Эпилог
Я устроилась на новую работу, и теперь дни проходят спокойно и уныло. Как и полагается женщине моего возраста под пятьдесят.
Вечерами я вспоминаю о той незабываемой единственной ночи, которая случилась в моей жизни, рука тянется к моему Эдриану, но потом я с отвращением засовываю его обратно в тумбочку.
Разве может резиновый фаллоимитатор сравниться с горячим живым мужчиной?
Иду в театр одна. Хватит с меня этих слепых свиданий с престарелыми импотентами. Лучше уж тогда Эдриан.
А лучше вообще сконцентрироваться на духовном развитии. Особенно в моём-то возрасте. Почитать книгу, посмотреть премьеру, например.
Чем я, собственно, и занимаюсь.
Прохожу уже в потушившем огни зрительном зале на своё место, усаживаюсь в кресло и смотрю на сцену. Сегодня я немного опоздала. Пробки.
И тут чувствую, как рука сидящего рядом мужчины крепко вцепляется в моё бедро, и я чуть не вскрикиваю от неожиданности, но всё-таки сдерживаюсь. Я же на спектакле. Поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто же этот наглец.
И моё сердце падает вниз и катится под сиденьями куда-то к оркестровой яме…
Потому что сейчас из темноты на меня сверкают два жгучих глаза, а с другой стороны мою ногу гладит ещё одна рука, и мне даже не надо поворачиваться, чтобы понять, что это Али…
– Почему ты уехала? Тебе разве было плохо с нами? – тихо спрашивает меня Джебраил, и я слышу недовольное шиканье других зрителей.
– Нет. Мне было очень хорошо, – шепчу я ему одними губами, и понимаю, что мне никогда вообще не было так хорошо в жизни, как с этими двумя…
И Али наклоняется ко мне и бормочет:
– Ну тогда идём с нами…
– Тсс, можно потише! – раздражённо шипит кто-то на соседнем ряду, и я смотрю на сцену, где кто-то выясняет отношения, на Али, который растягивает губы в своей фирменной усмешке.
Вспоминаю ту ночь, и киваю в ответ:
– Да. Идём, – и мы все втроём встаём под недовольное жужжание общества и выходим из зрительного зала.
Потому что у нас своё кино.
И остальным об этом знать совсем не обязательно.
Как проводит свои вечера и жаркие ночи женщина немного под пятьдесят.