Глава 7.
Ирина Рай
Дыхание перехватывает и в глазах рябит. Я даже не знаю, что мне делать, ведь на смену первому порыву схватить его руку своей приходит волнение и страх за свои поступки, разбивающиеся о грани суровой окружающей меня реальности… Он – бывший моей лучшей подруги… Как так можно? Я ведь не совсем гадина, правда?
– Лёша, уезжай, а… Я на своей доеду… – тут же хмурюсь и отрицательно мотаю головой.
– Рай…
– Я серьёзно. И прекрати называть меня по фамилии!
– Это не фамилия, дорогуша. А суть… – выдыхает он, перегородив мне путь. – Поехали, говорю. У меня план…
– Да… И какой?
– Пообщаться… Мне есть что рассказать…
– Слушай, я не могу так… Я не могу так подло… Нет, – тут же направляюсь в сторону машины, но и с сигналки ту снять не успеваю, как меня резко хватают за талию и переваливают через плечо, словно я какая-то тряпичная кукла для него.
– Бессонов, блин!!! Прекрати! Что ты делаешь?!
– Тащу тебя в тачку, потому что сама ты – чёртова ссыкуха, – выдаёт он гневно, удерживая меня на плече вниз головой.
– Меня сейчас стошнит, блин! Я позавтракала! Поставь меня!
– Да, сейчас, конечно, – меня тут же резко переворачивают и нагло толкают на сиденье, перехватив под попой руками. От возмущения у меня краснеют щёки, да и я сама еле дышу, понимая, что он пристёгивает меня против воли к сиденью.
– Лёша… Ну что ты делаешь, блин?!
– Я же сказал… Мы поедем и поболтаем, – снова давит он, только уже абсолютно безапелляционно.
– Но там учёба!
– И никуда она не денется, – заявляет он нагло. – Ты ищешь отговорки… – выхватывает ключ из моих рук и толкает их себе в карман, а у меня пропадает дар речи. Потом Бессонов просто спокойно обходит машину и садится за руль, начав движение…
Я же… Как сидела с приоткрытым ртом, так и сижу… У меня просто в голове не укладывается. Как же так? Как можно себя столь нагло вести и принуждать кого-то к общению?
Да запросто… Потому что он тоже не дурак и всё чувствует… Как смотрю, как вчера себя вела, как, дура, не смогла совладать со своими чувствами.
– И куда мы?
– В одно тихое место… – объясняет, и я вздыхаю. Вот хотела сегодня усиленно заниматься, чтобы не думать о Бессонове. А вместо этого что? Правильно… Вместо этого с ним же на свидание. Прекрасно…
После его слов я замолкаю… И мы едем в тишине куда-то в сторону окраины…
– Я надеюсь, ты не превратился в маньяка за это время, – говорю ему, на что он только ухмыляется, сворачивая на грунтовую дорогу.
– Обижаешь… Я был им с самого начала… – издевается он и ржёт надо мной… Ну а потом… Примерно через пять минут ужасной тряски мы оказываемся на каменистом берегу реки… Вокруг ни души… Тишина и покой… Только мы с ним и пение птиц неподалеку. Он приоткрывает окно и запах детства тут же ударяет в голову.
– Чувствуешь?
– Угу… Мы как-то ездили сюда отдыхать семьей…
– Мы тоже… По малолетке… Только не на этот берег…
– Тут так тихо и безлюдно.
– Эту сторону я для себя открыл в десятом классе… – говорит он, открывая дверь, а у меня тут же болит внутри… Потому что воспоминания о десятом классе у нас с ним явно разные. У меня невозможно болезненные… Связанные с неразделенной любовью к нему…
Лёша достаёт плед из багажника и прорезиненный коврик, после чего идёт к берегу, зазывая меня рукой, и я выхожу за ним следом…
Плечи мгновенно обволакивает прохлада, хотя я в пальто. Но тут из-за воды прохладнее, чем в городе…
– Красиво очень…
– Садись… – говорит, помогая мне аккуратно плюхнуться на него, и сам тоже садится, сразу же накидывая на нас обоих это покрывало.
– Мы его уделаем…
– Ну и что? Постираю…
– Зачем мы сюда приехали… Если серьёзно…
– Говорить… Мне хотелось с кем-то умным. Знаешь, мне этого не хватало…
– Там? Из-за этого вернулся, что ли? – смеюсь я, взяв в руки маленький камушек под ногами и швыряю его в воду.
– Не… Я и уезжал-то по тупости… Меня ввели в заблуждение…
– О чём ты? – хмурюсь, но он усмехается.
– Да не важно… Что думаешь по поводу универа?
– Ну, мне там нравится. И учиться нравится. Насчёт экономического… С математикой у меня всегда было не особо, но вот экономика почему-то получается. А раньше я думала, что взаимосвязано…
– Ну вообще да, взаимосвязано… Просто ты говоришь о математике как о науке в целом, а не об отдельных методах её применения, иначе бы у тебя нифига не получалось… Значит, ты всё же знаешь многое, просто недооцениваешь себя, как и всегда…
«Как и всегда» звучит странно… Но я просто проглатываю это, потому что не хочу лезть дальше. В этих дебрях любой бы заблудился. А закончится потом разбитым сердцем…
– Значит, ты собираешься прогуливать постоянно?
– Только если в приятной компании, – ехидно смотрит на меня и падает назад, полностью развалившись на коврике. – Ляг тоже…
– Зачем это?
– Покажу кое-что…
– А так показать… Нет?
– Нет…
– Ладно… – чуть двинуть ниже и ложусь, глядя на голубое чистое небо. – Вау…
– Ага… А ты сопротивляешься…
– Я не… Сопротивляюсь… – бормочу растерянно, а потом мы встречаемся взглядами. Не знаю, зачем смотрю, ведь это, блин, для меня просто фатально. Ничем хорошим не закончится… Едва глаза скользят по его губам, как я тут же отворачиваюсь, а он довольно улыбается. Я слышу это, хотя уже и не смотрю...
– Родители рады твоему возвращению?
– Ага… Рады…
– Хорошо… Мои тоже рады, что я никуда не уехала… Просто им проще как-то… Что я тут… Мало ли что может случиться в большом городе…
– Ну да, за тобой глаз да глаз нужен… – саркастически выплёвывает он, и я почему-то хихикаю. Вот дурак, а… Ещё и насмехается надо мной… Засранец.
– Были планы на будущее… Хотел своё дело. Отец обещал помочь…
– Да? Ты вроде как поступал на «Операционный менеджмент», нет?
– Нифига себе, Рай… Откуда знаешь?
– Ну… Откуда… – проглатываю я ком. Да, мне Тася говорила, а я запомнила… Думаю, что она просто нашла эту информацию для какого-то личного успокоения…
– Яссссно, – тянет с усмешкой и тянется в карман. Достаёт оттуда телефон и показывает мне свои оценки.
– Ах ты хвастунишка…
– Есть такое… – улыбается он, убрав телефон обратно. У него там одни «отлично» стоят. Надеюсь, не потому что он чей-то сын… Хотя Бессонов никогда не казался мне тупым. Нет. Что-что, а тут всё как-то сложилось… Ему всё досталось…
– С каких пор тебе разонравились блондинки? – неожиданно для самой себя спрашиваю и чувствую на себе его взгляд.
– Да они никогда мне не нравились… – отвечает он, заставив моё сердце сжаться. Ну, вот… Опять. Он нарочно меня изводит.
Чувствую, как пространство между нами наполняется электрическими импульсами… Мне кажется, что уже бесполезно отрицать наше с ним притяжение. Я не могу взглянуть на него, потому что кажется, что бомбанёт. Нет, не буду… Смотрю на небо, даже если кажется, что сейчас задёргается бровь от напряжения…
– Давай придёшь 11-го… – снова поднимает он эту тему.
– Не знаю… Вечеринки – не моё…
– Ты просто не бывала на нормальных…
– Откуда тебе знать, что эта будет нормальной?
– Ну, потому что я там буду, конечно же…
– Ах… конечно, – усмехаюсь в ответ. – Тогда мне всё предельно ясно…
– Ага… Раааай… – тянет он довольным тоном.
– Что?
– А закрой глаза… – просит с улыбкой чеширского кота, и я тут же мотаю головой.
– Не-а… Зачем это ещё?
– Хах… Господи… Вот ты жопошница, а…
– Чего? Бессонов, я сейчас дам тебе в лоб! – угрожаю ему, но на деле конечно не стала бы его бить… Наверное… Однако он не перестаёт улыбаться. Словно максимально доволен собой сейчас… Своим из ряда вон поведением. Знает ведь, что поступает неправильно, а всё равно что-то там крутит-мутит, как обычно.
– Почему вчера не скинула мне свои ножки?
– Лёша… – тут же угрожающе цежу, пока он ржёт.
– А я ждал…
– Ну, жди-жди… Авось, Господь услышит твои молитвы…
– Хорошо бы было…
– Угу…
– Ир, ну реально если… Чего искришь?
– В каком смысле?
– В прямом… Ты искришь, как оголенный провод. Задень – и ебанёт… – выдаёт он прямо. – Вчера ты спросила меня о том, поехал ли я к ней… Дай угадаю…
– Что?
– Вы говорили обо мне?
– Нет, – лгу я, но он же видит… по моему лицу точно сразу видно. Я вообще врать не умею. – Не то чтобы… Просто она собиралась тебе писать… И мне было неудобно, что ты…
– А какого хера ты решила, что я к ней поехал?
– Ну… Потому что она так предположила… Не говорила прямо – нет. Просто…
– А-а-а… Вот оно что… Ясно…
Я молчу и чувствую, как громко колотит моё сердце. Слишком уж откровенные разговоры пошли.
– Просто я лишняя… Я не хочу, чтобы ей было больно. Я не права, в любом случае, – говорю ему, и он кивает.
– Конечно… – выдавливает, сцепив челюсть. А я, словно завороженная, любуюсь его скулами, подбородком и натянутыми до предела желваками, словно он злится.
Однако стоит вот так на него посмотреть через несколько секунд меняется в лице.
– Чего так смотришь, Рай…
Блин… Как же неловко вышло, а…
– Ты скоро отвезешь меня обратно?
– Обратно? Мы только приехали, – встаёт он с коврика и отряхивает свои гачи от мокрого песка… Идёт к машине, а я пялюсь на него снизу-вверх, и отсюда он кажется мне таким плечистым… Таким высоким… Хотя кого я обманываю? Он такой и есть…
Смотрю на то, как Бессонов достаёт из машины коробочку ланч-бокс и термос с двумя металлическими кружками.
– Ты что…
– Что? – плюхается он обратно и открывает, и я вижу там всякие вкусности. Всё такое свежее, словно с утра взято в пекарне. – Вчера с вечера договорился… Утром заехал – забрал…
Господи, я не понимаю… У меня все встроенные функции теперь барахлят… Он смотрит на меня и будто бы тянется... Боже, нет…
Я тут же хватаю один из круассанов и толкаю ему в рот, а он ржёт. Вот лично я чуть в обморок не упала. Мне же не могло это показаться, да? Нет… Он хотел поцеловать… У меня в мгновение каждый волосок на теле вздыбился…
Мы ещё час сидим, попивая горячий кофе без сахара и разговаривая… Больше попыток он не делает, потому что по мне видно, что я боюсь. Настолько сильно его боюсь, что не дышу в его сторону… А потом мой телефон начинает звонить…
Я и так знала, что это случится.
– Мне нужно ответить…
– Отвечай… – отрезает он равнодушно. Хотя я понимаю, что его это порядком достало, но я всё же беру трубку.
– Да, Тась… Что такое?
– Привет… А ты где? – сразу же звучит вопрос.
– На парах… Где же ещё…
– Как на парах?! Твои одногруппники сказали, что тебя с утра не было! – выпаливает она возмущенно, и я тут же округляю глаза, в ужасе глядя на Бессонова, который смотрит на меня ответным, но таким непробиваемым ледяным взглядом…
Она что… Приехала в мой универ, чтобы проверить меня? Серьёзно?