Глава двадцать первая

Проснулась я с ужасной головной болью и першением в горле. Сорочка вся пропиталась потом, хоть выжимай. Несколько минут спустя градусник вынес неутешительный вердикт: тридцать девять и три. Вчерашняя прогулка под дождем не прошла бесследно.

Приняв душ, я надела чистую футболку и снова легла в постель. Накрывшись с головой одеялом, практически сразу я снова уснула. Разбудил меня звонок телефона. Не глядя я шарила рукой по тумбочке, пытаясь найти этот назойливый источник шума. Увидев имя звонившего, я постаралась придать своему голосу максимальной бодрости, на которую только была способна в таком состоянии.

– Привет.

– Аделина, сегодня ты сопровождаешь меня на благотворительный прием. Дресс-код «Black Tie». Будь готова к шести.

– Хорошо, – выдавила я из себя сквозь боль в горле. Говорить Назару о своем плохом самочувствии я не стала. Вариант остаться дома я даже не рассматривала, исключив его из списка возможных. В моей работе не бывает выходных или больничных. Для Назара я всегда должна быть здорова и при полном параде.

О женщине, с которой видела его вчера, я запретила себе думать. Меня это не касается. В любом случае сегодня он снова предпочел меня ей. Я буду сопровождать его, а не она. Думаю, для меня это хороший знак. Игнорируя свое отвратительное самочувствие, я заставила себя выбраться из постели и начать сборы.

Я была не очень хорошо осведомлена о существующих вариантах дресс-кода. Беглый поиск в интернете восполнил этот пробел. Мысленно я была признательна Лере за то, что благодаря ее настойчивости в моем гардеробе были наряды почти на все случаи жизни и сейчас мне не нужно экстренно бежать в магазин.

Мне удалось немного сбить температуру жаропонижающим, но состояние и внешний вид все равно оставались скверными. Замаскировав косметикой лихорадочный блеск на щеках, я сделала укладку и ровно к назначенному времени была полностью готова. Роскошное изумрудное платье в пол с открытой спиной идеально облегало тело. Сверкающий шелк приятно холодил разгоряченную кожу. Отражение в зеркале, если не приглядываться, было почти идеальным.

– Привет, – придерживая подол платья, я села в машину.

Назар окинул меня взглядом и сдержано кивнул, то ли отвечая на приветствие, то ли одобряя мой внешний вид. Сам он был одет в черный смокинг, белую рубашку и галстук-бабочку. Назару невероятно шли костюмы, хотя и в обычных джинсах он умудрялся выглядеть на все сто. Надо признать вместе мы выглядели роскошно.

Когда мы прибыли на место, я разнервничалась, увидев множество фотографов. Вспышки их фотоаппаратов слепили меня. Назар положил руку мне на талию. Мы подошли к стенду, на котором мелькали имена устроителей и спонсоров этого вечера и остановились на минуту, позируя.

– Расслабься, Аделина, – раздался спокойный голос.

Ему легко говорить. Он привык к такому вниманию. Для меня же это все было максимально инородным и мне хотелось поскорее скрыться от этой шумной толпы. Спустя несколько минут мы, наконец, зашли внутрь. Народу здесь было довольно много, но атмосфера была значительно спокойнее, чем на улице. Очень хотелось пить, но в поле зрения было только шампанское, которое разносили на подносах официанты. Назар подхватил один бокал и вручил мне. Отказываться я не стала, дабы не вызвать лишних вопросов. Хотя наверняка не стоит смешивать алкоголь и лекарства, которые я приняла перед выходом.

С Назаром постоянно кто-то здоровался, перебрасывался парой фраз или останавливались для более длительного разговора. Я оставалась чуть позади, стараясь ему не мешать. Голова снова начала побаливать, сильная слабость охватила тело. Очень хотелось присесть, но отходить от Назара я не решалась. Он сказал, я должна сегодня его сопровождать, а это означает быть рядом.

Прохладное шампанское совсем не помогало унять жажду, и по-честному было для меня сейчас лишним, но сегодня мне нужно было отыграть свою роль от и до, а потому я старалась ничем не выдать своего плохого самочувствия. Я медленно осматривала собравшихся людей и вдруг замерла, натыкаясь на пристальный мужской взгляд. Игнат стоял неподалеку и без тени улыбки, даже слегка нахмурившись, смотрел на меня. Он бросил взгляд на Назара, потом снова вернулся ко мне. К плохому самочувствию добавилась еще и нервозность, вызванная этой неожиданной встречей. И я не понимаю, откуда она взялась. Я ни в чем не виновата ни перед Игнатом, ни Назаром, но все равно сильно разнервничалась. Чуть ближе подойдя к Назару, я скрылась за его спиной, лишая Игната возможности прожигать во мне дыру. Буквально в один момент этот вечер стал для меня еще ужасней, чем уже был. Захотелось взять паузу. Находиться в зале у меня больше не было ни моральных, ни физических сил. Я дотронулась до предплечья Назара, привлекая его внимание. Он слегка наклонил голову в мою сторону.

– Мне нужно на воздух. Я выйду на балкон ненадолго?

Назар кивнул, позволяя мне уйти. Я направилась к выходу из зала, стараясь ни на кого не смотреть и особенно на Игната. Не хочу, чтобы это заметил Назар и у него возникли ненужные вопросы.

Положив ладони на бетонное ограждение балкона, я смотрела на верхушки деревьев и огни ночного города чуть вдалеке. Прохладный вечерний воздух заставил разгоряченную кожу покрыться мурашками. По ощущениям казалось, что у меня снова поднялась температура, тело дрожало, начало ломить мышцы. Я понимала, что находиться на улице в моем состоянии не лучшая идея, но и в зале оставаться не могла. Мне необходимо было несколько минут в тишине. Я надеялась, это поможет хоть немного унять головную боль.

– Здравствуй, Лина, – раздался за спиной знакомый голос, услышать который сейчас я не была удивлена. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

Я заставила себя обернуться. Игнат стоял в двух метрах от меня, засунув руки в карманы брюк. На губах легкая улыбка, глаза же пристально изучали меня.

– Здравствуй. Для меня тоже было неожиданностью встретить тебя.

– В третий раз. Судьба, не иначе, – усмехнулся он и достал сигареты. – Теперь ты в нее веришь?

Я была уверена, что наша встреча в кофейне окажется последней, но у Вселенной забавное чувство юмора. Игнат курил и не сводил с меня глаз.

– Я признаться, все это время ждал твоего звонка. На что-то надеялся, – улыбаясь, он покачал головой. – А ты выходит с Гордеевым? – Игнат сделал новую глубокую затяжку и выдохнул дым в сторону. – Зачем плела мне про неудачное для отношений время? Сказала бы как есть. Я понятливый.

– Я и сказала все как есть, – тихо проговорила я, чувствуя, как в висках начинает долбить отбойный молоток. – Время действительно неудачное. То, что я чего-то недоговорила, не означает, что я тебя обманула.

– Ты прости, но в моих глазах сейчас все выглядит именно так.

– Все не так, как тебе видится.

– Разве у тебя нет отношений с Гордеевым?

Мне было так плохо физически, что чужие обманутые надежды меня сейчас совсем не волновали. Самочувствие ухудшалось с каждой минутой. В этот момент мне стало абсолютно все равно, что подумает обо мне Игнат. И я решила поставить точку в нашем с ним знакомстве.

– Нет. У меня нет с Гордеевым отношений. Я с ним сплю. За деньги.

Надеюсь, теперь Игнат оставит меня в покое и уйдет. Некоторое время он смотрел на меня, нахмурившись. Мои слова его явно шокировали. Я видела, как постепенно меняется его взгляд. Из заинтересованного он стал презрительным.

– Вот оказывается в чем дело, – усмехнулся он. – И за сколько Гордеев купил тебя?

Несмотря на то, что я сама рассказала ему о том, что меня связывает с Назаром, этот вопрос все равно ощущался как пощечина.

– Думаю, это не твое дело. – Я старалась держаться спокойно и уверенно, и паршивое самочувствие помогало мне в этом. До чужих потрясений и обид мне сейчас совсем не было дела.

– Назвала бы мне сразу цену, а не строила из себя недотрогу, – продолжал Игнат меня морально уничтожать.

– Я ничего тебе не обещала и надежд не давала.

– Ты мастерски прикидывалась милой девочкой, а оказалась обыкновенной шлюхой. – Он сплюнул себе под ноги и снова глубоко затянулся.

Я смотрела на Игната и мысленно прощалась с ним. Очевидно, что больше он не видит во мне ничего хорошего.

– Ну так что? Сколько ты стоишь? – Он достал деньги из кармана и начал отсчитывать купюры.

От его слов, от презрения в его глазах я испытала жгучую горечь, заглушить которую вряд ли получится. Я смотрела на деньги в его руках, ощущая, как на глазах выступают слезы. Запоздалое чувство стыда все-таки проявилось, начиная грызть меня изнутри. Но я постаралась его заткнуть. Да, я шлюха, но это не значит, что Игнат имеет право так вести себя со мной. Но прямо сейчас я не понимала, как поставить его на место. Я сделала шаг, намереваясь уйти, но Игнат преградил мне путь.

– Дай мне, пожалуйста, пройти, – сказала я негромко, стараясь не расплакаться окончательно.

– Даже за деньги со мной не хочешь? – Зло выплюнул он.

– Игнат… пожалуйста, дай мне пройти.

Но он меня будто не слышал.

– Я хорошо заплачу тебе. В накладе не останешься. – Больше Игнат не считал нужным быть вежливым и доброжелательным. В его глазах я больше не была достойна хорошего отношения. На мне клеймо шлюхи. А со шлюхами разговаривают иначе. – Какой у тебя тариф? Беру максимальный, чтобы все включено. Ни разу не имел дела со шлюхами, – усмехнулся он, отсчитывая деньги. – Столько хватит? – Он протянул мне несколько пятитысячных купюр.

Я смотрела на деньги в его руках, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Моя жизнь превратилась в сплошную череду унижений и грязи. И виноват, конечно, в этом не Игнат.

– Мало? Не вопрос. – Он добавил еще несколько купюр.

В этот момент я почувствовала, как у меня внутри что-то ломается. Я не была готова к такому количеству презрения. Несмотря на то, что мне уже приходилось слышать обидные слова в свой адрес, но именно Игнат заставил ощутить себя грязной. И как теперь отмыться от этого я не представляла.

Каким-то чудом мне удалось обойти Игната и вернуться в зал. Я нашла глазами Назара и направилась к нему.

– Позвоните в понедельник. Мой секретарь согласует время, – сказал Назар и после рукопожатия его собеседник удалился.

Кожа горела, словно в огне. В зале работали кондиционеры, но мне это совершенно не помогало. На лбу выступила испарина. На секунду в глазах потемнело, и я инстинктивно ухватилась за Назара, боясь упасть.

– Прости. Голова закружилась.

Несколько мгновений Назар всматривался в мои глаза, а потом нахмурился.

– Что с тобой?

Я покачала головой, стараясь убедить его, что со мной все в порядке и от этого движения боль усилилась, заставляя меня поморщиться. Назара мой ответ явно не удовлетворил. Сдавшись, я тихо выдохнула.

– Я с самого утра неважно себя чувствую. У меня температура.

– Предупредить меня не могла?

Несмотря на то, что сейчас мне было очень жарко, его явное недовольство заставило меня поежиться. Я старалась оправдаться перед ним.

– Прости. Ты сказал, что я должна сопровождать тебя, и я даже не допустила возможности отказаться.

Одними губами Назар произнес емкое «блядь» и, достав телефон, сделал пару движений по экрану.

– Тарас, машину к входу.

Взяв под локоть, Назар повел меня на улицу.

– К чему геройство, Аделина? Думаешь, если упадешь здесь в обморок, я буду благодарен?

Я ощущала себя в тупике. Я и отказывать ему не хотела и не могла поставить его в неудобное положение, потеряв сознание перед всеми этими людьми, а судя по моему самочувствию, последнее не заставило бы себя долго ждать.

– Прости, – снова повторила я.

– «Прости» блядь, – процедил он сквозь зубы.

Я снова вызвала у Назара недовольство. А я очень этого боялась, потому что каждый такой момент неумолимо приближал меня к окончанию нашей сделки. А сейчас он был не просто недоволен. Он был зол. Впервые я видела его таким. Казалось, он не способен на подобные эмоции, но ненамеренно у меня получилось его на них спровоцировать.

Назар открыл для меня дверь машины.

– Отвези ее домой и возвращайся.

– Будет сделано, Назар Андреевич.

Мне хотелось снова попросить у Назара прощения, но он уже закрыл дверь, и все, что мне оставалось, это наблюдать его удаляющуюся спину.

В машине я несколько раз проваливалась в сон, но все же старалась держаться, подбадривая себя тем, что скоро буду дома, а там уже приму таблетки и сразу лягу спать. Осталось только чуть-чуть потерпеть…

Зайдя в квартиру, я снова почувствовала головокружение. В ушах зашумело. Тело стало ватным. Не желая больше испытывать судьбу, я медленно, опираясь о стену ладонью села на пол и спустя две секунды легла на прохладный паркет, что было весьма своевременно, потому что через мгновение меня поглотила тьма.