжизненный голос мужчины. И, даже не посмотрев на меня, он вышел, тихо прикрыв дверь.

Глава 72. Хитросплетения генеалогии

Герцог Сантерийский

- Элиас! Ты хотел меня видеть? – Орм заглянул в кабинет и, увидев мой кивок, вошел. Его лицо было непривычно серьезно, но это не мешало ему явиться, как всегда, разряженным в пух и прах, одни белые кружевные манжеты его белоснежной шелковой рубашки, полностью накрывающие кисти, чего стоили.

- Ты уже знаешь?

- Знаю, - друг даже не уточнял, что именно. Весь замок с самого утра гудит, словно растревоженный улей. Только и разговоров было, что о беременности молодой герцогини. Кто-то гадал, какого пола младенец родится, а кто-то задавался неудобным вопросом: когда успела?

- Да, слухи в замке разносятся молниеносно, - усмехнулся я, теребя страницу фолианта, что Бьерн принес мне от Элеи. Я не хотел волновать ее еще больше, поэтому послал за книгой своего верного слугу. Его не было довольно долго, но я и не сердился на него.

За короткое время старый вояка успел подружиться с девушкой и даже начал опекать, словно старший родственник. Я понимал, какие чувства она может сейчас испытывать. Боль. Ведь сам не знал, куда себя деть, поэтому и позвал друга. Мне тоже был необходим кто-то близкий. Но даже не для того, чтобы выговориться, мне нужно было разобраться с этой запутанной историей. Сам я никак не мог сейчас сосредоточиться.

- Присаживайся ближе, хочу тебе кое-что показать.

Я открыл перед ним оглавление книги, указав на фамилию рода Гилмор, затем на вырванную под корень страницу с описанием этого семейства, а потом указал на две строки на следующей странице, в которых и содержалась интересующая меня информация.

Брови друга удивленно взметнулись.

- Ты это знал? Или нет? Почему ты искал себе жену с даром так далеко от дома, если у твоего соседа дочь из одаренных? Значит, и ребенок у тебя будет, умеющий говорить с Полозами.

- Орм, ты понимаешь…

- Да, конечно. Считай, что я уже забыл о нашей договоренности! Доротея ждет твоего ребенка. Особенного ребенка! Только объясни мне, как так получилось, что ты не знал? Или знал? – Орм опять хмурится, вопросительно глядя на меня. Но я лишь пожал плечами.

- Поедем прокатимся? Скоро начнутся морозы, из замка потом нос не высунешь! Заодно и поговорим.

Орм понимающе кивнул и усмехнулся.

Иногда мне самому кажется, что у стен действительно есть уши, настолько быстро информация разносится среди слуг.

Мы накинули длинные плащи, подбитые мехом куницы, и вышли на улицу. Прошел буквально один день, как погода резко поменялась, и ветер стал значительно холоднее, а под нашими сапогами уже хрустел тонкий ледок, образовавшийся на лужах ночью.

В конюшне было тепло, привычно пахло сеном и лошадью. Конюх бросил задавать коням корм и принялся споро седлать наших лошадей. Я подошел к крайнему стойлу, где похрустывал сеном гнедой конь Элеи. Орлик поднял морду и, словно осуждая, посмотрел на меня грустным карим глазом. Я погладил его по морде, вспоминая, как ловко держалась его хозяйка в седле, и сердце снова сжала когтистая рука черной тоски.

- Ваша светлость, лошади оседланы! – доложил конюх и, взяв их за повод, повел на улицу.

***

Давно позади остались стены замка и последние окраинные домишки, что лепились вплотную друг к другу, словно в попытке согреться. Дальше шли поля, правее темнел лес, а прямо перед нами виднелись вершины гор, уже покрытые снежными шапками. В горы зима приходила раньше.

- Куда мы скачем? – вопрос друга сопровождался облаком белого пара.

- Вперед. Мне нужно голову проветрить.

- Так, может, расскажешь, что там с этим описанием рода Гилмор не так?

- Скажу, только тогда давай остановимся, пройдемся.

Мы соскочили с коней и, взяв их за повод, пошли в сторону гор.

Несколько минут я молчал, собираясь с мыслями.

- Когда-то этими обширными землями владели четыре семьи, четыре рода «говорящих с Полозами». Между их детьми заключались браки, и дар переходил из поколения в поколение. Однажды три рода сговорились между собой и напали на четвертый — на мой род! Соседи посчитали несправедливым, что у нас больше земли, на которой также больше гор, пещер и Великих Полозов, дающих нам драгоценные чешуйки. Но мы были сильны в ту пору. Мой дед догадывался, что рано или поздно подобное может произойти, и был начеку. Мы победили в той битве. Но в ней погибли молодые наследники, сыновья двух княжеств из трех. Дочерей у них не было. Дед, по праву победителя, захватил их земли, но старых хозяев он оставил в живых, но сослал доживать свои дни в старый замок, где сейчас находится «дом призрения».

Хмурые небеса разверзлись мелким холодным дождем, и мы, надев капюшоны, вскочили на коней и повернули назад. Мы поехали шагом, и я продолжил свой рассказ.

- Хозяева третьей семьи забаррикадировались в своем замке, опасаясь мести моего деда. Их воины вырыли вокруг замка ров и заполнили его водой. Дед мог взять их измором, осадив неприступную крепость, но не стал этого делать. Это было семейство Гарриет, если ты о них слышал. – Орм лишь кивнул, погрузившись в мой рассказ. - Так вот, барон Гарриет решил заручиться поддержкой своего ближайшего соседа, графа Гилмор, на чьих землях находятся преимущественно леса, и графство в основном живет охотой, в том числе на пушного зверя.

- Гилмор? Ты имеешь в виду семью Доротеи? – Орм аж привстал на стременах. Несмотря на холодный ветер, что пришел с моросящим дождем, лицо маркиза разрумянилось, и он словно вообще перестал замечать холод.

- Да, ее, - кивнул я. – Так вот, барону удалось это сделать посредством заключенного брака между его дочерью и сыном графа Гилмор. Не нынешнего, а его отца.

- Ааа, я, кажется, понял! – прокричал Орм, чем вспугнул мужиков на крытой подводе. Те испуганно переглянулись и хлестнули свою старую клячу, спеша разъехаться с нами.

Я уже увидел четыре подобные подводы, стремящиеся в направлении гор. Начался сезон линьки Великих Полозов, после которой они уходят глубоко в пещеры и впадают в спячку до весны. Поэтому поиск чешуек в этот период относительно безопасен, так как нет угрозы быть раздавленным Великим Полозом, стремительно выползшим откуда-то.

Но в горах, даже в середине осени, уже очень холодно, дуют ветра, и если искатель чешуек недостаточно хорошо экипирован, то может запросто замерзнуть насмерть или сорваться с обледеневшего склона.

- Так вот откуда у Доротеи кровь «говорящих с Великими Полозами»!

- Да, всё верно, именно таким образом род графа Гилмор заполучил кровь «говорящих со змеями». И его глава был куда более дальновиден, предпочтя мир с таким соседом, как мой отец. Вскоре у жены его сына родилась дочь, которую, в знак мира и сотрудничества с родом герцога Сантерийского, выдали замуж за моего отца, к тому времени ставшим во главе рода.

Орм резко осадил коня и закружился на месте, удивленно на меня уставившись.

— Это что, твоя мать из рода Гилмор? А Доротея, выходит…

- Нет, мы не родственники по крови. А первая жена моего отца из рода Гилмор не мать мне. У нее так и не проснулся дар, хотя отец возлагал большие надежды на возрождение рода. Через два года у них с отцом родилась дочь, которая также оказалась пуста.

- У тебя есть сестра? Почему я никогда от тебя о ней не слышал? Почему ты ее прячешь? – лицо моего друга раскраснелось, капюшон слетел, но он, похоже, даже не замечал дождя, завившего его густые черные волосы в тугие пружинки.

- У меня нет сестры. Она погибла. Ее мать, жена моего отца, как-то вывезла десятилетнюю дочь в горы. Она надеялась, что при виде Великих Полозов у малышки проснется дар. Но, увы! Этого не произошло, и более того, они обе погибли. Отец так и не смог узнать, как это произошло.

Показались шпили замка, и мы, не сговариваясь, пришпорили коней. Несмотря на теплые непромокаемые плащи, я уже изрядно продрог и мечтал погрузиться в горячую ванну.

Мы галопом доскакали до аллеи и замедлили ход, под еще не сбросившими осеннюю листву вязами дождь почти не ощущался.

Орм бросил на меня нетерпеливый взгляд, ожидая продолжения истории.

- Мою мать отец нашел так же, как я Элею! Моя мать полукровка. Отец женился на ней, но я ее почти не помню. Она умерла, когда я был еще ребенком.

- А как же Доротея? Я уже запутался!

Я улыбнулся, глядя на страдальческое выражение лица друга. - Да, все эти хитросплетения генеалогии кому угодно мозги вскипятят, - хохотнул я, - подожди, уже немного осталось. Так вот, у родителей первой жены моего отца вторым ребенком родился сын. Он и есть нынешний граф Альмод Гилмор! А Доротея — его дочь!

- Ффу! Я аж взмок, стараясь представить в голове все эти хитросплетения родства трех поколений трех семейств! Но, кажется, я понял! Так как первая жена твоего отца, урожденная Гилмор, и ее дочь не имели дара общения с Великими Полозами, то ты решил, что и у Доротеи его нет. Верно?

- Да, так и есть, - подтвердил я, - я был уверен, что произошло его вырождение, поэтому искал себе жену среди полукровок, как и мой отец.

Мы соскочили с лошадей около конюшни, но заходить не стали.

- Тогда я совсем ничего не понимаю! – нахмурился Орм, - если никакой тайны нет, то зачем кому-то понадобилось вырывать эту страницу?

- Хотел бы, и я это знать! – пробормотал я. И, сделав другу знак хранить молчание, вошел в конюшню.

Глава 73. Куда пойти, куда податься?

Элея

Проревев всю ночь в подушку, я проснулась опустошенная, но спокойная. Так сказать, за одну ночь я в ускоренном режиме прошла все стадии принятия неизбежного. Поэтому утро я встретила с четким пониманием, что принимаю сложившуюся ситуацию. Как говорилось в моем прошлом мире: «Не жили богато, нечего и начинать».

И теперь мне лишь хотелось как можно быстрее решить вопрос с моим переездом. Само собой, чтобы зимой жить в горах, и думать было нечего! Я там долго не протяну, даже при наличии теплых вещей, нескольких красных чешуек и провизии. Дождаться помощи, потерпев холод несколько дней, еще возможно, но прожить несколько холодных и снежных месяцев, конечно же, нет. Да и, собственно, незачем. Полозы все равно уходят глубоко под землю и спят до апреля.

Моя Шушечка тоже впадет в спячку. Уже сейчас по ней было видно, какая она сонная и вялая. Нам бы вполне подошел небольшой дом вблизи гор. Я устрою в нем для моей змейки уютное местечко, а уж весной отправимся с ней в горы знакомиться с ее родственниками.

Пока я так размышляла, успела умыться и одеться. В дверь гостиной постучали особым образом, и сердце встрепенулось от радости. Этого человека я была рада видеть всегда, при любых обстоятельствах и в любом настроении!

- Доброе утро, егоза! Доброе утро, Шуша, где бы ты ни была! – Бьерн, скрипя своей кожаной амуницией на широких плечах, вошел в гостиную, сразу как-то заполнив ее собой.

- Доброе утро, Бьерн! – я вышла из гардеробной и повернулась к нему спиной, - застегни, пожалуйста!

Мужчина смущенно хмыкнул, дернув себя за длинный белый ус, но все же выполнил мою просьбу.

- Ты просто так ко мне в гости? Или по делу? – поинтересовалась я, внимательно вглядываясь в его лицо и уже понимая по смущенному взгляду старого вояки, что по делу.

Сердце тут же кольнуло неприятное предчувствие, что он пришел явно по поручению герцога. Так, собственно, и оказалось.

В дверь стукнули, и тут же зашла горничная, неся поднос с завтраком.

- О, леди, я не знала, что вы не одни! – пискнула девчушка. – Я сейчас принесу еще один прибор! – быстро составив на стол, тарелочки с гренками, паштетом, маслом и чем-то еще, подходящим для намазывания бутербродов к чаю, служанка ушла.

- Элея, герцог просил, чтобы ты дала ему почитать тот самый фолиант, где находится описание всех аристократических родов нашего континента.

Я кивнула и направилась в свою спальню. Что-то уточнять или язвить по этому поводу я не собиралась. Я прекрасно понимала герцога, мне тоже сейчас было бы неловко его видеть. Да и говорить, собственно, тоже было уже не о чем. У него законная жена и будет ребенок! И даже не важно, проявится у малыша дар или нет. Это будет законный наследник этих земель, и этим все сказано!

Фолиант я Бьерну отдала и принялась сосредоточено намазывать на гренки, принесенные служанкой вкусности, между нами повисла пауза.

- Ты все же решила уехать? – гулкий бас старого воина разорвал неловкую тишину.

- Конечно! А какие еще варианты? Неужели ты думаешь, я буду жить здесь приживалкой? Да и в качестве кого? Любовницей герцога я не буду, это однозначно! – после этого моего высказывания мужчина покраснел и отвернулся. Я про себя хмыкнула. Надо же, старый вояка, а от такой ерунды, произнесенной вслух, смущается.

- Нет, ну почему сразу ль…, лю…, - Бьерн так и не смог сказать вслух слово «любовница».

- Хорошо, я тебя поняла! Приживалкой быть меня тоже не устраивает! И ты прекрасно понимаешь, что молодая герцогиня мне проходу не даст! И хорошо, если она только скандалить будет и обвинять меня в непотребстве, так ведь может кого из слуг подговорить, чтобы мне яду в еду подсыпали!

Бьерн, протянувший было руку к гренке с мясным паштетом, тут же ее отдернул. Я засмеялась, вдруг ощутив, как на душе почему-то стало чуть легче. Все же смех — это лучшее лекарство!

- Не бойся! Подозрения и один скандал еще не повод кого-то сразу травить. Тем более, думаю, она не вполне уверена в своих подозрениях, так как с нами здесь был ты. А вот в будущем… - я пожала плечами и вздохнула. Бьерн понимающе кивнул и все же насмелился закинуть себе в рот гренку.

В дверь стукнули, и вошла служанка с приборами для Бьерна.

Когда она ушла, мужчина все же поинтересовался моими дальнейшими планами, куда я планирую пойти и чем хочу заняться.

Я рассказала ему о своих ближайших планах, и он задумался.

— Значит, домик, говоришь? Да поближе к горам? Даже и не знаю. Люди боятся селиться вблизи подножья гор. Все время есть риск, что твой дом окажется на пути Великого Полоза. Они не злые, нет! Просто очень большие! Ползают быстро, несмотря на их размер, а вот видят плохо, тем более таких букашек, как мы! А дома наши сверху им вообще напоминают большие валуны.

- Неужели ничего нельзя придумать? Шушечке нужен перлит! Обязательно он сейчас ей нужен, перед осенней линькой, и чтобы без вреда для здоровья пережить в спячке несколько месяцев, - я растерялась от таких новостей и с беспокойством бросила взгляд в сторону спальни, где на своем пригретом месте, на одеяльце, ждала меня Шуша. Я обещала после завтрака сходить с ней в парк.

Бьерн нахмурился, пожевал губами.

- Знаешь, есть один вариант. Но не знаю, устроит ли он тебя и согласится ли Его светлость?

- Говори! – я аж подалась вперед, с силой сжав под столом кулачки и надеясь на чудо.

- Старый замок, в котором содержатся неудобные родственники.

- Что? Ты говоришь про «дом призрения»? Про «сумасшедший дом»? Так выходит, ты знаешь, кого на самом деле там держат?

- Знаю, дочка, знаю. – Мужчина потупился и ссутулился, словно это знание легло на него тяжелым грузом. – Этот замок изначально и задумывался как последний приют для потерявших разум людей. Но потом туда тайком стали свозить неугодных родственников…

- И что, с этим никто не боролся? – не выдержав, я перебила его.

- А с чем бороться? Родственники не жаловались, за их содержание платили… Ситуация, не спорю, ужасная! Но ведь с ними могли расправиться как-то иначе, тайком… Ты меня понимаешь? – мужчина нагнул голову, серьезно и с намеком глядя мне в глаза.

- Конечно понимаю, - тяжело вздохнула я. – Нет в жизни справедливости. Миром правят сила и деньги. Вот бы открыть приют для таких обездоленных! Чтобы они могли там жить и работать, приносить пользу всем, кто с ними вместе проживает! Повариха будет готовить, столяр – делать мебель, каменщик – производить необходимый ремонт старых стен замка… - я замолчала, мечтательно уставившись в потолок и представляя, как бы я могла там все обустроить.

- Ты невероятная! – эта шепотом произнесенная фраза заставила меня вздрогнуть. Я подняла глаза и увидела герцога, стоявшего в проеме двери и с восхищением на меня смотрящего. – Прошу прощения, что прервал ваш разговор! Но я за тем и зашел, чтобы поговорить с тобой о том, где бы ты желала проживать. Я услышал. Этот замок будет твоим!

- Что? – я аж встала с места, не веря своим ушам.

- Я, пожалуй, пойду, - смущенно пробормотал Бьерн, поднимаясь с диванчика.

- Сиди! Хотя нет. Пойдешь сейчас со мной! Нужно составить список всего необходимого для комфортного проживания в замке, Элеи.

- А как же люди? – пискнула я собиравшемуся уходить герцогу.

- Люди? – обернулся он. – Но за их содержание платят их родственники!

- Что? Они платят за то, чтобы их родных держали в темном подвале в клетках, как диких зверей? – мои щеки горели от возмущения, а ногти впивались в ладони. – Меня тоже собирались туда перевести! Только директриса решила на всякий случай выждать с неделю на тот случай, вдруг ты передумаешь и вернешься за мной. А потом она сказала, что отправит меня тоже туда, в подземелье, ко всем остальным!

- Этого не может быть! Она что, сама тебе это сказала? – Элиас вернулся в гостиную и с волнением ждал моего ответа.

- Нет, не мне. Я случайно подслушала ее разговор с попечителем этого заведения. Но… неужели вы никогда не проверяли, как содержатся эти люди?

- Конечно, проверял! И не единожды! Но каждый раз, когда мы приезжали, проживающие в этом замке отказники находились не в подвале, а в комнатах второго и третьего этажей, по одному или по два человека. И каждый раз они говорили, что всем довольны!

Я лишь покачала головой и тяжело вздохнула.

- Ваша светлость! Наверняка в вашем окружении есть человек, который доносит директрисе о готовящейся проверке, и они успевают перевести людей наверх.

- Великий Полоз! – рыкнул герцог, стиснув зубы. – Хорошо, Элея, я тебя услышал! Этот замок будет твоим! А с происходящим в нем я разберусь раз и навсегда! Подготовь список всего необходимого по твоему мнению и передай его потом Хуго, я предупрежу мажордома. В самое ближайшее время все будет готово к твоему переезду.

- Элиас! – окликнула я герцога по имени, снова задержав уже в дверях. – Поспеши, пожалуйста! Шуша слабеет здесь!

Герцог кивнул и, смерив меня долгим грустным взглядом, вышел вслед за Бьерном.

Глава 74. Путь в неизвестность

Элея

Следующие три дня были полны волнительных хлопот. Я вспоминала, каким мне показался старый замок, известный многим под названием «Дом призрения», особенно его внутреннее убранство.

Ну что сказать, если коротко, я могла бы это выразить фразой: «мрачно и холодно». Да и как могло быть иначе, камень он и есть камень. И как можно обогреть эту громадину, честно говоря, у меня идей не было.

Сам замок расположен среди холмов, покрытых травой да хилым кустарником. Лес же находится далеко, и заготовка топлива на зиму в таком случае будет очень затруднительной.

Ну, это уже, видимо, придется решать на месте самим. Оставалось надеяться, что среди сосланных, одаренных есть люди с полезными для нашей будущей общины способностями.

Список необходимых вещей мы составляли вместе с Бьерном. Причем он меня подбивал писать как можно больше всего, убеждая, что герцог очень богат и ему это ничего не будет стоить. И вообще, по сути, он дает мне развод, а потому должен всем обеспечить, и это будут своего рода откупные.

Кроме тканей, из которых я планировала нашить с помощью женщин как можно больше вещей, в список вошли: посуда, постельные принадлежности, чешуйки для воды и тепла, кое-какая мебель на первое время и даже ковры, чтобы хоть как-то дополнительно утеплить спальные комнаты.

В хозяйственных помещениях и кладовых в эти дни тоже была суета. Главная повариха чуть не с половником наперевес отвоевывала продуктовые запасы. Но все же Хуго на нее хорошенько рявкнул, что очень не вязалось с его эдаким плюшевым обликом, и напомнил, что все эти запасы принадлежат Его Светлости, а не ей.

Мне все это не очень нравилось, но я не вмешивалась. Ведь когда я приеду в замок, то мне придется взять на себя заботу о пропитании проживающих там людей. И вот что-что, а продуктов в том пустом месте взять будет неоткуда.

Итак, я готовилась к большому переезду. Я понимала, что взваливаю на себя большую ответственность, но в то же время я там буду хотя бы не одна. И заботиться стану вовсе не о малых детях, а уж взрослые обитатели замка, надеюсь, смогут вполне о себе позаботиться. Но только мне придется их организовать.

У меня, конечно же, нет такого опыта, но зато в памяти есть бесконечные наставления моего отца и его личный пример, так что я надеялась справиться.

Был во всех этих сборах и веселый момент! Я теперь уже открыто ходила по замку с Шушей на шее, положив ее на свои плечи, как пестрый, поблескивающий шарфик. И очень интересно было наблюдать за реакцией людей. Кто-то с благоговейным страхом шарахался в сторону, кто-то просто удивленно смотрел. Но в основном люди восхищались моей Шушенькой, охая и ахая, глядя на ее мерцающую, словно россыпь самоцветов, шкурку.

И лишь единственный человек, кто буквально шипел, словно ядовитая змея, при виде нас, так это молодая герцогиня! Она, как привидение, бродила по замку, оказываясь там, где находилась я. Но что было самое смешное, она старательно выставляла напоказ свой еще не существующий живот.

Возможно, Доротея просто сняла корсет и выпятила живот, или даже что-то подложила под платье, но, так или иначе, ее фигура заметно округлилась. И к тому же ходила она осторожно, словно несла хрупкую хрустальную вазу, демонстративно держа руки на животе.

Она скользила, словно тень, пристально следя за мной и больше не говоря ни слова. Мне показалось, что герцогиня просто поменяла тактику, но не поменяла своего мнения на счет того, что между мной и ее мужем что-то есть.

Может, она ничего и не затевала, но меня все время кто-то сопровождал, но чаще всего Бьерн. Более того, я даже попросила его при герцогине время от времени называть меня дочкой, чтобы немного сбить ее с толку. В любом случае, я считала, что правильно поступила, решившись уехать.

Но вот наступил час икс! А именно день отъезда. Я поднялась спозаранку и, поплескав себе в лицо холодной водой, с замиранием сердца надела свою обновку. За три дня вновь присланный ко мне портной вместе со своими подмастерьями успели мне сшить несколько комплектов удобных теплых вещей, что чудесно мне подойдут, что на осень-весну, что на зиму.

А что лучше всего, эти все шубки, жилеты, кофты, юбки и… штаны можно совмещать, делая из них чудесные комплекты! И да, думаю, именно штаны произведут фурор, так как данный элемент одежды носили исключительно мужчины.

Но для меня главное — благополучно доехать до места назначения и не заболеть. Ведь это не то, что верхом за несколько часов покрыть расстояние до старого замка, колесный транспорт будет нас здорово тормозить!

Благодаря щедрости герцога на заднем дворе выстроилась целая вереница тяжело груженых подвод, а они будут тащиться медленно, так что как пить дать придется заночевать под открытым небом!

Я немного не успела, не получилось подгадать и вовремя согласовать с герцогом мой отъезд. Еще пару дней назад ласково светило осеннее солнце, балуя всех последним теплом, и вот уже задул холодный ветер, а лужи за ночь покрывались тонкой корочкой льда.

Одевшись в заранее приготовленный наряд, я окинула быстрым взглядом опустевшие вешалки в гардеробной комнате и пожала плечами. Говорила же оставить платья здесь! Ну на какие балы ходить мне в той глуши? Ну да ладно, думаю, в том огромном замке найдется комнатка и для моих нарядов, буду иногда заходить, любоваться на них.

Гостиная удивила меня отсутствием с вечера упакованных узлов и даже мебели! И куда они погрузили диванчики? Лучше бы перину с кровати взяли! Я устроила сонную Шушу в складках теплого одеяла и, взяв на руки эдакий кокон, вышла из теперь уже не моих покоев.

Пройдя по пустым гулким коридорам, удивилась отсутствию слуг, обычно шустро снующих в разных направлениях, подобно суетливым муравьям. Но зато и Доротею не встретила, что посчитала хорошим знаком.

Огромные тяжелые двери замка распахнулись передо мной в последний раз, и я аж рот открыла от удивления. Из-за угла замка, с хозяйственного двора, одна за другой выезжали высоко груженые крытые повозки. Всего я их насчитала одиннадцать! Да, щедрость Его Светлости поистине не знала границ.

Внизу, у основания лестницы, толпились все слуги замка. Неожиданно глаза защипало, и по щекам побежали непрошенные слезы, настолько неожиданно приятно было видеть, что меня вышли проводить все!

Я, конечно же, не успела за столь короткое время со всеми подружиться, но завязать вполне себе приятельские отношения получилось. Люди дарили мне мелкие, но полезные в хозяйстве вещи, благодаря за то, что я решила самоотверженно отправиться в эту глушь и ухаживать за сирыми и убогими!

Мне стало немного неловко, так как изначальная цель моего переезда в тот замок вовсе не основывалась на благотворительности, но, так или иначе, я собралась взять заботу о проживающих там людях на себя, поэтому просто улыбалась и благодарила всех за подарки.

Кто-то тронул меня за локоть, я обернулась. Это был Бьерн, и он тоже оказался одет по-походному.

- Все, Элея, пора в путь! – грустно улыбнулся он, подавая мне поводья моего Орлика и забирая сверток с Шушей.

Я радостно вскрикнула и порывисто обняла своего коня, прижимаясь к его морде щекой.

- Как же я по тебе соскучилась! – радостно потрепала я его по холке и вынимая из кармана заранее приготовленную для такого случая морковку.

Орлик тут же довольно захрустел ею.

- А меня никто не обнимет на прощанье? – тихий хрипловатый голос заставил меня вздрогнуть.

- Ну, я, пожалуй, пойду размещу Шушу в подводе! – сообщил Бьерн и деликатно удалился, оставив меня с герцогом один на один.

Ну как один на один, неподалеку все также толпились слуги, с любопытством поглядывая в нашу сторону, поэтому разговаривали мы на пионерском расстоянии и с каменным выражением на лице, хотя глаза говорили за нас сами.

- Элея, надеюсь, в подводах ты найдешь все необходимое для относительно комфортной жизни, а также еду на первое время. Раз в неделю я буду вам отправлять свежие продукты.

- Но как же? У меня же нет денег, чтобы их оплачивать! – растерялась я.

- Деньги не нужны! Я теперь буду единственным попечителем «Дома призрения» и буду снабжать его всем необходимым. Затем он поднял руки, в которых была толстая кипа бумаг. – Здесь все необходимые документы. Есть и документ о праве собственности на замок. А еще… - Мужчина опустил голову и на мгновение замолчал. – А еще, кроме документа, подтверждающего, что твое погребение признано ошибочным, есть и… Свидетельство о нашем разводе. Он отвернулся и последнюю фразу произнес совсем тихо. – Возьми. Ты свободна. - Протянул он мне стопку документов, так и не повернув головы, но я увидела, как заиграли желваки на его скулах.

- Давайте мне, я их положу около Шуши, пусть охраняет! – хохотнул вернувшийся Бьерн, а потом тихо добавил: - Ваша Светлость! Не оборачивайтесь! Там ваша супруга вышла на балкон! Подхватив бумаги, он снова удалился.

Элиас, кивнув, бросил на верного слугу благодарный взгляд и, посмотрев на меня, хрипло произнес:

- Счастливого пути и обустройства, Элея! Бьерн поедет с тобой и останется на время. Во всяком случае, пока ты не освоишься. Также я отправляю с вами пятнадцать гвардейцев, а то уж больно ваш караван лихим людям может богатой добычей показаться. Во второй подводе, туда, куда Бьерн разместил маленького Полоза и документы, имеется достаточный на первое время запас чешуек, и еще там твоя постель, - улыбнулся мужчина, чуть смутившись. – Надеюсь, ночевка в ней будет уютной! Каждую неделю пиши список того, что вам необходимо, будешь передавать с возницей, который продукты будет вам привозить. И… Я буду к вам приезжать… С проверкой! Усмехнулся он и, резко развернувшись, не оглядываясь ушел.

- Элея! Доротея смотрит! – одернул меня Бьерн. - Прошу! - указал он на Орлика.

Я ловко вскочила в мужское седло, хваля себя за чудесную задумку. Ногам в теплых штанах было очень уютно, а в длинной юбке с высокими разрезами по бокам, сидеть в мужском седле не представляло никаких сложностей.

Слуги охнули, увидев чудную одежду. Похоже, в ближайшее время им будет о чем посудачить скучными холодными вечерами.

- Н-но-о! А ну, пошла! - Громко скомандовал передний возница, трогаясь с места.

Вслед за ним сдвинулась с места и вся процессия, по бокам которой гарцевали бравые вояки. Я слегка ударила коня пятками, посылая его вперед, рядом со мной ехал верный Бьерн. Мне очень хотелось обернуться, но я сдержалась, ощущая между лопаток тяжелый взгляд. Вот только чей, самого герцога или его молодой жены, я так и не поняла. Единственное, что мне грело душу в пути к неизвестности, что он обещал приезжать!

Глава 75. Узники концлагеря

Элея

Несмотря на тревожные мысли в начале пути и неопределенность, сама поездка оказалась довольно легкой. Бьерн не давал мне заскучать, выспрашивая у меня все новые подробности того, что я запомнила во время пребывания в «Доме призрения», пока до меня, наконец, не дошло, что он все это делает, чтобы меня отвлечь.

- А ты, пройдоха! Зубы мне заговариваешь! – замолчав на полуслове, возмутилась я, легонько стеганув мужчину поводьями. Но Бьерн только рассмеялся, и его конь, дробно стуча копытами, унес всадника в самое начало процессии.

К обеду распогодилось, и я даже скинула легкую шубку, накрыв ею Шушу. Моя змейка чувствовала себя неплохо, но только была вялой, так как приближалось время спячки Великих Полозов, и она это тоже чувствовала.

- Шуша, а ты не знаешь, как правильно нужно устроить место для твоего зимнего сна? – Я ехала позади второй подводы и смотрела на выглядывающую из-под моей шубки, переливающуюся красочными искорками головку Шуши.

- Нет, не знаю. Но, думаю, это должно быть уютное, теплое и темное место. Кушать хочется, - добавила она без перехода.

- Мышек?

- Да. То есть, нет. Не знаю, - в голосе змейки я услышала непривычную растерянность. Да уж. Инстинкты инстинктами, а элементарное обучение младшего родича старшим нужно обязательно!

- Ладно, отдыхай, сделаю тебе на зиму уютную норку!

***

Едва закат раскрасил линию горизонта, наш «караван» остановился. Но, видимо, это место было выбрано не случайно, похоже, что именно около пересекавшей наш путь реки и планировалось разбить лагерь. Тем более, что вода для коней уже закончилась, и бедные животные явно хотели пить.

Едва возницы распрягли их, лошади буквально ломанулись к воде. Расседлав своего Орлика, его я тоже отпустила напиться и попастись. Несмотря на то, что ночами небольшой мороз уже два-три раза прихватил оставшуюся чахлую траву, кони находили ее вполне съедобной. И тут передо мной встала еще одна проблема: чем кормить зимой немногочисленных коней, которые останутся при замке?

Я честно призналась самой себе, что уже не очень уверена в своих силах по поводу того, что смогу наладить быт множества людей в старом холодном замке. Благо бы еще лето было на дворе, а то так и времени для обустройства совсем не остается. Но делать нечего, позади надежно занятое место супруги герцога, а значит, вперед и только вперед! Тем более, что со мной едет Бьерн, что уже гарантирует мне серьезную помощь!

Постаравшись больше не забивать себе голову тревожными мыслями, я с удобством расположилась у одного из костров. Бьерн заботливо укутал меня по самую макушку теплым одеялом и принес самый нежный, исходящий соком кусок жареного на огне мяса.

Мне кажется, это был самый вкусный шашлык в моей жизни! А постель в кибитке под полотняным навесом — самая теплая и уютная! Шуша покинула свою нагретую норку и привычно устроилась у меня на груди. Я же, укрывшись теплыми одеялами по самые уши, неожиданно быстро уснула, убаюканная тихим потрескиванием костров и ароматом горящего дерева.

Утром, с неохотой покинув теплую постельку, я снова надела шубку, а Шушу оставила в нагретых нами одеялах. Наскоро перекусив холодным мясом, я вскочила на оседланного Бьерном Орлика, и наш «караван» двинулся к реке.

Я остановила коня у кромки песчаного пляжа и со страхом смотрела на быстрое течение реки. Как я узнала от старого воина, это была все та же река «Пограничная», которая широкой дугой огибала земли герцога Сантерийского, и нам предстоит перейти ее вброд.

Я вспомнила, как переплывала через нее, спасаясь от преследования, и меня передернуло. Переплывать широкую, с быстрым течением, да еще и при примерно нулевой температуре воздуха реку смерти подобно! А как переправлять подводы?

Но, как ни странно, кроме меня об этом никто не волновался. Решив довериться знающим людям, подъехала к реке, когда уже первая подвода, не сбавляя хода, въехала в воду.

Я остановила Орлика и с волнением наблюдала за тем, как колеса крытой телеги, словно жернова, молотят по пенным барашкам реки, каждую секунду ожидая, что они вот-вот провалятся в глубину и подвода со всем добром перевернется.

Но… Она спокойно ехала вперед, и вот уже вслед за ней въехала подвода с Шушей. Я испугалась за свою змейку! Кто знает, что может случиться при дальнейшем продвижении к середине реки? Ударив коня пятками, я буквально влетела в реку с твердым намерением вытащить из подводы свою змейку и засунуть ее за пазуху.

Но, поравнявшись с ней, с удивлением увидела под копытами коня желтый песочек! Оказывается, здесь на самом деле очень мелко! Вода поднималась лишь немного выше копыт Орлика.

- Здесь только во время ливней или таяния снега в горах бывает глубже, а так и малый ребенок почти ног не замочит! – меня догнал Бьерн и указал вперед. – Видишь? Во-он там. Уже и замок твой показался!

- А где та деревня, где я пряталась после побега?

- А она на этом берегу. Вот если бы мы сейчас поехали вдоль берега, то к обеду были бы там.

- Ох! Бьерн! Мне очень нужно туда! – я с мольбой посмотрела на старого вояку, ощущая себя маленькой девочкой, выпрашивающей у отца новую куклу.

— Вот устроимся на новом месте, и съедим с тобой вместе! – усмехнулся он в усы.

Наконец, замок предстал перед нами во всей своей красе! Если не думать о том, что в его стенах в ужасных условиях содержатся люди, то со стороны он выглядел вполне даже уютным.

- Бьерн, а как же директриса этого заведения? Ее предупредили, что теперь я хозяйка этого замка?

- Кого? Эйре Стафанию? – седые брови мужчины удивленно взметнулись. – Да ее с позором изгнали оттуда, да отправили в острог для дознания! Я думал, Его Светлость тебе все об этом рассказал!

- Нет, не рассказал, - тихо ответила я, стараясь не показать вид, как резко испортилось у меня настроение при упоминании о герцоге.

- Ну да. Ну да. Жена Его Светлости за каждым его шагом следила! Как же тут спокойно поговорить? – закивал он головой.

- За его? А я-то думала, что за моим! Да я пойти никуда не могла, не встретив эту белобрысую, со сложенными ручками на выпяченном животике! – возмутилась я.

Бьерн широко открыл глаза, уставившись на меня, а затем каменные стены замкового двора огласил его громогласный хохот.

Я огляделась. Двор был пуст. И хотя в такую погоду вряд ли нашлись бы праздно шатающиеся, но я все же ожидала увидеть хоть кого-то.

- Бьерн, а где люди, что содержались в подвалах? Неужели они все еще там? – ужаснулась я.

- Да что ты! Конечно же нет! Его Светлость тут же приказал всех выпустить. Наверное, разбрелись по комнатам в ожидании новой хозяйки.

Мы подъехали к ступеням высокого крыльца и спешились.

- Ну, иди, хозяйка! Зови своих подопечных подводы разгружать! – подмигнул мне Бьерн, - а я пойду лошадей под крышу отведу. Хорошо, что мы с собой овса взяли, что-то сомнительно, что мы здесь им корма найдем.

Я огляделась. Возницы и гвардейцы деловито распрягали коней и обтирали их бока сухой ветошью.

- Хозяйка! – ко мне сзади подошел один из возниц, и я невольно вздрогнула от неожиданности. – Ваша Светлость! Меня с вами отправил Его Светлость в качестве повара на первое время. Вы позволите разжечь здесь костер?

- Костер? Здесь? – я удивленно огляделась. – Так зачем здесь, на холоде готовить да морозиться? В замке кухня есть. Подождите, пока не разжигайте костер! – с этими словами я с уверенным видом поднялась по каменным ступеням, хотя в душе этой уверенности не испытывала. Волей-неволей вспомнилось, как меня, связанную, буквально вытащили из черной кареты и, подталкивая, повели по ним.

Приложив усилие, я открыла тяжелую створку двери и вошла в пустой холл. Мои шаги гулко разносились под каменными сводами. Вдруг позади меня кто-то тоненько чихнул. Я вздрогнула и резко обернулась. Буквально у самого входа, сжавшись в тесную кучку, сидели истощенные люди. Они смотрели на меня испуганно и как-то обреченно.

- Почему вы здесь? – невольно произнесла я.

Из человеческой кучи встал заросший бородой мужчина лет сорока.

- Госпожа! Прошу вас! Не выгоняйте нас в зиму на улицу! Среди нас есть дети! Да и женщины долго не продержатся. Нам некуда идти!

Я удивленно открыла рот и захлопала глазами.

- Да вы что? Как вы могли о таком подумать? Никто не собирается вас выгонять! Наоборот! Его Светлость прислал вам теплую одежду и еду! Встаньте!

Люди тут же подчинились, они, пошатываясь, поднимались, помогая встать тем, кто слабее их. Мне это понравилось. Эти люди, несмотря на свое бедственное положение, с готовностью приходят на помощь друг другу! А это значит, есть надежда, что мы сможем здесь организовать дружную общину!

Я внимательно оглядела людей. Ветхая, грязная и сильно поношенная одежда мешковато сидела на их исхудавших телах, щеки ввалились, а под казавшимися огромными глазами залегли глубокие тени.

Я с трудом проглотила комок в горле и прикусила до боли губу, лишь бы не расплакаться от жалости прямо при этих людях. Невольно вспомнились те жуткие кадры из документальной хроники Великой Отечественной войны, на которых показывали узников концлагерей! От тех людей этих отличала, пожалуй, лишь одежда.

Пауза явно затянулась. Люди стояли молча, покачиваясь от слабости и ожидая, что же я им скажу дальше. Я знала, что ораторство — это не моя сильная сторона, но этим измученным людям и не нужны долгие красивые речи, им бы только немного тепла и поесть.

Еда! Конечно, что же я время теряю!? Я скрипнула зубами от злости на себя и, расправив плечи, начала командовать.

- Так, есть среди вас хоть несколько человек, кто мог бы немного помочь с разгрузкой продуктов и теплых вещей? – я удивленно распахнула глаза, когда, пошатываясь, вперед шагнули… все!

Я снова с трудом сглотнула, снова еле сдерживая слезы. Раньше я не замечала за собой подобной сентиментальности. Хотя… меняются жизненные ситуации, меняемся и мы.

- Прошу выйти вперед мужчин!

Вышло семь взрослых мужчин и два подростка. Да, женщин здесь больше. Я еще раз внимательно осмотрела их одежду и вздрогнула. В их тонком дырявом рубище людям явно было холодно даже здесь, в неотапливаемом замке, а на улице почти мороз.

- Ждите здесь! – бросила я им и, развернувшись, быстро вышла на улицу.

Гвардейцы и Бьерн, успев устроить лошадей, стояли в ожидании моего возвращения. Все еще будучи под впечатлением от увиденного, я уже без всякого смущения подошла к мужчинам.

- Ну, Элея, что там? Нашла ты этих… затворников? «Они собираются разгружать подводы?» — спросил за всех Бьерн.

- Нашла. Собираются, — ответила я глухо.

- Что-то не так? — нахмурился он, о чем-то догадавшись по моей реакции.

- Все не так. Да вы сейчас сами увидите. Прошу вас в первую очередь отнести в замок теплую верхнюю одежду. Им совершенно нечего надеть. А там… там видно будет, насколько они смогут нам помочь.

Гвардейцы удивленно переглянулись и пошли за вещами.

- Элея, тебя кто-то из них обидел? «На тебе лица нет!» — спросил Бьерн, внимательно на меня посмотрев.

Я нервно хихикнула.

- Да им сейчас не по силам будет и комара обидеть!

- Я тебя не понимаю, — нахмурился мужчина.

- А ты сам не видел этих людей, когда вы с герцогом сюда приезжали в последний раз?

- Да нет, как-то не пришлось, я конвоировал в острог директрису.

- Да, острог — это самое подходящее для нее место! — скрипнула я зубами и сжала кулаки. — Да чтобы сидеть ей в самой темной камере и питаться лишь раз в день глотком воды и маленьким кусочком сухого хлеба!

- Дочка, я что-то не припомню за тобой такой жестокости! – улыбнулся Бьерн, но его глаза были серьезны.

- А я не припомню, чтобы когда-нибудь видела что-то подобное! Да, собственно, что это я? Пойдем, сам посмотришь! – и решительно направилась в замок, по дороге ухватив за локоток возницу, представившегося поваром. – Идемте! Сейчас найдем вам кухню, а потом и продукты принесем! Наварите каши с мясом, но бывшим узникам замка давать будете маленькими порциями! Запомните! Это важно! – Мужчина часто закивал.

Вереница гвардейцев и возниц гуськом осторожно протиснулась в дверь, неся охапки теплых вещей.

- Бросайте прям сюда! – Указала я на пол, так как ни одной скамеечки или другого возвышения в холле не наблюдалось.

Кто-то из гвардейцев присвистнул.

- Мама дорогая!

- Да какое им разгружать?

- Что за изверг смог с вами такое сотворить? – Вперед шагнул Бьерн, стаскивая с головы капюшон и ошарашенно разглядывая истощенных людей.

- Теперь ты меня понимаешь… - прошептала ему я.

- Не то слово!

- Так, разбирайте, пожалуйста, теплую одежду! Не важно, кто что возьмет, лишь бы согрелись. У кого есть хоть немного сил, могут помочь с разгрузкой хотя бы продуктов. Это, конечно же, касается мужчин. – Произнесла я и сделала паузу, чтобы убедиться, что все меня поняли. – Часть женщин идут на кухню помогать с приготовлением ужина приехавшему повару, остальные поднимайтесь на второй этаж, ищите для себя комнаты почище и попросторней. Думаю, наши бравые гвардейцы самостоятельно устроятся на ночлег.

Те в ответ вразнобой задорно что-то прокричали.

- Сегодня ночевать будем кучно, чтобы было теплее. Сейчас принесут матрасы и одеяла, ляжете вповалку на полу. Мужчины в одной комнате, женщины в другой! У меня есть красные чешуйки, так что, надеюсь, сегодня всем будет тепло.

Я оглядела притихшую аудиторию. Судя по появившемуся в глазах бывших узников блеску, они хоть немного воспряли духом и поверили в лучшее будущее. Бедные люди!

- На сегодня все! Приступаем!

Люди загомонили. Гвардейцы, оглядываясь на еле передвигающихся истощенных людей, потянулись к выходу. А бывшие узники, пошатываясь, спешили взять теплую одежду. И тут невольно подумалось, что, несмотря на голод и холод, люди не выглядят больными, ведь за все время общения ни один даже не кашлянул! Как такое вообще возможно!?

Кстати, а где маленькая девочка лет трех-четырех, которую я заприметила в толпе? Тут за мою шубу кто-то дернул. Я опустила взгляд вниз и как раз ее-то и увидела. Малышка смотрела на меня не по-детски серьезным взглядом синих глаз. Несмотря на ветхую одежонку, она не выглядела сильно истощенной. Хотя… ясно же, что взрослые делились с ребенком последними крохами.

- Эйре! А что делать с ним? – Малышка показала худеньким пальчиком куда-то в темный угол. Я сделала несколько шагов и увидела мужчину, лежащего прямо на голом каменном полу.

Я ахнула! В первое мгновение мне показалось, что он мертв, но потом заметила, как еле заметно поднимается его грудная клетка при каждом вздохе.

- Что с ним? – Я посмотрела на девчушку, наивно смотревшую на меня большими глазами, и поняла, что здесь понадобится кто-то взрослый.

Я подозвала ближайшую ко мне женщину и указала на лежачего.

- Он болен?

- И да, и нет, - странно ответила она. – У Эвана дар врачевания. Только благодаря ему никто не умер и серьезно не заболел. Но зато он сам теперь…

- Поняла, можешь идти!

Женщина ушла, уведя с собой малышку, а я нашла Бьерна и рассказала ему о лежачем больном.

- Все ясно, - кивнул он. – У него и без того было мало сил от голода, а он еще и последние больным людям отдавал.

— Он умрет? — Я с тревогой наблюдала за несчастным, ловя каждое его дыхание по едва заметному движению его грудной клетки.

- Будем надеяться, что нет, - нахмурился Бьерн. – Но его придется завтра же с утра везти в замок к Его Светлости. Сюда лекаря мы уже не успеем привезти. Ты справишься здесь сама? А я тогда завтра сам его сопровожу и сразу вернусь? Заодно расскажу герцогу про ужасы, которые здесь учинила над людьми эта… эта… Стафания! – Произнес он как ругательство.

- Да, как раз, пусть она еще расскажет, куда дела деньги, которые ей платили родственники за содержание не нужных им родных. Пусть и немного они давали, но уж явно не на одну корку хлеба в день! – Рыкнула я, сжимая кулаки. – Эти денежки нам здесь очень бы пригодились! – Столько всего нужно сделать! – Мечтательно закатила я глаза, уже представляя, что я здесь наворочу! В хорошем смысле этого слова!

Бьерн усмехнулся.

- Хорошо, обязательно передам! Вот нам бы только живым довезти этого бедолагу! – Обернулся он на лежащего без сознания мужчину.

Гвардейцы уже положили того на большую шкуру какого-то животного и со всеми возможными предосторожностями понесли на второй этаж.

- Разместите его в отдельную маленькую комнату! – Крикнула я им вслед и добавила уже для Бьерна: - А нам с Шушей предстоит сегодня ночное бдение.

Мужчина понимающе кивнул и отправился помогать гвардейцам разгружать подводы. Совсем еще недавно пустой холл наполнился нагромождением мебели, ковров, котлов и других необходимых для жизни вещей.

А я, пожалуй, спущусь за Шушей и запасом чешуек! – Сказала я сама себе и накинула на голову капюшон.

Глава 76. Новости из "Дома призрения"

Герцог Сантерийский

- Так значит, у вас там все хорошо? Ну, для начала, конечно, - я смотрел на обедавшего Бьерна, ожидая от него ответ. Лишь когда мы оставались наедине, могли отбросить всякие условности. Поэтому мой старый учитель воинского дела и правая рука мог сидеть в моем присутствии.

- Да, Ваша Светлость, добрались мы хорошо! Лишь один раз вдалеке я увидел троих всадников. Они на миг остановились, посмотрев на нас, и ускакали. Совсем не обязательно, что это были грабители, но, если и они, с нами связываться точно побоялись.

Я налил в кубки вино и один поставил перед Бьерном.

- Ваше здоровье! Ваша Светлость! – поднял он свой кубок и с удовольствием отпил. – Благодарю за быстрый и горячий обед! Признаться, в дороге я изрядно продрог. Очень уж неожиданно налетела эта метель, думается мне, ранняя будет зима в этом году и суровая. – Как вы думаете, поднял он на меня взгляд, не донеся до рта ложку, выживет этот бедняга?

- Надеюсь. Я вызвал обоих лекарей. Они по очереди будут подпитывать его энергией, - я в задумчивости прошелся по кабинету, вспоминая о том, что мне поведал мой верный слуга. – Значит, ты говоришь, люди были сильно истощены, и среди них не было ни одного сумасшедшего?

- Так и есть, Ваша Светлость! До ужаса истощены! И даже дети! Лишь маленькая девочка лет четырех выглядела много лучше взрослых. Элея сказала, что взрослые с малышкой делились своим скудным пайком! И если бы не помощь лекаря, который оказался среди них, то многие бы уже умерли!

- А если бы не приехали вы, то через несколько дней умер бы и сам лекарь, - пробормотал я, понимая, что своим желанием просто помочь попавшим в «дом призрения» людям Элея спасла им жизнь!

— Это верно, Ваша Светлость! Но, надеюсь, теперь все будет хорошо! Теплых вещей достаточно на первое время. Ах! Да! Элея просила передать отдельную благодарность за такое количество чешуек! Говорит, их так много, что можно весь замок и обогреть, и осветить. Но она будет расходовать их с умом, чрезвычайно практичная особа! – усмехнулся Бьерн, а в его глазах я увидел выражение гордости за свою протеже. – Ну, благодарствую за обед, Ваша Светлость! Пойду потеплее одежду подберу да коня покрепче возьму. Мне пора назад возвращаться!

- Бьерн, стой! Ты же только приехал, ночь не спал, ехал почти без остановок! Ты не выдержишь обратной дороги! – Я взял его за плечи, разворачивая к себе. Лицо осунулось, но в глазах старого вояки тлел огонек решимости. Такому нужен серьезный аргумент, чтобы он отказался от своего намерения, но приказывать я не хотел, не в этом случае. Я и сам очень переживал за Элею, и мне было бы куда спокойнее, если бы Бьерн был рядом с ней. Жаль, что не я. – Я сжал челюсти, усилием воли отгоняя от себя мысли об этой девушке. Все могло быть иначе, но вышло как вышло. Беременность Доротеи спутала мне все карты, не оставляя ни малейшего шанса получить разрешение на развод.

Словно в ответ на мои мысли, за дверью послышался шум и знакомый цокот маленьких каблучков. Дверь кабинета широко распахнулась, и на пороге предстала моя дражайшая супруга. Высокая прическа сбилась на бок, а выбившаяся из нее длинная белая прядь закрывала пол-лица, делая похожей на Лихо Одноглазое. Доротея небрежным жестом заправила локон за маленькое ушко и взглядом богини окинула кабинет и нас с Бьерном. Да, она была очень красива, но ее сильно портил склочный характер, которого я до свадьбы не замечал.

- Кто это? Кого там на подводе привез… он? – Не особо церемонясь, ткнула она пальцем в Бьерна. – Это что, она? Это ее вы тайком вернули?

И так было понятно, кого Доротея имеет в виду, хотя демонстративно не называет имя Элеи, пытаясь унизить девушку.

- Не «что», а «кто», - машинально поправил я супругу, чувствуя раздражение, которое все сильнее нарастало. Раздражение за то, что она так беспардонно ворвалась в мой кабинет! За то, что смеет мне предъявлять необоснованные претензии! За то, наконец, что она носит моего ребенка, а не Элея! – Видимо поняв, что перегнула палку, супруга обиженно надула губы и капризно заканючила:

- Ну, дорогой! Ты же знаешь, как мне сейчас необходимо твое внимание! Если мамочка будет пребывать в благодушном настроении, то и ребеночек родится здоровенький!

- Если бы ты так заботилась о здоровье будущего ребенка, то перестала бы затягиваться в корсет!

Доротея ахнула, некрасиво открыв рот.

- Да как же без корсета!?

Тут уж опешил я!

- Надеюсь, ты не собираешься носить корсет до самого разрешения от бремени?

- А вот и собираюсь! – Топнула она ножкой. Ее красивое лицо раскраснелось, но из-за написанного на нем ослиного упрямства и откровенной глупости мне было неприятно на нее смотреть.

- Ну-ну, попробуй, - покачал я головой, понимая, что совершенно не имеет смысла пытаться ей что-то объяснить. – Дай пройти, у меня дела!

Доротея нехотя освободила дверной проем и зло покосилась на Бьерна. Она знала, что не нравится моему слуге, и платила ему тем же. Хотя я бы затруднился сказать, что хоть кто-то из проживающих в замке ей по душе. Ну, ее престарелую няньку в счет я не беру, та переехала в замок после нашей с Доротеей свадьбы и практически не покидала покои моей жены, всячески ей угождая.

- Ну так кого там привез твой слуга? – уже вслед мне спросила супруга. – И почему этому кому-то ты отправил обоих лекарей? Моему здоровью требуется постоянное наблюдение! Ты совсем меня не любишь! – заканючила она, и я не выдержал.

- Не люблю. И ты это прекрасно знаешь! И не надо строить такое лицо. Ты это прекрасно знала, когда согласилась выйти за меня замуж. Да и сама ты любишь не меня, а лишь положение в обществе и подарки! – развернувшись на пятках, я быстрым шагом направился… куда? Я уже и забыл, куда собирался, лишь бы подальше от Доротеи!

Услышав позади себя тяжелые шаги, обернулся и поймал растерянный взгляд Бьерна, старавшегося не отставать от меня. Я сбавил скорость, не желая окончательно загнать и без того уставшего слугу.

- Итак, послушай меня, пожалуйста! Сейчас ты идешь к себе в комнату и ложишься спать! Да! Спать! – направил я на него указующий жест, пресекая возможные возражения. – Сейчас поздний вечер. В ночь, да еще в таком изможденном состоянии, куда-то ехать – это полное безумие! И сам сгинешь, и Элее не поможешь! Она девушка умная, уж как-нибудь продержится без твоей помощи лишние сутки! Еда в замке есть, теплая одежда и чешуйки тоже. На случай нападения стража с ними осталась. Так что выспись, а с утра пораньше и тронешься в путь! Я сейчас подберу гвардейцев тебе в сопровождение. Пусть поменяются с теми, кто в «доме призрения» остался. Хотя, - я задумался. – Раз все постояльцы в нем здоровы, то нужно как-то по-другому назвать тот замок.

- Я передам Элее, уверен, эта девушка придумает самое подходящее название! – усмехнулся Бьерн. – Хорошо, Ваша Светлость! Думаю, вы правы, и одна ночь ничего не решит. Я, пожалуй, отдохну, а на рассвете отправлюсь в путь. Лишь бы Элея без меня не решила ехать в эту деревню! Она же упрямая!

Я резко остановился и снова развернулся к Бьерну.

- О какой деревне идет речь, о «Пограничной»?

- О ней, Ваша Светлость! Там одна семья спасла ее после побега из того ужасного места, пригрела, в дорогу снарядила. Вот и она хочет их позвать их в замок, на зимовку хотя бы. Там же детишки остались, да женщина одна, трудно им без кормильца! Перед тем, как мне отправиться, больного сюда везти, Элея собиралась на следующий же день выдвинуться за ними.

Я нахмурился, опасаясь, что эта смелая и чересчур импульсивная девушка все же решится двинуться в путь в одиночку. Хотя… теперь у нее на руках изможденные люди, надеюсь, благоразумие восторжествует. Под высокими сводчатыми потолками замка вновь пронесся раздраженный вопль супруги, распекающей очередного бедолагу-слугу. Я сжал кулаки и направился в казарму, подобрать ратников для охраны замка Элеи и ее жильцов.

***

На утро, едва забрезжил рассвет, я быстро умылся холодной водой, оделся и вышел из замка. Ледяной по-зимнему ветер гонял по стылой земле снежную крошку. Гвардейцы, по-зимнему одетые, с притороченными позади седел походными одеялами, уже были готовы выдвигаться.

Ко мне подъехал хорошо утеплившийся Бьерн. Даже коня он выбрал под стать дующему ледяному ветру, покрытого длинной шерстью. Он спешился.

- Благодарю, Ваша Светлость, что вышли проводить! А то я вчера забыл вам задать один вопрос. Меня Элея очень просила у вас узнать!

- О чем речь? – я заранее напрягся. Если Элея просила что-то узнать именно у меня… Что бы это могло быть?

- Ваша Светлость, когда Элея сбежала из того замка, то ей помогла это сделать служанка, что приносила ей еду, Мартой ее звали. Так вот, она не нашла ее в замке, когда собрала всех людей, что проживали там. Вы, случайно, ничего не знаете о ней? Когда вы ездили в «дом призрения» в последний раз, вы ее не видели случайно? Это высокая статная девушка с черными волосами. Хотя, волос могло быть и не видно, прислужники там все ходили в темно-серых одеяниях, и головы покрывали.

Я сразу понял, о ком идет речь, потому кивнул.

- Да, я видел ее! И даже беседовал. Очень решительная особа, и даже меня не боялась, - хмыкнул я, вспоминая, как смело она мне отвечала. Я даже решил взять ее с собой, она мне понравилась.

От моего внимания не ускользнуло, как Бьерн нахмурился.

- Не как женщина! – снова усмехнулся я. – Просто люблю смелых людей, кто отвечает четко и не юлит, пытаясь выгородить себя. Она мне характером напомнила тебя и Элею! Было бы не плохо ее приставить к молодой герцогине! Вот где нашла бы коса на камень!

- Так значит, она тогда еще была в замке? Куда же она могла подеваться? – нахмурился Бьерн. – Элея очень расстроилась, не найдя ее.

- Даже не знаю. Я сказал ей, что хочу забрать ее с собой, в свой замок. Боюсь, что она могла понять это превратно и… сбежать! Так как на утро, велев привести Марту с вещами, мне доложили, что нигде не могут ее найти! – Тут уж я нахмурился, подумав, что пусть и случайно, но обрек хорошую девушку на скитания. А теперь неизвестно, жива ли она вообще.

Бьерн сокрушенно покачал головой и вскочил в седло.

- Я скажу Элее, что вы ее видели в замке, и всё… Больше ничего говорить не буду. – Махнув рукой и молодецки гикнув, старый вояка взял с места в карьер и вскоре скрылся в серой рассветной мгле. Пятнадцать бравых воинов последовали за ним. Я же подумал, что нужно на днях снарядить еще несколько подвод с провизией, иначе охрана попросту объест охраняемых.

Плотнее запахнув зимний плащ, я медленно направился назад, в замок, уже в дверях услышав, что Доротея устроила новый скандал, и теперь уже, похоже, в комнате больного мага из «дома призрения». Скинув плащ на руки Хуго, я поспешил на крик супруги, будь она неладна!

Глава 77. Мы обустраиваемся

Элея

Уже почти двое суток прошло, как уехал Бьерн с тремя гвардейцами, увозя на подводе обессиленного мага-лекаря, которого мы уложили на матрас со всевозможными предосторожностями. Я, не жалея красных чешуек, обложила его ими и еще укутала тремя одеялами.

- Поправляйтесь и возвращайтесь к нам! – улыбнулась я мужчине, молча подглядывающему за мной сквозь прикрытые ресницы. – Обязательно возвращайтесь, мы будем вас ждать! – Мужчина лишь на мгновение закрыл и открыл глаза, как бы соглашаясь.

Но я и такому ответу была рада, так как боялась, что он не переживет этой ночи. Шушечка всю ночь пролежала у него на груди, и я подозреваю, что она не только его грела. Этим утром еще вчера буквально умирающий мужчина нашел в себе силы выпить мясного бульона, что уже было немало, ведь в этом мире не существует капельниц с внутривенным питанием.

В ожидании возвращения Бьерна я времени не теряла. Благодаря помощи гвардейцев две самые большие комнаты были оборудованы в спальни. Мужчины собрали и расставили привезенные с собой простые, сделанные из тонких неровных реек кровати. По-видимому, именно на таких кроватях спят в замке герцога слуги. Но самое главное, что набитые сеном матрасы не пришлось укладывать прямо на каменный пол.

Кроватей и матрасов оказалось больше, чем нам было нужно, ведь мы еще рассчитывали на обслуживающий персонал «дома призрения», но из них остались лишь три одетые в серые платья и платки молодые девушки. Куда и когда ушли все остальные, они не знали. Но, как прислужницы мне рассказали, после посещения этого места самим герцогом и его беседы с директрисой Стафанией все сестры и пропали! А директрису увез с собой Его Светлость.

Я тогда еще подумала, что, по всей видимости, сбежали те, у кого «рыльце в пушку», кто помогал директрисе морить голодом бедных людей. Вполне можно было предположить, что и этот замок, так же, как и его собратья, имеет в своих монументальных стенах множество тайных ходов. А, так сказать, обслуживающий персонал «дома призрения» наверняка знал о них. Оттого и возможностей подслушать разговор Его Светлости с их начальницей у них было сколько угодно. Подслушать и понять, что их афера раскрыта, а им остается только поскорее покинуть замок.

Вот только я не могла понять, куда делась прислужница Марта? Та самая милая девушка, которая помогла мне бежать из этого ужасного места и которая, я в этом была уверена, никаким образом не была причастна к зверствам директрисы!

Признаться, я очень переживала за Марту! А вот где ее искать, даже понятия не имела. Но было еще три очень близких мне человека, кого мне очень хотелось увидеть и помочь им, как когда-то они помогли мне! Гертруда с ребятишками, можно сказать, стали мне семьей, и мне не терпелось поскорее отправиться за ними в деревню.

- Ваша Светлость! Что прикажете сегодня готовить на обед? – Я обернулась, встретившись с преданным взглядом гвардейца, временно исполняющего в замке обязанности повара.

- Стик, я же тебе говорила, называть меня просто Элеей!

- Но вы же здесь хозяйка!

- Не важно. Так, что ты хотел спросить? А! Насчет обеда? – Я задумалась. – Знаешь, свари-ка сегодня борщ! Ослабленным людям – самое то! На мясном бульоне, да с кусочками мяса и овощами! Ммм… вкуснотища!

- Что сварить? – Вылупился на меня мужчина.

- Ох, ладно, поняла! Пойдем, покажу. Уверена, вас потом за уши не оттащишь!

- Ваша… ээээ, Элея, а зачем за уши?

Я лишь горестно вздохнула и махнула рукой. Хорошо, что я ему еще не сказала про «ложку проглотишь»!

Когда мы только закончили варить в огромной кастрюле наваристый борщ на мясной косточке и уже посыпали его зеленью, на кухню, принюхиваясь и тихо шаркая обувью, потянулись освобожденные узники. А вслед за ними свободные от охраны замка гвардейцы.

- Ой! А чем это так вкусно пахнет? – пропищал тоненький голосок, и, ведя за руку одну из женщин, вошла маленькая девочка.

- А это называется борщ! Садись за стол, сейчас тебе первой нальем тарелочку! Только подожди есть, очень горячо! Я сначала подую.

Я уселась за стол рядом с малышкой и взяла ее ложку. Зачерпнула благоухающего мясным ароматом с овощами бульона и осторожно подула. Вдруг на меня упала тень. Я подняла глаза и увидела, что нас, в нетерпеливом ожидании вердикта девочки, обступили голодные люди.

Я улыбнулась и поднесла ложку к ротику малышки. Та громко втянула в себя борщ и, с восторгом посмотрев на меня, погладила животик ладошкой. Правильно истолковав эти знаки как наивысшую степень одобрения, люди тут же выстроились с тарелками в очередь у кастрюли, с беспокойством поглядывая в нее, а вдруг не хватит?

Места в замке, конечно же, предостаточно, но я решила, что лучше питаться в теплой и довольно просторной кухне, чем стылой и мрачной гостиной. Люди наполнили свои миски и поспешно расселись кто где.

Некоторое время на кухне раздавались лишь восторженные стоны да стук ложек о миски. Покончив со своей порцией, люди с надеждой поглядывали на кастрюлю.

- Кто не наелся, подходите за добавкой! – подбодрила я их и подошла к повару.

- Ну а ты что не ешь?

- Успею! Ваша Светлость, это просто чудесный рецепт! Этим варевом можно намного больше людей накормить! Немного мяса, немного овощей разных и много воды! Чудеса! Смотрите, еще половина кастрюли осталась, а уже все почти наелись!

Со двора послышался дробный стук копыт, и все с волнением бросились к окнам. Что это могут быть чужаки, мы не волновались. Уезжая, Бьерн расставил посты и распорядился, через какое время смены должны меняться, поэтому наша охрана бдела круглосуточно, хоть и посменно!

- До чего ж удачно получилось! – всплеснул руками повар. Люди приехали замерзшие, а их уже ожидает горячая еда! Да какая!

***

Я с трудом дождалась, когда Бьерн и вновь прибывшие гвардейцы согреются и поедят. Затем, на правах хозяйки замка, показала, какие комнаты они могут занять, и что из постельных принадлежностей взять. Чешуйки обогрева у них были свои, так что мои запасы в этом случае не пострадали.

Буквально за руку утащив Бьерна в комнату, которую пока занимала одна, усадила его на край своей кровати, а сама присела у теплого «гнездышка», которое устроила для Шушечки. Змейка последние дни была совсем вялой и очень редко мне отвечала, когда я к ней обращалась. Мне лишь оставалось надеяться, что она просто постепенно засыпает, ощущая, что холода уже пришли.

- Давай! Рассказывай! – вздохнула я, осторожно погладив Шушу по гладкому тельцу, и накрыла ее одеялом.

- Элея, может, поговорим где в другом месте? А то что люди подумают? – криво усмехнулся старый вояка.

- Бьерн, не говори ерунды! Я сказала по «секрету» одной из женщин, что ты – мой отец! Так что теперь все это знают! – подмигнула я ему, - да и где ты здесь видишь диван или хотя бы стул?

Мужчина обвел взглядом убранство моей аскетично обставленной комнаты.

- Да, это не покои в замке герцога. Больше, скорее, на келью похоже!

- Да, очень скромно, не спорю! Но и трех дней же не прошло, как мы сюда приехали. Да и сколько времени никому и дела не было об этом замке, его никто не ремонтировал и не стремился к уюту. Работы предстоит много, но я уверена, мы обязательно справимся!

- И откуда у тебя столько энергии берется? – покачал головой мужчина и с теплом посмотрел на меня. – Я в тебя верю, дочка!

- Бьерн! – перешла я к делу, расскажи мне, как там наш лекарь? Как дорогу перенес? Надеюсь, Его Светлость не отказал ему в помощи?

Мужчина широко улыбнулся и поведал мне все, чему стал свидетелем по своем приезде в замок герцога.

- Так значит, Доротея возмущалась, что герцог двух лекарей отправил к больному магу?

- Еще как! – он усмехнулся и лихо подкрутил свой белоснежный ус. – Да ни к чему ей лекарь! Как породистая кобыла по замку скачет, подковами цокает да кричит на прислугу! Энергии столько, что хоть занимай!

Я хихикнула, оценив красочное сравнение молодой герцогини с породистой подкованной кобылой.

- А как сам герцог… заботится о супруге? Наверное, пылинки с нее сдувает да подарками задаривает? – тихо спросила я, пряча глаза, а еще ругая себя за то, что совсем не положительного ответа я жду. Неправильно это, но… зато честно.

- Не обращает он на нее внимания, - фыркнул Бьерн, и взгляд его стал жестким. – Злая она! Всю прислугу загоняла. С самого утра только и слышно, как она то лакеев, то горничных распекает! Не повезло Его Светлости с супружницей. Вот то ли дело ты! Эх! – Резко махнул он рукой и нахмурился.

- Ну, вышло как вышло. Чего уж теперь об этом, - тихо ответила я, отворачиваясь. - Ты мне лучше скажи, ты спросил у него про Марту? Герцог видел ее?

- Да, конечно, спросил! И видел, и говорил с ней, и, я тебе больше скажу, даже хотел с собой в замок забрать, уж больно она ему смелой и честной показалась. Думал ее к Доротее личной горничной пристроить, чтобы приструнить. Да вот наутро, когда послал за Мартой, ее в замке не оказалось.

Я ужасно расстроилась, услышав подобное. А ведь мне так хотелось сделать для этой девушки в ответ что-то хорошее!

Оставшуюся часть дня мы устраивали вновь прибывших гвардейцев и решали вопрос с купанием и стиркой. Проблема гигиены стояла очень остро, особенно это касалось бывших узников.

Сначала я понадеялась было, что где-то в замке уже существует купальня. Должны же были где-то мыться сама директриса и прислужницы! Но, как мне рассказали те, что не сбежали, вопрос чистоты тела у них решался просто обтиранием тела влажной тряпицей, а стирали они в собственных умывальных небольших лоханях. Ужас какой!

Пришлось самим решать эту проблему, благо помещений в замке было предостаточно. Мы нашли самую маленькую каморку, выполняющую функцию кладовой для уборочного инвентаря, и освободили ее от всего лишнего. Чем она нам еще подходила, это тем, что в ней не было окна, а значит, тепло будет держаться дольше.

Прислужницы хорошенько отмыли пол в помещении, а гвардейцы притащили с улицы большой округлый камень и уложили его на пол. Затем сколотили деревянную скамью и установили ее вдоль стены. А у противоположной стены поставили на пол самую большую лохань из всех, что нашли в замке.

После чего я приступила к самому важному! Действуя, как меня учил в свое время Раун, я взяла три самые крупные чешуйки и соединила их вместе: красную – для нагрева, черную – для усиления эффекта, и зеленую – для того, чтобы зациклить это действие. А затем мы их подложили под камень.

Таким образом, камень будет все время горячим, а значит, и купальное помещение. А проще говоря – парилка! Стоило только плеснуть на камень воды, она превращалась в пар, и… вуаля!

А чтобы вода была постоянно в наличии, на дно лохани я положила голубые, черные и зеленые чешуйки. Люди были в восторге! И первыми опробовать это чудо купания пошли женщины из тех, кого мы спасли из заключения.

Уже вечером, пожелав всем доброй ночи, я подошла к старому воину.

- Бьерн, как ты себя чувствуешь? Как ты думаешь, завтра ты сможешь со мной поехать в ту деревню? Неспокойно мне что-то.

К счастью, мужчина ответил согласием, и я пошла спать, надеясь, что уже завтра увижу своих друзей.

Глава 78. Долгожданная встреча

Элея

К счастью, ничто не помешало выехать нам, как и было запланировано, на следующее утро. Более того, выезжали из замка мы не одни, а в сопровождении четырнадцати гвардейцев, так как повар решил остаться с нами, чему я была безмерно рада.

Назад с гвардейцами возвращались пустые подводы, из которых лишь одну мы оставили себе для хозяйственных нужд, да еще пару коней прихватизировали. И эту подводу мы с Бьерном взяли с собой. Не пешком же идти в мой замок Гертруде и ребятишкам?

С погодой нам повезло. И пусть после ночного морозца под копытами коней похрустывал тонкий ледок, день был солнечный и безветренный. Я ехала верхом, а Бьерн управлял подводой, так как я не была уверена, что справлюсь с упряжкой. Наша процессия снова растянулась по дороге, и несмотря на то, что подводы были пусты, они все равно значительно замедляли движение, что меня несколько раздражало. Я хотела как можно скорее увидеть милое моему сердцу семейство. А по правде говоря, я этого и хотела, и боялась.

Перед моими глазами так и стоял тот эпизод, когда сентиментальный дезертир дает мне сбежать. А я, боясь, что остальные мужчины проснутся, несусь прочь в темноту, так и не попрощавшись с мальчиком. Я ведь так и не узнала, что с ним и смог ли он благополучно вернуться к своим родным, а потому боялась узнать правду.

Наша процессия в том же месте, что и в прошлый раз, перешла реку вброд, а затем мы разделились. Я отдала главному из нашей недавней охраны письмо для герцога, где я в сухом деловом тоне кратко сообщила о том, что мы успели сделать за короткий срок, и ниже следовал список того, что я еще просила нам предоставить.

Попрощавшись с гвардейцами, я повернула коня вдоль русла реки, следуя вниз по его течению, а позади меня загремела повозка, управляемая Бьерном.

По ощущениям, дорога от переправы до деревни заняла около получаса. Еще издали я увидела знакомую крышу дома, и сердце мое забилось быстрее. Я, как в детстве, перекрестила пальцы, прося у кого-то, кто выше и могущественней, чтобы все у них было хорошо!

Деревня словно вымерла. Ни на улицах, ни во дворах людей видно не было. Даже местные собаки взяли тайм-аут в своей вечной перекличке, не обращая внимания даже на нас, на чужаков.

Подвода прогрохотала по заиндевевшей грунтовой дороге и остановилась у калитки. Я спешилась и набросила повод на покосившийся штакетник.

- Бьерн! Подожди меня здесь! А то еще испугаются тебя. Я позову!

Я вошла во двор и с замиранием сердца завернула за угол дома. Входная дверь скрипнула, и на порог вышла Гертруда!

- У нас чужих… Элея!? – ахнула женщина, и на ее глазах тут же выступили слезы. – Откуда ты здесь? Неужели тебя поймали, а ты опять сбежала? – всплеснула она руками.

- Откуда такие мысли? – улыбнулась я. – Нет, я ниоткуда не сбегала.

- Тогда пошли скорее в дом! А то в любую минуту гвардейцы могут нагрянуть! – слезы радости в глазах женщины сменились страхом.

- А почему они должны сюда нагрянуть? – я озадаченно сдвинула брови, следуя за ней.

- Так недавно они большой процессией заявились в «дом призрения»! Да с ними еще было много подвод крытых! Наверняка еще несколько бедолаг привезли в эти пропитанные горем стены, - покачала она головой, пропуская меня вперед в дом. – А вчера еще кавалькада прискакала! Наверное, кто-то очень важный пропал, так что скоро к нам явятся, искать будут! – взволнованно запричитала женщина.

Войдя в дом, я в первое мгновение ничего не увидела. Глаза подслеповато щурились, привыкая после дневного света к полумраку.

- Не волнуйся! В первый раз это мы с вещами и продуктами от герцога приехали, а вчера прискакали гвардейцы на смену тем, что нас охраняли. Так что никто никого не разыскивает и больше не будет! – подмигнула я ей, улыбаясь.

- Ну и слава Великому Полозу! А то уж мы все переполошились. Присаживайся! А я пойду детей позову!

- А где они?

- Так в мастерской Рауна сидят. Боюсь их чужим показывать. Если какой маг попадется, то сразу поймет, что дети не простые! А раз так, то беглые! И их могут обратно вернуть.

Гертруда ушла, а я так и осталась стоять, хлопая глазами. Не знаю, насколько на самом деле тщательно и долго велись поиски сбежавших магов из замка, но выходит, бедная женщина все эти годы жила в постоянном страхе, что Селестию и Рауна вычислят и заберут. Про себя она уже не думала, боялась детей потерять.

Дверь снова открылась, и сначала вплыл нимб светлых кудряшек, а вслед за ним повзрослевшая малышка. А ведь прошло с момента моего ухода совсем ничего!

Девочка при виде меня удивленно открыла рот, а затем с визгом бросилась мне на шею. Я крепко обхватила худенькое и неожиданно легкое тельце малышки и крепко ее обняла.

- Элея? – тихо прошелестел странно знакомый женский голос.

Я медленно подняла голову. Напротив меня в непривычном ярком для прислужницы платье стояла Марта, а из-за ее спины смущенно выглядывал Раун, опираясь на самодельные костыли.

***

Мы сидели все вместе за длинным грубым столом и пили чай из сушеных трав. Посреди стола сиротливо возвышался маленький расписной деревянный бочонок с медом. Самый большой деликатес и, пожалуй, последний, что еще оставался в этом доме.

Вместе с нами был и Бьерн. Я сказала Гертруде и остальным, что Бьерн — мой названный отец. Что именно он мне помогал все это время и что сейчас приехал со мной, чтобы помочь и им.

Промелькнувшее было недоверие в глазах Гертруды и Марты мгновенно сменилось радостью. Они видели, что я выгляжу здоровой, да и одета хорошо, а потому у них не было оснований не верить моим словам.

Очень коротко я обрисовала им общую ситуацию, пообещав позже рассказать все в подробностях. Больше всего их поразила новость, что давший мне развод герцог подарил мне в качестве отступного тот самый замок, с которого и начались мои приключения.

Я рассказала, что все бывшие узники «дома призрения» свободны и теперь просто проживают в замке. И что Его Светлость выразил желание всячески помогать нам, что уже и делает!

- А теперь, мои дорогие, я приехала за вами! И знайте, что отказ не принимается! — поставила я их перед фактом и, как ни странно, вместо громких протестов Гертруды услышала простое: «Спасибо!».

Пока мы беседовали, я исподтишка наблюдала за Бьерном. Он разглядывал лица детей и обеих женщин, и взгляд его становился все более задумчивым.

— А как вы поживаете? И как Раун умудрился ногу сломать? — я кивнула на мальчишку, отставившего в сторону сломанную правую ногу в самодельном лубке из нескольких довольно прямых палок, примотанных к ноге тканевыми лентами.

— Ах! — махнула рукой Гертруда. — Это долгая история! Еще тогда, когда тебя разыскивали ищейки из «дома призрения», а потом к нам заявился и сам герцог, Раун был вынужден спрятать все изготовленные его руками артефакты. Мы боялись, что слишком высокий магический фон в доме привлечет к нам ненужное внимание. Так вот, когда он тебя проводил, а потом вернулся, пошел выкапывать спрятанные в саду артефакты, а их и след простыл! Украли!

— Я потом узнал, кто продает мои работы! — буркнул Раун, нахмурив рыжие брови. — Пошел и потребовал их назад! А он, а они… — мальчишка шмыгнул носом и отвернулся.

— А они его избили и, вон, даже сломали ногу! — закончила за парнишку Гертруда.

— И теперь нам совсем нечего кушать! — простодушно закончила Селестия. До этого девочка спокойно сидела у меня на коленях и теребила пальчиками вышивку на моем верховом костюме. Но едва она вспомнила про еду, как в животе девочки жалобно заурчало. — Ой! — пискнула малышка и засмущалась.

— Вы простите, что я вмешиваюсь в ваш разговор, — пробасил Бьерн, и все повернулись к нему. — Но с чем связан перелом ноги мальчика и то, что вам стало нечего есть? Он что, ваш единственный кормилец?

— Да, так оно и есть. Вернее, было, — подтвердила Гертруда. — Раун находил в горах чешуйки Великих Полозов и мастерил из них артефакты. А затем он их продавал или обменивал на еду. А когда у нас украли артефакты и сломали ему ногу, он уже не смог выходить в горы, а значит, и артефакты стало делать не из чего. Мы в этом году в огороде вырастили совсем мало картошки, и яблок совсем чуть насобирали, и теперь вот с ужасом ждали голодной зимы.

Бьерн вдруг вскочил и, сказав, что сейчас вернется, быстро вышел. Мы удивленно переглянулись, но никак не прокомментировали странное поведение мужчины. Дверь за ним захлопнулась, впустив в дом холодный воздух, который немногим был холоднее температуры внутри дома.

— Ну что ж, разговоры можно долго говорить, но нам пора выезжать! Нужно до темноты вернуться в замок, а то так и на разбойников нарваться можно. Давайте, собирайте свои вещи! Но имейте в виду, вещей должно быть не больше, чем сама подвода! — улыбнулась я.

— Ой! Страшно как-то! — всплеснула руками Гертруда. — Как-то нас в замке примут?

— Лучше всех! И попрошу не забывать, что в этом замке я хозяйка! А вы, между прочим, — моя семья! Мама, две сестры и брат!

Женщины застыли, удивленно хлопая ресницами, зато малышка развеселилась.

- Ой! Какая интересная игра! Мы играем в «дочки-матери»! А этот дядя нам кто?

- А дядя Бьерн — наш папа и муж Гертруды! – ответила я. – Так что, дорогая, – повернулась я к хозяйке дома, – будь, пожалуйста, с ним поласковей, чтобы не сломать нашу легенду!

- Да ну тебя! – отмахнулась женщина, но щеки ее подозрительно покраснели. Мы переглянулись с Мартой и заулыбались.

Дверь дома снова хлопнула, это вернулся Бьерн.

— Вот, малая, держи! – он присел перед Селестией на корточки и вручил ей кусок сушеного мяса. – Соси! На дорогу до вашего нового дома должно хватить.

Перехватив голодный взгляд, Рауна, старый воин поднялся и тихонько потрепал его по плечу. – Ничего, потерпи немного, скоро приедем в замок, и вас там накормят горячей вкусной едой! Ну! – обернулся он к нам. – Чего застыли, красотки? Сносите вещи сюда, в кучу, я буду грузить на подводу! Старайтесь брать побольше теплых вещей! Да и вообще всю свою одежду.

— Это верно! – поддержала я его. – Зима на носу, и теплая одежда и одеяла лишними не будут.

Улыбаясь, обернулась к Марте: «Я рада, что ты нашлась! Не представляешь, как я расстроилась, когда узнала, что тебя нет в замке!» Но давай погрузимся в повозку, и ты мне расскажешь, как ты вообще здесь оказалась и почему сбежала!

- Да тут и говорить-то нечего, – пожала она плечами, механически скатывая в рулон брошенные перед ней Гертрудой одеяла.

- После того как граф со мной побеседовал, он сказал, что заберет меня с собой. Я испугалась и решила, что лучше сбегу! Ну, а потом, добежала до реки и взяла под ивой рыбачью лодку. Вот, собственно, и все!

Я задумчиво покачала головой, аккуратно забирая из рук Селестии какие-то два белых камня.

- А это я попросил Селестию из мастерской принести мои вещи. То, что я собрал и еще не успел продать или обменять. – пояснил Раун. – Это поделочный камень, перлит называется. Его много в горах!

- Перлит, – прошептала я задумчиво, и мои губы расплылись в улыбке. – Теперь моя Шуша хорошо перезимует! Этого ей должно хватить!

- Шуша? А кто это такая? – полюбопытствовал мальчик.

- Шушечка – это мой любимый радужный Полоз!

Позади меня послышался судорожный вздох и шум упавшего на пол тела Гертруды.

- Упс! Я забыла сказать, что он еще маленький.

Глава 79. Теремок

С обратной дорогой нам тоже повезло, добрались быстро и без приключений. Даже никто не замерз! Ребятишки и Гертруда с Мартой зарылись в гору теплых вещей и одеял с подушками, и чуть больше, чем через час мы были на месте.

Моя названная семья в замок все же заходила с некоторой опаской. Но когда еще из холла они ощутили доносящийся с кухни аромат мясного супа, тонкий ледок недоверия растаял окончательно! В плохом месте просто не может пахнуть вкусной едой.

Навстречу нам вышли два паренька-подростка и, кивнув вновь прибывшим, с гордостью сообщили мне, что сегодня в силки поймали шесть диких кроликов, из которых наш повар уже приготовил наваристый суп.

Я похвалила мальчишек. Несмотря на их худобу, выглядели они уже намного лучше, чем тогда, когда я их увидела в первый раз. На лицах цвели счастливые улыбки, а из глаз пропало затравленное выражение.

— Вот познакомьтесь, ребята, это Раун! И у него тоже есть очень интересная магическая способность. О ней он позже вам расскажет, а вы о своих. А пока покажите ему замок, во всяком случае, обжитую его часть, и приводите на обед!

Из-за спин мальчишек выглянула единственная маленькая девочка из бывших в заточении магов. Ее и Селестию даже не пришлось друг другу представлять. Малышки, видимо, так изголодались по обществу своих ровесниц – девочек, что просто бросились навстречу друг другу!

Гертруда радостно засмеялась, сверкая вдруг заблестевшими глазами, что делало ее значительно моложе. Марта тоже улыбалась, с недоверием разглядывая ярко освещенный чешуйками холл, ранее терявшийся в темноте. Благодаря свету, был заметен и результат серьезной уборки, после которой отмытые каменные плиты пола, да и стен, до уровня роста взрослого человека, оказались значительно светлее, а прожилки его узора ярче и четче.

Я показала женщинам наши комнаты, которые еще до образования в этом замке «дома призрения», явно были чьими-то покоями, и, по всей вероятности, кого-то из членов семьи хозяина замка. А теперь это были просто две смежные комнаты. В той, что побольше, уютно расположились я с Гертрудой, Мартой и Селестией, а в той, что поменьше, Бьерн и Раун.

Но прежде, чем идти обедать, я присела на корточки в изголовье своей кровати и встретила взгляд блестящих глаз моей маленькой змейки.

- Здравствуй, моя хорошая! Как ты?

- Кушать хочется и спать, - прошелестел в моей голове ее тоненький голосок.

- Ой! Забыла у ребят спросить! Я же сейчас их встретила, они недавно с охоты с добычей вернулись. Мальчишки обещали полевок для тебя наловить.

- Я не хочу мышек. Что-то другое есть хочу! – Шушечка вовсе не капризничала. По ней было видно, что ее организм требует совсем другого, вот только она сама не знает, чего именно. Хорошо, что мне так своевременно попалась книга о Великих Полозах, и я точно знала, что ей нужно!

- Смотри, что я тебе принесла! – я запустила руку в карман штанов и достала один из таких необходимых ей минералов. – На, держи! Думаю, это то, что тебе сейчас нужно! – Шуша приподняла голову из складок теплого одеяла и удивленно посмотрела на камень. Мое сердце разочарованно екнуло, неужели я ошиблась и это не перлит?

Но затем змейка принюхалась. Приблизила к камню свою переливающуюся разноцветными всполохами головку, и быстро выскочивший из ее рта тонкий раздвоенный язычок лизнул его.

- Ой! Какая прелесть! – тихо ахнула за моей спиной Марта. – Это и есть твой Радужный Полоз?

- Ч-ч-ч! Не шуми! – я приложила палец к губам и перевела взгляд на широко открывшую глаза Гертруду. Та тоже увидела Шушу и теперь не знала, что ей делать: закричать или упасть в обморок. В этот момент в комнату вошел Бьерн с охапкой вещей, и Гертруда выбрала второй вариант! Мужчина еле успел ее подхватить, поспешно бросив принесенное на пол.

- Ой! Она камень проглотила! – удивленно выдохнула Марта, но я и сама успела почувствовать дуновение ветерка на моей ладони. Повернувшись, я увидела лишь глотательное движение да удивленные глазки Шуши, словно она сама поразилась тому, что сейчас сделала.

- Все хорошо?

- Дааа, - ответила она задумчиво, будто прислушиваясь к тому, что происходит с ней.

- Еще хочешь?

- Неет. Да!

Я достала второй камешек и поднесла к ее мордочке. В этот раз я увидела, как змейка ловко схватила его и быстро проглотила.

- Что она делает? – прошептала мне над ухом Марта.

- Потом расскажу! – так же тихо ответила я, внимательно глядя на Шушу.

- Ну так как? Кушать еще хочешь?

- Спать хочу, - прошелестел ее голосок в моей голове, и змейка уютно свернулась в своем теплом гнездышке.

Я осторожно прикрыла ее сверху краешком одеяла и, вставая, повернулась к женщинам.

- Нужно ей какое-нибудь другое место найти для зимовки. В нашей комнате все время будет слишком шумно.

- Но ведь много других помещений, - к нам подошел Бьерн, за ним топал Раун, груженый одеялами.

- Все комнаты холодные. Мы не можем позволить себе несколько месяцев обогревать еще одно помещение.

Раун сложил в кучу принесенные одеяла.

- Вы же говорите о зимнем гнезде для Полоза?

***

Все получилось лучше, чем я думала. В тот день мы пообедали, причем моя новая семья была просто в восторге от новых, неведомых им доселе жидких блюд с наваристым бульоном и вкусной гущей из овощей и мяса.

Потом дружно перенесли наверх все остальные вещи Гертруды и ребят, а потом мы с Рауном отвели для Шуши ближайшую к нашим свободную комнату. Оставив для зимовочного гнезда то же толстое одеяло, окружили его бортики соединенными бечевкой тремя связками чешуек. Раун взял для этого по одной красной и черной. Схема простая, просто усиление тепла. И еще один такой «бутербродик» он подложил прямо под самый низ гнезда.

- Ну вот и все! – улыбнулся он. – В зимовочных пещерах не так-то и тепло. Теплее, конечно, чем на улице, но пар изо рта идет все равно. А греются Великие Полозы друг о друга. Ведь в одном таком гнезде их несколько. Так вот, эти чешуйки и будут заменять тела ее собратьев!

- Ты что, заходил так глубоко в пещеры? – пожалуй, я услышала только это.

- Да, - понурился мальчишка. По моему тону он явно понял, что я не одобряю подобное геройство. – Нам нужна была еда, а артефакты из крупных чешуек ценятся намного больше, чем те, которые находят у подножья гор.

- Раун, посмотри на меня! Я положила парнишке руки на плечи и заглянула в зеленые, опушенные рыжими короткими ресницами глаза. – Ты же знаешь, что для Гертруды ты уже как сын родной, а для Селестии настоящий старший братик. Только представь, что с ними будет, если они вдруг тебя потеряют! Ты понимаешь, о чем я? Раун мотнул вихрастой головой и хлюпнул носом.

Я приобняла его за плечи, и мы, бросив взгляд на пригревшуюся в гнездышке с подогревом Щушу, вышли, тихонько прикрыв за собой дверь.

***

С того дня полетели мои первые спокойные дни в этом новом мире. Наконец я обрела свой, пусть и несколько необычный, дом!

А еще у меня появилась настоящая семья! И пусть мы были не родные по крови, но это не мешало нам ощущать душевное родство.

Несмотря на становившиеся все холоднее дни, в замке не было ни грамма уныния. Каждый нашел себе дело по душе! Благодаря еженедельным поставкам продуктов и необходимых нам вещей, наш замок становился все уютней.

Женщины шили всем вещи и постельное белье, помогали на кухне повару Стику, тому, что из бывших гвардейцев. Мужчины мастерили мебель для спален и общей гостиной, в которой мы теперь все вместе проводили время зимними вечерами.

Выяснив, у кого какие магические способности, тренировали их в дальней, необжитой части замка. В процессе этих тренировок находчивый Раун, умеющий как никто комбинировать полезные свойства предметов, придумал, как мы можем делать то же самое и с полезными магическими свойствами!

Одна женщина и двое мужчин умели плавно и без усилий левитировать, а один из подростков оказался чудесным художником! Так Раун придумал поднимать этого парнишку вверх, и тот разрисовывал высокие стены замка чудесными цветами и другими затейливыми сюжетами.

Поначалу нас довольно сильно беспокоили сквозняки. Растрескавшиеся от времени стены замка не желали держать тепло, создаваемое чешуйками Полозов. Один из мужчин оказался магом земли. Будучи обвешанный черными чешуйками, усиливающими любое действие, он методично, день за днем, стягивал трещины в стенах замка, но преимущественно ближе к фундаменту. Чем выше уползала трещина, тем труднее ему это давалось.

Однажды одна из женщин вспомнила, что в подвале, где ее держали, был глиняный пол. И она, чтобы хоть чем-то себя занять, ковыряла его и лепила фигурки.

Идея оказалась очень даже удачной! Мужчины спустились вниз и набрали достаточно глины, чтобы законопатить ею трещины в стенах, под потолком и в оконных рамах. Этим, преимущественно, занимались те, кто умел левитировать.

Даже маленькой Селестии нашлось занятие по душе! Она с тихими хлопками то пропадала, то появлялась в разных концах замка, принося по просьбе нетяжелые вещи.

- Правильно! – как-то усмехнулся Бьерн, - пусть тренируется! Не известно, как у нее в дальнейшем сложится жизнь и куда ее закинет. А так девчушка сможет устроиться, например…

- Посыльным! – воскликнула я, вспомнив о курьерах в своем мире. – Да, она сможет доставлять срочные послания адресату!

Мужчина хмыкнул и приподнял бровь.

- Ты, Элея, просто кладезь невероятных идей! И я часто задаюсь вопросом, не подсказывает ли тебе кто их?

- Да нет! Просто из прошлой жизни запомнилось, - усмехнулась я, переведя все в шутку. Как-то не решилась я рассказать ему всю правду. Но, с другой стороны, «кто старое помянет…», умерла так умерла! Теперь у меня новая жизнь! Жизнь, в которой был и дом – полная чаша, и родные, и единомышленники… Не было лишь любви. Его не было.

Но одним зимним утром, когда мы ожидали новую поставку провизии, Раун, замазывающий глиной щели в оконной раме второго этажа, закричал:

- Приехали! Приехали! Сам герцог приехал!

Мое сердце быстро забилось, а ноги стали ватными.

Глава 80. Неожиданный визит

Элея

За два с половиной месяца я привыкла, что герцог еженедельно напоминает о себе так нужной нам всем помощью, присылаемой на подводе. А о нем самом я вспоминала с грустью и болью в сердце, приняв то, что нам не быть вместе.

Но, видимо, не до конца. Так как едва я услышала, что сам герцог прибыл вместе с доставляемой нам гуманитарной помощью, мое глупое сердце тревожно забилось, а ладони вспотели.

Хорошо хоть, что он сам не застал меня врасплох! Пока Его Светлость отвел коня в стойло да вошел в замок, я уже успела немного прийти в себя и спешно переодеться в более приличный наряд. А точнее, в платье. Я уже давно привыкла ходить по замку в штанах. Так было куда практичней, а главное, теплее! А еще я заметила, что некоторые женщины стали тоже шить себе подобное утепление. Правда, они пока еще не решались щеголять в них в открытую, а надевали под юбку.

Переодевшись, я накинула на плечи самолично связанную крючком пуховую шаль и медленно спустилась с лестницы, изобразив, будто сильно о чем-то задумалась.

В какой-то момент я отчетливо ощутила на своем лице пристальный взгляд высокого гостя. Стиснув кулаки, я подняла глаза на герцога и приветливо улыбнулась.

- Добро пожаловать, Ваша Светлость! Надеюсь, то, что мы за прошедшее время успели сделать своими скромными силами, удовлетворит вас, и вы не пожалеете об оказанной нам помощи! – к концу своего приветствия я уже спустилась вниз и приблизилась к нашему гостю.

- Приветствую вас, Элея! – голос мужчины был тих. Но при этом его хрипловатые нотки не смогли оставить меня равнодушной, пустив по моему телу стройный отряд мурашек. – Он подхватил мою ладонь и поднес ее к своим губам, прикоснувшись легким, но горячим поцелуем. - Вы восхитительно выглядите!

Мне потребовалось огромное усилие воли, чтобы не показать, как обычное в кругу аристократов приветствие дамы взволновало меня.

- И уверяю вас, вы не обязаны делать что-то в этом замке в угоду мне! Он ваш! И вы в нем хозяйка! А я лишь осуществляю добровольную помощь бывшим узникам «дома призрения». Да, забыл добавить, что бывшего «дома призрения». И это малое, что я могу для них сделать! За то, что вообще позволил подобному бесчинству твориться в стенах заведения, призванного помогать обездоленным. Я всецело доверял попечителю Актану, о чем теперь очень сожалею!

- Поверьте, Ваша Светлость, люди, что сейчас проживают в этом замке, по достоинству ценят вашу помощь и ежедневно благодарят вас за это!

- Не стоит благодарности, - лицо герцога стало серьезным. – Я слишком много чего в своей жизни делал не так, за что теперь и расплачиваюсь.

В этой загадочной фразе, как мне показалось, речь шла не только о «доме призрения», но я предпочла сделать вид, что не поняла его намека. А еще я обратила внимание, что мы с ним снова перешли на официальное общение друг с другом, обращаясь на «вы». Но как раз это меня вполне устраивало. Это формальное дистанцирование делало наше общение даже проще.

Я никак не прокомментировала его реплику, но, как гостеприимная хозяйка, сразу пригласила герцога отобедать. Одного моего взгляда было достаточно, чтобы понятливые женщины упорхнули на кухню поторопить повара с обедом и приготовить гостевую комнату. К слову сказать, такая уже была у нас, оставалось лишь разместить в ней артефакты обогрева и освещения.

Я пригласила герцога проследовать в нашу гостиную, где мы теперь и обедали. Но даже еще будучи в холле, Его Светлость был просто поражен теми изменениями, которые произошли за совсем недолгое время. Он заметил, что пропали трещины в стенах, как и сквозняки им сопутствующие, особенно оценил роспись стен и уют, который ощущался буквально повсюду!

Я показала ему наши общие спальни, правда, ограничившись лишь мужскими. В них вдоль стен стояло по четыре кровати, аккуратно застеленные строгой расцветки покрывалами, на полу небольшие коврики. У окна стол и четыре стула. На стенах затейливые ночники, искусно сделанные Рауном, и даже несколько картин с изображением окрестностей замка и самого замка.

Затем я проводила герцога в его комнату, оставив переодеться с дороги и освежиться. Бьерн остался помочь своему хозяину. Я спустилась в гостиную, чтобы убедиться в том, что стол уже накрыт. Все было идеально!

Я с гордостью оглядела довольно просторное, но все же неожиданно уютное помещение, где с правой стороны, ближе к окну, стоял длинный стол, в настоящее время покрытый скатертью и со старанием сервированный. На нем уже стояла кастрюля с наваристым борщом, блюдо с тушеной с мясом кроликов картошкой, нарезанный ломтями хлеб и кисель из сухофруктов. Немного, но зато все очень вкусное и сытное.

Я перевела взгляд налево, в ту часть гостиной, где мы устроили себе уголок отдыха. Там стены были завешаны для уюта гобеленами, которые мы нашли в сундуке в комнате бывшей директрисы.

Несколько диванчиков и самодельные скамейки со спинками, застеленные шкурами медведей, полукругом расположились вокруг овального стола, что смастерили рукастые мужчины.

А по стенам были также развешены светильники в виде вырезанных из дерева бабочек и цветов, за этими фигурками размещались белые чешуйки Полозов, и таким образом свет рассеивался, придавая нашему уголку отдыха некий мистический вид.

Вскоре подошел герцог, сопровождаемый Бьерном, последний, подмигнув мне, поклонился хозяину и тихо удалился. Но в гостиную зашла Марта, которая принялась ненавязчиво обслуживать нас с герцогом за обедом.

Она налила нам борща и, быстро присев в книксене, удалилась. Пожелав герцогу приятного аппетита, я, затаив дыхание, ожидала его вердикта новому для него блюду.

Мужчина удивленно посмотрел на неизвестное ему варево и, чуть наклонившись, потянул носом. Уловив его аромат, герцог удивленно приподнял бровь и поднес ложку к губам. Я замерла в ожидании.

- Элея! Вы просто волшебница! На что угодно могу поспорить, что это именно вам принадлежит рецепт этого восхитительного блюда!

Я не стала скромничать, а, улыбнувшись, чуть склонила голову, принимая комплимент. Во время обеда мы перебрасывались ничего не значащими фразами, так сказать, для поддержания разговора. А я все гадала, зачем герцог лично явился к нам, из любопытства или проконтролировать целевое использование ресурсов, еженедельно присылаемых им в замок.

- Элея, - голос герцога стал серьезным. – Признаться, когда я сегодня увидел всех тех людей, которые находились в этом заведении в жестоком заточении, то был приятно поражен! То, что сейчас у них хорошее питание, это я вижу по предложенным на обед блюдам. Ведь вы меня сегодня не ожидали? Не так ли? – усмехнулся он.

- Не ожидала, - вернула я ему улыбку и успела заметить, как взгляд синих глаз скользнул на мои губы. И их немедленно зажгло, словно они наяву ощутили касание.

- И не могли! Так как я только сегодня утром неожиданно решил приехать к вам. Но и это не главное. Я увидел в их глазах спокойствие людей, которые уверены в завтрашнем дне и больше не боятся повторения тех ужасов, которые им пришлось перенести.

- Ваша Светлость, я очень благодарна вам за оказанную мне и этим людям поддержку! Нам бы в сытости до весны дожить, а там мы придумаем, как самим зарабатывать себе на жизнь. Люди здесь подобрались трудолюбивые и талантливые во многих видах деятельности, так что не пропадем! – улыбнулась я.

- Элея, я правильно вас понял, что вы планируете позволить этим людям и дальше проживать в замке? – в ожидании моего ответа герцог даже наклонился ко мне, а в его глазах появилось какое-то иное выражение, словно мой ответ на этот вопрос был для него очень важен.

- Да, вы правы, Ваша Светлость, - они все останутся жить здесь. Насколько мне известно, их родные, по тем или иным причинам, пожелали избавиться от лишних для них родственников, так что этим людям некуда идти. Этот замок теперь и их дом тоже!

- Вы слишком добры, Элея! – голос мужчины приобрел бархатистые, обволакивающие нотки, и мне почему-то показалось, будто меня осторожно погладили по волосам. И вновь проказливые мурашки пробежали по моему телу, руша стену отчужденного спокойствия, так тщательно мной выстраиваемую. А от его похвалы мне стало даже неуютно, будто меня хвалят незаслуженно.

- Не знаю, о чем вы, Ваша Светлость, - произнесла я, как мне показалось, более резко, чем хотелось, - но эти люди достаточно настрадались, и будет просто справедливым дать им новый дом и спокойную жизнь.

- Вы правы, Элея! Поэтому я хочу вам сообщить, что приехал сюда не просто посмотреть, как живут эти люди. У меня для вас есть хорошая новость!

Глава 81. Деловой разговор тет-а-тет

Элея

Я замерла.

- Хорошая новость? – У меня было много хороших новостей раньше, в прошлой моей жизни. Но в этой, пожалуй, ожидается первая. У меня даже ладони зачесались от нетерпения. Пожалуй, я себя сейчас чувствовала, словно ребенок, увидевший под новогодней елкой большую коробку в цветной обертке.

- Да, хорошая новость, - повторил герцог, как мне показалось, с удивлением. – Неужели для вас это такая уж невидаль?

- Признаться, да. Не избалована, - потупилась я, и от неловкости момента принялась разглаживать складки своего платья, успев заметить, что взгляд мужчины стал серьезным и задумчивым.

- Тогда я постараюсь впредь чаще радовать вас хорошими новостями, - голос герцога стал тише, и в нем вновь появились хрипловатые интимные нотки, от которых по моему телу вновь побежали мурашки.

Я невольно передернула плечами, плотнее закутавшись в шаль, и вскинув взгляд на лицо мужчины, вновь потупилась, потому что он в это время задумчиво и как-то грустно смотрел на меня.

- Ваша Светлость, так какую хорошую новость вы хотели мне сообщить? – поскорее перевела я разговор на менее опасную тему.

- Ах да! – встрепенулся герцог, тряхнув головой, отчего светлый локон выпал из убранных в низкий хвост волос. Его глаза снова заблестели, и он улыбнулся. – Закончен судебный процесс по делу о присвоении средств, направленных на содержание подопечных в «доме призрения». Бывшая директриса, эйре Стафания, во всем призналась и сообщила о тайнике в своей комнате. Так вот, я решил самолично удостовериться в наличии в нем денег. Если она не солгала, то в ближайшие дни ей будет вынесен приговор.

- И… что ожидает эту женщину? – осторожно спросила я.

- Думаю, что это будет тюремное заключение в камере, подобной той, в которой содержались эти бедные люди. Надеюсь, десяти лет ей хватит, чтобы она осознала, что чувствовали эти бедолаги!

Я снова поежилась. Но в этот раз от осознания незавидной судьбы жестокой и жадной до чужих денег женщины. И нет, мне не было ее жалко. Ведь сколько людей от нее пострадало! А ведь могли быть и смерти, если бы не самоотверженный поступок бедного магического лекаря, отдававшего заключенным свои жизненные силы. Или как там происходит магическое исцеление? Я уж молчу, что в темном сыром подземелье была заперта даже совсем маленькая девочка! Даже ребенка не пожалела эта мерзавка!

- Ну что, Элея, идемте в комнату к директрисе? – спросил герцог, поднимаясь из-за стола и подавая мне руку.

Да, я подала ему руку, но тут же поспешила убрать, сделав вид, что мне необходимо поправить зацепившуюся за стул юбку.

Я не хотела врать, по крайней мере самой себе. Мне было очень приятно находиться рядом с этим мужчиной! Смотреть на него, слушать его голос, ловить его взгляд… Но у нас не было совместного будущего, а его любовницей я себя не видела. Поэтому лишние переживания мне были совсем ни к чему. Ведь мое душевное состояние только-только начало приходить в относительное равновесие, а тут этот визит, да еще сбивающие с толку горящие взгляды герцога!

Спустя примерно полчаса мы сидели за столом в полутемной, забитой мебелью, но все же очень неуютной комнаты директрисы и недоверчиво блуждали взглядом по огромной куче денег, что высилась горой на ее столе.

— Это ж за сколько лет она столько накопила? – ахнула я.

- Ну, если вспомнить, что назначена была эйре Стафания больше двенадцати лет назад, то, думаю, все эти годы, - растерянно посмотрел на меня герцог. - Я слишком сильно доверял попечителю Актану. Он был давним другом моего отца, и я не ожидал, что он порекомендует на эту ответственную должность настолько нечистого на руку управленца.

- А попечителю Актану что-то будет за то, что здесь творилось? Ведь он тогда был здесь, когда меня привезли в замок. И он прекрасно знал, что в его стенах происходит! Я рассказывала, что подслушала его разговор с директрисой, они как раз обсуждали, когда будет можно переводить меня ко всем прочим в подземелье! – Я поняла, что меня трясет, лишь почувствовав на своей руке горячие пальцы герцога.

- Элея, прошу тебя, не думай больше об этом! – Я мимоходом отметила, что он снова обращается ко мне на «ты», и этого никак нельзя было допустить! Официальное деловое общение — моя единственная стена отчуждения, защищающая меня от необдуманных поступков.

Но его участливый голос, да еще горячие пальцы, медленно и как-то интимно пожимающие мою руку, буквально подталкивали меня к краю пропасти. Я резко вырвала свою руку и с облегчением вздохнула. Мурашки разбежались кто куда, а в голове сразу прояснилось.

- Ваша Светлость, а как вы планируете распорядиться этими деньгами? – Я продолжила деловой разговор, переключая внимание герцога со своей особы на плотно набитые полотняные мешочки золотых и серебряных монет.

- Как что? – Брови герцога взлетели вверх. – Эти деньги передавались на содержание этих людей, а значит, на это должны и пойти!

- На содержание? – Я задумалась, и тут в мою голову пришла феноменальная идея! – Да, Ваша Светлость, вы правы! Это деньги этих людей! Но они не пойдут просто на их содержание, а будут компенсацией за перенесенные страдания! Их нужно им раздать!

- Раздать? Но зачем? – На лице мужчины было написано искреннее недоумение.

- Действительно не понимаете? – Я внимательно посмотрела в его глаза, и сейчас в них я увидела лишь сосредоточенное внимание. Мужчина на самом деле хотел понять.

- Я постараюсь объяснить. Вот вы – герцог Сантерийский! У вас есть гордое имя, свои земли, невероятно прекрасный замок, деньги, чтобы безбедно жить и ни в чем себе не отказывать. А у этих людей нет ничего! По праву рождения у них тоже могло все быть, но их коварные и жадные родственники решили иначе! Сдали не нужную им родню в психушку! А ведь это совершенно нормальные люди! Более того – аристократы, имеющие магический дар! Но они теперь живут, можно сказать, на подаяние! Неужели вы думаете, что они не хотели бы хоть как-то наладить свою жизнь? Ну, хотя бы иметь свой собственный дом? А уж прокормить себя они могут теперь с помощью своего магического дара. Хотя…

- Что? – Брови мужчины были нахмурены, губы сжаты, но он с большим вниманием ловил каждое мое слово.

- Очень жаль, что подобные случаи никем не расследуются, а потому, чувствуя безнаказанность, на вашей земле происходят подобные бесчинства. Вот, например, среди бывших узников «дома призрения» была и маленькая девочка. Так вот, она помешала мачехе, новой жене своего отца. И вместо того, чтобы получить достойное воспитание и образование, а затем стать законной наследницей своего отца, девчушка была заточена в сыром темном подземелье! И умерла бы, если бы взрослые узники ее не подкармливали, делясь последним куском хлеба. Разве справедливо, что ее мачеха ест, пьет на золоте, в шелка одевается, а истинная наследница отца живет, словно приживалка!?

На повышенных тонах я закончила свою длинную и обличительную тираду, и не успела даже перевести дух, как оказалась сжатой в крепких объятиях мужчины.

У меня аж колени подогнулись от неожиданной накатившей слабости, вызванной его близостью, а сердце сладко заныло.

- Ты права! Ты совершенно и во всем права! – Горячо прошептал он мне в ухо, и предательские мурашки вновь устроили по моему телу показательный парад.

Еле найдя в себе силы, я уперлась ладонями в грудь герцога и отстранилась от него. Он нехотя разжал объятия, выпуская меня из кольца своих рук.

- Прости! Просто слишком много эмоций от сегодняшней нашей встречи. А еще, я даже не представлял, насколько ты внимательна, умна и добра к людям! Нет, я это знал, давно знал, но… Сегодня добавилось еще и понятие «очень»! Я немедленно по своему приезду инициирую дело о родственниках, сдавших своих родных в «дом призрения». Прикажу со всей тщательностью расследовать причины, побудившие их сделать это, а затем, в зависимости от результатов, будет принято и решение, отдельно по каждому случаю.

- А не могут это богатые родственники подкупить следователей?

- Следователей? Хм, интересное слово! Пожалуй, я выделю для этого дела лучших менталистов и назову их… следователями! – широко улыбнулся герцог.

- Да, было бы очень хорошо, если бы люди смогли вернуть себе имущество, принадлежащее им по праву! – Я чуть в ладоши не захлопала, настолько была рада, что появился хоть какой-то шанс помочь безвинно пострадавшим людям. – Ваша Светлость, так вы не против, чтобы мы раздали эти деньги тем, кому они и предназначались? Пусть они устраивают свою жизнь так, как посчитают правильным! Вот только… Я прикусила нижнюю губу и нахмурилась.

- Что-то не так?

- Думаю, нам нужно поискать в бумагах директрисы, если их, конечно, не забрали при ее аресте. Там наверняка есть записи, кто именно привозил сюда своего родственника и кого именно. А также там точно есть записи и о поступающих на их содержание суммах. Первая информация поможет вашим следователям понять, в мотивах совершения чьих поступков им предстоит разобраться. А список со сданными суммами мы просмотрим и посчитаем, кому сколько должны отдать! – на одном дыхании выпалила я и встретилась с восхищенным взглядом герцога.

- Готов снять шляпу перед вашей мудростью и щедростью, гер… Элея.

- Щедрость здесь ни при чем! – пожала я плечами. Это не мои деньги. Кстати, все забываю спросить, как себя чувствует наш лекарь? Уже достаточно времени прошло, надеюсь, он уже здоров?

- Да, ваш лекарь поправился уже месяца полтора назад. И все это время он проходил обучение у моих лекарей. Так что скоро к вам вернется обученный лекарскому делу маг!

— Это чудесные новости! Все будут очень рады! – Я радостно улыбнулась. Травки травками, но иметь в таком захолустье лекаря, способного быстро справиться практически с любой болезнью, это просто подарок судьбы!

- Элея, я еще хотел вам сказать, чтобы вы не беспокоились о продуктах! Я обязуюсь также продолжать снабжать вас и ваших людей провизией!

- Благодарю вас, Ваша Светлость! Нам бы только до лета продержаться! А там ягоды, орехи, грибы, дичь опять же! Потом наберем чешуек Великих Полозов и наделаем артефактов на продажу! Ничего, проживем! – Мечтательно улыбнулась я, встретившись с удивленным взглядом мужчины.

- Элея! Вы собираетесь работать? Но вы же…

- Все верно, Ваша Светлость. Вы вовремя остановились, вспомнив, что я не герцогиня. Я – никто! По счастливой случайности, а еще благодаря вашей щедрости, я – владелица замка, в котором проживают люди, о которых я должна позаботиться! А теперь давайте вместе поищем бухгалтерские записи бывшей директрисы.

Глава 82. Тяжелый день

Элея

Большая работа была проделана нами в этот день, но, самое главное, мы все же нашли и списки сданных их родственниками людей, и расходную книгу, в которую директриса записывала, сколько и от кого она получала денег на содержание отказника. Да, именно так она называла этих бедных людей.

Не имея под рукой такого привычного в моем прошлом мире калькулятора, я уже не так быстро, но все же посчитала в столбик суммы, которые задолжала каждому из бывших узников этого замка эйре Стафания.

Герцог в это время молча сидел рядом и не отвлекал меня. Лишь когда я закончила подсчеты и, удовлетворенно вздохнув, откинулась на спинку стула и повернулась к нему, то встретила ошарашенный взгляд ярких синих глаз.

- Элея, откуда вы все это знаете? Женщина не может… То есть, я хотел сказать, женщин не учат точным наукам. Даже и не знаю уж теперь, как с вами разговаривать, - немного нервно усмехнулся мужчина, передернув плечом. – Вы, Элея, просто полны невероятных сюрпризов!

- Надеюсь, приятных? – не выдержав, немного пококетничала я.

- А с вами других и не бывает, - голос герцога снова обрел опасную хрипотцу, и я поняла, что пора заканчивать подобные разговоры, а то неизвестно, до чего так можно договориться.

- Ну что, идем обрадуем людей? – я встала со стула и подхватила листы со своими подсчетами.

Герцог молча поднялся и последовал за мной, прожигая взглядом мне между лопаток.

По моей просьбе Бьерн созвал в гостиную всех жителей замка, и вот, сбившись в тесную кучку, плечом к плечу, как они привыкли защищать друг друга, люди стояли и вопросительно смотрели на меня, украдкой бросая настороженные взгляды на герцога. Таким образом я созвала их впервые, и у людей, конечно же, могли возникнуть тревожные мысли по поводу общего сбора, тем более что на нем присутствовал Его Светлость.

Я подняла руку, и все шорохи и перешептывания стихли, а взгляды сосредоточились на мне.

- Друзья! У меня… - я обернулась на герцога, - у нас для вас хорошие новости! – Люди недоверчиво переглянулись, а я продолжила. – Бывшая директриса «дома призрения» осуждена и свое наказание будет отбывать в таком же месте, в каком содержала и вас!

Если я ожидала громких криков радости, улюлюкания и оваций, то была обескуражена. Тишина стала просто гробовой, а взгляды людей еще более затравленными. С моим менталитетом человека из другого мира мне этого было не понять. Но, сделав мордашку кирпичом, я постаралась не подать виду, что ничего другого и не ожидала.

- Но это еще не все! Вам, как несправедливо пострадавшим, положена денежная компенсация в размере сумм, выплаченных вашими родственниками на ваше достойное содержание! А так как это не было выполнено, то эти деньги вы получите на руки и сможете распорядиться ими, как только пожелаете!

Лица людей выразили невероятную гамму чувств. На них было написано изумление, а еще недоверие и робкая радость. Я не стала называть сами суммы по этическим соображениям, так как они у всех были разными. Но, называя имена, я вызывала их по очереди и вручала полотняные мешочки с причитающейся им компенсацией.

Когда вручение денег было завершено, я с огромным удовлетворением окинула взглядом буквально посветлевшие лица людей и добавила: - Возможно, не всем хватит денег на дом, но все же некоторые из вас, на имеющиеся деньги, могут его себе построить! Надеюсь, вы решите это сделать рядом с замком, и мы, таким образом, сможем организовать здесь свое собственное поселение вольных магов!

Но те, у кого не хватит денег на строительство дома, или те, кто просто захочет здесь остаться, могут это сделать! В этих стенах вам всегда будут рады! Более того, я решила, что с разрешения Его Светлости открою здесь Магическую Академию для… бастардов!

Я знала, что иду по тонкому льду, можно сказать, зарываюсь. Но все же надеялась на здравый смысл герцога и на его дальновидность.

- Полагаю, обученные маги очень даже пригодятся нашему герцогству! Не так ли, Ваша Светлость? – я повернулась к герцогу, лукаво улыбаясь, хотя внутри я буквально тряслась, как осиновый лист.

- Совершенно с вами согласен, Элея! – бархатный баритон мужчины заполнил собой все пространство немаленькой гостиной, и она от его голоса почему-то показалась очень уютной. – Маги нашему герцогству очень даже нужны! А посему, я полностью поддерживаю ваше благое начинание и полностью беру обеспечение вашей Магической Академии на себя.

По гостиной пронеслись дружные вздохи удивления. На этом стихийное собрание завершилось. Люди, все еще не веря в произошедшее, медленно расходились с него, с опаской посматривая на свои кошели с деньгами, ощупывая их и позвякивая монетами.

Наконец, мы с герцогом снова остались одни. В какой уже раз за этот день.

- Ваша Светлость! Прошу прощения, что предварительно с вами не посоветовалась насчет Академии. Просто мы с вами столько сегодня тем обсуждали, и я несколько раз порывалась…

- Не нужно. Не нужно что-то объяснять. Это ваш замок, и ваше право использовать его по своему усмотрению. Что бы вы ни задумали, я поддержу вас… всегда, - добавил он тихо, пристально и словно в ожидании чего-то глядя мне в глаза.

В дверь гостиной постучали, и Бьерн объявил, что все ждут нас на кухне на полдник!

- Но почему на кухне? – вскинул брови герцог.

- На кухне тепло и очень уютно! Мы любим там собираться в особенно холодные зимние вечера, - улыбнулась я мечтательно, а затем оглянулась по сторонам: - Нам бы здесь камин соорудить!

- Камин? Но зачем? – удивился Его Светлость. – Вы мерзнете? Вам не хватает красных чешуек? Я пришлю вам их!

- Нет-нет! Пока чешуек достаточно! Просто камин и горящие в нем сухие поленья придадут гостиной куда больше уюта! Представьте только! Темно, и лишь небольшой уголок в гостиной освещает пляшущее желто-оранжевое пламя в камине. Тихо потрескивают дрова, и плывет по комнате ни с чем не сравнимый аромат горящего дерева! – закончила я мечтательно и уперлась взглядом в горящие страстью глаза герцога.

Я вздрогнула, шагнула назад и быстрым взглядом окинула помещение, но Бьерна и след простыл! А я даже не заметила, как он вышел.

- Элея, - голос герцога был глух, и в нем я почувствовала сильную усталость. – Вам не стоит меня опасаться. Я никогда и ни за что не причиню вам вреда! И ни к чему не буду неволить, - добавил он еще тише.

Я же просто кивнула, принимая к сведению его обещание, и пригласила пройти на кухню. Там я уже была не одна. В очень теплое помещение набилось много народу, все расселись, где придется, кто-то даже устроился на мешке с картошкой и на перевернутом ведре.

Наш повар Стик большим половником разлил по кружкам ароматный отвар из сушеных трав, именующийся здесь чаем. Даже каждому досталось по аппетитной свежей булочке с корицей.

Мы засиделись неожиданно долго, сначала люди тихо обсуждали дневные дела, даже немного поспорили. Говорили тихо, с некоторой оглядкой на герцога. Да, сначала все смущались присутствия такой высокопоставленной особы, но потом, когда за окном стало темнеть, и полдник плавно перешел в ужин, когда Стик наполнил миски ароматной тушеной картошкой с кроличьим мясом, люди расслабились и начали вслух мечтать, кто как распорядится свалившимся на голову богатством.

Многие мечтали построить дом. Но были и те, кто пока ничего не решил насчет денег, но зато захотел остаться здесь и учиться в будущей Магической Академии.

- Эх! Камина не хватает! – тихо пожаловалась я уже во второй раз за день. Внимательный Бьерн подсел ко мне ближе и начал выспрашивать про устройство эдакого чудного приспособления.

Постепенно разговоры сошли на нет, люди начали зевать и, вытащив из кармана белую светящуюся чешуйку Полоза, уходили спать, пожелав оставшимся «доброй ночи».

Я тоже решила, что, наверное, не положено женщине, да еще и хозяйке замка, так долго засиживаться на подобных посиделках. Попросив Бьерна позаботиться о герцоге, тоже пожелала всем «доброй ночи» и отдельно Его Светлости.

Он сверкнул на меня глазами и поднялся с места, предложив проводить до комнаты. Кругом было полно народу, так что ничего предосудительного я в его предложении не увидела и согласилась.

Мы медленно поднимались по широкой лестнице и молчали. Наконец герцог заговорил:

- Элея, сегодня был необычайно интересный, полезный и полный открытий день!

Но так как я ничего не ответила на это, он продолжил:

- И я с радостью увезу в своем сердце воспоминание о нем!

Я снова ничего не ответила, так как не хотела развивать эту довольно скользкую тему, ведь и без того наше общение проходило по самой грани местных приличий.

Мы уже подошли к двери моей комнаты и неловко замолчали. По ступеням затопали маленькие ножки, и со стороны лестницы запрыгали два белых огонечка, оказавшиеся осветительными чешуйками в руках Селестии и ее новой подружки.

- Ой! Ваша Светлость! Доброй ночи! – испуганно пискнули малышки и скрылись за дверью.

Их появление словно бы стронуло тонкую невидимую нить, удерживавшую нас с герцогом возле друг друга.

- Элея, - он потянулся было к моей руке, лежащей на ручке двери, но на полпути его рука замерла. – Элея, - хрипло, словно слова давались ему с большим трудом, снова произнес герцог мое имя. – Я завтра уеду рано утром, на рассвете. Думаю, вы еще будете видеть сладкие сны, поэтому прощаюсь с вами сейчас. И я еще раз уверяю, что буду оказывать вашему начинанию с Академией всяческую помощь! Доброй ночи, Элея! До встречи! – и, не дожидаясь ответа, герцог резко развернулся и направился в другой конец коридора, в гостевые покои.

Он уехал на рассвете, как обещал. Но он не угадал, сказав, что я буду спать. Я проворочалась всю ночь, тщетно гоня от себя мысли об этом невероятно красивом и неожиданно чудесном мужчине. Да, а ведь все могло сложиться совсем иначе! И, возможно, это я бы сейчас ждала появления его наследника.

Глава 83. Весна

Элея

Вот уже и зима прошла, за окном благоухал белыми цветами плодовых деревьев апрель месяц, и я все чаще и чаще думала о предстоящем походе в горы к Великим Полозам. Было, конечно, страшновато, но, помня свой первый опыт общения с ними, утешало, что на диалог эти гигантские существа способны.

За зиму замок кардинально преобразился. Лишенные трещин, ровные стены радовали необычной росписью, в основном на тему природы. Кругом стояла деревянная добротная мебель, а освещение, хотя осуществлялось все также чешуйками, было стилизовано под бра в виде птиц, бабочек и цветов.

Бывшие узники подземелья уже совсем пришли в себя, поправились во всех смыслах этого слова, и выглядели пышущими здоровьем и довольными жизнью. И я даже заметила, что между двумя мужчинами и двумя женщинами завязались романтические отношения.

Я смотрела на них и по-доброму завидовала. Надеюсь, их злоключения закончились, и теперь их ждет спокойная счастливая жизнь.

Моя же вскоре сделает резкий кульбит, и меня ожидает новый участок тернистого пути под условным названием «Квест с Великими Полозами».

Я бросила взгляд на уютное гнездышко моей Шушечки. За эти несколько месяцев я очень по ней соскучилась, мне не хватало ее звонкого голоска в моей голове, смешных реплик и иногда очень наивных вопросов. Она все чаще ворочалась во сне, и теперь уже было видно, что она скоро проснется, и я с нетерпением ждала этого момента.

- Элееяя! Выходи! Лес привезли! – я вздрогнула, услышав, что меня зовут. Подойдя к распахнутому окну, отодвинула легкую кружевную занавеску, что придавала необычайный уют моему теперь уже личному жилищу, и выглянула наружу.

Во двор замка неспеша втягивались подводы, груженые самым лучшим, годным для строительства домов, лесом. Несмотря на то, что у людей уже были свои собственные деньги, и они были вольны распоряжаться ими по своему усмотрению, они все равно по привычке обращались ко мне по любому вопросу.

В данном случае меня звали отнюдь не проверить качество леса, а лишь рассчитаться с поставщиком. Я махнула в ответ рукой, показывая, что услышала и иду, и тут, как мне показалось, позади меня ворчливо прозвучало:

- Ну что там за шум? Поспать немножко не дают! – я на мгновение замерла, а затем резко обернулась.

- Шушечка! Ты проснулась, моя дорогая! – я встретилась со взглядом лучистых глаз моей… А действительно, кто она мне? А! Не важно! Подружки.

Я в два шага оказалась рядом со своей маленькой радужной змейкой. Осторожно взяв ее на руки, радостно закружилась по комнате.

- Элея! Мы же с тобой только вчера виделись! Хотя, конечно, приятно, что ты меня так любишь! – милый тонкий голосочек бальзамом лег мне на душу.

- Да какое вчера! Ты всю зиму проспала!

- Что такое зима? – полюбопытствовала моя почемучка, а я громко засмеялась. Я смеялась, кружась со своей сияющей под попадавшими в окно солнечными лучами змейкой, и радужные пятнышки скользили по стенам моей комнаты, раскрашивая мой маленький мирок яркими красками.

- Кушать хочу! – заявила Шуша, все также пребывая в недоумении по поводу моей бурной радости.

- Сейчас! У меня в кармане еще один камушек остался! – я бережно опустила змейку в ее зимнее гнездышко и, открыв еще пахнущий деревом шкаф, сняла с грубой вешалки шубку, в кармане которой всю зиму пролежал последний кусочек перлита.

- Держи! Кушай! Тебе сейчас нужны силы после зимней спячки.

Не слушая меня, Шуша с жадностью выхватила у меня из пальцев белый пористый камешек и ловко проглотила.

- Еще! – тут же потребовала она.

- Больше нет, уж извини! На днях пойдем с тобой на гору Великих Полозов, к твоим сородичам, там и наешься перлита вволю! А сейчас я попрошу местных мальчишек наловить тебе мышей. Потерпишь немного?

- Зачем попросишь наловить мышек? Я и сама могу! Хочу гулять и мышек ловить! – заявила строптивица, лизнув мою руку своим раздвоенным розовым язычком.

- Элееяя! – снова послышалось с улицы.

- Ой! Меня же во дворе ждут! – спохватилась я. – Я могу тебя с собой взять, половишь сама мышек, если силы есть. Но тебе не будет холодно? Уже, конечно, тепло, но летней жары еще нет. – Я замолчала, ожидая ответа, но Шуша просто смотрела на меня не мигая. Видимо, ей моя длинная фраза ясности в происходящее не добавила. – Я боюсь, что тебе будет холодно! – коротко донесла я до нее суть своего переживания.

- Что такое холодно? – огорошила меня вопросом Шуша. Я глубоко вздохнула, но решила разговоры оставить на потом. – Идем, погуляешь, пока я займусь делами.

Едва я вышла на улицу, головы почти всех находившихся на разгрузке леса мужчин повернулись ко мне, и я услышала уважительные шепотки, в которых отчетливо слышалось «говорящая с Полозами». Мужчины с интересом смотрели на переливающуюся всеми цветами радуги змейку в моих руках, но подходить не спешили. Я вышла за ворота, отошла подальше от дороги и выпустила Шушу на молодую травку.

- Наешься мышек, позови меня! Я приду и заберу тебя! Сама не ползи в замок, а то на тебя нечаянно могут наступить. Маленькая ты еще у меня!

- Позову! – пискнула змейка и ушуршала в заросли терновника.

Я вернулась во двор, к терпеливо поджидающему меня торговцу лесом, и мы занялись нудным, но необходимым делом, называющимся «кто кого».

Герцог Сантерийский

- Ну, рассказывай, как твои дела? Что-то ты давненько не заглядывал ко мне, совсем забыл старого друга! – я внимательно смотрел на Орма, которого не видел больше месяца, и словно не узнавал.

Его наряд стал более сдержан в цветовой гамме, а стиль куда строже прежнего. И куда только делись многочисленные рюши и кружева? Но основное отличие таилось в его глазах.

- Да что рассказывать? Я вложил свои последние деньги в лесопилку, и…

- Что, прогорел? – я аж поднялся со стула, опрокинув его. Так вот, оказывается, с чем связан не такой уже франтоватый вид моего друга и грусть в его вечно смеющихся глазах.

В это мгновение дверь гостиной открылась, и вошли лакеи с обедом. Но какие-то взмыленные и взъерошенные были юноши, с красными лицами и испариной на лбу. Расставив блюда на обеденный стол, они поспешили выйти. Вернее сказать, это Хуго буквально выгнал их отсюда и принялся сам прислуживать за столом.

Пока он неторопливо разливал нам по тарелкам грибной суп, я терпеливо ждал, когда он пояснит происходящее, но мажордом смотрел строго перед собой и молчал.

- Хуго, может ты мне все-таки объяснишь, что сейчас только что было?

- Ничего важного, Ваша Светлость!

- И все же я настаиваю. Говори!

Старик медленно налил супа в тарелку Орма, вернул половник в супницу, накрыл ее крышкой и только потом поднял на меня глаза. Заложив руки за спину, он начал рассказ о том, что я и без него знал. Но зато странный вид лакеев теперь мне стал понятен.

- Ваша Светлость! Незадолго до обеда Ее Светлость пожелала свежей крови черного петуха и заставила лакеев поймать и доставить птицу живой в ее апартаменты.

Орм закашлялся, и грибной бульон хлынул из его носа на скатерть.

- Прошу прощения! Я сейчас! – еле прохрипел он, продолжая кашлять, и убежал в туалетную комнату.

Я повернулся к Хуго.

- Давай рассказывай дальше! Зачем… Хотя, ты это уже сказал. Что-нибудь еще знаешь?

Ловко заменив испачканную салфетку под тарелкой Орма и убрав испорченный суп, мажордом заговорил. - Никак нет, Ваша Светлость! Герцогиня последние дни почти совсем не выходит из своих покоев, лишь требует принести ей или приготовить что-то трудновыполнимое, а когда приносят, она говорит, что уже передумала.

Я мрачно кивнул. Действительно, в последнее время поведение моей жены стало совсем невыносимым. Во всем замке, пожалуй, не было ни одного человека, так или иначе не прислуживающего ей лично или в первую очередь сначала ей.

Я, со своей стороны, старался с пониманием относиться к такому поведению супруги. Ведь, насколько мне известно, женщины в интересном положении становятся до чрезвычайно капризными и ранимыми, а еще у них до невозможности странный вкус. До родов жены оставалось примерно три месяца. А это значит, еще целых три месяца воплей и истерик на весь замок!

Я со стоном схватился за голову. Послышались шаги вернувшегося друга. - Элиас, приношу извинение за свое недостойное…

- Забудь! Я вполне и сам мог подавиться, если бы ел в это время. Ко многим чудачествам Доротеи я привык, но сегодняшнее ее требование… Ладно, не стану повторять. Лучше навещу ее сам и спрошу, что это за новая блажь на нее нашла. Ты рассказывал про лесопилку. Так что у тебя с ней случилось?

Орм с удовольствием оглядел блюда на столе и положил себе сам на тарелку из того, что выбрал. Я удивленно поднял бровь. Раньше виконт и пальцем бы не пошевелил сам, а ожидал бы, пока его обслужат. В гостиную тихо, словно тень, скользнули два лакея, успевшие привести себя в приличный вид, и замерли у стены неподалеку.

- Да ничего у меня не случилось! – усмехнулся друг, забрасывая в рот маринованный грибочек. – Работает лесопилка!

- А кого ты нанял управляющим? Может, я его знаю? А то вдруг попадется нечистый на руку человек. Таких, увы, большинство!

— Вот именно! – хмыкнул Орм, принимаясь за сочное мясо по-штихонски. – Поэтому я и взялся управлять лесопилкой сам!

Я думал, что в этой жизни меня уже мало что может удивить! Но сейчас я аж рот открыл от удивления, что, наверное, смотрелось очень глупо.

- Что ты сказал?

- Я сам же и управляю лесопилкой! – улыбаясь, повторил Орм. – И знаешь, очень даже неплохо получается! Даже крупного клиента нашел! Вернее, клиентку! Догадайся, о ком речь? – хитро улыбнулся он и подмигнул.

- Элея? – прошептал я, чувствуя, как кровь отливает от моего лица.

- Не волнуйся! Я же не рвач какой! Я знаю нынешние цены на лес и продаю ей ниже самой низкой! Тем более, что берет она много, так что и я, и она довольны!

- Довольны, - прошептал я последнее слово и почувствовал, что моя левая рука буквально завязывает ложку узлом.

- Да! На самом деле все хорошо! – продолжал восторженно излагать Орм, не замечая моего состояния. Хотя, какое я имею право ревновать Элею, если сам ее и отпустил? Но был ли у меня в той ситуации иной вариант? И теперь она свободна, как свободен и мой друг. Но все же я едва мог его слушать, настолько у меня внутри все горело и болело.

- У твоей Элеи, оказывается, просто железная хватка! – произнес восхищенно виконт, я же теперь уловил самое важное для себя слово «твоей» и прислушался к рассказу Орма.

- Она чрезвычайно ловко умеет торговаться! Просто шляпу снимаю перед ее умением! И да, пожалуй, нескольким приемам я от нее научился. Удивительная девушка! – восхищение Элеей и широкая белозубая улыбка друга вызвали у меня новый укол ревности, который я сумел подавить, раз за разом напоминая себе, что не имею права лишать ее возможности стать счастливой. Орм хоть и оболтус, но по характеру добряк и не обидит ее. Да и, как видно, взялся за ум и даже подрастерял часть своих барских привычек.

Орм что-то еще говорил о своей лесопилке, а я невольно вернулся в свои воспоминания, когда в последние несколько месяцев видел Элею, пару раз в месяц приезжая в ее замок вместе с подводой провизии.

Мы говорили с ней о делах, но больше не уединялись. Все наше общение проходило на глазах хоть кого-то из ее людей. Как не хотелось мне до зубовного скрежета хотя бы дотронуться до ее руки, но я не мог себе этого позволить. Я слишком уважал эту смелую девушку, чтобы так рисковать и бросить хотя бы тень на ее репутацию.

Мои размышления были прерваны знакомым цоканьем каблучков и грохотом отлетевшей от стены двери. Одетая в пышное платье пудрового оттенка, словно собралась на бал, в гостиную вплыла Доротея.

- Дорогой супруг! Меня что, уже и к столу приглашать не обязательно? Вы так считаете? – придерживая одной рукой уже довольно заметный живот, а другую уперев в бок, Доротея смерила меня высокомерным взглядом. И куда только подевалась ее кроткость и нежность? Герцогиня чувствовала себя в своем праве и бессовестно этим пользовалась.

- Дорогая, что же ты поднялась с постели? Неужели снадобье из крови черного петуха не помогло? – я прищурил глаз, внимательно наблюдая за супругой, и ведь не прогадал! Она словно сдулась, ее руки безвольно повисли вдоль тела, а нижняя губа некрасиво оттопырилась.

- Ты меня не любишь! – капризно прохныкала она и, развернувшись, поцокала каблучками назад.

Я посмотрел ей вслед. Герцогиня с прежней грацией несла свою аккуратную головку, и осанка ее тоже была идеальна.

- Железная женщина, - бросил Орм, причем я не понял, в осуждение или в восхищении. – Как там ребенок? А то, может, у тебя сразу двойня родится? «Что лекари говорят?» — спросил друг, а я, задумавшись, ответил не сразу.

- Не знаю, - пожал я плечами, - она не допускает до себя лекарей.

Орм снова чуть не подавился.

— Это как это так?

- Да вот так! Говорит, что ее старая служанка, а по совместительству кормилица, следит за ее беременностью. Говорит, что та и роды ее матери принимала, и ее собственные будет принимать.

Орм смотрел на меня широко открытыми глазами.

- Да, ты прав, я тоже думаю, что пора проведать мою благоверную в более интимной обстановке! Ты продолжай спокойно обедать, а то наши разговоры заставляют пищу идти не в то горло! Я скоро вернусь!

С этими словами я покинул гостиную, направившись вслед за Доротеей. Она только что была полностью одета, так что, думаю, мой визит в ее покои будет вполне уместен.

***

Пять минут спустя в покоях Доротеи

- Я не поняла! Повтори-ка еще раз, дорогой! Куда я должна поехать?

- Завтра мы едем в скалистые горы, где обитают Великие Полозы, дорогая! Повозка будет мягкой, ты не беспокойся! Так что комфорт я тебе обеспечу.

- Что? Но зачем? Зачем подвергать будущего наследника такой опасности? – Доротея аж взвизгнула и резко повернулась от зеркала, придерживая рукой живот.

- Такая традиция у носителей крови «говорящих с полозами», - больше не став ничего объяснять, я вышел из покоев супруги, успев заметить злобный взгляд ее кормилицы, старой неряшливой женщины, которая на моей памяти ни разу со дня свадьбы не покидала покоев своей подопечной.

Глава 84. Перлит

Элея

Очень волнительное у меня сегодня выдалось утро, но, к счастью, теплое и солнечное. Я оделась в брючный костюм, оседлала уже застоявшегося в конюшне Орлика и уложила в седельную сумку Шушечку.

Все это я проделала втайне от всех жителей замка и непосредственно перед отъездом сказала лишь одной Марте, что еду просто прогуляться. Остальным я не хотела сообщать о цели моей поездки, так как ожидала, что в качестве сопровождающих, да и просто за компанию, из интереса, ко мне обязательно будет набиваться молодежь. Особенно неугомонный рыжий мальчишка, ставший мне названным братом. А за ним потянутся и другие подростки, и уж обязательно Селестия!

Я бы, пожалуй, взяла с собой Бьерна, но увы, он отсутствовал. Старый воин все чаще в последнее время уезжал в замок к своему хозяину, и его не было по несколько дней, а то и по неделе. И я прекрасно понимала, к чему все идет. Совсем скоро тот, кого я начала считать своим другом, а потом практически отцом, навсегда покинет мой замок. Я вытерла кулаком выступившие слезы и снова переключилась на важную в данном случае тему Великих Полозов.

В принципе, по опыту общения с ними там, у реки, я поняла, что в принципе с ними можно договориться, во всяком случае, они идут на диалог. Да и Шушечка будет у меня в качестве «переводчика».

Но, так или иначе, это было опасно. Я помню рассказ о том, что подслеповатые от природы Полозы слишком быстро передвигаются, и на самом деле это смерти подобно — оказаться у них на пути, раздавят и даже не заметят! Именно поэтому я не хотела брать с собой детей. Опасно.

Дорога поначалу была нетрудной и даже приятной. Солнечный денек, пока еще ласковое солнышко, теплыми лучами греющее мне спину, и приятная компания в лице, а вернее, в мордочке моей любимой Шушеньки, с которой мы очень мило болтали в дороге.

Я ей рассказывала, что мы сделали за зиму и что уже растут потихоньку свои собственные дома у некоторых моих «постояльцев». А точнее говоря, у мужчин. Женщины не могли сами заняться постройкой дома, но берегли свои деньги в качестве приданного на свадьбу. И две свадьбы уже планировались сразу по окончании строительства новых жилищ.

Шуша не все понимала из того, что я говорю, поэтому часто переспрашивала, смешно уродуя некоторые слова. Но, так или иначе, с такой веселой попутчицей дорога была куда легче.

На подступах к горной гряде дорога стала хуже. Орлик стал часто спотыкаться, наступая на маленькие камушки, коими было обильно усыпано подножье горы. Я не стала рисковать конём, ведь он запросто мог повредить себе ногу. Спешившись и достав Шушу из седельной сумки, оставила Орлика пастись, выискивая скудную растительность на каменистой почве.

Я надеялась, что обернусь быстро, поэтому повесила Шушу себе на шею и начала осторожно подниматься в гору. Хорошо, что со мной была моя змейка, именно она мне подсказала направление движения, а то бы я долго блуждала в поисках ближайшей пещеры.

Я пыталась мысленно звать того черного Полоза, с которым общалась ранее, но он не отвечал.

- Шуша, как ты думаешь, может, взрослые Полозы еще спят? – я уже была настроена не так оптимистично, опасаясь, что не смогу поговорить с Полозами насчет Шуши. Оставалось надеяться, что хотя бы мелких осколков перлита мне удастся собрать. Здоровье моей маленькой красавицы для меня сейчас было важнее всего! А к Полозам для разговора я еще вернусь, благо мой замок всего в двух часах спокойной езды.

- Нет, они не спят, - последовал ответ.

- Так почему они не отзываются?

- Заняты, - совсем лаконичный ответ, вроде бы отвечал на мой вопрос, но ничего не прояснял.

- А чем они заняты? - я остановилась, чтобы попить воды из тыквенной фляжки. А спросила просто так, для поддержания разговора. Откуда было знать этой малышке, что делают ее взрослые сородичи, раз она с ними не жила?

- Делают маленьких Полозов! - фонтан драгоценной воды из фляжки оросил ближайшие пыльные камни. Я закашлялась, пытаясь продышаться.

- Что ты такое говоришь, Шуша! Откуда ты можешь это знать? - мне кажется, я покраснела, и вовсе не от ставших к полудню более жалящими солнечных лучей. Но дальше эту пикантную тему я развивать не стала.

Я выпила несколько маленьких глоточков воды из фляжки и дала в пригоршне попить змейке. Спрятав фляжку в перекинутую через плечо котомку, посмотрела вверх, примеряясь, с какой стороны удобнее всего будет подняться ко входу в пещеру. До нее оставалось каких-то десять метров, но подъем был слишком крутым для неподготовленного человека, но не для меня.

Хотя... это все же куда проще, чем лазить по вертикальной стене скалодрома! Выражение «помнят руки-то» в моем случае явно не подходило, так как тело было не мое. Но зато моя память подсказывала, как правильно двигаться, как распределять вес на небольших и местами шатких выступах, и вскоре я уже была у входа в огромную пещеру. На мгновение мне показалось, что это тоннель метро, и вот-вот из темноты появится яркий свет фар поезда.

Я прислушалась, тишина, и лишь тоненькое завывание сквозняка в щелях скалы где-то под потолком тоннеля. Снова попробовала мысленно позвать черного Полоза, но, увы! Даже если он меня и слышал, то отзываться, видимо, не желал. В ответ и на призыв Шуши никто из ее сородичей не отзывался.

- Шуша, я что-то переживаю! Не могло с ними что-то нехорошее случиться? Почему они все молчат? Тогда, у переправы через реку, черный мне быстро ответил!

- Заняты они! - последовал все тот же ответ.

- Чем!?

- Делают маленьких Полозов! – снова ответила она, а я только глаза закатила, и обошлась без комментариев.

- Ладно, нам сейчас важнее всего набрать перлита! Вот только как его разглядеть в кромешной темноте?

Я медленно, держась рукой за неожиданно гладкую стену тоннеля, отчего он еще больше напомнил мне метрополитен, шагнула вперед. Таким образом я прошла, наверное, метров двадцать, хотя в темноте очень трудно рассчитать расстояние.

На моей шее, словно разноцветная гирлянда, светилась змейка. Да так ярко! Или мне это только казалось? Ведь в моей комнате даже ночью никогда не было такой темени, как здесь, сквозь окно всегда проникал лунный свет.

Сначала я подумала, что мне это мерещится, или галлюцинации в темноте начались. Но стены тоннеля начали издавать легкое свечение. Хотя почему стены? Весь тоннель мягко светился, словно фосфор.

- Вкусно пахнет. Кушать хочу! - выдала моя любимица, и я невольно принюхалась, пытаясь понять, чем же здесь пахнет, но так ничего и не ощутила. - Пусти! Буду кушать!

- Да куда я тебя пущу! Что ты кушать собралась? - запаниковала я.

- Пусти! - и столько твердости было в этом требовании. Я подумала, что змейка знает, что делает, и, присев на корточки, сняла ее с шеи и осторожно положила на каменный пол.

Уже сидя на корточках, я заметила, что сам пол еле светится, но на общем его фоне заметны более яркие светящиеся точки. Я осторожно провела по ним рукой и обнаружила, что это мелкие камешки, примерно такие по размеру, какие я давала Шуше для еды. И тут я услышала шорох и различимые звуки глотания.

- Шуша, ты эти камушки ешь? Это они тебе нужны?

- Вкуснотища! - ответила она и вновь зашуршала по полу.

Я же, не теряя времени, зашарила по полу в поисках этих светящихся пятнышек. Я собирала их в горсти и заполняла заплечную котомку. Минут через двадцать сумка была уже почти полна и довольно ощутимо оттягивала мое плечо.

- Шуша, ты где? - сердце испуганно екнуло, когда я вдруг поняла, что уже некоторое время не слышу с ее стороны никаких звуков, да и саму ее не вижу. - Шушенька, отзовись! Не пугай меня! Давай мы дома в прятки поиграем, а? - Я лихорадочно начала шарить руками по полу в надежде нащупать тельце моей вдруг погасшей персональной гирлянды.

И тут я ее нащупала и испугалась. Тело змейки стало шишковатым и очень тяжелым, словно чулок, набитый камнями. Хотя так оно и было, собственно говоря. Неужели она с голодухи объелась этими камнями и умерла? Или вообще не те ела? Ведь я же в них почти не разбираюсь. Днем бы еще узнала, но в темноте...

Я с трудом приподняла тяжелое и странно обмякшее тельце змейки и положила себе на колени, в носу защипало, а из глаз брызнули слезы. У меня не было сил что-то говорить, да и смысла уже не было. Шуша была еще теплой, но это и не странно, она ведь только что умерла. И тут я наконец осознала этот страшный факт, что потеряла свою любимую почемучку, а осознав, страшно закричала. Рыдания сотрясали мое тело, когда мне вдруг показалось, что Шушечка чуть пошевелилась, и тут...

- Успокойся, человека! Шуашшиши жива! Отомри! - похоже, последнее было сказано не мне, так как неподвижное тельце в моих руках вдруг зашевелилось, змейка снова засветилась новоголней гирляндой, и тоненький голосок в моей голове пропищал: «Прости! Но я не могла ослушаться старшего Полоза!»

Я стиснула змейку в объятиях и зарыдала пуще прежнего.

- Странные вы, человеки! - снова в моей голове раздался басовитый голос. Я подняла заплаканное лицо и вздрогнула. Из темноты на меня смотрели огромные, размером с автомобильное колесо, глаза с желто-оранжевой радужкой и черным вертикальным зрачком.

А я ведь даже не заметила, как эта громадина ко мне подобралась!

- Не держи на нас зла, человечка Элея! Но я должен был проверить чистоту твоих помыслов.

Я всхлипнула, вытирая заплаканные глаза.

- Но вы же умеете читать мысли!

- Только те, что ты хочешь сама передать другому. Зачем ты меня звала?

Все же черный! Хотя я с первой секунды общения почему-то знала это.

- Я хотела спросить, как быть с Шушей? Оставить ее с вами или остаться самой? Но, если честно, я не смогу жить в пещере, да и вы меня раздавите ненароком.

- Тебе не нужно жить здесь, да и Шуашшиши нужна твоя забота. Особенная забота! Ведь это наша будущая королева!

- Да, я знаю. Но ей для правильного роста нужен перлит, и с каждым разом все больше! А я не смогу так много возить на коне.

- Белый камень мы будем приносить к стенам твоего жилища!

- Спасибо! Тогда все замечательно! - я с облегчением вздохнула, радуясь, что хоть одной проблемой стало меньше. Но в то же время я не хотела быть неблагодарной и знала, что долги тоже нужно отдавать. А один за мной точно числился. - Еще я хотела спросить про то желание, которое я вам, Полозам, должна. Помнишь, там, у реки?

- Помню. И я сам хотел с тобой об этом поговорить. Давай выйдем наружу, я покажу тебе кое-что.

И тут скала словно вздрогнула, а с потолка посыпалась на голову каменная пыль. Полоз, медленно пятясь назад, начал выползать из тоннеля. Ведь иначе мы никак не смогли бы разойтись, или бы он меня задавил, меня и Шушу. Теперь я поняла, отчего здесь такие гладкие стены, Полоз занимал собой все пространство тоннеля, полируя жесткой шкурой его стены.

Подхватив на руки сильно потяжелевшую змейку, я направилась к выходу из пещеры, следуя за черным Полозом. Снаружи я положила Шушу на землю и с облегчением сняла с плеча сумку с камнями.

Передо мной тяжело, словно ствол свежеспиленного дерева, упал хвост Полоза.

- Залезай на меня, человечка, мне нужно тебе кое-что показать!

Глава 85. К полозам

Горная дорога

Бордового цвета карета с золотыми обводами и гербом рода в виде трех переплетенных между собой полозов медленно двигалась по ухабистому тракту. Кружевную занавеску отодвинула маленькая женская рука, и в окно кареты выглянуло недовольное лицо белокурой красивой девушки, но ее очень портили нахмуренные брови и зло поджатые губы.

- Долго нам еще трястись? Мне уже совсем плохо! Ты хочешь, чтобы я наследника потеряла?

Элиас Сантерийский

Опасения жены были совершенно напрасными. Еще ни разу наши женщины не выкидывали младенца. Тем более еще и срок был не такой большой. Я обернулся, позади ехал мой отец и отец Доротеи. В ожидании долгожданного внука они очень сблизились и почти все время проводили за совместными разговорами.

Я же с отцом был в ссоре. Я так и не смог ему простить, что он самовольно распорядился насчет помещения моей Элеи в «дом призрения». И я не очень-то ему верил, что все произошло случайно. Слишком уж все одно к одному сложилось. Во всем произошедшем чувствовался сговор, но я не мог ничего доказать. В любом случае теперь Доротея была моей женой и готовилась стать матерью моего ребенка.

А в это время в бывшем «доме призрения» жила девушка, о которой я думал и днем, и ночью. Невероятная девушка, которая сумела спасти и вернуть к жизни около двадцати человек. И с которой я мечтаю провести всю оставшуюся жизнь. А вместо этого везу свою законную супругу к Великим Полозам.

Как только Альмод Гилмор узнал, что мы едем, чтобы инициировать способности Доротеи, то заявил, что он ни за что не пропустит такое знаменательное событие. А вместе с ним увязался и мой отец. И теперь эти двое составляли арьергард нашей процессии.

Мои мысли снова вернулись к Доротее. По правде говоря, я особо не верил, что она вдруг сможет слышать Полозов. Ведь когда в нашем замке жила Элея с Шушей, Доротея мне ни разу не обмолвилась, что слышит его.

Да, к сожалению, несмотря на найденную запись в книге родов о том, что в роду Гилмор женщины наследовали дар «говорящих с Полозами», никаких особых проявлений этого я не видел. Оставалось лишь привезти жену сюда, в скалистые горы, к пещерам Великих Полозов.

Я надеялся, что при непосредственной близости к ним, если уж не у самой Доротеи проснется дар, то это будет толчком для пробуждения дара у ее будущего ребенка! И хотя и мой отец, и супруги ждали внука, я мечтал о дочке.

В тоже время в карете

- Ты чуть все не испортила! Надо же, решила оспаривать пожелание мужа! Еще не хватает, чтобы он что-то заподозрил! – старая неряшливая женщина с крючковатым носом и злым взглядом выговаривала молодой герцогине. А та покорно ее слушала и даже не возражала.

- Но ведь так может рухнуть весь наш план!

- Нужно было сначала со мной посоветоваться, а уж потом перечить мужу! Мы и здесь все прекрасно обтяпаем! Даже не сомневайтесь! А впрочем, сейчас и начнем! – старуха довольно потерла свои сухие, словно ветви деревьев, руки и, прищурившись, выглянула в окно.

- Но мы ведь еще не приехали! – вслед за кормилицей посмотрела в окно красавица и, застонав, прогнулась в пояснице. – Как же мне надоел этот живот! Сил уже нет его таскать!

- Потерпи немного! – прошептала старуха. – Скоро скинешь эту ношу.

Карета съехала с едва заметной дороги и покатила по каменистому плато, то и дело подпрыгивая на попадавших под ее колеса камешках. Процессия из кареты, трех аристократов и десяти гвардейцев въехала на узкую дорогу, по которой могла проехать лишь одна карета. По левую сторону высилась вертикальная стена, а справа начинался обрыв. Сначала он был довольно пологий, но человек, неудачно скатившись с него, рисковал переломать все кости к концу экстремального спуска, а затем и сверзиться в глубокий каньон.

Красавица ойкнула, в ужасе отшатнувшись от окошка, и передвинулась на сиденье дальше от страшного обрыва. Старая женщина хрипло рассмеялась.

- Поздно бояться! Мы много проделали, чтобы сделать тебя герцогиней! Теперь же избавимся от бремени! Хорошо, что с нами нет лекарей Его Светлости! Вот уж кто сует свой нос куда не просят!

Карета сильно накренилась, и молодая герцогиня, вскрикнув, ухватилась за руку старухи. Но та, как ни в чем не бывало, продолжала поучать…

Узкая дорога между отвесной скалой и каменистым склоном закончилась небольшим плато и… отвесным обрывом. И лишь только на противоположной стороне каньона были горы, в которых обитали Великие Полозы.

В окошке кареты показалось смущенное лицо герцогини, и она махнула белым платочком, подзывая мужа.

Герцог пришпорил коня и подъехал к карете.

- Дорогой, не могли бы мы ненадолго остановиться? Мне нужно отлучиться, - щеки девушки полыхали от смущения. Герцог тоже почувствовал себя неловко. Несмотря на несколько месяцев брака, они с женой так и не стали друг к другу ближе.

- Мы уже совсем скоро приедем, ты немного не подождешь?

- О чем ты говоришь, дорогой!? Мне и так там будет страшно, а ты еще хочешь, чтобы я отошла от кареты? Да и куда, в пропасть?

- Ну хорошо, - немного подумав, ответил герцог и велел вознице остановить коней.

Тпррру! – разнеслось над ущельем, и карета остановилась. Возница спрыгнул с козел, чтобы открыть дверь кареты, а герцог спешился и подал своей супруге руку.

Приподняв юбки, девушка, потупившись, шагнула из кареты. Вслед за ней, ворча, вылезла ее старая кормилица. Обе женщины, придерживая юбки и осторожно перешагивая через камни, начали спускаться вниз по пологому откосу. В этом месте на камнях не росло ни деревца, ни кустика, поэтому герцогиня и служанка спешили скрыться, спустившись ниже.

- Далеко не отходите! Мы отвернемся! Дальше склон круто обрывается в пропасть! – крикнул им вслед герцог.

Гвардейцы тут же тактично отвернулись, а герцог, бросив взгляд на о чем-то жарко спорящих отцов, хмыкнул и, приложив руку ко лбу, посмотрел на противоположную сторону горной гряды. Именно там, по слухам, в огромной пещере в самом центре горы, находилось место зимовки Великих Полозов.

Он сознательно выбрал именно это место, так как на этом узком горном плато Полозам было бы слишком тесно, и их здесь никогда не видели. Поэтому здесь было безопасно, а с другой стороны, довольно близко от их места обитания. Если в Доротее есть хотя бы зачатки дара ее предков, то она должна почувствовать связь.

Вдруг он услышал громкий женский крик и шум скатывающихся со склона камней.

Глава 86. Смертельное ущелье

Элея

Я задумчиво восседала позади огромной головы черного Полоза и раздумывала, каким образом можно решить мудреную задачу, которую он поставил передо мной.

А проблема Великих Полозов была в том, что они никак не могли найти место для кладки их яиц. Оказывается, эти огромные змеи начинают размножение примерно в лет пятьдесят, если я правильно его поняла. Самка откладывает всего лишь одно яйцо, до содержимого которого слишком много находится охотников. Это хищники, как наземные, так и воздушные.

У яиц толстая кожистая оболочка, которая не является серьезным препятствием для зубов, когтей и клювов. Но и в глубоких пещерах яйца нельзя прятать, так как им необходимо солнечное тепло. А вот и задание: помочь найти безопасное от хищников место для кладки яиц, но в то же время солнечное! Да уж.

Полоз неторопливо спускался с высокого плато, на котором Полозы прятали свои яйца от наземных хищников, но для орлов и прочих воздушных хищников, увы, они были как на блюдечке с голубой каемочкой! Черный вез меня к тому месту, где я оставила Орлика, но едва он спустился ко входу в тоннель, где мы встретились, как я услышала пронзительный женский крик и перестук катящихся под откос камней.

Я вздрогнула и бросила взгляд на противоположную сторону ущелья. И отчетливо увидела, что с краю обрыва свисает наполовину девушка в светлом пышном платье, а к ней торопливо спускается фигура в черном.

Я аж задержала дыхание, в любую секунду ожидая, что женщина в светлом платье сорвется вниз! Но этого, к счастью, не произошло. Этот некто, пришедший на помощь бедняжке, помог ей подтянуться, и женщина в изнеможении упала чуть выше этого опасного места.

Но тут же от ее ног оторвалось что-то маленькое и белое и полетело вниз, в пропасть! Я охнула, в ужасе следя за падением… новорожденного ребенка. Потому что, судя по увиденному, это не может быть чем-то иным.

- До-ро-те-е-е-я! – услышала отчаянный крик, усиленный эхом. – Доротея! Что с тобой? О Великий Полоз! Ты вся в крови! Что? Наш ребенок! Не-е-ет! – я вздрогнула, и аж волосы зашевелились у меня на голове. Мне раньше не доводилось слышать столь отчаянного, полного боли крика мужчины. Я просто окаменела, не зная, что делать в этой ситуации.

- Тем человекам очень плохо! – тоненький сочувствующий голосок в моей голове заставил меня очнуться и начать действовать.

- Черный! Ты мог бы спуститься туда, на самое дно ущелья? Пожалуйста! Очень нужно! Ты сейчас мне рассказывал, что погибают ваши нерожденные детеныши. А только что погиб только родившийся малыш нашего герцога! Ребенок упал туда, на самое дно.

- Тогда зачем нужно за ним спускаться? – ровный голос Великого Полоза просто говорил о точке зрения пусть разумного, но зверя.

По его мнению, это было нецелесообразно, спускаться в этот глубокий, практически с вертикальными стенами ров. И я уже ожидала услышать отказ, как услышала.

- Я спущу тебя туда, Проводник нашей будущей королевы!

И черный Полоз двинулся… но не к вертикальной стене, а… в тот самый тоннель, где мы и встретились.

Я хотела было его окликнуть, но сочла за лучшее промолчать, он знал, что делать. Задумавшись, я едва не лишилась головы. В прямом смысле этого слова! Потолок тоннеля оказался слишком низок для седока, поэтому мне пришлось буквально лечь на спину Полозу.

Несколько минут страха под порою чиркающими меня по спине сводами каменного тоннеля, и по глазам резанул яркий солнечный свет. Движения Полоза ускорилось, и я сильнее вцепилась в костяные выступы позади его головы.

- Не спеши, пожалуйста, а то маленького задавишь! Вдруг он еще жив?

- Я не чувствую поблизости источника тепла, - последовал ответ черного Полоза. И мое сердце сжалось от ужаса, когда я представила лежащее на камнях маленькое нежное тельце, избитое и изломанное.

- Черный, далеко до того места, где со скалы свисала женщина? – я забыла имя, которым представился в нашу первую встречу Полоз, и назвала его «черным», но змей не обратил на это внимания.

- Мы плохо видим, но я слышал крик, и я представляю, где это место. Еще немного осталось!

Мои глаза уже привыкли к солнечному свету, и я огляделась. С обеих сторон нас окружали отвесные стены каньона, и да, теперь я понимала, что даже несмотря на исполинские размеры, мы с Черным не смогли бы спуститься по одной из них. Во всяком случае, я бы не смогла удержаться на спине Полоза. Но также я поняла и еще одну ужасную вещь… что у новорожденного малыша не было ни единого шанса остаться в живых! И все же я должна найти его, раз уж благодаря помощи Полоза смогла спуститься в этот каменный мешок. Этот малыш заслуживает по меньшей мере достойных похорон, как сын хозяина этих земель.

Герцог Сантерийский

Отчаянный женский крик и шум скатывающихся со склона камней заставили меня на мгновение замереть, словно в параличе. Но затем я сорвался с места и побежал в ту сторону, где скрылась Доротея с кормилицей.

Мне пришлось пробежать достаточно по полого понижающемуся склону, пока я не увидел ее! Моя жена лежала у самого края обрыва, а над ней, словно стервятник, склонилась старуха.

- Доротея! Что с тобой? Ты упала? Где болит? – Я упал рядом с ней на колени, обшаривая глазами ее тело, пока мой взгляд не наткнулся на большие кровавые пятна, что растекались по низу ее платья. И только потом я увидел, что у нее нет живота!

Шел восьмой месяц, как Доротея носила под сердцем моего ребенка, но живот ее не был очень большим, тем более что она его скрывала под многочисленными оборками своих нарядов.

Я перевел взгляд на кормилицу Доротеи, словно ожидая, что старуха развеет мои опасения. И все же, как такое может быть? Еще минуту назад моя жена была беременна! Но этот крик и кровавые пятна на подоле ее платья!

Кормилица же только ниже опустила голову, продолжая всхлипывать и бормотать что-то жалостливое, и при этом гладить Доротею по голове.

- Ты потеряла ребенка? – только и смог выдохнуть я. У меня в глазах потемнело, а ушах послышался противный звон.

- Дочка! Доротея! Девочка моя! Что с тобой? – Сзади посыпались камни, и, тяжело дыша, к нам подбежал ее отец. Как безумный он упал рядом с ней на колени, ощупывая ее руки и плечи и подвывая.

Передо мной на миг возникла картинка вероятного будущего, как я беру своего сына на руки, и чего теперь точно не случится. Я скрипнул зубами и с трудом проглотил комок в горле.

- Доротея, что у тебя болит? – Жена лишь отвернулась к своей кормилице и тихо заплакала.

- Старая ведьма! Зачем вы ушли так далеко? Склон пологий, и через десять шагов вас уже было бы не видно! Где теперь мой сын? Он упал, да? Он там, в ущелье? – Едва я представил его маленькое, окровавленное, бездыханное тельце, у меня аж голова закружилась, а в глазах потемнело. Я на мгновение прикрыл глаза и пошатнулся, но мне на плечо легла твердая рука, удерживая на месте.

Отец? Неужели он тоже осмелился спуститься сюда? Я повернул голову.

- Бьерн? «Откуда ты здесь?» — спросил я вслух, но на самом деле ощутил облегчение. Он единственный, кто всегда поддерживал меня в трудную минуту, и сейчас оказался рядом, хотя я не ожидал его возвращения так скоро. Он сопровождал обоз с зерном и контролировал его справедливую раздачу крестьянам для посевной.

- Крепитесь, Ваша Светлость! – Он сжал мое плечо, и мир вокруг меня снова обрел четкость.

- Что с Доротеей? Она цела? Сама не пострадала? – Принялся я требовать ответа со старухи.

- Ее Светлость только ушиблась шибко, - Наконец открыла рот старая кормилица.

- Хорошо, держись! – Вымученно улыбнулся я жене и легонько пожал ей руку. Со всеми возможными предосторожностями я взял ее на руки, собираясь отнести в карету. – Бьерн! Возьми несколько гвардейцев и найди моего ребенка! – Последние слова дались мне очень трудно, я сжал челюсти и поднял лицо вверх, борясь с подступающими слезами.

- Зачем искать? Не надо его искать! – Вдруг взвизгнула Доротея, на глазах оживая, причем в ее глазах я увидел страх.

– Это наш ребенок, и он заслуживает достойного погребения, - Я старался говорить как можно мягче, понимая, какое горе испытывает моя жена.

- Нет! Не надо! Я не хочу видеть… это!

— Это? – Я оторопел. Мои руки невольно разжались, и жена ловко встала на ноги, словно и не была только что в полубессознательном состоянии. На лице Доротеи отобразилась целая гамма чувств, начиная от растерянности и заканчивая страхом. Но я не увидел среди них боли, жалости и отчаяния матери, только что потерявшей свое дитя!

- Нет! Я не смогу на него смотреть! На такого маленького, беспомощного и окровавленного! Нет, это выше моих сил! – Закричала жена и, картинно закатив глаза, собралась упасть в обморок. Но, не увидев с готовностью подставленных рук, явно передумала и, опираясь на и без того еле волочившую ноги старуху, поплелась к карете.

- Элиас, скорее посмотри! – Волнение в голосе Бьерна заставило тут же забыть о странном поведении моей жены и обернуться.

Старый воин, отец Доротеи и мой, стояли у самого обрыва и что-то разглядывали на дне каньона. Я подошел и посмотрел в направлении их взглядов и увидел там до боли знакомую хрупкую фигурку, сползающую со спины черного Великого Полоза!

- Элея? Что она там делает?

- Могу предположить, Ваша Светлость, что она увидела то, что недавно произошло с вашей женой, и спустилась… спустилась за телом ребенка, - Бьерн потупился, а я, ловя каждое движение девушки, бросил взгляд себе под ноги, желая немедленно последовать ее примеру.

Но в этом месте действительно невозможно было спуститься, стена шла цельной гладкой плитой. Создавалось впечатление, что гигантский кусок горной гряды просто откололся и провалился под землю.

Тем временем Элея, осторожно перешагивая через камни, коими было обильно усыпано дно ущелья, приблизилась к чему-то белому и явно выбивающемуся из пейзажа каменистой пустоши.

- Что это? Это мой внук? – подался вперед отец Доротеи.

- И мой! – поспешил вставить мой отец, и, пожалуй, впервые в его голосе послышалось что-то человеческое.

Я стиснул зубы и задержал дыхание, до боли в глазах всматриваясь в неподвижное маленькое тельце моего ребенка. Вот девушка присела перед ним на корточки и взяла на руки. Я вздрогнул, представив, что можно ощущать, взяв еще теплого, но бездыханного и изломанного падением малыша.

- Что там? Он жив? – вытянул шею отец.

- Я не верю в подобные чудеса. Как можно упасть с такой высоты и остаться в живых? – голос отца Доротеи был глух.

- Давай ей крикнем, пусть скажет, что с мальчиком?

- Может, это и не мальчик, - также глухо отозвался Альмод Гилмор.

- Кричать нельзя в горах! Обвал можете вызвать, - Бьерн, как всегда, был спокоен, собран и внимателен к важным деталям.

- Да, шуметь нельзя. Не хватало еще, чтобы и девушка пострадала, - я надеялся, что мой голос не выдал истинного к ней отношения.

- Смотрите!

Да я уже и сам видел, что происходит что-то странное. Так как Элея была в брючном костюме, нужный ей кусок ткани она смогла взять, только оборвав длинные рукава своей белой рубахи. Затем она связала их концы узлами, сделав подобие веревки. А потом… потом она обвязала младенца и резким движением затянула узел.

Оба отца ахнули.

- Что творит эта мерзавка? Это же глумление над телом невинного дитя! – возмущение отца Доротеи было неподдельным. Меня тоже невольно передернуло от увиденного. Но я знал, что Элея не могла так цинично и грубо обойтись с тельцем невинного ребенка, пусть даже и погибшего. А это значит, этому есть другое объяснение. И я с нетерпением ждал объяснения всего происходящего, тем более что Элея резким движением закинула ребенка себе за спину, аж взметнулись и безвольно упали его ручки и ножки.

Справа от меня послышался стон, и Альмод Гилмор, потеряв сознание, едва сам не свалился в каньон, если бы мы с Бьерном не успели его подхватить.

Глава 87. Шок

- Что она делает? Сын, я склоняюсь к мысли, что эта девица не в своем уме, раз совершает такие деяния! Ее нужно снова поместить в дом призрения! И я…

- Отец, присмотри за своим дорогим родственником! Мы с Бьерном поедем навстречу к Элее.

Но нам не пришлось этого делать. Девушка, с оттягивающей плечо сумкой, в которой, видимо, находилась Шуша, и страшным грузом за ее спиной, довольно ловко вскарабкалась на черного Полоза и уселась позади его головы.

Змей медленно развернулся и направился в нашу сторону! Было просто невероятно предположить, что он сможет взобраться на отвесную стену, и это даже при его размерах. Но Полоз не стал этого делать. Достигнув нашей стороны ущелья, он приподнял голову и стал медленно подниматься по отвесной стене, словно опираясь на нее всем телом. И вот, наконец, огромная голова с тускло поблескивающими на ней черными чешуйками показалась из-за края и осторожно улеглась на скальный выступ.

Я поспешил подойти и помог Элее спуститься вниз, при этом всячески избегая смотреть ей за спину.

- Спасибо тебе! Но не стоило так рисковать, - я не знал, что еще сказать в такой ситуации, и боялся увидеть своего первенца мертвым.

Девушка легко спрыгнула на землю, изящная, красивая, как сам Грех, но сейчас я думал о другом…

- Ты! Ты грубо обращалась с моим внуком, мерзавка! Отдай его! Младенца нужно достойно похоронить! – очнулся отец Доротеи и, чуть ли не брызжа слюной, шел на девушку, размахивая руками.

По моему знаку Бьерн придержал обезумевшего от горя старика.

- Отдай нам его, Элея! – тихо сказал я, с щемящим сердцем наблюдая, как девушка снимает с плеча и ставит на землю котомку, из которой тут же высунулась любопытная яркая мордочка Шуши.

Затем Элея как-то загадочно обвела нас взглядом.

- Вы не волнуйтесь, но…

- Нет, вы слышали!? Она говорит «не волнуйтесь»! Да она просто издевается над нами! – вновь возмутился Альмод Гилмор.

- Не обращайте внимания на сумасшедшую, - флегматично обронил мой отец.

Девушка глубоко вздохнула, покачала головой и медленно сняла перекинутую через другое плечо веревку из связанных рукавов, которыми был связан… была перевязана странной формы… подушка!

- Что это? «А где мой внук?» — прошептал отец Доротеи, кулем оседая на землю.

— Вот! Вернее, это то, что недавно упало в ущелье. Это плотно набитая сеном подушка с завязками, что затягиваются на спине. Другими словами, это искусственный накладной живот! А для чего он понадобился Ее Светлости, думаю, она сама вам это лучше расскажет! – Элея протянула мне то, что издалека я принял за своего сына, а широкие завязки за его ручки и ножки. Я был просто ошарашен! Я не представлял, как вообще можно додуматься совершить подобное!

Ведь выходит, что после того, когда дочь графа Гилмора и бывшая невеста Орма, Адель, искупались в реке, между мной и Доротеей ничего не было! А значит, я женился на девице! А я-то полагал, что как честный человек… Уму непостижимо!

- Не может этого быть, - прошептал Альмод Гилмор, - ты мошенница! Куда ты дела моего внука? Нет! Это неправда! Я не хочу этому верить! Моя дочь не могла так обмануть меня! Она бы мне призналась, что не беременна! – сокрушался мой, похоже, уже бывший родственник, размазывая по лицу слезы. И честно, мне было жаль его. Сам он был человеком неплохим, и я ему симпатизировал.

- Мне жаль. Но это все же лучше, чем если бы на самом деле погиб ребенок! Сами подумайте! И, извините, мне пора! – эти, такие верные слова девушки, встряхнули меня, и я уж было хотел задержать ее, попросить остаться, ведь она уже развернулась, собираясь залезть на голову черного Полоза, как новый вскрик Альмода Гилмора заставил меня засомневаться в его вменяемости.

- Не может быть! Ты моя дочь! Но как такое возможно? Элея! Так ведь вас зовут? Постойте! Умоляю! Я, кажется, схожу с ума!

Бьерн удивленно крякнул, а мой отец осенил себя знаменем Великого Полоза, с ужасом глядя на сошедшего с ума приятеля.

Элея

Я вздрогнула от полного боли крика, по всей видимости, обращенного ко мне, и медленно повернулась, обведя взглядом три ошарашенных лица, но зато четвертое меня серьезно напугало.

Глаза отца Доротеи горели безумием, и по его щекам текли слезы.

- Извините, но вы, вероятно, ошиблись! – пробормотала я, поспешно хватаясь за выступающие костяные выросты позади головы черного Полоза и уже собираясь залезть на него.

- А как же я? Ты меня забыла! – пропищало в моей голове, и я от досады скрипнула зубами, вспомнив, что действительно забыла котомку с Шушей на земле. Пришлось вернуться. И я тут же была схвачена за руку безумным папашей Доротеи.

- Элея, постойте! Если вы сейчас уедете, я от неопределенности умру! И моя смерть будет целиком на вашей совести!

Я обреченно вздохнула, посмотрев на Бьерна, а затем бросила быстрый взгляд на герцога. Он серьезно посмотрел на меня и еле заметно кивнул, прося выслушать старика. И Бьерн сделал то же самое.

- Хорошо, граф, я слушаю. Отчего вы решили, что я ваша дочь?

- Полоз! Родимое пятно в виде ползущего полоза! – торопился объяснить старик, - оно есть у всех представителей рода моей жены! У всех младенцев или только у девочек, я уже не помню, но оно находится на вашей руке со стороны спины, чуть ниже левого плеча! Полоз словно выползает из-под мышки! Вот, ровно как у вас! Такое же родимое пятно было у моей жены, и такое же, у моей дочери при рождении, я его сам видел!

Я беспомощно посмотрела на герцога, его отца и Бьерна. Лица у них всех были такие же озадаченные и ничего не понимающие.

- Граф! Успокойтесь, пожалуйста! – герцог положил руки на плечи разволновавшегося старика. – Успокойтесь и подумайте, каким образом подобная метка могла оказаться на посторонней вам девушке?

- Я…, я…, я не знаю, - глаза у графа бегали, на лбу выступила испарина, и по всему его виду казалось, что он сейчас хлопнется в обморок, и это в лучшем случае!

И тогда я, сама не ожидая от себя подобного, шагнула к нему и, заглядывая в глаза растерявшегося старика, тихим мягким тоном, как с ребенком, заговорила:

- Ваше сиятельство! Вы успокойтесь, пожалуйста! Я здесь и никуда не уеду, пока мы не разберемся со всей этой странной историей! Вы только успокойтесь! Самое главное, что все живы!

- Да! Да-да! Ты все верно говоришь, милая девушка, главное, что все живы! – нервно усмехнулся граф.

- Сейчас я отпущу Полоза, и мы спокойно все выясним!

- Элея! Ты ведь и говоришь точно так же, как моя покойная супруга! – всхлипнул граф и шумно высморкался в кружевной платок. От волнения старик, то обращался ко мне на «вы», то снова переходил на «ты».

Я мысленно поблагодарила черного Полоза за помощь и обещала, что в самое ближайшее время придумаю, где его сородичам откладывать свои яйца, чтобы не переживать за сохранность детенышей.

Огромная антрацитово-черная голова пришла в движение и, напоследок сверкнув своими огромными оранжево-желтыми глазами, медленно сползла с края ущелья и исчезла.

Мы все вместе направились к карете, и я даже представить не могла, какой сейчас будет реакция моей «сестрички». Впрочем, очень даже могла! Во время «оглашения», думаю, мне лучше спрятаться за широкую спину Бьерна, во избежание, так сказать.

Да мне, в принципе, и даром не нужно такое родство! Все равно сразу уеду в свой собственный замок! Но разобраться все же придется, да и мне самой уже стало интересно, что это за детективная история вырисовывается.

К карете мы подошли в полном молчании, лишь переглядываясь, и было непонятно, каким образом будет дальше развиваться фарс под рабочим названием «Тайна накладного живота и нежданной сестрички».

Завидев нас, Доротея откинулась на мягкую спинку сидения кареты и показательно застонала. Даже не зная истории с ложной беременностью, я бы не поверила ее показному горю и отчаянию, актриса из нее никакусенькая! Станиславский бы рыдал от смеха в сторонке!

Доротея стонала, слегка прикрыв глаза и поглядывая на нас сквозь ресницы, а ее кормилица насупилась и принялась интенсивнее обмахивать свою воспитанницу веером.

Не знаю, как бы я поступила на месте графа, но старик и так был в растрепанных чувствах от всего произошедшего, поэтому он поступил совсем неожиданно, обратившись к кормилице:

- Стефания, ответь мне на один вопрос!

Старуха удивленно моргнула, не ожидая, что кого-то может заинтересовать ее скромная персона.

- Слушаю, ваше сиятельство! – проскрипела она хриплым голосом.

- Скажи-ка мне, Стефания, как на духу! Сколько дочерей родила моя жена?

Кормилица икнула, выронила веер и вытаращила на графа глаза:

- Одну, ваше сиятельство!

- А ты уверена, что тебя не подводит память на старости лет? Ты можешь поклясться, что моя жена родила только одного ребенка? – голос графа Гилмора окреп, и в нем появились рычащие нотки. Да я бы тоже озверела, видя, что меня в наглую обманывают.

- Одна доченька родилась, ваше сиятельство! Одна! – заискивающе залебезила старуха и даже попыталась улыбнуться, что у нее вышло прескверно из-за отсутствия практики.

- Тогда ты не можешь не помнить, что у моей дочери, точно так же, как и у моей жены, на левой руке сзади, почти под мышкой, было родимое пятно в виде Полоза?

- Да что-то не припомню, - глаза пожилой женщины воровато забегали, выдавая ее с головой.

- Зато я прекрасно помню! – прорычал граф Гилмор, и все удивленно на него посмотрели. В этом чрезмерно мягком человеке вдруг обнаружился характер.

- Я не понимаю! О чем вы все сейчас говорите? Я потеряла ребенка, а вы…, вы…, бесчувственные! – Доротея прикусила нижнюю губу и сморщила лицо, собираясь разреветься.

- Ребенка потеряла? – я вздрогнула. Голос герцога был холоден, словно лед. – Так возьми его, возвращаю! – и он бросил найденную мной подушку на колени своей жене.

Она вздрогнула всем телом, смертельно побледнела и резко отодвинулась, с ужасом глядя на упавшую на пол круглую подушку с завязками.

- Доротея, ты мне ничего не хочешь рассказать? – снова заговорил герцог, но вперед шагнул ее отец.

- Доротея, покажи мне свою руку!

- Руку? Но зачем? И это верх неприличия оголяться перед мужчиной, пусть это и родной отец! – молодая герцогиня уже успела взять себя в руки. Поняла, что каким-то образом она сумела избежать наказания за обман с фальшивой беременностью, и теперь строила из себя оскорбленную невинность.

- Покажи руку! Повернись! – голос графа прозвучал устало, но был тверд. Даже я понимала, что он не отступит, но Доротея все также продолжала ломать комедию.

- Ни за что! Я что вам, какая-то девка распутная? Вроде этой? – ткнула она в мою сторону тонким пальчиком.

- Эта девушка – твоя сестра! – рявкнул граф, сжав кулаки.

- Какая она мне сестра? Дворняжка безродная! – совсем вышла из себя красотка, а затем покинула карету. И, несмотря на залитое кровью платье, выглядела вполне себе бодрой «роженицей», хотя, впрочем, претворяться уже и не имело смысла.

Доротея бодрилась, тогда как ее кормилица забилась в самый угол кареты и зло поглядывала оттуда.

- Повернись спиной! – тихий голос графа уже звенел от напряжения.

- Отец! Как ты можешь меня заставлять оголяться перед посторонними! – делано зарыдала герцогиня, ломая руки.

- У тебя грудь почти вся на виду! А тебя просят всего-навсего руку показать! – рявкнула я, уже устав от этого бездарного представления, так как декольте у этой юной барышни на самом деле было на грани приличия.

К Доротее шагнул герцог.

- Ну, мужу-то ты можешь показаться? – он зашел к ней за спину и оттянул сзади платье с левой стороны. Когда он разглядывал искомое место, взгляд мужчины ничего не выражал. Затем он посмотрел на тестя.

- Граф, подойдите сюда!

Тот поспешно приблизился.

- Ну? Здесь есть то, что вы искали?

- Элея, детка, подойди ко мне, пожалуйста! – я так даже прифигела немного от такой резкой смены обращения, но все же приблизилась и встала рядом с красной от злости Доротеей.

Чья-то рука чуть сдвинула край оборванного рукава моей рубашки, и по телу пробежал табун мурашек. Я даже на мгновение забыла, зачем я здесь стою, представив, что это сделал герцог.

За спиной послышалось шумное дыхание, как будто человеку стало плохо. Я быстро обернулась и успела вместе с герцогом подхватить обмякшее тело Альмода Гилмора. Мы осторожно, вместе с подоспевшим Бьерном, усадили старика в карету, и отец герцога дал ему воды из фляжки.

Сделав пару глотков, тот тяжело вздохнул, приоткрыл глаза и, обведя нас мутным взглядом, прошептал:

- Я восемнадцать лет растил незаконнорожденного ребенка, когда дочь от моей законной жены жила у чужих людей, прозябая в нищете!

Глава 88. Сколько веревочке не виться...

Элея

Чтобы окончательно разобраться во всей этой «Санта-Барбаре», нам всем пришлось ехать в мой замок. Ну, во-первых, он находился ближе, а во-вторых, мои родные принялись бы меня искать, не вернись я с прогулки!

Когда наша процессия въехала в ворота замка, встречать нас высыпали все жители моей маленькой коммуны. Они с опаской посматривали на герцога, кланяясь ему, и с любопытством косились на заляпанную кровью юбку шикарного платья герцогини.

Та, находясь в незнакомой обстановке и незавидном положении, все же пыталась храбриться и, поджав губы, задирала подбородок, с презрением косясь на чистенько, но просто одетых людей.

Оставив гвардейцев заниматься каретой и лошадьми, я шепнула Марте, чтобы быстро сообразили, чем накормить честную компанию, и повела в гостиную своих незваных гостей. Старый герцог и мой новоиспечённый отец с любопытством разглядывали необычный дизайн помещения и восхищенно качали головами. Но затем, резко вспомнив, зачем они здесь, перевели взгляд на Доротею, удобно устроившуюся в единственном широком кресле и аккуратно разложившую вокруг себя пышную юбку.

То, что та была в ужасном состоянии, ее, похоже, не очень волновало. Выражение лица девушки ничуть не поменялось, оставшись таким же надменным.

- А где Стефания? – услышав вопрос герцога, все начали крутить головами, выискивая, в какой угол забилась кормилица, но ее нигде не было!

Я поспешила выглянуть за дверь, но там ее тоже не оказалось. К сожалению, это не замок герцога, где у дверей стоят лакеи, или как их там правильно называют.

За мной вышел герцог.

- Ваша Светлость! «Не позвольте этой мерзавке скрыться!» — прокричал граф нам вслед, когда мы уже бежали к парадным дверям.

У подножия каменной лестницы нас ждало невероятное зрелище! Там одиноко стоял мой Орлик, а рядом с ним, вцепившись рукой в повод, бледная, как полотно, Стефания. Из седельной сумки так и не расседланного коня выглядывала пестрая мордочка моей Шушечки.

Змейка приподняла голову и уставилась на неудачливую конокрадку. Герцог было шагнул вниз, но я его удержала за плечо. Мужчина обернулся, вопросительно глядя на меня. Я улыбнулась уголками губ и легонько покачала головой, прошептав: «Подождите».

А сама мысленно попросила Шушу немного попугать гадкую бабку. Я могла бы поклясться, что змейка ехидно захихикала, услышав мою просьбу. А затем приподняла переднюю часть туловища на манер кобры и зашипела.

Герцог снова дернулся, желая спасти кормилицу Доротеи, а я лишь сильнее впилась пальцами в его плечо. Он обернулся, а я отрицательно покачала головой в ответ на его удивленный взгляд.

- Элея, а я и не знал, что вы настолько кровожадны! – несмотря на его слова, мужчина улыбался, а я на мгновение выпала из реальности, глядя на его широкую улыбку и проказливую ямочку на левой щеке.

- Вы даже не представляете, насколько! – ответила я шепотом и подмигнула герцогу. А затем повела себя ну совсем уж смело. Я наклонилась к его уху и прошептала: «Я попросила Шушу ее напугать! Сейчас Стефания нам сама все расскажет!»

Герцог ответил мне пристальным и отчего-то серьезным взглядом. В этот момент старуха завизжала, отшатнувшись от потянувшейся к ней змейки, и свалилась на землю.

- Я расскажу! Я все вам расскажу! Только уберите ее от меня! – тряслась кормилица.

- Будущая королева Великих Полозов говорит, что тебя нужно немедленно казнить за совершенные тобой злодеяния, воровство ребенка и колдовство! – проговорила я замогильным голосом.

Я хотела лишь еще немного дожать старуху, но, похоже, перестаралась или… попала в точку!

Так как кормилица выпучила на меня глаза, ее нижняя челюсть затряслась, а из глаз полились слезы.

- Не губите! Пощадите меня, Ваша Светлость! Хоть на каменоломню сошлите, но не лишайте жизни! Сколько мне еще жить-то осталось! Не оставляйте мое дитятко сиротой! – и, опустившись на колени, она поползла вверх по ступеням.

Тут уж мы с герцогом сами испугались, как бы не померла от страха вредная старуха.

- Встань, Стефания! Я оставлю тебе жизнь. Но при условии, что ты все расскажешь, как на духу, не пытаясь хоть что-то утаить!

- Да! Да! Все как на духу, как есть, расскажу, поведаю! – зачастила бывшая кормилица, тяжело поднявшись с колен.

- Ваша Светлость, вы не ждите меня. Я сейчас Орлика в конюшню отведу и сразу вернусь! – предупредила я и, потрепав коня по холке, повела расседлывать.

Уже в конюшне конюх со смехом мне сообщил, что это сама Шуша никого не подпускала к коню, вот его и оставили хозяйку дожидаться. Передав Орлика в заботливые руки, я забрала свою любимую змейку, и мы пошли назад. Я еще подумала, не взять ли ее с собой, но все же решила, что Стефания достаточно напугана и так нам все расскажет. Поэтому, выпустив свою любимицу за ограду поохотиться, вернулась в гостиную, где уже соловьем заливалась бывшая кормилица дочери графа. Хотя как дочери…

История оказалась до банального проста, прям как в книгах, которые я когда-то читала про крепостное право, проста и трагична.

Оказывается, Стефания была одной из горничных в графском особняке. И, конечно, по наивности своей надеялась, что более тесные отношения с самим графом откроют перед ней двери в счастливое будущее, и она получит особые привилегии.

Несмотря на то, что граф уже был женат, Стефания смогла привлечь его внимание. Всего один раз. После этого мужчина потерял интерес к девушке. Но этого оказалось достаточно, чтобы Стефания забеременела. И практически сразу, как она узнала, что носит ребенка хозяина, стало известно, что графиня тоже беременна.

Стефания дней на десять родила раньше жены графа. И несмотря на то, что рожала она в одиночестве, на сеновале, роды прошли довольно легко, и оклемалась она удивительно быстро.

А вот графиня умерла родами! Безутешный вдовец, зная, что в доме есть кормящая мать, вызвал ее и приказал заботиться о своей дочери. Но при этом его совсем не волновало, что сердце матери разрывалось от мысли, что пока она пестует графского младенца, ее собственная дочь заходится криком в темной каморке, служившей спальней кормилице.

Стефания едва находила время, чтобы сбегать покормить и перепеленать в чистое свою дочку. А потом она поняла, что ей попросту не хватает молока на двух младенцев! Для любящей матери выбор был недолгим.

В одну из ночей она подкупила заезжего мелкого купца и попросила подкинуть младенца в каком-нибудь поселении, сказав ему, что это ее собственный ребенок, которого она не может содержать по причине бедности.

И в эту же ночь ее собственная дочь, завернутая в шелковые пеленки, переехала в богатую детскую, с уютной кроваткой и мягкой перинкой. И теперь женщина могла уже полностью насладиться счастьем материнства, эгоистично забыв о родной дочери графа, которую она обрекла на нищенское существование, а то и на смерть!

Ну а дальше, как всякая мать, она стремилась устроить и ее счастливое замужество, выбрав своей мишенью самого знатного, состоятельного и влиятельного хозяина земель, на которых они и проживали. Но герцог не торопился делать предложение Доротее, и кормилица придумала тот самый план с мнимой беременностью.

Я не совсем ясно понимала быструю сбивчивую речь старухи, но поняла главное, что что-то пошло не так, а потом, после первой брачной ночи, герцог попросту больше не заходил в спальню своей супруги.

По этой причине настоящая беременность не наступила, и им пришлось что-то срочно предпринимать, чтобы объявить ребеночка умершим. Эта поездка в горы отлично подошла их плану, если бы только не мое вмешательство!

Произнеся это, Стефания зло зыркнула на меня, и я даже поежилась, желая как можно скорее избавиться от присутствия в своем замке мстительной старухи.

- Хорошо, пусть так, - протянул граф Гилмор, переводя задумчивый взгляд с кормилицы на ее дочь. – Но я помню, Стефания, твою малышку! Она родилась похожей на тебя, смуглой и с черными волосиками. А моя дочка была похожа на покойную супругу, белокурой. Тогда как Доротея может быть блондинкой?

Старуха поджала губы, и вся словно съежилась, отводя глаза.

Интересно! Похоже, она еще не все рассказала, и думается мне, что напоследок она оставила самое интересное!

- Стефания, помнится, ты обещала рассказать всё! – в хриплом голосе герцога послышались угрожающие нотки, а тяжелый взгляд из-под бровей заставил женщину вздрогнуть.

Она медленно подняла взгляд на Доротею, и в ответ та съежилась, а лицо красивой девушки приобрело злое выражение.

- Жизнь за правду! – напомнил герцог, и старуха тяжело поднялась с пола.

- Прости, дочка, но я всю жизнь положила на то, чтобы ты ни в чем не знала нужды, а теперь мне за это придется расплачиваться. Но все же на тот свет я не тороплюсь, - и, вытянув руку, Стефания шагнула к дочери.

- Нет! Не смей! Ты этого не сделаешь! – завизжала Доротея, подобрав юбку и с неожиданной ловкостью вставая ногами на кресло.

Мы все рты открыли от этой неожиданной и непонятной сцены.

- Стефания, что ты хотела сделать? – герцог приблизился к обеим женщинам, удивленно посматривая на ту и на другую.

- Украшение на ее шее. «Его нужно сорвать», — прошептала кормилица, закрыв лицо руками.

Мы, затаив дыхание, смотрели, как мужчина протягивает руку и, не обращая внимания на шипение своей супруги, срывает с ее шеи тонкую цепочку с небольшим кулоном.

Едва он это сделал, как мы дружно ахнули! Перед нами в бежевом, заляпанном кровью платье стояла чернявая дурнушка с великоватым для ее лица носом и тонкими губами. Черные глаза девушки злыми буравчиками посверкивали из-под нависших надбровных дуг.

Едва первый шок прошел, первым отмер граф Гилмор.

- Позвольте! Но как такое возможно? Если Доротея приняла свой истинный облик, то почему у Элеи волосы остались каштановыми?

Мы услышали хриплый, словно карканье вороны, смех старухи.

- Младенцы часто рождаются светленькими, а потом их волосы темнеют с возрастом. Раз вы, Ваше Сиятельство, видели у нее родимое пятно в форме Великого Полоза, то это и есть ваша дочь, не сомневайтесь!

Обеих женщин увели, закрыв в небольшой комнатке. Затем вошла Марта с несколькими женщинами, и они быстро накрыли на стол. Еда была простая, но вкусная. Но мои незваные гости ели, наверное, практически не чувствуя ее вкуса. Обед прошел почти в полном молчании, здесь каждому было о чем подумать.

А после обеда они уехали и увезли с собой мать и дочь, пытающихся на чужом несчастье построить собственное счастье. Я-то в этом теле оказалась недавно, а вот настоящая дочь графа выросла в спартанских условиях, в бедной лачуге пастуха, пока самозванка занимала ее место.

Уезжая, граф Гилмор неловко меня обнял и попросил приехать к нему в графство, чтобы познакомиться поближе. Я ответила согласием, но попросила время, чтобы прийти в себя. Он понятливо кивнул и растерянно улыбнулся, бросив быстрый взгляд на карету, в которой, по всей видимости, в последний раз придется путешествовать Стефании и ее дочери.

Все то время, пока мы обедали, и мои гости собирались в дорогу, герцог сверлил меня взглядом, в котором было столько всего намешано, что мне делалось не по себе. Но самое главное, что этот взгляд обещал мне, что мы скоро увидимся.

Прошло пять дней. Мы с Шушей, как полюбили в последнее время, отдыхали за оградой замка с противоположной стороны от разрастающегося потихоньку шумного поселения. Моя змейка тихо шуршала в травке, охотясь на мышек, кузнечиков и прочую зазевавшуюся мелкую живность.

А я, расстелив на травке плед, сидела, подставив лицо солнечным лучам, и сожалела, что в этой реальности увидеть раздевшуюся до нижнего белья загорающую женщину все равно, что в моей прошлой жизни обнаружить совершенно обнаженную женщину, занимающуюся тем же самым, посреди Красной площади. Поэтому приходилось довольствоваться малым.

Но я скосила взгляд на остроконечные башенки своего замка, прикидывая, каким образом можно модернизировать одну из них под площадку для принятия солнечных ванн! В том месте меня смогут увидеть, пожалуй, одни только птицы.

Боковым зрением я заметила какое-то движение, а затем услышала стук копыт. Я встала, встречая того, кого в глубине своей души ждала каждый день с момента его отъезда.

Герцог соскочил с коня и порывисто шагнул ко мне, буквально пожирая меня взглядом. Я первая прервала затянувшееся молчание, протянув ему руку.

- Здравствуйте, Ваша Светлость, какими судьбами?

- Элиас, - прошептал он, осторожно целуя мою ладонь, а затем прижимаясь к ней щекой, - зови меня Элиас.

От его поцелуя и от горячего дыхания на моей ладони ноги едва не подкосились, а сердце так и норовило выскочить из груди. Я не представляла, что к мужчине можно испытывать настолько крышесносные чувства. Мне хотелось плакать и смеяться, петь и танцевать, и даже обнять весь мир! И всё только оттого, что он рядом, что он прижимает к своему лицу мою руку и смотрит, как на самую великую драгоценность в мире!

- Я развелся, - прошептал он, пристально глядя на меня и словно ожидая чего-то в ответ.

А я не знала, что сказать, сожаление прозвучало бы фальшиво.

- И каковы дальнейшие планы у Вашей Светлости? – легкая игривость в моем голосе и улыбка словно стерли некую неловкость, что мы оба испытали при встрече.

- В мои самые ближайшие планы входит сделать предложение самой прекрасной девушке! А еще она очень умна, сообразительна, смела, добра…

Тут я не выдержала и громко засмеялась.

- Ваша Светлость!

- Элиас!

- Пока вы будете перечислять все ее достоинства, я боюсь, она уже состарится!

- Я и тогда буду любить ее! – Он шагнул ближе, и наше дыхание смешалось. – Графиня Элея Гилмор, согласитесь ли вы еще раз стать моей женой и прожить отпущенную нам жизнь в любви и согласии, и нарожать мне кучу детишек, таких же красивых, как их мамочка?

Конечно, я уже знала ответ, но чисто из женской вредности сделала вид, что задумалась.

- Чего тут думать! Соглашайся! Хороший самец, крупный! – пропищало у меня в голове, а лицо мужчины удивленно вытянулось.

- Что? Кто это сказал? – его ошарашенный взгляд заставил меня счастливо рассмеяться. Если уж через меня он тоже стал слышать Шушу, значит, где-то там, наверху, Великий Полоз одобрил наш союз.

Устав ждать самого главного, я встала на цыпочки, обняла своего уже герцога за шею и впилась в его губы страстным поцелуем! Он вздрогнул от неожиданности, а потом тихо застонал, крепко прижав меня к себе, и вовремя, так как меня ноги уже отказывались держать.

Не знаю, сколько мы так с герцогом простояли, целуясь, но, наконец, тяжело дыша, оторвались друг от друга.

- А еще ты полна сюрпризов! И мне это очень нравится!

И в этот момент я вдруг поняла, что мой непростой квест в этом мире наконец завершился получением достойной награды, имя которой – любовь!

Эпилог

А дальше начались мои мытарства между двумя замками и владениями графа Гилмора. Простое и всё объясняющее «и жили они долго и счастливо» бывает только в сказках. А в этом магическом, но все же настоящем мире и проблемы тоже настоящие.

Подготовку к свадьбе я радостно спихнула на своего жениха. Элиас буквально светился в ожидании нашего скорого воссоединения. И реально скорого, так как свадьба была назначена уже через месяц.

А мне за это время нужно было привыкнуть к тому, что скоро у меня случится новая, но теперь уже счастливая перемена в личной жизни. Я понимала, что мне, как супруге герцога, придется переехать в его замок, а потому заранее грустила от мысли о расставании с подаренным «домом призрения», с такой любовью превращенным в уютное жилище.

Элиас успокоил меня, заверив, что мне не придется навсегда прощаться с моим личным замком. Что я смогу продолжать организовывать в нем магическую академию для сирот и одаренных, попавших в трудное положение. Это будет как бы мое место работы. Его мы договорились посещать вместе каждую неделю, оставаясь здесь на пару дней.

Имение графа Гилмора мы тоже не раз посетили. Элиас привозил меня туда и оставлял наедине с найденным отцом, а сам уезжал по делам. Разговор с «отцом», к сожалению, у нас каждый раз не клеился. Старик чувствовал себя виноватым передо мной, хотя, по сути, его вины в произошедшем было не так уж и много.

А вот Стефания, в свою очередь, дров успела наломать достаточно! Она еще раз держала ответ перед дознавателями за подмену дочери графа да за подстрекательство супруги герцога к подложной беременности.

Я, на самом деле, достаточно много думала над этой историей. Пыталась представить себя на месте кормилицы и подумать, как бы я сама поступила на ее месте? И, признаться, вариантов развития событий я видела много. Не факт, что они все бы сработали, но шанс был.

Стефания могла обратить внимание графа на то, что у нее самой есть ребенок и некому за ним ухаживать, и тогда, возможно, он нашел бы другую кормилицу своей дочери.

Могла бы сказать, что у нее мало молока и на двух детишек его не хватит, и граф мог бы поступить, как и в первом случае.

А еще Стефания могла бы и коровьим молоком прикармливать обоих младенцев по чуть-чуть.

В любом случае, можно было бы попытаться хоть что-то сделать, прежде чем идти на крайние меры и совершать подмену младенцев.

Кстати, страницы из книги о знатных родах, где речь шла про род графа Гилмора, вырвала именно Стефания. Она пыталась максимально обезопасить в будущем свою дочь от разоблачения. Вот только не учла, что граф может вспомнить про родимое пятно в виде полоза и потребовать его предъявить. Ведь разве кормилица могла предположить, что из небытия вернется живая и здоровая настоящая дочь графа?

Ну, как бы то ни было, эта трагическая история закончилась максимально хорошо для Стефании.

Бывшую кормилицу приговорили к сбору чешуек Великих Полозов. Да, работа не в доме, а под открытым небом, и нужно много ходить по тем местам, где встречаются Полозы. Да и работа не из самых безопасных, так как всегда существует вероятность, что попадешь под огромного змея, как под каток. Но, в любом случае, это жизнь, и жизнь на свободе, а не в темном мешке тюремных казематов. Так что в каком-то случае Стефании еще повезло.

Что же касается Доротеи, то ее приемный, можно сказать, отец, хоть и был на нее обижен за обман с беременностью, все же любил ее. Ведь все же восемнадцать лет считал ее своей родной дочерью! Граф Гилмор, после развода Доротеи с герцогом Сантерийским, пустил слух, что это связано с болезнью дочери и ее неспособностью подарить герцогу наследника.

И, по тем же слухам, он отправил ее куда-то на другой материк поправлять здоровье. А на самом деле, он по-быстрому выдал неродную дочурку замуж за обедневшего пожилого барона, прибавив красоты дочурке с помощью богатого приданного.

Доротея уехала тихо, без скандалов, пряча свое лицо под вуалью. Признаться, мне было бы ее куда больше жаль, веди она себя раньше более человечно, а не так стервозно и высокомерно.

Но, с другой стороны, тихая деревенская жизнь должна пойти ей на пользу и сбить хоть немного спеси. Она еще молода, а когда лет через несколько ее муж преставится, то Доротея станет хозяйкой его земли, дома и всего, что к нему прилагается.

Правда, с ее внешностью ей трудновато будет выйти замуж по любви, ну, тут уж как по судьбе написано. Она просила, чтобы позволили ее матери снова навести на нее морок, чтобы хоть немного сделать приятней внешность. И ей даже это позволили, но Стефания сказала, что уже очень стара и ее сил хватало только на поддержание подменной личины ее дочери, а вот новую она сделать, увы, не сможет!

Я стояла у окна в особняке графа Гилмора, прячась за густым тюлем и наблюдая, как в большую черную карету садится Доротея, одетая в невзрачное простое коричневое платье. Такого же цвета вуаль на ее шляпке прикрывала лицо несчастной девушки.

Честно говоря, мне все же стало ее жалко. Очень больно падать с небес на землю. Нечто подобное случилось и со мной. Когда я, будучи любимой дочерью богатого отца, вдруг оказалась в чужом мире и почти сразу была отправлена в местную психушку.

Я вздохнула и отошла от окна, присев на изящную софу. Обвела взглядом со вкусом обставленную гостиную, где когда-то блистала мать настоящей дочери графа, и могла бы блистать и дочка, если бы не стала орудием решения проблемы своей кормилицы.

За окном послышался цокот копыт и скрежетание колес кареты по каменной дороге, который вскоре стих. Уехала Доротея. В гостиную вошел граф и остановился у порога, уставившись перед собой невидящим взглядом. Я молчала, не желая прерывать его размышлений. Да и как-то неудобно было, и, хотя я вовсе не напрашивалась к нему в дочери, мне казалось, что я занимаю чужое место.

Наконец, он моргнул и обвел гостиную удивленным взглядом, словно не понимая, как он здесь оказался.

- Д-дочка, пойдем чай пить! – я заметила, как он запнулся на слове «дочка». Поднялась и, придерживая руками пышную юбку, пошла за ним. Да, соблюдая приличия, мне все же пришлось сменить удобные штаны на наряды с юбкой в пол. Тем более, мне ведь все равно придется их носить в замке моего будущего мужа, поэтому сейчас я к ним привыкала, утешая себя тем, что когда два дня в неделю буду проводить в своем собственном замке, все равно стану надевать свои любимые вещи.

Мы вошли в малую гостиную с круглым столом человек на шесть. Обычно за таким столом собирались в тесном семейном кругу, но здесь нас было только двое. Невольно вспомнилась моя новая большая семья. Да, здесь нам всем явно не хватило бы места!

Бесшумно вошел мажордом с фарфоровым чайником, а следом за ним пышная женщина в цветастом фартуке с подносом всяких вкусностей к чаю. Сервировав стол, женщина быстро удалилась, стрельнув в герцога влюбленным взглядом. Вышел и мажордом.

- Угощайся, д-дочка, - снова запнулся граф на том же слове.

- Отец, называйте меня Элеей, думаю, так вам будет проще, да и я совсем не возражаю, - я улыбнулась ему, а старик грустно посмотрел на меня и благодарно кивнул.

За окном снова послышался топот копыт. Судя по всему, всадник очень спешил, и я уже догадалась, кто это может быть. После вечернего чая Элиас всегда за мной приезжал. Но сейчас что-то тревожное послышалось мне в том, как именно он подъехал.

Спустя минуту я услышала и быстрые шаги по коридору. Я встала из-за стола, и в этот момент вошел мой жених. Его светлые волнистые волосы растрепались во время скачки, на лбу выступила испарина, но его глаза не сияли, как всегда, радостью встречи, в них застыла тревога.

- Добрый вечер, граф! Элея, собирайся скорее, я отвезу тебя в замок, и…

- Да что случилось? Ты меня пугаешь!

Я на самом деле никогда не видела его таким взволнованным, и это волнение передалось и мне тоже.

- На нас снова напали братья Крамер! Мне нужно срочно собирать войско!

Я ахнула, сердце больно сжалось, и стало очень страшно. Я очень боялась потерять свое только обретенное счастье.

- А Полозы! Великие Полозы обещали нам помочь!

- Да, но ты говорила, что они это сделают только тогда, когда мы выполним то условие и найдем для их яиц тихое спокойное место без хищников и на открытом пространстве, чтобы был доступ солнечного света. Но сколько я не ломал голову, не могу представить, как это сделать для таких огромных существ! – Он немного помолчал и тихо добавил: - А это значит, нам придется сражаться самим. Идем скорее, я должен быть уверен, что ты в безопасности, тогда мне будет легче.

Я попрощалась с графом, постаравшись его уверить, что все будет хорошо и мы, как всегда, победим. Он же лишь грустно улыбнулся в ответ.

- Остался я один-одинешенек.

Я уже у двери была, когда услышала эти слова и обернулась.

- В наших силах не допустить одиночества! Особенно, если есть рядом кто-то, кто искренне тебя любит. Стоит только оглядеться… И совсем не важен статус этого человека, любовь не приемлет условностей!

Мне кажется, что граф понял мой намек! Его глаза загорелись, а губы тронула легкая улыбка. Помахав ему рукой, я поспешила вслед за герцогом. Он, видимо, по приезду успел приказать оседлать моего Орлика. Я потрепала любимца по холке и с помощью Элиаса села в неудобное женское седло. И кто только придумал это пыточное сидение? Усадить бы его самого в него!

У ворот особняка к нам пристроились гвардейцы. Сказывалось объявленное военное положение. Раньше мы свободно разъезжали с герцогом вдвоем.

Некоторое время мы ехали молча. У меня много вопросов теснилось в голове, но я не хотела мешать мужчине. Уверена, он-то сейчас не множил вопросы, как я, а искал на них ответы. Но и у меня тоже на уме крутилось очень простое решение проблемы с защитой яиц Полозов, вот только, к сожалению, я никак не могла ухватить ее за хвост!

Мы доехали до развилки и повернули налево, в сторону моего замка, хотя я была почти уверена, что Элиас захочет спрятать меня в своем замке, в самой высокой башне, да с десятикратным кольцом охраны.

- Мы едем ко мне? – невольно вырвался вопрос.

- Да, я думаю, там ты будешь в большей безопасности, среди своих недомагов. А вот если противник все же прорвется через наше оцепление, то в первую очередь братья решат напасть на мой замок и вырезать всех возможных наследников моих земель.

Услышав эти слова, я вздрогнула, а по моему позвоночнику пробежал холодок. Да, похоже, все куда серьезней, чем в прошлый раз. Я не припомню, чтобы тогда у герцога был такой озабоченный вид.

Примерно через час мы уже въезжали в ворота моего замка. Ссадив меня с коня, Элиас, не обращая внимания на гвардейцев и возможных зевак, крепко обнял меня, прошептав в ухо: «Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы через неделю повести тебя под венец! И тогда я точно не ограничусь одними объятиями». С видимым усилием Элиас разорвал кольцо своих рук и шагнул назад, не спуская с меня жадного взгляда.

Почувствовав, что мой взгляд туманят набежавшие слезы, я развернулась и быстро взбежала по ступеням. Не оглядываясь, влетела в холл и остановилась только тогда, когда оказалась в своей комнате.

Слезы отчаяния и безысходности просто душили меня, не желая изливаться. Я никогда не обладала способностью многих женщин выплакаться и успокоиться. Мой деятельный ум искал выход из сложившегося положения, но, увы, не находил.

В дверь тихонько постучали.

- Входи, Марта! – я глубоко вздохнула и улыбнулась вошедшей девушке. Я всегда была рада ее видеть. Доброжелательная, буквально на лету схватывающая новую информацию, улыбчивая, где надо твердая, когда необходимо гибкая в решениях… Да, пожалуй, именно такая управляющая замком на время моего отсутствия мне нужна!

Получив ответ хоть на один из терзающих меня вопросов, я почувствовала, что начинаю потихоньку успокаиваться.

- Присаживайся! – указала я ей на стул. – Ты по делу или соскучилась?

- Я видела, что вы с Его Светлостью приехали с сопровождением. И герцог, и его свита все хмурые, сосредоточенные, что-то случилось, Элея?

А еще она очень наблюдательная, добавила я к недавно перечисленному и рассказала ей обо всем, что только что сама узнала.

– Если бы мы решили вопрос с яйцами Полозов, они бы нам помогли отогнать захватчиков с наших границ! – вздохнула я, невидяще глядя в окно.

- Ты вспоминаешь тот свой побег? – усмехнулась Марта.

- Ты о чем?

- Ну как же? Я о том, как ты воспользовалась веревкой для побега! Сказала мне, что хочешь плести рыбацкую сеть, а сама узлов на нее навязала! – рассмеялась девушка.

- Конечно же! Сетка! Какая же ты умница, Марта! Считай, что ты решила очень важную проблему! А благодаря этому решению решим и еще одну, самую главную!

— Это как так? – округлила она свои черные, как ночь, глаза, опушенные длинными ресницами.

- А так! – и я поделилась с ней своей идеей.

- Элея, я уверена, что до подобного никто бы не додумался! – покачала она головой.

- Тогда позови Бьерна, нужно все хорошенько обдумать, а завтра приступим!

Наутро, едва мы наскоро позавтракали, приехал Орм, друг Элиаса. Он уже давно снабжал нас тканями и другими нужными нам товарами.

На сей раз я сама поспешила ему навстречу, коршуном налетев с вопросом, что он нам привез. К счастью, среди его товаров оказалась и прочная веревка. Много, но недостаточно. Поэтому, собрав всех жителей замка и близлежащих домов, рассказала им про новое вторжение соседей, жадных до чужого добра.

Я рассказала им и об обещании Полозов помочь нам в отстаивании границ наших земель, а также и об условии предоставления этой помощи. Ну и напоследок просветила на счет найденного мной решения.

Народ загудел, обсуждая услышанное, а затем начал делиться на тех, кто поедет к рыбакам за самой веревкой, а кто за помощниками в плетении сетей.

Два дня отовсюду свозили веревку, и два дня несколько десятков людей, сменяя друг друга, плели длинные полоски сети, затем аккуратно сворачивая ее в рулоны и укладывая на освобожденные от товара подводы Орма.

Сам красавчик, не покладая рук, трудился наравне со всеми. На него было очень приятно смотреть, и не верилось, что эдакий хлыщ сумел перевоспитаться. Хотя… Я в который раз видела, что Марта все время оказывалась неподалеку от молодого человека. Я улыбнулась, радуясь за них, а затем снова сосредоточилась на работе.

На третий день мы огромной процессией выдвинулись к тому скалистому ущелью, откуда я доставала псевдоребенка Доротеи. Я ехала верхом на Орлике, а Шушечка с удобством расположилась на его холке. Конь уже давно привык к необычной всаднице и больше не боялся мою змейку.

- Мы почти пришли! «Полозы уже могут нас слышать!» — сообщила мне Шуша.

Я закрыла глаза и принялась звать черного. Он ответил быстро, а когда я ему сообщила, что нашла решение их проблемы, появился в течение пары минут.

Народ настороженно разошелся в стороны, освобождая дорогу медленно ползущему змею. А затем, подойдя к краю ущелья, я объяснила черному свою идею. А она была проста и лежала буквально на поверхности!

Это ущелье представляло собой глубокую щель с совершенно отвесными стенками, но довольно просторным даже для Полоза дном. И доступ в него был лишь у самих Полозов, как раз через один из тоннелей, ведущий сквозь скальную породу ко дну этого ущелья. Как раз таким образом черный и помог мне туда попасть, чтобы достать упавшего вниз якобы ребенка.

Выходит, благодаря отвесным стенам попасть в это ущелье не смогут никакие наземные хищники, а от тех, что парят в воздухе, мы приготовили сети, что планировалось натянуть над ним.

Отличные «ясли» получатся для детишек Полозов, совершенно безопасные, и сверху будет достаточно много солнечного света поступать!

Оставалось решить, как именно перенести второй конец узкой полоски сети через ущелье, но и он решился довольно быстро. Черный позвал еще трех своих собратьев, а затем работа закипела!

Люди поделились на две бригады, первая закрепляла края полосок сетей на одной стороне ущелья. Затем один из Полозов, взяв в зубы противоположный конец сети, переползал ущелье, поднимался к его краю и подавал сеть второй бригаде. А те спешили закрепить и ее!

Таким образом, часов за десять все было готово. Мы замерли на краю ущелья, пораженно глядя на проделанную работу, и понимая, что одни мы не смогли бы этого сделать.

В мою голову со всех сторон неслись мысли Полозов, благодаривших меня за то, что я помогла решить их самую большую проблему. А еще они начали сами спрашивать, как могли бы отблагодарить нас за помощь. И я им рассказала.

Уже вечерело, сумерки окутали долину, и стали видны вдалеке незаметные днем всполохи вспыхивающих в ночном небе огненных фаеров.

- Если галопом, то за час бы добрались, - ответил Бьерн на мой молчаливый вопрос.

- Но у нас нет сейчас оседланных коней, но есть Полозы! А они передвигаются куда быстрее!

И вот, поблагодарив людей за их помощь, мы с Бьерном отправили их домой отдыхать. Я также попросила присмотреть за Орликом и доставить в целости Шушечку, которую побоялась брать с собой. У меня не было в этот раз наплечной сумки, да и очень тяжелой она уже стала, растет.

А сами вскарабкались на двух Полозов и пустились в путь.

- Черный, вас будет только двое?

- Нет, нас сейчас догонят все остальные.

- Сколько вас?

Похоже, этот вопрос поставил умного змея в тупик. Им, по большому счету, этот самый счет не очень-то был и нужен! Но, как я помнила, через реку их переплывало десять.

- Надеюсь, их будет не меньше, чем в прошлый раз, - озвучил Бьерн мои мысли.

- Я тоже. Нам нужно как можно сильнее напугать врага, чтобы больше и думать не смел о территории герцогства.

- Смотри, догоняют!

Я осторожно обернулась, боясь на ходу свалиться с Полоза. Несмотря на более плавный ход, чем у коня, скорость он развивал куда большую! За нами в сгустившихся сумерках, извиваясь, двигались горящие разноцветной чешуей гигантские змеи. Я насчитала двенадцать, вместе с нашими четырнадцать. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы отбить охоту у братьев Крамер даже и думать о владеньях Великих Полозов!

Уже приблизившись к нашим позициям, я попросила черного и красного Полозов остановиться, и мы с Бьерном поспешили слезть с них, а я сразу оказалась в объятиях Элиаса.

- Как? Как тебе удалось их уговорить? – его глаза сияли от радости и удивления, а над расположением наших войск при виде такой подмоги разносились крики ликования.

- Я выполнила их просьбу. Помнишь, насчет яиц!

- И когда только успела?

- Мне помогли мои люди! - звучит-то как приятно, подумалось мне.

Бьерну подвели коня, а Элиас усадил меня на своего, крепко прижав к себе. Затем он прокричал команду отступать. Пока темные фигурки осторожно огибали гигантских змей, те были неподвижны, опасаясь в темноте задавить кого-либо из наших.

Когда же все гвардейцы покинули поле боя, я мысленно шепнула черному, что пора.

Четырнадцать огромных светящихся разными цветами Полозов ринулись в бой, и тотчас атака фаерболами возобновилась с новой силой. Неприятель, конечно же, не мог не заметить в темноте светящихся огромных змей, и потому принялся яростно защищаться. Теперь о их нападении и речь не шла.

Я поздно подумала о том, что фаерболы могут навредить рептилиям, но, как оказалось, они вовсе не боялись огненных атак неприятеля. Даже наоборот, змеи вытягивали свои тела вверх и в сторону, ловя на лету огненные шары, и словно впитывали их в себя, начиная светиться ярче.

Ну, а потом Полозы пошли в атаку. Они переплыли реку, осветив изнутри ее темные воды, а выползая из нее на противоположном берегу, принялись хаотично на первый взгляд метаться.

- Противника давят, - произнес Бьерн, пристально всматриваясь вдаль.

А меня аж передернуло, едва я это себе представила, и порадовалась, что все это происходит в темноте, и я могу только догадываться о творившемся на том берегу ужасе.

- Черный! Черный, может уже достаточно? Может, хватит?

- Враг пустился в бегство, мы возвращаемся! – последовал ответ.

- Я слышал! – восхищенно произнес Элиас.

И я теперь окончательно уверилась, что он и правда может слышать Полозов, когда прикасается ко мне.

Разноцветные светящиеся ленты переплыли реку в противоположном направлении и проползли в стороне от нас, боясь в темноте задеть кого из защитников их территории. Я мысленно поблагодарила Полозов, и повернулась в кольце рук герцога.

- Представляешь, а нам Орм помогал! Все три дня трудился наравне со всеми!

- Да ну, я не верю! – засмеялся Элиас. - Орм и трудился? Такого просто не может быть!

- Подтверждаю, Ваша Светлость! – прогудел рядом Бьерн и подмигнул мне.

- А еще, как мне кажется, Орм влюбился!

- Сегодня просто невероятный день на приятные новости! – засмеялся мой герцог, ссаживая меня с коня и откидывая передо мной полог знакомого мне шатра. – Заходи, я сейчас тебе еды принесу!

Вокруг кричали и радовались окончанию войны его воины. Они зажигали костры, намереваясь всю ночь отмечать победу, полученную благодаря неожиданной помощи Великих Полозов.

А я почувствовала, что просто ужасно хочу спать! Сказалось напряжение последних дней. Я прилегла на край кровати герцога и даже не заметила, как провалилась в сон.

Вот, собственно, на этом и закончились мои злоключения в новом мире, а дальше, после большого празднования окончательной победы, через два дня, мы с герцогом сыграли свадьбу! Настоящую, с ощущением счастья и большой любви, отражающейся в глазах самого важного человека в моей жизни!

На мне было шикарное белоснежное платье невесты. Украшения я отказалась надевать, ведь выглядеть просто неотразимой мне помогала моя уже не такая маленькая, но любимая Шушечка. Она медленно ползала вокруг моей невероятно пышной юбки и подсвечивала своим радужным светом белоснежные чешуйки Полозов, которыми было обшито платье! Они мерцали и сияли на белоснежной ткани, а я чувствовала себя сказочной принцессой!

И кругом я видела только родные и знакомые мне лица! Не напыщенных аристократов, а всех тех, с кем я проживала в собственном замке. А еще огромным сюрпризом от Элиаса были приглашенные на нашу свадьбу мои бывшие соученики по Академии: Сван, Йон, Хаук и Гест. Было очень потешно видеть их сконфуженные лица.

Я толкнула в бок теперь уже своего мужа и осторожным кивком указала на сладкую парочку, Орма и мою Марту, а затем и еще на одну, Бьерна и Гертруду.

Но самое большое удивление меня ждало, когда поздравить нас подошел мой новый отец, граф Гилмор, и под ручку он вел ту самую румяную и пышную кухарку, что поила нас чаем.

Единственный, кто пришел на свадьбу с кислой миной, а затем быстро удалился, с его слов, с «плебейского увеселения», был отец Элиаса. Ну, таков он есть, и я уверена, что сам от этого и страдает.

А я чувствовала себя самой счастливой на свете! И ничуть не жалела, что судьба забросила меня в этот мир, и что я даже попала в психушку и прошла весь этот невероятный квест! Ведь столько близких и родных людей, как сейчас, у меня никогда не было.