Глава 35

Лерин жених последовал за Совой, и девушка на миг ощутила зависть к уверенной в себе амазонке. Почему у нее, Леры нет этой легкости? Почему в присутствии своего мужчины она робеет и ведет себя, как смущенная первоклассница?

Девушка рассеянно доела пирожок и подошла к раковине убрать за собой чашку и блюдце. Задумалась о Сове, Альфе и сама не заметила, как перемыла всю грязную посуду, протерла поверхности столов от крошек, подмела пол настоящим, сорговым веником. Работа по дому всегда успокаивала лучше всяких валериановых таблеток. Теперь она намеревалась прогуляться по комнатам, познакомиться с новым местом, но уйти не успела. В дверях ее нагнал голос Любови Сергеевны:

— Ну? Рассказывай.

— О чем? — удивилась Лера, обернувшись. Показалось поначалу, что обращаются не к ней. Но женщина внимательно разглядывала невестку и продолжала говорить:

— Да обо всем! Как вы встретились с моим Ванечкой. Чем он тебя привлек. За что полюбила.

Лера почувствовала, как зависть в ее сердце уступила место возмущению. Разве такие вопросы можно задавать невесткам? Хотя… Наверно, можно, но точно не через час после знакомства!

Она не слишком приветливо буркнула:

— Это чересчур личное, простите, — и снова попыталась уйти, но ее опять остановил насмешливый голос:

— Да ладно тебе! Я его мать и всегда буду за Ваню волноваться. Ну же! Успокой меня! Скажи, что ты его любишь! Скажи, что сделаешь моего мальчика счастливым!

От этих вопросов уже пахло навязчивостью и желанием въесться под кожу, войти в их с Альфой интимное прошлое, чтобы зацепиться за совместное будущее. Лера вернулась на свою табуретку, устроилась прямо напротив настороженной, взвинченной свекрови и произнесла:

— Я вижу, как вы тревожитесь за Ваню. Это и понятно — вы заботливая мать. Я не могу обещать вам, что сделаю его счастливым, но постараться — точно постараюсь! Но и вы попробуйте меньше тревожиться за сына. Он сильный, независимый мужчина, давно уже не мальчик. Пора его отпустить.

Женщина поставила чашку на блюдце, сощурила глаза и скривила рот:

— Сначала своего сыночка вырасти, а потом поучай, когда и как его отдавать чужим девицам!

— Я не хотела поучать, но…

— Вот-вот! И не надо!

Лера глазам своим не верила! Разительные перемены! Всего пол часа назад перед ней сидела взрослая, интеллигентная дама, а сейчас обижалось ранимое дитя. Вероятно, это стресс от исчезновения дочери так на нее повлиял. Невозможно даже прочувствовать, через что эта женщина прошла за последнее время, и давать советы с позиции своего ограниченного опыта ей тоже нельзя. Сытый голодному не товарищ. Лера призналась:

— Вы правы. Я не должна вас поучать была, простите.

— То-то же! — вдруг женщина хитро улыбнулась. — Да ты не волнуйся. Я сразу заметила, как ты на Ваню глядела. Глазки сразу такие мечтательные, с поволокой. И как на Дину посмотрела с раздражением — тоже заметила. А вопросы задавала неудобные, потому что хотелось тебя получше узнать. На стрессоустойчивость проверить, на уважение к старшим. Так что и ты меня тоже прости — я немного слукавила!

Лера вздохнула, чуть приоткрыла рот, но тут же закрыла. Что тут скажешь? Обвели ее вокруг пальца, как экспериментальную мышку. Протестировали, просканировали, а потом со смехом отпустили.

Девушка выбежала на свежий воздух, чтобы немного проветрить голову и стряхнуть с себя горькое послевкусие от разговора. Либо она напрочь теряет свою способность к эмпатии, мега важную в ее профессии, либо Любовь Сергеевна — прирожденная шпионка, скользкая и хитрая, как змея. Страшно такую свекровь заиметь, аж мурашки по коже!

Почему у ее идеального мужчины совершенно неидеальный прицеп в виде хитрой мамы и влюбленной, как кошка, подруги?

Лера расслабленным шагом обходила здание по периметру. Удаляться от дома на приличное расстояние она бы не осмелилась, поэтому просто бродила вдоль стен, рассеянно рассматривала поля и кромку леса, выглядывающие из-за забора. Иногда останавливалась и подбирала божьих коровок с ромашек, в избытке здесь растущих. Внезапно она услышала напряженный голос Совы из ближайшего открытого окна, и замерла, как вкопанная.

— Но маячок в часах?! Только свои знали, что это особые часы — их я оставляю на руке, даже когда отправляюсь на задание.

— Ты их на ночь снимаешь? — поинтересовался голос Альфы.

— Нет. Я их крайне редко снимаю. В последний раз это сделала, когда мы ходили почти всем составом в сауну на Дмитриевской. Помнишь, Грин тогда еще с нами не пошел.

— То есть среди наших есть предатель.

— Дважды предатель, Альфа! Один раз он навел на твой дом. А другой — на место нашего с Давыдовой ночлега. Если бы она не умела метать ножи, меня бы зарезали, как овцу, а ее снова взяли в плен… А я все удивлялась, откуда те два профи и псина-убийца выискались в такой глуши?

— Ваграм знал, что ты охраняешь Леру, знал твой уровень подготовки и послал самых лучших.

— Все так. Как будем действовать?

— Надо подумать. А пока не спускай глаз с Леры. Я могу доверять сейчас только тебе.

— Ты знаешь, Альфа… — тут строгий девичий голос слегка дрогнул. — Я ради тебя на все…

— Знаю, — обрезал он. — Мы же с тобой кореши на всю жизнь, Совка. И ты знаешь, я в долгу не останусь.

Лера представила, как на слове «кореши» исказилось лицо Совы. Бедненькая.

Внезапно она услышала стук в дверь.

— Войдите! — разрешил Альфа.

— Простите, что мешаю, — виновато произнесла Любовь Сергеевна. — Но я никак не могу найти Валерию. Уже весь дом обошла, а ее нигде нет. Боюсь, она на меня немного… Обиделась… Не сбежала бы куда…