Глава 35

День и ночь повозка неслась по узким горным дорогам. Мне казалось, что мы не просто уехали далеко от Ультстраллинга, а пересекли границу и находимся в другой стране. От постоянной тряски болело все тело, и спина, и голова. Снова ныло плечо, которое практически не давало о себе знать последние пару дней, но я терпела, сжав зубы. Тахира, сидящая напротив, только хмурилась и качала головой, несколько раз порываясь дернуть штору и потребовать привал. В один из таких моментов, когда от головной боли у меня вырвался тихий стон, пришлось поймать служанку за руку, когда она намеревалась ползвать Гирса.

— Не смей.

— В таком состоянии вы не сможете преодолеть перевал. Дорог и так не проста, а в вашем состоянии — смертельно опасна.

— Ты преувеличиваешь. Да, я не привыкла к такой тряске, большую часть жизни проведя в степенных поездках, но это не значит, что я не справлюсь. Не имеет значения мое состояние, только моя решимость. — Я понимала порывы Тахиры, явно натренированной не только шнуровать мне платье, но не могла позволить считать себя слабой. Не в этой ситуации. — Посмотри среди лекарств, что дала Ино, там точно есть что-то от боли.

— Как прикажете, княгиня.

— Когда мы достигнем перевала?

— Ближе к рассвету, — служанка порылась в сумках, вынув какие-то круглые пилюли, явно скрученные из перетертых трав. Понюхав одну, женщина прикрыла глаза. — Имбирь тонизирует и помогает сосудам, вереск, тимьян. Эта подойдет. Нужно положить под язык.

— У нас лекарства делают в другом виде. Чаще это настои, как у лекаря Назира.

— Воинам не всегда подходят настои. В бой склянки не возьмешь, а несколько пилюль — вполне. — Пожала плечами Тахира, подавая мне кругляш. Видно, в нем присутствовала капля меда, так как помимо резкого, насыщенного аромата и привкуса трав, во ту тут же собралась слюна от сладости. Кроме того, мед помогал немного смягчить сильный травяной дух.

Полегчало мне довольно скоро, так что, даже получилось подремать. Момент, когда повозка остановилась, я упустила, открыв глаза только на стук о деревянную стену повозки.

— Княгиня, мы скоро выступаем. — Громкий голос Гирса мгновенно прогнал остатки сна. Встрепенувшись, наскоро умыв лицо и позавтракав тем, что собрала Ино, мы с Тахирой вышли в сырое ранее утро, потягивая затекшие мышцы. Командир находился совсем рядом, личо наблюдая за тем, как вьючных лошадей, шедших позади повозки, отвязывают. — Сиятельная, это последний шанс вернуться в Ультстраллинг.

— Предлагаешь все же рискнуть твоей головой, и позволить князю ее открутить? Мне казалось, мы уже обсудили все, что было необходимо.

— Я должен убедиться, что мнение княгини осталось прежним. Дальше повернуть назад возможности не будет.

— Она и не понадобится.

— Тогда следует надеть доспех. В нем будет сложнее передвигаться, но если что-то пойдет не так, или же шпионы Йенса прознали про этот проход и там нас ждет засада, он может спасти жизнь, — Гирс знаком подозвал кого-то из воинов.

— Не думаю, что доспех кого-то из воинов будет мне в пору, — только представив, как на меня пытаются надеть защиту Гирса, я едва не рассмеялась в голос. Это было бы то еще зрелище.

— Для княгини мои мастера приготовили все же специальный наряд. У нас не было времени его примерять, но, надеюсь, все же подойдет. Тахира, помоги хозяйке.

Передо мной, прямо на земле расстелили светлую ткань, а затем, деталь за деталью, разложили куски черной, с серебряным тиснением, плотной кожи. Воины, обернувшись к нам спиной, подняв плащи, сделали нечто наподобие ширмы, создав в какой — то мере уголок уединения.

— Я никогда не носила доспех, — тихо призналась служанке, скидывая верхнюю плотную куртку и жилетку.

— Это не будет слишком трудно. Для вас приготовили только нагрудник и шлем, так что это вполне можно пережить.

Нагрудник облегал плотно, как самое парадное из моих платьев, веся при этом значительно меньше. К нагруднику прикрепили какие-то полукруглые щитки на бедра и по черепашьему панцирю на плечи.

— Попробуйте пошевелиться.

— Не так и плохо. Но, боюсь, плащ будет мне сейчас немного лишним. Он меня просто утянет вниз. И мои перчатки. Я не собираюсь их оставлять.

— Это вполне разумно. — Гирс придирчиво осмотрел меня, довольно кивнув головой. — Пока Тахира переодевается, представлю тех, кто будет смотреть за тобой, мой воинственная госпожа.

— И вовсе я не воинственная. Никогда оружия в руках не держала, — тихо произнесла, рассматривая пятерых хмурых воинов, что выстроились позади Гирса. Почувствовав за спиной какое-то присутствие, обернулась, встретившись взглядом с Гай-гу.

— Эти воины все время будут рядом. Прошу не гневаться на них, княгиня, если кому-то придется тебя коснуться или поднять на руки. Гай-ку я доверяю всецело, раз его выбрал князь, но в такой дороге ему может понадобится помощь в присмотре за тобой.

— Я готова, — Тахира, облаченная в черный доспех, появилась рядом. Было с первого мгновения видно, что эта одежда женщине не менее привычна, чем платье. Кажется, у нее даже осанка сменилась, стоило сменить наряд.

— Меч будет бесполезен, но кинжал я тебе, сиятельная, все же выдам. Мало ли что, — Отщелкнув от пояса, Гис протянул мне довольно тяжелый клинок. Вытянув кинжал из ножен, поняла, что совершенно не смогу им воспользоваться, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Но возражать смысла не было, так что я молча, с помощью Тахиры, пристегнула его на положенное место. — Если это все, нам стоит отправляться. Дорога будет трудная.

Трудная?! Почему нельзя было сказать, что мои ноги захотят отвалиться уже через два часа? Почему никто не предупредил, что горло будет сводить от жажды, а в спину стрелять от боли?

Часть пути нам удалось преодолеть верхом, там, где дорога, разветвляясь, уходила наверх узкой тропой. Не привыкшая к верховой езде, имея опыт только прогулок в легком платье в родительском парке, я уже через час была готова идти пешком. Не думала, что от верховой езды может так болеть спина. Кроме того, ткань брюк начала натирать нежную кожу на бедрах, что так же не добавляло мне комфорта. Но пока все было терпимо, а путь только начался, я, сцепив зубы, понукала смирную лошадку.

Когда мы поднялись выше, тропа стала совсем узкой. Я услышала, как впереди, из-под копыт впередиидущих лошадей посыпались мелкие камни. Ниже тропы росли низкие кривоватые деревья, но судя по звуку, за ними был обрыв.

— Спешиваемся. Внимательно.

Короткая передышка позволила потянутся, но рядом уже стоял Гай-ку, жестом предлагая следовать дальше. Мы шли ближе к началу отряда, так что я могла видеть Гирса, ведущего коня в поводу и внимательно выбирающего место, куда поставить ногу. Тропа была очень узкая, звериная, кое-где заваленная камнями. В одном месте пришлось перелезать огромный булыжник, цепляясь за неровный склон над ним. Наши невысокие лошадки оказались куда лучше подготовлены к дороге, чем я, умело ставя ноги в, казалось, совсем непригодных местах. В какой-то момент моя нога соскользнула, протянув меня вниз и распластав на крутом склоне. Конечно, крепкие руки почти сразу поймали меня, не позволяя скатиться ниже, но сердце стучало в горле, а пальцы не хотели отпускать глыбу, за которую уцепились.

— Спокойно, княгиня. Я вас держу. — Голос Гай-ку, немного хриплый, прозвучал почти у самого уха. — Моя нога у вас под правой стопой, так что она никуда больше не покатится. Осторожно приподнимайтесь и подайте руку тому воину. Здесь совсем небольшой участок до нормальной тропы. Медленно, не торопитесь.

Приподняв голову, посмотрела на воина впереди, который, широко раскинув ноги, устойчиво стоял впереди, протягивая ко мне ладонь.

— Давайте, ваша светлость. Только ухватитесь за мою руку и я вас вытяну с этого места, — воин был совсем молодой, но спокойное выражение лица придавало мне уверенности. С трудом оторвав одну ладонь от скалы, протянула руку в перчатке воину. Против ожидания, он ухватил не за кисть. А за предплечье. — Ухватитесь так же.

— Резко не дергай. У княгини травма плеча, — неожиданно напомнил Гай-ку о том, о чем я сама забыла.

— Тогда потихоньку. Переставляйте ноги, как в танце, одну к одной. — Медленно, шаг за шагом, мы вместе двигались к не заваленной тропе. За спиной меня подстраховывал Гай-ку, впереди придерживал еще один мужчина, а я чувствовала себя помехой, которая задерживает весь отряд.

Таким образом мы двигались где-то около получаса, за которые мои ноги свело от напряжения окончательно. Когда под ними оказалась ровная, утоптанная тропка, я с трудом удержалась, чтобы не рухнуть на нее.

— Еще немного, княгиня. Нужно спуститься вниз, к реке. Там сможем передохнуть.

Путь вниз, пусть и более простой, дался мне с трудом. Ноги т о и дело спотыкались, а сесть в седло было не возможно из-за низко нависающих веток деревьев. Идущие впереди немного расчищали тропу, но не настолько, что бы можно было безопасно устроиться верхом.

Зеленые, удивительно яркие деревья расступились, и мы оказались у реки, чье русло бежало между светлыми глыбами камней. Представив, во что я могла бы превратиться, упади сверху, передернула плечами. Лепешка получилась бы та еще.

— Можно передохнуть, — Гирс, сняв шлем и вытирая пот со лба, появился радом, кивая на плоские, немного нагретые солнцем камни. Тахира подала флягу с водой, которой я никак не могла напиться. — Это примерно треть пути, княгиня, но дальше таких сложных участков быть не должно. Большую часть сможем пройти верхом.

— Княгиня, — меня позвал Гай-ку, указав на расстеленный чуть в стороне плащ. — Передохните немного.

С благодарностью посмотрев на стража, отступив за большой камень, получая хоть какое-то уединение, упала на плотную ткань. В долине реки медленно собирались воины, выходя из-за деревьев. Из этого места я могла куда лучше рассмотреть, насколько велик наш отряд. Казалось, что целая армия заполонила местность. Надеюсь, мое решение было верным, и все эти люди не напрасно покинули свои казармы.

— Хозяйка, нужно поесть. Я должна извиниться, но у нас сегодня только такая еда, — Тахира опустилась рядом, подавая нарезанное мясо и простой хлеб. Сейчас ее движения были более резкими, выверенными, что не оставляло сомнений в военном искусстве женщины.

— Это не твоя вина. Позаботься о себе, — только откусив, я поняла насколько проголодалась.