Дожденник. День 24
Дожденник. День 24
У меня две новости, которые я просто обязана поскорее записать в дневник, хотя домашки задали воз и маленькую тележку, — не представляю, как все успеть! Но у меня есть несколько минут перед обедом, потрачу их с пользой.
Первая новость: я знаю, кто наш ректор!
Сегодня начался спецкурс «Расы и народы нашего мира», его ведет мэтр Лазовски, и он, как ни странно, человек. Это я иронизирую, конечно.
— Какие редкие расы вам известны?
С такого вопроса началось занятие.
— Феникс! — раздалось сразу несколько голосов. — На факультете боевой магии учится! Лоер Эльм!
— Спасибо, я знаю, где учится мистер Эльм, — насмешливо поблагодарил преподаватель. — Но вы правы, он принадлежит к редкой расе фениксов, с которой мы тоже познакомимся на наших занятиях.
Я украдкой посмотрела на кольцо. Сейчас, при свете дня, казалось, что оно сделано из красноватого металла вроде меди. Тонкое, без узора и рисунка, совсем простенькое. Из интереса я пробовала его снять, но ничего не вышло — сидело как влитое. Я не переживаю: Лоер снимет, если я попрошу.
Меня так и подмывало узнать у мэтра Лазовски подробности о магии фениксов, но тогда все поймут, что я девушка Лоера, а я не из тех, кто выставляет отношения напоказ.
— Да, мисс Ларри?
Выяснилось, что я тянула руку. Пришлось выкручиваться:
— Гарпии!
Однажды папа и мама ходили вместе с оборотнем, клиентом брачного агентства, на свидание с гарпией. Там была потасовка, настоящее побоище — так гарпия испытывала жениха. Если бы не папа!..
Но я отвлеклась.
— И грифоны!
С грифонами я тесно познакомилась совсем недавно. Как там наша Фруфи? Стала меньше кусаться? На днях я видела, как по небу летела семейка грифонов — маленькая грифоша посередине.
— Верно, — согласился мэтр Лазовски. — Еще?
Вспомнили о кентаврах, живущих на востоке, в степях, о горных великанах, о гноллах — полудиком лесном племени — и о нагах, обитателей подземных пещер.
Каждую расу я мысленно примеряла на нашего ректора, любопытство не давало мне покоя. Он явно не кентавр. А было бы забавно, ха!
— А мэтр Ви’Мири? — не сдержалась я.
— Да, точно! — подхватили остальные. — Кто он?
— Не знаете? — хитро прищурился преподаватель. — Вам еще не рассказывали страшные истории о пропавших студентах и обескровленных студентках? Обычно к началу моих занятий все трепещут от ужаса, но не верьте, это байки, которыми старшекурсники пугают первогодок.
Мэтр Лазовски выдержал многозначительную паузу и закончил:
— Наш замечательный, умный и справедливый ректор — вампир.
— А-а-а-а! — завопили все, и я в том числе.
Преподаватель наслаждался реакцией — хохотал от души.
— Он пьет кровь? — пискнула гнома Луся.
— Увы, да, — развел руками преподаватель. — Но делает это цивилизованно. Сейчас есть специальные лавки для вампиров, где любой может сдать кровь за деньги или за кристаллы-аккумуляторы, это еще более ценная вещь.
Мы все немножко ошалели от таких новостей. Одно дело — строгий ректор, и другое — ректор-вампир. С таким точно не забалуешь — съест, в буквальном смысле слова!
Мое воображение снова заработало на полную катушку. Я представила ректора Ви’Мири, который крадется под покровом ночи в лавку, чьи окна занавешены темной тканью. Протягивает стоящему за прилавком орку кристалл, заряженный магией, а потом залпом выпивает стакан крови, и его светло-голубые глаза вспыхивают красным цветом!
Бр-р-р, вот откуда такие фантазии?
А вторая новость такая: я придумала, как помочь Рону. На испытании факультета теории и исследований мы должны были написать доклад про память крови. Во всех книгах говорилось о том, что в крови любого существа хранится память всех его предков. И эту память можно оживить! Неспроста Рон быстро находил нужные книги: он читал их раньше. Хотел понять, за что проклят его род. Да что там, наверняка изучил вдоль и поперек. Но одна голова хорошо, а две — лучше. Вдруг он пропустил что-то важное, а я замечу?
Сегодня же пойду в библиотеку! И к занятиям подготовлюсь, и покопаюсь в тех учебниках, что подкинула мне Норри, когда спасала от провала на испытании.
А когда часы пробьют шесть раз, за воротами меня будет ждать Рон. Я все расскажу ему о Лоере.
Почему мне не по себе от предстоящего разговора?