33

33

Диана

Зазвонил мой мобильный, на экране высветилась фотография Ильи.

— Алло, — ответила на звонок, зажав телефон между ухом и плечом.

А сама стала выбирать цветы для букета.

— Привет, ты занята?

— Не особо. Как дела? Ты пообедал?

— Нормально все, да, Раиса Николаевна нас всех накормила.

— Просто потрясающая женщина. Когда она будет готовить грибы, те, со сметаной и сыром — свистни.

— Она сама тебя наберет. А ты пообедала?

— Мы с Алей кофе пили, она пирог принесла с творогом, вкусный. Тебе передала кусочек. Сказала, что Илюше надо.

— Надо, — со смехом ответил мужчина.

— Ваши эти с ней кулинарные отношения, фудпорно какое-то, — пробормотала я.

Илья и Аля особо и не знают друг друга, но у них появилась своя фишка. Если кто-то что-то вкусное готовит, то обязательно обмениваются через меня. Я словно курьер.

— А ты ревнуешь, Цветок? — проникновенно спросил Грацианов, — не стоит, ты же знаешь.

У меня в горле комок образовался — не продохнуть. Я знала, что не стоит. Илья никогда не давал мне поводов для ревности. Хотя мог… Все мог. Он красивый, богатый, высокий, с шикарной спортивной фигурой, занимается боксом. Все качества, чтобы жить и ни в чем себе не отказывать. Но он вообще другой. Внешность обманчива, как говорится. Илья спокойный, домашний и преданный… Кому-то или кем-то…

— Диана, ты помнишь, что мы к маме сегодня едем? Она ждет.

— Черт! — завязав бант на букете с цветами, воскликнула.

— Я так понимаю, ты забыла.

— Вообще из головы вылетело. Только маме не говори, а то она опять станет показывать эти упражнения для ума, те, что Малышева в передаче показывает.

— Хорошие упражнения, — уже не сдерживая смех, сказал Илья. — Может, правда память тебе укрепят.

— Та-а-а-к, и ты туда же, — наигранно обиженно протянула, — ладно, Кот, давай до вечера. Я к четырем приеду и поедем.

— До вечера.

— Аль, — позвала помощницу.

— Чего?

— Мне сегодня пораньше уехать надо, закроешь сама, хорошо? И там заказ на семь вечера, завести надо будет. В блокноте все записано.

— Хорошо, поняла. А ты куда? — Альбина встала рядом со мной и смотрела, как я собираю букет для Антонины Львовны.

— Мы с Ильей к его маме едем. Я забыла совсем. Хорошо, что гвоздики свежие заказали, она их обожает.

— Подлизываешься к свекрови? — игриво вздернув бровь, спросила Аля.

— Ой, вечно забываю, — хлопнула себя по лбу девушка, — вы же с Ильей не расписаны. Когда уже надумаете? Уже давно пора. Лет пять как.

— Слушай, ну зачем оно нам надо, ммм? Нам и так хорошо, — беззаботно ответила, хотя у самой внутри все перевернулось.

— Ну, знаешь ли, хорошо ей. А если что-то, не дай Бог, случится, а вам не надо. По закону быть должно, а не хорошо.

— Что ты сразу начинаешь — случится? Типун тебя на язык.

— А что? Вдруг выиграет миллиард в лотерею, а тебе шиш, променяет на грудастую блондинку.

— Ну, если пока не бросил, значит, мои скромные сиськи его устраивают, — сухо прокомментировала.

— Все рано надо расписаться, — сказала подруга, а затем ехидно улыбнулась, — а сиськи у тебя и правда скромные. Они у тебя, как в том анекдоте…

Я подняла руку, останавливая Альбину. Еще одного анекдота я не выдержу.

— Давай, работай лучше, а не шутки шути.

Алька показала мне язык и вышла в главный зал. На двери зазвенел колокольчик, пришел покупатель. Я посмотрела на часы, скоро уже надо собираться домой. В голове сразу же слова Али всплыли на счет брака. Я прикусила губу.

А ведь мне Илья уже предлагал замуж и я… Согласилась. Он сделал предложение спустя год наших отношений. Привел меня в шикарный ресторан на ужин, а в конце встал на одно колено. Мне было почти двадцать, ему двадцать пять. Весь зал аплодировал. Илья держал коробочку с кольцом, а его глаза так светились от счастья. Я тоже была рада… За него. Мне так нравится видеть, когда он счастлив. Спустя несколько месяцев после помолвки Грацианов спросил, когда будем к свадьбе готовиться. А я сказала, что когда буду готова, тогда и начнем. Больше он не задавал вопросы о свадьбе…

Неосознанно стала крутить кольцо на среднем пальце, то самое, которое Илья подарил, оно оказалось велико. А я так и не отнесла его ювелиру, чтобы уменьшил.

В отношениях с Ильей я всегда была осторожной. Думала, что говорю, что делаю, как себя веду. И не потому, что он вынуждал. Нет. Мне самой так удобно. Контролировать себя, чтобы опять больно не было. Дозировать, не распыляться и не теряться. Я никогда не держала штурвал наших с Грациановым отношений. Куда он поворачивал — туда и плыли. Я просто стояла рядом и давала понять, что он не один.

Спустя пару лет отношений, когда страсть прошла, я стала замечать, что Илья начинает «подстраивать» и «кроить» меня под себя. Чтобы удобно было. Он говорил, что любит, но от этого и этого избавиться не помешало бы, тут чуть-чуть, там чуть-чуть. Я сперва слушала, делала, как он хотел. Почему бы и нет? Ради него я могла притворяться другой, поиграть в спектакль, превратиться в ту, которую он хотел.

Но нутро, оно вылезет рано или поздно. Устаешь притворяться. Ведь человека нельзя переделать, нельзя полюбить тигра, а потом сделать из него овечку. Да и спектакль, он рано или поздно заканчивается. А что происходит после него? Правильно — все расходятся…

***

Приехала домой, еще не было и четырех. Мама Ильи живет за городом, к ней добираться часа два, если пробок не будет. Поедем с ночевкой, нужно собрать вещи и поотключать электронику в квартире.

Маму Ильи я очень любила. Женщине за шестьдесят, но она выглядит шикарно. Тоня — образец для подражания. У нее настолько сильный характер — ничем не сломить. Она Илью родила и поставила на ноги сама, без мужа. А в то тяжелое время было очень трудно это сделать. Ко мне Антонина всегда с любовью относится и это взаимно.

Услышала, как открылась входная дверь.

— Илья? — крикнула, выходя из ванной закутанная в полотенце.

Только приняла душ, перед поездкой.

— М-м-м, — протянул мужчина, подходя ко мне ближе.

— Мне нравится, когда ты так меня встречаешь, — сказал, положив руки на талию. Наклонился и слизал с моей шеи капельки воды.

— Перестать, — пробормотала, попыталась отодвинуть от себя Грацианова.

— Не могу, — прошептал на ушко и его руки начали гладить мои голые ноги, забираясь все выше под полотенце. Илья потянул за него, и то соскользнуло вниз.

— Илья! — возмутилась, попыталась прикрыться и отошла на несколько шагов, он лишь хищно ухмыльнулся.

— Даже не думай.

— Ох, Цветок, знала бы, О ЧЕМ я сейчас думаю.

— Знаю я, о чем ты думаешь. На твоем лице все написано.

Прикрывая все стратегически важные места, стала продвигаться боком к комнате.

— Ты куда-то собралась, Диана? — надвигается, сокращает между нами расстояние.

— Вообще-то, к твоей маме, — Илья скривился, будто я вместо чая уксус ему подсунула.

— Вот ты не можешь в такой момент не вспоминать о маме?

— Не могу, она нас ждет! Звонила уже несколько раз.

— Ты точно знаешь, как испортить мужчине настроение, — с тяжелым вздохом ответил Грацианов. — Давай, одевайся, буду ждать тебя на кухне.

Дважды повторять мне не нужно было, забежала в комнату и закрыла за собой дверь. Понимаю, как это глупо, но не могла поступить по-другому. Мне не хотелось, чтобы Илья еще раз начал наседать на меня. Я пока не могу вынести того, чтобы он ко мне прикасался… Еще слишком рано.

Быстро влезла в джинсы и футболку, подхватила собранную заранее сумку, вышла в коридор.

— Не забудь чайник выключить, — сказала Илье, а сама побежала, отключила телевизор из сети.

Все. Теперь можно ехать.