Глава 10

— Извини, я сейчас объясню, — только сейчас он прекратил обнимать её плечи, так как Алина больше не сопереживала его рассказам. — В вашем мире намного лучше развивается та часть мозга, которая ответственна за воображение. У вас для этого есть все предпосылки: фильмы, книги, разные игры и прочее… Здесь этого нет. Я изучал ваш мир: вы считаете, что мысли материальны, но не представляете, насколько легко могли бы материализовывать их в нашем мире. Ты могла бы силой своих мыслей и фантазий воплотить в жизнь что-то такое, что изменило бы наш мир к лучшему. Создать технику, чтобы не позволить людям уничтожить чародеев и магов и поработить других людей. Создать, не прилагая к этому много знаний и усилий. Это возможно… Вернее, я думаю, что это возможно… Потому что в вашем мире я обладаю способностями, которые здесь были обычной силой и обычным умом. Вместе мы сможем изменить этот мир, и тебе не придётся потратить на это много времени. Поэтому я привёл тебя сюда. Ты посмотрела книгу на непонятном тебе языке, и я видел, что твоё воображение уже начало рисовать сюжеты, которые могли быть описаны на тех страницах… Ты должна помочь мне, один я не справлюсь… Да, я многому научился у вас, я стал сильным, ловким, научился всем видам боевых искусств, но переломить ход событий я всё ещё бессилен… если буду один…

Алина не знала, как реагировать. Лёша не казался вспыльчивым и агрессивным, но недавно сам признал себя убийцей, причём достаточно буднично и хладнокровно признал. Девушка не представляла, как сказать ему, что он бредит.

— Итак, ты из другого мира, и сейчас мы в нём? — осторожно начала она, стараясь ничем не разозлить собеседника.

— Да, — коротко подтвердил Лёша.

— И ты считаешь, что здесь моя фантазия поможет тебе решить проблемы между людьми и сказочными существами?

Он кивнул, но внёс некоторое дополнение:

— И между самими людьми тоже. А в остальном ты всё верно поняла.

Он простодушно смотрел на неё своими сиреневыми глазами, и девушка невольно задалась вопросом: «Неужели он всё ещё надеется, что я ему поверила?» И его взгляд говорил о том, что да, он ещё надеется.

— Лёша, да ты издеваешься! — не выдержала Алина, вставая и направляясь к двери. — Мы в лесу, в обычном лесу. Если ты выстроил себе тут хижину, это не означает, что лес стал другим миром, — она с трудом отпёрла дверь, отворила её и указала рукой на улицу, как бы показывая, что она права.

— Ты мне не веришь, — констатировал он, хотя этот факт, казалось, его совершенно не обидел. Да, он надеялся на лучшее, но был вполне готов и к такой реакции.

— Да, извини, я тебе не верю, — видя, что можно говорить честно, призналась Алина и уселась на пороге. — Уже не считаю, что ты маньяк, но всё ещё думаю, что с твоей психикой что-то не так. И я не могу помочь тебе, ты зря старался…

— Давай проверим? — предложил он. — Постарайся что-то придумать и вытянуть сюда, в этот мир.

— Как ты это себе представляешь? — терпеливо спросила Алина.

— Я — никак, — ответил Лёша. — У меня плохо развита фантазия, я же объяснял.

Девушка поёжилась, ощущая себя совершенно беспомощной рядом с Лёшей, который обладал непоколебимым спокойствием и не расстраивался, когда что-то шло явно не так, как бы ему хотелось.

— Давай ещё немного поговорим? — внесла своё предложение Алина, надеясь оттянуть момент, когда ей придётся делать вид, что она пытается ему помочь. — Немного поговорим, я окончательно успокоюсь, и мы попробуем что-то придумать и вытянуть в твой мир, как тебе план?

— Хорошо, — как обычно легко согласился мужчина. — О чём тебе бы хотелось поговорить?

Алина начала судорожно вспоминать, о чём можно ещё поговорить, чтобы, желательно, Лёша сам запутался в своих рассказах и в итоге признал, что всё, что он говорит, чушь.

— Ты говорил, я похожа на твою девушку. Где она сейчас? — придумала тему для разговора Алина, и Лёша не выказал по этому поводу никакого недовольства и не стал придираться к словам и уточнять, что не уверен, что та девушка его.

— Понятия не имею, — честно ответил он. — Не знаю, где она сейчас, не знаю, где была раньше и где будет потом, тоже не знаю.

— Ты серьёзно? — удивилась Алина, не веря своим ушам. Ветхая лодочка надежды на то, что можно вывести Лёшу на чистую воду, разлетелась в щепки под разрушающим логику ураганом честности и простоты собеседника, который охотно пояснил:

— Я помню прошлое… урывками… — признался Лёша. — Я не помню, как познакомился с ней, не помню толком ничего… кроме того, что она есть, её зовут Наэлья и… мне кажется, она похожа на тебя.

— Она осталась в твоём мире? — мягко спросила Алина, стараясь не показать собеседнику, что снова совершенно не верит ему.

— Здесь… — он обвёл руками пространство вокруг себя и сел на пол недалеко от Алины, добавив: — Мы сейчас в моём мире.

— Ну да, — легко согласилась она.

Алина огляделась по сторонам, но лес был обычным, феи не прятались на деревьях, маги не попадались на глаза, даже волки не выли, и не было ничего, что бы могло подтвердить слова Лёши. Впрочем, как и опровергнуть. Девушка вздохнула. Попыталась проанализировать ситуацию: с любого ракурса происходящее выглядело бредом. «Жаль, у меня нет неадекватных друзей, сейчас было бы как нельзя кстати заподозрить кого-нибудь из них в глупом розыгрыше…» — подумала она.

— Лёша… — обратилась она к нему и осеклась. — Всё-таки это имя тебе совершенно не подходит! Здесь тебя тоже так звали?

— Да. Это моё имя. У вас оно тоже оказалось пригодным. Кентский спас меня и дал свою фамилию. Придумал неплохую историю о том, что я его младший сводный брат и принял на работу к себе в ветеринарную клинику, которая там, рядом с твоим посёлком.

Фамилия Кентский Алине не говорила ровным счётом ничего, а вот клинику, о которой шла речь, девушка однажды посещала: возила туда сбитую и найденную на разделительной полосе белку. Правда, клинику девушка помнила смутно, поскольку боялась и белок, и крови, а и то и другое в тот момент было в наличии. И тамошнего ветеринара она хорошо помнила: он был молодец. Он осмотрел своего мелкого дикого пациента, поставил белке укол глюкозы и выдал Алине обратно, сообщив, что с животным всё нормально, а кровь идёт от выбитого зуба, и не машина эту белку сбила, а просто зверёк сорвался в дерева и шарахнулся головой об асфальт, схлопотав сотрясение мозга. Из этой внезапно вспомнившейся ей истории она могла сделать лишь один вывод: белку тогда лечил не Лёша. А жаль, было бы занятное совпадение.

А вообще довольно странно, что столь неадекватный человек лечит животных… Или не лечит? Он же не говорил, кем именно там работает…

— И что ты там делал, в клинике этой? — она старалась продолжить этот разговор, возлагая на него надежды на разоблачение собеседника и признание его ненормальным, которые не оправдала предыдущая тема.

— Стал хирургом, ветеринаром, — снова разбил её надежды Лёша и добавил без ложной скромности: — У вас этому учатся долгие годы, но с моими навыками схватывать всё на лету я быстро всему научился.

— Понятно… — обречённо кивнула Алина, признавая, что тянуть время бессмысленно. Нужно было подумать, как она будет делать вид, что пытается материализовать мысли. Воображение сразу подкинуло множество идей и кадров из разных фильмов про ведьм и шаманов. Оставалось выбрать что-то более-менее правдоподобное и качественно изобразить.

— Ладно… — нехотя сдалась она. — Что там ты хотел от меня?

Лёша ненадолго задумался, потёр подбородок тыльной стороной ладони, прикидывая, с чего бы лучше начать.

— Давай что-то простое, — предложил мужчина, и, подумав, спросил: — Колесо — это достаточно просто?

Алина предприняла попытку объяснить ему, что он просит о невозможном и невообразимом:

— Лёша, я не понимаю, чего ты хочешь, и для меня всё сложно, даже колесо! Я не представляю, каким образом я могу создать что-либо из ничего!

— Но ведь надо на чём-то проверить твои способности? — справедливо заметил мужчина. — К тому же не «из ничего», а из своей памяти и с помощью воображения.

Алина уныло посмотрела на мужчину и вздохнула:

— Колесо — это вполне нормально. Как скажешь — колесо, так колесо, — она поняла, что иронии он не заметил, и снова вздохнула.

Пытаться убедительно изобразить бурную мозговую деятельность было рискованно, поскольку Лёша заранее предупредил, что поймёт, если она ему соврёт. «Что ж, от меня не убудет, если я действительно представлю колесо и попробую его материализовать…» — рассудила Алина.

Она уселась поудобнее и закрыла глаза. Силой мысли попыталась позволить своей энергии высвободиться, проходя через кисти рук. В голове назойливо вертелась мысль о том, что, предупреди Лёша заранее о своих просьбах, можно было бы почитать в интернете какую-нибудь подходящую литературу, чтобы хоть выглядеть естественно.

Девушка старалась, как могла. А могла она не так уж и много. Силой самовнушения ей даже на секунду показалось, что энергия действительно течёт по её телу, ощутимо пробирается к кистям рук и концентрируется на кончиках пальцев. Она даже попыталась «слепить» из воздуха шар, совершая руками соответствующие движения, и ей даже почудилось, что в руках и правда появилось нечто плотное и шарообразное. Но стоило попытаться вылепить из этого нечто подобие колеса, как ощущения пропали. Алина снова принялась создавать шар, и на этот раз не стала пытаться ничего из него сделать. Когда он стал окончательно осязаем, она в подробностях представила, каким он должен быть: матово-серебристым и шероховатым. Но когда девушка открыла глаза, то убедилась, что в её руках ничего нет, хоть ощущение присутствия в них шара осталось.

— Это… бесполезно… — неуверенно сказала она следящему за каждым её движением Лёше.

— Я вижу, — сочувственно кивнул он, словно это её должен был расстроить факт неудачи. — За эти полчаса ты потратила много сил, но этого не хватило даже на простую вещицу.

— Полчаса? — переспросила ошарашенная девушка, которой казалось, что прошло совсем немного времени.

— Ну да, может, чуть больше… — как ни в чём не бывало ответил мужчина и заботливо спросил: — Устала?

— Да вроде нет… — пожала она плечами. — Но вряд ли что-то получится… Как думаешь решать проблемы дальше, если я так и не помогу тебе?

— Надо что-то придумать, — просто ответил он и погрузился в свои мысли.

Это совершенно не понравилось девушке, и она хотела было кое о чём ему напомнить. А именно, о том, что её обещали отпустить, если она не сможет помочь. Однако Лёша заговорил раньше, чем она:

— Давай я посмотрю твою руку. Обработаем ранку… — он догадывался, что Алина снова откажется, и решил виновато добавить: — Я не думал, что так напугаю тебя и ты помчишься со всех ног, не разбирая дороги.

Девушка кивнула, протягивая ему руку и поворачивая так, чтобы было лучше видно рассаженный локоть. Лёша сходил к столу, взял с него кувшин с водой и вытащил из ящика лоскут ткани. Алина подошла к нему, и он принялся осторожно смывать засохшую кровь, причём проливая капли воды на пол и не заботясь об этом.

Девушка внимательно наблюдала за тем, как он старается не причинить боли, как на лбу его появились морщинки от важных мыслей, и решила, что сейчас самое подходящее время напомнить ему, что следует вернуть её домой и не строить новых планов с её участием.

— Лёша, ты говорил, что если у меня не получится, ты меня отпустишь… — тихо, но твёрдо сказала она. — Самое время сдержать обещание.

Он убедился, что с её локтём всё в порядке и отнёс лоскут и воду на стол.

— Хорошо, — кивнул он, словно так и собирался поступить, просто позабыл об этом на время. — Скоро будет гроза, и ты сможешь вернуться домой.

При чём тут гроза, Алина не очень поняла, но почему-то не это ей захотелось сейчас уточнить. Лёша подошёл к двери и уселся на крылечке, представленном одной единственной ступенькой.

— А ты? — тихо спросила она.

— А я уже дома, — грустно улыбнулся Лёша.