Глава 35.
Глава 35.
Утром Грозный уезжал из дома нехотя. Сам не понимал, откуда эта подспудная, глухая тяжесть. То ли раздражение от вчерашней поездки малышки к дельфинам, из-за которой он сорвался и понесся, сломя голову. Желая оторвать продолжение шеи настырному сыну губернатора.
Едва он отошел от злости на мажора, как Веснушке, уютно притулившейся у него на коленях, позвонила жена Володарского. И начала зазывать в свою галерею. Ей отказать шансов не было ни у Веты, ни у самого Грозного, если бы тот вдруг надумал. Как назло, на утро планировалась целая серия встреч и, скрепя сердце, пришлось согласиться отпустить ее одну. Успокаивало только, что Вера Володарская собиралась лично заехать за девушкой. Уж в ее компании можно было быть уверенным, что ничего не случится. На Веру даже косо смотреть боялись, не говоря уже о чем-то большем.
Вроде бы ничего страшного, но противное чувство не отпускало. Стоя в холле, Грозный сжимал девушку в объятьях, вдыхал аромат волос, касался доверчиво прижавшегося тела и не мог себя заставить уйти. Костя давно уже ждал в машине, а Иван, как намагниченный не мог оторваться от девочки.
- Вот зачем ты такая сладкая? Оторваться от тебя не могу.
- Много сладкого – вредно. Иди уже, - рассмеялась она глазами и веснушками.
- Мне – нормально. Может, ну, его все? Пошлем к черту все дела и останемся дома?
- Так нельзя. И я Вере обещала, она через час приедет. А тебя люди ждут.
- Ладно, еще пять поцелуев – и я поеду.
- Один.
- Маленькая жадина.
- Забыл добавить «моя».
- Всегда моя. После галереи чтобы сразу домой. Никаких мажоров, бассейнов и рыб!
- Дельфинов, - поправила она с легким упреком, - мужчина, ты уже уедешь, а? Я хочу до приезда Веры пописательствовать. А ты меня задерживаешь!
- Дожил, из собственного дома выгоняют.
Смеясь, Вета вытолкала слабо сопротивляющегося Грозного из дома. Смущаясь охраны, поцеловала у машины и махала вслед, пока кортеж не выехал за ворота. Пожалуй, можно выпить еще чашку кофе и потом идти в беседку. Наверстать утренней работой предстоящие полдня в галерее.
Кира с дочкой убежали плавать в бассейн, поэтому на кухне было тихо. Неторопливо выпив с Пашей кофейку, она, подхватив ноутбук, быстрым шагом вышла из дома. Морж без слов понял куда Вета собирается, и остался на кухне. Со следующей недели его должны были окончательно вернуть в строй, время безделья подходило к концу. Поэтому любую свободную минуту парень проводил в спортзале, стараясь вернуть былую форму.
Вета дошла до беседки, уселась поудобнее и... выругалась. Неумело, зато от души: забыла в гостиной свою розовую мышастую прелесть! Она обожала маленькую помощницу, как лишнее напоминание, что это – подарок Грозного, который он, к тому же, выбирал лично. Можно было, конечно, остаться и пользоваться тачпадом. Но редактировать текст без мышки – это гарантированное раздражение от собственной медлительности. Нет, так дело не пойдет.
Оставив ноутбук включенным, Вета вышла из беседки, сделала несколько быстрых шагов и… какая-то неведомая сила с грохотом подбросила ее далеко вперед, после чего с размаху приложила об землю. Осколки того, что еще несколько минут назад было беседкой, разлетелись во все стороны, раня и царапая. Вета задохнулась от резкой боли во всем теле. Вероятно ее выключило на несколько минут, потому что пришла она в себя от какофонии звуков, которые оказались голосами охранников.
- Пульс проверь.
- Живая… В рубашке родилась…
- Аккуратно, парни. Переворачиваем.
Она силилась открыть глаза, но отчего-то не получалось. Чувствовала, как по лицу бежит что-то теплое.
- Не трогаем. Вдруг со спиной что. Сильвестр уже едет.
- Нас Грозный лично грохнет, если с ней что…
- Вета, вы слышите меня?
Сил нет совсем. Сознание то накрывает липкой темнотой, то пытается вынырнуть короткими вспышками.
Через некоторое время слышится шум подъезжающей машины. Ее поднимают на носилках и куда-то грузят. Вета поднимает тяжеленые веки и видит мельтешение людей в белом.
Куда это ее? Почему несут?
Почти захлопывается дверца, как вдруг слышится реплика:
- А ты как тут?
- Так – все. Сняли с меня все обвинения. Костя сам позвонил, приказал. Еду в больницу с девочкой.
- Да? А почему…
- Ему все вопросы. Не задерживай нас.
Помимо врачей еще кто-то садится в карету скорой помощи. Дверь захлопывается. Но Пашкин низкий голос она слышит отчетливо:
- Мужики, первая группа. В машину. Едем следом.
- Вот настырный, - ворчит тот, кто рядом, - вколите уже ей что-нибудь. Мы должны довести ее живой.
Скорая резво разворачивается во дворе и дает по газам. Не дожидаясь сопровождающих, подлетает к распахнутым воротам и основательно врезается в заворачивающий огромный внедорожник. Благо дело, что вторая машина успела притормозить перед заездом. Слышится звон разбитых фар, крики. Вета едва не слетает с носилок и стонет от того, что ее резко тряхануло.
Отплевываясь от сработавшей подушки безопасности из джипа выбирается крупный охранник. Он молниеносно огибает машину и вытаскивает оттуда элегантную женщину. Судя по ссадине на голове, ее крепко приложило.
Водитель, осмотрев женщину, подбегает к скорой, рывком распахивает дверцу:
- Вы совсем с ума посходили? – рявкает он.
- Мужик, не задерживай, у нас пациент тяжелый.
- Вот, ее тоже осмотрите.
- Мы не можем! Торопимся.
- Вы же в больницу, да? Вот и ее с собой возьмите. Я сейчас туда подъеду. В какую едете? В центральную?
- Э… ну да.
- Я за вами поеду. Только эти гребанные подушки безопасности срежу. Вы ее как следует подлатайте, мужики. Иначе нам всем кирдык, - не глядя на растерянных докторов, водитель помогает дезориентированной женщине влезть в скорую, и захлопывает дверцу.
- Что делать, не драться же с ним? Поехали, - вздыхает один из находящихся внутри и уступает новой пострадавшей место.
Скорая с разбитой фарой и бампером вновь стартует, и включив мигалки, выезжает на дорогу. За ней следом несется джип с охраной Грозного.
Миновав шлагбаум на въезде в поселок, скорая дает по газам, учитывая состояние пассажирок. Пока один из врачей ставит капельницу лежащей на носилках Вете, второй из находящихся внутри, явно не дорожит таким понятием как жизнь. Особенно – чужая. Внезапно для всех присутствующих, он, несмотря на скорость, открывает заднюю дверцу и хладнокровно открывает стрельбу из автомата. Прямо в машину с охраной. Слышится визг тормозов, грохот съезжающей в кювет груды металла. Довольно улыбаясь, незнакомец захлопывает дверцу.
Врач расширившимися от ужаса глазами смотрит на мужчину, потом переводит взгляд на оседающую в обмороке женщину.
- Мужик, мы так не договаривались, - шепчет доктор, на автомате приводя пациентку в чувство.
- Форс-мажор. Ты, док, деньги получил, так что делай свое дело и не лезь куда не следует. Сейчас на въезде в город поменяем машину, получишь вторую часть оплаты – и свободен на все четыре.
- Мне проблемы не нужны.
- И не будет. Ты ж не при делах, - успокаивающе похлопал его по плечу парень.
Через некоторое время машина останавливается. Вету поднимают на руки и перетаскивают в неприметный седан.
- Эту старую оставить что ли? - рассуждает незнакомец, - а хотя хрен с ним. Возьмем. Она наши рожи видела. Мало ли что еще.
Обеих женщин укладывают на заднее сиденье. Причем голову Веты кладут на колени Володарской. Ни одна не сопротивляется, обе дезориентированы, хоть и в разной степени.
Их везут куда-то проселочной дорогой, Вета тихо стонет на ухабах. Женщина постарше, понемногу приходящая в себя, осторожно придерживает ее, шепча что-то успокаивающее.
Наконец пленниц привозят куда-то, выгружают из машины, перенаправляя в какой-то подвал. Вету без особой осторожности укладывают на старый матрас, Володарская остается стоять рядом.
- Вы хоть понимаете, что натворили? - возмущается женщина, - нам обеим нужна медицинская помощь!
- Закрой рот, старая, - бурчит бритоголовый охранник.
- Что?! Да вы хоть знаете, кто я?
- Скажи, спасибо, что не грохнули тебя, как тех врачей со скорой.
- Да вас за такое мой муж…
- Что? Погрозит пальцем с инвалидного кресла? – ржет охранник.
- Кто у вас за главного? Мне нужно с ним поговорить!
- Размечталась. А ну, сядь на матрас и не пыли.
Он чувствительно толкает женщину, заставив упасть на замызганную поверхность.
- Вы еще пожалеете!
- Ага. Еще и извинюсь на коленях, - заржал бритый и закрыл железную дверь.
Кипящей от гнева Вере ничего не оставалось, как переключить свое внимание на лежащую без сознания приятельницу. Не позволяя страху взять верх над разумом, женщина нашла в углу пластиковую бутылку с водой. Оторвав от длинной юбки полосу, попыталась умыть раненной лицо, чтобы стереть подсыхающие дорожки крови. Ничего большего она сделать не могла.
Непонятно что подействовало, но девушка со стоном открыла глаза.
- Елизавета, вы меня слышите? Как вы?
- Да… Голова болит…
- Вы ранены, но я не знаю, как вам помочь.
- Почему? Что случилось? – Вета попыталась растереть лицо ладонью, но зашипела от прикосновения к мелким царапинам.
- Я и сама не разобралась. Ехала к вам, потом столкновение нашей машины – пришла в себя уже в скорой. Там были вы, без сознания.
Закашлявшись, Вета осторожно приподнялась и села. Усилием воли заставляя себя, не обращать внимание на шум в голове и боль во всем теле.
- Я помню, что была в беседке, - медленно начала она, восстанавливая цепочку событий, - пошла в дом, прошла всего несколько метров и потом шум, удар… Какие-то смутные мелькания, звуки, меня куда-то несут… И вот я тут.
- Как вы себя чувствуете?
- Относительно. Кое-где болит, но это мелочи. Получается, нас похитили?
- Кто бы это ни были, они об этом очень пожалеют. Мой муж их в асфальт закатает вместо выкупа.
- Думаете, это ради выкупа? Боюсь все намного хуже. У моего… мужчины сейчас некоторые столкновения в бизнесе с неким Марковым. Вы знаете его?
- Смутно. Неприятный тип. Мой муж с ним точно никаких дел не имеет.
- Я уверена, что наши мужчины сделают все, чтобы нас отсюда забрать. Главное: нам с вами нужно выработать стратегию поведения.
- Что вы имеете в виду?
- Похитителей нельзя злить. И если… мне будут что-то делать, я вас очень прошу – не вмешивайтесь. Не хочу, чтобы вы пострадали. Пообещайте мне, Вера.