Экстра

– Синий Винстон, – произносит знакомый до дрожи голос.

Я поднимаю глаза и вижу перед собой Павла. Мне стоит огромных усилий совладать с эмоциями и остаться внешне равнодушной. Он изменился, и, надо сказать, не в самую лучшую сторону. Впалые глаза, щетина, пивное пузо… Мне поначалу даже кажется, что я обозналась. Но он вдруг тоже узнаёт меня и отводит взгляд.

Подумать только, было время, когда я злилась на него, порой ненавидела всей душой. А сейчас не чувствую ничего кроме какой-то брезгливости. И дело даже не в том, что он так резко подурнел. Вся суть в гнилых поступках этого человека. Я рада, что мне повезло, и я не замазалась в этой грязи. Что моя репутация спасла меня тогда, и вышестоящее начальство поверило в мою непричастность к воровству Павла.

Пробиваю ему сигареты и даю сдачу. В душе появляется страх, что он может мне что-то сделать. Попытаться отомстить, например. Я бросаю быстрый взгляд на часы. Они показывают без пяти шесть. Хочется написать Семёну, чтобы они с Илюхой не заходили в магазин, а дождались меня в машине. Но подходит следующий покупатель и мне приходится обслужить его.

– Галина Николаевна, я всё! – кричит мне мой товаровед. – Приняла товар! Спасибо, что отпустили тех покупателей.

Она становится за кассу и вводит свой пароль. Выдыхаю и, ещё раз на всякий случай проверив рабочую почту, иду в комнату персонала. Рабочий день закончился, так что я могу пойти домой. Вот уже два года как я директор этого магазина. После декрета меня поставили сюда товароведом. А потом как-то само собой получилось, что я прошла обучение на директора. И хотя порой, как и раньше, бывает трудно, мне нравится моя работа. Это то, что я знаю и умею, чему могу научить других.

Переодеваюсь, прощаюсь со всеми и выхожу на улицу. Замечаю Павла у входа в магазин. Он стоит возле урны и нервно курит. При виде меня резко тушит сигарету. Внутри всё сжимается от страха невольно. Он меня ждал всё это время, но зачем?

Крепче держу сумку в руке. Если что, я так просто не сдамся! Буду отбиваться. Однако Павел к моему удивлению злых намерений не выказывает. Напротив, глаза его становятся какими-то грустными.

– Здравствуй, Галь, – произносит он тихо.

– Здравствуйте, – отвечаю еле слышно. Холодная дрожь пробегает по спине. Вся эта ситуация для меня страннее некуда.

– Как дела твои? – продолжает он, и мне становится как-то уж совсем неловко.

– Нормально, – произношу натянуто. – Ты что-то хотел? А то я домой тороплюсь.

– Да, я это… – он поднимает на меня глаза, и я замечаю в них некогда знакомый похотливый блеск. – Может, встретимся как-нибудь?

Открываю рот, чтобы праведно возмутиться. Вот же гад! Да как у него наглости хватило предлагать мне что-то подобное?! Впрочем, наглости ему всегда было не занимать. Думается мне, что только на ней и на внешности он раньше выезжал.

– Мама! – раздаётся голос Илюхи с парковки. Вижу, как они с Семёном оба выходят из авто.

Глядя на сына, отпускаю желание поскандалить или послать Павла в грубой форме. Не хочется тратить силы и портить себе настроение. Павел нервно оглядывается, видит Семёна с Ильёй, что машет мне радостно, и отступает.

– Я пойду, – говорит, видимо, осознав нелепость своего предложения.

Я киваю молча, а после выхожу навстречу мужу и сыну. Семён с подозрением смотрит Павлу вслед.

– Всё хорошо? – спрашивает, заглядывая мне в лицо.

– Ага, не обращай внимания, – отвечаю я с улыбкой.

– Если будут проблемы, то не молчи, ладно?

– Ладно, – киваю я.

Семён вздыхает и обнимает меня. Вместе мы идём до авто. Илюха болтает о том, что случилось в детском саду. Семён просто молча сжимает мою руку. Я чувствую тепло от его ладони. И от него на душе становится светлее и теплее.