Глава 21

Ник

Как же не хочется расставаться с ней ни на секунду. Тем более, когда она снова решила сиять. Когда от нее глаз невозможно отвести. Отпустить ее от себя… уйти от нее… это пытка. Но Фараон снова дал задание и меня уже ждут. Это мелочь - поговорить с одним хреном. Я умею решать вопросы деликатно, в колонии еще ценили этот мой навык. А бицепсы, рост, внушительная короче туша, помогает еще лучше. Едем на машине по проспекту мимо универа и меня накрывает… Потому что я вижу Вику, рядом с которой вышагивает Антон.

Меня моментально накрывает яростью. Я даже даю по тормозам, и в нас чуть не впечатывается едущий позади джип.

- Охренел? - психует Леха, мой напарник на сегодняшнем задании. А еще он правая рука Фараона. Раз его послали - дело серьезное. Леха щуплый, невысокий мужичок лет сорока. А может и под полтинник ему. Морщин дохрена, как и татух, судя по котором лет двадцать он точно по зонам оттрубил. - Ты че?

- Мне надо остановиться.

- Нельзя. Че такое?

- Ничего. Выйти надо.

- Мы опаздываем.

- А мне пох*й.

- Так, я тебе серьезно говорю, пацан, сейчас нам не до баб.

- Что?

- Да видел я, как ты в окошко зыркнул, и педаль в пол. Че, изменяет, да? Бывает. Потом обоих отметелишь, а сейчас давай по делу и на дорогу смотри.

***

Я даже не помню, как провел чёртову встречу. В такой ярости был, что накинулся на бедного мужика, задолжавшего Фараону кучу бабла. Так на него, наехал что тот сразу всё отдал. Леха был доволен, только посмеялся надо мной, понимая откуда такой нервяк. От его подколов я чувствовал себя еще паршивее. Желание расквасить рожу Антону росло в геометрической прогрессии.

Выскакиваю из машины возле универа, забыв даже попрощаться с Лехой, и тут же поднимаюсь в Викин кабинет. Мне даже не приходит в голову, что у нее могут быть сейчас занятия. Врываюсь к ней. Она одна, и мне становится чуть легче. Собирает вещи в сумку. Смотрю на часы - похоже все занятия закончились…

- Ты снова пропустил пару по биологии, Дворецкий, - недовольно произносят Вика. - Думаешь, я тебе просто так буду оценки ставить? Не надейся. Меня это бесит, ясно! Почему ты так относишься к учебе? Зачем она тебе вообще?

Черт, это пиздец как сексуально, ее голос, и то как отчитывает меня. Злость и ревность - бешеный коктейль, в который теперь примешивается еще и похоть. Я столько времени фантазировал о ней. Как только она пришла в универ… это было точно удар молнии, если не сильнее. С того момента я все время находился в состоянии возбуждения. Я хотел Вику. Безумно хотел. Ее отстраненность, замкнутость, ее скромные шмотки… все сводило меня с ума. А больше всего ее неприступность. Я думал хуже испытания быть не может. Но ошибался. Вот сейчас - это испытание. И я ни черта с собой не справляюсь. Чтобы не наброситься на нее, напоминаю себе причину своей злобы. Я должен объяснить, что Антону рядом с ней не место. Иначе я его просто грохну…

- А знаешь, что бесит меня? - спрашиваю с тихой яростью.

- Даже не представляю, - холодно отвечает Вика.

Подхожу к ней хватаю за предплечье и встряхиваю как куклу.

- Почему этот хрен так и крутится вокруг тебя? Я этому уроду ноги переломаю, если еще раз рядом с тобой увижу.

Мои руки жадно шарят по ее телу, лезу в глубокий вырез платья, касаюсь груди, пальцы ныряют в лифчик. Ее соски твердые, острые. Она тоже возбуждена.

- Прекрати! - Вика отталкивает меня.

Но я слишком зол и слишком на взводе чтобы послушать. Последняя здравая мысль - запер ли я дверь. Вспоминаю, что сделал это, и тормоза отказывают. В следующую минуту уже стягиваю с нее платье.

- Ты же не нарочно это сделала? - хриплю ей в лицо, впиваясь поцелуем. Отстраняюсь и продолжаю допрос:

- Позвала его? У меня и так крыша едет от любви к тебе, но от ревности точно с катушек сорвусь.

Вика стоит передо мной в лифчике и трусиках, дрожит, но я чувствую, что она хочет меня. Безумно хочет. Ее тело напрягается, словно хочет вырваться, оттолкнуть меня. Но затаив дыхание, она стоит покорно, когда моя рука проникает ей в трусы…

В этот момент понимаю, что признался ей в первые любви и хочу услышать ответ. Но Вика молчит, лишь дрожит все сильнее.

Ее глаза закрыты, голова безвольно откинута мне на грудь. Плавно скольжу пальцами по лепесткам ее плоти. И драгоценная влага орошает их… я могу кончить от одного этого осознания, что стоит только коснуться ее - она истекает соками желания. Для меня. Хочу, чтобы только для меня… но могу ли поверить в это окончательно? Она уже многое позволяла мне. Отдавала щедро, без остатка. Но пока чертов бывший крутится поблизости, не могу ни в чем быть уверен. И это убивает меня. Злит, бесит.

Вика снова пытается отстраниться, но я не позволяю, обхватывая за талию. Снова ласкаю, проникаю внутрь пальцем, получая в ответ судорожный всхлип…

- Господи, что ты делаешь…

Вика судорожно дергается в моих в руках.

Разворачиваю ее к себе, двигаю рукой внутрь, глубже, и одновременно неистово целуя ее, терзая рот, как кровожадный зверь добычу, судорожно стаскивая белье, которое с треском рвется. Спускаю джинсы и трусы, испытав облегчение - у меня с момента, как вошел в кабинет, такой сильный стояк, аж больно. Толкаю Вику к столу, спиной к себе, и наконец с исступлением вхожу в нее. Глубоко, сильно, одним мощным толчком. Она кричит, и я зажимаю ей рот рукой, той самой, которая влажная от ее соков. Зарывшись лицом в ее шею, тяжело дыша, размеренными толчками двигаюсь в ней. Это походит на насилие, принуждение. Но едва эта мысль закрадывается - Вика начинает отвечать мне, подаваясь назад, мне навстречу. Это сводит меня с ума, начинаю двигаться сильнее, желая, чтобы от наслаждения она потеряла разум.

- Еще, - срывается с ее губ мольба. Вика выгибается, поворачивает голову, и я жадно целую ее губы, продолжая яростно долбить ее пылающее от страсти лоно. Не помню, чтобы хоть когда‑нибудь был так возбужден, как сейчас. Каждая волна наслаждения в ее теле передается мне. Каждый слабый стон страсти вызывает у меня ответный стон. В каком-то безумии прикусываю ее за шею, не сильно, чувствуя, что вкус ее кожи наполняет меня еще большим наслаждением. Но мне нужно еще больше желания, нестерпимой жажды, опускаю руку и начинаю пальцем ласкать напряженный клитор. Вика извивается, выкрикивает мое имя, прижимается задом к моему паху, отвечает толчками, подаваясь ко мне…

- Еще! - выкрикивает она.

И я даю ей то что она просит. Еще. Пока не начинает всхлипывать от наслаждения. Пока не содрогается, сжимает меня так сильно, что тоже взрываюсь следом, стискивая зубы, сотрясаясь в конвульсиях, кончая так сильно, что едва не теряю сознание. Со стоном совершенного опустошения почти падаю на нее.

Какое-то время мы стоим не двигаясь, вес моего тела отдан Вике, но я даже не думаю об этом, пока она не делает робкую попытку освободиться. Я освобождаю ее, она отходит, последнее что слышу - дрожащий вздох… И понимаю, что дал маху. Не стоило делать этого здесь… еще и во время ссоры. Подхожу, хватаю ее за плечи, заглядываю в глаза. Ее щеки пылают, она выглядит ужасно смущенной. И есть от чего - то что произошло между нами всего несколько минут назад, в кабинете, слишком. Я это понимаю.

- Отпусти, Ник, - просит она. Явно собираясь уйти в себя. Заняться самобичеванием.

Что сделать, чтобы поправить ситуацию? Попросить прощения? За секс? За то, что она испытала сильнейший оргазм? Я чувствовал каждую волну, каждый спазм ее оргазма… И в то же время понимаю, Вика заслуживает большего. Большего, чем быстрый перепихон возле стола…

Она выглядит ужасно потерянной, грустной. И это моя вина. Я как бешеный, так нельзя. Взгляд со стороны на самого себя ужасает. Я конечно крепко на ней поехал… Но я ведь не такой. Не псих. Так тошно становится. Ноет в груди.

- Прости пожалуйста, - выдавливаю кислую улыбку. Чувствую себя беспомощным. Как попавший в шторм бедолага, барахтающийся в воде, сопротивляющийся течению, уносящему его в открытый океан. Понимаешь, что обречен на гибель, и все равно борешься, потому что есть женщина… твой маяк, твой остров в бушующем океане. Единственная, важная, бесценная для тебя…

- Позволишь отвезти тебя домой?

Вика не отвечает, занятая платьем. Вертит его в руках, пытаясь понять, можно ли его надеть. В конце концов, комкает и сует в сумку. Туда же летит белье. Обнаженная, идет к шкафу и достает оттуда белое пальто. Молча надевает на себя. Берет сумку и идет к выходу.

Она не ждет меня, пока запираю кабинет. Мне приходится бежать за ней… я иду чуть поодаль. По коридору. Спускаемся по лестнице. И тут на меня налетает Анька.

- Привет, Ник. Ну ты и гад, знаешь ли, - кривит губы красотка. Смотрю на эти ярко накрашенные пухлые пельмешки и не понимаю ни слова, вылетающего из них. Шум в ушах, зубы стиснуты, от яростного желания просто грубо послать. И я почти готов это сделать, чтобы догнать Вику, но тут вижу, что и ее остановили.

Черт, более неподходящего времени просто не найти. Я не могу вникнуть в то, что мне лепит эта дура Анька. Все мысли сосредоточены на Вике, которую уж не знаю, к счастью, или наоборот, к моему бешенству, останавливает Которов. Он начинает что-то объяснять ей, жестикулируя. А я могу думать лишь о том, что у нее под чертовым пальто нет ничегошеньки. И если этот проклятый мужик сейчас коснется ее - его руки так и порхают над запястьем Вики, я его убью…

- Так что ты скажешь на это, Ник? - девчонка заглядывает мне в глаза, а я понимаю, что ни словечка не понял из ее болтовни. - Это правда?

- Что тебе надо, не пойму, отвали, - бурчу, не сводя взгляда с Вики. Анька оборачивается, следом за моим взглядом.

- Значит правда! Что у вас роман! Что ты с ней спишь!

Меня охватывает ярость. Хватаю дуру за руку, тащу за собой. Попадается мужской туалет, туда и затаскиваю, захлопываю дверь и притискиваю Аньку к двери.

- Кто об этом вякает?

- Да все говорят!

- Передай этим всем, говорить скоро нечем будет. Язык вырву, зубы выбью. Тебя это тоже касается, поняла?

- Ты больной что ли? Мне больно! - вырывает руку Анька.

- Не лезь куда не просят, и больно не будет. Поняла?

Протягиваю руку и беру девчонку за шею. Не сильно, чуть-чуть сдавливаю. Понимаю, что веду себя сейчас как урка. Но ничего не поделать, это мое прошлое. И когда не могу контролировать ситуацию, эта часть меня прорывается наружу. Иногда она спасала мне жизнь. Но сейчас может сослужить плохую службу.

Отталкиваю девчонку, и бегу к месту, где оставил Вику. Но ее уже нет. И меня прошибает холодный пот. Неужели ушла с Которовым? Голая, блядь. Нет, я его точно грохну.