Глава 54
– Ты почему так напряглась, когда Лида тебе новости сообщила? Она, кажется, хотела радостью поделиться…
Давит на больную мозоль. Я и сама поняла, что сглупила. Сильно.
– Дура потому что. Надо было молчать. И улыбаться.
– А что не так? – допытывается Гордей.
– Да потому что этот её Даня какой-то… амебный. Все, что происходит – всегда по её инициативе. Он вообще никак о ней не заботится. Переваливает на неё почти все проблемы. И финансовые в том числе. Очень хорошо устроился!
– Это её выбор вроде как.
– Но это неправильно! Отношения должны быть другими. И ребята, кроме того, оба ещё учатся. Зачем так торопиться?! – начинаю вновь заводиться. Как же сложно закрывать глаза на то, что меня вроде как не касается. – Свадьба, это же не в кино сходить.
– Но они уже живут вместе, – звучит логичное замечание. Мне нечего возразить.
– Просто он не относится к ней так, как она заслуживает.
– Не кипятись. Мы её в обиду не дадим. Что-то случится – ей есть к кому пойти. Я всегда помогу. Ты же знаешь.
– Да знаю, – как будто не было между нами ссор и непонимания. Мы мысли друг друга читаем налету.
– Так, может, ты перестанешь её опекать? Я смотрю, за четыре года ничего не изменилось. Лида уже взрослая. А у тебя Андрей есть. Воспитывай его – у него как раз подходящий возраст.
– Ты с каких пор психологом заделался?
– Крис. Хочет свадьбу – пусть будет свадьба. Это её опыт. Удачный или нет – решать, уж извини, не тебе.
Да, он прав. Абсолютно! Вот только…
Ой!
Настолько коварного нападения я точно не ожидала. Мгновение, и я уже плотно прижата бёдрами к столешнице. Лёгким движением Гордей усаживает меня сверху, вклиниваясь между ног, и бодает в лоб. Дверь открыта же! Не успеваю возразить. Твёрдые губы властно накрывают мои. Жадно впиваются в мой рот. Ладони Гордея шарят по телу, а я теряю нить рассуждений, когда его язык переплетается с моим.
Долгий поцелуй разрываю не я…
– А старшая сестрёнка замуж не собирается? – раздаётся вкрадчивый шепот над ушком.
Сердце подпрыгивает и ускоряет темп. Пускается в бега. Пока я не готова это обсуждать.
– Нет, конечно, – отвечаю хладнокровно, несмотря на то, что кровь уже закипает в венах. И губы разъезжаются в улыбке. – Даже не думала об этом, – чуть прогибаюсь в спине и закидываю голову назад. Чувствовать его тело своим, жадно ловить мужское дыхание, наслаждаться прикосновениями – все это будоражит сознание, и картины, мелькающие в голове… да, в общем, стыдно признаться, что Гордей со мной вытворяет в моих мечтах, во снах. Сладкий стон рвётся из груди, когда широкая ладонь властно сжимает грудь. А я чуть подаюсь бёдрами вперёд, выгибаясь навстречу откровенным ласкам.
– Так ты подумай. Чего в девках ходить. Ребёнок вон уже растёт.
Я не понимаю, он серьезно или с сарказмом?
– А раньше ты романтичным был, – бурчу наигранно, зарываюсь пальчиками в его волосы. Ласкаю затылок.
Звонит его телефон. Гордей тут же реагирует и сразу к нему тянется. Странная реакция. Так-так-так. Я уже его знаю, что-то здесь нечисто.
– Ну? – нетерпеливо сопит в трубку. Андрюшку напомнил. – Таааак, – широкая улыбка растягивает губы, любимое лицо мигом преображается. – Статья?
Что?! Какая статья?!
– Оперативно. Спасибо, что сказал. Что от меня ещё нужно? – внимательно вслушивается, взгляд направлен в стену. – Окей, решим. Я пока занят, перезвоню утром.
Отключается. Улыбка до ушей. Столько счастья во взгляде. Ликование даже мне передаётся.
– Кто звонил? – любопытствую. Я уже успела от него отодвинуться и положить ногу на ногу.
– Знакомый один из органов. Я просил об одолжении. Он помог.
– Расскажешь?
– Долго. Давай завтра, – стискивает мою лодыжку, придвигается. Жадно скользит ладонью вверх. Придвигает к себе ближе. – Я соскучился. И уже начинаю не выдерживать.
– Мне Андрея укладывать. А потом ещё в душ, – нежно провожу подушечкой пальца по его носу, бровям, губам. – И потом ещё кое-что нужно сделать.
– Что именно? – брови грозно сходятся над переносицей.
– Рассказывать долго, – отвечаю той же монетой. – Лучше завтра. А пока мне пора.
– А ускорить события нельзя?
– Можно. Если ты полежишь с сыном, а я в душ в это время.
– Ну давай.
Вот так безропотно? Серьезно?
Поднимаюсь. Надо же. Не стал допытываться, а зря.
– Гордей. Я хотела спросить. Помнишь аукцион, где ты сфинкса выкупил?
– Так.
– Ты помнишь, мы пожилого мужчину встретили? Неприятный такой, суровый.
В лице он поменялся мгновенно. Кажется, ещё чуть-чуть, и заикаться начнёт.
– Да. Ии..?
Гордей странно выглядит. На меня смотрит неуверенно, будто с опаской. Ликования как и не было.
– Я его вспомнила и подумала… а он картинами не увлекается? Никак не может быть причастен? Он же тоже хотел твоего сфинкса. Мало ли… Взгляд у него такой… пробирающий, до сих пор помню.
Гордей несколько секунд вообще не шевелится. Смотрит на меня не мигая. Потом губы его слегка разъезжаются в легкой показной полуулыбке, но поза остаётся такой же напряженной. В глазах застыло настороженное ожидание.
– Я по нему тоже информацию собирал, – ответ очень расплывчатый. – Ещё жду результатов. Так сразу сложно вычислить, чем он увлекается ещё, кроме египетской культуры.
– То есть он тоже под подозрением?
– И да и нет. А ты когда в душ? – переключает тему, и я решаю отступить. Вижу, что пока он не хочет делиться. Или нечем. Но реакция однозначно говорящая. Что-то с тем мужиком с аукциона не так…
Но я решаю не пытать Гордея и отпустить ситуацию.
Пока была в душе, в голове не прекращала звучать фраза:
«А старшая сестрёнка замуж разве не собирается?»
Я об этом даже не думала. Мой мир довольно давно сосредоточен на других людях. На сыне. На своём деле.
В душе немного задержалась.
Интересно, Гордей Андрюшку смог уложить? Ко мне, во всяком случае, сын не прибегал.
Осторожно шагая по коридору, придерживаю полотенце на груди и дохожу до своей спальни.
Толкаю дверь. Широкая полоска приглушенного света тут же тянется до кровати. Гордей полулежит возле сына и гладит ему спинку. Андрей уже спит. Ротик забавно приоткрылся, веки сомкнуты.
Гордей кивком головы спрашивает, мол, что дальше?
– Спит, – шепчу в ответ. – Я переоденусь. И приду.
– Ага, я так уже повелся несколько раз, – осторожно поднимается и двигается на меня. – Со мной пошли. А то опять уснёшь.
Тёплые руки пробираются под полотенце, сжимают талию, отстраняют меня к выходу.
Я вцепляюсь Гордею в плечи и тихонько прошу остановиться. Мы оба улыбаемся, оба в предвкушении. Мокрые волосы разметались по плечам. Полотенце падает на пол, широкие ладони уже ласкают грудь. Губы Гордея сминают мои, язык находит мой. Разум начинает потихоньку затуманиваться. Мужчина как голодный зверь. Нападает, соблазняет, пробует… и подталкивает к выходу.
Нет, нет и нет! Я не так хотела!
– Подожди меня в спальне, мне очень нужно ещё пять минут, – шепчу ему в губы и он недовольно отстраняется. Сверкающим взглядом пожирает мою обнаженную фигуру.
А я поднимаю полотенце и от греха подальше заворачиваюсь обратно.
– Но только недолго!
Поднимаю большой палец вверх. Гордей насупленно прищуривается, словно ожидает подвоха. Как только дверь за ним закрывается, я, подсвечивая дорогу, в темноте на цыпочках приближаюсь к комоду. Через четыре минуты уже успеваю переодеться и стараюсь рассмотреть себя сверху вниз. Комплект белья потрясающий. Нежно розового оттенка. Тонкая сеточка с белыми вставками изящного кружева. Когда натягивала белые чулки, дрожь пробежалась по телу. Грудь уже тяжело вздымается, соски затвердели. Жар разгорается между бёдер. Я даже думать спокойно не могу о том, что…
Я, кажется, стесняюсь. Фигура после родов изменилась не сильно. Но все равно животик уже не такой плоский, как был раньше.
Гордею ведь все равно… правда..?
Вновь думаю о его несдержанности.
Дыхание становится прерывистым. Воспоминания лезут в голову, отключая разум.
Цепляю пальцами туфли светлого оттенка и, закрыв комнату, со счастливой улыбкой иду вперёд. Дверь кабинета прикрыта плотно, но тоненькая полоска света падает на пол.
Надеваю туфли и легонько толкаю дверь… заглядываю внутрь.
Меня встречает ошеломлённый, скользящий по телу взгляд. Гордей разговаривает по телефону, но даже запнулся. Так и стоит с раскрытым ртом.
Тут же берет себя в руки, стряхивает наваждение и быстро кидает в трубку:
– В общем, все по плану! Завтра перезвоню!
И отбрасывает телефон на стол.
Время будто повернулось вспять. Я словно и та самая девочка, которая неуверенно ждала вердикта у Шаховых. И уже другая.
Сейчас я также смирно стою. Жду его реакции. Но теперь от горящего голодного взгляда я не трепещу в нерешительности. Я точно знаю, кого он видит перед собой. Я точно знаю, что белье мне идёт и сидит, как и четыре года назад. Чулки – это просто контрольный в голову. И ещё каблуки. Знаю я теперь, как свести его с ума. Знаю. Как он сам говорил. Я ведь его королева…
– Пошли, – решительно приближается и берет за руку, разворачивает на себя.
Но мне хочется немного поиграть. Я ловко освобождаю ладонь и спиной вперед шагаю к столу. Упираюсь бёдрами. Сажусь, закидываю ногу на ногу. Прогибаюсь в спине. Знаю, что красиво, знаю, что наброситься готов. Перекидываю волосы вперёд, накручиваю тонкую прядь на пальчик.
– Нравится? – повторяю тот же вопрос, что и тогда. Четыре года назад.
Медленно играю туфелькой: она болтается на кончиках пальцев.
– Лучше не бывает.
Двух секунд не прошло, как его руки накрывают бедра, крепко стискивают. Спускаются на колени. Гордей разводит мои ноги в стороны, дёргает на себя, вжимает в напряжённый пах. Представляю, как ему тяжело сдерживаться.
Происходит что-то необъяснимое: губы, руки, язык Гордея ласкают мои плечи, зубы нежно прикусывая кожу, стягивают вниз сначала одну лямку, затем другую.
Пересаживает к себе на бёдра и крепко поддерживает за попу.
– На плечо и в спальню?
Я улыбаюсь от эмоций. Не описать, каково это… когда мужчина хочет тебя так сильно…
– И как можно быстрее, – голос его уже охрип.
Поворачиваю голову набок, придерживаясь за широкие мужские плечи, и бросаю случайный взгляд на стену.
Каменею.
ЧТО?!
– Отпусти-ка! – реагирую тут же. Отталкиваю.
– Зачем? – непонимающий томный взгляд продолжает ласкать.
– Здесь картина висела, – обвиняюще указываю ему за спину и опускаюсь на пол.
Ее что, опять украли?!