Глава 16

Стоящую рядом со мной Лену отец демонстративно не замечал. Хотя сложно не заметить, что сын пришёл в гости с симпатичной молодой девушкой. Но он умудрялся открыто игнорировать этот факт.

— Отец, я пришёл не один, — спокойно подметил я. — А со спутницей. Её зовут Елена Тарасова.

Он равнодушно скользнул по ней взглядом, и не удосужился даже на подобие вежливого приветствия.

— Маргарита Александровна, прошу вас извинить меня, мне нужно поговорить с сыном, — вставая из-за стола, произнёс отец. — Сейчас мы подойдём.

Женщина спокойно кивнула, но я заметил, как она бросила в мою сторону заинтересованный взгляд. Без меня меня женили, прекрасно. История Лены повторяется.

По крайней мере, отец решил не устраивать разборки на глазах у гостей. Я тихо шепнул Лене, что скоро подойду, и вышел вслед за отцом в другую комнату.

Он закрыл за нами дверь и обрушился на меня всем своим гневом.

— Что ты творишь? — заявил он. — Притащил сюда какую-то девицу смазливую. И меня не предупредил!

— А ты не думал предупредить меня, что меня ожидает невеста? — усмехнулся я. — Я бы хоть подготовился. Фрак купил, цветы принёс, кольца заказал.

— Не ёрничай, — отец был зол. — Я говорил тебе, что надо обсудить важные семейные дела!

— Ещё ты говорил, что хочешь наладить отношения, — напомнил я. — И забыл упомянуть, что снова решил привязаться с договорным браком. Я уже говорил тебе, что сам решу, с кем мне строить семью.

В итоге сложилась довольно неловкая ситуация. Хотя эта самая госпожа Фетисова, судя по её реакции, неловкости вообще не почувствовала. Только разглядывала меня, как товар на полке.

— Я говорил тебе, что это единственный шанс восстановить статус нашей семьи, — ответил отец. — Но ты и тут решил поступить по-своему! Что я теперь скажу госпоже Фетисовой?

— А вот это уже не моё дело, — пожал я плечами. — Если ты звал меня в гости ради этого цирка — тогда я не буду здесь задерживаться. Лучше проведу время со своей спутницей в другом месте.

— Подожди, — испугался отец. — Может, ты присмотришься к Маргарите Александровне? Она очень даже ничего.

С поразительным упорством он продолжает меня сватать с этой вдовой.

— Отец, я не один пришёл, — напомнил я. — А с девушкой. И задерживаться здесь мы не будем.

Печально, что отец снова пытался меня использовать. Хотя чего-то подобного и стоило ожидать.

Я не стал слушать ни возражения матери, ни попытки оставить меня отца, а собрался, и вышел с Леной на улицу.

— Я… помешала вам, наверное, — нерешительно сказала она. — Мне уйти?

— Вовсе нет, — пожал я плечами. — Я планировал познакомить тебя с родителями, но, как видно, они ещё к этому не готовы. Так что поедем, посидим в другом месте.

— А как же твоя невеста? — удивилась девушка.

— Так же, как и твой жених, — усмехнулся я. — Я жениться на ней не собираюсь, а отец пусть сам решает, что и как ему делать.

Забавная у нас парочка. У Лены есть жених, который лежит сейчас в неврологии. А у меня, как выяснилось, есть невеста. Но в итоге гуляем мы вдвоём, и нам всё равно на все эти договорённости.

Мы вернулись на такси в центр города, и посидели в обычном небольшом ресторане. На этот раз даже без приключений. Затем я проводил девушку до дома и отправился к себе.

Возле квартиры Марии Семёновны я наткнулся на пожилого мужчину, который трезвонил в дверной звонок. Судя по внешнему виду, это он был военным. В руках мужчина держал коробку конфет и букет цветов.

— Если вы к Марии Семёновне, то она в клинике, — оповестил я пожилого джентльмена. — И пролежит там довольно долго.

— С кем имею честь говорить? — громким крепким голосом спросил он.

— Константин Алексеевич Боткин, — отозвался я. — Сосед Марии Семёновны. А вы?

Болтливая соседка много рассказывала мне про свою жизнь. По её рассказам она была простолюдинкой, а квартиру ей купил бывший богатый ухажёр, который в итоге её бросил.

Родственников у неё не было, поэтому было очень интересно, кем ей приходится этот военный.

— Прохоров Григорий Николаевич, — отдал воинскую честь пожилой мужчина. — Бывший сослуживец и нынешний ухажёр.

Ух ты, неожиданно. В этой фразе неожиданным было всё. «Бывший сослуживец» означало, что Мария Семёновна как-то связана со службой. А «ухажёр» означало, что соседка вовсе не так одинока, как пыталась показаться.

— Мария Семёновна много про вас рассказывала, — вслух усмехнулся я. — Но как я уже и сказал, сейчас она в клинике. «Империя здоровья», на Невском проспекте, в отделении травматологии. Приёмные часы там с часу до трёх.

— Благодарю, — вежливо поклонился Григорий Николаевич. — В таком случае, откланяюсь. Навещу Машеньку в клинике.

Он неторопливо развернулся и ушёл к лифтам. Вот так сюрпризы от соседки. До этого мне и в голову не приходило сомневаться в её рассказах. Болтала она без умолку, и много выпытывала у меня, кто я и кем занимаюсь.

А оказалось, хранила свои секреты. Надо будет навестить её завтра, и узнать, что это за пожилой джентльмен.

Дома из сумки вылез Клочок, которому уже не терпелось обсудить произошедшее.

— Весёлая у тебя жизнь, хозяин, — не удержался от комментария он. — То дочка объявляется, то жену нашли. Семью прямо как конструктор собирать можно, часть отсюда, часть оттуда.

— Долго шутку репетировал? — усмехнулся я.

— Да с того момента, как мы приехали в дом семьи Боткина, — отозвался Клочок. — Кажется, хорошие отношения наладить не получится.

— Я в любом случае собирался им помогать, — пожал я плечами. — Но близкого общения не выйдет, тут ты прав. Слишком разные мы.

После сегодняшней ситуации я окончательно в этом убедился. Денежно помогать буду, но на этом всё.

— Не расстраивайся, — подбодрил меня Клочок. — Зато у тебя есть я.

— Это точно, — усмехнулся я. — Пойдём, проведём ещё одну тренировку на укрепление нашей связи. Тебе надо отрабатывать свои навыки.

— Лучше бы предложил фильм посмотреть, — вздохнул крыс, но больше для вида.

И мы отправились тренироваться.

* * *

Маргарита Александровна с лёгкой скукой слушала, как Алексей Боткин изо всех сил пытался сгладить эту неловкую ситуацию.

— Так что прошу вас, не спешите расторгать договор о помолвке, — в который раз повторил он госпоже Фетисовой. — Парень молодой, у него в голове пусто. Но он станет отличным мужем.

Выглядит этот молодой Боткин и правда отлично. Спортивная, подтянутая фигура, широкие плечи. Совсем не похож на умершего супруга Маргариты. Тот был гораздо старше её и выглядел как высушенный изюм.

— Ну, это вполне можно засчитать за оскорбление, — капризно ответила женщина. — Что за договор о помолвке, на который жених притаскивает какую-то швабру! Так дела не делаются в приличном аристократическом обществе.

Ворчала она для приличия. На самом деле ей было решительно всё равно, что там устроил Боткин.

Главное — выйти за него замуж. А уж этого можно добиться легко. Маргарита была очень красивой женщиной, несмотря на свой возраст, она продолжала собирать восторженные взгляды на улицах.

— Константин просто не был предупреждён о вашем визите, и пригласил коллегу, — залепетал Алексей Боткин. — Я хотел сделать ему сюрприз. С этой девушкой у него ничего нет, он пригласил её, как друга.

— Ну не знаю, — недовольно ответила Фетисова. — В конце концов, у меня есть и другие варианты.

Судя по увиденному, отец на своего сына вряд ли сможет повлиять. Константин слишком обособленный, и решает всё сам за себя.

Но разыграть обиду всё равно стоило, пусть его папаша понервничает.

— Госпожа Фетисова, прошу вас, не скидывайте Константина со счетов! — испуганно затараторил Алексей Боткин.

— Я дам ему ещё один шанс, — протянула Маргарита. — Но мне нужна будет ваша помощь.

Если этот папаша Боткина так заинтересован, чтобы женить своего сына — пусть он и суетится, выполняя условия Фетисовой.

И ведь даже не догадывается, что сама Маргарита также заинтересована в этом браке. Ведь ей дали такой приказ.

* * *

Утром я вышел из дома пораньше, чтобы успеть навестить Марию Семёновну в травматологии перед началом рабочего дня.

Отделение травматологии было небольшим, занимало всего лишь половину этажа. Возле поста медсестры мне встретился мужчина средних лет, одетый в синий хирургический костюм, очень крепкого телосложения. Бытует мнение, что все травматологи выглядят как спортсмены, и этот врач вполне оправдывал подобные слухи.

— Доброе утро, — улыбнулся он. — Чем могу помочь?

— Здравствуйте, — кивнул я. — Меня зовут Константин Боткин, я врач-интерн из терапии. Хотел навестить свою соседку, Марию Семёновну. Отправил её к вам позавчера с переломом шейки бедра.

— Точно, помню, — кивнул врач. — Рудин Тимофей Вячеславович, врач-травматолог и заведующий отделением, можно на ты. Давно хотел с тобой познакомиться.

— Со мной? — удивился я.

С отделением травматологии я особо не контактировал, поэтому такое заявление показалось мне удивительным.

— Ага, — невозмутимо кивнул Тимофей. — Слишком уж противоречивые слухи о вас ходят. Половина из них восторженные, что вы просто врач от Великого Ткача, а половина — негативные. При чём негативные настолько же сильные, насколько и позитивные.

Тогда понятно, почему травматолог захотел со мной познакомиться. Захотел составить своё мнение.

— А негативные отзывы — это по словам других коллег? — полюбопытствовал я.

— Всё так, — кивнул Тимофей. — Завидуют, ясно дело. Но я всё же хотел сам вас увидеть. А раз вы сами ту пациентку к нам отправили — всё-таки верить нужно положительным отзывам!

Заведующий травматологией мне понравился, он был довольно простым и прямолинейным. А мне всегда эти черты характера нравились больше, чем скрытность и умение юлить.

— Мария Семёновна Кострова лежит в пятой палате, — добавил Тимофей. — Завтрак уже был, так что можете навестить.

— Спасибо, — кивнул я и направился в указанную палату.

Свою соседку, которую успели прооперировать, я увидел почти сразу. Она занимала кровать у окна.

— Доброе утро, Мария Семёновна, — поздоровался я с ней. — Вот, принёс вам традиционные апельсины и конфеты. Как вы?

— Скучно лежать, прям вот сбежала бы, — пожаловалась соседка. — Но деваться некуда. Лежу, как примерная пациентка, лечусь.

— К вам сегодня гость должен прийти, — сообщил я. — Некто Прохоров Григорий Николаевич, бывший сослуживец и нынешний ухажёр.

Слово в слово повторил то, как представился мне Прохоров. Мария Семёновна густо покраснела.

— Вот болтун, — сердито проговорила она. — Нет, чтобы как-то по-другому представиться.

— Значит, история про одинокую простолюдинку, квартиру от богатого аристократа, и всё прочее — это ложь? — вздохнул я.

— Прикрытие, — отозвалась соседка. — Привычка ещё с работы. Секретная служба князя Санкт-Петербурга, если уж правду говорить. А как на пенсию отпустили — в качестве благодарности выдали эту самую квартиру.

Теперь понятно, откуда познания в азбуке Морзе. Да и вообще многие детали становятся понятнее. Любопытство, постоянные расспросы… Профессиональная привычка.

— А сейчас скучно, конечно, — со вздохом добавила соседка. — тем более почти месяц в этой клинике валяться.

Вполне возможно, что мне пригодятся её профессиональные навыки. Но не прямо сейчас.

* * *

Шуклин нервничал перед сегодняшним рабочим днём. Всё этот союзник из приёмного отделения. «Сможешь ли ты столкнуть человека с лестницы?»

Разумеется, Павел отказался. Но, как оказалось, это была обычная проверка. А задание в итоге поручили совсем другое.

Незаметно подмешать Боткину снотворное, чтобы тот вырубился на целые сутки. И спрятать его на этот день в укромном месте. Шуклин как раз подумал, что подойдёт его любимая подсобка.

Остальное должен взять на себя союзник. Просто дать Боткину снотворное. Просто дать снотворное…

Дрожащими руками Шуклин вылил содержимое склянки в бутылку с яблочным соком. Сейчас Костя придёт, и его можно будет угостить. Отличный план.

— Доброе утро! — в ординаторской очень некстати появился Никита. — Чего-то ты рано сегодня!

— Просто пришёл пораньше, — буркнул Шуклин. — Ничего особенного.

— Зубов говорил, что ты вечно опаздывающий птенец, — усмехнулся Никита. — А я вот дежурил, сегодня. О, что это у тебя, сок?

Павел запоздало сообразил, что так и держит бутылку с соком в вытянутых руках. Чёрт, он предназначен Боткину!

— Сок, — Шуклин попытался спрятать бутылку за спину, но Никита беспардонно его перехватил.

— Обожаю яблочный, — весело сказал он. — Разреши, я попью немного?

— Это мой сок, — Павел не знал, что ещё сказать. — Я его себе взял.

— Да не будет жмотом, я всего глоток, — Никита вообще не понял, в чём проблема. Он был простым парнем.

Шуклин с тоской посмотрел, как Никита выпивает часть сока. Через десять минут он уснёт. Вот чёрт!

* * *

В ординаторской уже были Шуклин и Лена. Шуклин выглядел рассеянным, не дремал по своему обыкновению на диване, а нервно ходил по ординаторской взад вперёд.

— Доброе утро, два птенца и одна птенчиха! — бодро поздоровался со всеми Зубов. — Вы случайно не видели Никиту?

— Нет, — тут же отозвался Шуклин. — Почему мы должны были его видеть?

— Потому что он сегодня дежурил, и должен был зайти в ординаторскую, — слегка удивлённый такой бурной реакцией, ответил Зубов.

— Я его не видел, — повторил Павел, уткнувшись в пол.

Судя по всему, он его абсолютно точно видел. Врать Шуклин умеет плохо, точнее будет сказать, вообще не умеет. Только зачем пытается?

— Ладно, с этим разберёмся позже, — проговорил наставник. — Сначала поручения. Боткин, вы сегодня отправляетесь в отделение офтальмологии. Вообще за вас была драка у нескольких отделений, но глаза победили. Там правда нужна помощь. Тарасова — вам девятая палата. Шуклин, четырнадцатая. Но вы не спешите, задержитесь. Остальные — вперёд, навстречу пациентам!

Взволнованный Шуклин остался в ординаторской, а мы с Леной отправились по отделениям.

Уже второе отделение за сегодня, с которым я знакомлюсь впервые. Офтальмологическое занимало целый этаж. Я быстро нашёл кабинет заведующего и вошёл внутрь.

— Доброе утро, — поздоровался я. — Меня зовут Константин Алексеевич, я врач-интерн с терапии.

— Боткин? — недовольно переспросил офтальмолог. — Прислали именно вас?

У меня был опыт не самого приятного знакомства с Жирковым, из инфекционного отделения. Но там сразу было понятно, что у пожилого врача такой характер.

Здесь же отношение ко мне явно было продиктовано распространяющимися слухами. И это раздражало.

— Так распорядился наш заведующий отделением, — холодно ответил я. — А есть какие-то проблемы?

— Нет, просто работа довольно сложная, должен вас предупредить. Не каждый может справиться, — решил пойти на попятную офтальмолог. Он до сих пор даже не представился!

— Я справлюсь, — отрезал я. — Вы скажете, как я могу к вам обращаться?

Офтальмолог покраснел, ведь я дал ему понять, что он поступил невежливо и неэтично.

— Глазков Пётр Афанасьевич, врач-офтальмолог, — кивнул он. — Кроме меня есть ещё заведующий отделением, но сейчас он в отпуске. Поэтому я и вызвал помощь из отделения где есть интерны.

Я уже привык, что нас часто просят другие отделения для своих нужд. Мы были интернами общего профиля, и по идее могли помогать работать в разных отделениях.

Я ничего не имел против, больше случаев — больше практики.

— В чём конкретно нужна помощь? — спросил я.

— У меня с утра две операции, лазерная коагуляция сетчатки и удаление пингвекулы, — ответил Глазков. Идеальная фамилия для офтальмолога, между прочим. — И надо провести профилактический осмотр у работников автобусного парка. В поликлинике офтальмолог тоже в отпуск ушла, попросили меня. Не могу же я разорваться.

— Хорошо, профилактический осмотр проведу, — кивнул я. — Без проблем.

— Если будут какие-то проблемы, — всё равно решил добавить Пётр Афанасьевич. — То зовите меня.

— Прямо из операционной выдерну, — с сарказмом ответил я. — Какой кабинет мне занять?

— Приёмная, Ирочка покажет, — недовольно ответил Глазков.

Я кивнул и покинул его кабинет. Не самый приятный врач. Но мне как обычно было всё равно, что обо мне думают другие врачи. Главное — это как я работаю на самом деле.

С помощью профилактического осмотра я смогу повысить уровень офтальмологического аспекта. Пока что я им особо не пользовался, а вместе с тем он очень важен для терапевта. Многие заболевания дают осложнения на зрение. И особенно самые распространённые терапевтические: гипертоническая болезнь, сахарный диабет.

— Доктор, пойдёмте, — услышал я писклявый, практически детский голос.

Он принадлежал медсестре Ирочке, невысокой девушке, одетой в хирургический костюм с зайчиками. Со спины можно и за ребёнка принять.

— Пойдёмте, я вам приёмную покажу, — упорно повторила медсестра.

Она провела меня в небольшой кабинет, возле которого собралась очередь из водителей, кондукторов и других работников автобусного парка. Все простолюдины.

— К вам заходит пациент, находите его в списке в компьютере, отмечаете есть жалобы или нет, годен или не годен, — быстро объяснила медсестра. — Если нужны дополнительные обследования — пишите в рекомендациях, они уже в поликлинике проходить будут.

— Понял, — кивнул я.

Ирочка сидеть со мной не стала, она побежала дальше работать в отделении. А я приступил к приёму.

Вообще почти у всех никаких жалоб не было. Зрение было хорошее, и дополнительных анализов не требовалось. У одной женщины вскочил ячмень — гнойное воспаление на веке, и я расписал лечение.

Каждого пациента я проверял офтальмологическим аспектом, и только потом начинал опрос. И вот, на очередном пациенте офтальмологический аспект явно указал на наличие проблемы.

— Добрый день, — в который раз за день поздоровался я. — Меня зовут Константин Алексеевич. Сегодня я провожу профилактический осмотр зрения. У вас есть жалобы?

— Нет, — тут же ответил мужчина. — Со зрением никаких проблем нет!

Ответил он также быстро, как и Шуклин, который пытается соврать.

— Для начала представьтесь, — спокойно предложил я.

— Иванов Кирилл Сергеевич, — исправился мужчина. — Извините. Просто врачей не люблю.

Диагностический аспект ничего не показывал, но офтальмологический явно говорил о наличии какой-то проблемы. Я принялся за стандартные тесты, которые проводил всем пациентам. Проверка зрения, измерение внутриглазного давления. Но все они были в порядке.

— Я же уже сказал, что проблем нет, — заметно нервничая, повторил Кирилл Сергеевич. — Можно пойду?

— Я ещё не закончил, — отозвался я. — Куда вы так спешите?

— Просто не вижу смысла во всех этих тестах, — буркнул пациент. — Раз всё в порядке.

Что-то явно не в порядке, раз он так спешит уйти из кабинета. Я отмёл остальные причины, и решил проверить цветовое зрение. И достал тест Ишихара.

Это была серия фотографий, на которых были изображены пятна различных цветов. Эти пятна образовывали цифры или фигуры, и пациенту нужно было их назвать.

Кирилл Сергеевич заметно побледнел, но деваться ему было некуда. После проведения теста я убедился в своей догадке, дальтонизм по типу дейтеранопии. Неспособность воспринимать зелёные оттенки.

— Судя по всему, вы уже знаете о вашем заболевании, — проговорил я. — И понимаете, что с дальтонизмом нельзя работать водителем общественного транспорта.

Особенно с такой формой. Он же элементарно не увидит цвет светофора!

— Константин Алексеевич, я вас умоляю, не пишите это в диагноз! — взмолился Кирилл Сергеевич. — Ну меня же с работы попрут, а куда мне устроиться ещё. Здесь платят хорошо, в автошколе отучился ради этого места. Прошу вас!

Понятно, почему он так отчаянно пытался скрыть свою болезнь. Но в данном случае я ничего не мог сделать, ради безопасности и пациента, и других людей, мне надо было написать диагноз.

О чём я и сообщил Иванову.

— Вам деньги нужны? — понял он это по-своему. — Сколько? Много я дать не смогу, но всё-таки кое-что… Только не пишите диагноз!

— К сожалению, диагноз написать придётся, — повторил я. — С таким заболеванием вам нельзя работать водителем. Его нужно лечить. Это не тот диагноз, который можно проигнорировать.

Иначе рано или поздно это приведет к аварии. Пострадает не только он, но и другие пассажиры. Но есть способ помочь…

Додумать я не успел.

— Я буду жаловаться! — воскликнул Кирилл Сергеевич и гордо покинул кабинет.

Быстро он! Только пятки сверкали. Ну, пусть жалуется. Мне даже интересно, как будет звучать такая жалоба.

Дослушал бы меня до конца и понял, что все не так плохо, как кажется. Мы живем в мире магии, которая может помочь даже в таком случае.

Я принял оставшихся пациентов, и наступил небольшой перерыв. Глазков был ещё занят своими делами, и я решил сходить отдохнуть в своё отделение. Тем более что Ирочка сказала, что следующие пациенты будут только через час.

В ординаторской было пусто, но выпить чаю мне не дал появившийся Клочок.

— Срочно в кладовку, хозяин! — пискнул он. — Беда.

— Что такое? — спросил я.

— Я там Никиту нашёл, — отозвался крыс. — Кажется, его кто-то усыпил!