Глава 34
Сидя в кутузке спустя пару часов, я только перебираю последние события. Пытаюсь собрать все в единую мозайку, и не могу.
В голове вертятся несколько имен, среди которых мелькает генерал Ланкин и Андронов.
Есть слух, что они заодно, поэтому контора, на которую я работаю много лет считает, что убрать генерала с поста, значит придавить яйца и Андронову. Этот тип много лет промышляет человеческим рабством и раньше я поставлял ему девчонок, которые хотели лучшей жизни в Европе. Но стоило узнать, что с ними там делают, как я прикрыл лавочку.
Андронова я частенько вижу в своем клубе. Давно имел желание не только выгнать его, но и перекрыть доступ к кислороду.
Но был очень четкий приказ его не трогать.
Еще не давало покоя, как связать все это с покушением на Василису и имитации минирования клуба.
Неужели меня так удачно заманивали в сети, отвлекали, чтобы что? Поставить на мое место кого-то другого?
Хочется позвонить Юре Самсонову. Именно он когда-то помогал мне разобраться в тонкой системе российского криминала. Сейчас он уже отошел от дел, став депутатом и семьянином, но на вопросы отвечал вполне охотно.
Правда, когда я отказался сдавать Андронова и его явки, отношения стали холоднее.
Но судя по тому, что говорил Давид Грановски, прилетевший удивительно быстро из Японии и отдавший за меня залог, именно Андронов зачинщик всех беспорядков. Он давно у него в подозрении, а теперь он видит, как Василиса с Майей в его доме.
Разбираться со всеми загадками я решил позже, потому что этот урод выкрал Василису с Майей у клуба и отвез их в свой дом в Балашихе.
Недолго думая я позвонил Самсонову и собрал небольшой взвод из отморозков, чтобы показать Андронову, что мою женщину трогать могу только я. Только Данил остался не удел. Его оказывается подстрелили, когда девчонки сбегали от спец служб громивших мой клуб.
Рядом сопел и переживал Грановски, но в такие моменты чужие заботы меня мало интересовали. Слишком уж я волновался за Василису, которая судя по тепловизорам была в гараже огромного, каменного дома. И пока мы обстреливали основную часть дома, ей каким-то образом удалось выехать из дома на тачке с Майей и какой-то блондинкой за рулем.
Когда мы вошли в дом, предварительно расстреляв его в решето, там никого не оказалось. И следующие сутки, чувствуя, как внутренности стянуло узлом страха, я в панике бился в поисках Василисы.
«А если их с Майей перевез в другое место Андронов, а если Глызин уже насилует Майю» — зудел мне на ухо Грановски, не вылезая из своего лэп топа.
Но даже его примочки хакера ничем нам не помогали.
И мы бы уже подрались, как вдруг в кабинет Грановски, в его многоэтажном офисном здании входит Максим Одинцов.
Этого парня я помню, как беса — парня который зарабатывал деньги на подпольных боях в моем клубе, но сейчас его скорее можно сравнить с адвокатом дьявола, насколько вышколенным и лощеным он был.
Даже его кудрявые патлы приняли более прилизанный вид, а треники сменились брючным костюмом.
И только взгляд. Все того же волка. Волка, готового загрызть любого ему неугодного.
И когда он начал говорить, сердце замедляло свой бег, а дыхание буквально перехватывало.
Все в нашем мире как известно ради бабла. И чем его становится больше, тем запросы вырастают.
А еще деньги — это власть и именно ею болел Андронов, тот самый дьявол на которого Максим работал. Тот самый, кого мы упустили. Тот самый, который мною так долго манипулировал.
Его связи позволили перехватить сигнал моей конторы из США. Её как оказалось давно нет и в помине. Но Андронов на протяжении трех лет давал мне указания от их лица, как раз во времена последней поставки девок в Европу.
То есть еще раз… Андронов манипулировал мною, как личной игрушкой, как личным солдатом, который делал все так, как ему нужно. Но взбесился, когда я начал взбрыкивать и не убил мера Москвы.
— У него совсем крыша поехала? — ору на Максима, который как будто безразлично попивал кофе. Его словно не волновал тот пиздец, о котором он тут болтает.
— Властью наделенные люди уже не могут остановиться, а Андронов всегда строил из себя бога, который собрал вокруг себя коллекцию кукол и умело ими руководил.
— Кто тебе помог вытащить компромат из дома? — спросил уже порядком успокоившийся Грановски.
— Лана, — поднял взгляд Максим. — Ты ее должен помнить, потому что отправил нас в свою квартиру на Водонаева три года назад?
— Дочь Андронова? — не поверил я. — Но разве она готова его предать?
— Не все дети готовы наступать на следы родителей, что те оставляют, — снова изрекает Максим так медленно, что хочется закатить глаза.
Он рассказывает, что они с дочерью Андроновой встретились спустя три года после расставания и решили вместе вывести Дьявола на чистую воду. Максим не договаривал что-то еще очень важное. Но меня больше интересовало, что она смогла выкрасть компромат, пока дом обстреливали и вытащить девчонок.
— Где она? — тут же опомнился Грановски. — Почему бы не привести… их ко мне.
— Или ко мне, — кивнул я.
— Потому что вас по всем фронтам прослушивают. Как только выяснят где они, захотят использовать, потому что теперь Андронов знает, что его яйца у нас в кулаке.
— Нам нужна помощь мирового суда, — решил Грановски, и когда мы с Одинцовым кивнули, встал и схватил телефон.
Мы обсудили еще несколько важных моментов и решили, что девушкам даже звонить не стоит, пока вопрос с прямыми обвинениями Андронову не решится.
Еще был тот самый насильник Глызин, которого Дьявол взял под свое крыло и судя по всему хотел поставить на мое место.
Теперь все более-менее пришло к единому знаменателю, скрутилось в тугой клубок из событий, распутает который всего несколько человек.
Распрощавшись со всеми, я вышел во влажный сумеречный вечер, попросил парней держаться на отдалении и прошелся по мостовой.
Речные потоки ветра задували мне за воротник и охлаждали разгоряченное сознание. А ведь получается, что никакой подпольной конторы, от которой меня отправили в Россию больше нет.
Получается, что моя задача, только расправиться с Андроновым и прищучить Ланского, который собрался поставлять оружие в одну из восточных, вечно-воюющих государств.
И все…
И все….
Полная свобода действий. В том числе в отношении Василисы.
Я оперся о парапет, повернул голову и наткнулся взглядом на целующуюся парочку.
Даже улыбнулся себе, потому что совсем скоро я закончу то, что начал в кабинете.
Скоро я возьму лицо своей Малышки в руки и второй раз скажу, как сильно ее люблю. И ребенок. Блять…
Я провел рукой по волосам и рассмеялся над собой.
Как же глупо было думать, что она с кем-то могла трахаться кроме меня. Девка, которую тресет, только от одного моего касания. Девка, которая почти кончает от поцелуя. Девка, которая была готова убить ради ребенка. И она бы хрен это сделала, если бы не была уверена чей он. Ради моего сына она была готова убить. Даже меня.
Сердце колотится быстрее, и первым желанием являлось поскорее расправится со всеми делами.
А так как насчет Андронова сейчас изобличительный механизм запущен сам, мне необходимо было прижать Ланкина.
Желательно с помощью непутевого зятя и его жены. Весьма аппетитной судя по видео, где она развлекается с любовником — соседом.
И смотря в дуло пистолета спустя двое суток, которое направила на меня эта русоволосая штучка, я очень четко видел Василису. В голове шумело, кровь прилила к нижней части тела.
Впервые со знакомства с Василисой меня возбудила другая.
Но ради своей Малышки, я готов пожертвовать этой куколкой, потому что мое спокойствие и безопасность это наше будущее. И будущее нашего ребенка.
Пистолет не выстрелил. С некоторых пор он у меня всегда разряжен, а девку я бросил в ноги парней, которые давно не развлекались все вместе. Камера была уже наведена на нужный ракурс, пока с Анастасии сдирали одежду, а муженек на все это смотрел.
Неожиданно дверь раскрылась и залетел мощный, стриженный по-армейски бугай в компании Грановски и его партнера.
А я отпустил всех, потому что с Грановски мне еще вести дела. Тем более, что генерал Ланской прислал мне несколько файлов его якобы обеляющих и сумму, которую задолжал его зять.
И эта бы неделя закончилась вполне удачно… Тем более что с любовником Чернышевской оказался давно потерянный приятель. Артем. Но узнать в этом амбале салагу, с которым мы когда-то курили травку в тренировочном лагере было весьма сложно.
Да, эта неделя закончилась бы удачно, все было готово к изобличению преступного синдиката Андронова, но у девки Грановски так натекло между ног, что она решила нарушить запрет и позвонить ему.
И это повлекло за собой невосполнимые потери. Повлекло за собой пиздец.