Питкевич(Samum)Александра. Годичные кольца нашего мира · Глава 26

Глава 26

В свете огня уже виднелись яркие стены моего когда неприятная мысль царапнула сознание. Остановившись на месте, я тихо прищелкнула языком. Рядом буквально через мгновение возникла черная тонкая фигура. Склонив голову в шаге от меня знакомый страж тихо уточнил:

— Мне показалось, или вы звали, княгиня?

— Не звала, но ты вовремя, — я пока не слишком привыкла к подобному соседству и к стражам, но булла рада, что Гай-ку вышел из тени.

— Какие-то приказания? Вас что-то беспокоит? — стражник сделал шаг ближе, с пристальным вниманием оглядываясь по сторонам. А мне казалось, что тени вокруг него становятся гуще, приглушая свет ближайших костров.

— Найди мою служанку, Шивин. Меня беспокоит ее отсутствие.

— Слушаюсь. Это все?

— Пока да.

— Тогда осмелюсь напомнить, что вас лекарь ждет. Об остальном я позабочусь, не переживайте, княгиня, — Гай-ку произносил эти простые слова с таким почтением, что я чувствовала себя королевой, не меньше.

Кивнув, все еще хмурясь то неприятных мыслей, я двинулась дальше вместе со своим эскортом. Короткий осмотр лекаря, сменяя причудливого но такого удобного платья на домашнее одеяние, а Шивин все не было. Утомленная ожиданием и волнением, я, в конце концов уснула, на мгновение вынырнув из сна только тогда, когда под утро меня подтянули к теплому боку, то которого смутно-знакомо пахло кожей и чем-то травянистым.

* * *

Она меня удивила. И очень порадовала. Истинная княгиня, посчитав свое решение верным, она пришла не, смотря на сомнение и страх, которые все же можно было рассмотреть и в позе и во взгляде. Но воля оказалась сильнее.

Раздумывая, как дальше может сложиться наша жизнь и как бы по возможности быстрее оказаться с собственной супругой в относительной уединенности, не обратил внимания на командиров, возвращающихся в шатер. Как бы там ни было, нужно было продолжить обсуждение некоторых вопросов.

— Какая интересная особа, твоя княгиня, — сдержано шепнул мой самый таинственный командир.

— Не без этого, — согласился, подходя к карте. На время пришлось отодвинуть мысли о женщине, и заняться делом. — Выяснили, кто пытался отравить невест в дороге?

— Нет, но есть кое-какие подозрительные признаки, указывающие, что это была, по крайней мере не одна персона.

— Точно?

— Совершенно. Использовали разные вещества, и подходы очень отличаются, — хмуро ответил Фарук. Его глаза сощурились еще сильнее, превратившись в узкие щели. — И, княже, если одно из веществ мы потеряли после дома герцога, то мои помощники все еще чуют шлейф второго. Не хочу сказать лишнего, но стоит задуматься.

— Лизабет не стала бы, если ты намекаешь на нее, — я не злился, отлично понимая, что Фарук не посмеет делать выводы без улик.

— Я и не про княгиню, командующий. А про ее комнатную девушку. Пока явных доказательств нет, так как запах сильно перебивают мыло и травы для волос, которыми благоухает наша хозяйка, но если бы ты позволил…

— Без согласия княгини я не могу позволить допрашивать или обыскивать ее служанку. Такое оскорбление может стоить доброго ко мне отношения супруги. Подождем, пока появятся какие-нибудь основания.

— Не боишься, что опасность может грозить и княгине?

— Тахира присматривает за всем. Тут уж скорее меня самого попробуют потравить, нежели Лизабет. Но и ты приглядывай. И так, вернемся к распределению сил. Сколько отрядов отправить в Ультстраллинг, а сколько в гарнизон? Что по последним данным с границы?

Обсуждения шли уже с добрый час, когда неожиданно нас прервал Гай-ку, появившись из тени с коротким поклоном.

— Князь, требуется ваше внимание.

— Что-то с княгиней? — на мгновение мне показалось, что Фарук оказался прав, и Лизабет была под ударом, но страж покачал головой.

— Госпожа уснула почти полтора часа назад. Дело в другом. Ее служанку, Шивин, нашли чуть ниже у реки. С кинжалом в спине.

— Вот тебе и решение, Фарук. Прикажите выставить охрану у того места, путь тени осмотрят ближайшие территории. Все вещи этой девицы для досмотра. Проследи, чтобы даже самая незначительная нитка или лента не пропала. Хочу знать все. Выполняй. Думаете, кто-то из своих?

— Свои бы организовали встречу в лагере, — покачал головой мой хмурый командир. — Куда проще организовать встречу за шатрами, чем за пределами лагеря. Не так-то просто выйти за территорию. Особенно если не знаешь правил. Не думаю, что служанка попала случайно.

— Я и сам того же мнения. Тахира предупреждала, что девица ведет себя подозрительно, но подобного я не ждал. Нужно все выяснить до мельчайших подробностей. Только не поднимайте шума.

— Все ясно, княже. — Гирс кивнул головой, принимая приказ. Дело было серьезным. — Княгине пока не станешь сообщать?

— Нет. Это дело не простое, а лекари и так не довольны крепостью ее здоровья. Пусть сперва выспится. — Я и так не мог себе представить, как отреагирует Лизабет на подобное происшествие, а уж нести такую весть среди ночи — совсем не разумно. Кивнув Фаруку, добавил — Пока Гирс займется осмотром места, идем, глянем с тобой, что интересного может быть в вещах этой служанки.

Мы потратили почти полночи, пока тщательно, предмет за предметом осматривали вещи Шивин, повозку, в которой она ехали и место преступления. В темноте без помощи теней это было бы почти невозможно сделать, и пусть мы узнали не так и много, дело приобретало весьма скверный оборот, вторгаясь в первоначальные планы и угрожая миру.

Отправив по гонцу к Олу и к Йору, в предчувствии тяжелого дня, я все же добрался до постели, предоставив себе возможность хоть немного побыть с княгиней. Кажется, события происходят таким образом, что нам придется расстаться на какое- то время. И произойдет это раньше, чем я надеялся.

Убедившись, что шатер супруги охраняется так, как ему и положено, махнув рукой встрепенувшейся Тахире, прошел за тканую занавеску, в слабом свете единственного фонаря рассматривая спящую женщину. Оставалось надеяться, что ей понравится в Ультстраллинге и она не будет скучать так далеко от веселья столицы. Впрочем, кто мешает мне добавить чуть больше праздников и развлечений для княгини?

Скинув одежду, потянувшись, я с удовольствием забрался под одеяло, притягивая супругу ближе и глубоко вдыхая запах, окутывающий ее.

* * *

Не могла в это поверить. Я сидела, сжимая руки и выкручивая пальцы, но осознать слова, произнесенные Мадисом, не могла.

— Повторите.

— Она вышла из лагеря, чтобы с кем-то встретиться, — терпеливо произнес князь, сидя напротив. Мужчина дождался, пока я оденусь и выпью воды, прежде чем принести подобную новость, хотя происшествие было поздно вечером.

Я почувствовала некую обиду на то, что мне не сказали сразу. Только ее. Не было ни слез ни какого-то отчаяния, словно это все сон или произошло не со мной.

— И?

— Разговор, видно, вышел не таким, как она рассчитывала. Ее убили кинжалом. Достаточно умело, чтобы это можно было посчитать случайностью.

— Мне нужно ее увидеть, — вот теперь в сердце что-то защемило, дыхание вдруг прервалось. Я чувствовала, что сверху нависла волна, огромная и черная. Если такая накроет — потом не выплыть, но мне нужно было увидеть Шивин, чтобы поверить в правдивость слов князя.

— Я разрешу, но только если вы выпьете это, — передо мной поставили маленький глиняный флакон.

— Что это?

— Успокоительное средство. Я мог дать вам его и в питье, но предпочитаю все же, чтобы вы знали правду, — Мадис ждал, излучая только спокойствие и уверенность, а это помогало и мне держать себя в руках.

Взяв в руки теплый флакон, я откупорила крышку. В нос тут же ударил сильный запах трав, заставив скривиться.

— Все?

— Два глотка, — в мою пустую чашку налили чистой воды из кувшина.

С неудовольствием, я все же глотнула снадобье, в очередной раз поражаясь, что все лекарства такие противные на вкус. По жилам тут же разлилось тепло, а через минуту ноги стали какими-то тяжелыми, впрочем, как и голова.

— Так и должно быть, не удивляйтесь, — тихо прокомментировал князь, видя, как я трясу головой, пытаясь вернуть ее ясность мысли. — Сейчас пройдет.

И правда, буквально через пару минут голову отпустило, но я больше не чувствовала того давления в груди, что сжимало сердце еще пару мгновений назад.

— Готовы?

Я смогла только кивнуть, когда князь подал мне руку, помогая подняться.