Глава 31

Твою ж налево, только этого мне сейчас и не хватало!

Поднимаюсь по лестнице, вся такая уставшая и расстроенная после тяжелого дня, мечтаю о горячей ванне и пледе… и что я вижу?

Сидит. На моих, мать его, ступеньках. Роман собственной персоной! Ну все, приплыли.

«Давай, Вселенная, добей меня окончательно», – шепчу вникуда, глядя на эту унылую фигуру, примостившуюся у моей двери. Кажется, он даже не заметил моего появления. Может, прикинуться призраком и проскользнуть мимо? А не, не прокатит.

– Алиса! – Подскакивает Ромка, словно его током ударило. – Алисочка, я так рад тебя видеть!

«Рад он…», – мысленно фыркаю, прикидывая, сколько времени у меня займет вызов полиции. Хотя он выглядит… не злобным. Даже как-то по-щенячьи виновато. Что это с ним?

– Я… это… пришел мириться, – бормочет, избегая моего взгляда. – Прощения просить. Я был козлом, знаю.

Опа! Вот это поворот. Роман, просящий прощения? Да он, наверное, заболел! Надо пощупать лоб.

– Да ладно? И что тебя вдруг на такую откровенность пробило? – Спрашиваю я, скрещивая руки на груди. Интересно, насколько хватит его миролюбия.

– Меня… уволили, – вздыхает он. – Из ГАИ.

Ох, черт…

– И… какое отношение это имеет ко мне? – Пытаюсь сохранить нейтральный тон, хотя внутри все похолодело.

Он поднимает на меня глаза. В них плещется такая вселенская печаль, что я чуть не прослезилась. Ну, почти.

– Это… из-за жалобы в МВД, – тихо говорит он. – Это ведь ты ее написала?

Эм… а я че? А я ниче.

Вот, пожалуйста, доигралась. Чувствую себя последней сволочью. Зря я Гордея послала, по-моему, мы друг друга стоим. Можем соревноваться в сволочизме.

– Да ладно, я не сраться пришел, если что. Мириться с тобой хочу, Алис.

– Ром, обратно не приму, у меня есть другой. То есть был.

– Да знаю-знаю, видел же…То есть как, подожди, был?

– Не важно.

Потоптавшись с ноги на ногу, бывший протягивает мне какую-то коробку и говорит:

– Вот. Я купил. Тебе. На последние деньги.

С подозрением разглядываю коробку. Фен? Он купил мне фен для сушки волос?

– Ты же мечтала о таком, – говорит бывший, словно оправдываясь. – С ионизацией, все дела. Бери!

Боги, как давно это было… Теперь я могу заработать на двадцать таких фенов. Но все равно приятно, что этот человек меня все-таки слышал хоть иногда.

– Ладно, – вздыхаю. – Заходи. Я собираюсь наклюкаться сегодня. Составишь мне компанию. Но будешь распускать руки – выпру.

– С удовольствием составлю! – оживляется Роман.

В квартире он ведет себя тише воды, ниже травы. Сидит на краешке стула, смотрит в пол, как школьник. Мне прямо-таки физически больно от этой картины.

– Слушай, Ром. Ты не мог бы думать про меня гадости потише? – не выдерживаю я.

– Гадости? Алис, ты о чем? – вроде как удивляется.

– Да, это я накатала жалобу! Но ты сам виноват, натравил на меня своих коллег. Тот парнишка мне настроение испортил с утра. Что я должна была делать?

– Извини, я не должен был просить у тебя машину. Мне так стыдно.

– Стыдно? Ром, ты серьёзно? Не припомню случая, чтобы ты стыдился.

– Да, после увольнения у меня мозги встали на место. Я как переродился заново, представляешь? Так что спасибо тебе.

– За жалобу? – у меня отвисает челюсть.

– Да, за жалобу! – он поднимает тост, и мы чокаемся.

Чудны твои дела, Боженька! Ты зачем Ромку подменил? Или он притворяется? Сейчас выясним!

Наливаю ему еще шампанского, и себе, конечно. Слово за слово, вроде и вправду не держит на меня зла. Повеселел, глаза блестят, улыбается.

И тут звонят в дверь.

Кто же это?

Иду открывать, и вижу на пороге огромный букет цветов, который держит Гордея. Не босс держит цветы, нет, а они его – такие громадные.

– Гордей? Проходи.

– Какие красивые цветы, – говорит Ромка, и я шикаю на него, чтоб замолк.

– Спасибо, – отвечает Державин таким тоном, будто собирается убить Романа с минуты на минуту.

– Гордей, может быть, тоже выпьешь шампанского? – предлагаю, пытаясь разрядить обстановку улыбкой.

– А знаешь что, Алис? Выпью! Выпью, а потом подправлю улыбку этому козлодою. Ты ведь не против, да?

– Против! – проговариваю быстро.

– А что так? Замирилась с бывшим?

– Ты все не так понял! Мы просто друзья, – пищу в ответ.

Да он же просто сходит с ума от ревности! Кулаки сжаты, глаза мечут молнии.

– Да, мы с Алисой теперь друзья, – подтверждает Ромка.

Гордей опрокидывает в себя бокал, даже не поморщившись, как будто это не игристое вино, а вода из-под крана. В глазах его пляшет какой-то безумный огонь, и мне становится не по себе.

– Друзья, значит? Ну, друзья так друзья! – выпаливает он, а затем, неожиданно хлопает Ромку по плечу так, что тот чуть не вылетает со стула. – Выпьем за дружбу!

Кажется, Ромка готов провалиться сквозь землю, лишь бы избежать дальнейшего общения с этим ревнивым берсерком. А я? Что я могу сделать? Только закатить глаза и пробормотать что-то вроде: «Ну вот, началось…»

– Предлагаю выяснить, кто здесь лучший друг Алисе, – говорит Державин. – Кто из нас лучше знает ее? Ты или я? Три вопроса. Кто правильно ответит на все, тот и победил. А победителю, как обычно, достается всё!

– Да легко, – фыркает Роман.

– Окей! – загораюсь я. – Тогда ловите первый вопрос! Какой мой любимый цвет? И не вздумайте подглядывать в мой гардероб, жулики!

Роман нахмуривается, явно пытаясь вспомнить все платья и шарфики, которые видел на мне. Гордей же, не моргнув глазом, выпаливает:

– Фуксия.

Помнит, он помнит мое платье, в котором я пришла на второй день после того злосчастного пари!

– Белый, – отвечает Рома.

– Браво, Гордей! Рома, ты пока отстаешь, белый цветы любят невесты. Но не отчаивайся, впереди еще два вопроса!

– Да ё-мое…

– Второй вопрос, – делаю драматическую паузу, – какой мой самый большой страх? Боюсь ли я пауков? Высоты? Или, может быть… остаться без шоколада?

Роман сидит с видом Шерлока Холмса, теребя подбородок. Гордей, усмехнувшись, отвечает:

– Ты больше всего на свете боишься банальных комплиментов! Тебе подавай что-нибудь оригинальное и остроумное.

– В яблочко! Гордей, ты просто читаешь мои мысли! Рома, у тебя остался последний шанс. Все или ничего!

– Да я уже все забыл, – оправдывается бывший.

– Итак, последний, решающий вопрос! О чем я мечтаю больше всего на свете? Мир во всем мире? О полете на Марс? Или… горе бесплатных билетов в кино?

Роман попытается блефовать:

– Ну, наверное, мир во всем мире! Ты же у нас такая добрая девушка.

Гордей лишь качает головой и говорит:

– Алиса мечтает о говорящей колонке с ее именем, которая будет рассказывать ей анекдоты на ночь.

– Ну, почти! – смеюсь. – Я мечтаю о путешествии во времени, чтобы вернуться назад и отказать одному человеку. Но колонка Алиса – это тоже неплохо! Гордей, ты победил! Ты знаешь меня лучше всех!

Сама не понимаю, что на меня находит, но я пересаживаюсь к боссу на колени, обвиваю ее шею руками и смачно целую его в губы.

– Этот человек я? – спрашивает Гордей.

Показываю на Ромку, но так, чтобы он не видел.

Ромка искусственно закашливается, а потом оставляет нас наедине, хлопнув балконной дверью. Вскоре оттуда тянет табачным дымком. Он слишком глуп, чтобы когда-либо обыграть Гордея.

– Алиса, я люблю тебя, – говорит босс, поглаживая меня по щеке. – Не слушай никакие сплетни. Они это делают из зависти. Я хочу, чтобы ты жила со мной только по одной простой причине: мне. без тебя. плохо.

– Я тоже тебя люблю, – шепчу в ответ, и эти слова вырываются из самого сердца. Они так долго копились во мне, и я так долго боялась их произнести, и вот, наконец, они свободны.

Кажется, что время останавливается. Мы сидим, обнявшись, и просто смотрим друг на друга.

– Никто и ничто не сможет нас разлучить, потому что мы созданы друг для друга, Виноградинка.

Виноградинка… это прозвище, как нежный ветерок, касается моих губ. Я дура, что приняла разговор двух сплетниц за чистую монету. Они обе с удовольствием бы оказались на моем вместе. Да вот не выйдет, Гордеюшка меня любит. И спор здесь ни при чем.

– А мулатки? – спрашиваю.

– Что мулатки? – не понимает Гор-Де-Де.

– Могут нас разлучить?

– Я белокожих предпочитаю, – целует меня в предплечье.

Возвращается Ромка. Окидывает нас печальным взглядом и говорит:

– Ну, я тогда пошел?

– Давай… друг, – отвечает ему Гордей, собственнически прижимая меня к себе.

Какой же он все-таки милый! Без мордобоя отбил меня обратно. Хотя, если честно, у бывшего не было ни единого шанса вернуться ко мне.

– Ну, счастья вам желаю… – бормочет Роман.

– Ром, ты обязательно найдешь другую работы, – подбадриваю его.

– А нет – приходи ко мне, место уборщика всегда вакантно, – добавляет Державин.

– Гордей!

– Всё, молчу. Пошутил. Охранником могу взять, если будешь хорошо себя вести.

Ромка кивает и идет обуваться. Вскоре хлопает входная дверь. Всё, ушел, теперь можно приступить ко второй части нашего перемирия…