Глава 79

Как оказалось, таверна с красноречивым названием “У Джо”, представляла собой достаточно большую постройку сомнительного вида — три этажа гульбища. Из здания доносилась музыка. Стёкла вибрировали.

— Как думаешь, наши плащи в стиле дерзких братков из 90-х с пистиками в рейтузах отпугнут местных алконавтов? И… — ко мне только сейчас пришло осознание одного тонюсенького щепетильного момента, — Чем мы расплачиваться будем? Натурой? — что-то с сомнением я посмотрела на данное заведение. 

— Для  справки. Видок у нас зачётный.  Леонтьев уже бы давно с силой воткнул Киркорову вилку в зад в бою за возможность нацепить на свой “ананасовый сок” шерсть этой бритой ангорской овэчки. А по поводу денег… — Ася посмотрела на моё украшение на шее, — Придумаем. Программа минимум: сдать брюлики. Программа максимум: развести местных Казанов или лошар. Они нам поляну — мы им кутеж. Выкрутимся. Впервые мы с тобой что ли без денег зажигаем? Так даже интереснее... — В глазах искры. И… Это естественно. Ведь какое приключение для долларовой миллионерши с абсолютной вседозволенностью? Правильно. Оказаться совсем без гроша в тёмной дырке мира и нагуляться при этом до отвала. Аки свинья на карусели. Азарт,  — Если из окна никого ещё не выбросили, значит там сидят приличные люди. Пошли, моя сообщница по угону, — она потуже затянула пояс плаща и подмигнула мне.

Парковка императорских коней заняла какое-то время. Мы всё никак не могли найти место, чтоб их привязать. В итоге их пристанищем стал частокол в поле.

— Ну что, наш девиз на сегодняшний вечер “Слабоумие и Отвага”!?

— Так точно, капитан! — радостно подхватила я, отдав честь.

Мы подошли ко входу. Жирная трактирная надпись сверху гласила: “ Всё, что происходит У Джо, остаётся только У Джо в приятных воспоминаниях. Не бойся быть собой. Об остальном позаботимся мы...” Я сглотнула. Дверь дребезжала. Казалось, что она была готова слететь с петель от происходящего внутри. Страшно. Вдох-выдох. Мы переглянулись с Асей, и без слов одновременно взялись за ручку двери, что оказалась через пару секунд не просто куском дерева — а настоящим порталом в беспредел. 

Перед нами предстало истинное веселье всех кругов Данте: кто-то орал в голосину местные матерные песни, кто-то жестоко издевался над слухом поглощающих обильную жирную пищу интенсивной какофонией на музыкальных инструментах, кто-то разбивал кружку об голову товарища, кто-то пил на брудершафт, а потом смачно целовал товарища в губы, кто-то бился в танцевальных конвульсиях под софитами как в последний раз.

— Так вот как выглядела Тортуга, —  меня от страха пробило на хи-хи.

— Ира, приготовься, — Ася подмигнула, — Сейчас мы окажемся с ними на одной волне.

— К бару?

— К бару. 

За барной стойкой спиной к нам стоял молодой человек. Он тряс в своих руках что-то наподобие шейкера. 

— Добрый вечер! Можно нам какой-нибудь забористый коктейль? — мы сели на высокие стулья.

Парень повернулся. Не завизжала я только из-за того, что во дворце опустошила пару бокальчиков чего-то усыпляющего бдительность нервной системы. Я вцепилась Асе в локоть. Так себе утешение.

Перед нами стоял человек-... муха? Жук? Кто ты? Что ты??? Он выглядел как человек, если бы не его очи, прости Господи. Два больших орбитальных глаза были расположены по краям головы, они будто состояли из сетки, переливающейся всеми цветами радуги.

Парень хмыкнул:

— Что, не местные?

Мы промолчали.

— Что ж, в любом случае прошу, присаживайтесь, — он указал на высокие стулья. Мы послушно сели, — Меня зовут Бак. Как вас? — жук улыбнулся. Выглядело жутко.

— И.., — Ася схватила меня за руку, мол: “Чего творишь? Мы ж типа на отборе. Девственные девы, падающие в обморок от одного слова “пьянка”? Может не стоит называть наши имена?”

Я поняла её без слов. Но раскрепощённость присутствующих и какая-то тупая уверенность, что “можно” поселились в моём сердце: 

— “Всё, что происходит У Джо, остаётся только У Джо в прекрасных воспоминаниях. Не бойся. Быть. Собой,” — решила я процитировать надпись над входом, и после паузы, сказала наш девиз на вечер, — Да здравствуют слабоумие и ствага! 

Ася высоко подняла брови и вытянула губы в одобрительной ухмылке, мол: “А яйки-то растут. Вон даже из пушка уже проглядывают”. Я улыбнулась. Она повернулась к бармену.

— Ася, — и та протянула раскрытую ладонь к жуку. Бак, наблюдавшей за нашей немой сценой, хмыкнул. 

— Ира, — гордо подняла нос я.

— Класс! Что ж, Ася и Ира, из забористого могу предложить “Поцелуй Ведьмы”, — и он так кровожадно улыбнулся, что будь у него лапки — он бы потёр их друг о друга, — Пробуем?

—Да.

Пока Бак что-то смешивал в своих банках-склянках, мы осмотрелись. В помещении был полумрак. Праздничная атмосфера набирала обороты. А на душе скреблись кошки. Хотелось забыться.

— Как думаешь мы что-нибудь интересное во дворце пропустим? — я посмотрела на Асю.

— Не думаю, — она сканировала своим взглядом зал, — Хорошо, что смотались оттуда. Сейчас нам надо выпустить пар и всё-таки помянуть орчиху... и других, — она сделала паузу. Даже не смотря на боль, которую Зелёнка хотела нам причинить, понимая её мотивы, её трудно было люто ненавидеть... — А завтра, — она улыбнулась, — Обновлёнными  в бой, покорять местную голубую кровь. И как приказал наш ребетёнок “надирать зады” всем и вся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Подруга была права. Даже мне, прожжённому цинику-кардиохирургу, тяжело было видеть сегодняшнюю вакханалию. Не представляю, как Асе… Благо, хоть с Сашей удалось связаться… Ребёнок спокоен.

— Дамы, — привлёк наше внимание бармен, — ваш “Поцелуй Ведьмы”. Только предупреждаю, по шарам даёт только так! 

— То что надо! — мы взяли стаканы со странной зелёной жидкостью. Она мерцала. Я посмотрела на Бака, — Это точно можно пить?

— Точно. Не пожалеете! — хитро улыбнулся мужчина с переливчатыми глазами.

— Зелёный коктейль за Зелёнку и других! 

— За Зелёнку и других! — не чокаясь, мы залпом опустошили сей коктейль.