ГЛАВА 7

Нютка была дома, выглянула в коридор, поздоровалась и вернулась к своим делам.

Даша провела гостя на кухню, усадила, поставила перед ним целую тарелку с картошкой, нарезала хлеб и соленые огурчики из запасов тёти Светы.

– А ты? – Спросил Виктор, когда она села рядом с одной чашкой чая.

– Поужинала уже. Чаю выпью.

Было приятно смотреть, как он ест. Быстро. С удовольствием.

Лёва не любил, когда на него смотрели во время еды, даже психовал иногда. А Виктор в ответ улыбался.

Когда тарелка опустела, а случилось это очень быстро, Даша насыпала ему добавки и порадовалась, что приготовила много картошки. Она только недавно привыкла, что готовить на себя и дочку нужно в три раза меньше, чем она готовила раньше. Теперь Даша много готовила лишь иногда, с расчётом на несколько дней. И повезло, что это иногда случилось именно сегодня, перед приходом Виктора.

Потом Даша налила ему чай.

Из комнаты выскочила Нютка и завопила:

– Мама! Папа звонит!

– Хорошо. Передавай ему привет. – Сказала Даша.

– Передам!

Дочь скрылась за дверью.

– Вы в хороших отношениях? – Спросил Виктор. – С твоим мужем?

– С гражданским мужем. С сожителем. – Поправила Даша.

А когда-то она готова была с пеной у рта спорить, что гражданский брак – то же самое, что официальный. Без любви никакие штампы не важны. Все эти бумажки – они никому не нужны.

А сейчас вот поняла разницу и сама её уточняла. Неизвестно, зачем. Может, чтобы напомнить себе лишний раз, какой дурой была.

– Ясно. Так в хороших?

– Да вроде бы.

– Нютке это нужно. – Виктор посмотрел на дверь долгим взглядом. – В смысле, отец.

– Да, конечно, я понимаю.

– Твоей дочери повезло. – Он быстро улыбнулся. – Что ты понимаешь. Как ни странно, таких меньшинство.

Даша снова улыбнулась. Она, конечно, и сама знала, что молодец, но всегда приятно услышать это ещё от кого-нибудь.

– Ты, кажется, всё обо мне знаешь? – Она сморщила нос.

– Да. Это же маленький городок.

– Я тоже всё о тебе знаю.

Напрямую спросить Даша не рискнула, всё-таки это слишком личное. Но Виктор сам рассказал. Вздохнул и покачал головой.

– Ты о моём сыне? Который не мой?

Даша кивнула.

– Да, вот так вышло. – Он задумался, поднял руку и потёр глаза. – Так и вышло, что у меня не оказалось сына… Я потом, когда искал, как отвлечься… говорят, есть пословица, когда деньги потерял. Звучит: “Спасибо, Господи, что взял деньгами”. Так вот, я говорил: “Спасибо, что сыну было всего два года, когда он перестал быть моим сыном. А не двадцать”.

– Ты его не видишь?

– Нет, конечно. Я ему никто. Никаких прав видеться с ним не имею. Да и не нужно уже. У него другой папа, зачем ему ко мне привязываться? – Виктор поморщился. – Всё прошло уже.

– А ещё мне говорили!… – Начала Даша радостно, чтобы отвлечь его от этих грустных мыслей. – Что ты ужасно грубый! Но я ничего такого не заметила.

– Грубый. – Виктор прищурился. – Это правда.

– Да ладно! – Не поверила Даша.

– Я сюда приехал… в плохом состоянии. Все женщины были… ну, я уже говорил. Видеть никого не мог. Так что каюсь, был груб. Когда кто-нибудь ко мне подходил и мило начинал разговор – я вспоминал. Жена была так со мной мила! Голос тихий, взгляд обожающий. Когда мы встречались. А оказалось, она забеременела и выбирала… И у меня просто оказалось больше денег. Своя квартира, часть бизнеса… Теперь-то я от этого избавился. Ну, чтобы больше не влипнуть.

Даша молчала.

– Ну вот. – Виктор вздохнул. – И всё. И я больше не хочу вспоминать. Хочу снова жить. Понимаешь?

Она, как ни странно, понимала. И кивнула. Тогда Виктор навалился локтями на стол и придвинулся.

– Я хочу попробовать снова. С тобой.

– Со мной?

Даша посмотрела на него и тут же опустила глаза. Не смогла выдержать прямого взгляда. Он был… что-то было в нём такое, что подкупало. Спокойствие и какая-то основательность.

– Я больше не пью. С этим всё. – Сказал Виктор. Вовремя, это действительно было важно. Но, к сожалению, ничего не решало.

– Я… хорошо. – Пробормотала Даша. – Ну, что ты больше не пьёшь. Но я больше не… я пока не могу. Это… нет, извини.

Она вскочила со стула и отошла к раковине. Налила в стакан воды, отпила, хотя пить не хотела.

Неловко это всё. Да, он, кажется, хороший. И, возможно, ей нравится. Возможно. А может и нет. Слишком мало времени прошло, всего несколько месяцев, как разрушилась жизнь с Лёвой. Рухнула крепкая, как она считала, семья. Не осталось ни сил, ни доверия к кому-либо. И что? И снова на те же грабли?

– Нет, я не могу. – Продолжала болтать головой Даша.

– Спасибо за ужин.

Раздался звук отодвигаемого стула. Даша оглянулась. Почему-то она не ожидала благодарности.

– Что?

– Спасибо, было очень вкусно. Ты готовишь лучше, чем я.

Виктор снова был спокоен.

– Мне пора.

Он, не задерживаясь, прошёл в коридор и обулся. Снял с вешалки свою куртку.

– Извини. – Пробормотала Даша. – Я просто…

– Ничего, не оправдывайся. Я понимаю. Слишком рано. У каждого свой срок переживать прошлые отношения.

– Да. Ты прав.

Даша пожала плечами.

– Обращайся, если что. – Сказал Виктор напоследок. – Буду рад тебя иногда видеть. Ну, и моё предложение насчёт бухгалтерской стажировки в силе. Удачи тебе.

И Даша осталась одна.

Она стояла в коридоре, смотрела на закрытую дверь и вздыхала. Потом вернулась на кухню. Посуда… из которой ела не она и не Нютка. Непривычно. Чашка, из которой пила не она. Хлеб, который не доела не она.

Как это, когда в твоей жизни снова появляется мужчина? Даша почему-то не могла себе этого представить. Как-то не складывалось ничего.

Нет, она не была к этому готова.

Перед сном Даша по привычке выглянула в окно. На лавке было пусто. Она даже разволновалась слегка – где же Наташин ухажер? Неужели сдался? С другой стороны – это лучше, чем если бы он продолжал сидеть зимой и совсем замёрз. Пусть лучше дома греется.

А на следующий день ей позвонил Лёва. По Вотсапу. Даша как раз лепила пирожки на кухне и подумала, что это Нютка – дочь часто звонила ей из школы. Даша сразу ответила. И увидела на экране не дочь, а Лёву.

Надо же, а она уже отвыкла его видеть. Лицо вроде знакомое, но уже… но уже будто не совсем. Даже чуточку чужое… и даже, кажется, неприятное. По крайней мере, выражение такое, будто он собирается быковать.

– Привет. – Сказал Лёва и стал её разглядывать. Только тогда Даша поняла, что она включила видео. На ней старая футболка, кухонный фартук и платок на голове, а лицо в муке – Даша часто по привычке поправляла выбившиеся волосы рукой.

– Привет. Чего тебе?

Стало неприятно. И странно как-то… Десять лет она прожила с этим человеком, спала с ним, а теперь уже не понимает, почему она это делала.

– Ну что? Нашла себе уже мужика? – Грубо спросил Лёва.

– Что? – У Даши глаза на лоб полезли.

– Нютка вчера сказала, у тебя мужик какой-то сидел. Недолго ты приличную из себя строила.

Это что такое было? У Даши все слова пропали. Она стояла столбом и только глазами хлопала.

– Что?! Какое ты вообще право имеешь… – Начала возмущаться Даша, но Лёва вдруг прервал.

– Не надо оправдываться! Знаешь, что я хочу тебе сказать? Нашла нового мужика – вот и живи за его счёт! Я тогда тебе ни копейки платить не буду. А то хорошо устроилась – и там подсуетилась, и здесь.

Даша будто онемела. Может, и хорошо, потому что всё, что она могла сказать сгоряча, всё равно погоды бы не сделало, а вот скандал вышел бы знатный. Она потратила бы на этот скандал все силы, истрепала бы все нервы… и ничего бы не выиграла.

– Поняла? – С наездом спросил Лёва.

Он бывал грубоват, мог взять и сказать какую-нибудь гадость насчёт её внешности или умственных способностей. Даша оправдывала, ну мало ли, на работе дёргают, устал, чувствует себя плохо, родители болеют, машина сломалась… да мало ли что могло произойти. Жена должна понимать и поддерживать.

Но сейчас-то она ему ничего не должна?

– Лёва. – Даша на секунду закрыла рукой телефон и нервно вздохнула. Потом продолжила. – Не твоё дело, с кем я встречаюсь.

– Я сказал… – Начал он.

– Ты будешь платить алименты. – Перебила Даша.

– Ты плохо слышишь? Я…

– Ты будешь их платить сам, или я подам в суд.

Тут Лёва замолчал и Даша смогла спокойно закончить.

– Ты должен платить Нютке четверть всех заработков. А я знаю, сколько твоя официальная зарплата. Я согласна снизить сумму алиментов до двадцати пяти тысяч в месяц.

– Что?!

– Или мы сейчас с тобой договоримся на сумму в двадцать пять тысяч, или я пойду в суд. Если ты хочешь сказать, что перейдёшь на другую работу и станешь работать в чёрную, это не поможет. Тогда суд назначить алименты в твердой сумме. Буду взыскивать, блокировать твои счета и карты. А у тебя недвижимость… ну, в общем, можешь обдумать, но если в назначенный день ты не переведёшь мне двадцать пять тысяч, на следующий день я подам заявление в суд. Это всё, что я хотела сказать.

И Даша повесила трубку.

Выдохнула.

Телефон тут же затрезвонил снова, но она отложила его и ушла из комнаты. На самом деле Дашу трясло. Вот с чего бы, казалось, такая реакция? Она просто поговорила по телефону две минуты. Но, кажется, чуть ли не трагедию пережила, жуткое ДТП там или вообще конец света.

Больше Лёва не звонил и не писал. Даша вернулась на кухню и спокойно закончила готовить, но всё ещё была не на своём месте.

Хотелось поделиться с кем-то происходящим, но тётя Света была на работе, а Наташа… ну, ей, наверное, будет неинтересно. Возраст другой, жизненный опыт разный. Подруг тоже не было, с институтскими Даша давно потеряла связь, с прошлой работы… их уже подругами не назвать, тут, на новом месте, она тоже ни с кем не сдружилась.

И вдруг в дверь позвонили. Даша удивилась, но пошла открывать.

В коридоре стояла Наташа и куталась в огромную вязаную кофту.

Они осмотрели друг друга. И рассмеялись. А всё потому, что выглядели почти одинаково – джинсовые шорты до колен и голубая футболка, а поверху – кофты, которые связала тётя Света. У неё самой была точно такая же, третья. Отличались только цветом – серая, бежевая и розовая.

– Ты ко мне? – Спросила Даша, когда Наташа вошла.

– Ну да.

– С чем?

Наташа надула щёки и выдохнула.

– Ну как сказать…

– Чаю?

– Давай.

На кухне Наташа села за стол и снова вздохнула.

– В общем… я пришла, потому что у меня стены трясутся.

У Даши чуть сахарница из рук не вывалилась.

– Что, прости?

– Ну, сижу я, делом занимаюсь, и тут стены трясутся. И мерзкое такое жужжание… з-з-з-з… Знаешь, будто комары летают. И всё из твоей квартиры.

Даша села за стол.

– Ничего не понимаю.

– Ага. – Наташа кивнула. – В общем, что-то случилось?

Даша прикинула… и рассказала. Раз спрашивают, почему бы и нет?

Опомнилась в самом конце рассказа, когда уже вскочила и бегала по кухне, не в состоянии успокоиться.

– Представляешь? И он мне такое заявляет! Кинул меня. Кинул дочь. И тут он претензии мне какие-то высказывает!

У Даши закончились слова, она замолчала и села обратно за стол.

– Ну ты молодец, конечно. – Наташа покачала головой. – Правда. Про алименты ты всё правильно сделала.

– Да я просто не ожидала! Как-то… будто меня две стало. На самом деле я-то же самое чувствовала, когда меня Лёва бросил. Я будто разделилась на две Даши. Одна ныла, причитала и жутко всего боялась. А вторая просто шла и делала. Документы собирала, вещи, деньги собирала, о переезде договаривалась, Нютку успокаивала. А первая в это время внутри второй в истерике билась…

– Ого как.

– Да. Я очень этой второй благодарна.

– Хочешь сказать, у тебя раздвоение личности?

– Да вряд ли. – Смутилась Даша. – Думаю, это просто какая-то защитная реакция психики.

– Ну ладно. Главное, что тебе помогла.

– Да. И сейчас. Одна дрожит, боится, что Лёва платить перестанет, а вторая ка-ак сказала!

– Это вторая мне нравится. – Улыбнулась Наташа. – Ты главное, знаешь, что помни?

– Что?

– Что эта вторая – это тоже ты.

Они ещё долго пили чай с пирожками. Даша включила тихую музыку и зажгла свечи. Лёва свечи не любил, говорил, это заскок у баб какой-то на эти свечи. Зато теперь можно было жечь их сколько душеньке угодно! Особенно Даше нравились ароматические.

– А с чего твой бывший решил, что у тебя кто-то есть? – Вдруг спросила Наташа.

Вот тут Даша отчего-то смутилась. Но глупо как-то скрывать, ничего ведь не было такого, что нужно умалчивать.

– У меня вчера Виктор был в гостях. А Нютка как раз с Лёвой в это время говорила, вот и ляпнула ему.

– Виктор? – Наташа просила без подтекста, но посмотрела прямо. – Ты пригласила его в гости?

– Да.

– Но у вас ничего нет?

– Нет.

Наташа и тут не подвела, не стала дольше расспрашивать. Это был тихий и спокойный вечер, в который никто больше никого не допрашивал и вообще ни о чём не говорил.

В общем, Даша выбила Нютке хорошие алименты. Через несколько дней Даше пришёл первый платёж от центра занятости, а в начале месяца – двадцать пять тысяч от Лёвы.

Это был праздник. На двадцать пять тысяч они протянут даже если не работать! Впритык, сложно, но протянут. Конечно, Даша не собиралась жить на эти деньги, тем более они на Нютку, не на неё, но по крайней мере теперь у неё был простор для манёвра.

Ещё через месяц Даша закончила курсы. К тому времени уже была зима, давно выпал снег.

Она старалась не тратить времени попусту. Изучала все учебные материалы, делала все задания, даже дополнительные, и заодно самостоятельно изучала программу 1-С Бухгалтерия, с которой вероятность найти хорошую работу значительно возрастала. Получалось не очень, компьютерные программы были очень далеки от сферы её деятельности в прошлом, но зато ей было интересно. Даша не сомневалась, что однажды разберётся!

Настало время практики. Даша вдруг поняла, что ждала этого дня. Дело в том, что Виктор больше не появлялся в её жизни. Они никак не пересекались. Газеты с объявлениями ей больше не требовались, поэтому он прекратил их привозить. Конечно, Даша знала, где его можно найти, но у неё не было повода. Наверняка, она могла достать номер его телефона и позвонить, но что она могла ему сказать?

Давай дружить?

Виктор вроде дал понять, чего хочет. Мужчины в таких случаях вряд ли согласятся оставаться друзьями. Да и Даше от этого некомфортно, она ведь будет подспудно считать, будто пользуется его добротой, но не может дать ему желаемого. Нехорошо.

Жаль, что они не могут быть просто друзьями. Даша вспоминала Виктора всегда с теплотой и благодарностью.

Но теперь встретиться придётся, ей нужно двигаться дальше, нужна практика. Да и увидеть Виктора, узнать, как у него дела – тоже хотелось.

Даша решила как и прежде просто прийти к нему после ужина в гараж. Может, на ужин позвать. Да, пожалуй, лучше всего угостить его ужином.

По этому поводу она впервые купила на рынке мясо. Пусть свинину, говядина дороже, да и в продаже редко бывала, но мясо! Надо же… Даша успокоила саму себя, что раньше просто и денег почти не было, и повода. Что ей было праздновать?

А сейчас праздновать есть что! Она закончила курсы! Выбила алименты! Она молодец, со всем справляется!

Фух. Ну вот. Даша настроилась, хотя всё равно было страшно. Даже непонятно, почему. Но вдруг… может же такое произойти, что Виктор нашёл себе другую женщину, не такую проблемную, как Даша?

Ну и что? Значит, так и будет! Он вообще-то ей не нужен, на минуточку! Ей вообще никакой мужчина не нужен, от них только проблемы. Да. Если вспомнить Лёву, ну какой от него был толк? Зарабатывал хорошо, да… но это были его деньги, которыми он не делился.

И опять эти мысли. Даша улыбнулась и покачала головой. Она не могла окончательно отделаться от мыслей о прошлом и о Лёве. Всё вспоминала и вспоминала. Понимала, что это ей не нужно и только мешает, но как забыть окончательно, не знала.

Но в тот день мысли о Викторе победили. Даша запекла в духовке мясо, приготовила салат и отправилась в гараж.

Она пришла чуть раньше, чем приходила прежде и застала в гараже клиентов. Двое пожилых мужчин показывали Виктору что-то под капотом машины. Когда появилась Даша, они взглянули на неё крайне неодобрительно.

Даша убедилась, что Виктор её заметил и отошла в сторону. Через несколько минут от подошёл.

– Привет, Даша.

– Привет.

– Рад тебя видеть.

Даше стало тепло от его слов, таких простых. Хотелось поговорить, узнать, как у него дела, но мужчины, которых Виктор оставил у машины, уже недовольно посматривали в их сторону.

– Можешь сегодня зайти ко мне? Не хочу тебя сейчас отвлекать, а мне нужно начинать практику. Курсы закончилась. И я приготовила ужин. Зайдёшь?

– Да, конечно, с удовольствием.

– Тогда жду. Когда примерно освободишься?

Виктор взглянул на мужчин и сказал:

– Буду через час.

Через час он действительно стоял на пороге.