Глава 20

— Ну и что ты обо всем этом думаешь? — хмуро поинтересовался император, глядя на советника.

— Риан, — мужчина устало вздохнул и наконец-то позволил себе быть таким, какой он есть, без масок и прикрас, — я тебя вырастил, я вырастил твоего отца и твоего сына. Я очень привязан к вашей семье, и для меня принимать решение ничуть не легче, чем тебе.

— Знаю, поэтому и спрашиваю.

— Я не знаю, не хочу верить, что Астимиан, мальчишка, которого я знал, каким-либо образом причастен ко всему этому. Не знаю, как ты, а я не смогу видеть его казнь.

— Ты думаешь, я смогу?!

— Тише, тебе нельзя нервничать, — поморщился советник, — в том-то и дело. Ты не сможешь, вот только и он не сможет оставить все как есть. Слишком вы похожи, — мрачно усмехнулся старик. — Мы оба знаем, что произойдет дальше.

— Ты… ты знал? — вдруг задохнулся Ауриан, почти с выражением ужаса глядя на старого друга.

— Да. И он знал. И взял с меня клятву позаботиться о его сыне.

— Не может быть… — задохнулся Ауриан. Перед глазами вдруг потемнело и… да, именно сейчас, в этот момент он наконец понял, что тот чувствовал. И это было страшно. — Я… м…

— Не надо, — поморщился советник, переводя взгляд на блеклую фреску на стене. — Это все давно поросло быльем. Сейчас не об этом надо думать, а пытаться выправить ситуацию. Амилеста предложила хороший вариант. И как бы мне ни было больно, думаю, он единственно верный. Так хотя бы все останутся живы.

— Да, — глухо прошептал мужчина, — ты прав, так хотя бы все останутся живы…

— Меня сейчас больше волнует другое.

— О чем ты? — в усталых глазах мелькнула заинтересованность.

— Я вижу два скользких момента. Первый — как мы объясним исчезновение Астимиана и появление нового наследника?

— Есть варианты?

— Только один. Астимиан официально должен погибнуть. Тогда объявление Ардара и назначение его наследником не вызовет кривотолков. Нет, определенные, конечно, будут, но иного рода. Ну нагулял ты бастарда, узнал, приблизил к себе… Никому не говорил, тоже понятно, а как выбора не стало, так и объявил о нем.

— А тело?

— Вот чего-чего, а трупов у нас предостаточно, — поморщился Ломас. — Орона предъявим. Там как раз ни опознать, ни некроманту поднять. К тому же слухи и так поползли. А так объявим, что Астимиан закрыл тебя от убийцы. Сам погиб, ты ранен.

— А враг кто?

— Ищем.

— Допустим. Утряси этот момент с Зорасом.

— Лучше ты сам. Он на меня сейчас злится.

— Это почему же?

— Не признает Ардара, а я парня поддерживаю. И не раз говорил, что как правитель он будет получше Астимиана.

— Ладно. Сам с ним поговорю. А второй скользкий момент?

— Ардар. Точнее, его происхождение.

— Он мой сын!

— И какой-то неизвестной магички! Ты же не сможешь объяснить, от кого он!

— Боги, Ломас, ты и это знаешь?! — Кажется, сегодня Ауриан перевыполнил план по удивлению. Неужели этот старик, который был ему вместо отца долгие годы, знает все его тайны и грехи?

— Об этом только догадывался… но сейчас ты подтвердил. И честно говоря, мне тяжело это принять. Но говорить об этом мы не будем. По крайней мере, сейчас.

— Хорошо, — сдавленно прошептал Ауриан, чувствуя, как вина, столько лет давившая ему душу, сейчас, под взглядом человека, заменившего ему отца, разрастается просто до гигантских размеров.

— Так вот, к чему я… Ардару поддержка нужна. Я старик, ты, уж извини, тоже не вечен, влиятельных друзей у него нет. Остается одно — жена.

— Сдается мне, ты и кандидатуру присмотрел.

— Естественно. Причем идеальную, на мой взгляд.

— Ну удиви меня.

— Ты ее знаешь.

— Маркиза Леми?

— Нет.

— Амалана?

— Нет.

— Я пошутил. Вторая дочь герцога Зорда?

— Он никогда не отдаст свою принцессу.

— Тогда сдаюсь.

— Амилеста!

— Ты шутишь?! — Император аж отшатнулся от такой идеи.

— Нет.

— Тогда бредишь, — жестко ответил Ауриан, и Ломасу даже показалось, что он разом поправился от гнева.

— Я не брежу и уж тем более не шучу. Послушай меня внимательно, и ты поймешь, насколько я прав.

— Ну попробуй — убеди меня.

— Давай говорить начистоту. Ардар — бастард. Наша знать его просто так не примет.

— Я скажу, и примет.

— Угу, это пока ты, слава богам, живой. А что потом?

— Прямых наследников все равно нет. К тому же у него к тому времени будет ближний круг и клятва военных.

— Ауриан, тебе при падении голову не ушибло? О чем ты говоришь? Какой ближний круг? Кто? Я? Так я старая плесень. Еще лет десять, ну максимум пятьдесят, и меня спишут. Ну назначу я вместо себя маркиза. Способный парень. Клятву принесет. Честно будет ее исполнять… Но они с Ардаром не друзья и вряд ли станут. Слишком разные. Керт? Так он Ардара, конечно, не предаст, но сделает все так, что вроде бы служит честно, но и толку мало.

— С чего ты взял? Они неплохо ладят.

— Ладили. Пока были на равных. Только ты Керту лордство подарил спустя сколько лет? И что он ради тебя делал? А паренька просто так к себе приблизил. Просто за ум и порядочность. Думаешь, нашего Ворона это не задело? А теперь и вообще он его превзошел во всем! Капитана стражи вообще нет, и непонятно, кто это будет… Целитель? Да и потом, ты забываешь главное — ближний круг уважают и боятся, пока император в силе. Или, думаешь, наша свора здоровалась бы с каким-то секретарем? Да никогда! А войска… сам знаешь. Не будет наследника — принесут клятву тому, кто будет.

— Ты что-то знаешь? Кто-то метит на мое место?

— Понятия не имею! Но где гарантия, что наш враг — это не потенциальный захватчик престола? Не забывай, у твоего деда сколько братьев и сестер было?

— Четверо, но их всех проверили.

— Угу, и их, и их детей, и внуков, и даже правнуков… и, возможно, они действительно ни при чем в происходящих событиях, ну а к будущим? Тебя вон инфаркт шарахнул, отравить пытались, убить… не дай боги, но вдруг. Как думаешь, кто-нибудь из них не посчитает, что он более достойный трона, чем случайный бастард?

— А женитьба Ардара, конечно, спасет!

— Спасет! Вот только не всякая.

— Ну тогда по твоей логике, наоборот, надо принцессу какую-нибудь тащить из-за границы.

— А вот и нет! Принцесса из-за границы чужая, и поддержки ей здесь не будет. А даже если что, либо отправят на родину, либо выкуп за кровь подготовят. Не впервой.

— Так и у Амилесты поддержки никакой. Да и вообще, почему ты в нее так вцепился?

— А вот тут ты ошибаешься. Во-первых, поддержка у нее есть. Она урожденная герцогиня древнего рода. У нее брат герцог, и невеста у него не из крестьянок, по слухам, старшая дочь маркиза Баархе. И вроде как после назначения Амилесты на пост он даже добро дал. Сестры ее тоже замужем, одна за маркизом, вторая за графом. У покойной герцогини Шаон живы родственнички, да и у самого герцога тоже парочка найдется. И уверен, они все резко о ней вспомнят и будут всячески поддерживать.

— Допустим.

— Не допустим, плюс не забывай. У нас уже шесть поколений жены иностранки. Аристократия этим очень недовольна. Скоро император будет походить на эталионца меньше, чем простой мужик. А наша кровь не водица. Недовольство растет. Народу нужна местная владычица. Своя. И хоть многие хотят видеть своих дочерей, но в любом случае ничего против леди Шаон сказать не смогут. Кровь древняя. Образованна, в скандалах не замешана. Маг, к тому же, значит, и их каста за ней пойдет. А это еще один большой плюс. Сам видишь, императору без магии никуда. И в Ардаре она есть. Так что со сроком жизни уже порядок.

— Вот только ты забыл, что они друг друга не переваривают.

— А это еще поспорить можно. У них много общего. И ответственность на первом месте. Плюс менталитет схож.

— А его невеста, а ее маркиз?

— Ну невеста, по-моему, вообще миф. Ты хоть раз видел, чтобы он на свиданья к ней бегал? Больше похоже, что он ее придумал, чтобы его не доставали. А с маркизом вообще все проще.

— Проще? Я бы не сказал.

— Ты просто плохо разбираешься в женщинах.

— Это я-то?! — хохотнул император, на что Ломас лишь поморщился.

— То, что ты поимел пару сотен, не говорит, что ты знаешь, что творится в их головах. Амилеста горда и, чего уж скрывать, злопамятна. Думаешь, она поверила и простила Шайту, что он несколько лет ее в упор не видел, развлекаясь со студентками? А теперь вдруг чувствами воспылал?

— А зачем…

— Мстит, — пожал плечами советник, — дает ему вкусить своего же вина. Учит уму-разуму.

— А граф…

— А графа пожалела. Мальчишка он еще. Не ее уровень. Вот чуток нервы помотала и отпустила. А маркиза учит. И не примет никогда она его предложение.

— А Ардара примет? — скептически усмехнулся Ауриан.

— Не Ардара. Твое.

— В смысле?

— В прямом. Она же тебе обещание давала, что выйдет за любого твоего сына, кроме Астимиана? Давала. Вот и пусть исполняет.

— Откуда ты знаешь?

— Сам говорил. Неужели забыл?

— Что-то не припомню, — прищурился мужчина.

— Плохо. Император должен все помнить.

— Ну-ну, ладно, Амилеста и правда пообещала, а Ардар?

— А Ардар тебе отказать не сможет. К тому же, думаю, наша герцогиня ему нравится, не зря же он ее задевает все время. Просто считал, что сирота без роду не пара такой девушке.

— Что-то я сомневаюсь.

— Поверь, побьют пару сервизов и поладят. А не поладят, у нас всегда есть парочка зелий. Родит ребенка, и пусть живут как знают. В любом случае они оба слишком пекутся о приличиях, так что внешне все будет идеально, ну а что в спальнях творится, это дело каждого.

— Даже не представляю, как я им это объявлю, — покачал головой мужчина.

— Прямо, но желательно каждому по отдельности. К тому же это надо делать как можно скорее. Уже сегодня надо будет объявить о кончине Астимиана, а траурные действия, как обычно, на третий день. И тогда-то объявишь о наследнике и его жене.

— Жене?

— Да. На момент объявления Ардар должен быть официально женат. Ты представь, что будет, если ты скажешь: наследник и невеста. Это на год отложенный брак по причине траура. А за год много чего произойти может. Да и Амилес никогда не простит фаворитку жениху.

— А мужу простит?

— А от мужа уже деваться некуда. Да и потом, я же говорил, уверен, что они найдут общий язык.

Ауриан лишь головой покачал, ошарашенный свалившимися откровениями. Сначала Амилеста с ее предложением, от которого у императора появилась пара лишних седых волосков, а теперь и советник. Но главное, скорость, с которой все происходило. У него просто не оставалось времени обдумать все. Если все делать, как советуют, то уже сегодня надо вывозить Астимиана, сегодня же проводить обряд между герцогиней и сыном, а через два дня собирать двор. Сложно. Невыполнимо. Слухи пойдут, поморщился про себя. Да и решить судьбу сразу двух сыновей…

— Хорошо, Ломас, — устало вздохнул Ауриан. — Позови ко мне Керта. Надо ему все объяснить, пока ошибок не наделал. А после пусть зайдет Ардар, я поговорю с ним… насчет твоего предложения.

— Правильно, и не переживай, ты поступаешь верно.

— Мне бы твою уверенность.

— Пойду скажу Амилесте, чтобы готовилась к ритуалу.

— К которому?

— К стиранию. И заодно напомню, что ей надо с Ардаром поработать, — подмигнул советник, на что Ауриан лишь усмехнулся.

— Сводник.

— Отдыхай, а мне еще нести горестную новость в массы.

— Не переусердствуй, — бросил вслед император, но Гевор даже не повернулся, лишь рукой махнул, оставляя своего повелителя наедине с невеселыми мыслями. Правда, долго ему не пришлось оставаться в уединении. Уже через несколько минут дверь отворилась, и в комнату вошел Керт. Внешне Ворон был, как всегда, безэмоционален, но Ауриан слишком долго его знал, чтобы не заметить ярости в его глазах. Его глава тайной канцелярии был очень зол.

— Ваше величество. — Керт демонстративно поклонился, заставив Ауриана усмехнуться. Это самое непочтительное действие, которое Зорас себе мог позволить.

— Перестань, Зорас, с каких пор ты стал меня так величать и кланяться?

— С тех пор как вышел из вашего доверия и, видимо, из ближнего круга. А чужим не по чину фамильярничать с императором.

— Зорас, — поморщился Ауриан, — прекрати, пожалуйста. Ты был и есть мой друг. Не надо обижаться. Сам ведь видишь, что происходит.

— Я и вижу.

— А ты видишь, что я сразу позвал тебя, чтобы все рассказать?

— Рассказать или посоветоваться? — прищурился Керт.

— Ох… ты вообще из образа шпиона выходишь? Хватит придираться к словам. Лучше садись и слушай.

Дождавшись, когда Керт займет кресло, где до этого размещался Гевор, и демонстративно сложит руки, приготовившись слушать, вздохнул. Характер у его Ворона тяжелый. Может, профессия сказывалась. А может, южная кровь. Он, как и все южане, был предан до самого конца, но общаться от этого проще с ним не становилось.

— Я слушаю.

— Амилеста предложила стирание… для Астимиана с полной заменой личины, — выдохнул Ауриан, так внутренне и не согласившись с этим.

— Что?! — Кажется, такого его невозмутимый Ворон не ожидал. — И вы согласились?

— Я думаю пока об этом. Но она предложила выход! Зорас, мой сын останется жив! Мы всем объявим, что он погиб, защищая меня. Покажем тело Орона, его опознать невозможно. А Астимиану создадим новую личину и отправим куда-нибудь подальше с новыми воспоминаниями.

— Она уже все продумала, да? — зло прошипел Зорас.

— Почему ты так говоришь? Откуда такое недоверие к герцогине? Она тоже давала клятву.

— Не верю я ей. С тех пор как она появилась, все идет наперекосяк.

— А по-моему, с ее появлением у нас появился шанс разобраться. И не забывай, сколько раз она меня спасала.

— Угу, мои люди не могли, а эта малолетка смогла!

— Так вот в чем дело! — поразился Ауриан, удивленно глядя на помощника. А ведь Ломас был прав. Керт завидует. — Зорас, это задетая гордость?..

— Да при чем тут это! Ауриан, неужели ты не видишь, что эти двое ведут свою игру? Наша герцогиня маг! И наш враг маг! А Ардар так внезапно объявившийся сын? Случайно обнаруженный ее же артефактом. Тебе не кажется это странным?

— Нет, — отрезал Ауриан. — Ардар мой сын. И ты знаешь от кого. Даже слепому видно, что мы похожи. Его глаза такие же, как у меня. Он даже больше похож, чем Астимиан.

— Потому что его мать эталионка?

— Да, потому что его мать моя любимая эталионка. Ты сам проверял его кровь. Ведь так?

— Да. Он твой родич. Близкий, — нехотя выдохнул Керт и тут же вскочил, — но я не нашел никакой информации о нем старше, чем на пару лет!

— Кому нужна информация о сироте, — вздохнул Ауриан. — Ардар — мой сын, — Зорас. Прими это. И он будет наследником. И я очень надеюсь, что ты станешь ему тоже ближним кругом.

— Что еще предложила наша герцогиня? — перевел тему Керт.

— Она больше ничего.

— А кто еще?

— Ломас.

— Ломас? — удивился Керт. — И какая у него идея?

— Он согласился с Амилестой. Считает, что иного выхода нет и Астимиан никогда не простит отречения и раз за разом будет пытаться уничтожить Ардара и вернуть трон. Я согласен. Тиан упрям. И… да, я боюсь гражданской войны. Астимиану сотрут память, и… он станет богатым аристократом, уехавшим от предательства любимой. Он сможет быть счастлив.

— А Ардар?

— Ломас предложил на третий день, когда будет прощание с Астимианом, объявить об Ардаре. Официально, перед всем двором, будет сделано заявление, что Ардар — мой наследник и… муж леди Амилесты диол Шаон.

— Муж?!

— Ломас считает, что их брак будет выгоден и Ардару, и Эталиону. Ардар — ведь бастард, и не докажешь, что у него со всех сторон древняя кровь, а вот в наследии герцогини Таор никто не усомнится. И представлять их надо сразу женатой парой. Ведь там траур… — Ауриан замолчал, под не просто удивленным, шокированным взглядом Ворона. Таким Керта он еще не видел никогда.

— И Ломас тоже?.. — выдохнул Зорас, в ужасе смотря на повелителя, не в силах вымолвить больше ни слова.