Глава 43
Оля
Это мало чем отличается от того, когда меня держали в заложниках.
Сейчас я разве что не связана и без повязки на глазах, но отрезана от всего внешнего мира.
Первый раз меня освободила группа быстрого реагирования, второй раз Ри, в этот, похоже, помощи ждать неоткуда...
Для отцовской домработницы я всё ещё в отпуске, который внезапно затянулся. Да и мы никогда с ней не было особо близки. На первых порах она вообще считала меня аферисткой, а позже, пусть и косвенно, винила меня же в смерти отца...
Но несмотря на это, она бы помогла... Вопрос, в чём?
И все мои бесконечные размышления в течение долгих, изматывающих трёх недель сводятся к одному, то есть к одной.
К Кати́.
Она единственная из окружения, в которое я попала, проявила ко мне интерес и сочувствие.
Но одно дело психологическая поддержка и совсем другое внутренние разборки в многомиллионном бизнесе.
За три недели я покидала квартиру дважды: первый раз для заключения сделки, которая была запланирована ранее, второй для ознакомления с уже составленным брачным договором.
И именно тогда мне наглядно продемонстрировали, что у меня нет шансов избежать того, что приготовил для меня Степанов.
После пары моих неудобных вопросов адвокату Валера просто выволок меня из кабинета и сказал, что еще один подобный вопрос, и он даст приказ обколоть меня чем-нибудь из разряда, надолго отбивающего тягу к излишнему любопытству.
И я отступила...
Больно.
Страшно.
Но неизбежно...
Единственное, что позволяло держаться бесконечная учёба. Отцовская библиотека и ранее загруженные электронные курсы.
На мою просьбу открыть временный доступ к сети, Степанов рассмеялся мне в лицо, даже не посчитав нужным это комментировать.
А ещё... воспоминания...
Из тура...
Разные...
Но особенно... последние...
Интенсивные, яркие, настолько реалистичные, что можно просто закрыть глаза и...
- Мне плевать, что у тебя нет аппетита! Ты будешь есть всё, что привозят с доставкой! Не нравится, готовь сама! Мне не нужно, чтобы на встрече с партнерами ты выглядела, как бледное приведение! Или ты решила устроить голодовку? - напирает на меня Степанов.
Боже они что, проверяют ещё и мусор?
Но еда была, и правда, отвратной - безвкусной, сухой и горчащей.
Если честно, я подумала, что это ещё один из способов на меня надавить...
Измотать физически и морально...
Да я и сейчас уже готова закрыть глаза и провалиться в спасительный сон...
- Нет, - односложно отвечаю я. - Я могу готовить сама.
- О как?!! - удивлённо фыркает Валера. - Начинаешь осваивать роль домохозяйки? - внезапно смягчается он. - Это хорошо. Меньше общественной жизни, больше дома... семьи... - медленно движется в мою сторону он, что начинает пугать меня ещё больше.
Какого дома?!!
Какой семьи?!!
- Оль, не забывай, что это вынужденная мера. Всё ведь может быть совсем иначе, пытается зажать он меня между двумя креслами в гостиной, но я проявляю невиданную изворотливость и выскальзываю из ловушки в самый последний момент. - Упрямству здесь не место. Лояльность, милая, всё что тебе нужно! Всё в твоих руках... И не только в них.
Плотоядно осматривает Степанов меня с головы до ног, а меня начинает мутить от одного только воспоминания, как это было...
- Думай, Оля. Я верю, что ты всё сделаешь правильно, мы вместе перевернем эту страницу и начнем новую счастливую жизнь вместе, приумножив наследство твоего отца для будущих поколений.
Каких на хрен поколений?.. - бросает меня в жар, да так, что, скорее всего, щеки сейчас похожи на помидоры.
- Напиши список продуктов и отдай охране, пусть добавят его к основной доставке. Не скучай, дорогая, осталось недолго, - завершает Валера речь полную "любви", "заботы" и собственных грандиозных планов.
Господи, это ж надо было так влипнуть...
Но мне нельзя раскисать и поесть действительно нужно.
Перебираю в памяти всё, что хотелось бы...
Ри обещал мне жареную картошечку... с грибами...
Всхлипываю от того, что этой мечте уже никогда не сбыться и отметаю всё, что нужно готовить...
Я не смогу так, как это делал он, а вот рыдать буду без остановки...
В итоге охране отправляется короткий список, почти полностью состоящий из фруктов.
И я без сил заваливаюсь в кровать, несмотря на полдень.
Спать. Мне нужно поспать, восстановить силы и всё-таки придумать, как выпутаться из этого ужаса.
Глаза я продираю уже в сумерках.
Смотрю в окно с почти севшим за горизонт солнцем.
Ничего себе я поспала!
Шатающейся походкой направляюсь в ванную, чтобы умыться.
Усталость немного отступает, но это точно не бодрость.
Нужно хоть чем-нибудь перекусить, чтобы сбить противную, голодную тошноту.
Прохладная вода освежает, и в кухню я захожу уже с твердым намерением поесть.
Открываю холодильник и как ребенок радуюсь, что хоть тут моё желание исполнилось на сто процентов.
С жадностью достаю пакет с виноградом.
Это, конечно, не те сочные, ещё свисающие с ветвей грозди, но тоже ничего! Тем более сейчас, когда организм настоятельно требует!
Тщательно промываю ягоды под проточной водой, складываю их на заранее подготовленную тарелку, отправляясь прямиком в кабинет отца.
В уютное, ни с чем не сравнимое кресло, в котором мне почему-то становится спокойнее, словно аура папы, всё ещё там задержалась и подпитывает меня своей нескончаемой энергией...
Падаю на мягкую кожаную обивку, растекаясь бесформенной массой, подтягивая к себе колени и водружая на них тарелку с моей прелестью.
Отрываю ягоду, рассматривая её в приглушённым свете настольной лампы. Подношу к губам и вновь проваливаюсь в воспоминания с Ри...
Невозможные, бьющие точно в сердце, перемалывающие все внутренности наживую... Если бы в нашем мире, можно было призвать человека силой мысли, я бы это сделала, потому что это не просто желание, это тоскливый вопль по тому, для кого я хотела бы стать счастьем... Таким, какое хотел он сам...
Неуклюже смахиваю слезы, текущие по щекам и ягода выскакивает из пальцев, проскальзывая между подлокотником и сидушкой кресла.
Угу... Вот и способ отвлечься от страданий... Виноградная лоза здесь вряд ли вырастит, а поэтому поднимай, Олька, свою попу и доставай беглянку...
Поднимаюсь, отставляя тарелку на стол, аккуратно просовываю пальцы в узкую щель, пытаясь нащупать ягоду.
Подушечки касаются кожицы, но мне не хватает длинны пальцев, чтобы зажать её между ними.
Разворачиваю ладонь под другим углом, проталкивая её глубже и с силой упираясь во что-то металлическое.
Щелчок.
Сидушка внезапно поднимается, а в нижней части кресла обнаруживается плоский вмонтированный сейф.
Поднимаю виноградину, скатившуюся к самому замку.
В памяти всплывают наставления отца по пользованию всеми этими девайсами, и да он заставил меня запомнить несколько кодов.
Главный сейф я открывала вместе с Валерой...
Дура!..
Но тогда я была не в том состоянии, чтобы трезво мыслить.
Нет, не поэтому...
Потому что я вообще не представляла, что со всем этим делать, а отец не собирался... умирать...
Дрожащими пальцами набираю стандартную комбинацию...
Нет.
Мой день рождения плюс его счастливое число...
Нет.
День рождения мамы...
Щелчок. Поворот и замок открывается.
Тяну на себя толстую металлическую пластину.
Пистолет.
Запасная обойма.
Квадратный ювелирный футляр и микрофлешка...
Одним из первых моих уроков вместе с отцом был урок стрельбы.
Но тогда же он понял, что толку от меня будет мало...
И сказал одну вещь, которую я очень хорошо запомнила.
Если ты не готова убить, то оружие в руки лучше не брать. Твоя неспособность довести дело до конца будет видна в твоих глазах. А это всегда провал! Тем более, если противник сильнее тебя.
Мне точно лучше не брать... Я не готова...
Зато я беру в руки футляр.
Тонкое, изящное кольцо и цепочка с плоским кулоном в виде сердца.
"Бесконечно тебя люблю" - надпись на обратной его стороне.
Подарки отца маме, она оставила их, когда уходила.
На автомате беру флешку, вставая и, затаив дыхание, вставляя её в уже работающий ноутбук.
Одна папка - "Расследование".
Один клик мыши, и я тону в информации о всей нашей с мамой жизни.
Год за годом, она складывается в единое целое, заставляя вспомнить и плохое, и хорошее.
Но есть одно "но".
Отдельным файлом идёт... дядя Рома. Давний мамин знакомый, благодаря поддержке которого мы пережили наши худшие времена, когда мама, несмотря на свою неплохую квалификацию не могла найти мало-мальски приличной работы. Если бы не он... Так говорила она. Так она и думала.
Но безжалостное, независимое расследование говорит об обратном.
Большинство проблем, с которыми мы столкнулись, создал всё тот же дядя Рома...
Мама не вводила его в нашу семью. Словно чувствовала, что с ним что-то не то, но он появлялся всегда, когда нам было особо хреново...
И он "помогал".
Мамочка... Боже... Что же тебе пришлось пережить...
Вот же тварь!
Вновь не могу сдержать слёз я, но, как одержимая продолжаю читать дальше.
Его интерес к нам его и подвёл.
Смерть мамы стала для него неожиданностью, и он проявил дополнительную заботу обо мне, приехав лично выразить соболезнования и пообещав похлопотать о переезде в столицу и работе, от чего я сразу же отказалась.
Вот тогда-то на меня и вышли мои будущие похитители.
Открываю следующую страницу документа и от прочитанной информации у меня темнеет в глазах.
Дядя Рома... был партнёром моего отца, как раз в то самое время, когда у них с мамой начались отношения. Но он вышел из бизнеса, заставив отца выплатить ему его долю. Отцу пришлось влезть в долги, и только спустя три года, компания смогла восстановить прежние обороты, а ещё через год совершить качественный прорыв в своем развитии.
Бизнес отца встал на ноги! В то время как Роман Абрамович Степанов объявил себя банкротом.
Дополнение к общему блоку ввергает меня в шок.
Валерий Романович Степанов, внебрачный сын бывшего папиного партнёра.
Выделение этой части файла красным цветом сообщает мне, что и для отца это стало ударом.
Ударом... на который он не успел ответить. И даже поделиться им со мной...
Да, Валера проявлял ко мне интерес, как только я здесь появилась, но отец всегда его осаживал, ясно давая понять, что не видит его рядом со мной.
И вот что мы имеем сейчас...
Дядя Рома-таки позаботился о будущем сына...
Меня опять начинает тошнить.
Добегаю до ванной, сгибаюсь, но из меня вылетает только сухой, надсадный кашель.
Нужно поесть и попить.
В изнеможении присаживаюсь я на краешек ванны.
Двадцать четыре года эта скотина готовила план захвата компании.
И вот она почти в его руках...
Пытаюсь отдышаться.
Взгляд цепляется за пакет из доставки для пополнения мыло-мойки - практически стандартный ежемесячный набор - шампунь, гель для душа, зубная паста, тампоны, салфетки, мыло...
Тампоны?..
Поднимаюсь, резко открывая шкафчик и обнаруживая всё ещё запечатанную предыдущую упаковку.
Кати́ сорвала меня спонтанно, но бросить средства гигиены в наспех собранную сумку я не успела, подумав, что все докуплю походу.
Не докупила...
Не понадобилось.
Сбой?..
Да, на нервной почве.
Точно...
А если?..
Сердце начинает молотить с такой скоростью, что меня опять ведёт и я с трудом удерживаюсь на ногах.
Тщательно обшариваю свою память на предмет использования защиты...
И...
Я не помню как это было в машине, когда меня коротило от желания так, что всё вокруг сливалось в мутные, цветовые пятна.
Но ведь Ри позаботился?..
А если нет?..
Делаю два глубоких вдоха и выдоха, опираясь руками об раковину.
А если нет...
Разворачиваюсь, уверенно выхожу из ванны, возвращаясь в кабинет, склоняясь над все ещё не закрытым сейфом и вынимая из него пистолет.
Вы, уроды, не испортите нам жизнь так, как сделали это с мамой и папой.