Глава 2. Похищение невесты или сделка с Хранителем

Телепортационная кабинка сработала точно также, как в тот раз, когда я перемещалась в Лазурию. Та же тошнота и головокружение, то же ощущение будто бы пространство вокруг тебя сворачивается в тугой узел. Дикса оказалась права. Действительно, после сообщения сотруднику телепортационного зала межиномирных кабин, что я являюсь тьяри главы клана Крувицки и еду по личному приглашению, меня пропустили без каких-либо вопросов и требований оплаты телепортации.

Когда через несколько мучительно долгих секунд я открыла кабину привычным жестом, то сразу же пожалела, что забыла надеть свои зачарованные на ночное зрение линзы. Так вышло, что по возвращению из Лазурии я их сняла и больше не надевала. Именно поэтому сегодня утром, отправляясь из особняка Бенефиса в знакомый кафетерий, я даже не вспомнила про них. Зачем? Ведь троллиной я уже дано не представляюсь, а мысли о посещении Сумеречного мира ещё утром мне в голову не приходили.

В первую секунду, когда я вышла из кабины в тёмное и тихое помещение, мне почудилось, что я оказалась в телепортационном зале другого мира глубокой ночью. Уже секунду спустя я сообразила, что моя догадка в корне не верна, ведь в Сумеречном мире вся активная жизнь происходит именно по ночам. Всматриваясь во мрак, я медленно осозновала, что обстановка для телепортационного зала весьма странная: неровные каменные стены, отсутствие какой-либо мебели, люминесцентные грибы точь-в-точь как в Лазурии.

Влажный воздух ударил в нос, и я вдохнула его всей грудью. «Нет, определённо, я оказалась где угодно, но точно не в центральном телепортационном зале Сумеречного мира. Может, это какой-то сбой при перемещении?» – сказала я самой себе, стараясь не паниковать.

Именно в этот момент я увидела напротив себя крупную мужскую фигуру, одетую во всё чёрное. Фигура сделала пару шагов по направлению ко мне, а я вдруг ощутила нарастающую внутреннюю панику. Неужели это Асмандиус Редстафф всё-таки нашёл способ сбежать с плутониевых рудников и похитить меня для реализации своих мерзких планов? Слишком свежи были в памяти воспоминания, как сумасшедший маг, возомнивший себя богом, чуть не изнасиловал меня в подвале замка Редстафф. И вся эта тёмная каменная пещера, и тусклое свечение грибов невероятно сильно напомнили мне о пережитом. Липкий страх противно дотронулся до моего сердца, и пары алкоголя мигом выветрились из моей головы. Я панически отшатнулась от мужской фигуры, но запуталась в подоле собственного платья и рухнула на пол под треск порвавшейся ткани.

– Нет! Нет! Не подходи ко мне! – истошно закричала я, когда мужчина сделал ещё один шаг по направлению ко мне.

Незнакомец тут же замер, а всполох магического гриба упал на его лицо, и я впервые смогла рассмотреть его бледную кожу, прямые волосы до плеч цвета вороного крыла, крупный нос с горбинкой и чёрные, как само тёмное искусство, глаза. Определённо, у него не было ничего общего с лазурянином Асмандиусом Редстаффом. И как я могла их только спутать? Передо мной находился совершенно другой мужчина.

Незнакомец страдальчески поморщился от моих диких воплей, после чего произнёс на удивление приятным баритоном:

– Разрешите представиться, Малефисент, Хранитель Сумеречного мира.

Я икнула от неожиданности. Ну и напугал же он меня до чёртиков!

– Лолианна Иствуд, – представилась я, всё ещё с опаской оглядывая незнакомца. Правила вежливости бабуля Ирма вдалбливала в меня с самого детства, так что даже в такой странной ситуации я машинально назвала своё имя.

– Знаю, – ответил мужчина с огромными чёрными глазами, – иначе бы я Вас не перехватил.

– Перехватили? – повторила я, слегка опешив. – Я думала, что это сбой в работе кабины…

– Обернитесь, – Малефисент приглашающе взмахнул рукой, – никаких кабин здесь нет.

И я обернулась. Кабины действительно не было. Меня замутило: ведь так не бывает, чтобы человек сам по себе вот так просто исчезал из одной точки мира и возникал в другой! Все знают, что для этого нужны либо особенно мощные артефакты, либо специальные стационарные кабины. Перехват человека, перемещающегося в пространстве, звучит как какая-то фантастика! Да и кабины сами собой не исчезают! Кажется, я выпила с Диксой и Таром слишком много огненного вина…

Так, погодите. Если допустить, что Малефисент специально перехватил меня, то выходит, он меня похитил? А для чего? Неужели для… этого самого? Я вновь окинула взглядом широкоплечего мужчину, а он неожиданно нагнулся ко мне, протянув правую руку. Наверно я всё ещё не отошла от пережитого на Лазурии, или же Асмандиус нанёс слишком сильный удар по моей психике. Потому что иначе я никак не могу объяснить то, что в этот момент я заверещала как сирена в подростковом возрасте, когда происходит становление голоса:

– Не-е-ет! Тебе не удастся меня изнасиловать!

Малефисент вновь озадаченно замер, а затем произнёс с плохо скрываемыми нотками обиды в голосе:

– Вообще-то, я подал Вам руку, чтобы помочь встать, и Вы не сидели на каменном полу. Он холодный, а это вредно для молодой девушки, – а затем добавил после секундной паузы, – и раз уж на то пошло, то это женщины предлагают продать душу за ночь со мной.

Я вновь икнула от неожиданного ответа мужчины и покраснела до корней волос. Оказывается, Малефисент хотел оказать мне любезность, а я его обвинила невесть в чём, и подумала, боги знают, что. Кряхтя и путаясь в собственном платье, я кое-как встала с каменного пола и стала отряхивать подол от пыли и земли.

– Всё-таки мы не совсем правильно начали наше знакомство, – вновь заговорил мужчина. – Повторюсь, меня зовут Малефисент. Я – Хранитель Сумеречного мира, – произнёс он с такой гордостью, будто представился самим королём Грацием Пятым.

Разумеется, я не смогла не спросить в ответ:

– А кто такой хранитель? И что именно Вы храните? И где я?

По всей видимости, мой вопрос задел Малефисента, потому что он нахмурил брови:

– Я, э-м-м-м… – он явно подбирал слова, – самый главный в этом мире.

«Ага, ещё один больной и сумасшедший на голову маг с замашками бога», – резюмировала я про себя, вновь напрягшись.

– Я сохраняю баланс и магическую составляющую в Сумеречном мире, – продолжил Малефисент.

– Вы создали Сумеречный мир? – удивилась я, а в голове уже обдумывала планы побега из этого чудно́го места.

Когда-то давным-давно я обрывочно что-то слышала на лекциях в Магическом Университете о том, что бывают маги, способные создавать миры. Неужели мне повезло столкнуться именно с таким магом?

– Да нет же! – искренне возмутился мой собеседник, кажется мой вопрос его не на шутку задел. – Иракл говорил, что с тобой будет сложно, но я не представлял, что настолько! Я не Создатель, я – Хранитель. И, между прочим, я очень хороший Хранитель. Создатели только и умеют делать не пойми что, а потом бросать на произвол судьбы. Я же – Хранитель, и благодаря мне этот мир живёт. Нарисовать картинку не так сложно, а вот вдохнуть в неё жизнь, движение, ароматы, сияние, постоянно поддерживать – это в разы сложнее.

«Так, передо мной точно ненормальный, возомнивший себя богом», – окончательно уверилась я, и начала аккуратно пятиться назад, не зная, что ещё ожидать от нового знакомого. Малефисент увидел моё постыдное отступление, а потому нахмурился, недовольно поморщился и сделал несколько стремительных шагов ко мне.

– Стойте, где стоите! – не смогла сдержать я крик, в котором проступили нотки подступающей истерики.

Малифицент остановился там, где был, устало выдохнул и произнёс:

– Пройдите к выходу из пещеры, я Вам всё объясню. Вы находитесь в Сумеречном мире.

И я с опаской направилась в сторону, в которую махнул головой мужчина. Мне действительно показалась, что в той стороне пещера выглядит как-то посветлее. Так как я всё ещё побаивалась Малефисента, то стала обходить его по дуге, в какой-то момент вновь запнулась о выступающий на полу камень и громко шлёпнулась.

– А-а-а-у-у-у, – застонала я, потирая ушибленное мягкое место. Было больно.

Малефисент страдальчески громко вздохнул, закатил глаза, и буквально через секунду я почувствовала его крепкие мужские руки, которые обвили меня за талию и резко вздёрнули вверх. Я уже готова была возмутиться таким небрежным отношением к моей персоне, как мир вдруг растворился, и через миг мы оказались где-то на вершине горы.

Слова возмущения так и застыли у меня в горле, потому что то, что я увидела, было невероятно прекрасно. В небе было два светила: одно большое серебристо-белое стояло высоко над горизонтом, заливая всё мертвенно-бледным светом, а второе багряно-розовое поменьше мерцало половиной своего диска, только-только вставая из-за моря. Алый свет заливал часть неба, которое в данный момент походило на разноцветные перья новорождённого феникса.

Мы стояли на пике горы, а вокруг нас расстилалась незнакомая земля. Я увидела море такого же багряно-красного цвета, как и светило поменьше, но чуть присмотревшись, поняла, что вода на самом деле лиловая, просто в свете встающего солнца кажется алой. Чем больше я смотрела на эту картину, тем больше понимала, что я действительно нахожусь далеко не в столице или Лазурии. Картинка передо мной больше всего напоминала Сумеречный мир.

– Как же красиво! – восторженно выдохнула я, так как никогда не видела ничего подобного, лишь на картинках.

Мужчина позади меня хмыкнул, но я почувствовала, что ему приятны мои слова. Только сейчас я поняла, что он всё ещё крепко меня придерживает. Я постаралась выпутаться из его рук, на что он чуть крепче меня прижал к себе и раздражённо произнёс:

– Не дури, Лолианна, иначе упадёшь с горы.

Я посмотрела вниз под ноги и охнула. Разумеется, Малефисент был прав, мы стояли на крошечном пологом кусочке земли, и мелкие камушки неизвестной мне горной породы уже скатывались вниз от моего неловкого движения. Я испуганно замерла, а черноволосый мужчина, как ни в чём не бывало, продолжил:

– Посмотри на это лиловое море, – я послушно перевела взгляд на крупные волны, которые причудливо изгибались, переходя в фиолетовые барашки ближе к берегу. Каждая волна оставляла за собой широкую полосу воздушной голубой пены на розовом песке. – Создатель просто его придумал. А я же вдохнул в него жизнь, подарил ему эти волны и пену, я наделил воду магией. Теперь она обладает своими собственными законами притяжения. Отсюда видно, что волны идут одновременно в разные стороны, могут обрушиваться как у берега, так и на глубине. А пена – это воздух, который замешан в воду. Благодаря такому количеству кислорода в воде, даже обыкновенные люди могут нырять на глубину и проводить минуты, а местами и целые часы под ней.

– О-о-о-о-о, – выдохнула я, так как слов у меня не нашлось.

– Посмотри на эти светила, – вновь продолжил Малефисент после некоторого молчания, и я перевела взгляд на небо. Серебристо-белое солнце продолжало висеть высоко в небе, а вот красно-розовое уже поднялось над линией горизонта и залило алыми лучами не только море, но и землю. Открывшаяся картина на миг мне показалась страшной, потому что показалось, будто земля умыта кровью. Но через секунду наваждение прошло, и я убедилась, что это всего лишь лучи красного солнца. – Создатель их просто придумал, но не заложил ни тепла, ни магии, ни даже мерцания. Я сам отрегулировал яркость этих светил так, чтобы стала возможна разумная жизнь в Сумеречном мире. Ни вампиры, ни оборотни не любят яркого солнца.

Я присмотрелась к солнцам и увидела, что они не просто тускло светят, а именно мерцают, посылая свет волнами, и такими же неравномерными и необычными, какие гуляли на поверхности лилового моря. Из-за такого мерцания Сумеречный мир покрывался всевозможными бликами разных оттенков от белого до тёмно-багрового.

Мы молча стояли и смотрели на него. Каждую секунду краски на небе менялись, а когда красное светило поднялось ещё выше, золотые всполохи над горизонтом окрасились в какой-то фантастический цвет, которого я до этого момента ещё ни разу не видела.

Малефисент бережно придерживал меня своими крепкими руками, но при этом он прижимал меня к себе ровно настолько, насколько это было необходимо, чтобы я не упала с обрыва. В какой-то момент я увидела цветной ветер. Ярко-синее завихрение пронеслось прямо перед моим лицом, щёлкнуло по носу и с мелодичной трелью унеслось прочь. Забывшись, я потянулась за игривым синим ветерком, чтобы дотронуться до маленького чуда, оступилась и, кажется, полетела вниз. Всё произошло настолько быстро, что я даже не успела испугаться. Малефисент моментально подхватил меня на руки, а в следующее мгновенье краски Сумеречного мира вновь померкли, и я оказалась в той же самой пещере, в которой была не так давно.

«Какое интересное перемещение», – подумала я, – «никогда не слышала о том, чтобы можно было вот просто раствориться в воздухе в любом месте и возникнуть в другом, не используя при этом мощных артефактов…».

– Я – Хранитель этого мира, мне всё можно, – невозмутимо сообщил Малефисент.

– Но… как… – я изумлённо уставилась на мужчину, поняв, что он ответил на мои мысли. – Вы умеете читать мысли?

Всё, что до сих пор говорил этот мужчина про море и светила, могло являться вешаньем водорослей на уши. Перемещения в пространстве, если призадуматься, также могли происходить за счёт небольших и спрятанных артефактов, а вот чтение мыслей… такие способности подделать практически невозможно.

Малефисент вдруг громко и звонко расхохотался, глядя на меня.

– Я же сказал уже тебе, что я – Хранитель этого мира. А ты очень громко думаешь. Некоторые твои мысли я слышу, но не все, – отсмеявшись, произнёс он, а затем добавил. – А ты забавная. Иракл говорил мне об этом, а я ему не верил.

Я решила отойти в сторону от мужчины, не зная, как реагировать на его слова. С одной стороны, он продемонстрировал мне свою силу, а с другой, я всё ещё его побаивалась и допускала, что это очередной ненормальный вроде Асмандиуса Редстаффа. Ведь похитил же он меня зачем-то? В пещере было гораздо темнее, чем на пике горы, а потому мои непривыкшие к темноте глаза не предупредили меня вовремя о неровностях пола. В итоге я вновь споткнулась и грохнулась бы на пол, не поймай меня в очередной раз Малефисент.

– Нет, ну ты просто ходячее недоразумение, – недовольно произнёс он, а затем прищёлкнул пальцами. – Отныне у тебя будет зрение, как у любого существа, родившегося в Сумеречном мире.

Я насупилась. Сомнительный комплимент в мой адрес. Можно подумать я просила себя перехватывать в телепорте. Мне вот самой с собой очень даже и неплохо живётся. Пока эти мысли проносились у меня в голове, я несколько раз моргнула. Неужели, он думает, что можно вот так прищёлкнуть пальцами и подарить человеку способность видеть в темноте? Да Асмандиус ослепил Виера за эту возможность.

Незаметно темнота посерела и отодвинулась от меня, люминесцентные грибы стали как будто бы ярче. Я ещё раз осмотрела помещение и с удивлением отметила, что стала различать мельчайшие выступы и неровности стен и пола. Пещера, но весьма уютная, если так можно сказать про пещеру. Сухо, чисто, необычно свежий воздух для замкнутого помещения.

Одеяние моего собеседника, которое показалась мне изначально чёрным, оказалось украшенным изысканным серебряным шитьём. Я заинтересованно перевела взгляд на его лицо и различила широкий мужественный подбородок и чуть впалые скулы. Раньше этого видно не было. Сейчас же я обратила внимание, что мужчина передо мной красив какой-то неземной красотой, которая не столько восхищала, сколько заставляла пугливо задерживать дыхание. Малефисент излучал мощнейшую силу, причём эта сила не была сродни силе джинна или какого-то другого существа, которого я встречала ранее. С такой силой я ещё не встречалась.

– Ну как? Нравлюсь? – лукаво спросил он, заметив, что пристально я его разглядываю.

Я смутилась и отвела глаза. Как-то некрасиво получилось: мне подарили ночное зрение, а я уставилась на своего дарителя, как водяной на болото.

– Теперь, когда ты не верещишь от страха, не кричишь, что я тебя изнасилую, и увидела, что действительно находишься в Сумеречном мире, давай поговорим, – довольно предложил Малефисент.

Всё ещё потрясённая неожиданным подарком Малефисента, я оглянулась в поисках чего-нибудь, на что можно сесть. Определённо, мне сейчас вновь продемонстрировали вид магии, неподвластный классическим законам. Мой мозг всё ещё пытался дать какое-то объяснение происходящему. Быть может, мы всё-таки не в Сумеречном мире, а в другом, не открытом для широкой публики, где действуют другие законы магии? Или же я вообще меня ввели в транс и всё это мне кажется?

Мужчина заметил мой ищущий взгляд, ещё раз прищёлкнул пальцами, и из воздуха возникло мягкое удобное кресло.

– Садись, – добродушно произнес он, глядя на моё ошеломление – располагайся, будь как дома.

Я хмыкнула на это приглашение: быть как дома, когда тебя перехватил прямо в телепорте или просто-напросто похитил на полпути неизвестный мужчина, и при этом непонятно, что он хочет от тебя… Весьма громкое заявление.

«А если на кресле был полог невидимости, и он его снял ловким движением, как фокусник, то это могло бы объяснить внезапное появление мебели», – активизировался внутренний голос.

Я недоверчиво села в кресло, подтянув колени к подбородку, и тут же в нём утонула, после чего выжидательно уставилась на Малефисента. Он с немалым интересом наблюдал за мной, словно увидел представителя вымершей расы.

– Всё-таки ты презабавная! Ещё ни одна душа на меня так не реагировала: вначале обвинила в том, что я собираюсь над тобой надругаться, а теперь продолжаешь сомневаться в моей силе, – он хохотнул, но лично мне было не до смеха. – Ладно, теперь, когда ты спокойно сидишь в кресле и слушаешь меня, я хотел бы предложить тебе сделку.

– Сделку? – удивилась я.

Я ожидала всего чего угодно, но только не предложение о сделке. Если он действительно так могущественен, как демонстрирует, неужели ему может быть нужно что-то от меня? От бывшей горничной публичного дома, простой магички, пускай и с редкой специальностью по Вещественной магии.

– Да, сделку, – уверенно кивнул Малефисент и развалился прямо в воздухе, как будто под ним тоже находилось кресло. Вот только ни кресла, ни стула, ни даже табуретки там не было, я видела это своими глазами.

Малефисент побарабанил пальцами по месту, где находился бы подлокотник, будь под ним реальное кресло, и произнёс:

– Лоли, ты не так давно обнаружила тело оборотня Грея Азральда в Лазурии. Ты помнишь?

Я медленно кивнула. Ещё бы забыть такое! Перед глазами сразу же встала картинка с двуспальной кроватью и залитыми кровью простынями… Бр-р-р! Я помотала головой, потому что воспоминания были ещё слишком свежими.

– Ты нашла тело, рассказала маглиции, кто убийца и где искать вырезанное сердце, а также именно ты додумалась до того, каким образом Азральд был убит, и достала неопровержимые доказательства против Асмандиуса, – продолжил Малефисент, глядя на меня.

Я вновь кивнула, всё ещё не понимая, куда он клонит.

– Было бы логично, раз уж ты сыграла основную роль в истории с Азральдом, чтобы ты её и закончила.

– Что? – спросила я уже вслух. Мне казалось, что Редстафф на плутониевых рудниках до конца жизни, история уже завершена.

– Видишь ли… – протянул Малефисент. – Грей Азральд был оборотнем, а оборотни и вампиры – души Сумеречного мира, коим Хранителем я являюсь. У Азральда есть старший брат, который продолжает жить в этом мире, но при этом он не может смириться с утерей горячо любимого младшего брата. Я хочу, – на этих словах он вытянул из кармана своего плаща маленький пузырёк с ярко-салатовой жидкостью, – чтобы ты подмешала это зелье в еду его старшего брата. Это принесёт ему должное успокоение.

– Что? – негодующе воскликнула я, не веря своим глазам. – Вы хотите, чтобы я убила оборотня?

Да как он вообще смеет такое предлагать? Тоже мне Хранитель Сумеречного мира, называется! Малефисент махнул рукой, заставляя меня замолчать. При этом его чёрные зрачки на миг расширились, заняв весь белок. Это было настолько жутко, что я испуганно замолчала.

– Нет же, Лоли, это зелье принесёт лишь покой его старшему брату, он сможет продолжать жить и работать, больше не испытывая мук совести. Во всей этой истории он винит в смерти Азральда себя. Зелье лишь поможет ему.

«Ох, что-то и темнит Малефисент!», – подумала я, прищурившись. – «Логично, чтобы я закончила историю… что это вообще за объяснение такое? И странное зелье, успокаивающее душу… А вдруг оно является ядом замедленного действия?» Мужчина явно и в этот раз смог прочитать мои мысли. Кажется, я действительно слишком громко думала.

– Лолианна, – он резко встал из воздуха, – я уже сказал, что это не яд. Я не привык, чтобы в моих словах сомневались. Клянусь, ничего плохого это зелье не сделает! От тебя требуется лишь дать его старшему брату Азральда.

«И в чём подвох? Если оно такое хорошее, что же он сам его не даст?» – скептически подумала я, а потом обомлела, поняв, что и эту мысль Малефисент прочёл тоже.

– Лолианна! Да сколько же можно сомневаться во всём, что я говорю или делаю? – взревел мужчина, белки его глаз на несколько мгновений полностью заволокло тьмой. – То ты мне не веришь, что я Хранитель Сумеречного мира, то думаешь, будто я могу пожелать что-то плохое исконным жителям моего мира. Я уже поклялся, что зелье только улучшит самочувствие выпившего его оборотня. Что мне ещё сделать, чтобы ты поверила?

Я испуганно ойкнула, глядя на изменившееся лицо и глаза мужчины. Последние, к слову, уже приняли свой обычный человеческий вид, но мне всё равно было страшновато. Кажется, мне придётся поверить Малефисенту на слово. Вон он уже как взбесился, лишь услышав мои мысли.

– Я должна подлить зелье оборотню – и это всё? А что я получу взамен? – я решила уточнить все условия сделки. Невежливо как-то отказываться вот так сразу, не выслушав всё предложение собеседника.

– Да, ты должна подлить зелье и это всё, что от тебя требуется, – невозмутимо кивнул черноволосый мужчина, вновь став спокойным. – Что касается того, что ты получишь взамен… а что ты хочешь? Я знаю, что ты должна Дариону Блэкширу пятьсот с лишним золотых за лечение и проживание в Лазурии. Сумеречный мир богат на драгоценные металлы. Я оплачу твой долг перед главой Службы Безопасности по Иномирным Делам, а ещё обеспечу тебя таким приданым, что в столице никто не осмелиться сказать, будто ты выходишь замуж по расчёту. Поверь, я умею благодарить женщин.

Последнее предложение Малефисент протянул как-то особенно мягко и в его голосе прозвучали явно двусмысленные нотки. Я почувствовала, как жар прилил к щекам и прикусила нижнюю губу. Одним своим предложением Малефисент попал точно в цель. Я до сих пор испытывала огромное чувство вины перед Дарионом из-за того, что ему пришлось заплатить за меня в Лазурии баснословную сумму денег. И ладно бы, я действительно была его невестой… так нет же, мы даже не встречались. А приданое… я всегда мечтала о нём. Ушлые газетчики раскопали, кто такая Лолианна Иствуд, девушка Бенефиса Кёнигсберга, и не раз упоминали про моё прошлое в качестве горничной в публичном доме, не упуская из виду такой пикантной подробности, что именно там я с познакомилась с начальником маглиции. Ко всему они частенько вспоминали состояния рода Кёнигсбергов. Конечно, ничего оскорбительного в мой адрес они не писали, но многое читалось между строк.

Однако стоит ли ввязываться в какую-то авантюру с неизвестным зельем ради того, чтобы покрыть долг и получить приданое? Видя моё сомнение, Малефисент продолжил:

– Я знаю, что ты телепортировалась в Сумеречный мир к Виеру Крувицки, и являешься его тьяри. Я так же знаю, что попытка восстановить его магию обречена на провал. Надеюсь, ты не станешь мне доказывать, что сможешь перестроить все порванные нити Виера, залатать дыры в его ауре и сделать так, как было? Ты, конечно, талантливый маг-вещевик, но поверь, этого мало.

Я вскинулась было, чтобы возразить, но к этому моменту мой организм уже заметно протрезвел, и я могла здраво оценить вероятность того, что действительно могу помочь Виеру. Кого я обманываю? Одно дело – менять ауру неодушевлённых вещей, немного меняя их свойства, совершенно другое – вернуть магию вампиру, после того как его ослепили и досуха выпили. Да если ведущие целители Сумеречного мира не справились с этой задачей, то кто я вообще такая? Однако почему он вдруг вспомнил, зачем я перемещалась в Сумеречный мир?

Малефисент посмотрел на моё озадаченное выражение лица и усмехнулся, поняв, что вновь попал в яблочко. Он сверкнул своими угольно-чёрными глазами и произнёс:

– Я покрою твой долг перед Дарионом, дам тебе приданое и верну родную магию Виеру Крувицки до последней капли.

Что? Я ошеломлённо уставилась на Малефисента. Я не ослышалась? Неужели это возможно? Нет, конечно, меня Дикса уверяла, что можно вернуть кое-какие способности при большом желании, но чтобы вот так, всю магию разом! Невозможно!

– Кроме того, признай, тебе необходимо время, чтобы хорошенько подумать над своей личной жизнью. Если ты возьмёшься за это дело, то обещаю, оно у тебя появится, – продолжал искушать меня черноволосый мужчина.

– Но как Вы… – я смотрела во все глаза на своего собеседника и не могла понять, как он догадался. Ведь я не то чтобы не думала, я себе боялась признаться в том, что сделаю всё возможное, чтобы как можно дольше не выходить замуж за Бенефиса. Нет, он замечательный, и хотя мы частенько спорим из-за его ревности и моей неугомонности… вот только у нас совершенно разные взгляды на мою свободу после свадьбы. Он считает, что я брошу работу и стану хозяйкой его владений, а я этого категорически не хочу.

В глазах Малефисента промелькнул всполох неподдельного веселья:

– Дорогая Лоли, ты телепортировалась за два дня до свадьбы в Сумеречный мир, чтобы попытаться помочь знакомому вампиру вернуть утраченную магию, зная, что, скорее всего ничего не получится, вместо того, чтобы выбирать свадебное платье. По-моему здесь и так всё более, чем очевидно.

Я грустно понурила голову. М-да, действительно, слишком красноречивый поступок. Наверно, когда Бенефис узнает об этом, он придёт в бешенство…

– Не волнуйся, – мягко промурлыкал Малефисент, – мы скажем, что я тебя похитил, и у тебя просто не было выбора. Да и мало ли как всё сложится…

Да как всё может сложиться-то? Я мрачно усмехнулась. Неужели произойдёт чудо, и Бенефис вдруг обзаведётся пониманием и уравновешенностью вместо того, чтобы меня в очередной раз ругать и шлёпать по попе как неразумного ребёнка? Сомневаюсь… Бенефис – не Дарион. Последняя мысль особенно остро кольнула меня в сердце.

По всей видимости, Малефисент и тут подслушал мои мысли, так как я всё это время молчала, а он продолжил:

– Тебе определённо необходимо время, чтобы разобраться в себе и своих чувствах. Нельзя любить сразу двоих мужчин, ты должна определиться. Да и в целом жизнь только на них двоих не заканчивается…

Я вспыхнула от его намёка. Выходит, он думает, что я буду изменять своему жениху?

– Я вообще-то определилась и ответила согласием на предложение Бенефиса, – я вскинула раздражённый взгляд на Малефисента. Да что он вообще себе позволяет? Копается в моей голове как у себя дома, а тут ещё и в сердце полез. Тоже мне знаток женской психологии! У самого-то есть жена или хотя бы просто любимая женщина?

Малефисент выслушал всю мою возмущённую мысленную тираду в свой адрес и громко хохотнул:

– Ой, Лоли, поверь, у меня было много женщин, я всех и не вспомню. Или ты специально об этом подумала, решив привлечь к себе внимание и стать моей любимой? – с этими словами он подмигнул мне, а затем с чисто мужским интересом посмотрел, разглядывая не столько лицо, сколько фигуру. Я кожей почувствовала, как он задержал взгляд на моей ноге, оголившейся выше колена в разрезе порванного подола платья, нескольких расстегнувшихся пуговичках в районе груди, а затем на губах.

Разумеется, я смутилась. Всё-таки что ни говори, а Малефисент был невероятно красив, не говоря уже о его невероятной магической мощи. Но за наше короткое знакомство он успел продемонстрировать такое могущество и мощь Хранителя, что я была уверена: при всём своём желании я просто не способна его заинтересовать как женщина. Что он только пытается этим показать? Я нарочито громко фыркнула, поправив подол платья.

– Как бы то ни было, – после непродолжительного молчания продолжил черноволосый мужчина, – если ты согласишься на сделку, то твой вампир получит свою магию назад, в полном объёме, а ты – время на размышления, которое тебе сейчас так необходимо.

Я нахмурилась. С одной стороны, я чувствовала долг перед Виером, который спас мне жизнь на королевском балу, и искренне сочувствовала его потери магии. Я вспомнила, что даже тогда, когда он был ослеплён и беспомощен, а Асмандиус пришёл в подвал с намерением сделать мне ребёнка, он попытался меня защитить. И пускай та неловкая попытка была пресечена на корню, я чувствовала себя обязанной благородному вампиру.

Что касается предстоящей свадьбы, то и тут Малефисент озвучил моё настоящее желание. Ведь если я сейчас покину эту пещеру и попрошу вернуть меня в телепорт, уже через несколько часов Бенефис найдёт меня, устроит знатную выволочку на правах почти-что-супруга и будет прав. И объяснить ему то, что я всё ещё сомневаюсь – это значит очень сильно его обидеть. С другой стороны, то, о чём просил Хранитель, не звучало совсем уж невыполнимо. Да и не хотел он ничего дурного, поклялся же, что зелье не причинит вреда выпившему его.

Оставался, конечно, крайне негативный опыт общения с оборотнями. Правда, кто знает, может мне особенно «повезло» на том балу познакомиться с самыми неприятными представителями этой расы. Быть может старший брат Азральда Грея весьма приятный молодой человек? Я вспомнила синяки, которые остались на моей руке после танца с одним из оборотней и поморщилась. Одно то, как они смотрели на меня, уловив запахи и Виера, и Бенефиса… Б-р-р-р! Не хотелось добровольно отправляться в стаю двуликих.

– Я изменю твою ауру, – серьёзно кивнул Малефисент на мои заполошные мысли. – Ни один представитель оборотней не почувствует твой запах, ни услышит твои шаги, если ты захочешь передвигаться бесшумно, и кроме того, я наделю тебя такой физической силой, какая тебе и не снилась. Я не думаю, что всё это тебе понадобится, но понимаю, что, так как ты девушка, тебе так будет спокойнее. Разумеется, всё это временно, для того, чтобы ты выполнила условия по сделке. Ну, а на изменение твоей ауры у меня уйдёт порядка дюжины дней.

Я изумлённо спросила:

– Малефисент, объясните мне, я не понимаю! Если Вы можете вернуть родную магию Крувицки, можете взять и поменять мою ауру, наделив меня тем, чего у меня отродясь не было, то почему Вы так настаиваете на сделке? Зачем Вам это? Подливать зелье в еду какого-то оборотня… да Вы просто можете взять и самостоятельно сделать то, что хотите. Почему это должна сделать я?

Мужчина закинул руки за спину и стал большими шагами мерить пещеру.

– Да, уж, Иракл говорил, что ты слишком любопытная и подозрительная… – пробормотал он, потирая большим и указательным пальцем подбородок.

Затем Хранитель принял какое-то решение, остановился напротив меня и произнёс:

– Лолианна, это достаточно сложно объяснить. Если говорить по-простому, то я Хранитель этого мира, а, следовательно, обязан поддерживать баланс во всём. Я не могу брать и вмешиваться в существующий ход событий, потому что тем самым нарушу баланс. Мне бы очень хотелось многое исправить в Сумеречном мире, однако есть определённые правила, которых я, к моему величайшему сожалению, должен придерживаться. Если я начну действовать как Создатель, то меня просто дисквалифицируют.

– Что? – ошарашенно произнесла я, не понимая того, что до меня пытались донести.

– Уничтожат, или по-вашему, по-человеческому «убьют», – он поморщился, как бы пробуя это слово на вкус, – нет, не совсем. Скорее именно уничтожат.

– То есть, действуя чужими руками, ты можешь вмешаться в ход событий Сумеречного мира, а своими нет? – до меня начало доходить, а от волнения я сбилась и стала «тыкать» мужчине. Малефисент даже не заметил того, что я обратилась к нему столь фамильярно. Кажется, это совершенно его не волновало.

– Совершенно верно. Причём, не просто «чужими», а именно твоими. Ты имеешь непосредственное отношение к истории с Греем Азральдом, а потому перед своими я останусь чист, – Малефисент исчез из поля моего зрения, а уже через мгновение я почувствовала его горячее дыхание и шёпот на своей шее. – Лоли, ты же умная девушка. Ты поможешь оборотню, а взамен рассчитаешься со всеми своими долгами – и за спасённую жизнь с Виером, и за лечение в Лазурии с Дарионом. Соглашайся, прошу.

Вот так, живёшь двадцать семь лет и не подозреваешь, что у миров есть Создатели и Хранители, которые явно недолюбливают друг друга и играют в какие-то подковёрные игры. Имея колоссальную силу, они предпочитают наблюдать и вмешиваться лишь посредством заключения сделок с куда как более слабыми обитателями этих миров. «Ну что ж, – заключила я мысленно, – если всё обстоит именно так, то мотивы Малефисента мне становятся понятными, как и то, почему он похитил именно меня».

Интересно, сколько времени уже прошло там, в столице, пока в Сумеречном мире мы наблюдали восход?

Я неуверенно кивнула, а затем робко поинтересовалась:

– А я могу как-то сообщить Бенефису, что со мной всё в порядке? – Всё-таки я планировала приехать к Виеру Крувицки в гости, после чего вернуться обратно в столицу. Сейчас я уже, боги знают сколько, общаюсь с Малефисентом, а ведь ещё дюжина дней должна уйти на изменение моей ауры…

– Забавно, что ты о нём вспомнила, – улыбнулся черноволосый мужчина. – Ты в курсе, что персонал, обслуживающий кабины межмировой телепортации, уже доложил об исчезновении пассажира в Службу Безопасности по Иномирным Делам? Дарион Блэкшир поставил на уши весь свой департамент и сообщил о случившемся Бенефису. Тот пребывает в ярости и вымещает свою злость на подчинённых и на твоём друге, уповая на то, что его департамент должен курировать работу кабин межмировых перемещений. Кёнигсберг обвиняет его в твоём исчезновении, а Дарион искренне считает виноватым именно себя и находится в полнейшем отчаянии. Ты знаешь о том, что Блэкшир действительно очень любит тебя?

– В курсе, – буркнула я и тяжело вздохнула, представив, как Дарион и Бенефис сходят с ума от беспокойства, не зная ни где я, ни что со мной случилось. Видимо мое выражение лица сделалось слишком уж кислым, потому что Малефисент махнул рукой:

– Ладно, – пробурчал он, словно решаясь. – Как насчёт того, чтобы я послал в столицу слепок твоей ауры?

– Это как? – не поняла я.

– Я возьму твою ауру и душу, таким образом, твои друзья будут точно знать, что ты – это ты, а не кто-либо ещё. Но твоё тело останется здесь. К сожалению, разделение души и тела на длительное время для человека невозможно, да и вредно это. У тебя будет всего несколько минут, чтобы поговорить с ними и успокоить. Идёт? – спросил Малефисент.

Я подумала ещё пару минут, взвесила все за и против и, наконец, решила согласиться на странное предложение Хранителя.

– Я согласна на сделку, – сказала я и протянула ему чуть подрагивающую руку. Всё-таки, не каждый день я заключала сделки с бессмертными и могущественными Хранителями миров.

Малефисент, не колеблясь, взял мою руку, и когда наши ладони соприкоснулись, ярко полыхнуло алое пламя, скрепившее нашу договорённость. Дрожь от рукопожатия перенеслась на всё моё тело. Ох, как бы я не пожалела о своих словах!