Глава 10

Таня

Утром встала разбитая. Удалось поспать всего пару часов. В глаза словно песок насыпали, а голова не соображала. Но за семейным завтраком оказалась не одна такая хмурая. У отца, кажется, какие-то проблемы на работе, и он ушел раньше, чем всегда. Лера решила поехать на метро, и мы с сестрой вместе вышли из дома.

— Как ты? — тихо поинтересовалась она, видимо, боялась расстроить.

— Все отлично, — скупо улыбнулась сестре. Было непросто. Как только подумала, что мне еще практически пять месяцев придется лицезреть лицо Андрея в институте, который будет постоянно напоминать о своем брате, становилось тошно.

— Есть планы на субботу?

— Пока нет.

— Отлично, значит, уже есть, — радостно заявила сестра. Я понимала, что Лера хочет меня отвлечь, только вот не было во мне столько энтузиазма.

— И что ты предлагаешь? — нужно же знать, куда меня хотят затащить.

— Одна знакомая Гены устраивает вечеринку на яхте. Судно будет причалено к берегу, но это и неважно, главное, атмосфера. — Лера подмигнула.

— Слушай, думаю, это не совсем хорошая идея. Я, наверное, лучше останусь дома.

— Ага, и будешь предаваться унынию. Ни за что. Я не дам тебе скиснуть из-за какого-то подонка. Всегда говорила, что Бекетовы — это зло! — наставническим тоном произнесла сестра, а я улыбнулась. Кто бы что ни говорил, а это приятно, когда о тебе беспокоятся.

Мы с сестрой разошлись в метро, она поехала на одну ветку, я — на другую. Выйдя на улицу, зашла в кофейню и купила латте с пончиком. В институт не особо торопилась, вышла раньше. А стоило мне пройти мимо парковки, где оставляли свои машины преподаватели и некоторые студенты, заметила знакомый Lamborghini. Я уже начинаю ненавидеть эту машину. Сердце забилось быстро, сделала поспешный глоток уже остывшего латте и, поперхнувшись, закашлялась, да еще и несколько капель попали на белоснежную шелковую блузу, оставляя некрасивые пятна.

— Черт!

И первым делом, зайдя в институт, пошла в туалет. Застирать на себе ткань блузки было не особо удачной идеей, так как осталось мокрое пятно, но зато грязь отстиралась.

Прикрывая грудь сумкой, вышла из туалета и направилась в сторону доски расписаний, чтобы посмотреть, в каком кабинете будет проходить лекция. Звонок застал меня врасплох, и я уже практически бежала и, заворачивая за угол в другой коридор, надо же было мне врезаться в крепкую мужскую грудь. От удара меня отбросило назад, но сильные руки вовремя схватили за плечи, удерживая на месте. Жаль, сумка выпала из рук, приземляясь на пол, откуда из открытого отделения выпало несколько тетрадей, скетчбук и карандаш.

— Простите, — проговорила, не смотря на того, кого только что чуть не сбила, и присела, собирая содержимое сумки.

— Ничего, — ответил мужчина. Мне не нужно поднимать голову и смотреть, кто это, по голосу я и так узнала, что это Андрей.

Парень присел рядом и стал помогать мне. В груди поднялась такая злость, что захотелось его ударить.

— Не трожь мои вещи! — Выхватила из его рук тетрадь, чуть не порвав у той обложку. Андрей поднялся, сделав шаг в сторону, и я краем глаза заметила, что он что-то поднял, но не уловила, что именно. Когда все вещи снова лежали в сумке, поднялась, выпрямляясь, и вот тогда-то посмотрела в сторону Бекетова.

В руках он держал мой скетчбук с зарисовками. Мой новенький скетчбук, в который я зарисовывала все, что мне нравилось. Как-то днем от нечего деланья сделала наброски портрета отца, мачехи, сестры, своей матери. Там же были и Иван с Андреем. Я не знаю, зачем нарисовала последнего, просто в тот момент хотелось чем-то занять руки и голову. И Бекетов явно удивился увиденному. Я сделала шаг к нему, выхватывая скетчбук, замечая, что он рассматривает собственный портрет. И там парень был изображен стоящим возле своей дорогущей машины в майке-алкоголичке, пляжных шортах и биркенстоках. Именно таким я его увидела впервые.

Убрав скетчбук в сумку, развернулась и хотела идти на пару, которая началась, но мою руку перехватили.

— Тань. Слушай… — Он не успел хоть что-то еще сказать, я вырвала руку, тряхнув ею, словно скидывая грязь, и посмотреть прямо в наглое красивое лицо парня.

— Я ничего не хочу слушать. Ни от тебя, ни от твоего брата!

— Значит, уже знаешь.

— А вы что, думали, не догадаюсь?! Думали, что можно и дальше дурить наивную и милую Танечку?! Хватит! Знаешь, это подло. Подло так играть с жизнями людей.

Злость моя проходила, а вместо нее нахлынули отчаяние и слезы. Хотелось снова плакать, но я стиснула сильнее кулаки. «Не реви. Только не при этом..!» — приказала мысленно себе.

— Послушай меня! — Андрей сделал шаг в мою сторону. Я, наоборот, от него. Парень потянулся и схватил меня за ладонь, чтобы не сбежала, и в этот момент из-за угла вышла девушка. Она чуть не врезалась в нас. Это, по всему видимому, старшекурсница, и я ее не знала, в отличие от Бекетова, который мгновенно отпустил мою ладонь, но было уже поздно. Девушка заметила жест и изумленно изогнула одну бровь. Она только поздоровалась с Андреем, на секунду остановившись напротив него, и это позволило мне сбежать.

Больше с Бекетовым сегодня мы не виделись, чему очень даже была рада. Учебный день прошел довольно быстро. Я смогла абстрагироваться от своих проблем и полностью влиться в учебу. А вот когда пары закончились, я незаметно втесалась в кучку одногруппников и, оглядываясь по сторонам, пошла к метро. На парковке машины Андрея не обнаружилось. Мы с ним сегодня недоговорили, точнее, он недоговорил, его прервали. Но мне совсем неинтересно, что он там скажет.

Проехав несколько веток метро, решила, что не хочу ехать домой. В квартире, скорее всего, кроме Леры, никого, да и стены комнаты меня уже душили. Выйдя из вагона на неизвестной станции, пошла на улицу. Небо, как и утром, затянуто тучами, но солнечные лучи все равно пробивались сквозь толщу облаков. Осмотрелась. Местность незнакомая, но доставать телефон и смотреть на карте, где нахожусь, не стала. Смартфон все еще лежал в сумочке на беззвучном режиме, который я включала всегда, когда начинались пары.

Выбрав направление, свернула на тротуар вправо и прогулочным шагом пошла вперед, рассматривая дома, машины и мимоидущих людей. Согласно внутреннему компасу я находилась где-то в центре Москвы. Пройдя еще немного, свернула на другую улицу. Проходила разные бутики, кофейни, рестораны, встретилась мне какая-то галерея. А в парке через дорогу подросток катался на лошади.

Мое внимание привлек магазинчик, украшенный цветами. Но больше всего удивило большое кашпо в виде флакона духов, а вместо крышки множество цветов. И подстрижены те в виде полукруга. Подошла ближе и посмотрела на вывеску: «Парфюм ручной работы». Поддавшись внутреннему порыву, толкнула стеклянную дверь и вошла внутрь. Раздался звон колокольчика. В помещении пахло духами. И это не был удушливый запах, как в большинстве парфюмерных магазинов, ароматы витали очень даже приятные. По боковым стенам расположились стеллажи с флакончиками, а посередине помещения — широкий стол, на котором стояло много всяких пробирок, баночек, пипеток, каких-то стеклышек, бумаг и много еще чего.

— Добрый день. Подсказать что-то?

Из дверного проема, расположенного на противоположной стене от входной двери, вышла высокая худая женщина. Ее светлые вьющиеся волосы были убраны в хвост. Лицо немного вытянуто, глаза большие зеленые и подведены толстой линией черной подводки. Ресницы накрашены тушью. Щеки впалые, нос длинный и острый, а на тонкие губы нанесена алая помада. Эта женщина напомнила орлицу. Она сделала несколько шагов в мою сторону. Широкие черные штанины брюк всколыхнулись, а на фиолетовой кофте был изображен логотип магазина.

— Здравствуйте. Вообще-то, я не знаю, — улыбнулась незнакомке. — Если честно, то меня заинтересовала сначала ваше красивое кашпо с цветами в виде флакона духов, а потом я вошла в магазин. Это все сделали вы сами? — указала рукой на флаконы духов на стеллаже.

Женщина улыбнулась.

— Да. Это мой магазин, и все духи я собираю сама. Кстати, у нас проводятся мастер-классы по созданию собственного аромата, и вы сможете его сделать сами, если, конечно, вас это интересует. А если нет, я помогу выбрать что-то уже из готового.

— Ого, здорово. — Еще раз осмотрелась. Вообще-то, у меня в планах не было приобретать духи. Не особо-то я любила на себе запахи, но сейчас отчего-то захотелось попробовать собрать собственный аромат. — А можно мне самой попробовать?

— Конечно. Меня зовут Даниила, а вас?

— Таня.

— Очень приятно. Тань, вы располагайтесь за столом, заполните пока анкету, а я приготовлю все, что нам с вами понадобится. — Даниила указала на островок, рядом с которым я стояла. Кивнув, выдвинула стул, повесила на него сумку и кофту, а сама села удобнее и притянула ближе лист анкеты. Вопросов было немного. В основном о моих предпочтениях и вкусах. Я так поняла, это понадобится для создания аромата.

Даниила приготовила рабочее место, ставя передо мной длинный ящик с флакончиками, пробирками и пипетками. Поставила она и кружку с водой, пояснив, что во время создания аромата мне, возможно, захочется попить.

После того как я заполнила анкету, парфюмер внимательно ее изучила, и первое, с чего она начала, — это рассказ о том, что такое структура духов и пирамида ароматов. Далее, парфюмер дала пару советов о создании собственного аромата, и мы стали выбирать компоненты. Я училась слушать ароматы, ища свой. Все, что мы делали, больше походило на магию. Я настолько увлеклась процессом, что забыла обо всем на свете. С помощью пипетки и весов измеряла пропорции жидкостей. Смешивала их и очень боялась, что у меня ничего не получится. И когда мой собственный аромат был готов, Даниила перелила его в красивый прозрачный флакон и протянула мне вместе с маркером.

— А теперь дай ему название, — сказала женщина, и я задумалась.

Как мне назвать мой парфюм? В голову ничего не приходило. Я сосредоточилась на своих мыслях, вспоминая, о чем думала, когда проводила эту непростую работу. И поняла, что мыслей у меня в тот момент не было. Я вообще ни о чем не думала. Больше волновалась, что ничего не получится. Тогда вспомнила последний день своей жизни: всплыло лицо Ивана и все чувства, обуревающие этого предателя, именно им я его считала. Предатель. И, открыв колпачок фломастера, аккуратным почерком написала: «Ненависть или нежность?!»

— Хм, оригинальное название, — задумчиво проговорила Даниила, стоя рядом.

Аромат получился яркий воздушный, и в то же время в нем проявлялись горьковатые нотки полыни. Этот мой первый в жизни аромат, созданный моими же руками, я посвятила Ивану или Руслану, а может, у него еще есть имена. Кто знает, возможно, я не первая в его непонятной игре. Аромат теперь будет всегда напоминать о том, чтобы я впредь не отдавалась эмоциям и чувствам с головой, а сперва думала. Сколько еще на моем пути встретится таких Бекетовы, неизвестно.

Заплатив за мастер-класс, попрощалась с Даниилой и вышла на улицу, убрав флакончик с духами в сумку. Достала телефон, чтобы посмотреть, где же я все-таки нахожусь и сколько сейчас времени. Оказалось, за все это время мне Лера звонила с десяток раз и забросала СМС-сообщениями, все ли со мной в порядке и почему не беру трубку. Сперва я зашла в карты и посмотрела, где нахожусь, и, как оказалось, нужно проехать всего пару станций до дома отца. По дороге набрала сестру и, выслушав отповедь, объяснилась, что уже иду домой.

В соседнем доме от жилого комплекса, где располагалась квартира отца, зашла в пекарню «Буханка» и купила несколько пирожных с малиной и голубикой. А стоило мне войти в квартиру, как тут же из своей комнаты выскочила Лера, словно ждала, когда я приду.

— Где ты была? — негромко проговорила сестра, подходя ближе, чтобы сгладить ее настроение, я показала на пакет с пирожными. Сестра любила сладкое и ела его постоянно, девушке повезло, что лишние калории не оставались на ее боках.

— Я купила пирожные. Давай пить чай, — радостно сказала и вздрогнула, когда из кабинета отца донесся недовольный крик, а затем послышался и голос мачехи. — Я что-то пропустила?

— Ты многое пропустила. Попьем чай в моей комнате.

Лера забрала из моих рук пакет со сладостями и прошла на кухню ставить чайник, а я, скинув лодочки и ветровку, прошла в свою спальню, быстро переоделась в домашнюю одежду и, помыв руки, пришла в комнату сестры, где уже меня ждала кружка горячего черного чая с лимоном и имбирем, а пирожные аккуратно лежали на тарелке. Мы с Лерой разместились на широком подоконнике, на котором можно было сидеть.

— Так, где ты была столько времени? Пары-то давно уже закончились, — поинтересовалась Лера, делая глоток чая, подхватив одну малинку с пирожного, положила себе в рот. — Вкусно.

— Я ходила гулять.

— Одна? — Сестра прищурилась, словно ее прищур — это рентген, который сказал бы, лгу я или нет.

— Одна.

Где-то в глубине коридора квартиры снова послышался крик отца.

— А у вас-то что здесь случилось? Я вообще думала, что отец не умеет так орать.

— Да я сама в шоке, Танюсик. — Лера округлила глаза. — Я пришла домой, никого не было, потом явился отец недовольный, за ним пришла и мама с работы, а потом они ушли к нему в кабинет, и вот! — сестра показала в сторону входной двери. — Как я поняла, там что-то у отца на работе случилось, с каким-то контрактом. Мама решила ему помочь, а затем у них завязалась ссора. Они вообще очень редко ругаются, а тут уже несколько часов стоит дома ор.

— Я уверена, что завтра они уже помирятся.

— Да, я тоже на это надеюсь. А как прошел твой день? — спросила Лера, и я вкратце рассказала нашу встречу с Андреем и то, как сбежала, недослушав его. Про то, что Руслан мне вчера звонил и писал, не стала говорить. Не хотелось вообще вспоминать об этом мужчине.

Оставшиеся дни до субботы прошли быстро. На мое удивление, я ни разу больше не видела Андрея в институте, хотя его машина стояла на парковке. Отец с мачехой помирились спустя день, но причины их ссоры нам с сестрой так и не удалось узнать. Не скажу, что я так уж сильно ждала субботы, но чем ближе та становилась, тем страшнее было мне. Первый и последний поход в клуб закончился не совсем удачно, и в этот раз я намерена не пить алкоголь. Обойдусь парочкой стаканов сока или на крайний случай безалкогольными коктейлями.

После пар в субботу мы встретились в центре с Лерой и пошли за обновками. Поход по магазинам для меня стал глотком свежего воздуха. Если еще в первые дни приезда, когда сестра повела покупать одежду, с непривычки показалось неуютно, то сейчас я просто-напросто получала кайф, ходя по бутикам и рассматривая одежду, созданную именитыми модельерами. Я пыталась потрогать все руками, рассмотреть швы, мелкие детали и узоры. И все это было настолько идеально пошито, что невозможно придраться. И я благодарна отцу за то, что он разрешал тратить его деньги, а это все о-очень и очень немаленькие суммы.

Стоило мне только переступить порог торгового центра, как я тут же увидела ИХ! Это любовь с первого взгляда. Словно завороженная, подошла к застекленной витрине магазина, любуясь прекраснейшими туфлями Джанвито Росси. Туфли выполнены из бархатистой замши с принтом под леопарда. Таким же материалом обтянут высокий каблук. Плотный задник с узким ремешком должен был подчеркивать щиколотки. Туфли крутились на платформе и под светом поблескивали, словно алмазы. И, естественно, я приобрела эту прелесть.

А вот с верхом было куда сложнее, но я справилась. Обойдя весь магазин и уже несколько раз расстроившись, все же выбрала дополнение к туфлям. Тонкий шелковый черный топ от Петар Петров с глубоким вырезом на груди, ниспадающий складками, и полуоткрытой спиной идеально смотрелся с легинсами из гладкого материала, которые сели на меня как вторая кожа. К этому идеальному наряду у меня в шкафу стояла сумочка Neous, приобретенная в первый поход с сестрой по магазинам. Еще Лера уговорила меня купить объемные серьги-кольца.

И уже ближе к вечеру мы стали собираться. Одевая купленную одежду, я долго любовалась собой в зеркале. Волосы распустила. Из косметики нанесла только тушь и прозрачный гель для губ. И, конечно же, духи собственного производства. Я смотрела в широкое настенное зеркало на свое отражение и не узнавало его. Куда делась забитая скромная Таня? Где она? Неужели этот неспящий город забрал ее себе, скрывая под завалами разбитых сердец? Но, как бы то ни было, я нравилась сама себе. Я стала более смелой, уверенной.

— Тук-тук. Можно? — в приоткрытой двери послышался голос Леры, и она толкнула дверь, войдя в спальню. Я обернулась к сестре.

— Ну, как? — Мне было важно ее мнение. Сестра стала тем человеком, которому я могла доверить многое. Она помогала иногда, даже не подозревая этого.

— Просто ВАУ! А ну покрутись!

Я сделала пару оборотов вокруг себя.

— Танюсик, ты прекрасна.

— Правда?

— Не то слово! Сегодня точно будет горячо. — Сестра подмигнула мне. — Идем, Гена нас уже ждет.

Я никогда не видела яхты, не считая фильмов. Мне казалось, что они небольшие, но то, что я увидела, поразило меня. Яхта знакомой Гены была просто огромной. Уже подъезжая к ней, из приоткрытого окна автомобиля слышалась громкая музыка и голоса людей.

— Идем, — махнула рукой Лера, шагающая впереди с Геной.

На деревянном длинном причале нас встречали два мужчины, одетые в форму моряков. Они стояли, словно статуи, и стоило нам подойти, как один из мужчин ожил и, предлагая свою ладонь, помог взойти на борт судна.

В основном все толпились в кормовой части. Там стоял бар, столы с едой и стойка диджея. Следуя за сестрой, мы подошли к кучке народу. Двух девушек узнала, подруги Леры. С остальными сестра меня тоже познакомила. Несмотря на то что на улице темно, яхта хорошо освещалась. Народу было не так много. Многие разбрелись по судну, скапливаясь стайками. В баре заказала апельсиновый сок, сестра же пила шампанское и раз от раза предлагала и мне перейти на что-то более крепкое, но я отказалась, вспоминая, чем закончился прошлый раз, когда я пила алкоголь. Найдя общую тему с одной из девушек, оценившая мои туфли, мы разговорились про моду. За разговором я так увлеклась, что совсем не заметила, когда сестра и Гена куда-то пропали. Вот вроде бы они совсем недавно стояли рядом, а теперь их нет.

Извинившись, отошла от своей новой знакомой и отправилась на поиски сестры. Одной было неуютно, особенно когда ловила липкие похотливые взгляды незнакомых парней. Леры не оказалось и в носовой части яхты, и я решила спуститься в туалет, может, там мы встретимся? Но ее и там не оказалась. Подойдя к раковине, открыла кран и подождала, пока польется ледяная вода. Щеки горели. Сунула ладони под ледяную струю и ополоснула руки до локтей. Приложила мокрую холодную ладошку к шее, протирая ее. Несколько капель стекли вниз, к груди. Как же было хорошо, а еще очень хотелось пить. Выключив воду, достала из держателя несколько бумажных полотенец и промокнула ими руки, шею и лоб. Скомкала бумажное полотенце и выбросила в мусорное ведро. Из сумочки достала расческу, проведя ею пару раз по немного спутанным волосам. А когда убедилась, что привела себя в порядок, подхватила сумочку и вышла из туалета.

Не стала возвращаться в кормовую часть яхты, где громко играла музыка, тем более на носу судна практически все разошлись, осталось только несколько человек. Подойдя к перилам и облокотившись, посмотрела вдаль на темную гладь воды, в которой отражались звезды. Все же красиво здесь. Я бы даже не отказалась как-нибудь днем покататься на яхте. Как же быстро изменилась моя жизнь, а самое страшное, что мне она с каждым днем все больше и больше нравилась, если не считать некоторых моментов, из-за которых хочется сбежать. И у этих моментов даже были имена.

Слух поймал звучащую из динамиков песню Gloria Gaynor I love you, babe. Я не знала точные слова, но много раз слышала и тихо стала подпевать.

I love you babe

And if it's quite all right

I need you baby

To warm the lonely night

I love you baby

Trust in me when I say

Oh, baby

Don't bring me down, I pray

Oh pretty baby

Let me love you, baby

Let me love you, baby…

От громких хлопков я вздрогнула и обернулась, перестав петь.

— Браво! Красиво поешь, Танюш.

Передо мной стоял Андрей. «Что ему тут нужно?!» Первая мысль, влетевшая мне в голову, а затем пришло понимание, что, забывшись, я пела и как громко? Кто еще слышал? Посмотрела ему за спину, обнаруживая, что на носу яхты мы одни.

На похвалу Бекетова промолчала. Только сложила руки на груди.

— Тань, — снова заговорил Андрей, делая шаг ко мне. Отметила про себя, что он, как всегда, прекрасно выглядел. Темно-синие зауженные джинсы, тонкий свитер, обтягивающий мощные руки. Темные волосы немного взъерошены. — Нам нужно поговорить.

Устало вздохнула и, делая вид, словно его здесь нет, отвернулась, руками цепляясь за прохладные перила, про себя молясь, чтобы он как можно скорее ушел.

— Ты думаешь, что я знал о том, что мой брат притворяется кем-то другим, общаясь с тобой, но я не знал. — Тихо за моей спиной раздался его хрипловатый голос. — Правда не знал. О том, что вы встречаетесь, ты рассказала. Я догадался, что Иван — это Руслан, только тогда, когда ты мне его описала, если бы не ты, то я был бы все в таком же неведении. Мне правда очень жаль, что он так поступил. Да и Руслан уже и сам об этом жалеет. Он говорил, что хотел с тобой поговорить, но ты не отвечала на его звонки.

Я все молчала. А затем он коснулся моего плеча, я сделала шаг в сторону и, наконец-то обернувшись, посмотрела на него.

— Слушай, я все поняла, пропустила через себя и приняла. Что тебе еще нужно? Простить? Простила. Знаешь, больше не хочу думать о твоем брате. Было и было. Я очень рада, что у нас с ним ничего не зашло далеко. Проехали. Жизнь на Руслане-Иване, или кем он еще притворяется, не закончена. — Я развела руками в стороны и тут же поправила съехавшую с плеча сумочку. — Но пойми. Я не особо желаю общаться с ним или с тобой. Уж прости.

Андрей кивнул. Перевел взгляд с моего лица мне за спину, словно что-то там его заинтересовало, давая мне как следует собой налюбоваться, а затем посмотрел на меня.

— Я рад, что мы все выяснили. — И снова он смерил меня своим изучающим тяжелым взглядом. — Хорошо выглядишь. Особенно эта маечка очень хороша… — Он недоговорил. Его кадык дернулся, от этих слов щеки мои вспыхнули. Опустила взгляд, замечая, как через тонкую ткань торчат соски. Тут же скрестила руки на груди. Ох, зачем я вообще ее надела, ведь под майкой не предполагался лифчик. Не могла, что попроще найти? В голове вспыхнула картина с моими торчащими сосками. Стыд и позор! И пока я перебирала все мысли, Бекетов сделала шаг ко мне и поцеловал! Я так растерялась, поэтому не сразу поняла, что вообще происходит. Его напористый язык проник ко мне в рот, и я почувствовала аромат карамели. Поцелуй длился не больше пары секунд, когда я взяла себя в руки и толкнула парня, Андрей тут же отступил.

— Ты что творишь? — прошипела, прикладывая пальцы к губам. Они горели от поцелуя, а во рту все еще оставался привкус карамели. Откуда она взялась? На моих губах не было помады.

— Прости, не удержался. — Он сделал шаг назад, словно осознавая, что произошло, и взъерошил и без того растрепанные волосы. — Ты…

— О, а вот и вы! — позади Бекетова раздался голос Леры, а затем и голоса других людей. Я резко сделала шаг назад, спиной врезаясь в перила, но от сестры не укрылось мое волнение и как я прижимала пальцы к губам. Она посмотрела на Андрея, но тот уже был невозмутим.

— Милый, ты что здесь делаешь? — ласково проворковала Арина, подходя ближе к Бекетову и прижимаясь к его груди. Девушка потянулась к его лицу за поцелуем, но парень от нее увернулся. Со мной же она даже не поздоровалась, словно меня и нет вовсе.

— Вышел подышать свежим воздухом, — сказал он, а Арина обернулась ко мне, посмотрев оценивающе, и я очень надеялась, что никто из них не увидел этого поцелуя.

Лера подошла ближе и поправила мои волосы, убирая их за спину.

— Ты самоубийца, что ли? — прошептала она мне на ухо. Я ничего не ответила.

Ребята загалдели, что-то обсуждая. Гена подошел к нам с сестрой, а Андрей ввязался в разговор и вел себя так непринужденно, словно еще пару минут назад и не набросился на меня с поцелуем. Я же находилась в таком шоке, что толком не могла ни о чем думать. Единственная мысль, пришедшая в голову, — это уезжать домой, и как можно скорее. Что я и озвучила сестре. Лера вызвала мне такси и, проводив с яхты, сама посадила в машину, пожелав хорошего пути.