Глава 2

После моего возвращения с земель драконов, первое время папа не отпускал меня дальше стен замка, даже на тренировки со мной отправлял дядю, демонстративно закатывающего глаза при озвучивании очередной жизненно важной причины его присутствия на полигоне. Однажды мы решили не спорить с отцом и как только я появилась на арене, дядя передал меня с рук на руки Гергарду и ушёл по своим делам. Надо ли говорить, какой разнос безответственным нам устроил мой родитель, когда обнаружил, что моя охрана «не доукомплектована»? Икалось нам долго, а все попытки выбить себе свободу заканчивались категорическим: «Я всё сказал!» И только благодаря облитой моими горючими слезами Лисси удалось сменить его гнев на милость и начать в одиночестве гулять по замку и его окрестностям. И сейчас, когда его начало отпускать, сказать, что во мне проснулась Тёмная магия? Да он меня окончательно запрет в каком-нибудь элитном подземелье, чтобы никто не прознал и не пронюхал про его Сокровище и не пришёл избавлять мир от всемогущего мага. Ой, нет! Он точно не даст мне ни до чего докопаться. – И что ты обо всем этом думаешь и что планируешь делать? – нахмурившись спросила Римма. – Надо подумать. Пока знаю одно – надо найти того, кто может ответить на мои вопросы. У тебя есть такие на примете? Римма нахмурила брови и глубоко задумалась. Судя по глубоким складкам на лбу, мысль должна получиться умной. Ну, или хотя бы дельной, на что я безмерно рассчитывала. – Мирри, есть два варианта: первый – обратиться за советом к Касу, но проблема в том, что я не знаю, где он и как его искать, а второй – пойти к Истоку и поговорить с Глэнни, мне кажется, она уж точно знает всё про возможности Истока и Тёмную магию. – И как ты себе это представляешь? – Я удивлённо вытаращила глаза на подругу. – Да меня после предыдущего похода папа дальше внутреннего двора замка никуда не пускает, а ты предлагаешь наведаться вновь на земли драконов! – при последнем слове по телу пробежала лёгкая волна воспоминаний, но я быстро развеяла внезапный грустный ностальгический порыв и вернулась к обсуждению проблемы. И тут эта загадочная личность таинственно подмигнула и прошептала: – Но можно же потом раскаяться и попросить прощения?… Вот… хитрая бестия! Теперь мне стало более-менее понятно, откуда у этой лисы в голове столько интересной информации и опыта – как говорит мой дядя: «Нельзя только тем, кто спрашивает!». Элриммина не просит разрешения, она предпочитает просить прощение. Всё правильно и логично. Я подняла на неё заинтригованный взгляд и пронзительно уставилась в глаза, но эта хулиганка сделала вид, что не заметила моего жирного намёка и состроила крайне невинное выражение лица. Кажется, у меня появилась очень близкая подруга не только по жизни, но и по поиску приключений! Чувствую, споёмся. Поняв по моей реакции, что отказываться или спорить я не собираюсь, она убрала с моськи игривое выражение и предложила вариант решения появившейся проблемы: – Ри, мы ведь не собираемся отлучаться на несколько дней, выйдем рано утром, портнёмся к той тётке, которая переправляла нас к горе, уговорим её нам помочь и поднимемся к Глэнни. Драконесса показалась вполне разумной и вменяемой, я бы даже сказала, вызывающей какое-то особое доверие. Я уверена, она нам точно сможет помочь. При всей логичности построения тактической цепочки решения задачи и солидарности с Риммой в отношении к Глэнниаре, меня смущал только один момент, который я не преминула хмуро озвучить: – А если там будет кто-то из крылатых помимо неё? Я не хочу встречаться с её внуками, особенно с Максиэром, от которого я крайне эффектно ушла, открыв портал перед самым носом и высказав всё, что о нем думаю. Римма удивлённо округлила глаза и с присущим всем девушкам женским неуёмным любопытством попросила: – А подробности расскажешь? – Да нечего там рассказывать, – пробурчала в ответ, в очередной раз решив применить излюбленную всегда спасающую меня тактику: «Не договорить, не значит, что соврать». К тому же я прекрасно понимала, что её интерес все равно даст о себе знать и, по закону подлости, скорее всего, в самый неподходящий момент, поэтому зарубить его надо сразу и на корню, чтобы он больше не возникал: – Они с братом задумали по указке Императора лишить моего отца возможности магичить, рассчитывая надеть на него тот самый Тёмный арт, который я при первом своём возвращении отдала на исследование Вику. Ты представить себе не можешь, какие на тот момент меня обуревали эмоции! Я еле сдержалась, чтобы не испортить свою миссию и не поубивать их на месте! – Почему ты вернулась тогда к ним? – недоумённо воскликнула Римма. – Я поклялась никому не рассказывать и не показывать арт, и Клятва решила, что я нарушила её условие, дав Поглотитель Виктору, и вернула меня драконам. В общем, так я стала должна им услугу, расплатилась с которой, найдя по чистой случайности в подвалах Каса. – По мере повествования глаза подруги всё расширялись, а я мрачнела от воспоминаний. – А потом всё так закрутилось, что даже вспоминать не хочу. Да и последний удар Императора меня неслабо потрепал. Придя в себя, я проанализировала полученный опыт, лично пообщалась с принцем и в заключении пришла к окончательному выводу, что он высокомерный, самовлюблённый и безгранично наглый гад. Последние слова отозвались в душе тянущей и тупой болью, которую разделила щекотнувшая меня изнутри магия, но я лишь усмехнулась и запретила себе вспоминать о произошедшем. – Понравился? – тепло улыбнулась Римма, поняв мои чувства с полуслова. Я бы тоже мне не поверила. – Знаешь, временами он проявлял себя очень достойно, но крайне редко. Стоило только задуматься посмотреть на него повнимательнее, как он выкидывал очередной финт и тут же обрубал желание ему симпатизировать. Подруга отчего-то звонко рассмеялась, но тут же стало понятно от чего: – Мне это очень знакомо, Мирри! Безумно! Я подняла на неё изумлённый взгляд и, подмигнув, задала встречный вопрос, впрочем, не рассчитывая на особую искренность, зная загадочность и таинственность Элриммины: – Поделишься секретом? Римма печально вздохнула и с грустной надеждой уточнила: – Поклянешься никому не рассказывать? То, что я расскажу даже Лисси не знает.