Глава 22

Прошедшая ночь показалась мне такой долгой, что, казалось, она никогда не закончится.

Было много речей и суеты. У меня, в частности, состоялся весьма неприятный разговор с бароном Рошалем на предмет силы моей темной магии, развитой настолько, чтобы уничтожить его новейший артефакт, и расспросами, зачем я так нужна Паукам. Причем этот разговор вполне мог закончиться заключением меня в недра Магистериума «на опыты и во избежание», если бы вернувшийся Айронд не пообещал барону великое множество неприятностей, включая отрывание ему голову и собственную отставку. Рошаль отступился, но я была уверена, что наша беседа с ним далека от окончания. К счастью, сейчас его занимали более важные дела: не допустить смуты после того, как станет известно о гибели Дабарра. Наследника-то король не оставил.

А потом моя помощь понадобилась в разрушении второй стелы и короны над статуей. Саму ее пока решили оставить, только днем сбить надпись на постаменте. Действительно, единение получилось так себе.

Винс так же был занят, помогая страже поддерживать порядок. В результате все мы освободились лишь к утру и теперь сидели в покоях Айронда в Кориниуме и устало поглощали завтрак. Пресный, совсем не такой, какой обычно готовил Барристан.

В очередной раз вспомнив дворецкого, я сжала пальцы. По приказу Айронда выделили отдельную палату в Королевском военном госпитале и поставили неотлучную стражу. Рана дворецкого оказалась тяжелой, но, к счастью, не смертельной. Айронд успел вовремя. Но даже несмотря на его заверения в том, что все будет хорошо, я все равно переживала.

Слишком высокой ценой мы заплатили за уничтожение второго Паука! При этом мы точно знали, что работал он не один, следовательно, где-то рядом могут находиться его Клинки. А, значит, опасность еще не миновала.

— На твоем месте, Винс, я бы постаралась оказаться как можно дальше отсюда, — задумчиво пробормотала я. — Все уже знают, что Хингар пал от твоей руки. Значит, Клинки могут захотеть отомстить.

Винсент пренебрежительно махнул рукой:

— Я не собираюсь прятаться, Глория. Ни перед кем. От судьбы все равно не убежишь. Подумать только, Хингар оказался Пауком. А ведь он мне поначалу даже понравился…

— Маги сняли с него последние воспоминания, — поделился новостью Айронд. — И несмотря на то, что картинки оказались обрывочными, его план в общей мере получилось разгадать. Когда все кусочки мозаики легли ровно, он оказался не слишком и сложен. Масштабен — да, но не сложен.

— Айронд, не томи, пожалуйста, — попросила я.

Он потер виски, собираясь с мыслями.

— Его величество, да примет Единый его душу, хотя и сдал в последнее время, но по-прежнему крепко держал власть в своих руках. Войска вовремя получали жалование, налоги если не урезались, то и не росли. Динтару крепко врезали на границах, так что угроза внешнего вторжения тоже миновала…

— Но?

— Но тем, кого называют Пауками, спокойная жизнь явно не по нутру. И на этот раз они своего добились. Теперь Лирания вполне может повторить судьбу Гавиона, уничтоженного триста лет тому назад. Знаешь, как это произошло?

— Знаю. — Я кивнула. — Из-за того, что королевский повар так приготовил телячий бок, что у тамошнего короля случился заворот кишок. Он не оставил наследника, и началась грызня за власть. Все лорды разбежались по своим землям и изо всех сил демонстрировали свою самостоятельность.

— Именно, — подтвердил Айронд. — А потом пришел Динтар и вырезал их всех по одному. Так вот, Пауки хотели устроить нечто подобное. Подбирались к Дабарру как могли. Сначала косвенно, мешая ему заполучить наследника. Затем все ближе, ближе… пока их план не увенчался успехом. Я закрыл твой замок заклинаниями, схожими по структуре с теми, что защищают Кориниум. После успешной тренировки по их преодолению, Пауки решили действовать. Осталось только найти личность кандидата для вливания в высшее общество и таковым оказался архитектор.

— Кстати, а что насчет Батистуды? — спросила я. — Его убили?

— Скорее всего, — не стал отрицать Айронд. — Смысла оставлять его в живых у Хингара не было. Так что, думаю, настоящего архитектора мы уже не увидим никогда. Зато можно примерно определить время подмены.

— Как? — заинтересовался Винс.

— Поведение. И привычки. Хингар прекрасно сыграл свою роль, но во многом прокололся. Жаль, что это стало понятно только сейчас.

— Это в чем же?

Айронд на мгновение задумался и ответил:

— Батистуда, хотя многие и признают его гением, в жизни был достаточно неприятным типом. Нелюдимым и погруженным в себя. Рошаль уверен, что в столицу прибыл именно он. Получив королевское разрешение, Батистуда действительно занялся работой, не отвлекаясь ни на что больше. Но в какой-то момент, а именно месяц назад, линия слегка поменялась. Он перестал заниматься благоустройством улиц и домов, перестал брать частные заказы. Вместо этого старик много ходил по городу и тщательно что-то мерил, объясняя это тем, что разрабатывает какую-то новую концепцию. На самом деле, как теперь ясно, он рассчитывал необходимые для финального заклинания величины и устанавливал в ключевых точках те самые злополучные стелы. Ну а саму идею финальной статуи Хингар, судя по всему, вытащил из мозга настоящего Батистуды. Ему ничего не оставалось делать, кроме как играть роль архитектора до конца, ведь к тому времени король никого не удостаивал личной аудиенции. Так что другого способа подобраться к Дабарру не было. Но Хингар, хоть и сильный маг, все же не архитектор. Так что сам себя выдал.

— Так, получается, верховный маг его и разгадал?

Айронд утвердительно кивнул:

— Да. Когда мэтр Вендель пришел в сознание, мы с Рошалем тут же прибежали к нему в палату. Мэтр, конечно, сказал мне много… гм… всякого, — он на мгновение запнулся. — но потом все же объяснил, что произошло. Когда корона повела себя не так, как задумывалось, на одно мгновение капитан Хингар потерял над собой контроль, восхитившись собственным творением. И мэтр Вендель успел уловить это в его мыслях. Когда мэтр понял, что архитектор не тот, за кого себя выдает, он попытался связать лже-Батистуду заклятием, но магия уже сбоила и ничего не вышло. Тогда он решил подойти ближе для лучшей настройки, но…

— Но тут вмешались мы, — с досадой заключила я.

— Думаю, что шансов у мэтра Венделя все равно не было, — отметил Винс и широко зевнул. — Готов поспорить, что маг бы внезапно поскользнулся или у него закружилась бы голова, или… Да мало ли, что мог с ним сотворить воин такого уровня, как Хингар. И никто ничего не заметил бы. Так что мэтру сама судьба нагадала свалиться с вершины пирамиды. К счастью, он уцелел.

— Думаю, что это покушение войдет в историю, как самое масштабное, — сказала я. — Но что же теперь будет?

— А вот на этот вопрос позвольте ответить мне, — внезапно раздался голос от входных дверей.

Барон Рошаль стоял на пороге и разглядывал нас троих из-под нахмуренных бровей. Впрочем, лично я отвечала ему тем же. После недавнего разговора видеть Рошаля мне вообще не хотелось.

Увы, выбора не было.

— Прошу вас, барон, — произнес Айронд, мгновенно приняв отстраненный вид. — Располагайтесь.

Рошаль кивнул, обернулся, чтобы рявкнуть на кого-то невидимого в коридоре и закрыл за собой дверь.

— Совсем ополоумели, сопляки, — проворчал он. — Только при дворе появились, а туда же, с места в карьер.

Пройдя мимо меня, Рошаль уселся в свободное кресло.

— Отвечая на ваш вопрос, Глория, скажу, что будет грызня, — мрачно сообщил он. — До церемонии погребения Дабарра власть в Лирании взял на себя Верховный совет лордов, но это продлится лишь неделю. Поэтому сейчас все высшее дворянство озабочено одним — кого признает родовой камень. Ну а кое-кто уже сделал все необходимые выводы. Кстати, — он обратился к Винсу, — лично вы не заметили ничего странного прошедшим днем?

Тот удивленно посмотрел на него:

— К чему вы клоните, барон? Если к тому, что за эту ночь я получил почти полсотни приглашений в самые разные дворянские дома и мне назначили почти с два десятка свиданий, то что в том такого? — Винс тряхнул головой.

— Действительно, что? — Рошаль усмехнулся, а затем вкрадчиво уточнил: — С чем вы связываете столь возросшую популярность?

— Как это с чем? — Винс довольно улыбнулся. — Я ж, все-таки, убийцу Дабарра завалил. Страна чтит своего героя.

— Стране насрать на своего героя, — жестко оборвал его барон. — Дело в том, лорд Винсент, что о вашем отречении от фамилии пока никому не известно. И сейчас именно вас считают первым претендентом на престол.

У Винса округлились глаза. Он набрал в грудь воздуха, но барон не дал праведному возмущению выплеснуться наружу, сказав:

— В связи с этим фактом у меня к вам деловое предложение. Давайте вы все-таки немного побудете этим самым претендентом.

— Иди. В. Пень, — четко выговорил Винс, откидываясь на спинку своего кресла.

Услышав такое обращение, Рошаль слегка побледнел, но сдержался, бросив взгляд на Айронда.

— Винсент, в словах барона есть резон… — начал было тот, но Винс торжествующе хлопнул в ладоши:

— Я так и знал! И давно вы это придумали?

— Сегодня ночью, — спокойно ответил Айронд. — И, поверь, я был последним из тех, кто видит в тебе короля. Но даже я признаю, что на данный момент это лучшее решение.

— И ты иди в пень, — ответил ему Винс и посмотрел на меня:

— Ты тоже с ними, Глория?

Я беспомощно переводила взгляд с одного на другого.

— Винс… я не знаю. Может, и правда…

— Я понял, — оборвал он меня. — Про пень ты уже слышала.

И тут Рошаль не выдержал.

— Да ты понимаешь, что сейчас начнется, упрямый мальчишка?! — рявкнул он. — Так я тебе скажу — смута! Прямого наследника нет! Представляешь, как дворяне начнут друг другу глотки грызть?! А там еще и динтарцы напасть могут! Так от Лирании уже через месяц ничего не останется! И все потому, что ты отказался послужить на благо королевства, пока мы не найдем претендента на трон!

Выпалив все это, Рошаль резко выдохнул и замолк. В покоях воцарилось тяжелое молчание. Мы все старались не встречаться взглядами.

Однако когда стало совсем невыносимо, Винсент подал голос:21b4bc

— Освобождение моего сыскного бюро от налогов. Пожизненно. Это первое. Второе — свободный допуск куда угодно. Если проще, то звание агента Тайной стражи. Тоже пожизненно. Третье… третье я еще не придумал. Но придумаю, мать вашу, обязательно.

— Принимается! — тотчас утвердил Рошаль, мигом оживившись. — А пока все будут гадать, действительно ли на троне окажется Винсент Первый, мы тихо и спокойно подберем подходящую кандидатуру.

— И сколько это продлится? — уточнил Винс.

— Думаю, управимся за пару недель. — Барон перешел на деловой тон. — Сначала будет подготовка к похоронам короля, потом подготовка к коронации. Как раз выиграем нужное нам время. А на коронацию приведем кого надо. Заодно и кандидат не подвергнется опасности, до последнего момента оставаясь в тени. А то сейчас шпионов и убийц вокруг поприбавится. Клятвы верности-то некому давать пока. В общем, лорд Винсент, отечество вас не забудет.

Тот только хмыкнул. Сообщение о вероятных убийцах по его душу Винса, кажется, только развеселило.

А вот меня — напротив. И, кстати…

— Но что будет с родовым камнем? По традиции он ведь должен признать короля, — вспомнила я. — А если он не одобрит ваш выбор?

— Значит, его просто разобьют и выкинут в океан, — цинично ответил вместо барона Винс. — Когда дело касается власти, ты не поверишь, сколько найдется людей, готовых попрать любые традиции. А скорее всего так и будет, недаром это именно родовой камень. Он абы кого признавать не будет. Кроме нас с Айрондом даже не знаю, у кого еще есть хоть какие-то шансы на это.

— Есть еще пара фамилий. — Рошаль снова нахмурился. — Родство с королевской династией там, конечно, более дальнее, но… посмотрим. Разберемся. Главное, благодаря вам, лорд Винсент, у нас появилось время. Вы в очередной раз продемонстрировали, что судьба Лирании для вас не пустой звук.

— Я вообще очень трепетно отношусь к своему имуществу, — с усмешкой ответил ему Винс.

— Вот и славно. — Барон кивнул. — В таком случае, будьте любезны пойти со мной. Необходимо обсудить детали вашего поведения на ближайшие две недели. И скоро собирается совет лордов. Вы должны на нем присутствовать.

Винс как-то разом скис.

— А это обязательно? На кой демон мне совет? Вон, пусть Айронд лучше сходит…

— Вопросы, которые будут там обсуждаться, не касаются безопасности королевства, — отметил Рошаль. — Совет собирается на обсуждение церемонии погребения Дабарра. Как его преемник вы должны проявлять в этом максимальное участие.

И, не слушая новых попыток Винса отказаться, буквально вытолкнул его в коридор. После чего коротко кивнул нам с Айрондом, прощаясь, и вышел тоже.

Когда за ними закрылась дверь, я задумчиво произнесла:

— Как думаешь, каким бы королем стал Винс?

— Бесстрашным. Немного вспыльчивым и любящим вино. В общем, для Лирании ничего бы в целом не изменилось, — ответил Айронд и слегка улыбнулся.

Я хихикнула, а потом, посерьезнев, посмотрела на него.

— Не жалеешь, что женился?

— Нет, — твердо ответил он. — Теперь — особенно.

— Но ты и впрямь стал бы лучшим ко…

Закончить мне не дали губы Айронда.

— Рошаль не позволит выбрать недостойного короля, — мягко целуя, шепнул он. — И я помогу ему, если понадобится. Но и только. Свой выбор я уже сделал. Никакой трон тебя не заменит. Я люблю тебя, Лори, и ты это знаешь.

Я знала. И с каждым его поцелуем, с каждой лаской страхи и переживания о будущем, опасения и мысли о Пауке, которому я была зачем-то нужна, отступали прочь. Все это стало не важно. Важными были только губы моего мужа, его руки и жар его тела.

Да, возможно, и Лиранию, и нас ждет тяжелое время. Но мы справимся. Справимся, как и раньше. Главное — что мы вместе. И ничто, ни смута, ни Паук, ни даже королевский трон, не сможет нас разлучить.

Никогда.