Глава 6. Обаяшка

Кэйстарх шэ Дарр

Когда в Морозном Пике появилось первое подозрительное пятнышко на стене? У драконов отличная память, поэтому я помню тот день так же ярко, как сейчас смотрю на девичью фигурку, сидящую на спине брата, и недоумеваю. Машу крыльями. Усиленно машу, чтоб обогнать его! Не выходит!

Перепонки болят, надрываются от широкой амплитуды движений, крылья цепляют воздух, но брат летит на теплой тяге! У него воздух пластичнее и податливей, поэтому никакое морозное дуновение не сможет мне помочь угнаться за ним. Такое чувство словно я всю жизнь пытался его обогнать, и до последнего момента, мне это прекрасно удавалось.

Вспомнить хотя бы Матильду. Мы ухаживали за ней вдвоем. Черная драконица лишь игриво крутила хвостом, по очереди склоняясь то ко мне, то к Раю. Я приглашал ее на сногсшибательные свидания. Одарял дорогими подарками. Самые лучшие сладости и самые модные платья! Не стоит таить греха – прибегал к своей силе. Но драконицы не отличаются повышенной нравственностью, все же искать партнера на долгий век – та еще задача, и хочется быть уверенной в выборе на все тысячу процентов. Поэтому, заманивая дракона в соблазнительные сети, они всегда пробовали партнера во всех смыслах.

Матильда знатно подпортила мне нервы, когда переселилась в постель к брату. Уязвленное самолюбие спорило с семейными ценностями. Отпустить? Отдать добычу? Особенно, если учитывать, что обитаем мы на одной территории. Наверное… тогда и появилась первая плесень.

Я зашел в его спальню утром. Не очень-то церемонясь. Лег рядом с девушкой, поправил волосы цвета спелой черники, поцеловал плечико, пуская по венам сладкий яд. Обаяние, дурман… Называть можно по-разному, но факт остается фактом, она легко сдалась. Застонала, выгнулась. Брат открыл глаза после ночного сна и обнаружил меня с его девушкой, рядом. Я целовал ее прекрасные твердые вершинки, обрисовывал ямочку пупка, пробрался пальцами ниже, к самому сокровенному. Забрал ее себе назад.

Рай выскочил на улицу. А я насладился трофеем сполна.

Потом, когда мы отдыхали, пришло осознание содеянного. А по потолку в комнате вдруг разрослось зеленоватое пятно.

Матильда нахмурилась, рассматривая его, но потом будто просто забыла.

– Кэй… станешь моим? Давай проведем вместе оставшиеся пять сотен лет? – она закинула на меня ножку, потерялась всем телом. Однако, я остался равнодушен. Нужное мне я уже получил, кроме того, драконица совершила одну большую ошибку. Она СДЕЛАЛА ВЫБОР. Там, где никакого выбора быть не может.

Мы близнецы и хотеть одну женщину для нас совершенно нормально. В самой природе прописано, где-то там, выгравировано, выжжено драконьим пламенем на самих душах. Мы редкий случай, и мало кто из дракониц знает правду. У нашей истинной пары не будет возможности выбрать, она будет хотеть нас обоих в равной степени. И никогда не предаст ни одного из нас.

Матильда была далеко не первой.

Но в этот раз брат серьезно обиделся. А плесень постепенно захватывала поместье. Не поддавалась магии. Он все реже говорил со мной, совместные игры были забыты, осталось только соперничество, которое мы перенесли через всю жизнь. Острый дух соревновательности, особо остро среагировавший на человечку!

С этой девушкой явно было что-то не так. Из-за растерянности, я позволил Раю изменить порядок фигур на шахматной доске. А она… потянулась к нему! Улыбнулась! Флиртовала! Весь мой план пошел крахом! Подумать только, за одно мгновение!

Сам виноват! Стыдно признаться, уверенный в собственной неотразимости я позабыл кабинет в Академии, дракон опрометчиво вытеснил из сознания краткий миг, когда я почувствовал белую кожу, как все тело скрутило от желания, как я отмахнулся и принял это за откат от дара…

Да, моя необычная способность. Только у драконов из правящей семьи просыпалось больше двух стихий. Вода, Воздух… очарование над женщинами. Таков мой талант. Возбудить, заставить молить о прикосновении, смотреть, как ползает по полу и ластиться к ногам, лишь бы коснуться хоть плечом или другой частью, лишь бы приласкал, смилостивился…

И вот. Я вдруг резко попал на место этой женщины. Собирательного образа из тысяч бывших подружек.

Обругал ее, назвал недалекой, глупой человечкой, и в то же мгновение был сам готов упасть перед ней на колени. Сил хватило только сделать шаг назад, и молча мучительно наблюдать как брат уводит намеченную добычу у меня из-под носа! И как ловко он все провернул! Взял ее не за голую кожу, а за рукав пальто, а в форме дракона, похоже, возбуждение не накрывает…

Я зарычал, трубя в самое синее небо, так похожее на глаза девчонки. Она обернулась и… пренебрежительно фыркнула! А потом, заметив, что я вижу это, выдавила вежливую улыбку. Все понятно! Я – лишь работодатель. Высокопоставленный лорд, с которым ничего не может быть. Но тогда почему она выбрала поехать на одном из нас?

Захотелось откусить брату хвост.

Да чтоб тебя! Мне всего-то нужны была бытовая магичка, чтоб вывести плесень, а получил..и… Мы получили. Это! Несуразную человечку с проблемной магией, которая оживляет вещи, и заставляет чемоданы отращивать лапы!

Головную боль и главное… Мой зверь… Он хотел ее. Вопреки разуму и здравому смыслу, ведь драконы не выбирают людей как постоянных партнеров. Век человека слишком скоротечен, чтоб остаться потом возле старушки молодым и здоровым мужчиной.

И все же, и все же…

Я прибавил скорости…

Не успел. Пока я за ними гнался, мы благополучно достигли поместья. Я не сводил глаз с девчонки, все размышляя о ее необычности, и усиленно работал крыльями. Горничная осматривалась с высоты драконьего полета, ее глаза светились, а на лице застыло восхищенное выражение.

Судя по всему, она была просто счастлива сидеть на спине моего братца! Ах-хр! Клацнул челюстями, но хвост Рая быстро метнулся в сторону, и сам дракон стал снижаться. Внизу забрезжил Морозный Пик. Наше наследие, наша родина… Наше гнездо. Пещера, куда близнец тащил сокровище. А оно не его!

Оно НАШЕ!

Я взревел в небеса, негодующе, разрывая воздух на сотни маленьких частиц! Куда катится этот мир?! Почему мой неказистый злой брат получает все, почему она сейчас сидит на нем такая вся довольная-предовольная, обнимает бедрами его шею, льнет к гребню как к любимому мужчине, страстно шепчет что-то, что я не могу расслышать!

Рай картинно взмахнул крыльями последний раз, переходя на бреющий полет, сделал полукруг над поместьем, заходя на посадку, и грациозно приземлился на нашей любимой площадке, где неподалёку кучевряжились заросли междуельника – горного северного растения.

Девчонка восторженно взвизгнула, спрыгнула с хребта дракона, принялась носиться вокруг, рассыпая свои улыбки, как драгоценные камушки. Я засмотрелся, и, как на зло, не угадал с посадкой.

Неуклюжей жирной совой шлепнулся на землю, заскользил, разрывая когтями все вокруг, покатился кубарем, едва смог затормозить, врезавшись в деревья. Где-то отдаленно расслышал испуганный вскрик. Дракон догадался быстрее меня. Кричала Талия.

Рядом сразу возник брат.

– Кэй! Ты что творишь! – он схватил меня за грудки, стоило мне обернуться, – ты же чуть…

Он выразительно посмотрел на человечку. Улыбки исчезли. Она испуганно шмякнулась на землю, прямо рядом со взрытой моим драконом черной землей. Платье испачкалось, ножки прижаты к телу, подол поднялся, оголяя стройные щиколотки в теплых колготках. А самое сложное – в синих глазах цвета моего любимого синего неба застыли слезы. Великий Дракон! Что я наделал?

Хотел подойти к ней и утешить, но меня опередил брат.

Протянул руку девушке, за которую она с благодарностью взялась (прямо за голую ладонь!), взглянула на него, снизу вверх, как на спасителя. Смущенно заалела, источая тонкий искусительный аромат. Да она же!.. Пахнет как самка дракона, нуждающаяся в паре!

Зверь встрепенулся, вынуждая приблизиться к беловолосой красавице, но мои ноги будто закаменели. Я просто смотрел, ощущая, что картина мне… противна. Должно быть, именно так, он чувствовал себя, когда я ласкал Матильду.

Брат гладит пальцами девичью кожу, растирая замерзшие пальцы, она поднимается на кончики ботинок, лишь бы стать слегка выше, но даже так, она едва достает ему до плеча. Тянется вверх, раскрывая губы, с щеки ее сползает слеза испуга, которую тут же стирают крупные пальцы брата.

«Какой же он большой по сравнению с ней! Неужели, я смотрюсь так же?» – проскальзывает в воспаленном мозгу, но я все еще не могу двигаться. Застыл истуканом, наблюдая страшную картину.

Райстарх, этот прохвост, наклоняется ей навстречу и ловит поцелуй. Словно это так легко! Сорвать с этих коралловых губ заветную нежность. Нижняя губа у нее нежная, сминается под его решительным напором, она поднимает руку и вцепляется в его плечо до побелевших костяшек. Словно вот-вот упадет на ослабевших ногах. Вместо этого я получил вчера тряпкой в лицо!

– Ахр! – вырывается жутким звуком из моего рта. – Отойди от нее, брат…

Шипение вместе с рычащими нотками прокатывается по открытой местности, теряясь в зарослях междуельника. И, о чудо! Оно отвлекает Райстарха от девушки. Он с трудом отлепляется от нее, и пока Талия хлопает затуманенным взором, резко делая несколько шагов назад. Он поворачивается ко мне и говорит, триумфально растягивая гласные:

– Как себя чувствуешь, Кэй? Обидно быть на вторых ролях, не так ли? – он усмехается, а после вытирает губы тыльной стороной ладони.

– Матильда никогда всерьез тебя не хотела! – я кричу озлобленно. Сам себе противен. Но за спиной его прячется хрупкая блондинка-человечка, отчего-то запавшая в сердце.

– Ты бредишь! Она всегда хотела только меня. И лишь благодаря твоей силе…

– Силе? – слабый голос зовет из-за его спины. – О чем вы? Какая Матильда?

Пушок, фамильяр девчонки, эта псина, псина с которой мы сразу не поладили, начинает пронзительно тявкать, превращая происходящее в настоящий балаган.

– Да, малышка горничная. У моего брата есть талант. Особенный, – начал Рай.

– Заткнись! – я делаю шаг вперед в намеренье расписаться на его наглой роже и подбить один из красных глаз. И выполняю задуманное. Кулак врезается в нос брата с противным хрустом сломанного хряща.

– Кэй… Так и знал, умеешь решать проблемы только кулаками, – брат вытирает струйку крови. Алые капли брызжут на снег.

Талия начинает тяжело дышать, на личике загорается гневное выражение. Щеки краснеют сильнее, Пушок заливается еще пуще.

– Так! С меня довольно! – она решительно подходит к нам, несмотря на угрожающую обстановку. Встает между, и смотрит на обоих. И нет в ее лице ни капли симпатии.

Мне вдруг становится стыдно.

– У меня ощущение, что я попала на плохое представление в театре! Вы – Белые драконы! Мои работодатели! Лорды. Но вместо того, чтоб просто спокойно доставить на место и выделить мне комнату, вы начинаете… Я не знаю, что это! Сила говорите? Соблазнение?! Какая-то женщина тут замешана? Мне все равно! Слышите?! Я больше никогда не коснусь ни одного из вас! Я приехала сюда, чтобы работать и написать курсовую, мне нужны деньги на обучение, – брат хотел что-то сказать, но она подняла руку вверх, не давая ему высказаться. – Молчать! Раз вы так себя ведете, то и мне можно! Ты! – Палец тыкнул мне в грудь, – настоящий самовлюбленный нарцисс! А ты! – она показала на брата, – самый настоящий боевой петух! Воспользовался слабостью, чтоб украсть поцелуй! Я вам нужна, вы приволокли меня на север и радуетесь тому, что чемодан сбежал. Думаете, я побегу греться в ваши постели! Нет! Этого не будет! Поняли?

Кажется, девчонка выдохлась. Она так кричала, что пар срывался с губ, теряясь где-то в холодном воздухе.

– А теперь, когда вы успокоились, покажите мне наконец мою комнату. И портал, через который я могу связаться с Академией. – Она выпрямилась. Можно подумать у нее вместо позвоночника железный прут!

И, пока брат переваривал «боевого петуха», я отмер.

– Вы правы, Талия… – медленно произнес, наблюдая за ее реакцией. Мне было интересно, насколько она искренне говорит. Ведь у брата, в отличии от меня, не имелось никакого особого таланта по влиянию на женщин. А он смог украсть у нее поцелуй. Разве что природное обаяние (весьма сомнительное на мой вкус).

Ушки девушки дернулись. Она улавливала каждую нотку моего голоса. Краснела, бледнела и топталась на месте, перебирая бедрами. От нее снова пошла волна соблазнительного аромата. Ну нет. Она не сможет пробыть в замке месяц и остаться просто бытовой горничной. Этого не будет. Никогда!

Если потребуется, я выдеру ее из лап брата, или разложу на печати рода, но не отступлюсь! Что ж, мы, ящеры умеем ждать, а сейчас девушка слишком напугана и зла. Она права в одном. Нужно о ней позаботиться. В итоге, борьбу с плесенью никто не отменял.