Глава тридцать пятая

Немного придя в себя, герцог нашел рубашку, пока зацелованная красавица поправляла платье.

Гиос со стоном приходила в себя, вздрагивая, видя вокруг руины.

Тем временем Пять Мешков схватила тряпку и стала ею тереть пол.

- Прекрати, - произнес герцог, вытаскивая из ее пальцев гобелен. Он обнял ее одной рукой. – Теперь ты – герцогиня! А полы моют слуги!

 Ее глаза наполнились слезами, она всхлипнула и утерла слезы.

- А для чего тогда жена? – спросила она, пока Гиос трясущимися руками собирал остатки вазы.

- Для всего остального, - заметил Бертран, не сводя взгляда с Гиоса, который бегал то от одной разбитой вазы к другой.

- А я уже три залы помыла! – всхлипнула Пять Мешков, показывая рукой на прикрытую дверь.

Гиос, который бережно собрал осколки вазы, снова покачнулся и с грохотом упал.

Бертран тоже посмотрел на прикрытую дверь и решил не расстраиваться.

Внезапно послышался конский топот. Бертран хмуро подошел к окну.

- Письмо от короля! - послышался крик. – Письмо от короля!

Бертран неспешно направился в сторону двери, перешагнув через старину Гиоса.

- Уберите его отсюда, - кивнул он слугам. – И закройте двери на ключ.

Те бросились вытаскивать Гиоса, а следом за герцогом семенила Пять Мешков.

- Постой здесь, - произнес герцог, поглядывая на гонца. Кто-то же должен был отвести четкое «нет!» обратно.

Не то, чтобы герцог отвык от королевских милостей и почестей. Не то, чтобы сильно соскучился по дворцовым интригам. Нет, поначалу здесь, в провинциальной глуши, ему было как-то скучно без щебечущих красавиц и ослепительных балов, но потом все как-то подзабылось.

- Ваше сиятельство, - произнес гонец, удерживая коня, которого, видимо, все еще несло по извилистым дорогам. – До его величества дошли слухи, что вы женились. А посему, он хочет видеть вас, чтобы выразить свою радость от этого события.

Герцогу протянули свернутую бумагу с королевской печатью.

- Он хочет видеть вас и вашу супругу на балу. Так что будьте так любезны явиться на бал, - закончил гонец, а конь чуть не встал на дыбы. – Молчание король расценивает, как знак согласия.

- Нет, - твердо произнес Бертран.

- Что? Вы отказываете королю? – спросил гонец, глядя на герцога так, словно не видел до этого сумасшедших. А теперь будет что рассказать внукам.

- Отказываю, - коротко произнес Бертран.

Гонец пришпорил коня, оставив герцога в его воспоминаниях. Золотые люстры сияли, женский переливистый смех сменялся шуршанием роскошных туалетов.

Тихие возгласы удивления и затаенные женские взгляды, облизывающие его со всех сторон. Все это снова накатило волной, словно запахи дорогих духов. Бертран даже сжал пальцы, вспоминая, как учтивые слуги протягивают ему бокал на подносе.

- Ну че там? – послышался запыхавшийся голос Пять Мешков. – Пришел, ни здрасте, ни до свиданья! И даже не поел! Дела так не делаются! Что ж ты его поесть не позвал! Я бы быстро стол накрыла! У нас в Мэртоне всегда так делаю, когда гости приезжают!

«Мужик, ты родился под счастливой звездой!», - подумал Бертран, глядя на столб оседающей пыли из-под копыт. – «Тебя явно хранят какие-то боги!».

- Да так, - неоднозначно произнес герцог, как вдруг появился Гиос.

- Че? На бал во дворец приглашали? – спросил старик, пока герцог делал ему страшные глаза.

- Бал, - обомлела Пять Мешков. – Настоящий?

«Хороший был дворец! Столько веков простоял! Я тут, между прочим, вражескую силу сдерживаю, как могу!», - задумался крылатый герцог.

- Ой, а мы поедем? - спросила Пять Мешков с надеждой.

- Нет. Ну, хочешь, я тебе здесь бал сделаю? – спросил Бертран, видя, как у нее задрожали губки. И сам обалдел от собственной щедрости!