глава 53

Марианна

На работе я сразу приступаю к своим непосредственным обязанностям, не обращая никакого внимания на крутящуюся около меня Татьяну. Наша секретарша, как всегда с некоторых пор, щеголяет в своём ультракоротком мини.

Татьяна пытается вывести меня на эмоции, пересказывая успевшие родиться сплетни о моём вчерашнем приключении. В нашем городке всегда так. Не успеет кто-нибудь на одном конце города сказать «А», как с другого уже несётся догадливое «Б».

Я отмахиваюсь от Татьяны как от назойливой мухи, спокойно консультируюсь с Марь Григорьевной по срокам очередного договора, и Танюшка, иначе не скажешь, затыкается. Со сплетнями всегда так. Если не поливать их водичкой из собственных слов и оправданий, то они засыхают в пыль и рассеиваются сами собой.

Приходит Андрей, здоровается со всеми нами. Я киваю, не глядя и не отрываясь от документов. Чем быстрее сделаю, тем быстрее уйду домой. Чувствую на себе его взгляд. Он, кажется, стоит прямо у моего стола. Поднимаю нехотя глаза: «Вы что-то хотели, Андрей Эдуардович?» – роняю равнодушно. Действительно равнодушно. Я не играю и не притворяюсь. Мне действительно безразлично его присутствие.

И он это чувствует, видит. Безмерное удивление я читаю в голубых омутах его глаз. Но эта загадочная клубящаяся синева больше не имеет надо мной власти.

– Зайди ко мне, как освободишься, – не сразу отвечает он. Я киваю. Может, зайду, если не забуду. В конце концов, мой непосредственный начальник, вообще-то, Марь Григорьевна.

Танюшка упархивает вслед за своим шефом. В нашей комнате некоторое время слышится лишь негромкий стук клавиш и шелест бумаг.

– А о чём эта наша красотка тебя расколоть пыталась, Марианночка? – ну да, чтобы столько женщин в одной комнате и без разговоров… Так не бывает. Вопрос прибыл от Серафимы Николаевны, моей ближайшей соседки. Наши столы стоят почти вплотную друг к другу.

Я уже собираюсь было ответить, как Серафима Николаевна продолжает свою мысль: «Тебя же вчера с Андреем Эдуардовичем в кино видели. Так чего же Танька брешет про какой-то ночной разбой? Что тебя чуть ли не изнасиловали в гаражах. Вот ведь чего удумала, паршивка. Или тебя Андрей Эдуардович не проводил после кино-то, Марианн?»

– Серафима Николаевна… – делаю мхатовскую паузу я, как бы собираясь с мыслями. Все наши женщины очень смешно обращаются в слух. Хотя и успешно делают вид, что продолжают работать и до моих приключений никому нет дела. Правда, клавиши больше не стучат и шелеста бумаг тоже не наблюдается.

– Во-первых, в кино я была с Надюшкой Селезнёвой, – неторопливо продолжаю я, – а Ваш Андрей Эдуардович был там же со своей невестой. И мы случайно, видимо, выходили рядом из зала. Во-вторых, меня встречал мамин дядя Миша. Поэтому изнасиловать меня по дороге никак не могли. Но да. Наша дорога проходила мимо гаражей, и там как раз были какие-то разборки с алканавтами. Это правда.

– Батюшки-святы. Наш Андрей Эдуардыч, получается, скоро женится?

– Видимо, так.

– Ну ты и скрытная, Марианнка. Чё ж коллектив-то не известила? И эту. Которая у нас тут задницей вся из себя сверкает?

– Потому что я тут же и забыла об этой ерунде.

– Ты глянь на неё. Ерунде. Вон как Танька-то перед ним крутится. А для тебя ерунда.

– Да что вы пристали к девчонке? Не в её вкусе парень, вот и ерунда для неё. Работайте лучше, девочки. А то не бухгалтерия, а курятник какой-то, – наводит порядок в своём царстве Марь Григорьевна, – хотя Танька, конечно, сплетница ещё та. Это надо же, напридумывала…

Я поднимаю от своих бумажек глаза, благодарно улыбаюсь Марь Григорьевне. Всё же как хорошо, что все её дети учились у мамы. Уже собираюсь погрузиться в серое море цифр дальше, как случайно цепляю взглядом дверь в приёмную. Дверь открыта. А в проёме стоит Андрей…