2

– Ой, Лия, и чего ты из себя строишь! – закатывает глаза моя лучшая подруга, Вика, когда мы с ней вечером встречаемся в театре. – Хотя, не переживай, твоя работа тебя найдёт, значит – не твоё, – успокаивает она меня.

– Знаешь, ты мне лучше скажи, с кем ты меня опять тут сводить собралась? – перебиваю я её.

Если честно, я уже устала от их с девочками попыток найти мне достойного мужчину.

– Вот увидишь. Просто отвал башки. Таких мужиков уже не осталось, считай. А те, что остались, или при бабах или на кладбище, – возбуждённо рассказывает она мне.

– Да сколько вам можно объяснять, что мне это неинтересно! – отвечаю уже я ей чуть ли не с раздражением.

Вечно эти какие-то золотые мужики, которые остались либо только при бабах, причём лет на тридцать младше меня, либо на кладбище. Вечно старичьё мне подсовывают.

Ну как, старичьё… Это сейчас называется может и политкорректно – мужчины под шестьдесят или даже шестьдесят плюс, а по сути, у них там после пятидесяти уже не у всех всё исправно работает, чего уж там говорить… Самостоятельно в туалет ходить умеет – уже огурец.

– Амалия? – вдруг я слышу позади себя бархатный баритон с едва заметной хрипотцой и вздрагиваю.

Чувствую, как у меня по телу пробегают мурашки от этого голоса.

Оборачиваюсь и вижу перед собой Джорджа Клуни. Или Мела Гибсона… С едва заметной элегантной сединой и морщинами, которые его делают ещё только привлекательнее. Мужественнее.

Рядом с ним стоит моя Вика и победно улыбается. Словно она самолично поймала его и приволокла в зубах, как охотничья собачка. Хотя, так оно и есть…

– Вот, познакомьтесь, – скромно добавляет она. – Лия – это Игорь, Игорь – это Амалия.

– Очень приятно, – еле выдавливаю я и себя, и чувствую, как у меня начинает першить в горле от волнения.

Давненько со мной такого не бывало!

Ну, если не считать только вчерашнего собеседования с двумя властными боссами, требующими от меня круглосуточного присутствия на рабочем месте…

Игорь галантен и вежлив, и я чувствую скрытую силу под его дорогим пиджаком. Высокий, подтянутый, крепкий. От него исходит едва уловимый аромат респектабельности и богатства. Единственное, что мне кажется странным, что он сейчас не выгуливает под ручку какую-нибудь восемнадцатилетнюю любовницу, как мой уже давно бывший муж…

Хотя, возможно, в этом мире остались порядочные мужчины, которым не надо самоутверждаться за счёт малолеток, чтобы чувствовать себя настоящими самцами.

Вечер проходит просто чудесно, Игорь – самое очарование, спектакль – чудо, и после него мой новый знакомый провожает меня до дома.

Я даже не знаю, насколько это всё уместно на первом свидании, но мне и не двадцать лет, чтобы ломаться, и я просто и без обиняков приглашаю Игоря к себе:

– Не хотите зайти на чашку чая? – вежливо предлагаю я, хотя все мы прекрасно знаем, во что может вылиться эта маленькая чашечка.

Но у меня так давно никого не было, а этот Игорь – такой мужественный и притягательный, что я отбрасываю в сторону ненужную скромность.

Скромность к лицу молоденьким девочкам, а не женщинам, которые знают себе цену.

– Не откажусь, – пристально смотрит на меня сверху вниз Игорь, и я чувствую жар его тела сквозь тонкую шерсть дорого пальто.

Внизу живота у меня разливается мягким теплом возбуждение, я чувствую, как к щекам приливает кровь, и единственное, чего я сейчас желаю, чтобы он сейчас прижал меня к шершавой и холодной стене за спиной, накрыл мои губы своими, забрался своей ладонью под моё пальто и уверенно сжал мою мягкую податливую грудь, на которой уже от возбуждения алой вишенкой заострился сосок.

Но Игорь, видимо, слишком хорошо воспитан, и мы с ним вежливо и сдержанно поднимаемся на лифте в мою квартиру, где я чинно усаживаю его на диван в гостиной, пока сама отправляюсь заварить нам кофе.

Я незаметно расстегнула пару пуговиц на своей блузке, и теперь из моего декольте выглядывает кусочек кружевного бюстгалтера, и я очень надеюсь, что Игорь это воспримет как прямой призыв к действию.

У нас всё-таки нет впереди двадцати лет и миллиона свиданий, чтобы добраться до постели только через полгода. Я чётка знаю, чего я хочу.

И это – здесь и сейчас.

– Ой, извини, – сразу же я перехожу на «ты», и заодно и ускоряю события, капнув на брюки мужчины немного варенья.

Его брюки это переживут, я уверена, а вот я долго – нет.

– Я сейчас всё вытру, – беру я салфетку и начинаю нежно оттирать с дорогой ткани пятно, больше не нажимая, а лаская его, и чувствую, как напрягается подо мной его тело…

Слышу прерывистое дыхание, провожу салфеткой чуть ближе к его ширинке, с любопытством гадая – что же там?

Кто бы что не говорил, а настоящей женщине всегда интересно узнать, что же скрывается в штанах у её избранника!

И лучше это узнать как можно раньше, чтобы не было потом ненужных сожалений о бесцельно потраченном времени…

Вот моя рука касается самого сокровенного, я чувствую приятную твёрдость под своими пальцами. Это твёрдость – как гарантия желания, желания, которое я сейчас читаю в глазах Игоря, подняв на него лицо.

Ну же, – мысленно командую я ему, и он отбрасывает наконец-то в сторону все эти никому ненужные китайские церемонии.

Впивается в мой рот своими губами, целует меня взасос, и я захлёбываюсь его терпкой, со вкусом кофе с коньком, слюной…

Мои пальцы уже смело расстёгивают ширинку, из которой послушно мне в ладони выпрыгивает его нежный на ощупь и тёплый член, и я, не удержавшись, всё-таки опускаю взгляд вниз, чтобы посмотреть на него…