Вместо эпилога

При этих словах в душе что-то снова болезненно заворочалось, всколыхнуло то, что я старательно глушила в себе последние месяцы. Я думала, что хорошо справляюсь, но стоило Назару дать о себе знать, как мой с таким трудом заново выстроенный мир дал трещину.

– Откуда он знает, где меня искать?

– Это мне неизвестно. Он просто дал мне адрес и сказал привезти вас.

Мне сильно не хватало Назара и безумно хотелось его увидеть, но это путь в никуда. Я это понимала. Я не настолько нуждаюсь в деньгах, чтобы снова окунаться в эти отношения. Никогда на самом деле у меня не было острой необходимости продавать себя… Это все была глупость, блажь, самое опрометчивое решение в моей жизни. И эту ошибку я больше не повторю.

– Передайте Назару Андреевичу, что у меня больше нет на него времени.

Успевшие немного затянуться раны на сердце сейчас снова вскрылись и кровоточили. Душа рвалась к Назару, но я упорно стояла на месте, не позволяя себе ни шагу ступить в прошлую жизнь. Нет. Я больше этого не хочу.

– Лина, – натянуто улыбнулся Тарас, – Назар Андреевич сказал, если я не привезу вас, он меня уволит. Я думаю, вы понимаете, что он не тот человек, который бросает слова на ветер. Мне бы не хотелось терять работу. Моя жена беременна. Я не могу оставить свою семью без средств к существованию.

Я смотрела на Тараса, пытаясь уложить в голове услышанное. Назар просчитал ситуацию. Он понимал, что я откажусь приехать и загнал меня в безвыходное положение. Мне совесть не позволит подставить под удар Тараса, который здесь вообще не при чем, но может оказаться крайним и пострадать. Я не готова взять на себя такую ответственность. Тарас прав. Назар шутить не будет. Обреченно вздохнув, я села в машину.

Все время пока мы ехали, я ощущала, как медленно желание увидеть Назара смешивается со злостью, создавая гремучую смесь. Я больше ничего ему не должна, наша сделка аннулирована, но Назар продолжает распоряжаться мной, как будто я все еще принадлежу ему.

Чем дольше мы ехали, тем сильнее у меня внутри все вибрировало. Злость трансформировалась в настоящий гнев. Я даже не старалась его сдерживать. Наоборот, собиралась все выплеснуть на Назара. Он больше не имеет никакого права помыкать мной, когда ему вздумается.

Тарас проводил меня до самой приемной. Наверное, опасался, что я передумаю по пути. Напрасно. Сейчас я не отступлю. Я достаточно накрутила себя и теперь готова была высказать Назару в лицо все, что кипело во мне. Понятия не имею, откуда взялась эта внезапная смелость, но подгоняемая гневом и яростью я неслась вперед с единственным желанием – разнести все в щепки.

– Здравствуйте, – поздоровалась Альбина, но я не обратила на нее внимания, имея сейчас четкую цель. – К нему нельзя! – Попыталась она преградить мне путь, но я была проворнее.

– Какого черта ты себе позволяешь?! – Влетела я в кабинет, широко распахивая дверь. – Я больше не твоя шлю… – я осеклась, увидев, что в кабинете Назар находится не один. За длинным Т-образным столом сидели еще четыре человека и словно по команде посмотрели на меня. – П-простите, – проговорила я, мгновенно растеряв весь запал. Теперь мне хотелось сквозь землю провалиться.

Назар, не отрываясь, смотрел на меня, на его губах появилась легкая улыбка. И это тоже меня разозлило.

– Назар Андреевич, я не успела ее остановить, – прозвучал у меня за спиной взволнованный голос секретаря.

– Все в порядке, Альбина. Коллеги, продолжим совещание в понедельник. Все свободны.

Мужчины потянулись к выходу, заинтересовано глядя на меня. Когда дверь за ними закрылась, Назар встал и как опасный хищник медленно подошел ко мне. Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы оставаться на месте, хотя на самом деле хотелось отойти от него подальше, выбраться из-под этой подавляющей энергетики. Сейчас он снова начал меня пугать. Наверное, я успела от него отвыкнуть…

– В мой кабинет не принято входить без стука.

– А меня не принято шантажом доставлять к тебе по первому требованию. – Раньше я бы ни за что не позволила себе так с ним разговаривать, но все наши прежние договоренности больше не действовали, и поэтому я была в своем праве. Я старалась держаться уверенно, но все внутри меня ходило ходуном от волнения. – Ты больше не можешь мне приказывать. Наши отношения закончились.

Атмосфера стремительно сгущалась. Воздух вокруг стал густым и тяжелым. Я сделала шаг назад. Назар снова сократил расстояние и медленно обхватил меня за горло. Я вцепилась в его руку в напрасной попытке оттолкнуть от себя.

– Ошибаешься, – сказал он и накрыл мои губы своими.

К этому я оказалась не готова. Наш первый поцелуй, такой долгожданный раньше и такой неожиданный сейчас, застал меня врасплох. Уверенные движения и стремительный натиск перемалывали мою злость в пыль. Одним махом Назар сломал мою оборону, оставив полностью беззащитной перед ним. Я забыла, зачем пришла сюда и что собиралась сказать, полностью растворяясь в этом упоительном поцелуе. Разум – чистый белый лист. Я была дезориентирована и растеряна.

Продолжая с напором целовать, Назар прижал меня к стене. Я вцепилась в лацканы его пиджака, теряя опору под ногами. Его поцелуй уничтожал мое сопротивление и доставал на поверхность то, что я запечатала глубоко внутри… На мгновение я позволила себе сдаться, насладиться. На короткий миг боль утихла…

Резко развернув меня к себе спиной, Назар задрал мою юбку. Сдернул колготки вместе с бельем… Безумие… Чистое безумие… Горячие ладони крепко удерживали меня за бедра. Истосковавшееся тело объяло огнем. Резкий толчок заставил меня вскрикнуть. Все происходило слишком быстро. Я не успевала за творящимся ураганом, царапала ногтями стену, не в силах справиться с разрушительной силой за моей спиной. Назар словно смерч сминал меня под собой, ломал до основания, чтобы со следующим толчком возродить к жизни…

Его пальцы на моих губах… Мой язык, пробующий их на вкус… Его дыхание у моего виска… Мои отчаянные стоны… Голова кружилась от происходящего. Эмоции как вихрь сменяли друг друга. Тело изнывало, требуя больше горячих прикосновений и настойчивых ласк… Назар накрыл мою ладонь своей… Я смотрела на наши руки и утопала в этой вязкой близости…

Оргазм накрыл меня резко и неожиданно, принеся вместе с собой что-то очень горькое… Когда я почувствовала, что Назар отстранился, то с меня будто морок спал и плотный туман внезапно рассеялся. Я обнаружила себя стоящую с голыми ягодицами, ощущая, как по внутренней поверхности бедра стекает сперма. В этот момент у меня в голове раздался звон битого стекла. Это разбился мой хрустальный мир, который я теперь не склею... Без поддержки Назара стоять было тяжело. Ноги не держали. Скользя ладонями по стене, я села на пол. Неуправляемые эмоции прожигали в душе бездонную дыру… На глазах выступили слезы.

– Я тебя ненавижу.

– Еще недавно любила.

– А теперь ненавижу, – прошептала я, поглаживая кончиками пальцев стену. – Зачем ты вернулся? Я пытаюсь тебя забыть. Я так хочу тебя забыть…

– Тарас, машину, – раздался приказ над головой, а затем Назар заставил меня подняться.

На автомате я натянула белье и колготки, одернула юбку. Я чувствовала опустошение и будто впала в анабиоз. Наверное, равнодушие заразно. Назар взял меня за руку и повел к выходу.

– Меня сегодня больше не будет, – бросил он Альбине.

В машине я забилась в самый угол, желая отстраниться от Назара как можно дальше. Я пыталась понять, в какой момент все пошло не так, почему позволила ему, почему не остановила… Я ненавидела себя за слабость.

В себя я пришла, когда машина остановилась у массивных черных ворот. Назар привез меня к себе домой. Сердце защемило от боли и воспоминаний. Я хотела попросить Тараса увезти меня отсюда, но Назар уже открыл дверь с моей стороны и, не спрашивая, заставил выйти из машины. Отпустил он меня только, когда мы оказались в гостиной.

– Зачем ты меня сюда привез?

– Потому что хочу, чтобы ты была здесь?

– В качестве кого? Твоей шлюхи? Это больше не для меня. – Я смотрела на Назара, чувствуя смертельную усталость. Случившееся измотало меня морально. И мне еще предстояло справиться с последствиями… – Я хочу уйти. Пожалуйста, отпусти меня.

Назар покачал головой.

– Ты еще не отработала всех денег, что я тебе дал.

Я не чувствовала в себе сил противостоять ему. Сегодня он меня уничтожил. Сдавшись, я начала раздеваться. Избавившись от последнего предмета одежды, я посмотрела на Назара.

– Бери, – обреченно сказала я, чувствуя, как на глазах опять навернулись слезы.

Не сводя с меня глаз, Назар медленно подошел и остановился в полуметре. Я снова могла чувствовать его запах. Все это время он везде меня преследовал, а может это были происки истерзанного подсознания…

– Не так, Аделина.

– А как? Хочешь, чтобы я отсосала тебе сейчас?

Я опустилась на колени и потянулась к пряжке его ремня. Назар остановил меня и присел передо мной. Обхватив за подбородок, он заставил меня посмотреть на себя. По щекам бежали слезы, много слез, картинка расплывалась, внутри все болело, старые раны истекали кровью…

– Зачем ты снова появился? – Я вцепилась в его руку, которой он удерживал меня. Это не давало мне окончательно утонуть, позволяло удержаться на поверхности. – Мне было так плохо все эти дни… Я пыталась выжить… А ты пришел и все сломал. Зачем? – Слезы душили меня, дыхание стало рваным. – Ты был готов проиграть меня в карты… Тебе на меня было плевать. Зачем ты снова здесь? Зачем так поступил тогда? Зачем уничтожил сейчас? Зачем? – Прокричала я. Чувствуя надвигающуюся истерику, я схватилась за его пиджак, как за спасательный круг, как будто это единственное, что могло мне помочь выстоять под ее безжалостным натиском. Из горла вырвались рыдания. Тело сотрясала крупная дрожь. – Тебе нравится играть чужими жизнями? Распоряжаться ими на свое усмотрение? Черт возьми, не молчи! Хотя бы сейчас не молчи! – Колотила я его по груди, отчаянно добиваясь ответов.

Внезапно Назар крепко прижал меня к себе, вмиг усмиряя. Я обессиленно притихла в его руках, продолжая дрожать от сильных эмоций. Назар поглаживал меня по голове. Согревал висок своим дыханием. Трогая пуговицу на его рубашке, я чувствовала, как истерика отступает.

– Я хотела, чтобы тебе было хорошо со мной, делала все, что ты скажешь… Я доверяла тебе… А ты сделал мне так больно… – Прикрыв глаза, я уткнулась щекой в его грудь. Я должна держаться от Назара подальше, должна на него злиться, ненавидеть, но у меня больше не получалось этого делать… В его объятиях было так хорошо, спокойно. Я знала, что как только из них выберусь, меня захватит нестерпимая боль и начнется новая попытка выжить…

– Если бы я не был уверен в своей победе, я бы за стол не сел, – вдруг заговорил Назар. – Тебе ничего не угрожало.

Хотелось бы мне хоть на сотую долю обладать такой же уверенностью как у него.

– Я не знаю правил покера, но уверена, что эта игра строится не только на математическом расчете, но и на некоторой доле банального везения. И этой доли тебе могло не хватить в тот день.

– Так многие думают. Повезти может раз или два, но в конечном итоге выигрывает тот, у кого больше опыта. Я хорошо знаю Громова, и весь его блеф считываю на раз. У него не было против меня шансов.

На самом деле меня волновало другое. Оно безжалостным огнем нестерпимо жгло душу.

– Ты даже не задумался, каково было мне в тот момент. Сделал меня разменной монетой в вашей игре… Хотя ты и не должен был заботиться о моих чувствах. Я ведь сама тебе продалась. Ты был в своем праве… наверное… А я так хотела для тебя что-то значить…

Назар обхватил меня за подбородок, прожигая взглядом. Впервые он смотрел на меня так… тепло. Его сосредоточенное на мне внимание волной окутало, согрело.

– Я бы не отдал тебя ему. Не надейся. – Он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, продолжая плавить взглядом. – Под кожу мне влезла, глупая маленькая девочка. Не вытравить теперь.

Измученный за последние часы разум отказывался анализировать эти слова.

– Что это значит? – Спросила я полушепотом.

– Что я тебя не отпускаю.

– Пока не отработаю все деньги?

– Я буду постоянно увеличивать твой долг.

Когда я уходила от Назара, я распрощалась со всякой надеждой на то, что у меня с ним что-то может быть. Я пыталась переболеть им и жить дальше, а теперь он снова наводил хаос в моей душе, отравлял собой мой изломанный мир.

– Мне не нужны твои деньги, – прошептала я. – Никогда на самом деле не были нужны. Было глупостью напроситься к тебе в содержанки. Только теперь я это поняла. Я больше так не хочу.

– Рад слышать.

Три долгих месяца я глушила в себе потребность в Назаре, уговаривала сердце отпустить, выживала, собирая себя заново. Казалось, я проделала за это время большую работу, но стоило ему снова оказаться рядом, как меня отбросило назад, туда, где я совершенно не могла противостоять ему.

– Прогони меня, – прошептала я, не чувствуя в себе сил уйти от него сейчас.

– Зачем мне это делать?

– Потому что мне больно оставаться с тобой.

– А без меня не больно? – Он стер слезу с моей щеки.

– И без тебя больно. – Я прикрыла глаза, не способная выносить его пристальный взгляд. – Слишком больно.

Назар обхватил меня за затылок и снова поцеловал. Это казалось сном, потому что поверить в реальность было невозможно. Долгие месяцы я жила с мыслью, что Назар остался в прошлом. А теперь он снова в моем настоящем, обнимает, целует… На мгновение где-то внутри очень глубоко зародилось что-то похожее на счастье… Если все это сон, то очень жестокий.

– Так не больно? – Ласкало его горячее дыхание мои губы. – Mein Mädchen (Моя девочка, – прим. автора).

Я только начала изучать немецкий, но эти два слова поняла.

– Твоя?

Назар слегка прищурился и улыбнулся.

– Времени зря не теряла.

– Я просто пыталась выжить…

Назар крепче обнял меня. Я слушала биение его сердца, снова начиная плакать.

– Моя, – раздалось в тишине.

Его слова латали дыры в истерзанной душе.

– А ты… мой? – Тихо спросила я, боясь выпустить на свободу робкую надежду.

Мы сидели на полу. Обнаженная физически и морально я прижималась к Назару, впитывала в себя тепло его объятий, которые он ни на мгновение не ослабил. Что бы он сейчас не ответил, это не изменит моих чувств к нему. Я пробовала его забыть, изгнать из сердца, но как оказалось, совсем не преуспела в этом. Я тихо продолжала его любить, бережно сохраняя это чувство глубоко внутри себя.

– Твой… весь с потрохами, Аделина.

Слезы жили своей собственной жизнью, продолжали течь по щекам, спускались к губам, на которых появилась тихая улыбка.

Лера сказала, у моей истории не будет счастливого финала, но я этого и не хочу, потому что финал – это всегда конец. А я хочу, чтобы моя история с Назаром продолжалась…