Глава 17

Дарина

– Я смотрю, появились зубки? – снисходительно усмехается мужчина.

На самом деле мне страшно. Не просто страшно, я в панике. И кусаюсь тоже от страха.

– Что же ты раньше характер не проявляла? – насмешливо выгибает брови. Я его забавляю. Меня насильно затащили в машину. Это весело? Демьян Ростиславович изволит так играть?

– Раньше работала на вас. Вы были моим работодателем.

– А что изменилось?

– Я больше на вас не работаю.

– Да? А кто тебя отпускал?

– Никто. Я сама ушла. Откройте дверь, мне на работу нужно! – нервно дергаю ручку двери, но она не поддается.

– Витя, поехали! – командует мужчина, и машина трогается.

– Куда мы? Остановите! – требую, задыхаясь от злости.

– Ты - на работу, я - домой, – спокойно поясняет мужчина. – И прекрати дергать ручку. Сломаешь – запишу на твой счет.

– Помимо того, что вы тиран, вы еще и меркантильный! – выпаливаю и осекаюсь, кусая губы и уже жалея о сказанном.

– А ты мало того, что трусиха, еще и лгунья.

– Это еще почему?!

– Не вышла на работу, притворилась больной.

– Я правда болею, – продолжаю упорно лгать.

– Ммм, тогда поехали в клинику. Будем тебя лечить. Я, как работодатель, должен обеспечить тебя хорошим медицинским обслуживанием. Витя, сворачивай в клинику Бергмана.

– Да, я не болею! Не надо в клинику, пожалуйста, – сдуваюсь, всхлипывая.

– Витя, притормози.

Водитель паркуется на стоянке.

– Сходи кофе выпей, минут десять.

Витя выходит, оставляя нас наедине.

– Ну пожалуйста, отпустите меня, – прошу. – Зачем я вам нужна? Вам найдут хорошую горничную. Я все равно не буду у вас работать, – пытаюсь договориться с этой непробиваемой глыбой.

– Не хочешь - не работай. Живи так.

– Вы серьезно?

– Сам себе поражаюсь, но да.

Втягиваю воздух, прикрывая глаза.

– Зачем? – резко разворачиваюсь к мужчине, заглядывая в черные глаза. Это трудно. Очень сложно. выдерживать его черный взгляд, но я пытаюсь.

– Я так хочу.

– Нет, вы меня не поняли. Зачем я вам нужна? Чтобы что?

– Хочешь, чтобы я назвал вещи своими именами? Я хотел как можно мягче подвести тебя к своим желаниям.

– А это все – мягко и щадяще? – развожу руками.

– Поверь мне, да, – ухмыляется. – Я как никогда сдержан.

– Да уж, – откидываюсь на спинку сиденья. – А потом что?

– Когда потом?

– Ну вот вы наиграетесь рано или поздно, захотите поменять меня, как Нелли. Что потом?

– Потом... – задумывается. – Никогда не строю планы на будущее, потому что будущего может и не быть. И это не красивая метафора, куколка, это правда моей жизни, – уже серьезно произносит он.

– Прекрасно, если у вас может его и не быть, то у меня оно будет. И я боюсь, что вы мне его испортите.

– Не нужно бояться, кукла. Как и не нужно все настолько усложнять. Я дам тебе все, что хочешь. Что вас, куколок, сейчас интересует? Образование, брендовые шмотки, украшения, путешествия – все, чего ты хочешь, все, о чем мечтаешь.

– Да-а-а-а? – иронично усмехаюсь. – А взамен что? Это же не бескорыстно?

– Я похож на мецената? – кривит губами.

– Нет, не похожи.

– Ты ответила на своей вопрос.

– Не понимаю, о чем вы.

Нет, я не дура, все прекрасно понимаю, что надо мужчине от женщины. Явно не ромашки в поле собирать. Но хочу, чтобы он это озвучил.

– Ну, видит бог, я не хотел ранить твою психику. Я хочу тебя. Хочу - это значит...

– Не продолжайте, я поняла! Нет!

– Что «нет»?

– Нет, мне ничего от вас не нужно. Просто отпустите, – уже почти молю, сглатывая.

– Хорошо. Никогда этого не делал, почти эксклюзивное предложение от меня. Чего ты хочешь, какие твои условия?

И я верю. Верю, что это эксклюзивное предложение. Верю, что такие, как Демьян Ростиславович, никому не идут на уступки. Я даже не поражаюсь его предложению, для таких мужчин это уже много.

– Что? Побегать за тобой, в ресторан свозить, миллион алых роз подарить? – цинично ухмыляется.

– Я хочу любви.

– Чего? – скептически сводит брови.

– Я хочу, чтобы вы искренне меня полюбили. Меня никто не любил.

– Это невозможно.

– Понимаю, – вздыхаю.

На самом деле я боюсь его любви. Боюсь, но специально прошу то, чего мне он не может дать.

– Поэтому отпустите меня. Уверена, много девушек с радостью согласятся на ваше предложение.

Вздрагиваю, когда мужчина хватает меня за подбородок и тянет к себе. Снова очень близко. Недопустимо близко. Нарушая мое личное пространство.

– Тебе же нравится, когда я к тебе прикасаюсь, – не спрашивает - утверждает. Его голос меняется на низкий, бархатный. – И дрожишь ты не только от страха, – другой рукой подхватывает меня за талию. – Твое тело отзывается на мои касания. Зачем сопротивляться? Отдайся мне, тебе понравится, – прикасается губами к моему виску и глубоко вдыхает, одновременно сжимая мою талию сильнее. – Отставь свои комплексы и предрассудки. Ты очень красивая, манящая девочка. Не будешь сопротивляться – я не обижу. Доверься мне, и твоя жизнь сразу станет проще и светлее. Все заботы я возьму на себя, я сам решу, что для тебя хорошо, что плохо. А ты будешь просто моей красивой, послушной девочкой, – его голос срывается на хрип, а мое дыхание начинает рваться.

– То есть куклой?

Мужчина молчит, еще раз глубоко вдыхая запах моих волос.

– Скажи «да», Дарина. Любовь эфемерна, это просто слово в воздух, я же дам тебе гораздо больше.

Ловлю себя на том, что хочется сказать «да». Я даже приоткрываю губы, чтобы безвольной на все согласиться. Этот мужчина, как алкоголь, как наркотик, как эйфория, пленит меня, забирая волю. Но...

– Нет, – сгладываю, упираюсь руками в его сильную грудь, пытаясь оттолкнуть. – Отпустите, вы ошибаетесь, я не хочу вас, вы меня не привлекаете, мне противно! – безбожного лгу от отчаянья, чувствуя, как подступают слезы.

На самом деле он тысячу раз прав. Я хочу. Но мне страшно. Я хочу, но разум вопит: беги. Не хочу быть куклой, в которую поиграют и бросят. Я сломаюсь, и никто не починит. Этот мужчина не умеет любить в нормальном понимании этого слова, он только покупает. Не осуждаю, каждый живет как хочет, а я так не хочу.

Он отпускает меня. Пауза, прикрываю глаза, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

– Ненавижу, когда лгут! – произносит ледяным тоном. – Но самое отвратительное, когда лгут себе. Такие люди никогда не позволят себе жить полноценно.

Не понимаю, о чем он. В моей голове полный хаус из бессвязных мыслей. Во мне столько эмоций, что хочется закричать. Страх, стыд, паника, трепет.

Щелчок.

– Свободна! – звучит как приговор.

Дергаю ручку двери, вылетая на улицу. Почти бегу, спотыкаясь, постоянно оглядываясь. Но за мной никто не едет. Прихожу в себя только в метрополитене.

Все правильно, я сделала все правильно!

«Правильно!» – кричит мой внутренний голос.

Забегаю в вагон метро, сажусь, прикрываю глаза, пытаясь отдышаться. Я все еще пахну этим демоном. Его запах окутал меня, в ушах хрипит его голос, который просит меня отдаться ему и довериться. Я сказала «нет», но это сильнее меня. Даже с закрытыми глазами вижу его черные пронзительные глаза. Он отпустил, но не отпустил...

Разве так бывает?