ГЛАВА 18

Рид приехал на следующее утро. Ворвался в комнату, которую мы делили с принцессой, схватил ее в объятия и жарко поцеловал. Я смущенно улыбнулась и отвела глаза. На секунду даже кольнуло сожаление от того, что меня вот так обнять некому.

— Ридеон… — тихо прошептала девушка.

— Я очень волновался, — произнес друг хрипло. — За тебя, за вас обоих… Дионея?

Я подняла голову. Друг все еще не отпустил Сандру.

— Спасибо тебе, — с чувством сказал он.

Молча прикрыла глаза и кивнула, принимая благодарность.

Задерживаться в храме мы не стали. Быстро перекусили, собрали припасы в дорогу и уже скоро выходили из пирамиды под палящее солнце. Звонкое радостное ржание огласило округу.

— Таншер! — ахнула я, завидев вороного красавца. — Император здесь?

Наверное, что-то такое было написано на моем лице, что Рид понимающе улыбнулся.

— Нет. Он просто одолжил мне самого быстрого коня в Нарне. Иначе как думаешь я попал сюда меньше чем за ночь?

— Понятно, — протянула я, стараясь даже от самой себя скрыть разочарование.

К сожалению, ахаланская лошадь у Рида была только одна, поэтому нам с Сандрой пришлось усесться на крупных верблюдов, которых любезно одолжила Верховная.

— Как дела в Иллире? Город волнуется?

— Нет, — ответил друг. — Нам удалось удержать все в тайне. С тех, кто видел ваше исчезновение, взяли клятву о неразглашении, а во дворец вернулись качественные иллюзии.

— Быстро вы сориентировались, — удивилась я.

— Аэргар не хотел паники. Все же похищение принцессы — это не мелкое хулиганство.

— Разумно.

В Ишиет, город, в котором влияние пустыни ослабевало настолько, что уже можно было пользоваться порталами, мы прибыли только на следующий день. Оставили верблюдов страже, нашли укромное место, где можно было активировать артефакт, и перенеслись в Иллир. Тайными коридорами пробрались в императорское крыло и оказались в родных покоях.

— Боги, как здесь хорошо, — Сандра вышла на балкон, — так свежо и прохладно, никакого песка и пыли.

— Да, — согласилась я, — не думала, что смогу соскучиться по зелени за каких-то пару дней.

— Леди, ванные готовы, — камеристка принцессы присела в реверансе.

— Ванная, — мы довольно переглянулись. — Что может быть лучше ванной?

Смыв с себя всю пыль и пот, я надела любимое синее платье, быстро уложила волосы в некое подобие прически и вышла в гостиную. Где оказалась перед пронизывающим взглядом золотых глаз.

— Дионея… — тихо произнес император.

Шаг ко мне, я делаю такой же навстречу и оказываюсь в столь желанных объятиях. Наплевав на приличия, обхватываю мужчину за шею, прижимаюсь изо все сил, вдыхая аромат летних трав. И закрываю глаза, позволяя себе побыть обычной слабой женщиной.

— Моя девочка, — хриплый шепот у уха. — Знала бы ты, как я испугался.

— Знаю…

— Никуда больше вас не отпущу. Пока заговорщик не пойман, вы будете под постоянным присмотром.

— Хорошо.

— Посмотри на меня.

Я подняла глаза. Мужчина обхватил мой затылок, безжалостно руша прическу, и прижался к губам.

— Увидят же, — прошептала в перерывах между поцелуями, пытаясь собрать остатки разбегающихся мыслей.

— Пусть видят, — не проникся Его Величество.

— Но… — мое возмущение потонула в очередном поцелуе.

Вырваться из чувственного дурмана меня заставило приближение Ридеона и принцессы. Понимая, что с минуты на минуту они будут здесь, я нашла в себе силы отстраниться.

— Пожалуйста… Давайте остановимся.

— Моя упрямая девочка… — с нежностью прошептал император.

Осторожно отступила, стараясь высвободиться из объятий, но не успела. Дверь открылась, и наша парочка предстала перед глазами принцессы и Ридеона.

— Ой, — улыбнулась девушка. — Мы помешали? Можем пойти ужинать без вас если, хотите.

Друг молча отводил глаза. Ему было как-то неловко.

— Не стоит, — спокойно ответил Аэргар де Агадерр, отпуская меня. — Не хочу лишать Дионею законного ужина.

— Вы так великодушны, — пробормотала я иронично, а император только улыбнулся в ответ, подавая мне руку.

В столовой мы с принцессой буквально набросились на еду. Наши пустынные перекусы остались в далеком прошлом и нормальная еда, приготовленная лучшими поварами столицы, казалась настоящим подарком богов.

— Что происходило, пока нас не было? — спросила Алессандра, когда первый голод был утолен.

— Как я уже и говорил, паники удалось избежать. Очень немногие знают о том, что было похищение.

— Конечно, было бы еще лучше, если бы это похищение удалось предотвратить, — немного недовольно произнес император.

— Но ведь все обошлось, — примиряюще улыбнулась я.

— Все планы похитителей сбило то, что вместе с леди Алессандрой в портал вошла Дионея, — невозмутимо продолжил Рид.

— Даже не знаю, хвалить тебя за это или ругать, — пробормотал Аэргар де Агадерр, пристально глядя на меня.

Принцесса хихикнула, а я смущенно потупилась:

— Это вышло как-то машинально.

— Того, кто установил портал, нам найти не удалось. Скорее всего это было сделано сильно заранее. Буквально час назад мои аналитики закончили исследовать его матрицу. Портал был рассчитан на большую дальность и относительно небольшую массу. Но самое главное — он был настроен именно на принцессу. То есть активировался только тогда, когда она подошла достаточно близко.

— Поэтому его не нашли, когда обследовали парк перед визитом? — нахмурился Его Величество.

— Именно так.

— И такие порталы обычно настраиваются на кровь.

— Да, — кивнул Ридеон. — И теперь нам нужно понять, откуда у заговорщиков взялась кровь Ее Высочества.

Взгляды скрестились на Алессандре.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — растерянно пробормотала та. — Меня никто не ранил, и даже не помню, когда делала это сама.

— Единственный человек, который мог без проблем хранить твою кровь — это доктор, — помрачнел император

— Доктор Эр-Ноли? — ахнула девушка. — Но он не мог… Он же столько лет с нашей семьей.

— Мы разберемся, — Его Величество тоже был не очень рад новости. — Пока это всего лишь предположение. Одно из многих.

Хорошее настроение резко куда-то испарилось. Никому не хотелось, чтобы человек, которому доверяли столько лет, оказался предателем. И мы молчаливо решили сменить тему.

Я кратко рассказала Его Величеству о том, что случилось в пустыне. По «официальной» версии нас выбросило недалеко от храма Сехмет. Побродив немного вокруг, мы наткнулись на жрицу богини, которая и проводила нас к Теффе. Проверять император точно не станет, а раскрывать мои способности все еще было нельзя.

— Я горжусь вами, — улыбнулся Аэргар де Агадерр, когда я закончила. — Оказавшись в такой непростой ситуации, вы сумели сориентироваться и выбраться.

В ответ на похвалу я совсем опустила голову. Ведь почти все мои слова были ложью. И стало невыносимо стыдно от того, что приходится вот так сидеть и врать в лицо мужчине, к которому я неравнодушна, чего уж тут скрывать.

— Завтра начинаются трехдневные празднования Дня империи, — продолжил тот, будто и не замечая моего смущения. — Вечером состоится официальный прием, посвященный празднику. И мне кажется, что вам будет лучше не участвовать в нем.

— Нет, — резко подняла голову. — Простите, лорд Аэргар, но я не согласна.

— Почему же?

— Думаю, стоит показать всем, что с принцессой ничего не случилось. Да, вы позаботились о свидетелях, но какие-то разговоры все равно могли пойти…

На самом деле, я просто хотела проверить, как придворные отреагируют на наше с Алессандрой появление. Вдруг кто-то себя выдаст?

— Что ж, — задумчиво протянул мужчина, — возможно ты и права. Хорошо. Но ты, Рид, должен обеспечить максимальную безопасность.

— Разумеется, — кивнул он.

День империи праздновался по всей стране с большим размахом. Это была память о том дне, когда Фрилейв Эрмебор официально провозгласил создание империи Нарн и заложил первый камень на месте, где теперь располагался Иллир. Вместе с Новым годом и Днем дарения Пламени это был самый любимый народный праздник.

Прием в Эльнуире тоже должен был быть большим и роскошным, с участием всех официальных лиц, аристократии, выдающихся ученых и деятелей культуры. Платье для вечера мне пошили уже давно, и сейчас я стояла у зеркала, любуясь собой.

Темно-вишнёвый шелк платья был украшен затейливой вышивкой и мелкими кристаллами. Волосы мне собрали в элегантную прическу. На шее красовалось колье из темный рубинов, похожих на капли запекшейся крови.

В дверь моей спальни раздался тихий стук.

— Войдите, — произнесла я, думая, что зам мной пришла горничная.

Но потом прислушалась к своему дару и резко развернулась.

Аэргар де Агадерр смотрел на меня таким взглядом, что стало жарко. Не нужно было быть эмпатом, чтобы заметить там неподдельное восхищение, мягкую нежность и обжигающее, как огонь, желание. Я замерла словно кролик перед ударом, не в силах ни отвернуться, ни отойти.

Император медленно подошел, не сводя с меня глаз и взял мою руку. По коже побежали мелкие будоражащие мурашки.

— Ты прекрасна, Дионея, — хрипло произнес он, целую мое запястье.

— Благодарю, лорд Аэргар, — выдавила я.

— У меня есть кое-что для тебя. Стоило отдать это еще вчера, конечно, но лучше поздно, чем никогда.

Он протянул мне ладонь, а на ней лежал браслет, состоящий из тонкой серебряной цепочки и крупного желтого камня. Такого же, какой я видела на кулоне Алессандры.

— Это алмаз, напитанный силой Первородного Пламени, — пояснил мужчина на мой вопросительный взгляд. — Одна из реликвий нашей семьи.

— Но зачем… — пробормотала растерянно.

— Через него я смогу почувствовать, что с тобой происходит. Смогу понять, где ты, или прийти на твой зов.

— Но…

— Возьми его, Дионея, — перебил меня мужчина. — Не хочу, чтобы ты пострадала из-за мерзавца, возжелавшего власти. Ты слишком дорога мне.

Я тихо вздохнула и безропотно позволила надеть браслет на запястье.

— Теперь никто, кроме тебя или меня, не сможет его снять.

— Его ведь узнают, — прошептала, любуясь огненными всполохами внутри камня. — И подумают что-нибудь… что-нибудь не то.

— А я не против, — усмехнулся император и быстро поцеловал меня, пока я не опомнилась.

Потом развернулся и вышел, бросил напоследок:

— Можешь прикрыть его иллюзией, если хочешь.

Ну вот и что это было? Провокация? Насмешка? И над кем: надо мной или над придворными, которые сломали бы себе головы, рождая сплетню о фрейлине с фамильной реликвией самого императора? Нет, только иллюзия. Не нужно мне этих слухов и разговоров.

Убедившись, что выгляжу идеально, я набросила морок на руку и решительно вышла из комнаты. Сейчас мне нужен ясный рассудок и сосредоточенность.

Большой зал приемов был заполнен людьми. Женщины в роскошных платьях и лучших драгоценностях. Мужчины в парадных камзолах и мундирах. Алые драпировки на стенах, чередующиеся с флагами Нарна. Тысячи ярких кристальных свечей. Тихая музыка знаменитого имперского оркестра.

Как только герольд объявил наши имена, сзади ненавязчиво пристроился возникший из толпы Рид. А я включилась в общий эмоциональный фон и стала слушать. Ну хоть кто-нибудь должен был себя выдать? Досадой, что его план не удался, злостью, разочарованием. Заговорщик должен присутствовать среди гостей, уверена. Он ведь явно вхож во дворец, в высшие аристократически эшелоны. Слишком много знает, слишком хорошо подбирает моменты для своих пакостей, слишком нагло действует. Я просто обязана его почувствовать.

Но время шло, а ничего интересного не происходило. Главы министерств и их помощники были заняты деловыми и не очень разговорами. Мариус Исс-Эмолен был сегодня один, без своих женщин, и очень беспокоился за них. Безобразно счастливый Дарий Эль-Мора прижимал к себе такую же счастливую невесту, которой завидовала едва ли не половина женщин вокруг. Его отец исходил бешенством, глядя на пару, но внешне никак не проявляя недовольства. Аймрику Исс-Элетусу по-прежнему было глубоко безразлично, что происходит. Элирон Эль-Таен жался возле своего отца, впервые не решаясь подходить к принцессе. Рид, как-то оговорился, что провел с ним разъяснительную беседу на предмет ненужных чувств. И больше ничего подозрительного.

Чем больше времени проходило, тем яснее я понимала: моя затея не удалась. То ли злодей уже успел пережить свою неудачу, то ли его вообще здесь не было.

Громкий стук церемониального посоха возвестил появление императора, заставив меня развернуться и прекратить копаться в эмоциях.

— Его Императорское Величество Аэргар Эль-Най де Агадерр.

Он вышел на небольшое возвышение в конце зала и оглядел гостей, склонившихся перед ним. Такой красивый, сильный, величественный, что у меня что-то дрогнуло внутри.

— Я хочу поприветствовать всех, пришедших сюда в этот исторический день. День, который ознаменовался тем, что на карте Отрая появилось новое государство. Тысяча восемьсот девяносто шесть лет назад Фрилейв Эрмебор и Виал де Агадерр подписали соглашение о создании Империи Нарн.

В этот момент мне по нервам полоснуло такой ненавистью, что я чуть не упала. Что это такое и, самое главное, от кого?

Растерянно заскользила взглядом по собравшимся гостям. Как же их много. Эмоции переплетаются в такой густой клубок, что не разобрать, где чьи. Во время речи императора в зал никого не пускали, значит это кто-то, кто уже давно присутствует здесь. Но что же вызвало эти чувства?

Но ненависть, так ярко и резко вспыхнувшая, так же стремительно затухла, растворившись в общем фоне и оставив мне только неприятный привкус на языке. Так и не поняв, кому она принадлежала, я растерянно закусила губу. Что это было? Наш заговорщик все же проявил себя? Хотя нет, как-то совсем не похоже. Слишком уж быстро все случилось. Такое ощущение, что просто кому-то наступили на ногу или, например, какая-то дама заметила на сопернице такое же платье, как у нее.

Боги, наверное, я просто слишком чувствительна сегодня. Ищу угрозу и нахожу ее в самых рядовых моментах? Как же понять, права я или нет?

Мысленно приказав себе успокоиться, обратила свое внимание на императора. И успела как раз к концу поздравительной речи.

— …идет по пути развития, прогресса и процветания. И пусть ничто и никто не собьет нас с этого пути.

Зал утонул в аплодисментах. Его Величество спустился к гостям. Зазвучала музыка. Кто-то отправился танцевать, кто-то погрузился в степенные разговоры, кто-то решил отдать должное закускам и напиткам. Мы же с принцессой, получив четкие инструкции держаться вместе, ничего не есть и не пить, переглянулись и двинулись к одной из ниш у стены.

— Все в порядке? — спросила Сандра.

— Да, — немного криво улыбнулась. — Просто после наших приключений я теперь постоянно жду подвоха.

— Еще бы, — повела плечом девушка. — Но ведь здесь с нами ничего не может случиться.

— Надеюсь на это, — пробормотала я, провожая взглядом мужчину, знакомого мне по истории с приворотом, который прогуливался по галерее второго этажа и цепко осматривал зал.

Заметив мой интерес, он слегка склонил голову и вернулся к своему занятию.

— Эльнуир окружен коконом защитной магии, — голос принцессы заставил меня повернуться к ней. — Это сила Первородного Пламени, не одно поколение де Агадерров вложилось в защиту. И она охраняет своих потомков.

— Но я-то не принадлежу к роду де Агадерр.

— Это пока, — хихикнула девушка.

— Я бы попросила без намеков, — нахмурилась нарочито грозно.

— Леди, — подошедший Ридеон напрочь задавил мой праведный гнев, — все в порядке?

— В порядке, — ответила я, а Алессандра согласно кивнула.

— Тогда надеюсь вы не приняли мою просьбу об осторожности за приказ весь вечер прятаться у стены? — друг очаровательно улыбнулся любимой. — Потанцуете со мной, Ваше Высочество?

— Конечно, — слегка порозовела та.

Счастливая пара удалилась танцевать, а я снова решила осмотреться. Ведь мне все еще тревожно, несмотря на все уверения Рида. Никак не получалось выбросить из головы ту ненависть, которую я почувствовала недавно. И, прохаживаясь вдоль стены, я подслушивала, рассматривала, оценивала, в надежде на то, что сумею понять ее источник. Пока меня не прервали.

— Леди Дионея, — протянул мне руку император, совершенно неожиданно оказавшийся у меня на пути. — Позвольте пригласить вас на танец.

— Но… — я нерешительно оглянулась на принцессу, которую кружил в танце друг.

— Сегодня Алессандру будет сопровождать Ридеон, — понимающе улыбнулся мужчина. — А я буду развлекать вас.

И мне ничего не оставалось, как кивнуть. Мы вышли в середину зала и присоединились к танцующим парам.

— Все же решила не демонстрировать мой подарок? — хитро прищурился мужчина, погладив пальцами запястье, на котором под иллюзией можно было почувствовать цепочку.

— А вам так хотелось, чтобы я стала самой обсуждаемой персоной на этом вечере? — не удержалась от шпильки. — Эльнуиру не достает свежих сплетен?

— Со сплетнями все в порядке, — парировал он. — У Ридеона есть целый отдел, который их придумывает.

— Не можешь побороть — возглавь, — я провозгласила иронично.

— Вообще-то, один из моих предков говорил это о публичных домах. Но в целом да, сплетен это тоже касается.

Я только тихо хмыкнула

— Ты слишком напряжена… — тихо заметил император, глядя мне в глаза. — Боишься меня или той опасности, которая может подстерегать рядом со мной?

Он смотрел так внимательно, так серьезно, что я даже растерялась. Как будто у этого вопроса есть какой-то глубинный смысл, которого сразу и не поймешь. И можно было бы сказать «да, мне страшно находиться радом с вами», но эта гадкая ложь разрушила бы что-то такое, без чего стало бы очень грустно и больно. Поэтому решилась и твердо сказала:

— Рядом с вами я ничего не боюсь.

И от теплой улыбки на мужских губах стало так хорошо, что забыла обо все на свете. Боги, что я творю? Ведь так нельзя. Чем глубже вязну в мужчине по имени Аэргар де Агадерр, тем серьезнее будут последствия. И я понимала это как никто другой.

А император, похоже, воспринял мои слова как руководство к действию. После этого танца был еще один, потом еще и еще. Когда сказала, что хочу немного передохнуть, он сразу же вывел меня из круга танцующих, но не позволил уйти, а сопроводил к одному из диванов и увлек разговором о новейших магических разработках.

Интерес вокруг сгустился настолько, что его, казалось, можно было ножом резать. Меня провожали взгляды, полные зависти, ревности и какого-то странного злорадства. А Рид явно не собирался приходить ко мне на помощь, целиком и полностью посвятив себя принцессе.

Но все когда-нибудь кончается. Закончился и этот вечер, принцесса подошла к нам и, немного виновато улыбаясь, сообщила, что устала и хочет к себе. Я, естественно, ушла вместе с ней.

— Ну как? — с надеждой спросил Рид, когда уже глубоко за полночь пришел ко мне в гостиную.

Я полулежала на диване в полной темноте и с холодным компрессом на лбу. События последних дней дались мне очень нелегко, я и чувствовала, что еще немного — и голова начнет трещать.

— Ничего, — не стала врать. — Либо он хорошо контролировал свои чувства, либо нашего заговорщика там вообще не было.

— Жаль.

— А доктор Эр-Ноли был на приеме?

— Нет, — помрачнел Ридеон. — Он сказал, что уже не в том возрасте, чтобы развлекаться на балах.

— Понятно, — кивнула задумчиво.

— Подозревать его неприятно. С одной стороны, это человек, беззаветно преданный императорской семье. Он помогал появится на свет еще отцу Аэргара, потом самому Аэргару и его сестре. Он лечил Алессандру, когда та болела после гибели родителей. Словом, доктор Эр-Ноли тот, кому мы доверяли безоговорочно. Но, с другой стороны, он знает об императорской семье столько, сколько не знаю, пожалуй, даже я. И денег у него хватает, и связей, и доступа.

— Не верю, что это он. Зачем ему?

— Согласен, — кивнул мужчина. — Доктор вполне доволен жизнью и своим местом в ней. У него есть жена, трое детей и пятеро замечательных внуков. И нет ни одного повода ненавидеть императора.

— Но проверить подозрения вы обязаны, — вздохнула я.

Мы ненадолго замолчали, каждый думая о своем, а потом друг неожиданно предложил:

— А хочешь, покажу, как выглядит сердце Имперской службы безопасности?

— Покажи, — загорелась, сразу забывая об усталости и отбрасывая компресс.

— Прошу, — взмах руки и мы шагаем в открывшийся портал. — Вот она. Святая святых Службы безопасности. Аналитический отдел.

Я с любопытством огляделась. Это была большая комната без окон. На одной из стен висела огромная доска с нарисованной на ней сложной схемой из множества компонентов и соединяющих их линий. Чудь дальше можно было увидеть самые разные карты, таблицы и графики, среди которых я узнала длинный список подозреваемых. У стены напротив стояли многочисленные шкафы, забитые бумагами и артефактами. А посередине располагался длинный стол с двумя десятками стульев. И ни одного человека.

— Почему здесь так пусто? — спросила тихо.

— Ночь ведь, — пожал плечами Рид. — Сонный сотрудник — плохой сотрудник. Нет, есть те, кто любит работать и ночью. Но основное действо происходит здесь днем.

Аналитики… Те, чьим главным достоинством было умение думать, выстраивать логические, а иногда и совсем нелогичные связи. Те, кто умел обрабатывать огромные объемы информации, вычленяя самое нужное из, казалось бы, незначительных фактов. Здесь не смотрели на пол, возраст, родовитость или магическую силу. Многие из аналитиков даже постоять за себя не могли в рукопашной. Но они были мозгом организации, без которого ее работа была бы невозможна.

— Боги, как же это сложно, — пробормотала я, склонившись над схемой движения каких-то финансовых потоков.

— Сложно. Но у меня собраны лучшие из лучших.

— И как, паутина распутывается?

— В чем-то да. Например, на этой бумаге начертаны схемы доступа к счету, с которого оплачиваются услуги рижданских наемников. И одна из этих линий, вполне возможно, приведет к его непосредственному владельцу. Или владельцам. Мы почти уверены, что один из них — лорд Кассий Эль-Мора.

— Все же он? — помрачнела я.

— Да. Не факт, конечно, что он в курсе, на что идут его денежки, но мы уже установили за ним самое пристальное наблюдение.

Да, в списке подозреваемых его имя было жирно обведено. Там же я увидела подчеркнутое имя доктора Эр-Ноли, почему-то Аймрика Исс-Элетуса, Уолдена Тейна, лорда Эр-Миена, министра финансов. Зато имена Мариуса Исс-Эмолена, Дария Эль-Мора, Элирона Эль-Таена с отцом оказались вычеркнутыми.

— Список редеет, — заметила я. — Это хорошо.

— Да, неплохо. Но при этом, есть вещи, которые запутывают нас еще больше. Например, портал, через который вы попали в пустыню.

— А что с ним не так?

— Все не так. Мои маги до сих пор не могут понять принцип его построения. И то, как именно он был настроен на Алессандру. Это что-то совершенно необычное. Я говорил, что обычно для настройки используется матрица крови, но в этой схеме, — Рид махнул рукой в сторону одной из стен, — ей совсем нет места.

— Может быть это заграничные разработки? Что вы вообще думаете по поводу участия других стран?

— Исключено. Разведка доносит, что в Деналии по-прежнему все спокойно. В Рижде никак не могут определиться с новым королем, хотя весьма высока вероятность того, что на трон сядет один из бастардов, кстати, очень лояльный нашей империи. А у остальных стран ни наглости не хватит, ни ресурсов.

— Понятно.

— Вообще, мы составили психологический портрет заговорщика. Это одиночка, предпочитающий все знать и контролировать. Осторожный, рассудительный, ни в коем случае не фанатик. Обладает немалой властью, явной или неявной…

Неожиданно он запнулся, прислушался к чему-то и, схватив меня за руку, потащил к одному из шкафов.

— Сиди тихо, — приказал, запихивая меня в его нутро, которое оказалось немного пыльным и совершенно пустым.

Закрыв дверцы, он щелкнул пальцами, набрасывая на них какое-то заклинание, и отошел к столу. А я осталась стоять, спокойно прислушиваясь к тому, что происходит в кабинете. Все же есть моменты, когда нужно не задавать вопросы, а послушно делать то, что говорят.

И буквально через полминуты я узнала причину странного поведения Рида. Тихо скрипнула входная дверь, и знакомы бархатистый баритон произнес:

— Вот ты где. Все ломаешь голову?

Я беззвучно застонала. Небо, только бы он не обнаружил меня здесь. Будет очень неловко.

— Ломаю, — ответил друг. — Сам понимаешь, я даже во сне думаю о заговоре.

— Я тоже, — вздохнул император.

Раздался негромкий стук от ножек отодвигаемого стула, а потом снова голос Аэргара де Агадерра:

— Мне кажется, что мы что-то упускаем. Не в смысле того, кто помогает заговорщику, откуда у него связи и деньги, а в самой логике.

— Что ты имеешь в виду?

— Знаешь, я до сих пор не могу понять, как он собирается удерживать власть в империи в случае успеха. Ведь есть армия, есть Совет, есть народ, в конце концов. Чтобы народ принял нового императора и смирился, у него должны быть практически неоспоримые права на престол.

— Он рассчитывает на брак с Алессандрой? — предположил Рид.

— Не уверен, что это поможет. Народ любит сестру, пожалуй, еще больше, чем меня. А любимая принцесса в лапах узурпатора — это отличная почва для всякого рода восстаний и протестов. Этим может воспользоваться даже тот, кому, в принципе, глубоко наплевать на императорскую династию.

— Возможно, поэтому он и собирался одурманить ее. Чтобы в случае чего Алессандра поддержала захватчика и его претензии.

— Возможно, — согласился император.

Мужчины ненадолго замолчали, а потом Его Величество тихо произнес:

— Он очень хорошо все продумал. И я подозреваю, что мы не будем готовы к очередному удару.

— Откуда в тебе этот пессимизм? — мрачно спросил Рид.

— Это не пессимизм, а объективный взгляд на вещи. И предусмотрительность.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу, чтобы ты официально сделал предложение Алессандре.

— Что? — друг подавился собственным вдохом.

— Ты ведь любишь мою сестру. И станешь ей надежной опорой и защитой. А, кроме того, как консорт, сможешь достойно принять бремя власти, если со мной что-то случится.

— Да что ты такое несешь? — всерьез возмутился Рид. — Ничего не случится, даже не думай об этом.

М-да, Ридеон Эр-Арвиан был единственным человеком, которому можно было говорить в лицо императору вообще все, что угодно.

— Знаю, императору нельзя так даже думать, но больше всего меня заботит даже не будущее империи, а судьбы дорогих мне женщин, — Аэргар де Агадерр сказал это так тихо, что я едва расслышала.

— Все будет в порядке, — твердо сказал Ридеон. — Ты будешь править долго и благополучно. И подстраховка в моем лице тебе не понадобится.

— Тогда, возможно, объявление о помолвке заставит заговорщиков торопиться и допускать ошибки. Ну или в империи просто появится очередная счастливая ячейка общества, — мужчина усмехнулся.

— Да? Тогда может мне подыскать жениха и для Дионеи? — в голосе Рида ясно слышалось ехидство.

А я до ушей покраснела в своем шкафу.

— Ну уж нет, — фыркнул император. — Дионею Исс-Алламир я никому не отдам.

— Если бы она тебя только слышала… — Рид откровенно издевался. Надо мной.

— Услышит, — уверенно ответил Аэргар де Агадерр. — Она обязательно меня услышит и поймет, что все мои слова абсолютно серьезны.

— Активнее доказывай ей это, активнее.

— Да куда уж. Вообще я честно пытаюсь совместить напор и осторожность. Не хочу ее напугать.

Не хочет напугать? Эти приставания с поцелуями в любом удобном месте, объятия и прочие провокации — это «не хочу напугать»? Да, наверное, многого не понимаю в мужской логике.

— Мне почему-то кажется, — продолжил император, — что Дионея все еще мне не верит. А я ведь ничем ее не обидел, ни разу не дал повода думать обо мне плохо.

— Просто ты император, — я будто сквозь шкаф видела, как друг пожимает плечами, — и этим все сказано.

— Да уж, впервые мне встретилась девушка, для которой мой титул — скорее помеха, а не преимущество.

— Ди, она такая, — не без гордости заявил Ридеон. — Никогда не была ни корыстной, ни честолюбивой. Я знаю, она ведь росла почти что на моих глазах.

Я сжала кулаки. Сплетник несчастный. Ну подожди, только выйду отсюда …

— Моя девочка, — с нежностью произнес Аэргар де Агадерр, а потом поднялся: — Ладно, не буду мешать тебе думать.

Раздался звук шагов, потом открылась и закрылась дверь. А спустя минуту Рид распахнул дверцы шкафа, чтобы встретиться с разъяренным чудовищем по имени Дионея Исс-Алламир.

— Активнее, значит… — прошипела я.

— Ди, солнышко, не злись, — рассмеялся он и примиряюще поднял руки.

— Не буду злиться. Только сначала тебе отомщу.

— Можешь считать, что это все на благо империи, — лукаво улыбнулся друг.

— На какое это, интересно?

— Если Аэргар будет переживать о тебе, меньше шансов, что он сам бросится в какую-нибудь авантюру.

Я резко выдохнула и опустила руки, на которых уже разгоралось слабенькое, но очень неприятное заклятие. Злость на Рида смыло волной тревоги за Аэргара де Агадерра.

— С ним ведь все будет в порядке? — я умоляюще посмотрела на Рида. — Мы ведь раскроем этот заговор прежде, чем случиться что-нибудь непоправимое?

— Не сомневайся в этом, — резко посерьезнел мужчина. — Мы все для этого сделаем.