Глава 12. Хлипкое перемирие

Елена

— Артём! Я сама в состоянии принять душ! Прекрати! Лучше займись своей ногой! — воспротивилась я, раздвигая пошире ноги «рогаткой». Уперлась ими о дверной косяк, застопорив ненадолго движение упрямца в проёме двери.

— Займусь чуть позже, — прорычал упрямец, всячески игнорируя мои слова. Сдаваться Артём явно не собирался. Наоборот, наслаждался борьбой наших характеров и от этого ещё больше заводился.

— Завязывай с ребячеством, тебе помощь специалиста нужна! У тебя рана болит. Ну какая из меня медсестра? — взмолилась я. — Хотя бы руки освободи!

— Чтобы ты выцарапала мне глаза? Я сам себе специалист! Сделаю укол после того, как ты потрёшь мне спинку, — твёрдо заверил, предусмотрев неожиданный манёвр. Повернулся, чтобы пройти боком через проём, но я и тут изловчилась: сведя бёдра вместе, подняла ноги на девяносто градусов вверх, создав на его пути очередной затор.

— Тебя не учили проявлять гостеприимство?

— Черт! Елена! — недовольно проворчал, сбитый с толку внезапной неповоротливостью. Недолго я радовалась. Всё-таки выкрутился, фашист. Зашёл в ванную, пятясь задом, нечаянно задев моей щиколоткой деревянный наличник.

— Ай, блин! Больно же! — надежда спокойно помыться в одиночестве рухнула.

— Сама виновата. Вот что ты творишь, невыносимая девочка? Я тебя однозначно отхожу ремнём за твои выходки и за колючий язык. Характер у тебя ещё тот — несносный!

— Нормальный у меня характер! Это у тебя нервная система слабая. И вообще: мне нельзя волноваться, можно только нервировать! Попробуй определить меня в статус «поротых жоп», и я познакомлю тебя со своими внутренними демонами! Второй попытки отшлепать меня не будет, Гаур, так и знай!

— Говорю же, невыносимая! — хрипло хохочет над ухом, крепче сжимая объятия на предплечьях.

— Это оттого, что у тебя двери слишком узкие! Отпусти!

— Узкие, говоришь? Я тебе сейчас покажу узкие проёмы… — наигранно-сердито пригрозил, шлепая босиком по тёмно-серому кафелю в направлении огромного, шикарнейшего джакузи, предусмотрительно минуя просторную душевую кабину.

— Ну хватит уже! Стоп! — запротестовала, когда Артём, подхватив меня на руки, перекинул через бортик гидромассажной ванны, рассчитанной на двух человек, и усадил голой попой на прохладную поверхность. Тело вмиг пронзили холодные струи воды. От неожиданности вскрикнула, жадно ловя ртом воздух. Этот контуженый, ухмыляясь, принялся обильно поливать из душа мою голову и грудь. Футболка окончательно прилипла к телу, предоставив его похотливым глазам возможность созерцать формы, возбуждающие острый интерес.

— Дерьмо! — вырвалось само собой, от злости. — Ты, явно, подцепил коровье бешенство! — тянусь к выключателям, невпопад нажимая кнопки одну за другой, не в состоянии выбрать нужную. Всё, чего я добилась, так это возмущения данного агрегата в ответ на мои хаотичные действия. Артём с хохотом успокоил гигантскую «махину» и отключил душ. Открыл кран с тёплой водой, чтобы наполнить купель. Достал с полки рядом стоящие баночки и добавил в него масло чайного дерева, которое невозможно не узнать по характерному запаху. Влил приличную дозу мыльной жидкости с ароматом лаванды. Противореча моим желаниям, залез внутрь и по-хозяйски расположился позади меня. Вода из крана быстро наполняла джакузи и образовывала обильную пену.

— Успокоилась, повелительница демонов? — с доброй насмешкой спросил он, притягивая вплотную к своей груди моё продрогшее тело. — Надеюсь, больше не будешь язвить и брыкаться, ревнивая Зайка?

— Садист, — недовольно буркнула, запыхавшаяся от борьбы. — Была бы моя воля, я бы тебе шприц для инъекции выбрала, как и положено для настоящего быка осеменителя. Засадила бы в зад с разгону, как бревно в заклинившую дверь.

Зачерпнув ладонью огромный комок душистой пены, запустила ему в лицо.

— За что? — протянул с наигранной обидой, обтирая от мыла физиономию.

— Чтобы жизнь мёдом не казалась, — процедила, всё ещё злясь. Больше на себя, чем на него, потому что психологическая установка «Кремень!» начала терять свою актуальность с той самой секунды, как только крепкие и настойчивые мужские руки обвили мою талию, чтобы нежно погладить ладонями живот и не только…

— Расценивать как комплимент? — промурлыкал рядом с ухом, трясь о мой висок колючей щекой.

Бархатный голос Артёма просочился сквозь пелену тумана, задурманивая рассудок ещё больше.

— Это напоминание, чтобы ты держал свои руки подальше от меня, — не слишком уверенно произношу, потому что в голове звучит противоположное желание, с которым я не в силах бороться.

— Например, вот тут? — ухмыляется, читая мои мысли.

Ладони обхватывают потяжелевшую грудь, приподнимают и властно сжимают изнывающие по ласке полушария. Грубые и одновременно страстные прикосновения не позволяют мне дышать ровно и глубоко. Я задыхаюсь, утопая в блаженстве. Установка «Кремень» звучит настолько глухо, почти неслышно, где-то на задворках памяти.

— Артём… я когда-нибудь тебя за-а-а-шибу… — собрав последнюю волю в кулак, то ли простонала, то ли прохрипела угрозу, хоть и понимала: он не отступит, пока не получит желаемое. В зоне копчика ощущалось напористое давление достоинства мужчины, увенчанного двумя татуированными рогами и мордой настоящего быка. Господи, о чём он только думает в таком состоянии? Выносливость и безрассудство Гаура меня поражают. Хочется протянуть ладони к его мощной шее и придушить.

* * *

— Однажды ты уже пыталась это сделать, — хрипловато хихикнул и прикусил моё плечо через рукав своей мокрой футболки, что прилипла к моему телу так же плотно, как и её владелец. — Кажется, с той поры ещё суток не прошло, а я снова слышу новые угрозы. Ты, случайно, не домоправительница бойцовских тараканов? М?

— Я их коллекционирую, — прозвучало с иронией в голосе.

— В специальный отряд быстрого реагирования? — весело удивился он.

— Угу, — протянула, наслаждаясь его нежностью. — В подразделение Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

— Ох ты ж, мать… — ладони автоматически стиснули грудь. — Зачётная у тебя персональная охрана. Ничего не скажешь. Мне с ней не тягаться, как факт. Скрутят в бараний рог — даже пикнуть не успею, — разрядил накалённый воздух в ванной тихим смехом.

— Пообещай мне, что выйдя из этой комнаты, ты вызовешь на дом врача, — не унималась я, волнуясь за его самочувствие. И, похоже, делала это только я. Артёма нога не слишком сильно волновала, ибо в том состоянии, в котором он сейчас находился, ему было совсем не до неё. Желание опрокинуть меня грудью на бортик джакузи и грубо завладеть моим телом — читалось в его потемневшем от похоти взгляде. Интересно, насколько хватит его выдержки? О своей я даже боялась думать. Держалась из последних сил, чтобы вот-вот не плюнуть на горькую реальность и первой не наброситься на его великолепное тело, от которого пахло маслами лечебных трав, сексом и оттенками рая. — Почему ты молчишь?

Артём разочарованно выдохнул, убрав руки с груди.

— Тебе не стоит так волноваться, Елена. Обещаю: разберусь со своей проблемой после того, как приручу одну маленькую, несносную пантеру, — подцепив края футболки, уверенными движениями избавил меня от последней преграды между нами. Хотя нет. На нём оставались боксеры, и он явно ждал, что я последую его примеру. Но мне совсем не хотелось подниматься с места. Чувствовать спиной тепло его груди и частое сердцебиение мужчины, спровоцированное моим присутствием — слишком приятное занятие.

Артём немного отстранился. Совсем чуть-чуть. Осторожно отодвинул мои волосы набок и поцеловал обнажившуюся шею. Следом погладил пальцами трахею. Ароматное масло впиталось в кожу, приятно покалывая жаром. Я прикрыла глаза, наслаждаясь мягким массажем, и тут же ощутила, как его губы прислонились к пульсирующей венке рядом с ухом.

— Вот здесь… лучше? — прошептал, щекоча чувствительную кожу губами, тем самым разжигая во мне томительный огонь. Тёплый. Полыхающий где-то там, глубоко внутри меня. Растекающийся по венам сладкой истомой.

— Намного лучше… — зря я согласилась.

— У меня незаконченное медицинское образование, — оповестил серьёзным тоном и вернул руки на моё тело после того, как включил и настроил под нас гидромассаж. Исследуя ладонями живот, добавил:

— Я в состоянии сделать себе укол сам.

— Тебя выгнали из учебного заведения за неуспеваемость? Или за частые прогулы? — иронично сведя брови, мельком взглянула на него.

— Почему? Я сам бросил. В какой-то момент понял, что это не моё и, забрав документы, сменил место учебы.

Ладонь Гаура бесцеремонно накрыла промежность и, слегка надавив пальцами на плоть, помассировала чувствительное место.

— Оно и видно, что незаконченное, — обречённо буркнула я, переключая внимание на крышесносные ощущения в низу живота, — иначе бы ты серьёзно отнёсся к… Ч-ч-е-е-е-р-т… — протяжно проскулила, закусив следом губу. Длинные пальцы Артёма неожиданно погрузились в моё лоно. От удовольствия сжала пальчики на ногах, сгибая ноги в коленях.

— Шире… — прошептал на ухо и прикусил мочку. — Раскройся для меня, — припал носом к виску и поластился, что-то довольно мурлыча себе под нос.

Вода под нами бурлила, приятно массируя кожу разнообразными насыщенными воздухом струйками. Сил противиться совсем не осталось. Смирившись с его нахальством, расслабленно выдыхаю довольный стон, откидываясь спиной ему на грудь. Тёплая вода на ряду с его нежностью превратили меня в пластилиновую фигурку. Мягкую. Податливую. Отзывчивую. Раскрытую и доступную.

* * *

— И всё-таки ты зеленоглазая ведьма… — вкрадчиво шепчет мне на ухо, прикусывая нежно вершинку раковины. Пальцы всё ещё во мне. Мягко исследуют лоно, умело находят несколько чувствительных точек, заставляют задержать дыхание и задрожать от приятных спазмов. Медленно погружают в экстаз, туманя голову. Из моего приоткрытого рта доносится стон. — Околдовала меня. Поселилась в моей голове, заполняя собой все мои мысли, — одновременно прокладывает дорожку из укусов вдоль шеи к ключице, неумолимо наращивая во мне сладостное напряжение. — Как ты это делаешь? М?

— Что? — еле уловила смысл его разговора, гладя своими ладонями волоски на его твёрдых бёдрах.

— Я не был одержим ни одной девушкой до тебя, — раздаётся искренность, скользящая в хриплом голосе. — С тобой не возможно расслабиться. Ты постоянно держишь меня в тонусе. Манипулируешь мной. Заводишь на секс мгновенно, стоит лишь втянуть аромат твоей кожи или посмотреть в твою сторону и меня ведёт, причём очень сильно, неудержимо. Не говорю уже о твоём превосходном вкусе, детка, — заставил меня покраснеть.

— Не стоит преувеличивать, — хмыкнула я, растворяясь в его бархатном голосе.

— Это чистая правда, — Артём вдруг остановился. Убрал из меня пальцы и обнял за плечи, целуя висок. Вдруг стало уютно и спокойно в его объятиях, словно мы одно целое. — Мне с тобой очень хорошо, Елена. Уютно, — поразил до глубины души, прочитав мои мысли. — Чувствую себя другим. Свободным и диким, каким был раньше, — на миг задумался, будто вспоминал что-то очень важное из прошлого. Вздохнул. — Хм… Мне даже кажется, что я стал дышать по-другому. Как ты смотришь на то, чтобы тебя легализировать в нашей стране? — огорошил.

— Зачем? — не верю своим ушам. Но ход его мыслей начинает мне нравится. Хотя одно дело — громко сказать, и совсем другое — сделать…

— Я знаю точно, что уже не смогу тебя отпустить. Сегодня понял это, когда мы занимались любовью в джипе. Я не помню, когда трахался в машине в последний раз и чтобы так сносило башню от секса. Прости. Не устоял. Как мальчишка, не удержался до дома. Сорвался в пропасть, заполненную тобой. Сошёл с ума, Лен. Со мной такого не было.

— Ты очень хорошо говоришь по-русски, — не знаю, что ответить, потому что от таких откровений щемит душа. Хорошо, если это не пустые слова…

— Заслуга Марии. Она долго читала нам русские сказки на ночь. Особенно запомнил про Елену Прекрасную, — растянул улыбку по моей коже. — Может быть поэтому ты мне приглянулась? М?

— Не уверена. В последнее время характером я больше похожа на старуху Шапокляк, — хохочу, радуясь как малолетка первой настоящей любви.

— Об этой не слышал.

— Ну и не надо.

— Очень вредная? Да? Задира?

— Что-то типа того.

— Ты необычная. Я хочу познакомить тебя с Марией. У вас много общего, особенно естественная женская красота. Она-то меня и зацепила. Глазища твои красивые, Зеленоглазка.

— С родственниками просто так не знакомят, Артём, — обречённо вздохнула.

— Лен, мне сложно обьяснить своё состояние, но чувствую, что это верное решение. Не злись на деда. Что-то мне подсказывает, что не зря он тебя ко мне привез. Я безумно хочу тебя, — заставил сердце подпрыгнуть до самого горла, разбавив тёплые тона голоса серьёзным оттенком. — Больше не в силах томиться в ожидании.

— М-м-м… — вырывается мой сладостный стон. Кто-то перестал вести задушевные разговоры и приступил непосредственно к делу. Самым серьёзным образом. Соски пронзили жгучие микро-молнии. Наглые пальцы Гаура, бессовестно зажав их, катали, словно пластилиновые шарики. Мой мозг определённо отключился от реальности. Раньше я и не подозревала, насколько сильно в груди ощущается сконцентрированное возбуждение. За считанные секунды в венах вспыхивает огонь, проносится на сумасшедшей скорости по всему организму и разжигает неуправляемое пламя в теле, погружая в какую-то дикую, сладостную агонию страсти. Руки волшебника с лёгкостью находят самые возбудимые «кнопочки» на мне. Его прикосновения слишком желанны, чтобы от них отказываться.