Глава 2

– Проводите меня к детям – служанка только кивнула и повела Юлю коридорами.

“Ну вот зачем разорившейся семье такой дом?” Не проще ли продать и переехать в обычный двухэтажный? Или это вовсе не дом, а зáмок какой? Вообще-то по истории, зáмки предназначены для обороны, это не жилые помещения. Жили обычно в домах-усадьбах под холмом, а вот на холме строили оборонительный объект - зáмок. Что могло заставить семью баронов переехать в зáмок?

Обдумывая всё это женщина привела Юлю к детям и с усилием отворила огромную, метра в три высотой дверь. При виде “детской” Юля еле сдержала ругательства, вырывающиеся с языка.

Зал, размеров метров восемьдесят, с высоченными потолками. Два узких арочных окна. Открытый очаг, в котором тлеют догорающие дрова. На полу та же гнилая солома и в ней копошится маленький ребенок, закутанный в каких-то грязные лохмотья. В центре залы стоит огромная кровать с истлевшим грязным балдахином, а на ней играют мальчики постарше. Ближе к очагу, на стульчике дремлет сгорбленная старуха.

– Колетта! Я привела госпожу Изабеллу! – громко произнесла сопровождающая Юлю женщина. Дети повернули голову на её голос, а старушка продолжала спать и жевать во сне беззубым ртом.

– Всем привет! Я проснулась, но ничего не помню. Мне сказали что я - ваша сестра. – Юля бодро начала знакомство с детьми.

Мальчики переглянулись и сели на кровати свесив ноги.

– Ты вообще ничего не помнишь? И как нас зовут тоже? – это сказал мальчик постарше, лет десяти.

– Я своего то имени не помню

– Я - Валькелин, это Рогир – он показал на брата поменьше – а там Бригида – ткнул он в ребёнка на полу. После чего продолжил наблюдать за Юлей.

– Сколько вам лет?

– Мне одиннадцать, брату семь, а ей - два года – “какие малявки” пронеслось у Юли в голове. И практически без присмотра.

– Я сейчас немного осмотрюсь и вернусь к вам. Хорошо? – дети в ответ неопределенно пожали плечами.

Юля повернулась и пошла на выход. Нянька детей при этом не проснулась. У Юли от дыма во рту всё пересохло, и в желудке с самого пробуждения посасывало.

– Вас как зовут, и кто Вы? – обратилась она к служанке.

– Бланш я, прислуживаю госпоже уже больше двадцати пяти лет. Она меня забрала с собой из дома своих родителей.

– Значит Вы всё знаете. А скажите, что это за дом?

Служанка опустила глаза, но ответила:

– Это родовой замок барона Гильберта Греи. Усадьбу, в которой мы жили ранее, лет пять назад отобрали и продали за долги – и она глубоко вздохнула.

– Я правильно понимаю, что протопить и утеплить замок невозможно? – Бланш только кивнула в ответ. Хорош, папенька, всё на ветер спустил. А семью приговорил к мучительной смерти.

– Мне пить очень хочется и поесть бы – в ответ служанка резво закивала и повела Юлю по узким тёмным коридорам.

А по дороге Юля расспросила про свою просыпающуюся магию и Бланш с охотой ей рассказала. Это не магия огня, воды, воздуха или жизни. И не некромантия. Они и сами не знают а “вырвалась” магия так.

Изабелла громко спорила с матерью о чем то на кухне, а потом в сердцах хлопнула в ладоши. В следующий момент её нашли лежащей на полу без признаков жизни, на том же месте и отнесли в её комнату. Только позже обнаружилось, что день склонился к вечеру, а скандал случился утром. Но ни баронесса, ни кухарка не помнили, чем занимались всё это время.

За разговорами они пришли в грязное, вонючее помещение. Здесь к запаху костра прибавилась вонь кислой капусты, прогорклого сала, пригоревшей еды. Помещение было огромным и разделено на две неравные части. В большой, стоял огромный стол метров двадцать в длину и лавки вдоль него.

В меньшей части находился большой камин и огромный вертел. Ещё грязный большой стол. У стены один на другой сложены котлы. На полу же чёрные от грязи сковороды. Грязь и остатки пищи со стола кухарка рукой смахивала на пол.

– Гильда! Госпожа Изабелла очнулась, покорми её – и Юля шагнула вперёд.

– Здравствуйте Гильда. Я очнулась, но ничего не помню. Поэтому могу задавать странные вопросы. – в ответ кухарка только кивнула головой.

На вид ей было лет шестьдесят, небольшого роста, плотная, но не толстая. На голове грязный чепец, из него выставляются седые пряди волос. Нос курносый и широкий, глаза близко посажены к переносице. А губ практически нет - так сильно кухарка их сжала. Одета она была в чёрное платье, на животе и рукавах, оно лоснилось от грязи.

– Проходи детонька – неожиданно ласково пригласила она Юлю.

– Садись вот поближе к огню - погрейся маленько. – кухарка смахнула на пол какую-то шелуху и показала Юле на место за столом. Потом поставила перед ней глиняную кружку, не меньше литра объёмом. Пить хотелось нестерпимо и Юля начала жадно глотать влагу, а когда почувствовала её вкус, веером выплюнула на пол. Это и не пиво, и не вода. Какая-то мутная жижа, почти без вкуса.

– Подавилась детонька? Не торопись так, я ещё налью – кухарка ласково приговаривала и перебирала лук, рассыпанный на столе.

– Это что за напиток?

– Хлебное пиво. Понравилось? Ты всегда его хвалила.

– А воды нет?

– Ты что, после болезни то? Её и здоровому пить опасно. Не выдумывай. Пей пиво. А я тебе сейчас каши положу, и так и быть, хлеба дам, чтобы побаловать мою любимицу. – Юля не пила алкоголь двадцать два года! Просто в один прекрасный день решила - нет. И точка! А здесь? Она же подросток и её заставляют пить пиво. Но жажда брала своё и Юля ополовинила кружку.

– На ка детонька, кашки – и перед Юлей поставили глиняную тарелку с чем то серым и вязким. Рядом положили деревянную лопатку с небольшим углублением. И Юля с ужасом обнаружила, что лопатка то грязная. То есть её или обтерли или облизали и дали ей.

И что делать? Кидаться мыть? Только вот воду она не видит вообще. Поэтому стиснув зубы, Юля тщательно обтерла лопатку подолом платья и захлебнула первую ложку.

“Жеванный картон“, это первое впечатление от каши. Без соли, без масла и молока. Просто крупа и вода. По виду каша напоминала перловую, а по вкусу - картон.

– На вот тебе ещё хлебушек – с этими словами кухарка положила кусок темного камня прямо на грязный стол, рядом с тарелкой Юли.