Глава 14

Таня

В одном платье вышла на улицу. У здания ресторана уже не толпились журналисты и фотографы. Даже швейцары отсутствовали. Порядком стемнело, и ушли все яркие краски. Осталась лежать только красная дорожка. Огляделась. На улице практически не было людей, да и машины редко ездили по дороге. В голове так пусто. Я не могла понять, что мне дальше делать. Что нужно? Куда-то идти? А куда? Внутренний голос кричал, чтобы я бежала как можно дальше от этого места. По инерции сделав шаг в сторону, пошла по широкому тротуару. От переживаний я не чувствовала холода. Прохожие смотрели с удивлением. Нечасто в середине октября встретишь девицу в одном платье на улице. Но мне было все равно, я думала только о том, что мужчина моей мечты, тот, кого я люблю, женится. Если раньше оставалась мизерная надежда, что он придет, объяснится и извинится за то, что сделал, а я его прощу, и мы будем вместе, то теперь этот шанс испарился, как и мои потаенные желания. Внутри разрасталась пустота, пожирающая все чувства, словно трясина, засасывающая в болото, из которого уже никогда не выбраться. Хотелось закричать от бессилия, но я сдержалась. На тело навалилась такая усталость, что ноги еле передвигались. Я не знала, куда шла. Не смотря по сторонам, перебирала ногами, не замечая ничего и никого вокруг.

Неожиданная холодная капля дождя, упавшая на лицо, остановила меня. Подняла взгляд вверх, только сейчас замечая, что небо затянуто грозовой тучей. За первой каплей выпала вторая, третья… И ливанул дождь. Он бил так сильно, словно лупил меня за что-то. По лицу вместе с каплями стекали горькие слезы. Но даже холод дождя не принес утешения.

Я продолжила свой бессмысленный путь. Шла медленно. И без того редкие прохожие и вовсе испарились. Подходя к пешеходному переходу, заметила, что осталось пару секунд зеленого света, и неожиданно рванула вперед, чтобы успеть перейти дорогу. Понятия не имею, откуда у меня взялись силы на бег, но стоило вступить на пешеходный переход, боковым зрением заметила, как резко остановился черный седан неподалеку. Побоявшись, что он меня собьет, отпрыгнула в сторону и, обернувшись к незнакомой машине, заметила, как водительская дверца распахнулась, и оттуда вышел человек. Из-за стены дождя и слез не сразу смогла разглядеть его лицо. Только когда он подошел ближе, мое сердце вновь упало в пятки.

— Пошли в машину, — проговорил Руслан, остановившись передо мной. Я понятия и не имела, откуда он взялся. Как нашел меня. А может, я сплю и мне все это снится? Ведь не может он на самом деле сейчас здесь стоять передо мной. Он должен быть в ресторане со своей невестой.

Я только кивнула на его слова. Боялась сказать хоть что-то. Вдруг, стоит мне произнести один звук, как этот прекрасный сон закончится, и мой мужчина испарится. Только вот я отчетливо почувствовала его крепкую хватку, когда он приобнял меня за плечи и повел в сторону машины. Сам усадил на переднее пассажирское сидение и, захлопнув дверцу, оббежал автомобиль и устроился на водительском месте. Машина тронулась, и мы поехали вперед. Я чувствовала, как с меня стекает вода, падая на дорогую кожаную обивку сидения. Руслан молчал, а я не спрашивала, куда мы едем и почему, главное — он здесь сейчас, со мной. И только, когда мы проехали несколько метров, почувствовала, как замерзла. Я вся дрожала. Что не укрылось от Бекетова.

— Ты вся дрожишь, — сказал он и потянулся к панели, нажал какую-то кнопку, и сидение подо мной вскоре стало теплым, а в ноги подул горячий воздух, только и от этого я не смогла согреться. Меня продолжало колотить от холода.

Мы минут двадцать ехали молча. Я смотрела за окно на вечерний город. По крыше машины стучали тяжелые капли дождя, словно предвещая что-то нехорошее, но мне было все равно. Неважно, что случится потом, ведь сейчас я счастлива, пусть зверски волновалась и сильно замерзла. А еще у меня возникла сотня вопросов.

В какой-то момент машина подъехала к высотке и свернула на подземную стоянку. Я понятия не имела, где мы находимся, но вопросов не задавала. Руслан припарковался и, заглушив мотор, молча вышел из машины. Обойдя ее, он открыл мне дверцу, протянул ладонь, за которую я тут же схватилась и вышла из салона.

— Идем, — сказал он.

А я до сих пор молчала, не задав ни слова. Переплетя наши пальцы, мы пошли к лифту. Створки открылись, пропуская в кабину. Руслан нажал на кнопку нужного этажа, и мы плавно стали подниматься. Стены лифта были зеркальными, и от меня не укрылось мое отражение. Волосы висели мокрыми паклями, макияж потек, и от туши остались черные полосы на щеках. Выглядела не самым прекрасным образом, в отличие от Руслана. Он, как всегда, был хорош, только лицо немного мрачное и бледное. Губы сжаты в тонкую линию. Он злится? На кого? На меня или на себя? А может, все это придумал мой уставший мозг?

Лифт остановился, высаживая на нужном этаже, и, все еще держа за руку, Руслан вывел меня из кабины и подошел к двери. Открыл ее и позволил мне войти первой. Зашел следом, включил свет и запер замок. И только сейчас я поняла, куда мы приехали. Это квартира, в которой я проснулась в день, когда Андрей, бессознательную, привез меня из клуба. Видимо, это место было логовом Бекетовых, и они привозили сюда всех девушек, попавших в неловкое положение.

На мое удивление, Руслан, не говоря ни слова, опустился на колени и помог снять мюли, а поднявшись, из рук взял сумочку, кладя ее на полку. Сам же он тоже снял свои ботинки и пиджак, оставаясь только в штанах, рубашке и жилете.

— Идем, — сказал он, снова взял меня за руку и куда-то повел.

Все происходило словно в немом черно-белом кино. Я полностью отдалась сознанием и телом мужчине, который меня однажды обманул. Не знаю, почему сейчас ему доверяла. Хотя знаю. Я его любила. Ведь кого любишь, тому прощаешь все, верно?

Мы вошли в просторную белоснежную кухню. Руслан усадил меня за стул и, подойдя к холодильнику, достал бутылку. По-видимому, это был алкоголь. Приблизившись, Бекетов налил янтарную жидкость в стакан и протянул мне.

— Выпей.

— Что это? — немного хрипловатым голосом проговорила.

— Виски.

— Нет. На меня алкоголь плохо влияет.

— От одного глотка ничего не будет. Тебе необходимо согреться.

Да. Подобное я уже где-то слышала, но стакан все же приняла и, морщась, выпила. Тот горячим комком упал в желудок, отчего я закашлялась. И правда, немного стало теплее.

— Ты пока посиди, а я приду скоро.

Не дожидаясь моего ответа, он ушел. Я же, словно покорное животное, ждала своего хозяина, не зная, что будет дальше и куда мужчина вообще пропал. Главное — сейчас он рядом. Наверное, это неправильно, и я вела себя как одержимая, но не могла без него. Не прошло ни единого дня, чтобы я о нем не думала.

Руслан вернулся минут через десять. И все это время я ждала, даже не пошевелившись.

— Идем, — проговорил он, и я заметила, что на нем уже нет жилета, а рукава рубашки закатаны до локтей.

— Куда? — наконец-то из моего рта вырвался вопрос, и я затаила дыхание, прислушиваясь к словам мужчины.

— Я навел горячую ванну, тебе нужно согреться.

И он повел меня. Ванна и правда была наполнена практически до краев, а сверху пышной шапкой лежала белоснежная пена, от которой исходил аромат мяты и ванили.

— Чистые полотенца на вешалке, как и халат. Не торопись, тебе нужно прогреться как следует, а потом мы поговорим, хорошо? — тихим голосом, стоя за моей спиной, отозвался Бекетов, а я так испугалась его уходу, словно он снова мог исчезнуть из моей жизни на долгое время. Резко обернулась и с надеждой посмотрела на него.

— А ты? Ты же тоже промок.

— Есть душ, я там постою под горячей водой.

— Но, ванна же большая, нам хватит места для двоих.

Сама не верила, что говорю. Нет, я не такая. Прошлая забитая и скромная Таня ни за что бы не позвала мужчину к себе в ванную. Этот город меня изменил, и я сама теперь уже не знала, кто я.

Кадык Бекетова дернулся. Не позволив мужчине отказаться, я заговорила первая.

— Помоги с платьем, пожалуйста.

Снова повернулась спиной. Платье могла и сама снять, но очень хотелось, чтобы он остался. Пару секунд Руслан раздумывал, помогать мне или нет, и все же сдался. Я буквально почувствовала, как он сделал шаг ко мне, протягивая руки, а затем подушечками пальцев провел по оголенному плечу, и тут же по коже пробежали мурашки. Я больше не оборачивалась. Руслан помог снять платье, оставляя меня только в нижнем белье. Потянувшись к лифчику, расстегнула его и, сняв, бросила рядом. Затем стащила трусики и, сделав несколько поспешных шагов, приблизилась к ванне. Глубокий вдох. Забралась в горячую воду, прижималась к бортику и, опустив на него голову, прикрывала глаза. Я не слышала, как Руслан раздевается, даже подумала, что он ушел, но боялась посмотреть и подтвердить свои мысли. Только когда через минуту вода в ванной всколыхнулась, а моих ног коснулись ноги мужчины, я мысленно возликовала и тут же занервничала.

— Таня, посмотри на меня, — проговорил Руслан, но я даже не шевельнулась. Как лежала на бортике ванной с закрытыми глазами, так и продолжала лежать. И о чем я только думала? Куда сейчас делать вся моя смелость?

— Танюш, пожалуйста, открой глаза, — снова тихо прозвучал голос Руслана, и я, сделав глубокий вдох, наконец-то подчинилась и подняла голову, смотря прямо темно-серые глаза. Сейчас они казались практически черными.

Руслан протянул свою руку и коснулся моей щеки, погладив ее. Я подалась в сторону, чтобы его ладонь сильнее прижалась к моей щеке.

— Тань, прости меня, если сможешь. Я повел себя как настоящий мудак. Когда тебя увидел в первый раз на своей кухне, твой этот растерянный испуганный взгляд… Я сперва разозлился, что какая-то посторонняя девчонка бродит по дому, а потом, когда ты заговорила и приняла меня за рабочего, уже не мог отвести от тебя взгляда. Ты все говорила и говорила, я даже точно и не помню, о чем, но зато я помню те чувства, которые испытал. И подумал тогда: не хочу вот так вот сразу же с тобой прощаться. И придумал ложь, на которую ты повелась. А после нескольких встреч понял, что крупно встрял, решил, что нужно заканчивать, пока это все далеко не зашло. Я ведь изначально понимал, что нам не быть вместе…

— Почему?

— Потому что мы из разных миров, как бы это смешно ни звучало. У нас нет будущего, как бы нам ни хотелось. Да, были бы скоротечные отношения, хороший секс, но не больше. Ты ведь такая чистая, добрая, мягкая, тебе не выдержать все то, в чем я живу. Ты не акула, ты — золотая рыбка.

— И поэтому ты решил жениться на Изабель?

— Уже знаешь…

— Наверное, уже все знают.

— Да. Она хорошая.

— Ты любишь ее? — задала вопрос, смотря ему прямо в глаза, а Руслан ответил без колебаний.

— Нет.

— Так зачем женишься?

— Так требует мой статус. Я должен быть успешным, богатым и семейным. Тебе не понять, но на мне лежит большая ответственность за людей, которые мне доверяют, и я не могу их подвести.

— А я?

— Ты другое, Танюш.

Мы сидели на расстоянии вытянутой руки, и в то же время мне казалось, что между нами километры. Наверное, Руслан прав: мне никогда не понять таких, как он, но сейчас, в данный момент, мы рядом. Он со мной, а не со своей невестой. Смотрел, гладил и говорил он со мной, и мне сейчас этого достаточно, а что будет завтра, мы решим потом.

Поддавшись чувствам, я наклонилась вперед, целуя Руслана в губы, пальцами цепляясь за его плечи и чувствуя, как он весь напрягся, но не отстранился. Руки Бекетова скользнули на мою талию, придерживая и притягивая ближе, усаживая сверху. В живот мне упиралось очень-очень твердое мужское достоинство. На мгновение прервала поцелуй, проговорила хрипловатым голосом ему в губы:

— Ты забрал мое сердце и душу, Руслан Бекетов. И я тебя даже за это ненавижу. — Вздох, и я снова приникла к его губам, чувствуя, как его руки еще сильнее сжимают мою талию.

— Ты, — он замолчал, слегка откашливаясь. — Ты точно этого хочешь.

— Да. Хочу, чтобы ты был первый.

В моей голове творился сейчас такой хаос, но я бы ни за что не изменила своего решения. Я любила его. Всей душой и телом любила этого придавшего меня мужчину. Любовь зла, она не щадит наши нервы и чувства, она идет по головам. Внутри еще оставался маленький огонек надежды на то, что, возможно, Руслан изменит свое мнение и все же вернется ко мне, вопреки разуму и мыслям о том, что нам не быть вместе.

Одна рука с талии скользнула на живот и коснулась груди, обхватывая и немного сжимая. Изо рта вырвался протяжный стон, а внутри расплылся горячий тугой ком желания. Я хотела его до мушек, до дрожи в теле. Рука с груди снова сползла на живот, погладив его, опустилась на лоно, задерживаясь на мгновение, и один его палец скользнул внутрь. Я ахнула, и тогда вторая рука с моей талии легла мне на затылок, надавливая на него, заставляя вновь поцеловать. Возбуждение стало практически невыносимым, и я уже готова была просить, но Руслану не нужны мои слова. Его руки снова легли на мои бедра, немного приподнимая, и я почувствовала, как в меня упирается твердый член. Рывок, — и он уже во мне. От неожиданной боли вскрикнула, но Руслан поймал мои губы и углубил поцелуй, орудуя своим наглым языком во рту, заставив почувствовать вкус мяты. Боль прошла быстро, и теперь я ощущала только наполненность, граничащую с приятными чувствами. Бекетов, устраивая на моей талии свои руки, стал задавать темп, как мне двигаться. Я была рада, что моим первым мужчиной стал именно он. Теперь полностью душой и телом принадлежала Руслану. Страсть поцелуя потихоньку стихла, и теперь он целовал меня нежно, осторожно, а я продолжала двигать бедрами, наслаждаясь приятным чувством.

Одна рука Руслана с бедра поднялась, находя мою грудь, и сжала ее, пропуская между двумя пальцев набухший сосок.

— М-м-м… — Изо рта вырвался сладостный стон, и я сжала плечи Бекетова еще сильнее, запрокидывая голову, и моей шеи коснулся горячий поцелуй. Казалось, что время остановилось.

Неожиданно внутри что-то взорвалось, приятное и сковывающее, а изо рта вырвался стон наслаждения, вызывая у Руслана хрипловатый смешок.

— С первым оргазмом тебя, детка, — сказал он и поцеловал в висок, ссаживая с себя.

Вдруг я почувствовала слабость. Хотелось лечь и лежать. Руслан же развернул к себе спиной и, неожиданно для меня, стал мыть. Он аккуратно проходился по коже мочалкой, иногда касаясь своими губами моей шеи, плеча, спины. Я же только не мурчала от удовольствия. Мы говорили, смеялись, словно между нами не было той толстой стены лжи. На этот миг нашего уединения она испарилась.

Как только ванные процедуры закончились, Руслан помог мне выбраться, сам вытер полотенцем и, надев махровый халат, на руках отнес в спальню. Не там, где я проснулась с Андреем, совсем другая. Уложив на кровать, Бекетов навис надо мной и сладко поцеловал, раздвигая полы халата. Оторвался от моих губ буквально на каких-то пару секунд, чтобы из тумбочки выудить презерватив и одеть его, а затем снова вошел в меня, аккуратно, не забывая ласкать.

Меня разбудили яркие лучи солнечного света. Буквально ослепляли. Открыв сперва один глаз, затем второй, осмотрелась, убеждаясь, что вчера мне все не приснилось, а ноющая приятная боль между ног только подтверждала случившееся. И даже сейчас, на свежую голову, я ни о чем не жалела.

Руслана не было в кровати. Приподнявшись на локтях, встала, накидывая на себя халат, лежавший в ногах. Подошла к двери и открыла ее, выходя в коридор. В нос мне тут же ударил ванильный аромат выпечки, и желудок заурчал. Но меня больше сейчас волновало, который час и где мой телефон? Родители, скорее всего, меня уже с собаками по городу ищут, а я здесь. Вспомнила, что, когда вчера пришла, Руслан забрал сумочку, положив в прихожей на полку, туда я и направилась. Стеклянные непрозрачные двери кухни были закрыты, доносился звук включенного телевизора. Значит, Руслан там, но к нему я загляну чуть попозже.

Как и ожидалось, сумочку нашла в прихожей. А стоило мне достать телефон и разблокировать его, как тут же на меня, словно стеной, обрушились пропущенные СМС и звонки от отца, мачехи и Леры. Набрав номер сестры, приложила телефон к уху и услышала всего лишь один и то неполный гудок, и сестра тут же ответила на звонок со словами:

— Ты в порядке? — голос ее был взволнованный. Она так быстро взяла трубку, словно только и ждала, пока я ей позвоню.

— Привет. Да. Все хорошо.

— Фух. Слава богу! Я уж что только не надумала себе. Ты ведь у Руслана, верно?

Я на мгновение опешила от ее вопроса, но быстро взяла себя в руки.

— Как ты узнала?

— Вообще, легко было догадаться. Когда ты мне написала, что уходишь, Бекетов закончил свою речь и выловил меня в толпе, поинтересовавшись, где ты. Ну, я и сказала, что ты ушла, а он тут же сорвался и быстро убежал. После чего я больше его не видела на вечере, в отличие от Изабель. Она находилась на попечении своих родителей. Они тоже пришли, только чуть позже, и ты не поверишь, что я узнала. — Сестра замолчала, а я решила ее удивить.

— Ты узнала, что Руслан сделал ей предложение, — теперь пришла моя очередь застать ее врасплох.

— Откуда ты знаешь?

— Услышала разговор в туалете двух престарелых кумушек.

— Так вот почему ты сбежала.

Я не ответила, только кивнула, забыв, что сестра меня не видит.

— И что ты теперь будешь делать?

— Жить дальше, — слишком уж спокойно заявила я, чем сама себя удивила.

— Ты простила его? — Голос сестры раздался тихо, но я все равно услышала.

— Да.

— И вы переспали. — Она не спрашивала, а констатировала.

— Да. — И вот тут-то до меня наконец-то дошла реальность. Вчера я отдалась мужчине моей мечты, вела себя как похотливая самка, и как теперь я буду смотреть ему в глаза? Щеки запылали, а сердцебиение участилось.

— Он не обидел тебя?

— Нет, все хорошо, — поторопилась успокоить сестру. — Скажи, а отец ничего не спрашивал? Просто он мне звонил много раз, как и Ира.

На мгновение повисла пауза, а затем сестра ответила.

— Вообще-то, спрашивал. После твоего ухода я сказала, что у тебя разболелась голова и ты уехала домой. Отец не возражал сперва, но было видно, что он недоволен. Все же посетила мероприятие, а когда уходить, не было обговорено. А когда мы приехали домой… — Лера замолчала, а я замерла, прислушиваясь к каждому ее слову.

— Что случилось?

— Он решил заглянуть к тебе в комнату и проверить, все ли нормально.

Пауза.

Я прикрыла глаза, понимая, что ничего хорошего он в моей спальни не увидел.

— И что потом? — хрипло спросила.

— Ну что? Начал спрашивать, где ты. Я сказала, что не знаю. Тань, ты прости. Он застал меня врасплох, а я не успела ничего придумать. Отец всю ночь не спал. Хотел поднять своего знакомого полицейского, но мать его остановила… Я… — Лера снова замолчала.

— Ты что?

— Прости, — чуть ли не плача, сказала она.

— Лера, что ты?..

— Я ей сказала, что ты у парня своего. Вот мать и остановила отца, чтобы он тебя с собаками по Москве не искал. Но добрее от этого он не стал. Мама ничего ему не сказала. Ну я про парня.

— Ты сказала, что это Бекетов? — голос мой дрожал.

— Нет, конечно.

И от ее ответа я с облегчением выдохнула.

— Хорошо.

— Только это, Танюсик, тебе бы быстрее домой ехать. Отец снова рвет и мечет. Ты пока ему не перезванивай. Просто приезжай. Не бойся. Он поорет и перестанет. Ты только поторопись, а то мама его не удержит, и он все же будет тебя искать…

— Хорошо.

— Ну все. Целую, как будешь подъезжать, сообщи мне, я морально приготовлюсь, — проговорила Лера.

Распрощавшись с сестрой, я еще с минуту стояла в прихожей, а затем пошла на кухню, сдаваться. Подойдя к стеклянной двери, отодвинула ее в сторону, замечая у плиты Руслана. На нем были джинсы и белая футболка, плотно облегающая мышцы. Он стоял ко мне спиной и что-то готовил на плите. «Богатый, красивый, умный, да еще и готовить умеет. Повезло Изабель», — пронеслась мысль в моей голове, и я тут же улыбнулась, встречаясь со взглядом Бекетова.

— Привет, — проговорила, а щеки, кажется, сейчас загорятся. Скорее всего, и уши покраснели.

— Привет. Присаживайся. Сейчас тебя накормлю.

Руслан указал на круглый стол, накрытый на две персоны. Что только там не стояло: блинчики, тарелка с фруктами, пиалы с вареньем и джемами, крекеры, тарелка с сырниками, бутерброды с ветчиной и сыром.

Выдвинув стул, села и краем глаза заметила приближение. Руслан подошел со сковородой и в тарелку с сырниками положил еще несколько, а затем наклонился и поцеловал меня в макушку.

— Ты чай или кофе будешь?

— Чай.

Кухню наполняли звуки какого-то спортивного канала, доносившегося из динамиков телевизора. Прокручивая вчерашнюю ночь в голове, возникал вопрос: что же будет дальше? Какого наше будущее? Мы просто разойдемся сегодня по своим домам и все? Я в понедельник вернулись на учебу, а Руслан — к своей невесте?

— О чем задумалась? — раздалось рядом, и я вздрогнула, машинально улыбнувшись.

— Ни о чем. Ты сам готовил всю эту красоту? — тут же перевела разговор. Не хотелось говорить о грустном.

— Да.

Руслан поставил передо мной кружку с дымящимся чаем. Я не знала, о чем нам поговорить, но Бекетов начал первый.

— Тань, мне сейчас нужно будет уехать. Ты, если хочешь, оставайся.

— Нет. Я поеду домой, — тут же перебила его. Оставаться одной в его квартире было бы глупо.

— Хорошо. Я тогда вызову тебе такси. И еще взял на себя смелость заказать тебе одежду. Не поедешь же ты в платье. Вон пакеты, — указал он рукой на выход из кухни. Там и правда стояло два пакета с известными брендами.

— А мое платье?

— Сдал в химчистку. Как будет готово, тебе его доставят.

— Спасибо, — сказала я. Хотя в голове прозвучали совсем другие слова. Когда он только все успел.

Завтрак, точнее, уже обед прошел практически в молчании, Руслану постоянно кто-то звонил, и он что-то объяснял по телефону и снова возвращался ко мне. Мы не говорили о прошлой ночи и как теперь будем общаться, и будем ли вообще.

После завтрака я взяла пакеты и скрылась в спальне. Руслан не ошибся с размером. Джинсы и свитер сели на меня как влитые. В пакете нашлись еще полусапожки и куртка. Позаботился. Ничего не скажешь. А стоило мне выйти из спальни, как я встретилась с Бекетовым в длинной прихожей, и он уже одет в деловой костюм. Не тот, в котором был вчера. Темно-синий и черная рубашка без галстука.

— Я вызвал тебе такси, и оно уже дожидается.

— Спасибо. — Вырвалось из моего рта тихое, и я направилась в сторону входной двери. Руслан поймал меня за руку. Развернул к себе и, склонившись, нежно поцеловал в губы, а оторвавшись, проговорил:

— Хорошего дня, Танюш. Захлопни дверь, как пойдешь.

Я удостоила его согласным кивком и, быстро развернувшись, пошла на выход из квартиры. Сделала все, как он и сказал. Вышла на улицу. У подъезда меня и правда дожидалось такси. Сев внутрь салона, уточнила адрес. Когда он оказался верным, откинулась на спинку сидения. И чем дальше отъезжала машина, тем сильнее в моей душе зарождалась тоска. А мысленно я уже готовилась к отцовской проповеди!

Прежде чем войти в квартиру, постояла несколько минут, собираясь с силами. Когда подъезжала к дому, написала сестре, на что она ответила, что ждет, и отец тоже.

Как говорится, перед смертью не надышишься. Вставила ключ в скважину и, повернула, замок щелкнул. Войдя внутрь, сперва осмотрела коридор. В квартире было тихо, словно никого и нет, но стоило мне войти и закрыть дверь, как за спиной послышалось:

— Явилась! — Это был отец, и голос его наполнился злостью. Обернулась. Попыталась улыбнуться, но, предполагаю, что моя улыбка со стороны выглядела кривой и вымученной.

— Папа, привет. — В голос вложила все спокойствие и безмятежность, хотя, если честно, мне было страшновато.

— Ты где была? — практически по слогам произнес родитель. За его спиной показалась Ира, и она, коснувшись плеча, слегка погладила мужа, словно пыталась его успокоить, но он сбросил ее ладонь и сделал шаг ко мне.

— А-а-а… Э-э-э… — Ну вот ничего в голову не лезло. Мне никогда не приходилось отмазываться, так как матери всегда было плевать, где я и во сколько прихожу домой. Мне кажется, она бы даже не заметила, если я вдруг куда-нибудь бы исчезла. — У подруги. — Ответила первое, что влетело в мою голову.

— У подруги? — недоверчиво переспросил отец. — Ты уехала с корпоратива к подруге? А вот Лера сказала, что у тебя голова разболелась, поэтому ты и уехала.

За спиной Иры показалась и сестра, которую отец, словно почувствовав, обернулся, смерив недовольным взглядом, а Лера только пожала плечами.

— Ну, да. Когда к дому подъезжала, мне позвонила одногруппница и пригласила к себе в гости. У нее вчера день рождения был, они с друзьями собирались у нее, родители уехали за город. Ну вот я и подумала, а что дома-то делать. Приняла таблетку от головы и поехала к ней. Гости все разошлись очень поздно, а я и еще пару девочек решили у нее остаться, — пожала плечами, выдавливая улыбку.

— Предположим, — отец сделал еще один шаг в мою сторону. Взгляд его был тяжелый и недовольный. — Трудно было ответить на звонок? Я звонил весь вечер и полночи. С утра звонил. Почему не брала трубку?

— Так, телефон в сумочке был на беззвучном режиме. Я только с утра о нем вспомнила и увидела, что ты много раз звонил…

— Почему не перезвонила?

— Испугалась. — Если честно, то и сейчас было не по себе от строгого отцовского взгляда.

— Испугалась она. А я, думаешь, не испугался, когда приехал домой, а тебя там нет! Начал звонить. А ты трубку не берешь. Я уже передумал все, что только мог. И где твое платье?

— В химчистку сдала. Какая-то женщина на корпоративе на меня упала, и морс пролился прямо на платье. Подруга одолжила свою одежду, видишь? — рукой обвела талию, как бы говоря, что не моя это одежда. — А платье по дороге домой в химчистку сдала. — Не стала уточнять, что сдал Руслан, а не я, и очень надеялась, что отец чек не попросит из этой самой химчистки.

Повисла пауза. Отец тяжело дышал, смотря пристально на меня, словно взглядом мог пробраться в мои мысли и прочитать их, а потом сказал:

— Ладно, на этот раз я тебя прощаю. Но, если подобное повторится, запру дома. Поняла меня?!

Кивнула.

Он еще раз осмотрел меня и, молча развернувшись, ушел в свой кабинет, громко хлопнув дверью. Я взглянула на Иру и Леру, они на меня.

— Ты точно в порядке? — поинтересовалась мачеха. Ее и без того светлая кожа казалась сейчас белее обычного.

— Да. Все хорошо.

— Танюш, в следующий раз предупреждай. Ладно Лерка мне рассказала все, и я придержала отца, а то бы он и правда с полицией тебя искать стал.

— Большое спасибо. — Кто бы знал, как я была благодарна мачехе. Не передать словами.

— Да ладно, — махнула она рукой. — Все мы были молодые. — Ира оглянулась на дверь отцовского кабинета и тихо произнесла: — Ты это, Танюш, будь аккуратнее с ночевками у парней, хорошо? Если что, могу дать контакт моего гинеколога, чтобы она выписала контрацептивы. С этим нужно быть осторожнее.

От ее слов я так сильно смутилась, что покраснели не только щеки, но и уши.

— Спасибо, — пикнула тихо.

— Ладно, девочки, пойду я чай хоть с ромашкой выпью. Что-то перенервничала.

И мачеха ушла, оставляя нас с Лерой наедине. Сестрица лукаво на меня посмотрела.

— Ты мне все должна рассказать!