Глава 23

Забившись в крепких объятиях босса, возмущенно булькаю, перед широко распахнутыми, неприятно горящими из-за хлористой воды глазами — размытая физиономия Ника. Он нежно прикасается губами к моей щеке и рывком выталкивает нас двоих на воздух. Ошалело втягиваю в себя кислород, кашляю, фыркаю и машинально дубашу бессовестного алия по голым плечам, а в бедро мне упирается толстая бархатная дубинка. Мама-дорогая. Мимо сиротливо проплывают тапки.

— Ты что… совсем обалдел?! — от шока, не иначе, перешла на неформальный язык.

— Прости, неудачная шутка, признаю, — ласково оглаживает мою дернувшуюся в нервном тике щеку, откидывает за спину обвисшие лохмами мокрые волосы. Представляю, какая я красавица сейчас: тушь под глазами, лицо в красных пятнах.

Ладони холодеют. Зло скрипнув зубами, открываю рот, чтобы выдать гневную тираду, как босс выдает интимным шепотом, не переставая наглаживать мою кожу, пробираясь под ворот съехавшего тяжелого халата:

— Ты такая красивая, Линара.

Возмущение застревает в горле, мои глаза обескураженно округляются, превращаясь в два круглых блюдца, поскольку босс не моргая таращится мне на губы и медленно наклоняется к ним, тут же сминая в жадном озверелом поцелуе. Здравомыслие машет ручкой, мозг пузырится и растекается лавой, тараканы бьются в истерике, а я плавлюсь в любимых руках, цепляясь пальцами за широкие плечи, пропускаю скользнувший в рот шёлковый язык, робко прикасаюсь к нему кончиком своего, протяжный мужской стон наслаждения оглушает. Ник наглым образом сдирает с меня тянущий вниз халат, откидывает в сторону, подхватывает под бедра на руки, потираясь боеголовкой о мои трусики. Господи-боже, а ведь если бы не эта тонкая преграда, боеголовка уже таранила мои внутренние стенки. Мамой клянусь.

Пальчики на ногах подгибаются, я содрогаюсь от накрывшего ошеломляющего приступа возбуждения.

— Линара? — растерянно тянет Ник, обеспокоенно обхватывает моё точно заалевшее лицо ладонями. — Что не так?

— Всё не так, мистер Кан! — хриплю, выпутываясь из рук и, гм, боеголовки босса. Ник удерживает меня, пришлось гаркнуть: — Да пустите меня, чёрт возьми!

Николас машинально отпускает, однако тут же хмурится, принимая грозный вид, обхватывает за талию и тянет из воды, на суше подхватывает на руки и усаживает на шезлонг, следом накинув полотенце.

— Линара, я…

— Нет! — зажмурившись, выставляю ладонь, тем самым обрывая босса. — Ничего не говорите, ладно? Вот это сейчас всё было ошибкой. Давайте сделаем вид, что ничего этого не было. И попрошу, мистер Кан, больше никаких подобных шуток, ясно? Иначе я точно тогда соберу вещи и первым же рейсом вернусь в Лондон, где напишу заявление по собственному. В течение двух недель обязаны уволить, хотите того или нет. О своих невестах лучше думайте. Каково им вообще будет, если узнают, что вы только что тут творили.

Во время своего экспрессивного монолога на Ника стараюсь не смотреть, и без того боковым зрением вижу его сексуальное напряженное тело со скрещенными на груди руками и мрачное выражение лица с таким глубинным разочарованием, что меня изнутри жжет каленым железом, а моё внутреннее я бранит меня всякими непотребными словами, где дура — самое невинное словечко.

— Ошибка, значит.

Активно киваю, кутаясь в неприятно липнущее к телу мокрое полотенце.

— Я понял тебя, Линара. То есть, мисс Абервуд, — цедит сквозь зубы. Затем между нами напряженная минута молчания, в какую босс натягивает плавки и завязывает халат, а затем бесшумно уходит.

Из меня будто разом вынимают все кости, и так тоскливо, что хоть волком вой. Вот только если бы я позволила всему этому желанному, что уж там, случиться, кем бы я была после этого? Шлюхой? Вот уж чего даром не нужно. Я тогда сама перестану себя уважать.

Тяжко повздыхала, боясь представить, какими глазами будут смотреть на меня постояльцы «Хилтона» в том неприглядном виде, а уж если невесты застанут… катастрофа, как Ник внезапно возвращается, а в руках у него пакет с теплым чистым халатом.

— Спасибо, что дождалась, не сбежала, — на лице Ника светится дополнение красными буквами, ядовитое такое: как ты обычно и поступаешь.

— Благодарю, мистер Кан. Очень щедро с вашей стороны.

Ник отстраненно кивает.

— Встретимся за ужином. Не опаздывай.

— Постойте! — кричу в его спину. — Я же вас предупреждала, что места для меня нет и…

Ник оборачивается, от равнодушной непривычной маски на лице я осекаюсь, внутри всё индевеет, дьявол выгибает бровь:

— Разве это должно меня волновать, мисс Абервуд? Найдите столик, украдите, обманите, заплатите за него деньги, это ваша работа.

У меня дернулся глаз. Нет, ну, какой он иногда бывает засранец!

Бредя в номер, не переставала возмущаться. Может, и не все мужики такие, да только если этим индивидам отказать хоть в чём, всё, враг в лице его обеспечен. Очередное, блин, доказательство!