Глава 19. РУСЛАН НЕЧАЕВ

Ее губы такие мягкие, пухлые, вкусные. И сама она вся такая горячая, привлекательная для меня. Давно уже привлекательная. А я голодный. Очень голодный, и Юля для меня, словно тряпка красная для быка. И не просто она мне нужна, чтоб потребность, голод унять, вся нужна, душа ее, сердце, улыбки, мысли, чтоб рядом была, чтоб ждала, переживала, думала, мечтала обо мне только. Вот первый раз так женщину хочу, чтоб всю без остатка, влюблен я по уши, люблю трепетно и отчаянно, в чувствах, страсти к ней увяз до бесконечности.

Ожидал, что отпихнет, возмутится, не исключал, что схлопочу по лицу, но… Юля замерла сначала в моих руках, а потом… потом губы открыла, и целомудренный, наш первый поцелуй перетек в горячий, жаркий, уносящий за грани реальности.

Спасибо Костику, такие козырные места нам устроил, все сельчане перед нами сидят, на более дешевых и неудобных креслах, на экран смотрят, не на нас, и жуют всякую вредную всячину, запивая вредными напитками.

– Руслан, – слабо выдыхает Юленька мне в губы. – Фильм начался.

Кошусь на экран. Точно. И реклама, и заставка прошли, уже какие-то действия разворачиваются. С самого начала экшн, боевик, я люблю такие фильмы.

– Сядешь ко мне на колени? – так хочется трогать ее, прижать к себе, волосы ее бронзовые на плечико округлое перекинуть и шею белую целовать.

Она кидает на меня быстрый взгляд, и я дурею от янтарной поволоки этого взгляда. Не злится она на поцелуй незапланированный, не собирается убивать меня. И я наглею, сам сграбастываю фигурку тонкую, усаживаю к себе на колени, прижимаю спиной к своей груди, как и хотел.

Юля не противится, ни когда на шее ее выкладываю дорожки из поцелуев, ни когда лапу свою ей под юбку запускаю.

– Юль, я серьезно настроен, ты не думай ничего плохого, – шепчу ей в ушко, поглаживая ее сокровенное местечко.

А она ерзает, губы кусает и вместо фильма на меня смотрит.

– Руслан, я совсем сюжета не понимаю, – вроде осуждает она мои действия, но при этом сама мой затылок поглаживает, царапает кожу на шее. – Ты… Ты отпусти меня, – не хватает ей силы воли самой слезть с моих колен, и я с сожалением отпускаю, не потому, что хочу отпустить, а потому, что становится невозможным вот так вот сидеть в переполненном зале. Не могу же я Юлю прямо здесь… Лучше б нам Костя места в какой-нибудь подсобке устроил.

Дальше мы просто смотрим фильм, и я держу Юлю за руку, глажу ее ладошку, переплетаю наши пальцы, строю планы на сегодняшнюю ночь.

Только красочным и желанным планам сбыться не суждено, а все из-за крикливой вредины Нюры Никифоровны. Ну вот опять она…

Досмотрев боевик, упустив большую часть сюжетной линии, вышли с Лисичкой на улицу в потоке деревенских. Я так и держал девушку за руку, наслаждаясь теплом, ароматом ее кожи, даже молчанием уютным наслаждаясь. Испытываю странное, совсем мальчишеское желание, чтоб все вокруг видели – я заполучил самую красивую девочку, смотрите все – она моя, она со мной!

– Ты подумай-ка, – неожиданно оказалась на нашем пути Никифоровна. Я не видел ее в зале клуба и, судя по хозяйственному кульку, зажатому в скрюченных пальцах, соседка ходила за покупками. В селе был один ларек, работающий допоздна. – Нацепила юбку короткую и вертит задом перед дохтором! – прицепилась Нюра к моей Юле. – Это как же ты такая аморальная детей наших учишь!

Визгливый голос привлекал внимание сельчан, возбужденных просмотром блокбастера. Охочие до зрелищ, они спешили не упустить скандала.

Юля, обычно терпимая к вредной бабе, тут не стерпела оскорблений и ответила на выпад.

– Замолчите. Или я…

– Что ты?! Поглядите-ка, учительница мне угрожает! Вы все свидетели! – Нюра пихнула Звездочку плечом, а моя девочка, чтобы не упасть, ухватилась за ее матерчатый кулек, и как-то так вышло, что мешок, набитый продуктами, ударил саму Никифоровну, и женщина не сильно, но все ж таки приземлилась на пятую точку.

Я был так зол на склочную бабу, что, вместо того, чтобы помочь ей подняться, пригрозил:

– Еще хоть раз Юлю обидишь, я всех твоих петухов Рексу скормлю.

– Лови новости! – швырнул в Никифоровну мятую газету Костян, подоспевший к месту нашей стычки.

– Люди добрые! – заголосила Нюрка. – Это чего же делается?! Никакого уважения к старости у молодежи хамской! Гражданин милиционер! – разглядела она участкового Юрия Гаврилина, который присутствовал на киносеансе. – В участок их! Я заявление буду писать! О покушении!

Гаврилин вздохнул и велел следовать за ним.

В участке, состоящем из двух комнат и одной решетчатой камеры, участковый, выслушал бабку и переключился на нас.

– Гражданка Звездочкина, признаете, что ударили по плечу гражданку Никифорову ее же сумкой с продуктами?

– Признаю, – опустила голову Юля.

– А вы, доктор Нечаев, подтверждаете, что вместо того, чтобы помочь подняться с земли гражданке Никифоровой, накинулись на нее с угрозами?

– Признаю, – без сожалений пожал я плечами, обнимая Звездочкину.

– Ну а вы, гражданин Лебедев, признаете, что вмешались в разборку и кинули в гражданку Никифорову мятую газету?

– Признаю, – жевал Костя неизменную зубочистку.

– Отлично. Запишем и запротоколируем, – подыгрывал фарсу Юрик Гаврилин, так как Никифоровна находилась здесь же и отделаться от склочной бабы не представлялось возможным. – Итак, господа городские беспредельщики, – придал Гаврилин лицу официальности. – Предстоящую ночь проведете в околотке. Все трое.

– У нас собака в доме одна, – не мог забыть я про Рекса. – Пес может начать выть, если никто не придет.

– Страхолюдину тоже посадите, – раздавала указания довольная собой сельчанка. – Это не собака, а этот…, как его… питбуль, во!

– Ладно, – вновь вздохнул Юрик. – Я приведу пса, – по-видимому, он решил, что так будет лучше, чем, если ночью придется принимать жалобы о вое.

Под бдительным присмотром Нюры, Гаврилин запер нашу троицу в камере. Я отдал ему ключи от дома и объяснил, где лежат ошейник с поводком. Через полчаса, виляющий хвостом Рекс, присоединился к нам, пододвинув Костяна на одной из двух в наличии лавок.

С улицы раздавалась забористая брань продавщицы Танечки Беляевой. Похоже, не только мои планы на ночь были нарушены. Юрику как-то удалось заткнуть Танюху, не зря он свою должность занимает, умеет с гражданами общаться и гасить конфликты.