2
– Это же как, интересно? – нервно сглатываю.
Чувствую, что я вся пылаю под его знойным взглядом, которым, как мне кажется, он смотрит на меня. Совсем не врачебным взглядом…
Или у меня уже просто у самой крыша съехала?
– А я, в тебя, Маша, был с детства влюблён, ты же не знаешь? – уверенно берёт в руки свой инструмент, медицинский, конечно же, и проводит между моих половых губок большим пальцем в резиновой перчатке.
Раздвигает их.
Я вздрагиваю от его прикосновения.
Какое-то оно совсем не докторское. Уткина уж точно меня так там не трогает.
– Ты, Маша, можно сказать, стала героиней моих подростковых грёз, – ухмыляется он, проталкивает свой палец чуть глубже, и я вскрикиваю от неожиданности.
Приятной неожиданности…
Ммм, как бы себя сдержать-то?! Позор…
Я ведь у гинеколога в кресле, а не в секс-шопе! Хотя, в секс-шопе и то проще было бы…
Прикусываю нижнюю губу, чтобы не застонать, пока Илюша сосредоточенно просовывает свой палец глубже, глубже, и я чувствую, как у меня всё там наполнилось живительной влагой!
Которой не было уже, кажется, вечность!
– Просто прекрасно, – как кот, облизывается Илья, с нескрываемым удовольствием рассматривая мою киску.
Ладно хоть депиляцию регулярно делаю. А то опозорилась бы со своими кустами у него на приёме.
– Ну что же, рассмотрим предмет поглубже, – очень аккуратно вставляет он в меня расширитель. – Тебе не больно? Не чувствуешь никакого дискомфорта? – заглядывает он мне в глаза, а я не знаю куда их от стыда спрятать, потому что такого комфорта я давно не испытывала.
Стыдно признаться, но когда он вставил в меня расширитель, я чуть не застонала от удовольствия!
Может быть в этом весь секрет? Не каждый гинеколог – знойный красавчик с голубыми глазами и обалденным торсом?!
Который сейчас, не отрывая от меня взгляда, снова просовывает мне палец… В попку?! Прямо в анус?
– Небольшая проверка… – медленно выговаривает он, наклоняясь ко мне, и я чувствую, как вся теку, мне кажется, вся одноразовая пелёнка подо мной промокла насквозь.
Всё перед глазами плывёт. Лишь бы не кончить, лишь бы не кончить, – про себя повторяю я, но реакции организма не поддаются приказам…
– А так, что чувствуешь, Маша? – делает Илюша ещё одно движение пальцами, ввинчивает один мне в анус, словно нажимая там какую-то волшебную кнопочку, и я откидываюсь в кресле ещё глубже, уже не в силах притворяться…
Бешеный оргазм накрывает меня с головой, заставляя пульсировать мою киску, мой анус, мне приходится прикусить до боли нижнюю губку, чтобы не заорать на всю поликлинику.
– Мать твою… – хрипло выдыхаю я, когда наконец-то прихожу в себя, и вижу, как у меня перед глазами снова материализуется красивое молодое лицо наглого доктора.
Сына моей подруги…
Мать его…
– Все реакции в норме. Просто чудесно, – склоняется он надо мной.
Его губы так близко, что мне кажется, он сейчас поцелует меня…
– Ты просто великолепна, Маша, – он уже так близко…
Как вдруг что-то дзинькает у меня громко между ног: расширитель, не выдержав такой страсти и напора, со свистом вылетает из моей киски. Как заряженная пуля…
И ударяется со звоном о кафельный пол.
Какой стыд… Это настоящий позор!
Илья на секунду отворачивается, отвлечённый метким выстрелом из моей вагины, а я уже вскакиваю на ноги, одёргивая на себе юбку.
Ищу судорожно свои туфли, втискиваюсь в них.
– Маша, ты куда? – оборачивается он ко мне. – Приём ещё ведь не окончен…
– Я забыла, что у меня очень важная встреча! Надо спешить! – неуверенно, пряча глаза от соблазнительного мальчика, бормочу я.
Не смотрю ему в лицо.
Опускаю взгляд случайно ниже, и о Божечки мои. Что это такое?!
Под его докторским халатом явно что-то бугрится.
Совсем недвусмысленно.
Наглое, дерзкое…
И весьма внушительных размеров…
Побольше любого расширителя, который он сейчас сжимает в руках.
Раза в два-три…
Я стою, уставившись на его пах, огромный член, обтянутый тонкой тканью, и мысленно представляю, какой бы эффект это произвело, если бы этот инструмент вставить в кого-нибудь… Да поглубже…
Это что-то нечеловеческое.
Делаю неуверенный шажок в сторону двери.
– Но мне надо внести в медицинскую карту твои жалобы! – преграждает он мне дорогу к спасительному выходу.
– Потом… Запишем… Как-нибудь, – мышкой прошмыгиваю я в дверь, и несусь по коридору прочь из этого сладкого развратного ада.
Моя киска пульсирует, чавкает при ходьбе и вся течёт, и я с трудом соображаю, что же это только что такое было?
И что он там бормотал про вдохновение и призвание?
Причём тут я вообще?!
Я ведь девушка под сорок пять, которая вдруг решила снова вернуться к нормальной жизни.
Половой жизни.
Выбегаю на крыльцо клиники, и только тут понимаю, что я без трусов.
Мать твою!
Свои нарядные кружевные трусики, к которым ещё не прикасался ни один мужчина в этом мире, я оставила там.
В кабинете этого молодого жаркого доктора… Сына моей лучшей подруги юности. Где она сейчас? Что с ней? Сто лет не виделись ведь…
Задираю вверх подбородок и уверенно цокаю каблучками прочь от своего позора и женской консультации.
Настоящая женщина и без трусов остаётся женщиной!