Глава 33

— Иван, мне нужно с тобой серьезно поговорить, — безапелляционно заявила Любовь Сергеевна, бросая на потенциальную невестку пытливые взгляды. Та неловко поежилась, и от неимения других вариантов бочком-бочком укрылась за широкой спиной Альфы.

Еще минуту назад в материнских глазах светилась теплота нагретых солнцем южных вод, а сейчас они напоминали голубые льдинки, готовые сорваться острым концом прямо в грудь собеседнику.

— Мам, не сейчас.

— Нет, сейчас. Именно здесь и сейчас.

— Где Медведь?

— Иван, не заговаривай мне зубы! К тому же, что это за животное царство такое? Я в сотый раз прошу… нет, прямо-таки настаиваю: у меня дома используй, будь добр, нормальные человеческие имена!

— Ладно. Если только у тебя дома, — усмехнулся Альфа. Из легкости, с которой было дано обещание, стало понятно, что этот домик вовсе не мамин. И мама подобным нюансом тоже моментально прониклась, поскольку на ее щеках зарделись неравномерные пунцовые пятна, а грудь начала вздыматься быстрее. Похоже, надвигалась гроза, грозившая перерасти в ураган.

Внезапно Сова согнулась в три погибели, схватилась за плечо и простонала:

— Я вас умоляю, кто-нибудь, сделайте мне перевязку! Мне кажется, у меня снова открылась рана, — Сова взяла растерянную женщину под локоток и настойчиво потащила внутрь домика. Судя по энергичности ее движений, она явно преувеличила свои страдания.

— Ой, Диночка! Я не умею, и меня от крови мутит сразу. Давай лучше Ивана попросим или Мишу, — вяло сопротивлялась Любовь Сергеевна, но все же позволила себя утянуть внутрь.

Прежде, чем Альфа успел последовать за женщинами, Лера решительно ухватилась за его плечо. Когда он развернулся и выжидающе замолчал, девушка экспрессивно всплеснула руками и зашептала:

— Серьезно?! Я твоя невеста?! С каких это пор?! И почему я об этом не знала?

— А как ты хотела? — он подошел вплотную и насмешливо заглянул в глаза. — Думаешь, я бесплатно тебя спасал из лап чужих мужиков? Настало время платить по счетам, Синеглазка! Замужество, дети, кухня и все дела!

— Что? Ты так прикалываешься? — у девушки аж все мысли перемешались от возмущения и растерянности. — По каким счетам? Ты… Так нельзя… Нельзя же за добрые поступки требовать плату!

— Как это нельзя? Издавно так повелось, не я первый это придумал. Рыцарь, спасший прекрасную даму из лап дракона, непременно на ней женился!

— Но… Нет, ты правда считаешь, раз я обязана тебе жизнью, то должна теперь выйти за тебя замуж?

— Моя бедная, доверчивая девочка, — Альфа мягко поднял двумя пальцами ее подбородок, чтобы встретить ее растерянный взгляд. Девушка вдруг захлебнулась в его внезапной нежности, ласковой, немного смешливой теплоте и окончательно опешила. — Нелегко тебе будет привыкнуть к моим шуточкам.

— О… Так ты пошутил просто… — Лера смахнула с подбородка его пальцы и отвернулась. От обуявших ее смешанных чувств на глаза навернулись слезы. — Иди скорей успокой свою маму, а то она всерьез поверила, что ты привел в дом невесту.

— Я про расплату дурачился. Насчет того, что ты моя невеста, шутить не собираюсь, родная, — он обхватил ее лицо чашей своих ладоней и, притянув к себе, нежно дотронулся губами до ее губ, от чего сердце у девушки замерло, а вся кровь, казалось, застыла тягучей патокой, в попытке задержать сладость мгновения. Когда он, наконец, оторвался от ее губ, то тихо пообещал:

— Будет тебе и нормальное предложение руки и сердца, и колечко красивое, и все-все-все, что полагается. После того, как с Ваграмом закончим воевать. Подождешь еще немного?

Лера кивнула и одновременно пожала плечами, чтобы обещание не выглядело столь серьезно и драматично.

Затем реальность нахлынула на нее с новой силой. Они зашли внутрь домика, и от домашнего, родного запаха пирожков закружилась голова.

Не удивительно, если учесть, как много часов она провела, продираясь сквозь непроходимые лесные дебри и практически без еды, — пара протеиновых батончиков, проглоченных машине, не в счет!

Теперь каждый атрибут уюта выглядел в глазах Леры особенно трогательно. Маленькие комнатушки, добротная деревянная мебель, милые ромашки в вазе, дружно переплетенные с колокольчиками, пестрые коврики — все радовало глаз и не на шутку умиляло.

Альфа провел девушку на кухню, и она увидела на широком столе несколько больших тарелок с румяными пирожками, между которых затесалась миска с тертыми яблоками. Видимо, теста оказалось чересчур мало, а начинки слишком много.

— Ешь, — Альфа усадил ее на стул и налил из графина воды. Поставил чайник с водой кипятиться. — Сейчас заварю тебе чай. Или кофе хочешь?

— Да, спасибо!

— За что «спасибо»-то? Кофе или чай?

— И кофе, и тяй, — потребовала Лера, блаженно разжевывая нежнейший пирожок с капустой. Ей казалось, что вкуснее выпечки она не ела никогда!

Как раз в этот момент в кухню зашла будущая вроде бы свекровь и неодобрительно посмотрела на девушку. Вот умеют же люди одним-единственным взглядом весь кайф обломать! Или это чисто мамский такой ноу-хау?

Лера поспешно закрыла ладонью рот и надутые, как у хомячка щечки. Чуть ли не давясь, принялась торопливо дожевывать. Ей хотелось сказать "спасибо, очень вкусно", но с набитым ртом не очень-то поразговариваешь!

— Я как раз пришла тебе и твоей гостье пирожков предложить. Но вижу, что предлагать ничего не требуется. Твоя гостья сама прекрасно в чужом доме сориентировалась.