Глава 41

С утра проснулся и впервые за долгое время отправился на пробежку, вернее, на быструю прогулку. Нужно брать себя в руки и приходить в себя. Хватит жалеть себя и пора выбираться из этого болота, в которое я загнал себя сам.

После пробежки приняв душ и позавтракав, поехал к друзьям. Надеюсь, Снежана с Артёмом смогут мне помочь.

Когда подъехал к дому друзей, нога сильно болела и, припарковавшись, я опять взял трость и побрел к крыльцу. Тёма стоял у двери и наблюдал за мной.

— Ну что? — он сложил руки на груди. — Набегался?

— Угу, — криво усмехнулся я. — Нужно поговорить.

— Пошли в кабинет, — мужчина открыл дверь и впустил меня внутрь.

Я, молча, следовал за хозяином, на первом этаже была тишина. Дети спят что ли?

— Рассказывай, — опустившись в кресло за массивным рабочим столом, сказал Артем, указывая мне на свободное кресло напротив. — Что случилось?

— Вика родила сына, — с горечью произнес я, почему именно эта фраза вылетела первой, я не знаю.

— Это было очевидно, — пожал плечами Тёма. — Она ведь была беременна.

— Моего сына, — смотря прямо в глаза другу, пояснил я. — И он называет Глеба «папой», — мне тяжело было произнести это вслух.

— И это я предполагал, — поставив локти на столешницу и сплетя пальцы в замок, Артём на них устроил подбородок и пристально смотрел на меня.

— Что мне делать? — не разрывая зрительного контакта, спросил я.

— Что ты от меня хочешь услышать? — мужчина немного подался вперед.

— Правду, — выдавил я из себя.

— А правда заключается в том, что ты слизняк! Ты разрушил жизнь себе и любящей тебя женщине, — его слова словно плеть врезались в мою душу. — Теперь твой сын считает отцом чужого дядю. Хотя нет, Глеб для него и есть отец, а ты… — Артём сделал паузу. — Ты бросил ее беременную, выгнал как последнюю… — он прикрыл глаза стараясь сдержать себя и не наговорить мне резких слов. Хотя я заслуживал это. — Выставил из палаты, ты истерил все время, как маленький ребенок, хотя нет, в детском отделении дети ведут себя как взрослые, рассудительные люди, а ты…

— Я все испортил, — продолжил я за него.

— Нет, ты просто повел себя как эгоист, — Артем встал и прошелся по кабинету. — Избалованный мальчик, которому поклонялась толпа девчонок. Ты мне еще при первой встрече не понравился, — ухмыльнулся он, и встал у окна, смотря на внутренний двор. — Но Снежка говорит, что ты просто запутался, в принципе я согласен с ней, но не одобряю твоего поведения. И расскажи мне, почему ты прозрел спустя полтора года?

— Вчера, в парке, я увидел Кирилла, — Артём резко развернулся, на его лице было разочарование.

— Значит, она назвала сына как тебя? — вздохнув, он подошел обратно к столу и опустился в свое кресло. — Я, конечно, не женщина, но на ее месте не поступил бы так.

Слова Артёма как пощечины сыпались на меня, но я был с ним согласен.

— Как мне завоевать ее доверие и вернуть? — спросил я шепотом у Тёмы.

— Не знаю Кир, не знаю, — он покачал головой и, встав, пошел на выход. — Пойдем, может быть, что-то дельное жена подскажет, женщина как-никак.

Согласился с его доводами, и мы вышли во внутренний двор. Погода выдалась солнечная, Снежана качалась на качели с Таисией и я ее сразу не заметил. В песочнице возились младшие дети Станислав и Катерина, а за ними, сидя на стуле, как на коне, приглядывал Егор, играя в телефон. От такой картины мое сердце пропустило удар. А я ведь все пропустил…

— Ну привет, пропажа, — тихо поздоровалась подруга детства. — Давно тебя видно не было.

— Привет Снеж, — я подошел и приобняв ее поцеловал в щеку.

— У нас здесь раскаявшийся пришел, — Снежана на реплику мужа только вопросительно выгнула бровь. — Он вчера сына своего, Кирилла в парке с Викторией встретил, — ухмыльнулся Артём.

— Все-таки сын, как и предполагала Вика, — улыбнулась своим мыслям Снежка.

— Парень просит помощи, хочет вернуть назад Вику и сына, — усаживаясь на качели и забирая спящую дочь с рук жены, пояснял Артём.

— И чем мы можем помочь? — став и потягиваясь, подруга смотрела на меня со снисхождением.

— Советом? Ты же женщина, — тихо проговорил я.

— Женщина если обидеться, а тем более так сильно, как Вика, то может и не простить совсем, — она вздохнула и посмотрела на меня с сожалением. — Понимаешь, в Вике есть стержень, и раз она так поступила, не сказав, что родила, значит добиться ее расположения, у тебя шансов нет.

— Она меня вчера выгнала, — тихо произнес я, но, оба друга услышали.

— Позволь спросить, а как она тебя выгнала, вернее, за что? — Снежка наклонила голову набок и смотрела на меня как на нашкодившего ребенка.

— Снеж, — позвал Артём.

— Подожди, — отмахнулась она от мужа. — Ты пришел с цветами и на коленях, ползал у ее ног, правильно?

— Нет, — я во все глаза смотрел на одноклассницу. — Я пришел и просил, — поймав грозный взгляд Снежки, сглотнул, — я требовал, я хотел увидеть сына. А потом, — я замялся.

— Продолжай Ивлев, и чувствую я, сама сейчас тебя прикопаю под елью в лесу, — она уперла руки в бока.

— У меня забрало упало, когда я прикоснулся к Ванильке, и… мы переспали, — закончил я.

— Что вы сделали? — зашипела Снежана. — Ты с ума сошел? А если она замужем? Ты когда башку свою включишь?

— Не замужем, не должна, — пробурчал я.

— Тебе откуда знать? Кир, ты меня разочаровываешь все больше, — она потерла лицо руками.

— Милая, не волнуйся, — попытался успокоить жену Тёма, но получил грозный взгляд.

— Кирилл! Ты делаешь все, что в твоих силах и даже больше, но порог моего дома ты переступишь в следующий раз только со своим сыном!

— Снежка? — я не верил своим ушам, пришел, называется за советом.

— Снеж? — вторил мне Артём.

— Я все сказала! — и она ушла в дом.

— Мда-а-а, — протянул Тёма. — Женская солидарность. Ты не расстраивайся, ей просто Вика очень нравилась, вот она и психует.

— Ладно, она ведь права. Нужно завоевать доверие Ванильки или для начала получить разрешение видеть сына.

— Удачи, друг! — пожелал мне Артём, а я, обогнув дом сел в машину и поехал поговорить еще с одним человеком.