Глава 9

Перепроверив всё, кажется, уже в миллионный раз я иду в комнату персонала. Павел и вправду сидит за столом и пялится в разноцветные картинки на экране. Я некоторое время переминаюсь с ноги на ногу в дверях. Потом робко присаживаюсь рядом. Он наконец поднимает на меня глаза.

– Ты чего? – спрашивает осторожно. – Я ведь сказал, что на работе лучше соблюдать субординацию.

– Я по делу пришла, – отвечаю, сглатывая сухой ком в горле. – Павел, у вас в прошлом месяце точно остатки сошлись по алкогольной продукции?

Он как-то странно меняется в лице. Глаза не отводит, но смотрит как будто мимо меня. Пальцы его крепко-накрепко сжимают телефон. Словно бы я в любой момент могу выхватить его и забрать себе.

– Разумеется, всё сошлось, – отвечает едва ли не с возмущением. – А что? Ты мне не доверяешь?

– Доверяю конечно! Но у меня по текущему пересчёту двух коробок не хватает, – произношу я на одном дыхании и замираю. Кажется, я готова к любой реакции.

– Галя-Галя, что ж ты меня так расстраиваешь? – Паша откидывается на спинку стула. – Я ведь доверяю тебе, а ты так косячишь. Ведь очевидно, что две целые коробки украсть из магазина не могли. Скорее всего, их просто не довезли. А кто у нас занимается приёмкой товара?

– Я… – говорю почти неслышно. Так уж вышло, что с момента трудоустройства и до сих пор, Павел так и не научился принимать товар. Обычно он ссылается на то, что слишком занят, и я не возражаю. Мне нравится сам процесс приёмки. Вот только…

– Слушай, – он наваливается на стол. – Я временно закрою на это глаза. Но товар должен быть найден. Звони в другие торговые точки, что были в маршрутном листе у водителя в тот день. Пиши в распределительный центр. Короче, делай что хочешь, но этот товар должен быть к следующей большой ревизии.

Я ощущаю, как изменилось его отношение. Он отстранился от меня, и это очень неприятно и больно. Словно бы я сама украла этот коньяк и теперь мне на лоб поставили клеймо вора. На негнущихся ногах я выхожу из комнаты персонала и возвращаюсь на кассу.

– Ну, что он сказал? – спрашивает Таня в нетерпении.

– Сказал мне самой с этим разбираться, раз допустила такое, – я сажусь за компьютер и обхватываю руками голову.

– Так, меня это достало! – восклицает она. – Я звоню супервайзеру. Он похоже вообще работу свою выполнять не собирается!

– Тань, постой! – я хватаю её за руку. – Дай мне немного времени. Обещаю, я найду этот коньяк!

– Да почему ты-то?! – в сердцах бросает она. – Поначалу я терпела, пыталась войти в положение. Всё-таки он был внешним сотрудником. Буквально по объявлению взяли. Но уже три месяца прошло! За такое время можно было собаку выучить на директора!

– Да тише ты. Вдруг он услышит!

– А мне плевать! Я могу всё в глаза ему сказать. Всё равно мне скоро в декрет уходить. Но, знаешь, я не хочу все свои декретные отдать в счёт этой недостачи из-за того, что он целыми днями балду пинает!

– Тебе не придётся платить, – опустив взгляд, произношу я. – Если что, я сама заплачу.

– Ох, и дура ты, Галя! Думаешь, кто-то оценит эту твою жертву?! – Татьяна бессильно взмахивает рукой и уходит.

В один момент всё вокруг словно становится враждебным. Только что я готова была парить над полом от переполняющего счастья, а теперь меня словно придавило к этому самому полу бетонной плитой. Даже дышать трудно. Я ловлю ртом воздух. Голова кружится.

– Галя, вам нехорошо? Может, скорую вызвать? – не пойми откуда взявшийся Семён бросается ко мне на помощь.

– Да отстаньте вы от меня! – в отчаянии восклицаю я и убегаю на улицу на удивление Семёну, кассирам и покупателям.

Холодный порывистый ветер треплет мои волосы. Я стараюсь собрать их, но выходит так себе. А я ведь столько времени потратила, чтобы уложить их как следует. Стоит немного отойти, сразу становится стыдно. Ладно Семён, его нужно было отвадить, иначе бы неудобно вышло перед Пашей. Но вот перед девчонками неловко до жути. С самого первого дня в магазине я была спокойной и рассудительной. Бывший директор Светлана даже ставила меня в пример другим. Что бы она сказала сейчас, если бы увидела меня в таком состоянии? Нет, так не пойдёт! Слезами горю точно не поможешь! Надо искать – обзвонить соседние магазины и с кем-нибудь в распределительном центре связаться.

«Давай, Галя! Ты ведь знаешь, что делать. Раз ошиблась, надо исправляться…» – так я думала. Однако мои попытки разыскать утерянный товар не увенчались успехом.

– Ну что, как дела? – Таня падает рядом со мной на стул у рабочего компьютера.

Несколько дней подряд я искала эти треклятые коробки. Перебрала весь товар в магазине, заглянула в каждый закоулок. При этом мою основную работу никто не отменял. Но всё тщетно! Сил нет даже что-то ответить коллеге. Паша сторонится меня. Почти не разговаривает. Я от нервного напряжения не могу ни есть, ни спать.

– Не нашла, – произношу с каким-то титаническим усилием. Слеза скатывается вниз по щеке. – Нигде нет! Я всё проверила, со всеми созвонилась.

– И что будешь делать? – Таня вздыхает сочувственно и кладёт мне руку на плечо.

– Позвоню супервайзеру и скажу правду, – отвечаю я. Краем глаза замечаю, как проходящий мимо Павел замирает.

– Галь, идём-ка сюда на пару слов, – произносит он и манит пальцем.

Я, едва переставляя ноги, выхожу за ним на улицу. Знаю, что он мне скажет, но мне уже плевать. Да, я не справилась. Захочет бросить, пусть бросает. У меня от этого страха и напряжения скоро голова взорвётся!

– Эй, Галка, ну чего ты расклеилась? – неожиданно произносит Паша и прижимает меня к стене.

На улице уже темно, да и мы отошли в «курилку», так что нас особо не видно. И всё-таки мне неловко. Кроме того, удивляет эта резкая перемена в поведении. Только что он смотреть в мою сторону не хотел, а тут вдруг лезет обниматься.

– Не могу я найти этот хренов коньяк! – восклицаю я. – Словно испарился! Сил уже нет. Я не спала три дня толком.

– Ну и забей тогда, – легкомысленно произносит Паша. Я смотрю на него удивлённо. В полутьме не могу разглядеть выражение лица.

– Как забить?

– А вот так. Я сам всё решу, – произносит он уверенно и бескомпромиссно.

Пару секунд я сомневаюсь. И как он решит, если я уже всё перепробовала? Осталось только одно – звонить ревизорам и признаваться, что прошляпили огромную недостачу. Но голос Паши звучит так, будто он знает что делать, а потому я постепенно выдыхаю и успокаиваюсь.

– Ладно, – киваю я и прижимаюсь к его груди. Вдыхаю запах ставший родным. Паша гладит меня по голове, приговаривая:

– Всё нормально будет, Галка. Хочешь, я к тебе приеду сегодня?

– Хочу, – шепчу я. – Хотя нет, давай лучше завтра. Я с ног валюсь от усталости.

– Так какая разница? – усмехается Паша. – Всё равно ведь тебе лежать.

– Дурак! – я слабо бью его кулаком в грудь и ухожу обратно в магазин.

– Я позвоню! – кричит он мне вслед. Губы трогает улыбка, а пульс ускоряется. И хотя я действительно устала, всё же я безумно рада возможности увидеться с ним вне работы.