49 глава

Зрение немного прояснилось и я смогла различить, что похоже и правда в палате больничной лежу. А потом и большой букет моих любимых розовых лилий у меня в ногах. Увидела и запах тут же почуяла. Но больше всего раздражал прибор, над самым ухом, как иголки в меня вколачивая прямо в мозг, этим своим: “пи-пи-пи”! Как бы от него избавиться еще? Вроде бы датчик на руке должен был быть. Но руками я еще не могла шевелить, вся как деревянная кукла себя ощущая. Только дернуть рукой мне силенок и хватило. А проклятая пикалка еще быстрее зазудела, выдавая меня с головой. Кажется, дверь открылась и кто-то вошел ко мне. Но на этом сеанс связи и закончился. Я открыла глаза и поняла, что далеко не в своей комнате уже нахожусь.

Потолок слишком низкий, все качалось. Точно не в гробу, с облегчением сообразила я, услышав и еще, вполне мирные звуки —  топот лошадиных копыт, поскрипывание повозки, птички пели. В повозке я и была, только куда еду? Меня снова украли, что ли? Это уже точно тенденция…

Я села, тут только рассмотрев, что ради моего комфорта, похоже самую обычную карету переделали. Сидений не было, все дно устлано перинами и подушками, на которых я и возлежала до сих пор.

Снова никаких последствий перехода “оттуда сюда” я не ощутила. Тело подчинялось без каких-либо усилий, ничего не болело, не кружилась голова. А вот кушать хотелось. Об этом сообщил мне мой заурчавший животик. Так дело не пойдет!

Для начала я отодвинула в сторону занавеску и опустила стекло, выглянув наружу. Дорога через какой-то лес. Не настолько я с флорой Орана была знакома, чтобы определить точнее. Впереди несколько всадников, ехали мы очень неторопливо, а вот что сзади я не успела рассмотреть, услышав:

—  Стоять!

Мои губы сами растянулись в улыбке, еще до того, как я обернулась и увидела Крейга. Он ехал на лошади совсем недалеко от моей кареты. И он тоже мне улыбнулся, только… Надорвано как-то. Непонятно было — то ли он сейчас расплачется, то ли рассмеется. Карета остановилась, он подъехал ко мне.

—  Как ты себя чувствуешь? —  с тревогой разглядывая мое лицо он наклонился.

Трудно было удержаться и я поманила его к себе. Он беспрекословно наклонился еще ниже и я быстро потянулась к нему и чмокнула прямо в губы, дабы не слишком смущать.

—  Прекрасно. Только кушать хочется, —  захлопала я ресничками с невинным видом. —  Покормишь меня?

Он покраснел! Божечки… Ну нельзя же быть таким милым! Это противозаконно! 

—  Конечно. Сейчас найдем место для стоянки, —  выпрямившись в седле, сказал Крейг, безуспешно делая вид, что ничего такого и не произошло.

Оглядев себя, я быстро пришла к выводу, что для пикников не одета. Хотя меня и не смущало наличие на мне только панталон и ночной сорочки, но и вводить более легкие правила одевания, послужив для этого живым примером, тоже была не готова.

—  А может быть, мы на ходу поедим? Забирайся ко мне.

Крейг кивнул, хотя и не слишком уверенно. Чтобы еще больше его не смущать я даже в плед завернулась. Он пересел ко мне, нам принесли корзину с едой и кавалькада двинулась. Мне было вполне удобно, я тут же стала потрошить корзинку, выкладывая снедь на салфеточку, а вот Крейг сидел скрестив ноги и словно бы палку проглотив. 

—  Может снимешь сапоги и камзол? —  предложила я.

—  Незачем.

—  Да ладно тебе, —  я тут же потянулась расстегивать на нем пуговицы. —  Расслабься немного. Никто же не видит, а я никому не скажу.

Он уже руку поднял, чтобы поймать мой шаловливые пальчики, но остановился, позволив мне делать что хочется. Хотя сапоги он так и не снял.

—  А куда мы едем? —  набив рот едой, поинтересовалась я.

Крейг кажется меня не понял, слегка нахмурившись. Недоумение на его лице гипер очаровательным было. Ох, что же он со мной делал своим красивым личиком! Я даже глаза прикрыла на пару мгновений, выдохнув и прожевав заодно, прежде чем повторить.

—  Ты же хотела увидеть Аурику. Мы едем к ней.

—  Правда?!

Я снова полезла к нему целоваться, бросившись на шею. А ему еще и хватило выдержки, хотя бы на словах меня останавливать:

—  Тише, тише. Поешь сначала.

Говорил одно, а сам гладил мое лицо и снова с таким выражением, будто я какое-то чудо чудное, от чего мое сердце трепетало как сумасшедшее.

Вернувшись к трапезе, я все же спросила. Хотя глазки в сторону отвела, предчувствуя, что вопрос будет для Крейга неприятный.

—  А долго мы… едем?

—  Ты потеряла сознание четыре дня назад. Выехали мы позавчера.

Я была права. Даже не глядя на него меня пробрало, такой у него голос стал деревянный.

—  Лекари и маги ничего не смогли сделать. Они сказали, что ты просто спишь. Но еще они почему-то решили, что твоя душа не на месте, вроде бы покинув тело. В это я не поверил.

Надо же… Не думала, что кто-то способен определить природу моего “заболевания”. Оказывается еще как может, да еще и так точно поставив диагноз. И вот ведь засада —  я же точно помнила, что была в своем настоящем теле совсем недолго, считанные минуты, а тут прошло целых четыре дня! Бедный Крейг, каково ему было смотреть на меня в таком состоянии все это время? На что он надеялся перевозя мою пустую оболочку? Кажется, это больше походило на жест отчаянья. Насколько же все плохо было? У меня даже слезы к горлу подступили и в носу защипало, когда я подумала об этом. Я поспешно схватила бокал и отпила из него. Еще не хватало пугать Крейга еще больше, он же не переносит женских слез! И даже улыбнулась ему, хоть и вымученно несколько.

—  А как долго нам ехать?

—  Пусть лекарь тебя осмотрит, а потом, если все в порядке, можно и ускориться. Тогда послезавтра будем на месте.

—  Лекарь не нужен, —  отмахнулась я легкомысленно, откусывая новый кусок. —  Я в полном порядке.

—  Я нет.

Еда поперек горла встала. Он смотрел на меня спокойно, с нежностью даже, но вкупе с его словами… Я с трудом проглотила не прожёванный совершенно кусок и кивнула, не в силах рта раскрыть, чтобы спорить. Если ему от этого будет легче, пускай делает со мной что хочет.

—  Куда ты собрался? —  убирая посуду, я не подняла глаз, но попытку к побегу просекла.

Выпустить его все же пришлось, но ненадолго. Лекарь ехал с нами, осмотрел он меня быстро, стоя рядом с открытой дверцей и подтвердил, что я в полном порядке. Едва он это сказал, я коротко его поблагодарила и утянула Крейга к себе в карету. Не слушая его возражений, перекидала подушки, так чтобы мы могли с ним полулежа любоваться видами из окна. Угрозами самой снять с него сапоги, разула его и мы миленько устроились. Он почти послушно лег, я забралась к Крейгу под бок, обняла, положив голову ему на плечо.

—  Давай вместе дальше поедем?

Поначалу мой возлюбленный еще смущался и больше бревнышко напоминал. Но постепенно расслабился, сообразив что больше поползновений с моей стороны не будет, нарушение приличий никто не заметит, почти.

 Лениво валятся обнимаясь Крейгу все же понравилось. Мне тоже было с ним хорошо. Карета покачивается, за окнами неспешно пейзажи сменяются, а нам удобно и уютно рядом друг с другом.

—  Не хочешь мне рассказать?

—  О чем?

Я так разнежилась рядом с ним, говорить о чем-то серьезном совсем не хотелось.

—  Мне кажется ты знаешь, что с тобой происходит.

Я подняла на него взгляд, изучая некоторое время.

—  И почему ты у меня такой умный?

На его лице вопрос мелькнул, а потом в улыбке лёгкой приподнялся уголок губ:

—  А где именно “я у тебя”?

—  Раз ты до сих пор этого не знаешь, отменяю свой комплемент. В некоторых вопросах ты еще не достаточно прокачан, —  и чмокнула его прямо в губы.

 А Крейг взял и доказал обратное, только не словами, а действиями. Не растерялся на этот раз и мой скромный чмок, быстро преобразовал в шикарный поцелуй. Когда он закончился, мне понадобилось некоторое время, чтобы снова начать соображать на каком я свете нахожусь.

—  Так все же не расскажешь?

—  Где ты этому научился? Пользуешься моей к тебе слабостью? Совсем недавно краснел, как девица, от каждого слова.

—  Учусь у тебя.

—  Ну, а теперь я себя развратницей чувствую.

—  Если развращать ты будешь меня, я совсем не против.

—  Что за намеки? Напрашиваешься?

—  Надеюсь.

Я захихикала и он тоже улыбнулся. Мы снова обнялись.

Рассказать, не рассказать… Я была все же склонна промолчать. Просто я была уверена, что знаю, как Крейг дальше поступит. Узнав об моей “болезни”, у него не будет сомнений и он начнет меня “спасать”. Только ничего у него не выйдет, это я тоже точно знала. Как не печально и обидно, но на самом-то деле, я не уходила отсюда, а  все возвращалось на круги своя, я переходила в свой родной, настоящий мир. С этим поделать было ничего нельзя. Я ошибка, которой тут не должно было быть и теперь ее исправляли. Мне совсем не хотелось тратить последнее время на бесполезные попытки помешать тому, что остановить невозможно. Лучше уж закончить тут все дела и хоть немного побыть вместе.

—  Алисандра?

—  М?

—  Своим молчанием ты меня только больше мучаешь, ты это понимаешь?

Ленивую негу снова как ветром сдуло. Даже дыхание стиснуло. Это вам не накалять страсти в сюжете, загоняя героя в невыносимые условия на потеху публике, тут у меня живой и очень любимый человек страдает. Совсем по другому ощущается, знаете ли.

—  Разве мало, что я здесь?

—  А сейчас, еще хуже стало, —  напряженно ответил Крейг, после небольшой паузы. —  Ты пытаешься сказать, что куда-то уходишь и “здесь” ты ненадолго?

Ну почему он такой умный?! Это было даже нечестно с его стороны. Ведь он теперь решил по слову вытянуть из меня правду, играя на моих чувствах.

—  Кхм-кхм!

Я не сдержала откровенного вздоха облегчения, когда услышала, как наше внимание пытается привлечь, кто-то снаружи.

—  В чем дело? —  строго ответил Крейг, не сводя с меня пристального взгляда, в котором ясно читалось, что он все запомнил и скоро вернется к этому разговору.

—  Господин, впереди какая-то застава.

—  Откуда это? Ладно, я понял.

 Я отодвинулась в уголок, чтобы не мешать ему одеться. Вот этого я и боялась. Он выглядел холодным и сосредоточенным, теперь об обнимашках и подобном только мечтать остается. Пока душу из меня не вытрясет, добившись ответов на интересующие его вопросы, он не успокоиться. А когда узнает… Даже представить не могу, что тогда будет. Лучше бы мы это время провели беззаботно наслаждаясь друг другом, а не в трагическом ожидании и бесполезных метаниях. Люблю “стекло” в сюжетах, но вот со своим участием в главной роли, совершенно не горела желанием отыгрывать сцены. И теперь, даже если я ему всю нелицеприятную правду, о том как мы его коллективно обманули и что натворили, расскажу, отвлечь его не удастся. Приоритеты сменились. Всякая правда хороша в свое время. Упустишь момент и гроша ломанного за нее никто не даст.

Погруженная в пучины печали, я даже не заметила, как Крейг уже полностью привел себя в порядок и ко мне придвинулся. Приподнял мое личико за подбородок, а потом так страстно поцеловал, что я чуть в лужицу не превратилась! А потом, оставив меня в невменяем состоянии, со спокойной душой, выбрался наружу. Это кто тут кого и чему учить должен?

—  Изобрази больную, —  уже верхом, подъехал он ко мне и наклонился к окошку.

Наша кавалькада даже не притормозила, пока он из кареты выбрался и на лошадь взбирался. Как же он крут! Просьбу я выполнила, раскидала подушки, улеглась, одеяльцем накрылась. Крейг наблюдая за мной, довольно кивнул и положил руку на край окна. Я быстро протянула свою и пожала его пальцы.

—  Прикрой окна, —  еще попросил он и отъехал.

Стекла поднимать я не стала, закрыла только шторы, так мне больше слышно было. Мы остановились минут через десять. Я прислушалась и легко разобрала:

—  Проезд закрыт, господа. Разворачивайтесь.

—  Чей приказ?

—  Вам этого знать необязательно. Разворачивайтесь, проезд закрыт.

Разговаривали все вежливо, не повышая голоса, это внушало уважение больше, чем если бы охранники или наши представители стали бы мерятся кто тут круче. Крейг пока молчал, но я была уверена, что он там присутствует.

—  На каждое правило есть исключение. Здесь его превосходительство господин Вэйн. Освободите дорогу.

Для брата королевы преград в этом королевстве не существовало. Я так думала до сего момента.

—  Простите, но у нас строгий приказ, —  почтения в голосе стража прибавилось без сомнения, но и твердости не убавилось. —  Никого не пропускать, без исключений, до нового распоряжения.

—  Не слыхано!

—  Успокойся, —  вмешался Крейг, наконец. —  Эти люди только выполняют приказ, в чем же их вина? Разворачиваемся.

Мы и правда повернули назад! Я готова была выскочить на дорогу в чем была и начать скандалить, но такой возможности мне не дали.  Крейг быстро проехал мимо меня и не возвращался, возглавив колонну. Мы уехали! Что твориться вообще?! Неужели Аурика забыла предупредить, что ее брата приказ не касается, а служаки просто не посмели уточнить? Но то что у Крейга есть доступ к сестре, где бы она не находилась и так все знали! Что за дичь!

Мы вдруг остановились и получаса не прошло.

—  Переоденься, —  сунул мне сверток с одеждой Крейг.

Между прочим с мужской одеждой, как я тут же выяснила. А когда ступила на землю, увидела неподалеку и пару лошадок, явно ожидавших седоков.

—  Я знаю другой путь. Карета там не проедет, придется верхом, —  пояснил Крейг.

 Трудно было, но я справилась. Не кинулась ему на шею при всем честном народе. Потом благодарственный засос ему устрою, когда отъедем от посторонних глаз подальше.