Глава 19

Полковник Ибрагимов!

По дороге в столовую прячу кривоватую недоверчивую усмешку. Неужели и в правду, папа мой заявился и, воспользовавшись старым прозвищем, решил проверить Генерала?

Решил узнать, кто это там около Кати его ошивается? Или получив информацию о вчерашних событиях, спешно выехал сам. С него станется!

Сейчас как появится из толпы.

Киваю на автомате знакомым постояльцам и персоналу, а сама взглядом выискиваю отца в холле. Тяну шею, желая рассмотреть парковку в огромные витринные окна. Не стоит ли знакомая машина? Но там пусто. Даже Евгений Ильич еще не приехал. Странно. Он – ранняя пташка.

– Прошу, – распахивает Ордынцев стеклянную дверь перед моим носом. В столовой уже почти никого нет. Какой-то блондинистый атлет за первым столиком допивает чай и буравит нас заинтересованным взглядом. Новый какой-то. Не знаю его. Знакомая парочка старушек шушукается у окна. И дед в растянутом свитере, на ходу вытирая рот, задевает плечом Генерала.

– Смотри, куда идешь, – бросает раздраженно.

– Не обращайте внимания, – замечаю я полушепотом. И уже хочу добавить, что Николай Иванович у нас известный склочник, как крепкая рука Ордынцева перехватывает мое запястье.

– Ты его знаешь?

– Кого? Деда? – смотрю изумленно. И войдя в малый зал, предназначенный для ВИП-клиентов, усаживаюсь за стол. Тут же хлопотливо подбегает диетическая сестра.

– Катенька, солнышко, доброе утро, я девочкам уже сказала, – заверяет ласково и повернувшись к Генералу, роняет официально. – Здравствуйте. Завтрак до десяти. Почему вы опоздали?

Хороший вопрос! Сейчас доложим во всех подробностях! Как ходили к источнику, а потом долго гуляли по рынку. И целовались в такси и в прихожей. Губы горят. А сердце до сих пор колотится как сумасшедшее, стоит только вспомнить.

– Виноват. Исправлюсь, – без тени раскаяния заверяет Ордынцев и снова сосредоточенно смотрит на меня.

– Да какого деда, Катя! – фыркает не обращая внимания на диетсестру. – Мужик в общем зале сидел. Полковник Ибрагимов. Я тебе про него говорю.

– Вась, да я понятия не имею, – пожимаю плечами.

Диетсестра точно улавливает наш дружеский тон. И это самое «Вась». И тут же, вернувшись, улыбается Ордынцеву во все тридцать два.

– Что вам принести? Кашу? Или девчонки отбивные пожарят?

– Ой, я тоже хочу отбивные, – тяну как маленькая. – И жареной картошки, Агата. Как вам такое меню, Василий Петрович?

– Подходит, – скупо улыбается он. – Настоящее диетическое питание.

Агата хихикая спешит на кухню, а мой Генерал кивает на стеклянную перегородку, за которой блондинистый атлет, захватив из вазочки пару яблок, медленно шествует к выходу.

– Ну сама посмотри, какой из него полковник. Сто пудов самозванец. Молодой еще для полкана, размышляет вслух Генерал.

– Я даже внимания не обратила, – признаюсь честно. – А чем он тебе не угодил, Васечка? – улыбаюсь лукаво.

– Орал в душе как идиот, к нам вломился, – вздыхает Ордынцев. – Подозрительный тип.

– По документам можно проверить, – пожимаю плечами. И снова дергаюсь от липкого страха. – Ты думаешь… – боюсь до конца сформулировать фразу. Если Айрату известно мое местоположение, то он запросто может прислать в «Сосны» своего человека. А тут я без охраны и без Лары моей. Любой справится.

Что бы я делала без Васечки! Вовремя он приехал.

– Подозреваю, – строит суровую морду Василий Петрович. – Всех подозреваю, – театрально приглядывается ко мне.

Устоять невозможно! Губы сами растягиваются в улыбке. Генерал, а ведет себя как мальчишка. И нравится он мне. Безопасно с ним. Тепло.

«Погоди, ты человека не знаешь толком, – останавливает мои порывы здравый смысл. – Вначале все кажутся принцами, а потом выясняется, что это другие сказочные персонажи!»

«Плевать! – отмахиваюсь я от голоса рассудка. – Зато с ним мне ничего не страшно».

– А у тебя сегодня какие процедуры? – требовательно интересуется Ордынцев, когда перед нами бойкая официанточка Таня ставит тарелки с горячей снедью. Картошка и мясо. Мой краш все времена. А еще салат с помидорами и луком.

– Массаж, бассейн, грязи и танцы, – торжественно объявляю всю сегодняшнюю программу. А сама завороженно смотрю на Ордынцева. Наблюдаю, как он отрезает и отправляет в рот кусок отбивной. А следом накалывает вилкой картошку.

Как он сексуально ест! Это же отвал башки самый настоящий.

– Танцы? Ты ходишь в курятник на эти… кому за девяносто девять? – прожевав, отвлекается от еду Генерал. Смотрит на меня, не скрывая насмешки.

– Да нет же! – восклицаю порывисто. – У нас новая танцевальная студия. Я там как аниматор. Завлекаю народ. Люди видят, что кто-то танцует и сами решаются. А когда пустой зал, никто и не войдет.

– И много таких захожан? – криво усмехается Генерал. Даже вилку откладывает в сторону. Вот как его проняло. Может, удастся затащить? Только не тогда, когда я танцую бачату.

– Человек десять приходит посмотреть. А выйти на танцпол решаются единицы, – поясняю спокойно.

– Я тоже приду, – четко и коротко заявляет Ордынцев, разрезая отбивную.

– Будете танцевать? – не могу удержаться от легкой подколки.

– Нет, – мотает он головой. – Буду наблюдать. За одной аниматоршей.

– А вдруг она вас пригласит? – спрашиваю осторожно. Как говорит мой папа «пробиваю коны».

– Постарайся этого не делать, Катюша, – искренне вздыхает Ордынцев. – Я в танцах не силен. Меня как медведя долго дрессировать надо.