Часть 2 · Глава 1

Со свадьбы прошло несколько месяцев и супруги старались поддерживать исключительно деловой характер отношений, будто одновременно ощутив, что не стоит нарушать и без того зыбкую границу их «партнёрства».

Дерек снова заводил краткосрочные романы, приводя своих многочисленных девушек в свой номер в отеле. Только теперь соблюдая чуть большую конфиденциальность, дабы это не становилось достоянием прессы.

Мелани, зная о его неуемном желании женщин, теперь с отвращением вспоминала их «инцидент» в саду и в первую брачную ночь, и радовалась, что ей повезло, не стать «очередной».

Ей нравилась ее новая должность, и она старалась с достоинством соответствовать своему назначению, с головой уходя в самообучение все свободное время. Однако оставив себе четыре выходных в месяце: один из них для «семейного» ужина в поместье Эванса-старшего, а так же для возможности навещать мать в лечебнице. Так как новая лечебница находилась за городом, поездка туда занимала без малого целый день.

Сегодня был как раз такой день, Мэл с наушниками в ушах тряслась в древнем переполненном автобусе в направлении дома, после визита в лечебницу.

Когда она, наконец, добралась до своей остановки, на улице уже стемнело, и поэтому когда от стены ее дома отделилась тень и направилась в ее сторону, девушка немало испугалась, вспоминая прошлые угрозы кредиторов, хотя и осознавая, что все долги погашены.

– Мэл, – послышался знакомый голос, отчего-то сегодня менее уверенный и властный, чем обычно.

– Мистер Эванс? – от неожиданности вырвались прежние формальности, – что Вы тут делаете в такое время? Ужин же только на следующей неделе…

– У нас проблемы. Придётся поменять правила игры… – с этими словами он открыл перед ней дверь подъезда, – поговорим дома.

Мэл последовала за «хозяином», смутно представляя, какие у них могут быть проблемы, и чем это может обернуться.

Войдя в квартиру, она включила свет и теперь в тусклом освещении коридора могла разглядеть слегка виноватый вид своего начальника.

– Объясните же? – потребовала она, чувствуя, что то, что он собирается сказать снова перевернёт ее жизнь.

– Не предложишь кофе? – будто оттягивал Дерек.

– Сначала расскажите! – настойчиво велела она.

Дерек внимательно вглядывался в ее лицо, не зная, с чего начать, чтобы Мелани с ходу не послала его ко всем чертям.

– Дайте-ка угадаю, – не выдержала паузы Мэл, – президент все узнал о нашем заговоре, и теперь Вам предстоит жениться на высокородной грымзе, что, по-моему скромному мнению, Вы давно заслужили, а я в свою очередь теряю работу без права найти новую, так как связи мистера Эванса-старшего способны «перекрыть мне кислород»… – она прервалась, чтобы перевести дух, после своей нервозной тирады.

– «Давно заслужил», значит? – он со злой усмешкой смотрел на девушку перед собой, – рад, что ты настроена столь воинственно, мне стало легче, – Рик бесцеремонно прошёл в комнату, и присел на диван, – все не так плохо: он всего лишь узнал о моих… девушках. Ну и о моем проживании в отеле… В общем… ему в этот раз действительно стало плохо…

– Доигрались… – пробормотала Мэл, чувствуя свою вину перед стариком, – как он?

– Он не понял, что наш брак фикция, – Дерек тяжело сложил голову в ладони, – однако сделал вывод, что у нас не все в порядке… Разлад в семье… измены… В общем, он слишком серьезно относится к семейным отношениям… Под предлогом ухудшения самочувствия он потребовал… чтобы мы переселились в его особняк… – Рик видел, как глаза Мелани поползли на лоб по мере того как он продолжал говорить, – Он хочет чтобы мы были рядом… Говорит, что у него больше нет сил самостоятельно управляться в доме… Не желает выходить из комнаты… В общем, много ещё чего…

Мэл стояла неподвижно, в недоумении разводя руками:

– Что Вы сейчас имеете в виду? «Поменять правила игры»? Вы об этом…

Дерек поднялся с дивана и подошёл к ошарашенной девушке:

– Мел, прошу тебя. Я не справлюсь без тебя теперь. Только ты способна помочь… можешь просить все что хочешь!

– Мне ничего не нужно, просто оставьте мою жизнь в покое… – она понимала, что у неё нет шансов, но все же попыталась.

– Ты же понимаешь, что мне не обязательно уговаривать? – его тон вновь стал прежним.

– Собираетесь снова напомнить, что купили меня? – в ее голосе сквозила боль, и это заставляло его ненавидеть себя.

Будто потеряв контроль, он прикоснулся к ее щеке своей большой ладонью:

– Ты ведь знаешь, что у тебя снова нет выбора? – довольно мягко спросил «хозяин», – все, что мне нужно, это чтобы ты была рядом…

– Звучит, как признание… – горько усмехнулась она, осознавая безвыходность своего положения, – я согласна… сделаю, все что попросите…

Дерек некоторое время продолжал пристально смотреть на неё:

– Это слишком смелое заявление… – на мгновение забылся он, – мало ли, чего мне захочется попросить…

Мелани гневно воззрилась на мужчину перед собой и нервно высвободилась от его рук:

– Не заставляйте меня передумать!

– Не ожидал, что это окажется так просто…

– Я все ещё чувствую благодарность за решение моих проблем, и за маму, а теперь мне стыдно за наше представление, из-за которого мистеру Эвансу стало плохо… Кроме того… я отлично осознаю, что в Вашей власти вся моя жизнь: Вы без труда можете вернуть мои проблемы в кратном размере…

– Никогда не забывай об этом, – жестко подвёл он, – это правильное мнение обо мне… и больше не забывайся… – что-то в его тоне привлекло ее внимание.

– Я не настолько глупа, чтобы принять нашу историю, за историю о золушке, – хоть и метафорично, но достаточно твёрдо ответила она, – скорей уж русалочка, – Мэл грустно усмехнулась, – я буду рядом покуда нужна, а затем следует исчезнуть, обернувшись пеной морской…

– Именно… Поэтому не позволяй мне приближаться, не хочу, чтобы потом тебе было слишком больно…

– Вам должно быть все равно, чтобы я не заблуждалась.

– Ты все верно поняла, – он холодно улыбнулся, – теперь мы будем проводить вместе намного больше времени, и это ещё один урок: не верь мне…

***

Пошарпанный некогда зелёный диван, блеклые выгоревшие обои, древнее, но все ещё не раритетное кресло в углу… После ухода Дерека Мелани оглядывала свою квартирку, пусть и съемную, но ставшую ей родной за последние годы. Будто бы последнее, что у неё оставалось… Необходимость попрощаться с «домом» почему-то расстраивала ее больше прочего:

«В какой момент моей жизни все пошло не так? Когда я согласилась на эту авантюру? Или раньше? Когда я родилась, может?!?! – в этих горьких мыслях она принялась упаковывать свой скромный багаж, – игра закончится, и я останусь ни с чем… Работа… дом… Да и клинику эту я не потяну… Черт! – она бросила в чемодан блузку и опустилась на диван, – зато я без долгов! – подбадривала себя Мелани, – И коллекторы больше не посмеют угрожать маме! Что будет, то будет! С этим я потом разберусь…»

***

Уже через несколько дней чета Эванс переступила порог фамильного особняка со своими многочисленными пожитками.

В просторном двухсветном холе с невероятной ниспадающей до самого пола люстрой, новых постояльцев встречала целая армия прислуги.

– К чему этот пафос? Займитесь своей работой, – рявкнул Дерек, заметив растерянность Мэл.

– Вот и славненько, – послышался старческий голос с веранды второго этажа, – этому дому давно не хватает толкового хозяина.

– Брось, – откликнулся Рик, отыскав деда взглядом, – этот дом весь пропах тобой, настолько ты вездесущ. Так что я тут не к месту…

– Даже не пытайся, – предостерёг его старик, – дорогая моя невестка, прошу простить, что не спускаюсь поприветствовать вас ближе, но теперь лестница стала для меня серьёзным испытанием. Нынче собираю свои пожитки, чтобы перебраться на первый этаж, и вам больше места и мне больше возможностей…

– Мы сами скоро поднимемся, чтобы поприветствовать Вас, – вежливо отозвалась Мэл.

– Надеюсь, ты простишь старика, за прихоть наполнить дом жизнью напоследок, – Нил Эванс одарил внука гневным взглядом, – мне вдруг захотелось, чтобы семья была рядом…

– Заканчивайте с этими церемониями, – прервал их диалог уставший Рик, – переезд оказался достаточно утомительным, думаю нам с супругой пора бы отдохнуть, – он повернулся к Мэл, – нам приготовили мою комнату, но ты можешь выбрать для нас любую другую. Можем даже взять комнату деда, он все равно переезжает, – пошутил Рик и расплылся в улыбке, услышав недовольное бормотание за спиной.

Мелани невольно засмотрелась: будто она увидела Дерека-подростка, который не упустил бы возможности подначить дедулю.

***

Только к вечеру оказавшись, наконец, за тяжелыми дверями своей спальни Мэл выдохнула. Их спальни…

– Устала? – бросил Дерек, – Привыкай. Теперь каждый день, как спектакль, – И принялся раздеваться, – завтра на работу. Давай спать.

– Я могу занять диван, – предложила она.

– Не говори глупостей, ты будешь спать на кровати.

– Это может оказаться не очень удобно в долгосрочной перспективе.

Дерек стянув рубашку, повернулся к Мэл:

– Тогда я приду к тебе, – увидев ее воинственное выражение лица, он нахально усмехнулся, ее глаза скользнули по его обнаженному торсу и она, будто одернув себя отвернулась.

– Я уйду из этого дома в тот же день, как Вы позволите себе такую наглость…

***

«Кажется дело вовсе не в диване, – рано утром думал Рик, поднимаясь на ноги, – не могу сказать, что мне было неудобно, но я так и не сомкнул глаз этой ночью, – по пути в ванную он подошёл к кровати, и остановился, – дело в ней… – он смотрел на спящую девушку, длинные стройные ноги обхватывали одеяло, упругие ягодицы в коротких шортах оставались не прикрытыми, темные волосы разметались по подушке, – это единственная женщина, которая может позволить себе просто спать в одной комнате со мной… Любая другая настойчиво приглашала бы меня в кровать, а эта скорее убьет меня, предприми я попытку. Она единственная из известных мне девушек не расплывается в улыбке в моем присутствии, а скорее наоборот. И только она способна за секунду вывести меня из себя… даже когда спит… Моя жена…» – тяжело вздохнув, Рик присел на край кровати:

– Мелани, – позвал он, – Мэл, просыпайся, – он потянулся и коснулся ее плеча, – Мэл, уже утро, нам пора на работу…

Девушка неторопливо приоткрыла изумрудные глаза и, увидев перед собой мало одетого Рика в утренних лучах улыбнулась:

– Хороший сон… – бормотала она и, поймав его ладонь, легко увлекла мужчину за собой на кровать, заставляя обнять, – будь хорошим «хозяином»… хотя бы во сне… – продолжала бормотать девушка сквозь сон.

Рик невольно подчинился… его большая ладонь скользнула по ее волосам, трепетно лаская локоны… нежная кожа… Девушка вновь приоткрыла глаза, когда его палец скользнул по алым губам… Рик напрягся, пытаясь совладать со своим шумным дыханием… Будто застигнутый врасплох…

Но Мэл лишь снова прикрыла глаза и нежно прильнула к его лицу…

«Что за…?» – Дерек не смел шевельнуться, лишь хмурился, пытаясь прийти в себя. Но запах зеленого чая путал мысли…

***

– Хорошо спала? – будто бы между прочим, спросил Рик за завтраком.

– Да. Спасибо, что разбудил.

– Что снилось? – не отступал «хозяин».

«Игра в заботливого супруга?» – успела подумать Мэл, прежде чем в ее голове прокрутились обрывки утреннего сна… Дерек… Он гладил ее… Обнимал… так нежно…

«Хозяин», испытывая необъяснимое удовольствие, наблюдал, как щеки маленькой дьяволицы покрылись милым румянцем:

– Видимо что-то интересное? – усмехнулся он.

Мэл собиралась было отпеть, что «ее сны не его собачье дело», но вовремя опомнившись и окинув взглядом снующую по столовой прислугу, лишь приторно сладко улыбнулась:

– Конечно же – ты, любовь моя…

Рик едва сдерживая смешок, продолжил поглощать завтрак.

***

Уже после дневного совещания оставшись наедине с собой в своём кабинете Дерек, сидя в кожаном кресле, изо всех сил старался не уснуть. Он продолжал смотреть в бумаги, переданные ему секретарем после собрания, но ничего не понимал. Буквы, цифры – все сливалось в один бессмысленный поток.

«Должно быть так сказывается переезд… Я привыкну, и это пройдёт, – его мысли снова и снова возвращались в комнату… Где в его кровати всю ночь мирно спала полуобнаженная девушка… – Мэл», – шептало его подсознание, заставляя возбуждаться.

Дерек прикрыл глаза, откинувшись в кресле, позволяя обрывкам воспоминаний завладеть им… Ее пухлые губы, упругая грудь в его руках, нежная плоть, которую он бесстыдно касался в саду…

Его желание возросло до боли, и неудовлетворенные фантазии заставляли его злиться:

– Черт возьми! – прорычал он тихо, – я хочу ее, но не могу себе этого позволить… Она будто запретный плод… Из-за этого я не могу перестать думать о ней…