Глава 86
Забираться по коре оказалось “райским наслаждением” с кокосами в виде шершавого дерева и тёплой водицы, которая капала с меня как с гуся от принимаемых усердий. Живот, ладони, самые мягкие ткани на ляжечках — всё саднило. Ребро вообще начало жить своей жизнью и просто дискотечно пульсировало где-то в сторонке, не мешая остальному телу планомерно скоблить кору дерева и тем самым подниматься наверх. Я проползла от силы метра два.
Вдруг, как это бывает в сказках, послышался скрежет, а потом и шорох. Балконная дверь на втором этаже задёргалась. И…
— Каналья! — произнесла моя белобрысая мартышка сверху, она повернула голову ко мне и, пока дверь открывалась, успела дать мне приказ, — Окрысились!
Сначала мне хотелось заржать аки щекотливый конь. Но потом я увидела, кто и в каком виде вышел на балкон.
Эльдар, дрянцо-яйцо, хоть бы листик повесил на своё анатомическое хозяйство. Буэ. Он закурил трубку, опираясь на перила балкончика. Казалось, его жизнь удалась. И всё бы хорошо, если бы это не было женским крылом! Я посмотрела на Асю, та, словно Пеппи длинный чулок, села на дерево как на коня, обхватив его лишь нижними конечностями. Она чуяла. Чуяла подвох. Её глаза сузились, нос обострился.
— Эльдар, — захихикала женская сущность сзади, в комнате. Вот это палево! — Я хочу ещё!
Ася не выдержала:
— Эх ты, муженёк сраненький! Не успел жениться на мне, как налево вальнул? Пипка не устала? — и она посмотрела на мужскую отличительную черту.
Эльдар, мягко говоря, обделался по виду. Сначала он пригнулся, сделал нервную затяжку, и начал глазами искать, откуда доносится голос. Какое тело потрачено на такой гнусный характер!
— Кто ты? Что тебе надо?
— Свали с отбора в монастырь и перестань делать мозги девушкам! — прозвучало требование террористам.
— Эльда-а-а-р, — послышалось сзади. Мы переглянулись. Видеть голую волчицу, которую он тискал на балу, не хотелось. Однако, не дожидаясь нашей моральной готовности, женская половина этого больного тандема пришла на балкон. И это была ведьма, но никак не волчица. Мы ещё раз переглянулись. Вот дрянь! Танцевал с одной, а спал с другой?
Ася, не выдержав, спрыгнула на балкончик, явившись перед ними голозадыми двумя.
— Эльдарчик, — Ася дотронулась до волос скотоложца, — А как же наш брак? Я же при всех тебя поцеловала?
— Что-о-о??? — ведьма отшатнулась от попахивающего гнильцой муженьком.
— А Вы не знали? — Ася сделала грустную гримасу, — Он меня спас на площади вчера, и взамен я подарила ему поцелуй любви… — Ведьма начала злиться. Ноздри раздулись, — Но это ещё не всё, — она счастливо улыбнулась, — Меня чуть не убила одна орчиха. По имени Мирабелла. Она пыталась меня утопить в заплыве. И вот я всё гадала… Что же стало причиной такой ярости. А потом, ну после того как она умерла, — Ася не стала говорить, что из-за грозы. Пусть кокушки Эльдара подожмуться, — Выясняется, что на тебя, овца паршивая, — она ткнула пальцем в мужеподобное существо, — Уже сделку заключили родители Мирабеллы. И ты должен был жениться на Зелёнке. Сто пудов.
У ведьмы сдали нервы. Смачная жирная пощёчина прилетела курильщику. Вот всегда на пачке пишут “Курение убивает”. Ну вот. Прямое тому доказательство. Не вышел бы из постели — не было б несчастий в виде разъярённой Аси и ведьмы.
— Пшёл вон! — сквозь зубы проговорила злобно ведьма. Страшна женщина.
— Подожди, красавица, — остановила сматывающего голожопика она рукой,— Ты ни-ко-го здесь не найдёшь. Слышишь меня, гнида? Все. Абсолютно все узнают, что ты сделал. Ни одна не заговорит с тобой. Так что вали пока живой.
— Ты ошибаешься! — он приблизился к ней вплотную, и прошептал ей прямо на ухо, — Попаданка! Посмеешь что-то вякнуть, я сдам, не мешкаясь, тебя и твою подругу. Я скажу, что вы разрушили чашу. И что всадниками смерти являетесь именно вы. А своё, жёнушка, я ещё возьму. Будешь на коленях у меня между ног стоять, молить ещё и ещё.
Асино выражение лица напоминало дементора. Помню, один раз были у неё тяжеленные переговоры с арабскими шейхами. И вот как-то сидя ночью в её приёмной, ожидая её, сквозь стеклянные двери я увидела точно такое же выражение лица. Эльдар, знай, тебя порешают. Не в хвост, так в гриву.