Глава 26

Владеющий собой человек пришел домой рано, не в силах дольше носить свою маску. Ему казалось, что его раскрыли. Все вокруг видели его насквозь, видели его вину, его одержимость. Каждые пять минут он со всех сторон оглядывал себя в зеркале, проверяя, что не изменился. Он остался прежним, если зеркало не врет. Думать об этом само по себе было неприятно: еще не страх, пока нет, но уже отголосок будущей тревоги. Вдруг зеркало лжет?

Он рассчитывал, что ему полегчает, как в прошлый раз. Так и случилось, на несколько часов. Закончив ночью работу, они вернулись домой. Он заснул глубоким сном без сновидений.

Однако стоило ему проснуться – а скребущая тревога уже тут как тут. Он нервничал еще сильнее, глядя на Дэниела, под холодной выдержкой которого кипел гнев. Как вулкан, скованный ледником. Тогда владеющий собой человек выпил один флакон – в этот раз он наполнил восемь. Но отсрочки почти не получил.

Теперь, придя домой после мучительного дня, он метался по своей комнате, как загнанный зверь. В животе поселилось неприятное ощущение. Дэниел зол на него. Потому что он сорвался прошлой ночью.

Владеющий собой человек как будто снова стал ребенком, лежащим в своей кровати после того, как мама выплакала все глаза и он дал ей слово больше никогда-никогда так не делать. Он лежал и слушал, как родители разговаривают. Как мама рассказывает, что звонил учитель, что сына в очередной раз поймали за руку, что он опять резал себя тупыми ножницами и рисовал ту картинку, с черными и красными фигурами. Мама заходилась в рыданиях, а отец успокаивал ее, обещая найти другого врача. Того, кто выяснит, что не так с их сыном.

Зная, что родители на него сердиты, всю следующую неделю он передвигался по дому крадучись и в школе сидел тихо, стараясь не привлекать к себе внимания. А жгучее чувство вины и беспокойство разъедали ему внутренности, как прожорливые паразиты…

И вот все повторяется. Он задержал дыхание и прислушался. Может, услышит, как Дэниел разговаривает со своим отцом? «Ночью он укусил женщину, как дикий зверь. Не знаю, что с ним делать».

Но отец Дэниела уже мертв, напомнил он себе. И потом, Дэниел – друг.

На самом деле Дэниел ни разу не рассердился на него за все те годы, что они знали друг друга. Он всегда такой понимающий, такой деликатный… Единственный, кто всегда был рядом, кто не отказывал в дружеской беседе, кто заверял, что его мысли и желания нормальны, что они бывают у каждого.

Его друг изменился. Из-за опухоли. Она изменила его.

Он вдруг вспомнил, как взъярился Дэниел, увидев новости о розыске Рода Гловера. Как будто это имя что-то значило. Возможно, так и есть.

Возможно, это имя опухоли.

Неудивительно, что поведение Дэниела так изменилось. Его пожирала изнутри хищная, ненасытная опухоль. Род Гловер. Воображение рисовало, как рак захватывает мозг Дэниела, разрушает его, пока от друга не останется лишь пустая оболочка, управляемая опухолью.

Как друг, он обязан помочь Дэниелу в этой схватке. Помочь ему сохранить себя.

Владеющий собой человек снова посмотрел в зеркало, глубоко вздохнул, надел свой невидимый маскировочный костюм, позволил появиться легкой улыбке. Затем пошел на кухню, открыл холодильник и взял один флакон. Может, в прошлый раз попался испорченный? Он встряхнул бутылочку и осушил ее одним быстрым, жадным глотком.

Ничего. Ни мгновенного облегчения, ни прилива сил.

Он услышал за спиной шаги: подошел Дэниел. Протянув руку к холодильнику, взял бутылку пива.

– Я прошу прощения за вчерашнее, – сказал он Дэниелу.

– Прекрати уже извиняться! – прорычал тот. – Ты уже десять раз это повторил.

Неужели десять? Может, и так.

– Не хочу, чтобы ты на меня злился.

– Дело не в тебе, – ответил Дэниел, глотнув пива.

– Тогда почему ты злишься?

Друг покачал головой.

– Не парься. Дело не в тебе, понял? Я совсем не сержусь. Все отлично.

– Ладно. – Он все и так уже знал. Знал про Рода Гловера. Но решил ничего не говорить. Чтобы не смущать Дэниела.

– Мне все хуже, – сказал тот. – Я думал, что иду на поправку, но боли усиливаются, и вчера… – Он крепче стиснул бутылку, и в какой-то момент казалось, что вот-вот разобьет ее о стол. Но не разбил. – Впрочем, неважно.

– В холодильнике есть еще флаконы.

– Спасибо, я воздержусь. – Дэниел сделал еще глоток пива. – Тело до сих пор не нашли. В вечерних новостях ничего не сообщали. В Инете – тоже.

– Может, нашли, но не сообщили прессе…

Дэниел саркастически усмехнулся.

– Ну что ж, у меня нет времени ждать. Нужно позвонить.

Владеющий собой человек вздрогнул.

– Хочешь, чтобы это сделал я?

– Нет, вдруг кто-нибудь узнает твой голос… Я сам позвоню завтра, рано утром. Моя роль уже ни для кого не секрет.

– Хорошо.

На губах Дэниела появилась тень мрачной улыбки.

– Кроме того, через пару дней нам придется опять выйти на охоту. Ты готов?

Владеющий собой человек кивнул. Он более чем готов. Ему, то есть им обоим, это необходимо.