Глава 14

Утро началось внезапно, я не успела заметить, как ночь пролетела. С хорошим настроением я привела себя в порядок и отправилась на кухню, но там никого не было. А на столе было пусто. Неужели все уже позавтракали. А про меня забыли? Или еще не вставали? Ох, как же плохо когда нет часов. Я вышла в гостиную, там тоже никого не было. Сунулась в коридор, но кроме библиотеки, где, чьи спальни я не знала, и ходить стучать по дверям, было как-то неудобно. Снова вышла в гостиную выглянула в окно. Лошади были в загоне, их из окна было видно. А в ограде никого не было. В коридоре хлопнула дверь, от неожиданность я подпрыгнула, развернулась и увидела Эвелину.

- Светлана, доброе утро!

- Доброе утро! - ответила я, глядя на не выспавшуюся Эвелину.

- Плохо у вас нету часов, я что-то сегодня рановато встала.

- У нас солнечные часы. Ты прости, мне плохо спалось ночью, поэтому поздно встала.

- А я думала, встала раньше всех.

- Может чай?

- Отличная идея. А где мужчины? - по дороге на кухню спросила я.

- Ливэр и Эдвард на работе, а Артений ушел забирать платья, он сегодня будет сопровождать нас на балу.

Мы вошли на кухню, заварили чай, она достала пирожку и мы сели. Когда заканчивали в комнату вошел Артений.

- Доброе утро! - сказал он, стоя в дверях со свертками в руках.

- Доброе!

- Я все забрал, - отрапортовал он.

- Спасибо, отнеси их в комнаты, пожалуйста. А я пока налью тебе чая.

- О, отличная идея, - сказал он и ушел. Вернувшись на кухню, он сел за стол Эвелина подала ему чашку горячего чая. Видно не всегда на кухне правят мужчины, у Эвелины это тоже неплохо получается.

- Ближе к обеду придет парикмахер.

- Отлично.

- Что же он будет делать с моей головой? Я пробовала, не расплести, ни расчесать я их не могу.

- Ну, на счет головы не знаю, а вот с волосами надеюсь, он попробует что-то сделать. Совсем расчесать не можешь?

- Да

- А выглядишь причесанной.

- Они сами так лежат волосок к волоску.

- Беда, - вставил Артений. - Так и будешь теперь всю жизнь с одной прической ходить.

- Очень смешно, - сказала я. Хотя вопрос с моими волосами оставался открытым. Закончив завтрак, Эвелина сказала, что у нее много дел и куда-то ушла. Мы остались одни с Артением. Чем занять себя до обеда я не знала и стала помогать убирать со стола.

- Чем будешь заниматься? - спросил он меня.

- Не знаю.

- Можно придумать много разных дел.

- Каких?

- Ну да хотя бы полетать, погулять, почитать.

- Полетать звучит здорово. Только я боюсь.

- Чего?

- Высоты. Вдруг упаду.

- А раньше летала?

- Да.

- Где? На ком?

- На кровати, во сне, - пошутила я и улыбнулась, он улыбнулся в ответ.

- Пошли я покажу тебе, что это не страшно.

- Не, я не пойду. - Артений подошел ко мне взял за руку и стал тянуть на улицу.

- Не упрямься,- говорил он мне, таща меня как на буксире. - Это не страшно.

- Ну, хорошо, - остановившись, сказала я, и от моих слов остановился Артений. - Я попробую, но с одним условием.

- С каким?

- Ты летишь со мной.

- Хорошо. Пошли, - не думая сразу согласился он. Мы пошли к конюшне. Артений вывел мою лошадку.

- Садись, - подводя ко мне Алину, сказал он. Я забралась в седло, взглянула на него свысока и спросила.

-А ты? - ухмыльнувшись, он, запрыгнул на Алину и оказался у меня за спиной. Взяв поводья в свои руки, он вывел лошадь за калитку.

- Смотри. Направляешь поводья - он стал учить меня. - И говоришь команду вверх, - и тут лошадь расправила крылья и начала плавно отрываться от земли. Я закричала и со всей силы вцепилась в поводья. Артений обнял мои руки и тихо сказал на ухо.

- Не бойся, расслабься.

Я сделала два глубоких вдоха, помогало слабо. Но лошадь не падала, она плавно махала крыльями, набирая высоту. Набрав высоту, Артений стал управлять лошадью, и она полетела вперед. Алина то поднималась к облакам, то плавно летела вперед. Впервые минуты полета было очень жутко и страшно. А потом страх отступил. И я уже получала удовольствие от полета. Это было здорово и непривычно. Я словно ловила потоки воздуха руками, ветер трепал мои волосы, но когда Алина набрала высоту и камнем полетела вниз, у меня перехватило дыхание. Мы пролетели много домов, парк, люди казались такими маленькими. Дома пестрили яркими красками. Мы стали лететь над полосой леса чуть ли не задевая макушки огромных елей. Купались в облаках, влетая в них на огромной скорости.

Налетавшись, мы пошли на снижение и приземлились около ограды своего дома. Артений стал заводить лошадь в ограду.

- Это было здорово. Мне так все понравилось, - с восхищением говорила я, ему соскакивая с лошади.

- Я же говорил, тебе понравится, - улыбаясь, ответил он.

- Ты был прав это так чудесно, - щебетала я, все еще летая в облаках. Из дома вышла Эвелина.

- Вы где пропадали? Парикмахер уже давно ждет.

- Мы летали, - сказала я, прибывая все еще в эйфории.

-Летали они! Живо давай иди к себе в комнату, - сказала Эвелина. У нее уже были аккуратно подобраны волосы в шишку, несколько прядей выбивались и свисали нежными локонами. Нежная и строгая одновременно прическа украшала голову Эвелины. Послушавшись, ее я побежала в свою комнату. Привела себя в порядок вышла из ванной. И Эвелина вошла ко мне с мужчиной. Он был пожилого возраста с волосами до плеч и крыльями за спиной. Держал в руках расческу и смотрел на меня.

-Здравствуйте. Эвелина сказала, что вы летали?

- Да, - ответила я ему, а он стал ходить вокруг меня.

-Как вам удалось так быстро уложить столь длинные волосы?

- Никак. Я их не укладывала. А что они опять ровно лежат? - удивленно спросила я и подошла к зеркалу. И правда волосы лежали ровно, словно я только, что их прибрала.

-Ну, садитесь, я попробую их расплести,- сказала парикмахер, и я уселась на край кровати, подставляя ему спину. Он запустил руки, в волосы, пытаясь распутать косички. Старательно при этом пыхтел, и не удивительно, ведь при его высоком росте он был округлой формы с небольшим животиком, двумя подбородками и пухлыми щечками. Эвелина села с другой стороны и стала наблюдать за действиями парикмахера. Спустя несколько минут я уже начала хихикать от того какую сцену наблюдала в зеркале. В зеркале отражалась вся комната, и мне было хорошо все видно. Как только парикмахер расплетал до конца косу, так она тут же заплеталась обратно, снова создавая прическу Богини.

- Госпожа если вы не прекратите колдовать с волосами, то к балу мы не успеем, - рассердившись, сказал он.

- А я тут не причем. И вообще колдовать не умею.

- А кто тогда причем? Я не понимаю,- он стал заламывать руки и ходить около меня.

-Придется Светлана тебе идти с такой прической.

- Неужели вы вообще ни чего сделать не можете?

Он снова взялся за мои волосы, пытаясь хотя бы поднять косички в прическу, но как только он заканчивал работу, волосы рассыпались и возвращались на прежнее место. Он психовал и начинал все заново. Когда косы вернулись на прежнее место в третий раз, я не выдержала.

- Хватит! Я пойду так! Может этой прической Богиня хотела что-то сказать, поэтому они не расплетаются.

-Прическу создала Богиня? - удивлено спросил мужчина и отошел от меня подальше.

- Да, вот такие сюрпризы она творит.

-Это правда? - спросил он у Эвелины. Она улыбнулась и покачала головой в знак согласия.

-Почему вы мне сразу этого не сказали?

- А что бы это изменило?

-Это изменило все! - и он указал пальцем на мои волосы. - Это создала Богиня! Это нельзя разрушить! Неужели вы не знали об этом госпожа?

-Я подумала, что можно, ведь это всего лишь волосы, - сказала Эвелина.

-И вы вовлекли меня в это? Ужас! До свидания госпожи! - сказала он, развернулся и ушел, хлопнув дверью. Я молчала минуту, а затем начала хохотать, потому что вспомнила его гневное лицо. Эвелина улыбалась мне. В комнату заглянул Артений.

-Вы что сделали с парикмахером? - спросил он, глядя на смеющихся нас.

-Ничего, попросили сделать прическу, - отсмеявшись, сказала я.

-Всего-то? А выбегая из дома, он назвал нас богохульниками.

-Да? Ну и хам же он, - сказала, отсмеявшись, я и тут засмеялась Эвелина. Артений вошел в комнату и посмотрел на мои волосы.

- Ничего не сделал?

-Нет, но он очень хотел.

-Они что живые?

-Да,- и тут мы засмеялись все вместе. Отсмеявшись, Артений сказал.

-Давайте пойдем, перекусим, а то скоро выезжаем.

Придя на кухню, мы уселись за столом, там уже стоял чай и печенье с пирожками. Все стали, молча кушать, Эвелина вновь погрустнела и потерялась где-то в своих мыслях. Артений тоже был задумчив.

-Чтож пора собираться и выезжать,- сказала Эвелина и встала из-за стола. - Я пошла, одеваться, потом приду, помогу тебе.

- Да я справлюсь сама.

- Я все равно приду, - вставая, сказала она. - Ты не торопись.

- А я пойду, приготовлю экипаж и тоже оденусь.

-Ну а я тогда еще поем, - и снова налила себе чаю.

Допив чай, бросила взгляд в окно, там уже вечерело, надо же, как быстро пролетел день. Встала и пошла в комнату одеваться. Развернула свертки, которые принес Артений. В одном были темно-зеленые балетки, а в другом платье.

Эвелина оказалась права, одна я его не надену. Влезть я в него влезла, но вот самой застегнуть на спине замочки и пуговки не получалось. Но тут в комнату постучали.

-Помочь? - заглянув, спросила Эвелина.

- Помочь,- ответила я. Она подошла, и начала быстро застегивать крючки и пуговки. Сама она была в нежно-розовом платье с большим вырезом, платье было сверху корсетом, и к низу шла длинная юбка. Без всякого рюша и бантиков платье смотрелось на ней скромно и элегантно.

-Замечательно выглядишь, - сказала я.

-Спасибо. Ты тоже красотка, - перекинув мои косы на спину, сказала она. Я взглянула на себя в зеркало, да и правда красотка и эта замысловатая причёска мне очень шла. Постучавшись и дождавшись приглашения, вошел Артений.

-Госпожи, карета подана, - склонив голову, сказал он. Мы вышли из дома, около ограды стояла закрытая карета чёрного цвета, запряженная двумя крылатыми конями. Артений открыл дверь и помог нам сесть в карету. Внутри стояли две скамейки, оббитые темно-красным бархатом, скамейки были мягкие и удобные, как только села я сразу это поняла. Артений закрыл дверь, а сам сел на место кучера. Крикнул коням и карета тронулась.

-Мне стало страшно, - призналась я Эвелине.

-Чего ты боишься? - безразлично спросила она.

-Я ни разу в жизни не была на балах.

-Не бойся ты ведь неместная. Все это понимают и никто ни чем тебя не поправит. Может даже наоборот начнут подражать тебе, - улыбнувшись, сказала она. - Ведь этот бал в твою честь!

-Мамочки... - тихо сказала я. Получается, все будут смотреть на меня?